Решение № 2-1332/2019 2-1332/2019~М-10146/2018 М-10146/2018 от 22 января 2019 г. по делу № 2-1332/2019

Дело № 2-1332/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 января 2019 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Матюхановой Н.Н.,

при секретаре Повагиной Д.В.

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Золотодобывающая компания «Витязь» об оспаривании приказа об увольнении, изменении формулировки увольнения,

установил:

ФИО3 обратился в суд к ООО «Золотодобывающая компания «Витязь» с указанным исковым заявлением. В обоснование заявленных требований указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком с 9 января 2018 года в должности генерального директора. 2 июля 2018 года по решению учредителя на должность генерального директора был назначен ФИО4 Приказом № 07 от 7 июля 2018 года он был уволен по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п.7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Об увольнении узнал от своих представителей в начале декабря 2018 года, которые получили Приказ об увольнении от представителя ответчика 30 октября 2018 года при рассмотрении гражданского дела № 2- 7878\2018, в судебном заседании участия он не принимал, в суд с указанным иском обратился 7 декабря 2018 года. Увольнение считает незаконным, поскольку виновных действий не совершал. В день увольнения ответчик не выдал трудовую книжку, не ознакомил с приказом об увольнении, не произвел расчет при увольнении в силу ст. 140 ТК РФ. Считает, что назначение учредителем на должность генерального директора ФИО4 со 2 июля 2018 года на срок 5 лет, повлекло его увольнение по п. 2 ст. 278 ТК РФ со 2 июля 2018 года.

Просит признать незаконным увольнение на основании Приказа № 07 от 7 июля 2018 года, считать уволенным по п.2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации с 2 июля 2018 года.

В судебном заседании представитель истца настаивала на удовлетворении заявленных требований, в обоснование привела те же доводы, что изложены в исковом заявлении, дополнительно пояснила, что срок исковой давности обращения в суд с иском об оспаривании увольнения истцом не пропущен, так как истец с приказом об увольнении не был ознакомлен 7 июля 2018 года, об увольнении узнал от нее после прибытия из командировки в начале декабря 2018 года (приказ № 2 от 22 октября 2018 года о направлении в командировку в период с 26 октября 2018 года по 2 декабря 2018 года). Кроме того, ответчиком не предоставлено в суд доказательств законности увольнения, соблюдения порядка увольнения.

Представитель ответчикав судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, указал, что оспариваемый приказ вынесен единственным учредителем ООО «ЗДК «Витязь» - ЧжанЦзянь, приказ является законным, так как вынесен уполномоченным на то лицом (п.2 ст. 278 ТК РФ) и по основаниям, предусмотренным Трудовым Кодексом Российской Федерации – п.п. «а» п.6, п.7, п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Основанием для издания оспариваемого приказа послужило то, что истец, будучи генеральным директором ООО «ЗДК «Витязь» не выходил на свое рабочее место 21,22,23,26,27,28 июня 2018 года. 2 июля 2018 года истцу было вручено требование о дачи объяснения не позднее 6 июля 2018 года по факту отсутствия на рабочем месте. Истец пояснений не дал. Относительно увольнения по п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ пояснил, что истец 17 января 2018 года взял у ФИО5 в займы деньги в сумме 2000000 рублей, которые потратил на свои личные нужды, чем допустил растрату денежных средств, принадлежащих ответчику, кроме того, ЧжанЦзянь передал истцу деньги в размере 470000 рублей на приобретение горюче смазочных материалов для общества и 320000 рублей на оформление виз для работников общества. Указанные деньги истец учредителю не вернул, ГСМ не приобрел, визы не оформил. На требование учредителя от 2 июля 2018 года о возврате указанных денег истец не отреагировал. Более того, трудовой договор между сторонами не заключался, свою трудовую книжку ФИО3 не предоставлял. Истец самостоятельно вел бухгалтерию и кадровую политику общества, в связи с чем, не предоставляется возможным предоставить документы, относящиеся к трудовой деятельности истца, которые истец ответчику не передавал. Кроме того, истцом пропущен срок для обращения в суд. Истцу, через его представителя 30 октября 2018 года была вручена копия оспариваемого приказа, вместе с возражениями на исковое заявление по гражданскому делу № 2-7878\2018, в суд истец обратился 7 декабря 2018 года. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности для обращения в суд за судебной защитой нарушенного права, допущенного при увольнении.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя.

Суд, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело при данной явке

Выслушав доводы представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника, в том числе о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, об изменении даты и формулировки причины увольнения, об оплате за время вынужденного прогула (ст. 391 ТК РФ).

Анализ правовых позиций сторон показывает, что предметом судебного разбирательства является законность увольнения ФИО3 по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Согласно свидетельству о постановке на учет в налоговом органе серии 28 № 001103245, свидетельству о государственной регистрации юридического лица серии 28 № 001071643, Уставу, утвержденному 19 марта 2018 года ООО «Золотодобывающая компания «Витязь» является действующим юридическим лицом, директором является ФИО4 на основании решения учредителя ЧжанЦзянь от 2 июля 2018 года.

Приказом № 07 от 7 июля 2018 года ФИО3 уволен 20 июня 2018 года.

Проверяя законность оснований увольнения истца по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Увольнение по данному основанию осуществляется в силу положений п. 4 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работодателя, производится за однократное грубое нарушение работником своих трудовых обязанностей.

В силу п. п. 38, 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» пункта 6 статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию может быть произведено, в том числе: а) за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); б) за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.

Согласно положениям ст. 209 ТК РФ под рабочим местом понимается место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Пунктом 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» установлено, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Ответчиком не представлено доказательств отсутствия истца на рабочем месте, не представлены в суд акты об отсутствии ФИО3 на рабочем месте 21,22,23,26,27,28 июня 2018 года, иные документы, свидетельствующие об отсутствии работника на рабочем месте и неисполнении им должностных обязанностей.

Проверяя законность оснований увольнения истца по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по п. 7 ч.1 ст.81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2).

Между тем, ответчиком, на котором в силу ст. 56 ГПК РФ и разъяснений в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 лежала обязанность доказать законность увольнения истца, т.е. наличие предусмотренных законом оснований для расторжения трудового договора по инициативе работодателя, достаточных и достоверных доказательств совершения истцом виновных действий, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, представлено не было.

Ответчик не представил доказательств виновности истца на день увольнения 20 июня 2018 года и на день издания приказа об увольнении по указанным основаниям 7 июля 2018 года. Письменные объяснения по данному факту у истца не отбирались.

Требование ответчика от 2 июля 2018 года вернуть деньги ФИО3 в срок не позднее 6 июля 2018 года, по мнению суда, не является требованием дать объяснения относительно денежных средств.

Таким образом, поскольку представленные ответчиком вышеприведенные доказательства - виновное поведение истца, которое могло бы явиться основанием для утраты доверия к нему со стороны работодателя, не подтверждают, иных достоверных и достаточных доказательств в подтверждение факта совершения истцом дисциплинарного проступка, послужившего основанием для увольнения по инициативе работодателя, последним представлено не было, суд приходит к выводу, что оснований для увольнения истца по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ у ответчика не имелось.

Проверяя законность оснований увольнения истца по п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ с руководителем организации (филиала, представительства) или его заместителями, если ими было допущено однократное грубое нарушение своих трудовых обязанностей.

Вопрос о том, являлось ли допущенное нарушение грубым, решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела. При этом обязанность доказать, что такое нарушение в действительности имело место и носило грубый характер, лежит на работодателе.

В качестве грубого нарушения трудовых обязанностей руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями следует, в частности, расценивать неисполнение возложенных на этих лиц трудовым договором обязанностей, которое могло повлечь причинение вреда здоровью работников либо причинение имущественного ущерба организации.

Учитывая установленные при разбирательстве дела обстоятельства, отсутствие надлежащих и допустимых доказательств подтверждающих, как виновность истца, так и наличие прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) истца, и наступившими последствиями, недоказанность факта грубого нарушения истцом своих трудовых обязанностей, суд пришел к выводу об отсутствии у ответчика оснований для прекращения трудовых отношений с истцом по п. 10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Рассматривая соблюдение ответчиком порядка увольнения ФИО3 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п.7 ч.1 ст. 81 ТК РФ, п.10 ч. 1 ст. 81 ТК РФ суд приходит к следующему.

В силу ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

В силу ч. 3 ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6).

Как ранее судом было установлено, от истца 2 июля 2018 года работодателем было истребовано объяснение по факту отсутствия на рабочем месте 21,22,23, 26, 27, 28 июня 2018 года. С позиции ответчика объяснение от истца не последовало, однако, акт об отказе от дачи пояснений не составлялся ответчиком.

По другим фактам объяснительные у истца не отбирались, требований о дачи пояснений не направлялись и не вручались ФИО3.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд в соответствии ст. 392 ТК РФ суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 392 ТК РФ в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам указанного срока он может быть восстановлен судом (ч. 3 ст. 392 ТКРФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (определения от 20 декабря 2005 года N 482-О, от 20 февраля 2007 года N 123-О-О, от 24 января 2008 года N 7-О-О), предусмотренные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для обращения в суд по индивидуальным трудовым спорам выступают в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть 3 статьи 390 и часть 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (часть 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд полагает, что истцом не пропущен срок для обращения в суд с указанным иском, поскольку при увольнении истцу приказ об увольнении не вручали, трудовую книжку не выдавали. Со слов представителя истца Приказ об увольнении от представителя ответчика получила 30 октября 2018 года при рассмотрении гражданского дела № 2-7878\2018, в судебном заседании участия истец не принимал, в суд с указанным иском обратился 7 декабря 2018 года. Приказ об увольнении был предоставлен 3 или 4 декабря 2018 года, когда истец вернулся из командировки (Приказ № 2 от 22 октября 2018 года).

Рассматривая требования истца о признании уволенным по п. 2 ст. 278 ТК РФ суд приходит к следующим выводам.

Закрепление в п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации правомочия собственника расторгнуть трудовой договор с руководителем организации, который осуществляет управление его имуществом, не обосновывая при этом необходимость принятия такого решения, направлено на реализацию и защиту прав собственника владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, в том числе определять способы управления им единолично или совместно с другими лицами, свободно использовать свое имущество для осуществления деятельности не запрещенной законом, т.е. установлено законодателем в конституционно значимых целях.

Уполномоченные органы управления организации любой организационно-правовой формы вправе поставить вопрос о досрочном прекращении полномочий руководителя организации только в том случае, если это отнесено к их компетенции.

Исходя из смысла положений п. 2 ст. 278 ТК РФ в его взаимосвязи со ст. 71 и ст. 81 настоящего Кодекса при расторжении трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного собственником лица или органа не требуется указывать те или иные конкретные обстоятельства, подтверждающие необходимость прекращения трудового договора.

Суд полагает, что издавая Решение единственного учредителя 2 июля 2018 года об утверждении в должности генерального директора ФИО4 и Решение единственного учредителя 2 июля 2018 года об освобождении со 2 июля 2018 года от занимаемой должности генерального директора ФИО3, учредитель тем самым выразил инициативу по увольнению истца по п. 2 ст. 278 ТК РФ.

Кроме того, Приказом № 07 от 7 июля 2018 года истец уволен 20 июня 2018 года, хотя как от должности освобожден 2 июля 2018 года.

Следовательно, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 был уволен 2 июля 2018 года по основаниям п. 2 ст. 278 ТК РФ.

В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию уплаченная последним государственная пошлина за подачу иска в суд.

Руководствуясь ст.ст. 194-199, 211 ГПК РФ, суд,

решил:

Признать незаконным увольнение ФИО3 на основании Приказа № 07 от 7 июля 2018 года.

Считать ФИО3 уволенным по п.2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации с 2 июля 2018 года.

Взыскать с ООО «Золотодобывающая компания «Витязь» в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в апелляционном порядке в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда, начиная с 28 января 2019 года.

Судья Матюханова Н.Н.