Апелляционное определение № 22-2358/2025 от 18 декабря 2025 г.

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 19 декабря 2025 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего – судьи ФИО18,

судей ФИО2, ФИО3,

при секретаре ФИО4,

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области ФИО5,

защитников – адвокатов ФИО9, ФИО6,

осужденного ФИО1,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника Гатчинского городского прокурора Ленинградской области ФИО7, апелляционным жалобам и дополнениям осужденного ФИО1 и адвокатов ФИО9, ФИО10 в его защиту на приговор Гатчинского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осужден по:

- ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (за преступление, совершенное в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) к 10 годам лишения свободы,

- ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (за преступление, совершенное в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) к 10 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 3.1 и ч. 3.2 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ) в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Также приговором разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и возмещении процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи ФИО18, изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционного представления, апелляционных жалоб, дополнений и возражений, выслушав выступление прокурора ФИО5, поддержавшего доводы представления, возражавшего против удовлетворения жалоб, а также выступления осужденного ФИО1, адвокатов ФИО9, ФИО6, поддержавших доводы жалоб, возражавших против удовлетворения представления, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, то есть в совершении умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступления, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

Он же признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, то есть в совершении умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступления, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

Подсудимый ФИО1 свою вину в предъявленных ему преступлениях признал частично, пояснив, что наркотические средства – <данные изъяты> и <данные изъяты> нашел в лесном массиве вблизи <адрес> и хранил для личного употребления, наркотическое средство «<данные изъяты>» однократно изготовил для себя, но, поскольку оно получилось плохого качества, планировал при первой возможности выдать его правоохранительным органам.

В апелляционном представлении помощник Гатчинского городского прокурора Ленинградской области ФИО7, не оспаривая выводы суда о квалификации действий осужденного и размер назначенного наказания, полагает приговор суда подлежащим изменению ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении наказания по совокупности преступлений.

Приводит доводы о том, что при назначении наказания по совокупности преступлений, являющихся неоконченными, суд неверно сослался на ч. 3 ст. 69 УК РФ, поскольку применению подлежали положения ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Отмечает, что, правильно указав в описательно-мотивировочной части приговора о необходимости зачета в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, в резолютивной части приговора суд необоснованно указал также и на ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Просит приговор изменить: указать в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора о назначении окончательного наказания по совокупности преступлений на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ; на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет; исключить из резолютивной части приговора ссылку суда на ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором.

Считает недопустимым протокол неотложного обыска в его жилище от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, поскольку в постановлении о производстве обыска указан иной адрес обыска, при этом обыск постановлено произвести у ФИО8; в протоколе обыска не указан порядок фотосъемки и количество произведенных фотоснимков; в период обыска он находился в наручниках; участвующий в ходе обыска в качестве понятого Свидетель №2 являлся студентом юридического факультета и проходил практику в следственном комитете, что ставит под сомнение его независимость.

В связи с этим находит недопустимыми все доказательства, производные от протокола обыска: заключения экспертиз по обнаруженным в ходе обыска предметам и веществам; протоколы осмотра этих предметов и веществ, в которых, помимо прочего, имеется ссылка на ч. 1 ст. 177 УПК РФ, утратившую силу на основании ФЗ от 04.03.2013 № 23-ФЗ, а в протоколах от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ также не указаны модель и тип устройства, на которое производилась фотосъемка, порядок съемки и количество фотографий.

Утверждает, что не писал и не подписывал заявление, содержащееся <данные изъяты>.

Заявляет о недопустимости рапорта об обнаружении признаков преступления (<данные изъяты>), поскольку он не отвечает требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, и является документом, служащим поводом для возбуждения уголовного дела.

Приводит доводы о том, что в постановлении о передаче сообщения о преступлении по подследственности от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) указано, что он незаконно хранил наркотики с целью последующего сбыта, т.е. описание его действий охватывается ст. 228.1 УК РФ, однако далее указано, что в его действиях усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Обращает внимание, что наркотические средства ДД.ММ.ГГГГ были выданы им добровольно, тогда как в рапорте указано, что они были обнаружены и изъяты.

Не соглашается с выводом суда о признании достоверными показаний свидетеля Свидетель №1 на предварительном следствии, поскольку последний не подтвердил эти показания в судебных заседаниях, пояснив, что давал их под давлением следователя.

Полагает, что обвинительное заключение по делу составлено с грубым нарушением п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку в одной части описания инкриминируемого преступления указано, что он произвел (изготовил) наркотическое средство «<данные изъяты>», в другой – что он хранил для последующего сбыта смесь, содержащую «мефедрон», из чего неясно, вменяют ему изготовление и хранение смеси либо готового «мефедрона», и данное обстоятельство, по мнению осужденного, затрудняет установление истины по делу, а также принятие законного и обоснованного решения.

Указывает, что в приговоре суд допустил аналогичное противоречие.

Приводит доводы о том, что в обвинительном заключении не приведены доказательства, подтверждающие совершение им преступления, предусмотренного п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Считает, что его вина в совершении преступлений, за которые он осужден, не доказана, а приговор постановлен на предположениях и недопустимых доказательствах.

Заявляет, что в ходе рассмотрения уголовного дела суд выступил на стороне обвинения, пытаясь скрыть допущенные следствием процессуальные нарушения, безосновательно отклоняя ходатайства стороны защиты.

Просит приговор отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО9, действующая в защиту осужденного ФИО1, считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

Приводит доводы о том, что в судебном заседании стороной защиты было заявлено о грубом нарушении требований УПК РФ при производстве неотложного обыска в жилище ФИО1 и о признании в связи с этим недопустимыми доказательствами протокола обыска, а также производных от него заключений экспертиз и протоколов осмотра предметов, однако указанные обстоятельства были проигнорированы судом первой инстанции, постановившим приговор на недопустимых доказательствах.

Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденного адвокат ФИО10, действующий в защиту осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором.

Цитируя заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому набор обнаруженных у ФИО1 реактивов является необходимым, но не достаточным как для изготовления наркотического средства <данные изъяты>, так и не характерным для изготовления <данные изъяты> способом, изложенным в блокноте, изъятом в ходе обыска у осужденного, приходит к выводу о том, что ФИО1 не мог изготовить вышеуказанные наркотические средства, используя способ их получения, изложенный в блокноте, в связи с чем находит необоснованным вывод суда о доказанности факта изготовления осужденным наркотических средств.

Ссылаясь на абз. 5 п. 4 постановления Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» от 15.06.2006 № 14, указывает, что судом не был проверен довод осужденного о непригодности для употребления обнаруженного у него вещества.

Полагает, что исследованными доказательствами подтверждается факт невозможности ФИО1 получить изъятые у него наркотические средства путем их химического синтезирования.

Считает необоснованным вывод суда о законности обыска в жилище ФИО1 в связи с тем, что постановление о проведении обыска и постановление Гатчинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ не было обжаловано сторонами, поскольку данный вывод опровергается материалами дела, согласно которым вышеуказанное постановление от ДД.ММ.ГГГГ было обжаловано в апелляционном порядке адвокатом ФИО9, и апелляционным постановлением Ленинградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в рассмотрении жалобы отказано в связи с поступлением уголовного дела в суд для рассмотрения по существу.

Заявляет о грубом нарушении требований УПК РФ при производстве обыска в жилище ФИО1

В обоснование указывает, что согласно постановлению о проведении неотложного обыска в жилище от ДД.ММ.ГГГГ оно вынесено в рамках уголовного дела № в отношении ФИО11, при этом из постановления о производстве обыска следует, что обыск проводится в связи с тем, что у гр-на ФИО8 по месту жительства по адресу: ЛО, <адрес>, <адрес>, <адрес>, хранятся предметы, имеющие значение для уголовного дела по факту похищения человека; а в материалах настоящего уголовного дела постановление следователя о возбуждении уголовного дела №, в рамках которого проводился обыск, отсутствует.

Приводит доводы о том, что в рамках того же уголовного дела № было вынесено второе постановление о проведении неотложного обыска в жилище, но в отношении ФИО1, с указанием о возможном наличии уже в его жилище предметов, имеющих значение для уголовного дела о похищении человека, однако согласно рапорту об обнаружении признаков преступления обыск у ФИО1 проводился в рамках другого уголовного дела - №, постановление о возбуждении которого в настоящем деле отсутствует.

Отмечает, что ДД.ММ.ГГГГ Гатчинский городской суд проверял законность проведения неотложного обыска в рамках уголовного дела №, постановление по которому не выносилось, и в тот момент ФИО1 уже был задержан, в связи с чем ему должна была быть предоставлена возможность изложить в суде свои доводы относительно законности оспариваемого следственного действия, чего он был лишен.

Считает, что само по себе наличие постановления Гатчинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ не может свидетельствовать о законности обыска, поскольку фактически ФИО1 был лишен права на его обжалование в установленном законом порядке, а вышеприведенные доводы стороны защиты о допущенных нарушениях УПК РФ не получили надлежащей проверки и оценки суда первой инстанции.

Указывает, что до выдачи ФИО1 наркотиков сотрудникам полиции информацией о причастности осужденного к незаконному обороту наркотических средств правоохранительные органы не располагали, в связи с чем, полагает, что, вопреки выводам суда первой инстанции, действия ФИО1 должны быть расценены как добровольная выдача и учитываться при назначении наказания.

Заявляет, что судом первой инстанции не были проверены утверждения осужденного о фальсификации его подписи в ряде процессуальных документов, связанных с проведением обыска в его жилище, путем назначения почерковедческой эксперты, и стороной обвинения эти утверждения опровергнуты не были.

Находит неверной квалификацию действий осужденного как двух преступлений, полагая, что имело место одно длящееся преступление, подлежащее квалификации по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Отмечает, что судом не установлены и не проверены обстоятельства приобретения ФИО1 наркотического средства «<данные изъяты>».

Выражает несогласие с восстановлением государственному обвинителю срока апелляционного обжалования первого постановленного в отношении ФИО1 приговора от ДД.ММ.ГГГГ, который был отменен апелляционным определением Ленинградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, полагая, что оснований для восстановления прокурору срока апелляционного обжалования вышеуказанного приговора у суда не имелось.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

Обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и дополнений, проверив материалы уголовного дела, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении двух преступлений, за которые он осужден, являются правильными и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, подробное содержание которых приведено в приговоре:

- протоколом обыска ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО1, из которого следует, что по адресу: <адрес>, где были обнаружены и изъяты: стеклянная колбочка со следами нагара; стекло с порошкообразным веществом белого цвета; 6 колб; респиратор черного цвета; 2 мотка изоленты (красного и синего цвета); тетрадь в обложке зеленого цвета; вакуумная упаковочная машина; стеклянная колба спиралевидная со следами нагара внутри; весы; порошкообразное вещество белого цвета в прозрачном контейнере; прочный контейнер с зеленой крышкой с остатками порошкообразного вещества белого цвета; 2 стеклянные воронки; 2 стеклянные колбы Бунзена, коническая лабораторная колба; делительная воронка со штативом и тряпкой желтого цвета; 11 пакетов с комплементарными застежками с порошкообразным веществом белого цвета; вакуумный насос; вещество коричневого цвета в запаянной пленке; 47 свертков в изоленте красного цвета; пустые полимерные пакетики с комплементарной застежкой; электронные весы; мотки изоленты синего цвета; пленка стрейч; блокноты в обложке белого и зеленого цвета; бутылки с жидкостью; полимерная и фарфоровая воронки; электрическая плитка; 3 канистры с остатками жидкости, 1 канистра с жидкостью; мобильный телефон марки «Самсунг» в корпусе золотистого цвета (<данные изъяты>);

- показаниями свидетеля – оперуполномоченного <данные изъяты> № <адрес><адрес> Свидетель №3 в судебном заседании и на предварительном следствии, согласно которым обыск проводился по адресу: <адрес>, дом являлся жилым помещением, присутствующий там ФИО1 проведению обыска не препятствовал и на предложение добровольно выдать запрещенные вещества пояснил, что в помещении находятся наркотики, указал местонахождение части из них, а остальная часть была обнаружена с применением служебной собаки; также были обнаружены и изъяты колбы, весы, канистры с жидкостью, пакетики с комплементарными застежками, вакуумный упаковщик, колбы с трубками, горелки; в помещении был резкий химический запах, похожий на запах аммиака; обыск проводился с участием понятых, которым, как и ФИО1,, следователь разъяснял права процессуальные права, по результатам обыска был составлен соответствующий протокол, который участвующие лица подписали без каких-либо замечаний (<данные изъяты>);

- показаниями свидетеля Свидетель №2 в судебном заседании и на предварительном следствии, из которых следует, что он являлся понятым при производстве обыска в жилище ФИО1 по адресу: <адрес>; перед обыском ему и второму понятому были разъяснены их права и обязанности; он следил за ходом всего следственного действия, в том числе наблюдал изъятие обнаруженных предметов – химических реагентов, колб, электронных весов, противогаза, материалов для упаковки, а также наркотического средства, часть из которого была расфасована; все изъятые предметы и вещества были упакованы; по результатам обыска был составлен протокол, который все участвующие лица, в том числе ФИО1, подписали, каких-либо замечаний ни у кого не имелось; какой-либо заинтересованности в деле у него не имеется, ранее с сотрудниками правоохранительных органов знаком не был (<данные изъяты>);

- справкой о результатах исследования наркотических средств, психотропных веществ, сильнодействующих и ядовитых веществ и их прекурсоров № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой представленные вещества (№), массами <данные изъяты>., соответственно, являются смесями, содержащими наркотическое средство <данные изъяты> (<данные изъяты>);

- протоколами осмотра изъятых в ходе обыска предметов и веществ (<данные изъяты>

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что изъятые предметы и вещества в жилище ФИО1 являются следующими объектами: вещества, находящиеся в 13 пакетах, являются смесью, содержащей наркотическое средство <данные изъяты>, массой №., соответственно, общей массой №.; вещество, находящееся к контейнере из полимерного материала с крышкой зеленого цвета, является смесью, содержащей наркотическое средство - <данные изъяты>, массой <данные изъяты>; вещество, находящееся в запаянном свертке из полимерного материала, является наркотическим средством <данные изъяты>, массой <данные изъяты>.; жидкости в двух стеклянных бутылках являются прекурсорами наркотических средств и психотропных веществ – соляной кислотой в концентрации (массовой доли), соответственно, <данные изъяты> масс и <данные изъяты> масс объемом <данные изъяты> соответственно; на внутренней поверхности канистры из полимерного материала содержится метиламин, массу и концентрацию которого определить не представляется возможным ввиду его малого количества (<данные изъяты><данные изъяты>);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому вещества, находящиеся в 47 свертках из отрезков липкой ленты из полимерного материала красного цвета, являются наркотическим средством <данные изъяты> массами: № соответственно, общей массой <данные изъяты>. (<данные изъяты>);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ из которого следует, что запись в блокноте зеленого цвета с надписью <данные изъяты>» на страницах <данные изъяты>, начинающаяся со слов «<данные изъяты>» и заканчивающаяся словами «<данные изъяты>» выполнена ФИО1 (<данные изъяты>);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому набор обнаруженных в жилище осужденного реактивов является необходимым, но не достаточным для производства (изготовления) наркотического средства <данные изъяты>, способом, изложенным в блокноте, изъятым в ходе обыска (отсутствуют <данные изъяты>); набор посуды и оборудования является необходимым и достаточным для производства (изготовления) наркотического средства <данные изъяты>, способом, изложенным в блокноте; набор реактивов, изъятый в ходе обыска, не является характерным для производства (изготовления) наркотического средства - производного <данные изъяты><данные изъяты>); набор посуды и оборудования, изъятый в ходе обыска, является необходимым и достаточным для производства (изготовления) наркотического средства - производного <данные изъяты>

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что присутствие на внутренней поверхности противогаза генетического материала ФИО1 не исключается <данные изъяты><данные изъяты>

- заключением эксперта, согласно которому по результатам химико-токсилогического исследования ДД.ММ.ГГГГ в моче ФИО1 обнаружены пирролидиновалерофенон и его метаболит (<данные изъяты>);

- протоколом осмотра оптического носителя со сведениями о соединениях абонентских номеров ФИО1 и Свидетель №1 (<данные изъяты><данные изъяты>);

- показаниями свидетеля Свидетель №1 на предварительном следствии о том, что по просьбе своего знакомого ФИО1 он неоднократно оказывал ему помощь в поездках в магазин за покупками, и в благодарность за помощь ФИО1 угощал его наркотическим средством «солью»; а несколько раз он приобретал у ФИО1 этот наркотик за 1000 рублей (<данные изъяты>);

- показаниями ФИО1, который не отрицал как факт незаконного хранения наркотических средств «<данные изъяты>» и производного <данные изъяты>, пояснив, что нашел их в лесном массиве в 48 свертках вблизи <адрес> и хранил для личного употребления, так и факт изготовления наркотического средства «<данные изъяты>», утверждая, что намеревался при первой возможности выдать его правоохранительным органам.

Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства совершенных преступлений и в соответствии со ст. 88 УПК РФ дал правильную оценку всем представленным сторонами доказательствам, как каждому в отдельности, так и их совокупности.

Оснований сомневаться в данной судом первой инстанции оценке доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

Положенные в основу приговора доказательства обоснованно признаны судом допустимыми и достоверными, поскольку они подробны, взаимосвязаны, непротиворечивы, согласуются друг с другом; получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Доводы стороны защиты о недопустимости протокола обыска в жилище ФИО1 являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и были обоснованно им отклонены, с приведением подробных и убедительных мотивов, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, указание в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ о производстве обыска в случаях, не терпящих отлагательства, по адресу <адрес>, литеры «а» ручкой и того, что обыск постановлено произвести в жилище ФИО8 (<данные изъяты>), равно как и предоставление ДД.ММ.ГГГГ в Гатчинский городской суд аналогичного постановления с указанием этого адреса полностью машинописным способом и того, что обыск постановлено произвести в жилище ФИО1 (<данные изъяты>), не является основанием для признания протокола обыска недопустимым доказательством, поскольку обыск был произведен по вышеуказанному адресу и в жилище ФИО1, что последним не отрицалось; при наличии оснований для производства неотложного обыска; обыск произведен с соблюдением требований ст. 182 УПК РФ, с участием понятых и ФИО1, от которых каких-либо замечаний по результатам обыска не поступило.

С учетом изложенного, тот факт, что адрес жилища ФИО1 имеет не <адрес>, а участок <адрес>, не ставит под сомнение законность и обоснованность произведенного там неотложного обыска, а потому ссылка осужденного на данное обстоятельство несостоятельна.

При изложенных обстоятельствах факт нахождения ФИО1 в наручниках в период проведения обыска не влияет на законность и обоснованность произведенного следственного действия и не ставит под сомнение достоверность его результатов.

Доводы адвоката ФИО10 в апелляционной жалобе о вынесении постановления о производстве неотложного обыска в рамках уголовного дела № и об отсутствии в настоящем уголовном деле постановления о возбуждении вышеуказанного уголовного дела являются безосновательными, поскольку согласно вводной части постановления от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) оно вынесено в рамках уголовного дела №, постановление о возбуждении которого в настоящем уголовном деле имеется в <данные изъяты>

Ссылка же следователя в первом абзаце описательно-мотивировочной части вышеуказанного постановления от ДД.ММ.ГГГГ на уголовное дело № является явной технической ошибкой и о незаконности данного постановления не свидетельствует.

Указание адвоката ФИО10 в апелляционной жалобе о проверке Гатчинским городским судом ДД.ММ.ГГГГ законности неотложного обыска в рамках уголовного дела № не соответствует действительности и опровергается соответствующим постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>).

Доводы адвоката ФИО10 в апелляционной жалобе о нарушении права осужденного на участие в судебном заседании по проверке законности неотложного обыска нельзя признать состоятельными, поскольку в представленных суду материалах имеются сведения об извещении ФИО1 об этом судебном заседании и его нежелании участвовать в нем <данные изъяты>).

Вопреки доводу апелляционной жалобы адвоката ФИО10, ошибочное указание суда в приговоре о необжаловании сторонами постановления Гатчинского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ не влияет на правильность выводов суда первой инстанции о допустимости протокола обыска в жилище ФИО1

Сведений о том, что участвовавшие в ходе обыска понятые Свидетель №2 и Свидетель №4 заинтересованы в исходе дела, в материалах уголовного дела не имеется, и стороной защиты не представлено, а сам по себе факт того, что Свидетель №2 являлся студентом юридического ВУЗа и проходил практику в следственном комитете, о его заинтересованности в исходе настоящего дела не свидетельствует, в связи с чем ссылка осужденного в апелляционной жалобе на данное обстоятельство безосновательна.

Утверждение осужденного в жалобе о том, что показания следователя ФИО12 в судебном заседании об обстоятельствах обыска являются противоречивыми, не соответствует действительности и опровергается протоколом судебного заседания, из которого следует, что противоречий, ставящих под сомнение выводы суда первой инстанции о допустимости протокола обыска в жилище осужденного и о виновности последнего в содеянном, показания данного свидетеля не содержат (<данные изъяты>).

Отсутствие в протоколе обыска указания о порядке фотосъемки и количестве отснятых фотографий, равно как и отсутствие в протоколах осмотра предметов (с проведением фотосъемки) сведений о марке и модели технического устройства, которым произведено фотографирование, а также ссылка в протоколах осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в том числе на утратившую силу ч. 1 ст. 177 УПК РФ, не свидетельствуют о незаконности вышеуказанных следственных действий и не могут служить основанием для признания недопустимыми доказательствами протоколов, составленных по их результатам, в связи с чем ссылки осужденного в жалобе на указанные обстоятельства являются несущественными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, показания свидетеля Свидетель №1 о том, что ранее ФИО1 сбывал ему наркотическое средство «соль», правомерно признаны судом первой инстанции допустимым и достоверным доказательством, поскольку допрос свидетеля произведен в соответствии с требованиями УПК РФ, его показания согласуются с другими доказательствами по делу, и оснований полагать оговор ФИО1 данным свидетелем не имеется.

При этом суд первой инстанции обоснованно отклонил показания свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании о том, что наркотики у ФИО1 он никогда не приобретал, а на следствии дал неправдивые показания, находясь в состоянии стресса и шока после произошедших событий, правильно расценив эти показания как попытку помочь ФИО1 в смягчении ответственности за совершенные преступления, убедительно мотивировав свои выводы в этой части.

Заключения судебных экспертиз правомерно признаны судом первой инстанции допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями УПК РФ и ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001 № 73-ФЗ; оснований сомневаться в компетенции экспертов и правильности их выводов не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката ФИО10, вывод эксперта о том, что набор обнаруженных в жилище ФИО1 реактивов является необходимым, но не достаточным для производства (изготовления) наркотического средства «<данные изъяты>» способом, изложенным в блокноте осужденного, в связи с отсутствием <данные изъяты>, не опровергает вывод суда первой инстанции об изготовлении осужденным наркотического средства «<данные изъяты>», а свидетельствует лишь о том, что на момент обыска часть реактивов для изготовления этого наркотика в жилище ФИО1 уже отсутствовала.

С учетом вышеприведенных выводов эксперта о том, что обнаруженное в жилище ФИО1 вещество является смесью, содержащей наркотическое средство «мефедрон», ссылка адвоката ФИО10 в апелляционной жалобе на непригодность изготовленного осужденным наркотика к употреблению, безосновательна.

Довод апелляционной жалобы осужденного о недопустимости рапорта об обнаружении признаков преступления как доказательства (<данные изъяты>), не может быть принят во внимание, поскольку обжалуемый приговор не содержит в себе ссылок суда на какие-либо рапорта об обнаружении признаков преступления как на доказательства виновности ФИО1

Ссылка осужденного в апелляционной жалобе на противоречия в описании и квалификации его действий, содержащиеся в постановлении о передаче сообщения о преступлении по подследственности (<данные изъяты>), является несущественной и не влияет на законность и обоснованность постановленного приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, полностью отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ и содержит, в том числе существо обвинения по каждому преступлению, его место, время и способ совершения, а также другие имеющие значение обстоятельства.

Ссылка осужденного в апелляционной жалобе на противоречия в обвинительном заключении и приговоре в части описания его действий по незаконному изготовлению (производству) и хранению как наркотического средства «<данные изъяты>», так и смеси, содержащей вышеуказанное наркотическое средство, не соответствует действительности и опровергается содержанием обвинительного заключения, согласно которому ФИО1 вменялось производство наркотического средства «<данные изъяты>» в крупном размере, а также содержанием приговора, которым осужденный признан виновным, в том числе в покушении на незаконный сбыт наркотического средства «<данные изъяты>» в крупном размере.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, оснований полагать, что имеющиеся в уголовном деле заявления от имени ФИО1, подписаны не им, а иным лицом, у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом заявление, содержащееся в томе 1 на л.д. 149, которое, по утверждению осужденного, он не писал и не подписывал, не имеет доказательственного значения, а содержит сведения об отказе от дачи показаний в качестве подозреваемого в связи с поздним временем суток.

В данной связи суд апелляционной инстанции также отмечает, что при неоднократном ознакомлении с материалами уголовного дела ФИО1 не заявлял о фальсификации каких-либо документов, составленных от его имени <данные изъяты><данные изъяты>).

Таким образом, доводы апелляционных жалоб осужденного и защитников сводятся к переоценке правильных выводов суда первой инстанции, оснований к чему не имеется.

Описание каждого деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотиве и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, которые достаточны для правильной правовой оценки содеянного.

Обстоятельства совершения каждого преступления исследованы судом с достаточной полнотой, противоречий в доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, ставящих под сомнение законность и обоснованность постановленного приговора, не имеется.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии в действиях ФИО1 признаков производства наркотических средств являются правильными, надлежащим образом мотивированы в приговоре, и сторонами не оспариваются.

Действия осужденного ФИО1 правильно квалифицированы судом первой инстанции по каждому из двух преступлений по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, то есть совершение умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступления, которое преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Крупный размер наркотических средств установлен судом на основании п. 2 примечаний к статье 228.1 УК РФ, а также постановления Правительства РФ от 01.10.2012 № 1002.

Вопреки доводам стороны защиты, об умысле ФИО1 на сбыт обнаруженных в его жилище наркотических средств свидетельствуют как количество, масса и упаковка наркотиков, обнаружение электронных весов и различного упаковочного материала, так и показания свидетеля Свидетель №1 о том, что ранее осужденный периодически сбывал ему наркотик «соль».

С учетом изложенного, факт обнаружения в моче ФИО13 наркотического средства не опровергает выводы суда первой инстанции о квалификации действий осужденного.

В данной связи суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 наркоманией не страдает, злоупотребление им наркотиками группы каннабиноидов и психостимуляторов не сопровождается формированием синдрома зависимости; и по заключению эксперта № синтетические катиноны (в т.ч. <данные изъяты>) в крови ФИО1 не обнаружены.

Позиция стороны защиты о добровольной сдаче ФИО1 наркотических средств являлась предметом оценки суда первой инстанции и была обоснованно им отвергнута, с приведением подробных и убедительных мотивов, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Поскольку ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, правовых оснований для рассмотрения вопроса о его освобождении от уголовной ответственности на основании примечания 1 к ст. 228 УК РФ не имеется.

Утверждение осужденного о том, что все наркотические средства были выданы им добровольно, опровергается материалами уголовного дела, из которых следует, что перед началом обыска ФИО1 указал на наличие в его жилище части наркотиков, а другая их часть была обнаружена сотрудниками полиции.

Довод апелляционной жалобы адвоката ФИО10 о неустановлении судом обстоятельств приобретения осужденным наркотического средства «<данные изъяты>» не имеет правового значения, учитывая, что обжалуемым приговором суд исключил из предъявленного ФИО1 обвинения незаконное приобретение вышеуказанного наркотического средства, правильно указав, что такое изменение обвинения не ухудшает положение осужденного и не влияет на доказанность его вины в покушении на незаконный сбыт наркотического средства <данные изъяты>».

Позиция адвоката ФИО10 в апелляционной жалобе о необходимости квалификации действий ФИО1 как одного длящегося преступления является несостоятельной, поскольку исследованными по делу доказательствами установлено, что преступления совершены ФИО1 в различные периоды времени (первое – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, второе – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), различным способом (первое – путем незаконного хранения наркотических средств с целью сбыта, второе – путем незаконного изготовления наркотического средства и его последующего хранения с целью сбыта), при этом в каждом из двух покушений на незаконный сбыт наркотических средств предмет преступления был различен (в первом случае это наркотические средства «<данные изъяты>» и производное <данные изъяты>, во втором – наркотическое средство «<данные изъяты>»).

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО1 в каждом случае самостоятельного умысла на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, в связи с чем квалификация его действий как двух самостоятельных преступлений является правильной.

Правомерно оценив заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов как обоснованное и достоверное, суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что ФИО1 является вменяемым и подлежит уголовной ответственности.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон.

Вопреки доводу апелляционной жалобы осужденного, суд первой инстанции оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав; ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было, сведений об обвинительном уклоне суда в уголовном деле не имеется.

Доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО10 о необоснованном восстановлении государственному обвинителю срока апелляционного обжалования первого постановленного в отношении ФИО1 приговора от ДД.ММ.ГГГГ не могут быть приняты во внимание, поскольку не являются предметом проверки в рамках настоящего апелляционного производства.

При назначении наказания судом первой инстанции в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности ФИО1, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности ФИО1 суд учел, что он является гражданином РФ; ранее не судим; регистрации на территории РФ не имеет, но имеет постоянное место жительства на территории <адрес> и по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно; на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит; официально не трудоустроен.

Смягчающими наказание за каждое преступление обстоятельствами суд признал в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – состояние здоровья ФИО1 в связи с наличием у него хронических тяжких заболеваний, а также частичное признание им вины по каждому из совершенных преступлений.

Отягчающих наказание обстоятельств суд не установил.

С учетом вышеприведенных обстоятельств и принимая во внимание требования ч. 1 ст. 73 УК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 за каждое преступление наказания в виде реального лишения свободы.

Оснований для назначения дополнительных наказаний в виде штрафа или лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд счел возможным не назначать.

Определяя размер наказания за каждое преступление, являющееся неоконченным, суд учел положения ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ судом не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, назначенное осужденному наказание за каждое преступление соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, т.е. является справедливым.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением судом уголовного закона при назначении ФИО1 окончательного наказания по совокупности преступлений, поскольку, учитывая, что оба преступления являются неоконченными, окончательное наказание подлежит назначению по правилам части 2 статьи 69 УК РФ, а не части 3 данной статьи, которую применил суд первой инстанции.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым назначить ФИО1 окончательное наказание на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений и их фактические обстоятельства.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать наказание, правильно определен судом первой инстанции в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ и является верным.

Между тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из резолютивной части приговора ссылку суда на ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, поскольку, правильно разрешив в описательно-мотивировочной части приговора вопрос о зачете в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ), суд первой инстанции ошибочно сослался в резолютивной части приговора также и на ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Иные вопросы разрешены в приговоре верно.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, или его изменение по другим основаниям, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, апелляционное представление государственного обвинителя подлежит удовлетворению, а оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденного и его защитников не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

апелляционное представление государственного обвинителя – помощника Гатчинского городского прокурора Ленинградской области ФИО7 удовлетворить.

Приговор Гатчинского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 12 (двенадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Исключить из резолютивной части приговора ссылку суда на ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвокатов ФИО9, ФИО10 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: