Апелляционное постановление № 22-1502/2025 от 10 марта 2025 г. по делу № 1-98/2024

Председательствующий: судья ФИО2 Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 11 марта 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда

В составе:

Председательствующего: судьи ФИО19

При секретаре: ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании от <дата> уголовное дело

по

апелляционным жалобам

адвоката ФИО12 в интересах осуждённого ФИО1;

адвоката ФИО14 в интересах потерпевшей Потерпевший №1;

апелляционному представлению прокурора <адрес> ФИО10

на приговор Сухобузимского районного суда <адрес> от <дата>, которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес> Республики Кыргызстан, гражданин РФ, не судимый,

- осужден по:

ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

По делу разрешен гражданский иск.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи <адрес>вого суда ФИО19, объяснения осужденного ФИО1, в его интересах адвоката ФИО12; потерпевшей Потерпевший №1, ее представителя адвоката ФИО14, доводы апелляционных жалоб поддержавших; мнение прокурора ФИО4, поддержавшей апелляционные представление и жалобу в интересах потерпевшей, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено <дата> в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО12 в интересах ФИО1 полагает недоказанной вину ФИО1, поскольку причиной столкновения автомобилей стало внезапное торможение впереди следовавшего автомобиля и неисправность тормозной системы на автомобиле подсудимого, что не позволило ему затормозить. Неисправность ФИО1 обнаружил через несколько дней при осмотре автомобиля: обрыв шланга на клапане горного тормоза вследствие отлома пластикового штуцера. В результате чего произошла разгерметизация воздушной системы вакуумного усилителя тормозов. Он его снял для приобретения целого, в связи с длительным периодом деталь была утеряна. Об этой поломке он сообщил следователю на первом же допросе. В обжалуемом приговоре суд ставит под сомнение данную неисправность, ссылаясь на то, что ФИО1 о ней никому не говорил. Привел данные GPS трекера в подтверждение исправности автомобиля. Между тем они не могли быть приняты, поскольку этот прибор измерительным не является. Таковым мог быть тахогроф, однако он не изымался. Эксперт ФИО5 подтвердил, что узнать о такой неисправности тормозной системы, водитель может только после нажатия на педаль тормоза.

Полагает недостоверным экспертное исследование № от <дата>, в котором использовалось время реакции водителя на опасность 0,3 секунды, в то время как следовало применять коэффициент 1,2 секунды в случае внезапного отказа или неэффективности органа управления транспортного средства (для неисправного автомобиля). Однако суд отказал в проведении повторной экспертизы и никак не мотивировал обоснованность применения экспертом коэффициента 0,3, а не 1,2, в нарушение рекомендаций методики исследования (под редакцией ФИО6), использованной экспертом, что подтвердил эксперт ФИО7

Следственный эксперимент для определения остановочного пути автомобиля ФИО1 <дата> проводился при неисправном приборе «<данные изъяты>», который не смог зафиксировать остановочный путь автомобиля, поэтому эксперимент проводился по фактически оставленному следу автомобиля с имитацией поломки горного тормоза, результаты его не могут быть признаны объективными. Проведенный <дата> следственный эксперимент (с привлечением похожего автомобиля), с прибором «<данные изъяты>», также вызывает сомнение, поскольку не имеется доказательств его объективности, в том числе и с учетом отсутствия доказательств возможности применения указанного измерительного прибора в системе МВД, его поверке. А, кроме того, он может быть использован для установления параметров работы тормозной системы конкретного автомобиля, а в экспериментах автомобиль, участвовавший в ДТП, не использовался, в то время как препятствий для его использования не имелось. На остановочный путь влияют модель колес, вес автомобиля, иные факторы, которые не были приняты во внимание. В основу автотехнической экспертизы положены не корректные данные. А данные следственного эксперимента от <дата>, - определения расстояния между автомобилями не использовались при проведении экспертизы от <дата>. Расстояние между автомобилями на момент начала торможения указано не соответствующие действительности. Поэтому, полагает, приводимые им доказательства недопустимыми, как полученные с нарушением требований ст. 75 УПК РФ.

Считает не достоверными показания эксперта ФИО8 о том, что вакуумный усилитель не влияет на эффективность торможения, так как нужен якобы только для удобства, что не соответствует действительности и противоречит следственным экспериментам, при которых зафиксировано значительное увеличение остановочного пути при его отключении. Что подтвердили специалисты Свидетель №7 и ФИО18, ФИО9, а именно о том, что в случае его неисправности, остановочный путь увеличивается. Версия о внезапно возникшей неисправности автомобиля подсудимого судом не опровергнута и не доказана.

Приговор не может быть постановлен на предположениях. Вина ФИО1 не доказана. Просит об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение.

В апелляционном представлении (с учетом дополнений) прокурор ФИО10 просит об отмене приговора как незаконного (с постановлением нового приговора) ввиду существенного нарушения требований уголовно-процессуального закона; неправильного применения уголовного закона, а также несправедливости приговора, ввиду чрезмерной мягкости назначенного основного наказания в виде лишения свободы, которое не соответствует тяжести преступления. ФИО1 вину не признал, в содеянном не раскаялся, всячески препятствовал установлению истины по делу, разукомплектовал транспортное средство, приведя его в нерабочее состояние, препятствующее проведению с ним следственных действий. Назначенное наказание не соответствует характеру общественной опасности содеянного, личности виновного, поведению после совершения преступления. В то же время как назначение максимально возможного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, при наличии смягчающих наказание обстоятельств, судом не мотивировано, в связи с чем подлежит снижению.

Кроме того, полагает необоснованным не вынесение судом по ходатайству государственного обвинителя частного постановления в адрес начальника <адрес> «<адрес> в связи с выявленными нарушениями закона, допущенными при производстве дознания и предварительного следствия. Как установлено судом, обладая информацией о физическом воздействии подсудимого на тормозную систему автомобиля «Toyota тoyoace» (утрата детали по самостоятельному волеизъявлению), признании данного автомобиля вещественным доказательством по делу, подаче гражданского иска, следствием не инициировано наложение ареста на имущество виновника ДТП, не приняты безотлагательные меры к изъятию транспортного средства, к установлению ограничений на указанный автомобиль. Просит о вынесении частного постановления. Кроме того, указывает, что государственный обвинитель не ознакомлен по состоянию на <дата> по его ходатайству с протоколом и аудиозаписью судебного заседания.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Потерпевший №1 адвокат ФИО14 просит об изменении приговора, усилении ФИО1 назначенного наказания, ссылаясь на то, что назначенное осужденному наказание является чрезмерно мягким и не отвечающим целям наказания. Суд не в полной мере учел, что в результате преступных действий ФИО1, оборвалась жизнь, являющаяся наивысшей ценностью, молодого здорового, в расцвете сил, - ФИО11 При этом ФИО1 вину не признал, всячески пытался избежать уголовной ответственности, не раскаялся, давал недостоверные показания, не принес извинений потерпевшей. Размер назначенного наказания не отвечает целям восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, судебная коллегия полагает приговор подлежащим отмене в связи со следующими обстоятельствами.

В соответствии со ст. 389-15, ст. 389-17 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора суда при рассмотрении дела в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на вынесение законного и обоснованного решения. Такие нарушения по уголовному делу допущены.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым признается приговор, который постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении закона. Между тем обжалуемый приговор указанным требованиям не отвечает ввиду допущенных судом первой инстанции существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона.

Одно из главных требований, предъявляемых к постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительному заключению - конкретность. Несоблюдение этого требования относится к числу существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Неконкретность обвинения, нечеткость формулировки обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении нарушает право обвиняемого на защиту, поскольку лишает обвиняемого возможности осуществлять конституционное право на защиту: возможности определить объем обвинения, от которого он вправе защищаться.

Согласно предъявленному обвинению, установленным судом обстоятельствам, <дата> водитель ФИО1, управляя автомобилем «№», двигался по автодороге Красноярск-Енисейск в направлении <адрес> с пассажиром ФИО11, находившимся на пассажирском сидении.

На <адрес><адрес>, примерно в 16 часов 20 минут, двигаясь со скоростью 75 км/ч., в нарушение п. 10.1. ПДД РФ, при внезапно возникшей неисправности вакуумного клапана автомобиля, которая согласно заключению автотехнической судебной экспертизы № от <дата> не состоит в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, в нарушение п. 9.10 ПДД РФ, не соблюдая дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, позволявшую избежать столкновения, необходимый боковой интервал, при возникновении опасности для движения в виде снижения скорости автомобилем «<данные изъяты> - №», под управлением водителя Свидетель №1, двигавшегося впереди в попутном направлении, допустил с ним столкновение. В результате чего пассажир ФИО11 получил телесные повреждения, несовместимые с жизнью, от которых скончался <дата> в больнице.

Нарушение водителем ФИО1 п.п. 9.10., 10.1. ПДД РФ состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО11

Таким образом, в предъявленном обвинении указано о совершении дорожно-транспортного происшествия в условиях внезапно возникшей неисправности вакуумного клапана автомобиля, на котором двигался ФИО1, которую признал установленной в приговоре и суд, сославшись на то, что она не состоит в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, но при этом не указал ни типа клапана, ни системы, работа которой контролировалась указанным вакуумным клапаном.

Между тем, в каждом автомобиле может быть установлен один или несколько типов вакуумных клапанов, которые выполняют определённые функции и важны для нормальной работы автомобиля: системы двигателя, тормозной системы и другие. Что с очевидностью указывает на невозможность осуществления права на защиту обвиняемым ФИО1, утверждавшего, что наступившие последствия явились следствием не умышленного нарушения им правил дорожного движения, а связаны резким внезапным торможением впереди идущего транспортного средства и обрывом шланга на клапане горного тормоза в результате облома пластикового штуцера, приведшего к разгерметизации воздушной системы вакуумного усилителя тормозов автомобиля (в отличие от предъявленного в обвинении), не позволившие ему своевременно затормозить.

При этом из приговора невозможно установить, ФИО1 следовал на технически исправном либо технически неисправном автомобиле - с учетом установленной возникшей неисправности, проходил ли автомобиль технический осмотр, и когда, и могла ли указываемая поломка возникнуть внезапно, как указал суд первой инстанции, отражен ли в протоколе осмотра транспортного средства осмотр неисправной детали, ее состоянии на момент осмотра.

Кроме того, установив внезапно возникшую неисправность вакуумного клапана автомобиля, суд привел суждения, в которых отверг доводы стороны защиты о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие неисправности тормозной системы в управляемом подсудимым автомобиле, и фактически признал установленным отсутствие указанной поломки со ссылкой на то, что ФИО1 утрачена деталь неисправной тормозной системы. Кроме того, об указанной неисправности ФИО1 после ДТП сразу никому не сообщил. Об исправности тормозной системы перед ДТП свидетельствуют данные GPS трекера, находившегося в автомобиле, согласно которым непосредственно перед ДТП автомобиль ФИО1 снижал скорость, в том числе за 6 секунд на 30 км. час, а именно с 80 до 50 км. час. Эксперты в суде однозначно утверждали, что при неисправности тормозной системы, педаль тормоза в автомобиле не будет тугой, а будет проваливаться; при разгерметизации вакуумной системы тормозная система будет находиться в исправном состоянии. Тем самым фактически установил совсем иные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, о том, что ФИО1 следовал на технически исправном автомобиле, при установлении которых, возможность рассмотрения дела судом имелась только с учетом применения положений ст. 237 УПК РФ.

Согласно показаниям потерпевшей Потерпевший №1, приведенных в приговоре, когда она спросила подсудимого обстоятельствах произошедшего, он пояснил, что в момент движения автомобиля он отвлекся на потерпевшего, который смотрел что-то в телефоне, а когда посмотрел на дорогу, увидел впереди автомобиль на очень близком расстоянии, стал тормозить, но не успел остановиться. О каких-либо неполадках тормозной системы автомобиля либо иных неисправностях ФИО1 не говорил. С ней рядом стоял Свидетель №4 и все это тоже слышал. Согласно показаниям свидетеля Свидетель №4 ФИО1 пояснял ему, что перед весовым контролем повернулся и посмотрел на ФИО11, который смотрел в телефон, затем резко повернул голову на дорогу, увидел перед собой фуру. Попытался избежать столкновения, но не успел». Больше ничего не сообщал, не говорил, что возникли проблемы с тормозной системой.

Имеющиеся в деле следственные эксперименты проводились применительно к двум вариантам: исправной тормозной системы автомобиля и не исправной, как и экспертное исследование, с установлением экспертом в обоих случаях при дистанции между автомобилями 50 метров наличия у ФИО1 технической возможности предотвратить наезд.

При этом суд в приговоре фактически не исследовал и не анализировал заключение эксперта № от <дата>, ограничившись указанием о том, что при указанных в исходных данных обстоятельствах (значениях эффективности торможения, установленных в ходе следственного эксперимента от <дата>) водитель автомобиля «№, располагал возможностью предотвратить столкновение с попутно движущимся автомобилем №», путём применения экстренного торможения.

Но при этом судом в приговоре не приведены ни данные о моменте возникновения опасности для ФИО1, ни о расстоянии, на котором он ее мог и должен был обнаружить, ни о длине остановочного пути (которая в случае исправности и неисправности тормозной системы не была равнозначной с учетом результатов следственных экспериментов), которые бы позволяли с достоверностью судить о возможности со стороны ФИО1 предотвратить наезд на впереди идущий автомобиль при указанном расстоянии.

В заключении эксперта № от <дата>, вопреки утверждению суда, нет выводов о том, что неисправность вакуумного клапана автомобиля, не состоит в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, как это признано установленным судом.

Предметом исследования эксперта являлась возможность предотвратить столкновение с учетом поставленного следователем перед экспертом вопроса: располагал ли водитель возможностью не допустить столкновение с впереди двигавшимся автомобилем, снизившим скорость торможением в процессе движения до 30-40 км час.

В показаниях в суде, приведенных в приговоре, которые никак не оценивались судом, и не опровергнуты, ФИО1 утверждал, что впереди идущий автомобиль стал перед ним резко тормозить, когда он находился от него на расстоянии 25 метров, скорость его автомобиля была 75-80 км час., пытаясь избежать аварии, стал выворачивать руль вправо с целью уйти от столкновения, так как в левую сторону не мог повернуть в связи с нахождением там бетонного ограждения, что объективно подтверждается протоколом осмотра дорожно-транспортного происшествия и схемой к нему, на которой отражено место столкновения автомобилей; начало тормозного следа, направление, его длина - 3,62 м. (том 1 л.д.48). Однако оценка указанному маневру ФИО1 дана не была.

Согласно приведённым показаниям свидетеля Свидетель №1 - водителя впереди идущего автомобиля, он мер к резкому торможению не принимал, двигался с постоянной скоростью 30-40 км час. Однако момент возникновения опасности для подсудимого установлен судом в виде снижения скорости автомобилем № №», под управлением водителя Свидетель №1

С учетом представленных эксперту исходных данных исследование им проводилось при заданном между автомобилями расстоянии 50 метров, а согласно данным следственного эксперимента, который проведен после проведения экспертизы, это расстояние установлено в 48,3 метра.

При этом доводам адвоката о предоставлении эксперту расстояния между автомобилями на момент начала торможения, не соответствующего действительности; о неверном применении при расчетах времени реакции водителя на опасность - 0,3 секунды, вместо 1,2 секунды, судом в приговоре оценка также не дана.

Таким образом, выводы суда, изложенные в приговоре по настоящему делу, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а при рассмотрении дела допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, уголовного закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При таких условиях приговор не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене на основании ст. 389-22 УПК РФ по основаниям, предусмотренным п. п. 1,2 ст. 389.15 УПК РФ, 389.16, ч.1 ст. 389.17 УПК РФ, с направлением дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства. Поскольку допущенные нарушения права на защиту, объективность и беспристрастность оценки доказательств, не могут быть устранены судом апелляционной инстанции. В апелляционной жалобе потерпевшей и апелляционном представлении установленные обстоятельства в части неисправности вакуумного клапана автомобиля не оспариваются.

При этом суду первой инстанции в случае подтверждения доказанности виновности в данном дорожно-транспортном происшествии, с учетом доводов апелляционного представления о физическом воздействии подсудимого на тормозную систему автомобиля «<данные изъяты>» уже после дорожно-транспортного происшествия, доводов апелляционной жалобы представителя потерпевшего, прокурора о чрезмерной мягкости назначенного наказания, суду необходимо обсудить вопрос о более строгом основном наказании, как об этом указано в апелляционной жалобе и апелляционном представлении, установленные судом обстоятельства, свидетельствуют о том, что суд, назначая ФИО1 указанное наказание в полной мере не учел характер и обстоятельства совершения преступления, а поэтому назначенное наказание нельзя признать справедливым вследствие чрезмерной мягкости.

С учетом отмены приговора по мотивам существенного нарушения уголовно-процессуального закона оснований для рассмотрения доводов прокурора о необоснованном отказе в вынесении судом частного постановления в адрес начальника <данные изъяты>» не имеется. С материалами дела, протоколом судебного заседания и аудиозаписью прокурор ознакомлен <дата> (том 3 л.д.188).

При новом судебном разбирательстве дела суду также следует создать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, и с учетом представленных доказательств, вынести законное и обоснованное судебное решение.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 389-13, 389.20, 389.28, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

Приговор Сухобузимского районного суда <адрес> от <дата> в отношении ФИО1 отменить.

Дело направить на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе.

Меру пресечения ФИО1 оставить в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47-1 УПК РФ.

Председательствующий:

Копия верна.

Судья: ФИО19.