Приговор № 1-175/2020 от 21 июля 2020 г. по делу № 1-175/2020

№


ПРИГОВОР

ИФИО1

г. Белгород 22 июля 2020 года

Свердловский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего - судьи Берестового С.А.,

при секретаре Черных Е.В., помощнике судьи Оноприенко С.А.,

с участием:

государственного обвинителя Ставинской М.В.,

подсудимой ФИО2, её защитника – адвоката Карпенко Г.П.,

потерпевших К., Ш.

рассмотрев в открытом судебном заседании, в общем порядке судебного разбирательства, уголовное дело в отношении:

ФИО2, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, зарегистрированной и проживавшей по адресу: <адрес>, гражданки РФ, с высшим образованием, замужней, не работающей, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей ФИО3 Т.Ф.

Преступление совершено ею по месту жительства - в <адрес> в <адрес>, при следующих обстоятельствах.

ФИО4 проживала в указанной квартире совместно с супругом Б. и пожилой матерью О. Т.Ф.

15.10.2019 года в период времени с 11 часов до 14 часов ФИО2 совместно с супругом Б. распивала спиртные напитки, в результате чего довела себя до состояния алкогольного опьянения. Такое состояние, а также нежелание О. Т.Ф. лежать на кровати в своей комнате, повлекло необоснованную агрессию ФИО2 к своей пожилой матери О. Т.Ф.

Действуя умышленно, с целью причинения тяжких телесных повреждений потерпевшей, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения О. тяжкого вреда здоровью, опасного для её жизни, и желая этого, в период времени с 14 часов до 15 часов, ФИО4 со значительной силой нанесла рукой не менее 4 ударов в область головы потерпевшей, не менее 1 удара в область шеи слева, не менее 2 ударов в область верхних конечностей, не менее 7 ударов в область нижних конечностей, не менее 5-6 ударов в область груди. Тем самым, ФИО5 причинила О. телесные повреждения: травму головы: кровоподтеки на веках обоих глаз, в области лба слева; кровоизлияние в мягких тканях в левой лобно-теменно-височной области; травму шеи: ротационный подвывих первого шейного позвонка вправо, субдуральное, субарахноидальное кровоизлияние шейного отдела спинного мозга; кровоподтек на переднебоковой поверхности шеи слева; травму груди: кровоподтек на передней поверхности грудной клетки справа, обширное прерывистое подкожное кровоизлияние на передней поверхности грудной клетки справа и слева; закрытые локальные переломы 4-7 ребер справа между около грудинной и среднеключичной линиями, 3-6 ребер слева между среднеключичной и передней подмышечной линиями; травму конечностей: по одному кровоподтеку в средней трети правого и левого плеча, в нижней трети правого бедра, в области гребня правой подвздошной кости, в верхней трети правой голени, в верхней трети левой голени, на наружной поверхности левого бедра; по одной ссадине на наружной поверхности в верхней трети левого бедра, левого коленного сустава, которые являются частями одной сочетанной политравмы, повлекшей за собой шоковое состояние и причинившей тяжкий вред здоровью О. по признаку опасности для жизни человека, согласно п. 6.2.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.08г. № 194н.

Смерть О. наступила 18.10.2019 в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» от декомпенсированного травматического шока, явившегося осложнением сочетанной политравмы, развившейся в результате причинения последней телесных повреждений.

Между вышеуказанной политравмой, повлекшей за собой шоковое состояние и смертью О. имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании были в полном объеме исследованы доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты на условиях состязательности.

Виновность подсудимой ФИО4 в совершении преступления нашла подтверждение в ходе судебного следствия в показаниях самой подсудимой, свидетелей и материалах уголовного дела.

Подсудимая ФИО2 свою вину в инкриминируемом ей деянии признала, указав на отсутствие у неё прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью и предвиденья наступления смерти О.

По обстоятельствам происшедшего показала, что 15.10.2019 года около 12 часов дня в своей квартире выпила совместно с супругом Б. около 100 грамм водки, после чего заснула. Проснулась от криков соседки, которая возмущалась тем, что её мать О., оставшись без присмотра, вышла без одежды на улицу. Двое мужчин завели домой с лестничного пролета О. под руки и усадили на кровать, высказывая в отношении неё и супруга недовольство, что они не следят за О.. Данное происшествие вызвало у неё возмущение. Она начала ухаживать за О., уложила её на кровать и ушла из комнаты, но через 5 минут О. разорвала подгузник, который она только что заменила, и собиралась вставать. Такое поведение матери окончательно вывело её из себя, и, пытаясь уложить О. и успокоить, она применила силу и нанесла матери несколько ударов рукой, в том числе кулаком, удерживая её другой рукой за шиворот свитера. Куда и сколько нанесла ударов точно не помнит, поскольку была в сильном душевном волнении, возможно в голову и в область плеча. Мать успокоилась, перестала подниматься с кровати. После этого она ушла, и через некоторое время легла спать. Проснувшись, зашла в комнату матери и увидела, что она лежит на полу. На кровать О. не поднимала, т.к. боялась, что та сможет опять упасть. Утром она увидела у матери большую гематому на лбу и верхней части головы. О. была в сознании, на вопросы отвечала односложно, на боли не жаловалась. Скорую помощь она не вызывала, так как ей уже делали замечание что она вызывает без повода. В этот и следующие два дня О. пила воду, от еды отказывалась.

18.10.2019 года пришла сестра Ш., и, увидев кровоподтеки у матери, вышла на улицу. Через полчаса в квартиру вошли Ш., К., сотрудники полиции и скорой помощи. На их вопросы что произошло, она ответила, что О. упала, после чего мать увезли в больницу, где та скончалась.

Также ФИО5 пояснила, что более года назад стала замечать у матери странное поведение, которое со временем становилось хуже. О. начала часто падать, ей установили диагноз «Альцгеймер», она плохо ориентировалась в квартире, не могла себя обслуживать, незадолго до случившегося у неё отказали ноги, она не узнавала своих близких.

С согласия стороны защиты, на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ в связи с наличием существенных противоречий, оглашены показания ФИО3 Н.Б. об обстоятельствах нанесения ударов О. Т.Ф., данные ей в ходе предварительного расследования:

Из протокола допроса ФИО2 в качестве подозреваемой следует, что она попыталась уложить О. но последняя сопротивлялась, начиная вставать. Далее, она, прикладывая усилия, надавливая правой ладошкой на грудь матери, неоднократно на протяжении примерно 5 минут, продолжала попытки её уложить, но у неё это не получилось. В этот момент у неё не выдержали нервы, и она, стоя перед мамой О., которая находилась в полу сидячем положении, схватила её левой рукой за волосы на затылке, и, удерживая голову, нанесла кистью правой руки несколько ударов в область грудной клетки слева, два удара по голове один в область левого глаза, а один в область лба слева, один удар в область шеи слева, один удар по левой руке. Во время нанесения ударов она держала мать левой рукой за волосы. Все это избиение продолжалась около двух минут, после чего О. успокоилась и перестала подниматься с кровати. (т.1 л.д.214-218)

Из протокола допроса ФИО2 в качестве обвиняемой следует, что она пыталась уложить О., но у неё это не получилось. В этот момент у неё не выдержали нервы, и она, стоя перед О.., схватила её левой рукой за волосы на затылке, и, удерживая голову, нанесла кистью правой руки не менее двух ударов в область грудной клетки слева, два удара по голове, один в область левого глаза, один в область лба слева, один удар в область шеи слева, один удар по левой руке. Во время нанесения ударов она держала мать левой рукой за волосы. (т.1 л.д.233-235)

Подсудимая правильность своих показаний, данных в ходе предварительного расследования, подтвердила в полном объеме. Данные показания в части нанесения телесных повреждений О. полностью согласуются с другими доказательствами по делу, являются достоверными и допустимыми, поэтому суд берет их в основу обвинения.

Некоторые неточности и отсутствие в показаниях подсудимой, данных в судебном заседании, детализации о количестве ударов, характере и локализации причинения потерпевшей телесных повреждений, по мнению суда, возникли в результате давности произошедшего.

Помимо признательных показаний самой подсудимой об обстоятельствах преступления, её вина подтверждается и другими исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями потерпевших, свидетелей, письменными доказательствами.

Согласно показаниям потерпевших Ш. и К., их мать О. проживала в квартире вместе с ФИО2 и её мужем Б. Им известно, что ФИО2 злоупотребляла спиртным, в состоянии опьянения становилась агрессивной и избивала мать, но последняя боялась обращаться в полицию. 15.10.2019 года они приезжали в квартиру и навещали О. оказывали ей уход, телесных повреждений у неё не видели, жалоб она не высказывала, и в обеденное время они ушли.

Так же, Ш. показала, что 18.10.2019 года около 11 часов она вновь приехала в квартиру, чтобы навестить мать. Двери ей открыла ФИО2, в квартире она увидела маму, лежащую на кровати, укрытую до головы одеялом. На подушке и простыни были следы крови. У матери были закрыты глаза, дыхание было нарушено, левая сторона головы была темного цвета. Увидев это, она выбежала из квартиры и позвонила в службу спасения и в полицию, а так же сестре - К.

Из показаний потерпевших так же следует, что на их вопросы ФИО2 пояснила, что мама упала. О. госпитализировали, а 18.10.2019 года около 21 часа сообщили о смерти О.

Показания потерпевших Ш. и К. являются последовательными, согласуются между собой и не противоречат пояснениям подсудимой и показаниям иных свидетелей, в связи с чем, оснований для признания их недостоверными, в том числе по доводам стороны защиты, не имеется.

Из показаний свидетеля Б. следует, что его супруга ФИО2 злоупотребляет спиртными напитками. В состоянии опьянения ФИО5 становится агрессивной, провоцирует конфликты, были случаи, когда она поднимала руку на мать. После перенесенного им инсульта он в конфликты Липской с матерью не вмешивался, так как физически не мог остановить супругу. 15.10.2019 он проснулся от того, что в квартире кричала соседка о том, что О. находится на улице без одежды. О. в квартиру привели два мужчины, один из них – Э. сделал им с супругой выговор, что они не следят за О. После их ухода ФИО5 зашла в комнату О., начала на неё кричать из-за того, что она вышла на улицу, была в ярости и он видел, как она схватила мать за волосы и начала «трепать», бить ладонью по ногам в область коленей. Он пытался оттащить Липскую, но не смог и поэтому ушел из комнаты. Нанесения других ударов О. не видел, но слышал на протяжении 15-20 минут как ФИО5 то кричала на мать, то звуки ударов (шлепки) и стоны О. После избиения ФИО5 пошла спать. В комнату к О. в указанное время не заходил. Утром следующего дня близко он не подходил, но на расстоянии от входной двери увидел у О. синяк на левой стороне головы, она лежала на кровати. Потом он уехал к своему знакомому в <адрес>. Через два дня ему позвонила ФИО5 и сказала, что О. умерла. Кроме ФИО6 телесных повреждений никто не причинял и посторонние в квартиру не входили.

Также Б. пояснил, что у О. в целом было плохое состояние здоровья. Последний месяц перед случившимся её состояние здоровья еще более ухудшилось, появились странности в поведении, иногда не узнавала окружающих, не могла ухаживать за собой.

По ходатайству государственного обвинителя с согласия стороны защиты, на основании ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Б., которые он давал на следствии, ввиду несоответствия времени и даты событий, а также обстоятельств, связанных с совершением преступления (т.1 л.д.85-88).

Согласно данным показаниям, 15.10.2019 в обеденное время он вместе с супругой употребили около 0,7 литра водки и уснули. О. привели в квартиру Н. и С., когда они ушли, ФИО2 зашла в комнату к матери, после чего он услышал крик: «Как ты меня достала, жизни не даешь», поэтому он также зашел в комнату и увидел, что ФИО2 схватила мать за волосы, та в то время лежала на кровати, и начала «трепать», несколько раз ударила мать ладонью по коленке. Через 5-10 минут ФИО2 пришла в комнату, начала жаловаться ему на то, что она устала ухаживать за матерью. Он и ФИО2 выпили еще и легли спать. 19.10.2019, когда он приехал домой из <адрес>, то обнаружил сотрудников полиции. Со слов ФИО2 ему стало известно, что О. забрали в больницу, где она умерла.

Оглашенные показания свидетель Б. подтвердил в полном объеме, изложенные им обстоятельства совершения преступления не противоречат другим доказательствами по делу, поэтому суд признает их достоверными. Его показания данные на следствии в целом согласуются, а в деталях – дополняют показания, данные им в судебном заседании, неточность которых относительно времени, дат и незначительных обстоятельств объясняются давностью событий. Оснований для их критической оценки не имеется.

Свидетель Г. очевидцем происшедшего не являлся, рассказал об обстоятельствах своего выезда, как врача скорой помощи, по вызову в квартиру к потерпевшей, её плохом состоянии по причине полученных множественных тяжёлых травм и её госпитализации в ОГБУЗ «ГБ № 2 г. Белгорода».

Свидетель Л., пояснил, что он ранее проживал совместно с матерью ФИО2 и бабушкой О. Между последними были не очень хорошие отношения, они часто ругались. ФИО2 на протяжении последних двух лет злоупотребляла спиртным, а будучи пьяной вела себя агрессивно. 17.10.2019 года он заходил по месту жительства матери и бабушки О. видел, что у последней на лице имеются гематомы, Л. ему пояснила, что она ударилась.

Согласно оглашенным в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаниям свидетелей Н. и С. следует, что они очевидцами преступных действий не являлись, характеризуют своих соседей ФИО2 и Б. как злоупотребляющими спиртными напитками. Проживавшая с ними О. являлась инвалидом, поэтому ФИО2 осуществляла за ней уход. 15.10.2019 около 14 часов они увидели сидевшую у подъезда на лавочке раздетую О. и привели её в квартиру, где она проживала. Видимых телесных повреждений на ней не было. (т.1 л.д.92-94, 95-97)

Об этих же обстоятельствах свидетельствуют и показания свидетелей В. и Ч. оглашенные с согласия сторон в связи с их неявкой. (т.1 л.д.98-103, 104-108)

Судом исследованы материалы дела:

- протоколы осмотра места происшествия от 18 и 19 октября 2019 года с фототаблицей, в ходе которых осмотрена <адрес> в <адрес> и зафиксирована обстановка в ней, где ФИО2 наносила телесные повреждения О. (т. 1 л.д. 5-12, 23-27)

- сообщение из медицинского учреждения от 18.10.2019 года о поступлении в ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» О. доставленной из <адрес> в <адрес> с множественными телесными повреждениями.(т. 1 л.д. 18)

- заявления Ш. и К. от 18.10.2019 года, о привлечении к ответственности ФИО2, причинившей телесные повреждения О..(т. 1 л.д. 19, 21)

- копия карты вызова скорой медицинской помощи, согласно которой 18.10.2019 в 10 часов 56 минут поступило сообщение об избиении О. дочерью и обнаружении у О. телесных повреждений в виде ушибов мягких тканей левой половины головы, гематомы. По результатам осмотра поставлен предварительный диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга. (т. 1 л.д. 112-113)

- сообщение, поступившее 18.10.2019 года в 21 час 26 минут в дежурную часть ОП-2 УМВД России по г. Белгороду о смерти О. в ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода».(т. 1 л.д. 41)

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа, у О., с учетом данных медицинской документации и результатов дополнительных лабораторных исследований, выявлены телесные повреждения в виде сочетанной травмы головы, шеи, груди, конечностей (п. 1 «а»):

- травма головы: кровоподтеки на веках обоих глаз, в области лба слева; кровоизлияние в мягких тканях в левой лобно-теменно-височной области;

- травма шеи: ротационный подвывих первого шейного позвонка вправо, субдуральное, субарахноидальное кровоизлияние шейного отдела спинного мозга; кровоподтек на переднебоковой поверхности шеи слева;

- травма груди: кровоподтек на передней поверхности грудной клетки справа, обширное прерывистое подкожное кровоизлияние на передней поверхности грудной клетки справа и слева; закрытые локальные переломы 4-7 ребер справа между около грудинной и среднеключичной линиями, 3-6 ребер слева между среднеключичной и передней подмышечной линиями;

- травма конечностей: по одному кровоподтеку в средней трети правого и левого плеча, в нижней трети правого бедра, в области гребня правой подвздошной кости, в верхней трети правой голени, в верхней трети левой голени, на наружной поверхности левого бедра; по одной ссадине на наружной поверхности в верхней трети левого бедра, левого коленного сустава.

Смерть О. наступила от декомпенсированного травматического шока, явившегося осложнением сочетанной политравмы, отраженной в п. 1 «а» данных выводов, что подтверждается, как наличием самой вышеуказанной травмы с множественными повреждениями ребер, с признаками повторной их травматизации, так и морфологическими изменениями внутренних органов, выявленными при судебно-медицинской экспертизе трупа и характерными для шокового состояния, при этом данная политравма, повлекшая за собой шоковое состояние, по признаку опасности для жизни, квалифицируется, как травма, причинившая тяжкий вред здоровью, согласно п. 6.2.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных МЗ и соцразвития РФ от 24.04.08г № 194н, и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Указанная политравма носит прижизненный характер и могла быть получена ДД.ММ.ГГГГ. Выявленные кровоподтеки на теле О. имеют давность не менее трех суток; вышеописанные ссадины на теле пострадавшей - давность не менее двух-трех суток; кровоизлияния в мягких тканях головы в левой лобно-теменно-височной области имеют давность во временном интервале - не менее двух суток, не более пяти суток; кровоизлияния в мягких тканях шеи слева имеют давность в интервале не менее суток, не более трех суток; кровоизлияния в мягких тканях, прилежащих к переломам 4-7 ребер справа - давность во временном интервале имеют давность не менее суток, не более пяти суток; кровоизлияния в мягких тканях, прилежащих к переломам 3-6 ребер слева - давность в интервале не менее трех суток, не более десяти суток; субдуральное, эпидуральное кровоизлияния шейного отдела спинного мозга - давность во временном интервале - не мене суток, не более трех суток.

С учетом характера и локализации телесных повреждений сочетанная травма головы, шеи, груди, конечностей, отраженная в п. 1 «а» данных выводов, получена от не менее 19-20 травматических воздействий: при этом не менее 4 травматических воздействий в область головы, не менее 1 травматического воздействия в область шеи слева, не менее 2 травматических воздействий в область верхних конечностей, не менее 7 травматических воздействий в область нижних конечностей, не менее 5-6 травматических воздействий в область груди, при этом в момент получения травмы потерпевшая была обращена преимущественно передней и левой боковой поверхностью тела по отношению к травмирующему предмету (предметам) и могла находиться в различных положениях тела - сидя, стоя. (т. 1 л.д. 123-130)

Из заключения эксперта № 69 от 27.03.2020 года следует, что показания ФИО2, изложенные в допросе в качестве подозреваемой от 19.11.2019 года, в допросе в качестве обвиняемой от 20.11.2019 года, и в ходе проверки показаний на месте от 20.11.2019 года в части обстоятельств и механизма образования повреждений, обнаруженных у О., носят взаимодополняющий характер, однако отмечается несовпадение по минимальному количеству травмирующих воздействий: 6 - по версии ФИО2 20 - выявлены в ходе экспертизы трупа О. Не исключено образование следующих повреждений в результате указанных ударных воздействий кистями рук, поскольку конечности человека относятся к категории тупых предметов с ограниченной травмирующей поверхностью по отношению к областям головы человека: в результате удара в лобную область слева - ротационного подвывиха первого шейного позвонка вправо, субдурального, субарахноидального кровоизлияния шейного отдела спинного мозга, кровоподтека в лобной области слева, кровоизлияния в мягких тканях в левой лобно-теменно-височной области; в результате удара в параорбитальную область слева - кровоподтеков век левого глаза; в результате удара в область шеи - кровоподтека переднебоковой поверхности шеи слева; в результате удара в область левого плеча - кровоподтека левого плеча; в результате двух ударов в грудь слева - переломов 3-6 ребер слева между среднеключичной и передней подмышечной линиями, подкожного кровоизлияния передней поверхности груди слева. В показаниях отсутствуют сведения об обстоятельствах образования переломов 4-7 ребер справа - не имеется сведений об ударно-компрессионном травмирующем воздействии в область передней правой поверхности груди. В показаниях отсутствуют сведения об обстоятельствах образования кровоподтеков и ссадин правой верхней и обеих нижних конечностей, левой подвздошной области, правой параорбительной области.

Показания ФИО2, изложенные в допросах в качестве обвиняемой от 12.02.2020 года, 17.02.2020 года в части обстоятельств и механизма образования повреждений, обнаруженных у О., носят взаимодополняющий характер, экспертом оценены в совокупности в сравнении с выявленным механизмом травмы: исключается образование повреждений головы, шеи, грудной клетки в результате падения на плоскости (пол представляет собой преобладающую плоскую твердую поверхность по отношению к частям тела человека), на основании несовпадения по виду травмирующей поверхности, а также анатомического расположения повреждений на различных областях тела справа и слева; не исключено причинение частично повреждений на конечностях (кровоподтеки, ссадины), расположенных на одной стороне тела в анатомических местах, доступных при контакте с плоской поверхностью. (т. 1 л.д. 188-195)

Выводы экспертов обоснованы, сделаны на основе исследования трупа О. медицинской документации и результатов дополнительных лабораторных исследований, компетентным лицом, предупреждавшимся об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющим необходимое образование и стаж работы, в полном соответствии с нормами уголовно-процессуального закона.

Из содержания оглашенного протокола проверки показаний на месте и осмотра в судебном заседании приложенной видеозаписи произведенного следственного действия следует, что ФИО2 самостоятельно добровольно указала место совершения преступления, наглядно продемонстрировала механизм и последовательность нанесения ударов О.. (т.1 л.д.224-229)

Доказательства, исследованные судом, являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности - достаточными для признания ФИО2 виновной в совершенном ею преступлении.

Суд, дав оценку показаниям подсудимой ФИО2, потерпевших Ш. и К. свидетелей Б. Г. Л.., Н., С., В. и Ч., по правилам указанным в ст. ст. 87 и 88 УПК РФ, находит показания перечисленных лиц последовательными, согласующимися между собой и письменными доказательствами по делу, и в совокупности отображающими подробную картину произошедшего, сомнений у суда не вызывают, признаются достоверными доказательствам вины подсудимой ФИО2 в совершении преступления в отношении О.

Свидетель Б. является непосредственным очевидцем совершенного ФИО2 преступления и своими показаниями полностью изобличил её в содеянном, исключив причастность других лиц.

Заявленные ФИО2 версии на предварительном следствии и начальной стадии судебного разбирательства о возможности получения ФИО7 телесных повреждений от падения с кровати на пол или в процессе того как Н. и С. привели её в квартиру, суд оценивает критически, поскольку они противоречат собранным по делу доказательствам и расцениваются как способ защиты.

Сама подсудимая ФИО2 в ходе судебного заседания признала, что наносила неоднократные удары потерпевшей в различные части тела, пояснив, что не исключает возможность возникновения наступивших последствий от её действий, количество ударов, нанесенных О. указанное ей на этапе предварительного следствия могло быть иным, поскольку она удары не считала, находилась в состоянии алкогольного опьянения и искаженного восприятия событий, вызванного сильным душевным волнением и накопившемся стрессом.

При этом, в соответствии с выводами заключения комплексной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы № 15 от 09.01.2020 года, ФИО2 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающим её способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдала на период инкриминируемого ей деяния и в настоящее время психически здорова. ФИО2 в состоянии временного психического расстройства (в том числе в состоянии патологического опьянения, патологического аффекта) не находилась, в её психическом состоянии в тот период не было признаков расстроенного сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), действия её носили последовательный, целенаправленный характер, она правильно ориентировалась в окружающем. Таким образом, ФИО2 могла на период времени, относящийся к инкриминируемому ей деянию в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО2 также может понимать характер и значение уголовного судопроизводства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их доказательств), своего процессуального положения (содержание своих процессуальных прав и обязанностей), обладает способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. По своему психическому состоянию ФИО2 в применении к ней принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО2 на период инкриминируемого ей деяния в состоянии аффекта не находилась. (т. 1 л.д. 160-167)

С учетом изложенного, суд признает подсудимую ФИО2 вменяемой. Она может нести уголовную ответственность за содеянное.

Нанесение множественных ударов по жизненно важным органам - голове и туловищу со значительной силой, дает основание суду признать доказанным умышленный характер действий ФИО2, направленных на причинение пожилой потерпевшей тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, поскольку она осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления общественно опасных последствий, не желала, но сознательно допускала эти последствия.

По отношению к смерти О. имела место неосторожность, поскольку ФИО2 не предвидела возможности наступления такого последствия своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия.

Между фактом причинения и наступлением тяжкого вреда здоровью и между причинением вреда и наступлением смерти О. имеется прямая причинно-следственная связь.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При решении вопроса о назначении наказания виновной, суд в соответствии со ст.ст. 60-63 УК РФ принимает во внимание характер содеянного, степень его общественной опасности, мотивы и способы совершения преступных действий, иные конкретные обстоятельства дела наряду с данными о личности подсудимой, а также обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания.

В ходе судебного разбирательства при изучении личности подсудимой ФИО2 установлено, что она на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит (т.1 л.д.204-205), по месту содержания в следственном изоляторе характеризуется удовлетворительно (т.1 л.д.207).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признает раскаяние в содеянном, её состояние здоровья ввиду наличия хронических заболеваний.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, судом признаётся совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Именно такое состояние, в котором находилась подсудимая в момент совершения преступления и до которого она сама себя довела, явилось причиной возникновения у неё неоправданной неконтролируемой ярости и насилия по отношению к потерпевшей.

Совершенные ФИО2 преступные действия является умышленными, отнесены законом к категории особо тяжких преступлений. При этом наличие установленного судом отягчающего наказание обстоятельства делает невозможным применение ч.6 ст.15 УК РФ и изменение категории преступления на менее тяжкую.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимой ФИО2, суд для достижения целей наказания, предусмотренных положениями ч.2 ст.43 УК РФ - восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание, находит необходимым исправление подсудимой лишь в условиях изоляции от общества.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, поведением ФИО2 во время или после его совершения, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень их общественной опасности, которые возможно расценить как основания для назначения более мягкого наказания, а равно определения его ниже низшего предела, чем предусмотрено санкцией статьи (ст. 64 УК РФ), как не усматривается и возможности исправления подсудимой без реального отбывания наказания (ст. 73 УК РФ). Оснований для применения дополнительного наказания по ч. 4 ст. 111 УК РФ в виде ограничения свободы, с учетом обстоятельств, смягчающих наказание, у суда также не имеется.

Отбывание наказания суд назначает на основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима, в связи с совершением ФИО2 особо тяжкого преступления.

В срок отбывания наказания ФИО2 необходимо зачесть срок её задержания в порядке ст. 91 УПК РФ с 19 по 21 октября 2019 года и срок содержания под стражей в период следствия и суда с 21 октября 2019 года по 22 июля 2020 года включительно по правилам п.1 ч.10 ст.109 УПК РФ, п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с 22 июля 2020 года по день вступления приговора в законную силу также полежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

Вещественные доказательства по уголовному делу отсутствуют.

Процессуальные издержки, предусмотренные п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ, связанные с участием защитника в суде в сумме 11250 рублей, на основании ч.2 ст.132 УПК РФ подлежат взысканию с подсудимой. ФИО2 не отказывалась от назначенного ей защитника, является трудоспособной и не лишена возможности их уплаты. Оснований для освобождения подсудимой от уплаты процессуальных издержек не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу оставить без изменения.

Срок наказания ФИО2 исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В срок отбывания наказания ФИО2 зачесть срок её задержания в порядке ст. 91 УПК РФ с 19 по 21 октября 2019 года и срок содержания под стражей в период следствия и суда с 21 октября 2019 года по 22 июля 2020 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с 22 июля 2020 года по день предшествующий дню вступления приговора в законную силу включительно зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката в сумме 11250 рублей, на основании ч. 2 ст. 132 УПК РФ взыскать с осужденной ФИО2 в доход государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда через Свердловский районный суд г. Белгорода в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Судья подпись С.А. Берестовой

КОПИЯ ВЕРНАПодлинный документ находится в деле №1-175/2020Свердловского районного суда г.БелгородаСудья ____________________ _С.А. Берестовой (личная подпись) (инициалы, фамилия)Секретарь ______________ __Е.В. Черных__ (личная подпись) (инициалы, фамилия)«22»_ июля _ 2020_ г.

___Приговор __ не вступил (о) в законную силу Судья ___________________ __С.А. Берестовой (личная подпись) (инициалы, фамилия)Секретарь ______________ ___ Е.В. Черных __ (личная подпись) (инициалы, фамилия)«22» ___ июля ____ 2020 г.