Апелляционное определение № 11-3486/2026 от 25 марта 2026 г.

УИД № 74RS0014-01-2025-000718-56

Дело № 2-799/2025 (номер в первой инстанции)

Судья Шунина Н.Е.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-3486/2026
26 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Лузиной О.Е.,

судей Рыжовой Е.В., Сердюковой С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Галеевой З.З., помощником судьи Изюмовой Д.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО4, ФИО5 на решение Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 27 ноября 2025 года по иску ФИО4 к ФИО5 о признании договоров займа недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Заслушав доклад судьи Лузиной О.Е. об обстоятельствах дела, доводах апелляционных жалоб, объяснения представителя истца ФИО4 – ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы истца, объяснения представителя ответчика ФИО5 – ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском, с учётом уточнений (том 2 л.д. 39), к ФИО5 о признании недействительным в силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации договора займа от 18 декабря 2023 года, а также о признании недействительным в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации договора займа от 19 марта 2024 года, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 в пользу ФИО5 задолженности по договорам займа в общем размере 975 000 рублей.

В обоснование исковых требований указала на то, что 18 декабря 2023 года с ФИО5 заключен договор займа на сумму 700 000 рублей, сроком возврата 18 марта 2024 года, под 5% в месяц от суммы займа. 19 марта 2024 года с ФИО5 заключен договор займа, по которому заёмщику предоставлен займ в размере 500 000 рублей, сроком возврата 19 сентября 2024 года, под 5% в месяц от суммы займа. 30 сентября 2024 года ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании задолженности по указанным договорам займа, обращении взыскания на заложенное имущество. 07 апреля 2025 года исковые требования ФИО5 оставлены без рассмотрения, ввиду введения в отношении ФИО4 процедуры банкротства. ФИО5, являясь физическим лицом, осуществляет незаконную предпринимательскую деятельность по систематической выдаче физическим лицам денежных займов на потребительские и коммерческие цели на возвратной и платной основе. При этом, в качестве условия для передачи денежного займа ФИО5 оформляет залог принадлежащих ответчику объектов недвижимости, поясняя, что переход права собственности будет являться способом обеспечения исполнения заёмных обязательств. Факт ведения физическим лицом ФИО5 незаконной предпринимательской деятельности по систематической выдаче физическим лицам денежных займов на потребительские цели на возвратной и платной основе, под залог недвижимого имущества подтверждается опубликованными судебными актами. ФИО5 при заключении с ФИО4 договоров займа действовал в обход закона с противоправной целью, имея умысел на совершение действий, заведомо противоречащих основам правопорядка, что влечёт ничтожность названных договоров. В качестве возврата долга истцом произведены оплаты ФИО1 на общую сумму 225 000 рублей.

Истец ФИО4 в судебное заседание суда первой инстанции не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в своё отсутствие, на удовлетворении исковых требований настаивала.

Финансовый управляющий ФИО4 – ФИО3 в судебное заседание суда первой инстанции при надлежащем извещении не явился, представил в суд письменные пояснения по иску, оставив решение на усмотрение суда. Указал, что ФИО4 имеет право самостоятельно от своего имени подавать заявление по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (том 1 л.д. 227-228).

Представитель истца ФИО4 – ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования поддержал. Пояснил, что срок исковой давности не пропущен. Считает, что ответчик фактически осуществляет предпринимательскую деятельность по систематической выдаче физическим лицам денежных займов на потребительские цели на возвратной и платной основе под залог недвижимого имущества.

Ответчик ФИО5 при надлежащем извещении участия в судебном заседании суда первой инстанции не принимал, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО2 в судебном заседании участия не принимала. Ранее в судебных заседаниях исковые требования не признала. Представила письменные возражения (том 1 л.д. 222-224) и дополнения к ним (том 2 л.д. 21-22), просила применить к требованиям истца срок исковой давности. Указала, что истцом факт получения денежных средств не оспаривается. Гражданское законодательство не содержит ограничений в заключении физическими лицами договоров займа, в том числе под залог недвижимости.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО4 удовлетворил частично. Признал недействительным условие договора займа от 19 марта 2024 года, заключенного между ФИО5 и ФИО4, в части предоставления в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по данному договору займа по возврату суммы займа, залога имущества - земельного участка площадью <данные изъяты>, категория земель: <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: № и нежилого здания площадью 64 кв.м., находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 к ФИО5 отказал.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 просит решение суда изменить в части и принять по делу новое решение. Признать договор займа от 18 декабря 2023 года недействительной сделкой в полном объёме, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 в пользу ФИО5 полученных по недействительной сделке денежных средств в сумме 525 000 рублей. Признать договор займа от 19 марта 2024 года недействительной сделкой в полном объёме, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 в пользу ФИО5 полученных по недействительной сделке денежных средств в сумме 450 000 рублей. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неприменение закона, подлежащего применению. Полагает, что договор займа от 18 декабря 2023 года является недействительным на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ФИО5, заключая договоры займа с условием обеспечения их возврата ипотекой, действовал в обход закона, направленного за защиту интересов граждан, как слабой стороны таких договоров, публичных интересов, грубо нарушал баланс интересов сторон таких договоров. ФИО5 систематически извлекал прибыль от деятельности по выдаче займов, обеспеченных залогом недвижимого имущества, в виде процентов за пользование денежными средствами. Таким образом, оспариваемый договор займа от 18 декабря 2023 года в силу положений статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, является недействительным в полном объеме как сделка, совершенная в целях, противоречащих основам правопорядка. Основанием для признания договора займа от 19 марта 2024 года недействительной сделкой являются положения статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. На момент заключения спорного договора, 19 марта 2024 года, ФИО5 не имел права заключать договоры займа, с залогом недвижимого имущества, поскольку не являлся юридическим лицом и не относился к субъектам, которые вправе заключать договоры займа с физическими лицами, носящими характер осуществления профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов. Поскольку денежные средства были получены заёмщиком по недействительной сделке, то есть неосновательно, подлежат применению последствия недействительности договора. Необходимости в качестве последствий недействительности сделок указания на аннулирование записей о государственной регистрации ипотеки у суда не имелось. Наличие или отсутствие обвинительного заключения по уголовному делу в отношении ФИО5, признание ФИО5 виновным в совершении преступления не является безусловным основанием для неприменения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО5 просит решение суда в части удовлетворенных требований отменить, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4 в полном объёме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом норм процессуального права, пропуск истцом срока исковой давности по обращению в суд с иском о признании договора займа от 19 марта 2024 года недействительным. Выводы суда о том, что сделки по выдаче займов ФИО5 были направлены на обход закона с целью получения необоснованных преимуществ в виде залогового обеспечения своих требований являются несостоятельными и противоречащими нормам действующего законодательства. Полагает необоснованным вывод суда о признании недействительным в договоре займа от 19 марта 2024 года условия о залоге земельного участка, как и нежилого здания, со ссылкой на подпункт «а» пункта 11 части 1 статьи 12 Федерального закона №151-ФЗ. Также, судом не приняты во внимание, и не дана оценка доводам ответчика о том, что истец ФИО4 злоупотребляет своими правами, поскольку её действия направлены на причинение вреда ответчику, отсутствие у него объективной возможности получить возврат денежных средств и подлежащих выплате процентов по ранее выданным ФИО4 займам. Продолжительный период времени ФИО4 осуществляла предпринимательскую деятельность, в том числе в статусе индивидуального предпринимателя и участника юридических лиц, сдавая в аренду нежилые помещения, имея в собственности несколько коммерческих помещений. Статус индивидуального предпринимателя был прекращен ФИО4 намеренно 28 ноября 2024 года. Полученные по спорным договорам займов денежные средства могли быть использованы для осуществления предпринимательской деятельности, а не для личных, потребительских нужд. ФИО4 обращалась в банки и к физическим лицам за получением займов на постоянной основе, в качестве обеспечения возврата предлагала передать принадлежащее ей недвижимое имущество.

Истец ФИО4, ответчик ФИО5, финансовый управляющий ФИО3 о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, доказательств уважительности причин своей неявки не представили, об отложении разбирательства дела не просили.

Информация о рассмотрении дела была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом мнения представителя истца ФИО4 – ФИО1, представителя ответчика ФИО5 – ФИО2, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в суд апелляционной инстанции при указанных обстоятельствах препятствием к разбирательству дела не является.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Заслушав объяснения представителя истца ФИО4 – ФИО1, представителя ответчика ФИО5 – ФИО2, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, письменных пояснений ответчика ФИО5 по апелляционным жалобам, исследовав приобщённые к материалам дела дополнительные доказательства, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене в части признания недействительным условия договора займа от 19 марта 2024 года, заключенного между ФИО5 и ФИО4, в части предоставления в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по данному договору займа по возврату суммы займа, залога имущества – земельного участка площадью <данные изъяты>, категория земель: <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: № и нежилого здания площадью <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №, в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права, несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 18 декабря 2023 года между ФИО5 (займодавец) и ФИО4 (заёмщик) заключен договор займа, в соответствии с условиями которого займодавец передаёт заёмщику денежные средства в сумме 700 000 рублей, из которых 10 000 рублей передается в момент подписания договора, что подтверждается распиской, которая прилагается к договору. Оставшаяся часть денежных средств – 690 000 рублей перечисляется на банковские реквизиты после регистрационных действий. Заёмщик принимает денежные средства и обязуется возвратить по истечении 3 месяцев такую же сумму. За пользование займом взимаются проценты в размере 5% в месяц от суммы займа, начисляемые за каждые 30 дней пользования суммой, с момента выдачи займа по договору займа до даты полного погашения суммы займа и подлежат уплате ежемесячно (том 1 л.д. 200).

Согласно пункту 4 договора займа от 18 декабря 2023 года в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа, заемщик предоставляет займодавцу в залог следующее имущество: нежилое помещение, находящееся по адресу: <адрес>, кадастровый номер №.

При заключении договора займа 18 декабря 2023 года, сторонами также заключен договор залога имущества от 18 декабря 2023 года и выдана залоговая расписка от 18 декабря 2023 года (том 1 л.д. 200 оборот-201).

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости в отношении нежилого помещения по адресу: <адрес>, кадастровый номер № установлено обременение в виде ипотеки в пользу ФИО5 Основание государственной регистрации - договор залога недвижимого имущества от 18 декабря 2023 года (том 1 л.д. 27-29).

Кроме того, 19 марта 2024 года между ФИО5 (займодавец) и ФИО4 (заёмщик) заключен договор займа, в соответствии с условиями которого займодавец передаёт заёмщику денежные средства в сумме 500 000 рублей, из которых 10 000 рублей передается в момент подписания договора, что подтверждается распиской, которая прилагается к договору. Оставшаяся часть денежных средств – 490 000 рублей перечисляется на банковские реквизиты после регистрационных действий. Заемщик принимает денежные средства и обязуется возвратить по истечении 6 месяцев такую же сумму. За пользование займом взимаются проценты в размере 5% в месяц от суммы займа, начисляемые за каждые 30 дней пользования суммой, с момента выдачи займа по договору займа до даты полного погашения суммы займа и подлежат уплате ежемесячно (том 1 л.д. 202).

Согласно пункту 4 договора займа от 19 марта 2024 года в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа, заёмщик предоставляет займодавцу в залог следующее имущество: земельный участок площадью <данные изъяты>, категория земель: <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №; нежилое здание площадью <данные изъяты>, находящееся по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №.

При заключении договора займа 19 марта 2024 года, сторонами также заключен договор залога имущества от 19 марта 2024 года и выдана залоговая расписка от 19 марта 2024 года (том 1 л.д. 202 оборот-203).

Как следует из выписки из ЕГРН в отношении земельного участка площадью <данные изъяты>, категория земель: <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: № и нежилого здания площадью <данные изъяты>, по адресу: <адрес>, кадастровый номер: № установлено обременение в виде ипотеки в пользу ФИО5 Основание государственной регистрации – договор залога недвижимого имущества 19 марта 2024 года (том 1 л.д. 22-23; 137-141).

Истцом ФИО4 и её представителями в судебном заседании суда первой инстанции не оспаривался факт получения денежных средств по договору займа от 18 декабря 2023 года и по договору займа от 19 марта 2024 года в полном объёме. При этом указано, что договоры займа подписаны ФИО4 добровольно, без принуждения, процентная ставка согласована сторонами при заключении договоров.

Из материалов дела также следует, что в связи с ненадлежащим исполнением ФИО4 обязательств по договору займа от 18 декабря 2023 года и по договору займа от 19 марта 2024 года ФИО5 обратился в Верхнеуфалейский городской суд Челябинской области с иском о взыскании с ФИО4 задолженности по указанным договорам займа и обращении взыскания на заложенное имущество. Указанное исковое заявление было принято к производству Верхнеуфалейского городского суда и возбуждено гражданское дело №2-39/2025 (2-1859/2024).

Из материалов гражданского дела №2-39/2025 (2-1859/2024) следует, что ФИО4 обращалась 17 февраля 2025 года в Верхнеуфалейский городской суд со встречным иском к ФИО5 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Определением Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 07 апреля 2025 года по делу №2-39/2025 (л.д.48-51 том 2) исковое заявление ФИО5 к ФИО4 о взыскании денежных средств и обращении взыскания на залоговое имущество по спорным договорам займа оставлено без рассмотрения поскольку при рассмотрении указанного дела судом было установлено, что 29 января 2025 года Арбитражным судом Челябинской области в отношении ФИО4 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина.

В настоящем деле в качестве основания для признания договора займа от 18 декабря 2023 года недействительным истец ссылалась на положения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации. Основанием признания договора займа от 19 марта 2024 года недействительным истец заявила положения статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании договора займа от 18 декабря 2023 года недействительным, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 08 июня 2004 года №226-О, обоснованно исходил из того, что обстоятельств, свидетельствующих о нарушении условиями договора займа от 18 декабря 2023 года основополагающих начал российского правопорядка, принципов общественности, политической и экономической организации общества, его нравственных устоев, при рассмотрении дела не установлено, в связи с чем оснований полагать, что договор займа от 18 декабря 2023 года противоречит основам правопорядка и нравственности не имеется.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и требованиям закона.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 о недействительности договора займа от 18 декабря 2023 года, как сделки, совершенной в целях, противоречащих основам правопорядка, отклоняются судебной коллегией на основании следующего.

Гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае её общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08 июня 2004 года №226-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является её цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учётом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми. Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Как верно установил суд первой инстанции, 18 декабря 2023 года ФИО4 выразила согласие на заключение договора займа с ФИО5, в обеспечение которого заключила договор залога нежилого помещения по адресу: <адрес> понимала и правильно оценивала предмет и природу заключаемых договоров. Обременение в виде ипотеки было зарегистрировано за ФИО5 в соответствии с действующим законодательством. ФИО4 приступила к исполнению договора займа от 18 декабря 2023 года, вносила платежи в счёт погашения долга. Намерение заёмщика получить денежные средства и намерение займодавца предоставить такие средства на условиях срочности, платности и возвратности не противоречат основам правопорядка или нравственности. Действия сторон по выдаче и получению заёмных денежных средств, по мнению судебной коллегии, были направлены на достижение именно цели осуществления займа.

Таким образом, оснований для признания договора займа от 18 декабря 2023 года недействительным в соответствии со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. В данной части в удовлетворении исковых требований ФИО4 судом отказано правильно.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о признании недействительным условия договора займа от 19 марта 2024 года в части предоставления в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательства по возврату суммы займа залога имущества – земельного участка и нежилого здания по адресу: Челябинская область, <адрес> полагая в данной части выводы суда не основанными на законе и обстоятельствах дела, по следующим основаниям.

Удовлетворяя требования истца о признании договора займа от 19 марта 2024 года недействительным в части, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО5 без создания юридического лица и регистрации в качестве индивидуального предпринимателя систематически, на протяжении достаточно длительного периода времени (2023-2024 года) различным физическим лицам, на схожих условиях (выплата процентов, залог недвижимости; позднее: обращение в суды общей юрисдикции с требованиями о взыскании долга, процентов и об обращении взыскания на заложенное имущество) предоставлял потребительские займы, обеспеченные залогом недвижимости, то есть ФИО5 с целью извлечения прибыли фактически осуществлял деятельность по предоставлению потребительских займов, обеспеченных залогом недвижимости, физическим лицам. Указанные выводы суд первой инстанции обосновал находящейся в свободном доступе информацией, размещённой на сайтах судов Челябинской области, по искам ФИО5 о взыскании задолженности по договорам займа с выплатой процентов и обращении взыскания на заложенное имущество с иных физических лиц.

Установив, таким образом, что ФИО5 был не вправе осуществлять деятельность по предоставлению займов, обеспеченных ипотекой, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что его действия по осуществлению предпринимательской деятельности без образования юридического лица (микрофинансовой организации), по выдаче ипотечных займов гражданам были направлены на обход закона (подпункта «а» пункта 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 02 июля 2010 года №151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях») с целью получения необоснованных преимуществ в виде залогового обеспечения своих требований, что прямо нарушает требования указанного закона.

Учитывая, что истцом не были заявлены требования о признании договора залога от 19 марта 2024 года недействительным, суд пришёл к выводу о признании договора займа от 19 марта 2024 года недействительным в части условия о залоге недвижимого имущества.

При этом, суд первой инстанции исходил из того, что срок исковой давности для оспаривания договора займа от 19 марта 2024 года истцом не пропущен, поскольку первичное обращение в суд состоялось 17 февраля 2025 года.

Однако, выводы суда об удовлетворении исковых требований ФИО4 в части нельзя признать законными, по следующим основаниям.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, и иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В силу статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Обращение взыскания на заложенное имущество не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного имущества. Если не доказано иное, предполагается, что нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного имущества при условии, что одновременно соблюдены следующие условия: сумма неисполненного обязательства составляет менее чем пять процентов от размера стоимости заложенного имущества; период просрочки исполнения обязательства, обеспеченного залогом, составляет менее чем три месяца.

Обращение взыскания на имущество, заложенное для обеспечения обязательства, исполняемого периодическими платежами, допускается при систематическом нарушении сроков их внесения, то есть при нарушении сроков внесения платежей более чем три раза в течение двенадцати месяцев, предшествующих дате обращения в суд или дате направления уведомления об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, даже при условии, что каждая просрочка незначительна.

Аналогичные положения содержатся в статье 54.1 Федерального закона от 16 июля 1998 года №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

Согласно статье 50 Федерального закона от 16 июля 1998 года №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности, неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Федерального закона от 16 июля 1998 года №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» договор об ипотеке заключается в письменной форме путём составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации. Договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Согласно пункту 5 статьи 3 Федерального закона от 21 декабря 2013 года №367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», вступившего в силу с 1 июля 2014 года, правила о государственной регистрации договора ипотеки, содержащиеся в Федеральном законе от 21 июля 1997 года №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и Федеральном законе от 16 июля 1998 года №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», не подлежат применению к договорам ипотеки, заключаемым после дня вступления в силу данного Федерального закона.

Таким образом, к договорам ипотеки, заключенным после 1 июля 2014 года, применяются общие положения о залоге, содержащиеся в Гражданском кодексе Российской Федерации и закрепляющие требования к государственной регистрации ипотеки в виде обременения путем внесения записи об ограничении права в виде ипотеки в Единый государственный реестр недвижимости. Сам договор ипотеки регистрации не подлежит и считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора.

Вопреки доводам истца и выводам суда первой инстанции, не являются основанием для признания договора займа от 19 марта 2024 года недействительным в части залога имущества доводы истца о том, что поскольку договор займа с ипотекой заключен между физическими лицами, то он противоречит требованиям закона, а именно положениям статьи 9.1 Федерального закона «Об ипотеке» и статьи 6.1 Федерального закона «О потребительском кредите», запрещающим физическим лицам осуществлять деятельность по предоставлению займов физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности и обязательства, по которым обеспечены ипотекой.

Так, в силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Закона об ипотеке по договору о залоге недвижимого имущества (договору об ипотеке) одна сторона - залогодержатель, являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному ипотекой, имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного недвижимого имущества другой стороны - залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя, за изъятиями, установленными федеральным законом.

К залогу недвижимого имущества, возникающему на основании федерального закона при наступлении указанных в нем обстоятельств, соответственно применяются правила о залоге, возникающем в силу договора об ипотеке, если федеральным законом не установлено иное (пункт 2 той же статьи).

Пункт 1 статьи 2 Закона об ипотеке предусматривает, что ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства, в том числе обязательства, основанного на купле-продаже, аренде, подряде, другом договоре, причинении вреда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из пункта 1 статьи 5 того же Закона следует, что по договору об ипотеке может быть заложено недвижимое имущество, указанное в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, права на которое зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе жилые дома, квартиры и части жилых домов и квартир, состоящие из одной или нескольких изолированных комнат.

В силу пункта 2 статьи 6 Закона об ипотеке не допускается ипотека имущества, изъятого из оборота, имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, а также имущества, в отношении которого в установленном федеральным законом порядке предусмотрена обязательная приватизация либо приватизация которого запрещена.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Закона об ипотеке залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 Закона об ипотеке требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно статье 74 Закона об ипотеке правила главы XIII данного Закона, устанавливающие особенности ипотеки жилых домов и квартир, применяются к ипотеке предназначенных для постоянного проживания индивидуальных и многоквартирных жилых домов и квартир, принадлежащих на праве собственности гражданам или юридическим лицам.

Пунктом 1 статьи 78 названного Закона предусмотрено, что обращение залогодержателем взыскания на заложенные жилой дом или квартиру и реализация этого имущества являются основанием для прекращения права пользования ими залогодателя и любых иных лиц, проживающих в таких жилом доме или квартире, при условии, что такие жилой дом или квартира были заложены по договору об ипотеке либо по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата кредита или целевого займа, предоставленных банком или иной кредитной организацией либо другим юридическим лицом на приобретение или строительство таких или иных жилого дома или квартиры, их капитальный ремонт или иное неотделимое улучшение, а также на погашение ранее предоставленных кредита или займа на приобретение или строительство жилого дома или квартиры. Освобождение таких жилого дома или квартиры осуществляется в порядке, установленном федеральным законом.

Таким образом, из приведенных положений законов в их взаимосвязи следует, что граждане своей волей и в своем интересе могут распоряжаться принадлежащими им имуществом, в том числе отдавать его в залог в обеспечение принятых на себя обязательств, при этом обращение взыскания на заложенное жилое помещение возможно как в случае, когда такое помещение заложено по договору об ипотеке (независимо от того, на какие цели предоставлен заем (кредит), так и по ипотеке в силу закона, в частности, в силу закона ипотека возникает, если жилое помещение приобретено либо построено полностью или частично с использованием кредитных средств банка или иной кредитной организации либо средств целевого займа, предоставленного другим юридическим лицом на приобретение или строительство указанного жилого помещения (пункт 1 статьи 77 Закона об ипотеке).

Распространяя на обеспеченные договорной и законной ипотекой обязательства общее правило об ответственности должника всем своим имуществом, указанные законоположения направлены на достижение баланса прав и законных интересов взыскателей и должников и служат для реализации положений, закрепленных статьями 17 (часть 3), 35 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 1 Закона о потребительском кредите настоящий Федеральный закон регулирует отношения, возникающие в связи с предоставлением потребительского кредита (займа) физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на основании кредитного договора, договора займа и исполнением соответствующего договора.

Настоящий Федеральный закон, за исключением случаев, прямо им предусмотренных, не применяется к отношениям, возникающим в связи с предоставлением потребительского кредита (займа), обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой (часть 2 той же статьи).

В статье 2 Закона о потребительском кредите приведены основные понятия, в том числе в пункте 2 части 1 приведено понятие заемщика как физического лица, обратившегося к кредитору с намерением получить, получающее или получившее потребительский кредит (заем).

В пункте 3 части 1 статьи 2 Закона о потребительском кредите понятие кредитора определено как предоставляющая или предоставившая потребительский кредит кредитная организация, предоставляющая или предоставившая потребительский заем кредитная организация и некредитная финансовая организация, которые осуществляют профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, лица, осуществляющие в соответствии со статьей 6.1 настоящего Федерального закона деятельность по предоставлению кредитов (займов) физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, и обязательства заемщиков по которым обеспечены ипотекой, а также лицо, получившее право требования к заемщику по договору потребительского кредита (займа) в порядке уступки, универсального правопреемства или при обращении взыскания на имущество правообладателя.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 3 Закона о потребительском кредите профессиональная деятельность по предоставлению потребительских займов - деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя по предоставлению потребительских займов в денежной форме (кроме займов, предоставляемых работодателем работнику, займов, предоставляемых физическим лицам, являющимся учредителями (участниками) или аффилированными лицами коммерческой организации, предоставляющей заем, займов, предоставляемых брокером клиенту для совершения сделок купли-продажи ценных бумаг, и иных случаев, предусмотренных федеральным законом).

В силу части 1 статьи 6.1 Закона о потребительском кредите деятельность по предоставлению кредитов (займов) физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, и обязательства заемщиков по которым обеспечены ипотекой, может осуществляться кредитными организациями, кредитными потребительскими кооперативами, сельскохозяйственными кредитными потребительскими кооперативами, учреждением, созданным по решению Правительства Российской Федерации для обеспечения функционирования накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих и реализации Министерством обороны Российской Федерации функций уполномоченного федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего функционирование накопительно-ипотечной системы военнослужащих, единым институтом развития в жилищной сфере.

Системное толкование приведенных норм материального права, позволяет сделать вывод о том, что действующее законодательство, в том числе Закон об ипотеке и Закон о потребительском кредите, не содержит запрета на передачу гражданами в залог по договору ипотеки принадлежащих им помещений, в том числе тех, которые являются единственными пригодными для их проживания, равно как и запрета на заключение договоров ипотеки, по которым залогодержателями и кредиторами являются физические лица.

Соответствующие правовые позиции неоднократно были приведены в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 2012 года №11-П, от 24 марта 2015 года №5-П, определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2012 года №13-О-О, а также в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам, связанным в обращением взыскания на заложенные жилые помещения по искам залогодержателей - физических лиц, например в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2020 года по делу №57-КГ20-14-К1.

Действующее гражданское законодательство Российской Федерации не содержит запрета для граждан-займодавцев на выдачу нескольких займов разным гражданам-заемщикам под залог принадлежащих им объектов недвижимости и не приравнивает такую деятельность к правоотношениям, урегулированным Законом о потребительском кредите.

Сами по себе общедоступные сведения в сети «Интернет» о наличии нескольких судебных решений с участием истца ФИО5 о взыскании в его пользу задолженности по договорам займа и обращении взыскания на заложенное имущество с других граждан, не подтверждают факт предоставления ФИО5 возмездных финансовых услуг, урегулированных нормами Закона о потребительском кредите, равно как и не подтверждают указанные обстоятельства выводы суда и доводы истца о наличии в ЕГРН записей об ипотеке в пользу ФИО5 в отношении других помещений.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что договор займа с залогом недвижимого имущества от 19 марта 2024 года был заключен истцом добровольно, его форма и содержание соответствуют требованиям закона, мотивом к заключению данного договора явилось желание истца получить денежные средства в размере 500 000 рублей, получение денежных средств по данному договору займа истцом не оспаривается, договор займа с условием ипотеки сторонами был исполнен, в частности, заимодавцем были предоставлены заёмщику денежные средства, договор залога имущества подписан у нотариуса, зарегистрировано обременение, при этом запрета на заключение данных договоров между физическими лицами закон не содержит.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для признания заключенного между сторонами договора займа с залогом (ипотекой) от 19 марта 2024 года недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки.

Законодательством Российской Федерации не установлены ограничения прав физических лиц (за исключением индивидуальных предпринимателей) по предоставлению физическим лицам займов, обеспеченных ипотекой, если такая деятельность физических лиц не является предпринимательской. Доказательств тому, что займодавец ФИО5, предоставляя денежные средства по спорному договору займа ФИО4, фактически осуществлял предпринимательскую деятельность, не представлено.

Из установленных судом обстоятельств следует, что сторонами как физическими лицами, не в связи с осуществлением профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, был заключен договор займа от 19 марта 2024 года с условием о залоге недвижимого имущества в качестве способа обеспечения исполнения обязательства, сумма займа в размере 500000 рублей ФИО4 была получена от займодавца, договор ипотеки зарегистрирован в установленном законом порядке, заемные обязательства ФИО4 перед ФИО5 не исполнены. С иском в суд о признании недействительным договора займа от 19 марта 2024 года истец обратилась только после обращения займодавца ФИО5 с иском к ФИО4 о взыскании задолженности по указанному договору и обращении взыскания на заложенное имущество.

При этом с выводами суда первой инстанции о том, что истцом не пропущен срок исковой давности, судебная коллегия также согласиться не может, ввиду следующего.

Так, из материалов гражданского дела №2-39/2025 следует, что в связи с ненадлежащим исполнением ФИО4 обязательств по возврату займов, 29 сентября 2024 года ФИО5 обратился в Верхнеуфалейский городской суд Челябинской области с соответствующим иском к ФИО4 о взыскании задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество.

17 февраля 2025 года ФИО4 в рамках указанного гражданского дела подан встречный иск о признании договоров займа от 18 декабря 2023 года и от 19 марта 2024 года недействительными (ничтожными), применении последствий недействительности сделок.

Определением суда от 21 февраля 2025 года (л.д.210-211 том 2) встречное исковое заявление ФИО4 оставлено без движения, заявителю предложено в срок до 07 марта 2025 года предоставить в суд уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов.

Протокольным определением суда от 07 апреля 2025 года (л.д.212-214 том 2) в принятии встречного искового заявления ФИО4 отказано. В этот же день, 07 апреля 2025 года, исковое заявление ФИО5 оставлено без рассмотрения, поскольку 29 января 2025 года Арбитражным судом Челябинской области в отношении ФИО4 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина (л.д.48-51 том 2).

С настоящим иском в суд истец ФИО4 обратилась 12 апреля 2025 года (том 1 л.д. 93), то есть с пропуском годичного срока исковой давности с момента начала исполнения договора займа от 19 марта 2024 года.

Процессуальные действия истца в рамках иного гражданского дела, а именно, обращение 17 февраля 2025 года со встречным иском, в принятии которого ФИО4 было отказано, не прерывают течение срока исковой давности в силу положений статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации. Пропуск срока исковой давности в силу положений статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Доводы истца об ином исчислении срока исковой давности отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, основанные на ошибочном толковании норм материального права.

Доказательств наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности истцом ФИО4 не представлено, в силу чего оснований для его восстановления не имеется.

Кроме того, полагая заявленные истцом исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению в полном объёме, судебная коллегия считает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что обращение истца в суд с иском о признании договоров займа с залогом недействительными последовало после обращения ФИО5 в суд с иском к ФИО4 о взыскании задолженности по договорам займа и обращении взыскания на заложенное имущество в связи с ненадлежащим исполнением ФИО4 своих обязательств. С момента заключения спорных договоров займа с залогом недвижимого имущества ФИО4 свои обязательства исполняла, задолженность по договорам займа перед ФИО5 частично погашала, с иском о признании указанных сделок недействительными не обращалась, не считала их ничтожными, нарушающими основы правопорядка, нравственности или иных требований закона. Кроме того, из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Челябинской области от 10 января 2025 года возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4, тогда как с настоящим иском в суд ФИО4 обратилась лишь 12 апреля 2025 года.

Обращение ФИО4 в суд с иском о признании сделок недействительными спустя длительное время после их заключения и только под угрозой обращения взыскания на заложенное имущество свидетельствует о том, что воля истца направлена не на восстановление её прав, а на противоправный вывод активов из-под обременения.

Согласно положениям пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса и разъяснениям, приведенным в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении воли на заключение сделки.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 в настоящем деле не имеется, в том числе и в силу принципа эстоппеля в гражданском праве.

На основании изложенного, нельзя признать законным решение суда в части признания недействительным условия договора займа от 19 марта 2024 года, заключенного между ФИО5 и ФИО4, в части предоставления в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по данному договору займа по возврату суммы займа, залога имущества – земельного участка площадью <данные изъяты>, категория земель: <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес> кадастровый номер: № и нежилого здания площадью <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №. В данной части решение суда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4 в данной части.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 27 ноября 2025 года отменить в части признания недействительным условия договора займа от 19 марта 2024 года, заключенного между ФИО5 и ФИО4, в части предоставления в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по данному договору займа по возврату суммы займа, залога имущества – земельного участка площадью <данные изъяты>, категория земель: <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: № и нежилого здания площадью <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №, принять в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4 в данной части.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 09 апреля 2026 года.