Приговор № 1-43/2019 от 12 июня 2019 г. по делу № 1-43/2019

Дело № 1-43/19


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 июня 2019 года село Варна

Варненский районный суд Челябинской области, в составе председательствующего по делу судьи Зотовой А.С., при секретаре судебного заседания – Пфейфер М.А., с участием государственного обвинителя – прокурора Варненского района Ковалева А.В., потерпевшей ФИО1, ее представителя – адвоката Барановой В.М., подсудимого ФИО2, его защитника - адвоката Некрасова В.И., в зале судебного заседания Варненского районного суда, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> зарегистрированного по адресу: <адрес>, фактически проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого,

содержавшегося по настоящему делу под стражей с 09 февраля 2019 года по 11 февраля 2019 года,

содержащегося под домашним арестом с 11 февраля 2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

Около 19 часов 08 февраля 2019 года ФИО3 и ФИО2 находились в хозяйственной постройке (летней кухне), расположенной во дворе дома <адрес> Челябинской области, где совместно распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртных напитков между ФИО3 и ФИО2 произошел словестный конфликт, в ходе которого, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на убийство ФИО3

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в указанное время в указанном месте, из личных неприязненных отношений, нанес не менее одного удара рукой в правую руку потерпевшего, после чего, вооружившись неустановленным следствием клинковым предметом, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, нанес им не менее 13 ударов в область расположения жизненно важных органов - голову и шею ФИО3 Далее, продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на причинение смерти ФИО3, действуя умышленно по мотиву личной неприязни, вооружившись тупым твердым предметом - металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, осознавая, что причинение телесных повреждений данным предметом потерпевшему неминуемо повлечет его смерть, нанес им не менее 13 ударов в область расположения жизненно важных органов - голову и шею ФИО3

Своими умышленными преступными действиями ФИО2 причинил потерпевшему ФИО3 следующие телесные повреждения:

1) <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Смерть ФИО3 наступила в короткий промежуток времени 08 февраля 2019 года в хозяйственной постройке (летней кухне), расположенной во дворе дома <адрес>, от умышленно причиненной ему ФИО2 тупой травмы головы и шеи, включающей в себя: <данные изъяты> что в свою очередь привело к рефлекторной остановке дыхательной и сердечной деятельности - смерти потерпевшего.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, признал частично, пояснив, что у него не было умысла на причинение смерти ФИО3, телесные повреждения потерпевшему ФИО3 он причинил с целью обороны. Также, пояснил, что, с ФИО3 они были друзьями с детства. 08 февраля 2019 года он совместно с ФИО3 распивали спиртные напитки по месту его (ФИО2) жительства в летней кухне, находящейся во дворе дома <адрес>. В ходе распития спиртного, ФИО3 стал прогонять его, не узнавал, «потерялся в пространстве», затем схватил его (ФИО2) левой рукой за свитер в области правого плеча, а правой рукой взял нож, которым пытался нанести ему (ФИО2) удар в левый бок. Увернувшись от удара, он выбил нож из руки ФИО3 и толкнул его на диван. В результате они оба упали на диван, ФИО3 на спину полулежа, а он (ФИО2) на колени перед ФИО3, уперевшись своей головой в область груди ФИО3 При этом ФИО3 продолжал держать его за свитер левой рукой, а правой рукой поднял с пола нож и пытался нанести ему удары в левый бок. Он (ФИО2) левой рукой удерживал правую руку ФИО3, а в правую руку взял металлическую «колотушку» и стал наносить ей удары в область головы ФИО3, пытаясь его успокоить. Удары наносил не с силой, хаотично, до тех пор, пока ФИО3 его не отпустил. Количество нанесенных ударов ФИО3 он не считал, но допускает, что нанес не менее 13 ударов. Затем ФИО3 попытался встать с дивана, но упал на пол. Он (ФИО2) положив колотушку и нож на стол, вышел на улицу. Примерно через 15 минут зашел, попытался привести ФИО3 в чувства, но он (ФИО3) не подавал признаков жизни. Затем он подошел к кухонному столу, взял в руки нож, которым угрожал ему ФИО3, и увидев, что испачкал его кровью, вышел на улицу и стал снегом вытирать свои руки и нож от крови. Нож оставил там же в снегу. Затем позвонил ФИО4 и сообщил о том, что у него в летней кухне труп ФИО3 Через некоторое время приехали сотрудники полиции.

По ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 276 УПК РФ были оглашены показания подсудимого ФИО2 (т. 2 л.д. 114-119; т. 2 л.д. 140-146), данные им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которых, 08 февраля 2019 года, в ходе распития спиртных напитков с ФИО3, в летней кухне, находящейся во дворе дома <адрес> между ними произошел конфликт из-за того, что он (ФИО2) оскорбил женщин, с которыми ранее встречался ФИО3 ФИО3 разозлился, стал агрессивным, попросил извиниться за эти слова, сказал, что поставит его (ФИО2) на колени, также задавал ему вопросы, о том, что он тут делает, хотя он находился у себя дома. Он отказался извиняться, из-за этого ФИО3 еще больше разозлился и схватил со стола в правую руку кухонный нож, и стал угрожать им, размахивая перед его (ФИО2) лицом, а также подставлял нож к его горлу и плечам, требуя встать на колени. Ему показалось, что ФИО3 даже перестал его узнавать, так как он стал оскорблять его обидными словами. Также ФИО3 престал ориентироваться в окружающем пространстве, так как стал выгонять его из летней кухни, считая, что находится у себя дома. В этот момент расстояние между ними было более одного метра. Опасаясь, что ФИО3 причинит ему телесные повреждения, он выбил из его руки нож и ударил ФИО3 в лицо либо ребром, либо кулаком правой руки. От этого удара ФИО3 упал на диван, на спину, и сразу же стал вставать, пытаясь снова поднять нож, повернулся к нему спиной. Он, видя, что ФИО3 встает и находится к нему спиной, взяв металлическую колотушку, которая служит для размалывания продуктов в «ступке» в правую руку, нанес ею ФИО3 в затылочную область не менее трех-четырех ударов, но допускает, что ударов могло быть и больше, то есть не менее тринадцати. От этих ударов ФИО3 упал на диван, попытался встать, но не смог, так как тому было плохо, а из головы пошла кровь. Откуда у него в руках взялась данная колотушка, он не помнит, так как был пьян. Затем он положил колотушку на стол, за которым они распивали спиртное. ФИО3 сполз с дивана на пол, при этом ничего не говорил, молчал, а он вышел из летней кухни и пошел чистить снег, и примерно через 20 минут вернулся и обнаружил, что ФИО3 не дышит, и не подает признаков жизни. Затем он позвонил ФИО4, и рассказал, что у него в летней кухне труп. О том, что произошло между ним и ФИО3, он ФИО4 не рассказывал. Примерно через 5 минут к нему домой приехали сотрудники полиции, которым он рассказал о произошедшем. Причинил телесные повреждения он ФИО3, так как хотел его успокоить, при этом понимал, что причиняет телесные повреждения в жизненно важные органы.

Данные показания подсудимый подтвердил при проведении проверки показаний на месте (т. 2 л.д. 120-133).

Комментируя оглашенные показания, подсудимый показал, что при допросе его 09 февраля 2019 года он плохо себя чувствовал, так как был с похмелья, которое прошло через месяц. При проведении проверки показаний на месте 10 февраля 2019 года он демонстрировал так, как было на самом деле, однако он ничего не осознавал, так как у него болела душа. Кроме того, на него оказывалось давление, кем и в чем оно выражалось, пояснить не может. При допросе 12 февраля 2019 года он еще не знал, как все происходило, и пытался вспомнить. В судебном заседании он говорит правду, так как все обдумал и вспомнил.

Защитник подсудимого - адвокат Некрасов В.И., просил оправдать ФИО2, в связи с отсутствием состава преступления.

Помимо показаний подсудимого, его виновность в совершении инкриминируемого деяния, полностью подтверждается показаниями потерпевшей, показаниями свидетелей и эксперта, а также письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Потерпевшая ФИО1, допрошенная в судебном заседании показала, что ФИО5 являлся ее братом. 09 февраля 2019 года примерно в 10.00 часов ей стало известно о смерти брата. По характеру ее брат ФИО3 был добрый, всегда приходил на помощь, не злопамятный, справедливый, никогда не ругался, не дрался, за ножи не хватался. Вел себя нормально, не агрессивно. С ФИО2 ее брат были друзьями с детства. На протяжении последних 5 лет она с братом ФИО3 не общалась из-за произошедшего семейного конфликта.

В связи со смертью ФИО3 ей причинен моральный вред, который она оценивает в 1 000 000 рублей, а также понесены материальные затраты, связанные с погребением брата в сумме 59 650 рублей и расходы по оплате услуг адвоката в сумме 12 000 рублей. В связи с чем, просит взыскать указанные суммы с подсудимого ФИО2

Свидетель ФИО6, допрошенный в судебном заседании показал, что он работает в должности старшего оперуполномоченного ОМВД России по Варненскому району Челябинской области. 08 февраля 2019 года выезжал на место совершения преступления по адресу: <адрес>. В помещении летней кухни во дворе указанного дома был обнаружен труп ФИО3 с признаками насильственной смерти. ФИО3 лежал на полу, около дивана, на левом боку, лицом вниз. Голова у ФИО3 была в крови. Также кровь была на диване и на полу под трупом. Кроме того, в помещении данной летней кухни находился ФИО2, на лице которого, а именно на правом ухе и на подбородке, а также на его свитере (кофте) были следы крови. В ходе беседы с ФИО2, последний добровольно, без оказания на него какого-либо давления, рассказал о случившемся.

Свидетель ФИО7, допрошенная в судебном заседании показала, что ФИО2 она знает давно, так как проживает напротив дома, где живет мать ФИО2 и он сам. ФИО2 может охарактеризовать как нелюдимого, скрытного, злоупотребляющего спиртными напитками человека. Об ФИО3 она может сказать только хорошее, тот был вежливый, обходительный, внимательный, часто приходил к ним в гости, занимался частным извозом, никогда не хватался за нож. ФИО3 и ФИО2 были друзьями со школьных лет. В марте 2019 года (точную дату она не помнит, возможно 27 марта 2019 года) она участвовала в качестве понятой при проведении проверки показаний на месте ФИО2 В ее присутствии он рассказывал и показывал каким образом причинил телесные повреждения «пестиком» ФИО3, также ФИО2 сообщил, что ударил ФИО3 по голове, так как он угрожал ему ножом. Она считает, что ФИО3, не мог так себя вести, как рассказывал ФИО2

Свидетель ФИО8, допрошенный в судебном заседании показал, что ФИО3 являлся его двоюродным братом. Последний раз он видел ФИО3 днем 08 февраля 2019 года, когда тот возил его в банкомат. В тот момент ФИО3 был трезв, каких-либо телесных повреждений на голове, шее у него не было. В процессе езды ФИО3 поворачивал головой, и он хорошо рассмотрел шею последнего. Ни на какие боли ФИО3 не жаловался, не создавал впечатление больного человека, вел себя как обычно.

Свидетель ФИО9, допрошенный в судебном заседании показал, что ФИО3 являлся его братом. Последний раз ФИО3 он видел 08 февраля 2019 года в послеобеденное время, в магазине «Алди», который располагается рядом с магазином «Красное Белое» в с. Варна Варненского района Челябинской области. ФИО3 был вместе со своим другом - ФИО2 Они были трезвые, каких-либо телесных повреждений на голове и шее ФИО3 он не видел, вид у него был обычный, не болезненный, на здоровье он не жаловался, вел себя, как обычно.

Свидетель ФИО10, допрошенный в судебном заседании показал, что ФИО2 является его двоюродным братом. Характеризует его как безотказного, малообщительного, бескорыстного человека. У ФИО2 был один друг - ФИО3, с которым они вместе употребляли спиртные напитки. Каких-либо конфликтов и драк между ними не было. 08 февраля 2019 года в вечернее время, во сколько именно, он не помнит, ему дважды на мобильный телефон звонил ФИО2, по голосу он понял, что тот находится в состоянии сильного алкогольного опьянения, невозможно было понять речь последнего, из всего сказанного он понял, что тот приглашал его либо в гости, либо привезти ему еще спиртного, так как ФИО2 праздновал свой день рождения. С кем ФИО2 находился, он ему не говорил. Телефонный звонок ФИО2 рассердил его, так как в то время он собирался ложиться спать, он прервал звонок, спустя некоторое время, ФИО2 снова позвонил ему на мобильный телефон с тем же вопросом, но он не стал с ним разговаривать, сказал, чтобы он ему больше не звонил и прервал звонок. Более ФИО2 ему не звонил. 09 февраля 2019 года в дневное время ему позвонил сын ФИО2 - Дмитрий, который сообщил, что якобы ФИО2 убил какого-то таксиста. После звонка Дмитрия, он обратился в отдел полиции в с. Варна, где ему подтвердили, что ФИО2 задержали по подозрению в совершении убийства ФИО3

Свидетель ФИО11, допрошенный в судебном заседании показал, что в феврале 2019 года он участвовал в качестве понятого при проведении проверки показаний на месте ФИО2 В ходе указанного следственного действия, ФИО2 сообщил, что в ходе распития спиртных напитков между ним и ФИО3 произошел конфликт из-за женщины, в результате которого ФИО2 ударил потерпевшего 13 или 14 раз по голове колотушкой. Более точные показания ФИО2 он в настоящее время не помнит, так как прошло много времени.

По ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 281 УПК РФ, оглашены показания свидетеля ФИО11 (т. 2 л.д. 66-69), данные им в ходе предварительного следствия, согласно которых 10 февраля 2019 года в дневное время он принимал участие в качестве понятого при проведении проверки показаний на месте подозреваемого ФИО2 В ходе указанного следственного действия, ФИО2 сообщил, что около 19 часов 08 февраля 2019 года он распивал спиртное совместно с ФИО3 в летней кухне, расположенной во дворе дома <адрес>, куда они и проследовали. В ходе распития спиртных напитков, между ними произошла ссора из-за того, что ФИО2 оскорбил женщин ФИО3, при этом они находились у стола, после чего ФИО3 схватил в правую руку кухонный нож и стал размахивать им перед ФИО2 Испугавшись угрозы, ФИО2, выбил своей рукой нож из руки ФИО3, и ударил его правой рукой по лицу, от данного удара ФИО3 упал на диван, лицом к подозреваемому. Затем ФИО3 попытался встать, повернувшись к ФИО2 спиной, в этот момент ФИО2 поднял с пола металлический «пестик» («колотушку») и, держа его в правой руке нанес несколько ударов: 3-4 удара данным предметов в затылочную область головы ФИО3 От ударов ФИО3 упал на диван, а из ран, образовавшихся на голове ФИО3 пошла кровь. «Колотушку»- металлический «пестик» и нож, ФИО2 положил на стол. С дивана ФИО3 сполз на пол, а ФИО2 вышел на улицу, во двор и стал чистить снег. Примерно через 20 минут ФИО2 вернулся в летнюю кухню, и обнаружил, что ФИО3 уже не подавал признаков жизни. На вопрос следователя, как ФИО2 может объяснить, что при исследовании трупа ФИО3 было обнаружено не менее 13 травматических воздействий тупым твердым предметом на затылочной области головы, ФИО2 сообщил, что допускает, что им было нанесено в затылочную область головы ФИО3 «колотушкой» (металлическим «пестиком») не менее 13 ударов, ввиду нахождения в момент нанесения ударов в состоянии алкогольного опьянения, их точное количество он не помнит. ФИО2 с ФИО3 08 февраля 2019 года в летней кухне находился один, более никого там не было. После дачи показаний и демонстрации действий ФИО2 с использованием манекена человека, был составлен протокол следственного действия, с которым ознакомились все участвующие лица и поставили в нем подписи, замечаний, заявлений при этом не поступило. Показания ФИО2 были в виде свободного рассказа, тот давал их уверенно, без подсказок и оказания какого-либо давления.

Комментируя оглашенные показания, свидетель ФИО11 подтвердил, что это его показания, и они соответствуют действительности.

Свидетель ФИО12 (т. 2 л.д. 62-65), допрошенный в ходе предварительного следствия, показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 281 УПК РФ, согласно которых он дал показания аналогичные показаниям свидетеля ФИО11, данным им в ходе предварительного следствия.

Свидетель ФИО13 (т. 2 л.д. 38-42), допрошенный в ходе предварительного следствия, показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 281 УПК РФ, согласно которых ФИО3 являлся его другом с детства. Спиртными напитками ФИО3 не злоупотреблял, был трудолюбивый и бережливый. ФИО2 он может охарактеризовать как человека скрытного, не разговорчивого, не приветливого, малообщительного, злоупотребляющего спиртными напитками. ФИО3 и ФИО2 были близкими друзьями, каких-либо конфликтов, а тем более драк между ними никогда не было. Он никогда не видел, чтобы ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, хватался за нож, палку и какой-либо предмет, которым мог ударить находящегося рядом с тем человека.

Свидетель ФИО4 (т. 2 л.д. 43-45), допрошенный в ходе предварительного следствия, показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 281 УПК РФ, согласно которых с ФИО2 он знаком более 30 лет. Знает его с хорошей стороны, как хорошего телевизионного мастера, человека скромного, скрытного, ранее тот работал, ухаживал за своими родителями, в поле зрения милиции не попадал, криминальных связей не имел. Ему известно, что ФИО2 проживал во времянке (летнем домике), расположенном во дворе дома <адрес> ухаживал за престарелой матерью, которая ввиду своего возраста не могла самостоятельно себя обслуживать, имела плохой слух и плохое зрение. 08 февраля 2019 года в утреннее время ФИО2 обращался к нему за юридической помощью, находился тот в трезвом состоянии, намеревался оформить право собственности на дом после смерти своего отца. В тот же день, около 19 часов 20 минут ФИО2 позвонил ему на мобильный телефон и сообщил о нахождении у него в летнем домике трупа ФИО3 При каких обстоятельствах произошла смерть ФИО3 он у ФИО2 не спрашивал, спросил лишь, вызвать ли ему полицию, ФИО2 ответил утвердительно. Также он сделал еще один звонок на мобильный телефон ФИО2, чтобы уточнить адрес его проживания, для вызова сотрудников полиции, после чего позвонил в дежурную часть ОМВД России по Варненскому району и сообщил о звонке ФИО2 По голосу он понял, что ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения.

Свидетель ФИО14 (т. 2 л.д. 46-49), допрошенная в ходе предварительного следствия, показания которой были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 281 УПК РФ, согласно которых она работает заведующей мед. санчастью ИВС подозреваемых и обвиняемых ОМВД России по Варненскому району. При помещении в ИВС подозреваемых (обвиняемых) она в обязательном порядке осматривает их на наличие телесных повреждений, для чего осматриваемый снимает с себя всю одежду. В последующем, в журнале регистрации осмотра на наличие телесных повреждений, поступивших в ИВС она делает собственноручно отметку о наличии или отсутствии телесных повреждений у помещаемого в ИВС лица, если у лица имеются какие-либо телесные повреждения (в том числе ушибы и царапины), то фиксирует это в журнале, также при наличии телесных повреждений, подозреваемый (обвиняемый) ставит в журнале свою подпись, кроме этого составляется акт о наличии телесных повреждений. Так, согласно записей в журнале регистрации осмотра на наличие телесных повреждений, 09 февраля 2019 года ею производился осмотр помещаемого в ИВС ФИО2, в ходе осмотра каких-либо телесных повреждений у последнего обнаружено не было. Если бы у ФИО2 имелись какие-либо царапины или ушибы, то она бы зафиксировала их в журнале, однако, у ФИО2 какие-либо телесные повреждения отсутствовали, поэтому ею была сделана запись в журнале об их отсутствии.

Свидетель ФИО15, допрошенный в судебном заседании показал, что с ФИО2 он знаком с 1980 года. С последним у него сложились дружеские отношения. Охарактеризовать его может только положительно, как спокойного человека. ФИО3 он знает более 30 лет, охарактеризовать его может как неадекватного, вспыльчивого человека. ФИО3 и ФИО2 были одноклассниками, общались, ходили друг к другу в гости, вместе употребляли спиртные напитки. Обстоятельства смерти ФИО3 ему не известны.

Свидетель ФИО16 (т. 2 л.д. 58-61), допрошенный в ходе предварительного следствия, показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 281 УПК РФ, согласно которых ФИО2 является его двоюродным братом. С ФИО2 он общается по мере необходимости. По характеру ФИО2 спокойный, безотказный, всегда помогает людям, в юношеском возрасте занимался борьбой, физически сильный, развитый, здоровый, ранее никогда не было такого, чтобы тот хватал какие-либо предметы и наносил ими удары. Мог справиться без посторонних предметов - руками, в драки не ввязывался, но если что, то мог за себя постоять. С ФИО3 он знаком с детства, характеризует его как некомпанейского, не общительного, жадного, скверного, конфликтного человека. Находясь в состоянии алкогольного опьянения ФИО3 вел себя неадекватно. В последнее время ФИО3 был более приветливым, обходительным. ФИО2 и ФИО3 были друзьями, вместе употребляли спиртные напитки, конфликтов между ними никогда не было.

Эксперт ФИО17, допрошенный в судебном заседании показал, что в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3, им было установлено, что смерть ФИО3, наступила в <данные изъяты>

Учитывая локализацию и количество повреждений в области головы и шеи потерпевшего, причинение телесных повреждений <данные изъяты> при нахождении потерпевшего в положении полулежа на спине, а нападавшего в положении стоя на коленях лицом к потерпевшему, удерживая левой рукой правую руку потерпевшего, а головой уперевшись в область груди потерпевшего, невозможно. Причинение колото-резаных ран шеи слева и на задней поверхности справа потерпевшего, самим потерпевшим при нахождении у него ножа в правой руке, при указанном расположении потерпевшего и нападавшего, также является невозможным.

При причинении потерпевшему телесных повреждений должны были меняться либо положения головы потерпевшего, либо взаиморасположение нападавшего и потерпевшего.

Кроме того, виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого деяния подтверждается:

- Протоколом осмотра места происшествия от 08 февраля 2019 года, согласно которому осмотрена летняя кухня, расположенная во дворе дома <адрес> В ходе осмотра лежащим на левом боку обнаружен труп ФИО3 с множественными ранами головы. В ходе осмотра изъято: 6 отрезков липкой ленты со следами рук, металлический пестик, нож, вырез покрывала с дивана, соскоб ВЦБ с потолка, куртка мужская, вырез календаря. К протоколу следственного действия прилагается фототаблица и схема (т. 1 л.д. 18-37);

- Протоколом осмотра места происшествия от 08 февраля 2019 года, согласно которому осмотрен кабинет № 9 ОМВД России по Варненскому району Челябинской области. В ходе осмотра изъяты вещи ФИО2: кофта, черные брюки, пара ботинок, сотовый телефон «<данные изъяты> К протоколу следственного действия прилагается фототаблица и схема (т. 1 л.д. 39-45);

- Протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 09 февраля 2019 года, согласно которому у ФИО2 получены следующие образцы: срезы ногтевых пластин с правой и левой руки, отпечатки рук, смыв вещества бурого цвета с раковины правого уха (т. 1 л.д. 48-49);

- Протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 13 февраля 2019 года, согласно которому у ФИО2 получен образец крови (т. 1 л.д. 51-52);

- Протоколом выемки от 13 февраля 2019 года, согласно которому у судебно-медицинского эксперта ФИО17 изъят образец крови ФИО3, с трупа ФИО3 изъята одежда – рубашка, джинсы (т. 1 л.д. 55-57);

- Протоколом осмотра предметов от 16 марта 2019 года, согласно которому осмотрены образец крови ФИО3, образец крови ФИО2, вырез календаря, соскоб с потолка, вырез покрывала со следами ВЦБ, куртка ФИО2, рубашка и джинсы, изъятые с трупа ФИО3, брюки ФИО2, кофта ФИО2, ботинки ФИО2 (т. 1 л.д. 58-75);

- Протоколом осмотра предметов от 25 марта 2019 года, согласно которому осмотрены металлический пестик, смыв вещества бурого цвета (ВЦБ) с раковины правого уха ФИО2, ногтевые срезы с рук ФИО2, нож с деревянной рукоятью, 6 отрезков липкой ленты со следами рук, дактилоскопическая карта на имя ФИО2, сотовый телефон «<данные изъяты>», в журнале звонков которого за 08 февраля 2019 года среди прочих номеров имеются следующие: ФИО10 89514747040 (исходящие) 18:42- 00:01:24,18:34- 00:01:03; Ринат 89517906220 (исходящий) 19:00-00:01:35; ФИО4 89028648234 (исходящие)19:22-00:01:20; 89630796875 (входящий) 19:26-00:00:58 (т. 1 л.д. 78-95);

- Протоколом выемки от 04 апреля 2019 года, согласно которому у обвиняемого ФИО2 изъят кухонный нож с пластмассовой рукоятью черного цвета (т. 1 л.д. 101-107);

- Протоколом осмотра предметов от 05 апреля 2019 года, согласно которому осмотрен кухонный нож с пластмассовой рукоятью черного цвета (т. 1 л.д. 108-111);

- Копией журнала регистрации осмотра на наличие телесных повреждений, поступивших в ИВС ОМВД России по Варненскому району, согласно которого у ФИО2 08 февраля 2019 года телесных повреждений нет (т. 1 л.д. 243-244);

- Протоколом явки с повинной ФИО2 от 09 февраля 2019 года, в которой последний сообщил, что 08 февраля 2019 года в вечернее время, находясь с ФИО3 в помещении летней кухни, расположенной во дворе его дома, в ходе ссоры причинил смерть последнему - умышленно нанес металлической «колотушкой» не менее 3-4 ударов в затылочную область головы (т. 2 л.д. 88);

- Копией акта медицинского освидетельствования № № от 08 февраля 2019 года, согласно которому у ФИО2 установлено состояние опьянения (т. 2 л.д. 188-189).

Заключениями экспертов:

- судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3 № № от 21 марта 2019 года, согласно которого смерть ФИО3 наступила в результате <данные изъяты>. Все иные обнаруженные телесные повреждения, не входящие в данный смертельный комплекс повреждений, в причинной связи со смертью не состоят.

С учетом выявленных ранних трупных явлений, можно предполагать, что смерть его могла наступить приблизительно в период менее чем за один день до момента исследования трупа (начало исследования трупа 09 февраля 2019 года в 11 часов 30 минут).

При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены следующие телесные повреждения:

А) <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Учитывая морфологические признаки повреждений и данные судебно-гистологического исследования, все повреждения могли образоваться примерно в один короткий промежуток времени (первая половина суток с момента причинения повреждений до момента смерти).

После причинения потерпевшему смертельных повреждений, совершение потерпевшим каких-либо самостоятельных действий могло быть возможным до момента критического нарастания отека головного мозга с развитием соответствующей общемозговой симптоматики, сопровождавшейся нарушением сознания.

Все повреждения, обнаруженные на трупе, являются прижизненными.

На трупе повреждений, характерных для борьбы либо самообороны, не обнаружено.

На краях и стенках ран при исследовании трупа каких-либо инородных частиц, включений и наложений не обнаружено.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа этанол обнаружен в концентрациях соответственно 3,6%о и 2,7%о, что соответствует острому отравлению этанолом, при котором может наступить смерть (т. 1 л.д. 119-136)

- судебно-медицинской экспертизы № № от 25 февраля 2019 года, согласно которого кровь потерпевшего ФИО3 относится к <данные изъяты> группе. Кровь обвиняемого ФИО2 относится к <данные изъяты> группе. На вещественных доказательствах: вырезе календаря, соскобе с потолка, вырезе из покрывала, куртке, рубашке мужской, джинсах, брюках мужских, кофте, ботинках найдена кровь человека <данные изъяты> группы, следовательно, не исключается ее происхождение от потерпевшего ФИО3 Обвиняемому ФИО2 данная кровь принадлежать не может (т. 1 л.д. 156-161);

- биологической экспертизы № № от 15 марта 2019 года, согласно которого на металлическом пестике, в смыве с уха ФИО2 обнаружена кровь человека (объекты №№ 1,3), исследованием ДНК установлено, что кровь произошла от неизвестного мужчины № 1. На срезах ногтевых пластин ФИО2 обнаружены кровь человека и эпителий (объект № 4), исследованием ДНК установлено, что биологический материал произошел от неизвестного мужчины № 2 (т. 1 л.д. 173-178);

- биологической экспертизы (дополнительной) № № от 29 марта 2019 года, согласно которого кровь на металлическом пестике, в смыве с уха ФИО2 (объекты №№ 1,3- заключение эксперта № МЭ-240 от 15.03.2019 г.) произошла от ФИО3 Биологический материал на срезах ногтевых пластин ФИО2 (объект № 4- заключение эксперта № МЭ-240 от 15.03.2019) произошел от ФИО2 (т. 1 л.д. 191-197);

- судебно-психиатрической комиссии экспертов № № от 29 марта 2019 года, согласно которому ФИО2 каким-либо психическим расстройством, которое бы лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает и не страдал им в период инкриминируемого ему деяния. В период времени, относящийся к инкриминируемому деянию так же не обнаруживал временного расстройства психической деятельности, действия его носили целенаправленный и законченный характер, при правильной ориентировке в окружающем и адекватном речевом контакте. Он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В мерах принудительного медицинского характера не нуждается. Может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать показания. Не нуждается в проведении стационарной комплексной психолого- психиатрической экспертизы.

Для ФИО2 характерны следующие индивидуально-психологические особенности: скрытность, недоверчивость, эгоцентричность, субъективизм в оценках окружающих, упрямство, обидчивость, аффективная неустойчивость, повышенная возбудимость, раздражительность. Конфликтность, склонность к накоплению негативных переживаний, эксползивный тип реагирования во фрустрирующих ситуациях, ослабленный волевой самоконтроль, а также своеволие, облегченное отношение к действительности, ориентация на собственные желания и потребности в ущерб потребностям окружающих, склонность к праздному времяпрепровождению. Психологический анализ уголовного дела, данные настоящего экспериментально- психологического исследования свидетельствует о том, что ФИО2 в момент совершения инкриминируемого ему деяния в состоянии физиологического аффекта, или ином эмоциональном состоянии, способном оказать существенное влияние на его сознание и поведение, не находился. А находился в состоянии эмоционального возбуждения с переживанием злобы, раздражения, где имела место непосредственная реализация агрессивных побуждений, облегченная состоянием алкогольного опьянения. Об этом свидетельствует последовательное, подробное изложение своих действий и действий потерпевшего в исследуемый период, отсутствие признаков физической и психической астении (т. 1 л.д. 209-213);

- дактилоскопической идентификационной экспертизы № № от 20 марта 2019 года, согласно которого следы пальцев рук, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 08 февраля 2019 года (с бутылки и со стопки), откопированные на отрезке липкой ленты № 1 максимальным размером 25х30 мм оставлен ногтевой фалангой среднего пальца правой руки ФИО2; след на отрезке липкой ленты № 2 максимальным размером 25х33 мм оставлен ногтевой фалангой указательного пальца правой руки ФИО2; след на отрезке липкой ленты № 3 максимальным размером 29х31 мм оставлен ногтевой фалангой безымянного пальца правой руки ФИО2 (т. 1 л.д. 225-230);

- судебно-медицинской экспертизы № № 28 марта 2019 года, согласно которого у ФИО2, согласно данным представленной медицинской документации на момент обращения за медицинской помощью 09 февраля 2019 года каких-либо телесных повреждений обнаружено не было (т. 1 л.д. 241-242).

Приведенные заключения экспертов, суд находит допустимыми и достоверными, поскольку они даны компетентными экспертами и научно обоснованны. Все эксперты имеют достаточный стаж работы в должности экспертов и предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Экспертизы проведены на основании постановлений следователя, с которыми подсудимый был ознакомлен совместно с защитником.

Основываясь на вышеприведенном заключении экспертов психиатров (т. 1 л.д. 209-213), суд признает ФИО2 вменяемым.

Все вышеперечисленные доказательства суд признает допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными для установления виновности подсудимого в совершенном им преступлении и принимает их за основу обвинительного приговора, поскольку они являются последовательными и непротиворечивыми, согласуются между собой, а также с другими доказательствами по делу.

Показания потерпевшей, свидетелей и эксперта, данные в судебном заседании и на предварительном следствии, суд признаёт достоверными и допустимыми доказательствами, так как они последовательные, не противоречивые и согласуются между собой в деталях, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, не имеется. Показания свидетели давали, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в условиях, исключающих возможность оказания на них незаконного давления со стороны правоохранительных органов. Показания отобраны у лиц при разъяснении им конституционного права не свидетельствовать против самого себя и своих близких родственников, а также предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний, о чем в протоколе имеется роспись допрашиваемых. Учитывая, что требования Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Конституции РФ, ст. 75, 89, ч. 1 и 2 ст. 144 УПК РФ не нарушены, оснований для признания указанных показаний недопустимыми доказательствами не имеется.

Анализ показаний, допрошенных потерпевшей, свидетелей и эксперта, данных в судебном заседании и на предварительном следствии, свидетельствуют, что в основной части они аналогичны и последовательны, содержат описание ключевых событий, свидетельствующих о содеянном подсудимым, отражают объективные данные дела и свидетельствуют об умысле подсудимого на совершение преступления. Суд не усматривает каких-либо оснований со стороны указанных лиц для оговора подсудимого. Данные показания у суда сомнений не вызывают. Наличие незначительных расхождений в их показаниях относительно других событий, не влияет на правдивость и достоверность показаний указанных лиц, не ставит их под сомнение.

Показания ФИО2 данные им неоднократно в ходе предварительного следствия 09 февраля 2019 года, и 12 февраля 2019 года, а также при проведении проверки показаний на месте 10 февраля 2019 года, суд также признаёт достоверными, так как они объективно подтверждаются иными объективными доказательствами, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, не имеется.

В судебном заседании ФИО2 давал противоречивые показания, неоднократно менял их, путался, сбивался, ссылался на плохую память и усталость. Однако, как следует из материалов дела, вопрос о самочувствии ФИО2 выяснялся следователем пред началом каждого следственного действия. Кроме того, согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № № от 29 марта 2019 года (т. 1 л.д. 209-213) у ФИО2 отсутствуют признаки физической и психической астении.

Показания ФИО2, о том, что удары металлическим пестиком в область головы и шеи ФИО3 он наносил при нахождении ФИО3 в положении полулежа на спине, а сам при этом находился в положении стоя на коленях лицом к потерпевшему, удерживая левой рукой правую руку потерпевшего, а головой уперевшись в область груди потерпевшего, опровергаются его же собственными показаниями, данными в ходе предварительного следствия 09 февраля 2019 года, 10 февраля 2019 года и 12 февраля 2019 года, а также показаниями эксперта ФИО17, который пояснил, что причинение телесных повреждений (в частности ушибленных ран головы в затылочной части) при данных обстоятельствах невозможно.

К показаниям ФИО2, в части причинении телесных повреждений с целью обороны, суд относится критически и расценивает их как способ защиты, с целью избежать уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления, поскольку в ходе судебного следствия установлено, что ФИО2 использовались различные предметы при нанесении ударов в область расположения жизненно - важных органов – головы и шеи ФИО3, а также собранными по уголовному делу доказательствами, исследованными в судебном заседании, а именно:

- первоначальными показаниями ФИО2 о ходе и развитии конфликта между ними и потерпевшим,

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3 № № от 21 марта 2019 года, согласно которого на трупе не обнаружено повреждений, характерных для борьбы либо самообороны (т. 1 л.д. 119-136),

- а также заключением судебно-медицинской экспертизы ФИО2 № № от 28 марта 2019 года, в ходе которой установлено, что у последнего каких-либо телесных повреждений не обнаружено (т. 1 л.д. 241-242), что свидетельствует об отсутствии борьбы между потерпевшим и нападавшим при совершении преступления.

Показания ФИО2 о непричастности его к телесным повреждениям потерпевшего в виде колото-резаных ран шеи, суд расценивает как надуманные, вызванные стремлением подсудимого избежать ответственности. Суд приходит к однозначному выводу, что данные телесные повреждения образовались у ФИО3 в ходе конфликта с ФИО2 и именно от действий подсудимого ФИО2, основываясь на доказательствах, исследованных в судебном заседании, в частности:

- согласно заключения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3 № № от 21 марта 2019 года (т. 1 л.д. 119-136) телесные повреждения в виде колото-резаных ран шеи ФИО3, образовались примерно в один короткий промежуток времени (первая половина суток с момента причинения повреждений до момента смерти),

- согласно показаний свидетелей, допрошенных в судебном заседании ФИО8 и ФИО9, накануне смерти ФИО3 у него данных телесных повреждений не было,

- согласно показаний эксперта ФИО17, данных в судебном заседании, о том, что учитывая локализацию и количество колото-резаных ран шеи ФИО3, причинение их самим потерпевшим при нахождении в положении полулежа на спине, держа нож в правой руке, а нападавшего в положении стоя на коленях лицом к потерпевшему, удерживая левой рукой правую руку потерпевшего, а головой уперевшись в область груди потерпевшего (как указывает подсудимый), является невозможным.

Оценив и проанализировав совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, суд находит их достаточными для юридической оценки содеянного подсудимым.

Давая юридическую оценку действиям подсудимого ФИО2 по факту причинения смерти ФИО3, суд учитывает направление умысла подсудимого на причинение смерти человека, применение предметов, используемых в качестве оружия (клинковый предмет и металлический пестик, предназначенный для измельчения твердых сыпучих продуктов), количество ударов, локализацию, механизм образования, характер и тяжесть причинённых ФИО3 телесных повреждений, а также предшествующее преступлению, и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

О том, что телесные повреждения у ФИО3 возникли от действий ФИО2, подтверждается совокупностью показаний подсудимого и других доказательств, из которых следует, ФИО2 нанес ФИО3 не менее одного удара рукой в правую руку, от чего у ФИО3 образовался кровоподтек тыльной поверхности правой кисти, затем, вооружившись клинковым предметом, нанес ФИО3 не менее 13 ударов в область головы и шеи, причинив ему 13 колото-резаных ран шеи, после чего, вооружившись металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов, нанес им не менее 13 ударов в область головы и шеи ФИО3, причинив ему тупую травму головы и шеи.

В судебном заседании установлено, что именно с целью причинения смерти потерпевшего, ФИО2 умышленно, на почве личных неприязненных отношений, взял металлический пестик, предназначенный для измельчения твердых сыпучих продуктов, и, удерживая его в правой руке, совершил активные действия, то есть нанес им не менее 13 ударов в область расположения жизненно важных органов - голову и шею ФИО3, причинив ему тупую травму головы и шеи, повлекшую смерть потерпевшего.

Характер, локализация, механизм образования телесных повреждений, имевших место у потерпевшего, с очевидностью указывают на то, что умысел подсудимого ФИО2 был направлен на причинение смерти ФИО3

Между причинением данных повреждений и смертью ФИО5 усматривается прямая причинно-следственная связь.

Нанося удары металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов, в область головы и шеи ФИО5 ФИО2 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий, в виде смерти ФИО3 и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом. При нанесении ударов клинковым предметом и металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов, умысел подсудимого был направлен именно на причинение смерти потерпевшему ФИО3 Сам подсудимый ФИО2 в судебном заседании пояснил, что в момент нанесения ФИО3 ударов металлическим пестиком, он осознавал, что может причинить смерть ФИО3, однако продолжил наносить удары.

Об умышленности действий ФИО2, направленных на причинение смерти ФИО3, свидетельствуют, установленные судебным следствием фактические обстоятельства произошедшего, а именно его действия по приисканию предмета, с помощью которого возможно причинение смерти – металлического пестика, умышленное нанесение ударов предметом, способным причинить смертельное повреждение, и действия ФИО2 для достижения намеченной цели – неоднократные нанесения с силой в жизненно-важную часть тела ФИО3 – голову и шею.

Потерпевший ФИО3, находился в состоянии сильной степени алкогольного опьянения (При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа этанол обнаружен в концентрациях соответственно 3,6%о и 2,7%о, что соответствует острому отравлению этанолом, при котором может наступить смерть.), и не мог представлять для ФИО2 никакой угрозы, поскольку после того, как ФИО2 выбил из его рук нож, он сам стал наносить потерпевшему удары (не менее одного удара рукой, не менее 13 ударов клинковым предметом и не менее 13 ударов металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов). При этом у ФИО2 имелась реальная возможность уйти, однако он этого не сделал, в связи с чем, его доводы о том, что он опасался за свою жизнь и здоровье, являются надуманными. В момент нанесения подсудимым ударов, у потерпевшего никаких предметов в руках не было, он ничем ФИО2 не угрожал и ничем не замахивался, на подсудимого не нападал. На основании исследованных судом доказательств установлено, что непосредственно перед нанесением ФИО2 ударов металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов в область головы и шеи ФИО3, потерпевший никакой угрозы не представлял.

В связи с чем, суд не может согласиться с доводами адвоката Некрасова В.И. об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления, поскольку ФИО2 действовал в состоянии необходимой обороны.

Время, место и обстановка совершения преступления, характер поведения участников событий, конкретные действия, как потерпевшего, так и подсудимого, поведение находившегося в состоянии опьянения ФИО2, его вооруженность - металлическим пестиком, предназначенным для измельчения твердых сыпучих продуктов, характер нанесенных ударов - в жизненно важный орган человека: голову и шею, а также фактически наступившие по делу последствия – тупая травма головы и шеи, и, как результат - смерть потерпевшего в течение короткого промежутка времени на месте преступления, а также конкретные обстоятельства дела - все в своей совокупности позволяет суду сделать однозначный вывод о том, что ФИО2 совершил именно убийство ФИО3

Мотивом совершённого преступления явилась личная неприязнь, возникшая у подсудимого к потерпевшему, в результате конфликта, произошедшего между ними из-за того, что последний высказал недовольство на оскорбление его бывших женщин.

В судебном заседании стороной обвинения не опровергнуто заявление подсудимого ФИО2, что ФИО3 высказывался в его адрес нецензурной бранью, держа при этом нож в руке. Изложенные обстоятельства, в силу ч. 3 ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд толкует в пользу подсудимого. В связи с чем, суд, указанные действия ФИО3 находит противоправными и ставшими поводом для преступления. Вместе с тем, суд считает эти действия малозначительными и несопоставимыми с наступившими последствиями в виде смерти ФИО3 и полагает, что они ни в какой мере не давали ФИО2 права на применение в отношении ФИО3 насилия.

Таким образом, виновность подсудимого, установлена и доказана.

К такому выводу суд пришел на основании исследованных в судебном заседании доказательств, и исходя из установленных выше приведенными доказательствами обстоятельств дела, суд считает вину подсудимого в совершении вышеуказанного деяния доказанной и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении вида и размера наказания подсудимому, суд, в соответствии со ст. 6, 7, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд, признает:

- противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, так как ФИО3, высказывался в его адрес нецензурной бранью, держа при этом нож в руке (п. «з» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации);

- явку с повинной, данную ФИО2, в которой он в присутствии защитника, рассказал об обстоятельствах совершенного им преступления, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как он не отрицал свою причастность к совершенному деянию на протяжении всего судопроизводства, не оказывал препятствий деятельности правоохранительных органов и сотрудничал с ними, путем дачи показаний, с подробным разъяснением обстоятельств, связанных с обвинением. Добровольно показал и рассказал об обстоятельствах совершенного преступления при проведении проверок показаний на месте. Изложенные действия подсудимого, по мнению суда, в определенной мере оказали предварительному следствию помощь, в установлении всех необходимых обстоятельств содеянного. При таких обстоятельствах дела, частичное непризнание вины в совершении преступления, является законным способом защиты подсудимого и не влечет за собой непризнание вышеуказанного обстоятельства смягчающим наказание (п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации);

- частичное признание вины (ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации);

- болезненное состояние здоровья ФИО2 (ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, суд признает:

- в силу ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение ФИО2 при совершении преступления, и личность виновного, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Поскольку, суд приходит к выводу, что нахождение ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения побудило его к совершению данного преступления, снизило самоконтроль и повлияло на его противоправное поведение. Кроме того, согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № № от 29 марта 2019 года (т. 1 л.д. 209-213) реализация агрессии ФИО2 в ходе деликта была облегчена наличием у него состояния алкогольного опьянения. Факт нахождения ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения им не оспаривается и подтверждается копией акта медицинского освидетельствования № № от 08 февраля 2019 года, согласно которому у ФИО2 установлено состояние опьянения (т. 2 л.д. 188-189).

Изложенное свидетельствует о невозможности применения положений ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, в части изменения категории преступления, на менее тяжкую, а также оснований для применения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также суд учитывает степень общественной опасности и тяжесть содеянного, и в целях эффективности наказания, исправления подсудимого, предотвращения совершения им преступлений в дальнейшем, восстановления социальной справедливости, а также с учетом того, что наказание должно быть соразмерным содеянному, учитывая, что подсудимым совершено особо тяжкое преступление против жизни, суд не находит оснований для применения к нему положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, и ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, так как исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, отсутствуют. Суд полагает, что целям наказания, определенным ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, в данном случае, будет соответствовать только наказание в виде реального лишения свободы.

Суд полагает, что назначение наказания в виде реального лишения свободы соразмерно содеянному и будет соответствовать принципам справедливости и гуманизма, в соответствии со ст. ст. 6, 7 Уголовного кодекса Российской Федерации, обеспечит достижение задач, предусмотренных ст. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении наказания в виде лишения свободы, суд, также учитывает данные о личности подсудимого ФИО2, который ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, <данные изъяты> по месту жительства и месту работы характеризуются положительно, также учитывая его возраст и состояние здоровья, а также его поведение во время и после совершения преступления (не отрицал свою причастность к содеянному, принес извинения родственникам погибшего), вместе с тем суд, учитывает, что ФИО2 совершено особо тяжкое преступление.

Оснований для применения в отношении подсудимого ФИО2 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, суд не усматривает.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО2 необходимо назначить отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается за совершение особо тяжкого преступления.

В целях обеспечения исполнения приговора, на основании ч. 2 ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации меру пресечения ФИО2 в виде домашнего ареста до вступления приговора в законную силу – изменить на заключение под стражей.

Время содержания ФИО2 под стражей с 09 февраля 2019 года по 11 февраля 2019 года, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей до вступления приговора в законную силу за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Время содержания ФИО2 под домашним арестом с 11 февраля 2019 года по 12 июня 2019 года, в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Рассматривая гражданский иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении морального вреда в сумме 1 000 000 (один миллион) рублей, материального ущерба в сумме 59 650 (пятьдесят девять тысяч шестьсот пятьдесят) рублей и судебных расходов в сумме 12 000 (двенадцать тысяч) рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. ст. 150, 151, 1064, 1099, 1100 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает, что требования потерпевшей ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного гибелью брата, основаны на законе и подлежат удовлетворению, с учетом, степени вины нарушителя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, в том числе, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку в результате действий ответчика ФИО2 истец ФИО1 испытала нравственные страдания, причиненные гибелью брата, соответственно ответчик обязан компенсировать истцу моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень нравственных страданий истца, обстоятельства причинения вреда, отношение ответчика к произошедшему событию, его поведение после произошедшего, требования разумности и справедливости, а также принимает во внимание имущественное положение ответчика, который является пенсионером, лиц, находящихся на иждивении, не имеет.

Также суд учитывает, что ФИО3 совместно с потерпевшей не проживал более 20 лет, помощь ей не оказывал, она на его иждивении не находилась, кроме того на протяжении 5 последних лет они даже не общались. Доказательств изменения состояния здоровья истца, ввиду гибели ФИО3, суду не представлено.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу, что в данном случае, требованиям разумности и справедливости, будет соответствовать компенсация морального вреда, в пользу ФИО1 в размере 100 000 рублей. Взыскание с ответчика денежной компенсации в ином размере, по мнению суда не будет соответствовать принципам разумности и справедливости.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба в сумме 59 650 (пятьдесят девять тысяч шестьсот пятьдесят) рублей, также подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Учитывая наличие в законодательстве понятия "достойные похороны" (ст. 1174 ГК РФ), в состав расходов, понесенных в связи с похоронами, возможно включение расходов, прямо не связанных с погребением. Это могут быть расходы по оплате поминального обеда, использование музыкального сопровождения во время похорон, установление памятника и оградки на месте захоронения, оказание воинских почестей, а также соблюдение прочих обычаев, традиций, религиозных и иных обрядов.

Требование потерпевшей о взыскании с подсудимого 15 100 рублей в счет возмещения расходов на поминальные обеды на 3 и 7 дней, выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, и соответственно взысканию с подсудимого не подлежат.

Как следует из материалов дела, ФИО1 понесены расходы, являются необходимыми и непосредственно связанными с достойными похоронами, а также подтверждаются материалами дела: стоимость ритуальных услуг по договору на организацию и проведение похорон – 8 350 рублей; приобретение ритуальных принадлежностей – 6 200 рублей и расходы по приобретению и установке памятника, надгробья и тумбы – 30 000 рублей. Поэтому взысканию с подсудимого ФИО2 в счет возмещения расходов на погребение ФИО3 и ритуальные услуги подлежит 44 550 (сорок четыре тысячи пятьсот пятьдесят) рублей.

На основании части 3 статьи 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям пункта 1.1 части 2 статьи 131 УПК РФ. Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Согласно материалов уголовного дела адвокат Баранова В.М. участвовала в судебном заседании по данному делу в качестве представителя потерпевшей ФИО1 на основании предъявленного ордера № № от 30 мая 2019 года. Согласно квитанции серии № от 29 мая 2019 года потерпевшей произведена оплата услуг представителя в размере 12 000 рублей за оказанные адвокатом юридические услуги по уголовному делу: составление искового заявления – 2 000 рублей и участие в судебном заседании – 10 000 рублей. Таким образом, расходы потерпевшей на выплату вознаграждения ее представителю являются обоснованными и подтверждаются не вызывающими у суда сомнений материалами дела. Факт участия адвоката Барановой В.М. в производстве по делу, а также размер выплаченного вознаграждения сторонами не оспаривается.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Согласно п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего относятся к процессуальным издержкам.

Расходы, связанные с производством по делу - процессуальные издержки, по смыслу закона, возложены на орган, в производстве которого находится уголовное дело.

В этой связи расходы потерпевшей по оплате услуг представителя подлежат возмещению судом, с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства. Взыскание процессуальных издержек в пользу конкретных лиц, а не в доход государства противоречит требованиям закона.

При таких обстоятельствах, процессуальные издержки – сумма, выплаченная за представительство адвокату Барановой В.М., в размере 12 000 (двенадцати тысяч) рублей следует возместить потерпевшей ФИО1 из средств федерального бюджета.

Указанные процессуальные издержки подлежат взыскания с ФИО2 в доход бюджета Российской Федерации и оснований для освобождения его от их уплаты, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, суд не усматривает.

Подсудимый ФИО2 с исковым заявлением не согласился.

Определяя судьбу вещественных доказательств, в соответствии с требованиями ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд считает необходимым:

- образец крови ФИО3; образец крови ФИО2; вырез календаря; соскоб с потолка; вырез покрывала со следами ВЦБ; рубашку и джинсы, изъятые с трупа ФИО3; металлический пестик; смыв вещества бурого цвета (ВЦБ) с раковины правого уха ФИО2; ногтевые срезы с рук ФИО2; 6 отрезков липкой ленты со следами рук, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – уничтожить;

- куртку, брюки, кофту, ботинки и сотовый телефон <данные изъяты>», принадлежащие ФИО2, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 08 февраля 2019 года; нож с деревянной рукоятью; кухонный нож с пластмассовой рукоятью черного цвета, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – вернуть законному владельцу ФИО2, при отказе в получении – уничтожить;

- дактилоскопическую карту на имя ФИО2, находящуюся в материалах уголовного дела – хранить в уголовном деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 10 (десять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 – домашний арест – изменить на заключение под стражей. Взять под стражу немедленно в зале суда. Срок наказания ФИО2 исчислять со дня провозглашения приговора - с 13 июня 2019 года, засчитав в него срок нахождения под стражей по данному делу с 09 февраля 2019 года по 11 февраля 2019 года, и срок нахождения под домашним арестом с 11 февраля 2019 года по 12 июня 2019 года.

Исковые заявления ФИО1 к ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 100 000 (сто тысяч) рублей в качестве компенсации причиненного морального вреда и 44 550 (сорок четыре тысячи пятьсот пятьдесят) рублей в счет возмещения расходов на погребение.

Выплатить потерпевшей ФИО1 из средств федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в сумме 12 000 (двенадцать тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета Российской Федерации сумму процессуальных издержек в сумме 12 000 (двенадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части, отказать.

После вступления приговора в законную силу, вещественные доказательства:

- образец крови ФИО3; образец крови ФИО2; вырез календаря; соскоб с потолка; вырез покрывала со следами ВЦБ; рубашку и джинсы, изъятые с трупа ФИО3; металлический пестик; смыв вещества бурого цвета (ВЦБ) с раковины правого уха ФИО2; ногтевые срезы с рук ФИО2; 6 отрезков липкой ленты со следами рук, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – уничтожить;

- куртку, брюки, кофту, ботинки и сотовый телефон <данные изъяты>», принадлежащие ФИО2, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 08 февраля 2019 года; нож с деревянной рукоятью; кухонный нож с пластмассовой рукоятью черного цвета, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – вернуть законному владельцу ФИО2, при отказе в получении – уничтожить;

- дактилоскопическую карту на имя ФИО2, находящуюся в материалах уголовного дела – хранить в уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, находящимся под стражей с момента вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Также осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции при апелляционном обжаловании приговора другими лицами, участвующими в деле. Стороны вправе подать ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

Председательствующий: А.С. Зотова