Решение № 12-22/2021 12-624/2020 от 20 января 2021 г. по делу № 12-22/2021

Дело № 12-22/2021 Судья Щеркина Т.Р.


Р Е Ш Е Н И Е

город Челябинск 20 января 2021 года

Судья Челябинского областного суда Майорова Е.Н., при секретаре Волосниковой М.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Челябинского областного суда жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на постановление судьи Советского районного суда г. Челябинска от 02 декабря 2020 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО1,

у с т а н о в и л:

постановлением судьи Советского районного суда г. Челябинска от 02 декабря 2020 года индивидуальный предприниматель ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 25 000 рублей.

Не согласившись с принятым постановлением судьи, ФИО1 обратилась с жалобой, в которой просит об отмене постановления. В жалобе указывает на то, что судом дана неверная оценка ее пояснениям. В ее действиях отсутствовал умыл, по неосторожности не предвидела возможности наступления последствий, вмененных ей в вину, вследствие непонимания норм ввиду их запутанности и неопределенности, юридической неграмотности. При назначении административного наказания не учтены обстоятельства, смягчающие административную ответственность, такие как признание вины в полном объеме, раскаяние в содеянном, является индивидуальным предпринимателем, внесена в единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства, затруднительное материальное положение, отсутствие доказательств возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, совершила единственное правонарушение (не установила рециркулятор), тогда как остальные мероприятия, направленные на «разрыв» механизма передачи инфекции (СОVID-19) ею выполнены. Полагает возможным применение положений ст. 4.1.1 КоАП РФ.

В судебном заседании ФИО1 доводы жалобы поддержала.

Представитель административного органа, будучи надлежаще извещенным, не явился, причины неявки не сообщил, ходатайств об отложении не представил. На основании пунктов 2, 4 части 2 статьи 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, считаю возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица.

Изучив доводы жалобы, выслушав ФИО1, проверив материалы дела, прихожу к следующим выводам.

Частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил, гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических противоэпидемиологических мероприятий, совершенное в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» под санитарно-эпидемиологическими требованиями понимаются обязательные требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств, несоблюдение которых создает угрозу жизни или здоровью человека, угрозу возникновения и распространения заболеваний и которые устанавливаются государственными санитарно-эпидемиологическими правилами и гигиеническими нормативами, а в отношении безопасности продукции и связанных с требованиями к продукции процессов ее производства, хранения, перевозки, реализации, эксплуатации, применения (использования) и утилизации, которые устанавливаются документами, принятыми в соответствии с международными договорами Российской Федерации, и техническими регламентами.

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2004 года № 715 «Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих» коронавирусная инфекция (2019-nCoV) относится к заболеваниям, представляющим опасность для окружающих.

Соблюдение санитарных правил, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

В соответствии с пунктами 1 и 3 ст. 29 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан. Санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия проводятся в обязательном порядке гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в соответствии с осуществляемой ими деятельностью, а также в случаях, предусмотренных пунктом 2 ст. 50 настоящего Федерального закона.

На основании п. 4.4. СП 3.1.3597-20 мероприятиями, направленными на «разрыв» механизма передачи инфекции (СОVID-19), являются - организация дезинфекционного режима на предприятиях общественного питания, объектах торговли, транспорте, в том числе дезинфекция оборудования и инвентаря, обеззараживание воздуха.

В п. п. 6.1., 6.2., 6.3 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 22.05.2020 № 15 в (ред. от 13.11.2020), указано, что с целью профилактики и борьбы с COVID-19 проводят профилактическую и очаговую (текущую, заключительную) дезинфекцию. Для проведения дезинфекции применяют дезинфицирующие средства, применяемые для обеззараживания объектов при вирусных инфекциях.

Профилактическая дезинфекция осуществляется при возникновении угрозы заноса инфекции с целью предупреждения проникновения и распространения возбудителя заболевания в коллективы людей, в организациях, на территориях, где это заболевание отсутствует, но имеется угроза его заноса извне.

Воздух в присутствии людей следует обрабатывать с использованием технологий и оборудования на основе использования ультрафиолетового излучения (рециркуляторов), различных видов фильтров (в том числе электрофильтров).

Как следует из представленных материалов дела, 14 ноября 2020 года в 10 час. 30 мин. индивидуальный предприниматель ФИО1 при осуществлении деятельности по розничной торговле обувью в отделе «<данные изъяты>» <данные изъяты> по адресу: <адрес> в период действия режима повышенной готовности на территории Челябинской области в соответствии с Распоряжением Правительства Челябинской области от 18 марта 2020 года №146-рп «О введении режима повышенной готовности» (с последующими изменениями) в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (СОVID-19) в Челябинской области, допустила нарушения требований ст. 11, п. 3 ст. 39 Федерального закона от 12 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», п. 4.4. раздела IV и п.п. 6.1, 6.2, 6.3 раздела VI СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», а именно: на момент осмотра отдела розничной торговли обувью обеззараживание воздуха в рабочем помещении не организовано и не проводится - устройство по обеззараживанию воздуха (рециркулятор) отсутствует, совершила административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ.

Таким образом, индивидуальный предприниматель ФИО1 не выполнила соблюдение санитарных правил, санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий, чем нарушила ст. 11, п. 3 ст. 39 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

Факт административного правонарушения и вина ФИО1 в его совершении подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, которые были оценены судьей районного суда в соответствии со ст.ст. 26.2. 26.11 КоАП РФ и получили надлежащую правовую оценку. Все выводы судьи должным образом мотивированы. Квалификация действиям ФИО1 по части 2 статьи 6.3 КоАП РФ дана правильно.

Достоверность и допустимость данных доказательств сомнений не вызывает. Совокупность имеющихся в материалах дела доказательств являлась достаточной для вывода суда о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

Таким образом, установив нарушение ФИО1 законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, судья районного суда пришел к правильному выводу о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

Каких-либо существенных нарушений требований КоАП РФ, не позволивших всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, судьей районного суда допущено не было.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом и соответствует требованиям статьи 28.2 КоАП РФ, предъявляемым к его содержанию и порядку составления. Все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколе отражены, событие правонарушения должным образом описано, а потому данный протокол обоснованно признан в качестве допустимого доказательства по делу.

Вопреки доводам жалобы указание на отсутствие умысла совершения административного правонарушения не свидетельствует об отсутствии состава административного правонарушения.

С субъективной стороны совершенное ФИО1 административное правонарушение характеризуется умышленной формой вины, она, зная, что на территории Челябинской области введен режим повышенной готовности в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19), не исполнила соблюдение императивных санитарных правил, являющихся обязательными для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц ст. 39, Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», предвидел наступление вредных последствий и сознательно допускала их наступление.

Между тем, у ФИО1 имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от неемеры по их соблюдению. ФИО1 должна была понимать и осознавать последствия своих действий и предвидеть наступление последствий в виде привлечения к административной ответственности.

Оснований для изменения постановления судьи в части назначенного наказания не имеется, в связи со следующим.

В силу ч. 1 ст. 4.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 3.4 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 настоящей статьи.

Приводимые ФИО1 в жалобе доводы в обоснование назначения наказания с учетом положения части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ, не являются достаточными для замены административного штрафа на предупреждение.

В силу ч. 2 ст. 3.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Исходя из изложенного, действующее законодательство предусматривает наличие обязательного условия для применения нормы ч. 1 ст. 4.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - отсутствие в результате совершения административного правонарушения, возникновения угрозы причинения вреда неопределенному кругу лиц, безопасности государства.

Оснований для его замены на предупреждение с учетом положений ст. 4.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не имеется, поскольку, применительно к обстоятельствам настоящего дела несоблюдение ФИО1 требований законодательства в области обеспечения санитарно-противоэпидемического благополучия создает угрозу распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих.

В данном случае угроза причинения вреда заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий от правонарушения, а в пренебрежительном отношении индивидуального предпринимателя к соблюдению санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, что напрямую влияет на санитарно-эпидемиологическое благополучие населения.

Потому обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 3.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, наличие которых является необходимым для применения положения ст. 4.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в настоящем случае не усматривается.

При отсутствии совокупности всех обстоятельств, перечисленных в ч. 2 ст. 3.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, возможность замены административного наказания в виде административного штрафа предупреждением не допускается.

Само по себе включение индивидуального предпринимателя в Единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства не является основанием для безусловного применения положений ст. 4.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В тоже время, вопреки утверждениям в жалобе, учитывая характер совершенного правонарушения, судья установил наличие исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, личностью и имущественным положением лица, привлекаемого к административной ответственности, наличие смягчающих обстоятельств, таких как привлечение к административной ответственности впервые, добровольное устранение допущенного нарушения и отсутствие отягчающих обстоятельств, применил положения части 3.2 статьи 4.1 КоАП РФ, назначив наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, что соответствует содеянному, отвечает целям административного наказания, указанным в статье 3.1 КоАП РФ. Правовых оснований для переоценки обстоятельств, учтенных судом при назначении размера ФИО1, не имеется.

С учетом установленных обстоятельств, а также отсутствия объективных доказательств тяжелого материального положения заявителя, прихожу к выводу, что назначенный вид и размер наказания отвечает требованиям закона и является справедливым.

Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст. ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Постановление о привлечении к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, содержит все необходимые требования, предусмотренные статьей 29.10 КоАП РФ, вынесено судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных статьей 24.5 КоАП РФ не установлено.

Существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, которые не позволили бы всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, при производстве по делу об административном правонарушении в отношении допущено не было.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения постановления судьи районного суда и удовлетворения жалобы не имеется.

Руководствуясь 30.6, 30.7, 30.9, КоАП РФ, судья областного суда

решил:

постановление судьи Советского районного суда г. Челябинска от 02 декабря 2020 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО1, оставить без изменения, жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.

Судья Е.Н. Майорова