Решение № 2-495/2020 2-495/2020~М-404/2020 М-404/2020 от 5 июля 2020 г. по делу № 2-495/2020

Дело № 2-495/2020

УИД № 42RS0016-01-2020-000520-03


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе: председательствующего судьи Мартыновой Н.В., при секретаре судебного заседания Колеватовой Н.Б., с участием прокурора Мироновой М.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке 06.07.2020 года гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Хлеб» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ответчику ООО «Хлеб» о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей погибла ФИО1, с которой истец состоял в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а затем в фактических брачно-семейных отношениях по день смерти. В браке у них родилось двое детей. Истец и ФИО1 совместно проживали по адресу: <адрес>, вели общее хозяйство. Между ними сложились теплые, семейные отношения, основанные на взаимоуважении, любви и поддержке. Смерть ФИО1 повлияла на моральное и физическое состояние истца, длительное время у него сохраняется состояние апатии, одиночества, стресса, душевных волнений. Смерть близкого человека стала невосполнимой утратой. Трагедия усугубила хронические болезни ФИО2 При жизни погибшая оказывала помощь в общем содержании семьи, оказывала материальную поддержку всем членам семьи, вела быт. Несчастный случай повлек разрыв устоявшихся тесных семейных отношений, причинил ФИО2 сильные страдания, эмоциональные терзания, переживания, нанес психологическую травму. В связи с чем, полагает, что в его пользу надлежит взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. Кроме того, просит взыскать судебные издержки по оплате услуг представителя в сумме 20000 руб.

В судебном заседании истец ФИО3, его представитель ФИО5, действующая на основании нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ со всеми правами стороны, заявленные исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ООО «Хлеб» ФИО6, действующая на основании доверенности №-юр от ДД.ММ.ГГГГ (срок доверенности пять лет) возражала против исковых требований, просила в иске отказать, так как считает, что основания для удовлетворения требований отсутствуют. Брак между истцом и погибшей ФИО1 был расторгнут. Полагает, что факт родственных отношений с погибшей, истцом не доказан. Другим близким родственникам работодателем в добровольном порядке возмещен причиненный вред.

Выслушав пояснения истца, его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора ФИО7, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующему:

ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> умерла ФИО1, о чем органом ЗАГС <адрес> ДД.ММ.ГГГГ составлена актовая запись № (л.д. 23).

Согласно приказа о приеме на работу, трудового договора,на дату смерти ФИО1 являлась работником ООО «Хлеб», трудовой договор прекращен на основании п. 6 ст. 83 ТК РФ – смерть работника (л.д.61-63).

Из акта № о несчастном случае на производстве формы Н-1, составленного ООО «Хлеб» установлено, что несчастный случай произошел в 02.45 час. ДД.ММ.ГГГГ в производственном здании на территории площадки хлебозавода № ООО «Хлеб» по <адрес> – двухэтажном кирпичном здании с пристройками. Рабочее место оператора котельной участка производства хлебобулочных изделий находится в помещении котельной данного участка. Данная котельная является опасным производственным объектом. Запасной выход из помещений котельной участка производства хлебобулочных изделий не предусмотрен. На расстоянии 2250 мм от котельной участка производства хлебобулочных изделий через коридор длинной 10650 мм находится котельная участка производства макарон. В 01.30 час. ДД.ММ.ГГГГ в котельной макаронного производства произошел громкий хлопок, взрыв и начался пожар. От взрывной волны стены котельной макаронного производства наружная и выходящая в коридор рядом с котельной производства хлебобулочных изделий разрушились. В 2.40 час. пожарные из котельной участка производства хлебобулочных изделий вынесли ФИО1, которая была жива и дышала. В 2.54 час. в машине скорой помощи ФИО1 скончалась. Причиной несчастного случая явилось нарушение требований охраны труда, в результате чего произошло воспламенение паров топлива, поступавшего в котельную цеха макаронных изделий, которое распространилось в котельную участка производства хлебобулочных изделий. Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Вина работника ФИО1 в несчастном случае не установлена (л.д. 9-17).

В соответствии с постановлением от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> уголовное дело в отношении ФИО11, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ прекращено за применением с потерпевшими. В описательной части данного постановления указано, что потерпевшей ФИО1 были причинены: <данные изъяты>; <данные изъяты>. От <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ час. наступила смерть ФИО1

Ответчиком добровольно в счет возмещение вреда, причиненного смертью ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей, дочери погибшей ФИО13 выплачена компенсация морального вреда в сумме 600 000 руб. (л.д. 74, 81), сыну ФИО14 – 500 000 руб. (л.д. 75, 80), погашена задолженность за услуги по изготовлению мебели 54 000 руб. (л.д. 76-78), погашены кредитные обязательства ПАО «<данные изъяты>» в сумме 77 450 руб. 73 коп. (л.д. 79), и что не оспаривалось в судебном заседании истцом в сумме 24 594 руб. по кредитной карте, оплачены все расходы, связанные с погребением, поминальными обедами в сумме 304 922 руб. 60 коп., то есть всего в сумме 1 560 967 руб.

Из представленных документов, установлено, что погибшая ФИО1 и истец ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 21, 22). Согласно данных поквартирной карточки, ФИО1 была зарегистрирована по месту жительства по адресу <адрес> совместно с ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ и по день своей смерти (л.д. 35).

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, показали, что ФИО2 и ФИО1 проживали одной семьей, вместе ездили на дачу, где ФИО1 занималась огородом, а ФИО2 – строительством дома. Они оба активно занимались внуками, помогали дочери урожаем со своего огорода. Совместно занимались ремонтом квартиры, приобретали сантехнику, вместе ездили на своей машине. ФИО1 проявляла заботу о здоровье ФИО2, так как у того стали сильно болеть спина, ноги. ФИО1 также вела семейный бюджет. Супруги вместе приходили в гости, а также приглашали к себе гости, вместе отмечали праздники, семейные торжества. Свидетели никогда не являлись очевидцами каких-либо ссор между ФИО21. Им было неизвестно о том, что брак между ФИО21 была расторгнут.

Свидетель ФИО19 – родной брат ФИО1 показал, что развод произошел из-за незначительной размолвки между супругами. ФИО1 в течение месяца жила у него, а потом вернулась к мужу, они намеривались зарегистрировать вновь брак, но не успели. Жили супруги между собой нормально, часто приезжали к нему в гости, он с семьей бывали в гостях у ФИО21, отмечали семейные праздники.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (п. 1 этого Постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 30.03.1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 10 названного Постановления).

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого лица, другими близкими ему людьми, поскольку в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый п. 2 названного Постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй п. 2 названного Постановления Пленума).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. третий п. 4 названного Постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Пунктом 2 ст. 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Статьей 1064 ГК РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

Представителем ответчика вина работодателя в нечастном случае на производстве с потерпевшей ФИО1 не оспаривается, в связи с чем, родственники имеют право на компенсацию морального вреда.

Суд считает установленным, что, несмотря на прекращение брачно-семейных отношений в установленном законом порядке, ФИО21 с 1996 г. и по день смерти ФИО1 сохраняли фактические семейные отношения: они проживали совместно в <адрес>, имели общий бюджет, сохранили духовную и эмоциональную связь друг с другом, что подтвердили в судебном заседании свидетели, в связи с чем, смертью ФИО1 истцу также были причинены нравственные страдания и он имеет право на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из того, что смерть ФИО1, безусловно, влечет тяжелые нравственные переживания для ФИО2, является для него большой потерей. Гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим его психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на целостность семьи и семейные связи, необходимость защиты которых следует из статьи 38 Конституции Российской Федерации, объявляющей семью находящейся под защитой государства.

При этом из показаний свидетелей суд считает установленным, что последние годы супружеские отношения ФИО21 не имели ярко выраженной эмоциональной окраски, носили привычный, обыденный образ жизни.

Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств, в том числе, при каких обстоятельствах моральный вред был причинен, индивидуальных особенностей ФИО3, уровня перенесенных нравственных страданий, а также с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в сумме 150000 руб.

Доказательств наличия причинно-следственной связи между смертью ФИО1 и ухудшением состояния здоровья истца, суду не представлено, в связи с чем, данные обстоятельства, как характеристика нравственных переживаний, судом во внимание не принимаются.

В соответствии со ст. 94, 100 ГПК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя. Согласно представленным документам составляют 20000 руб. С учетом требований разумности, объема проделанной представителем работы как на стадии досудебной подготовки (составление искового заявления),так и в судебном заседании, времени, затраченного на участие в судебных процессах, его процессуальной активности, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 руб.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 ч. 1 п. 3 НК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «Хлеб» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 150000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 руб. и в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 13.07.2020 года.

Председательствующий: Н.В.Мартынова