Решение № 2-208/2017 2-208/2017(2-2914/2016;)~М-3202/2016 2-2914/2016 М-3202/2016 от 17 июля 2017 г. по делу № 2-208/2017

Дело № 2-208/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п.Любытино Новгородская область 18 июля 2017 года

Боровичский районный суд Новгородской области в составе председательствующего судьи Арсеньевой Е.И.,

при секретаре Тихановой А.А.,

ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО11 к ФИО1, ФИО2 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов, в обоснование иска указал следующее: ФИО1 04.12.2016 г. распространил в социальной сети ВКонтакте в публичной группе «<данные изъяты>» в сети Интернет, а впоследствии 16.12.2016 г. в газете «<данные изъяты>» несоответствующие действительности и порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию сведения о нарушении им действующего законодательства, а именно о том, что при проведении ремонта дороги в <адрес> им (ФИО3) были неправомерно подписаны акты выполненных работ при отсутствии объёмов выполненных работ в соответствии с конкурсной документацией, на основании которых в последующем перечислены денежные средства подрядчику.

Распространение информации в социальной сети «<данные изъяты>» ФИО1 осуществил в виде комментариев к посту о ремонте моста в дер. Никольское, который размещён 03.12.2016 г., пользователем ФИО4 в 18.00. Используя аккаунт с псевдонимом Whos man гр. ФИО1 в комментариях от 04.12.2016 в 14:48, в 15:01, в 16:03, в 16:29 и в 17:03 говорит о фиктивном выполнении работ по ремонту дороги в <адрес>, прямо указывая на совершение им (ФИО3) коррупционного преступления, выразившегося в подписании актов выполненных работ, которые фактически не были произведены.

Помимо распространения этой информации ФИО1, действуя под своим именем, распространил её в газете «<данные изъяты>», в № 48 (12471) от 16.12.2016 г. в статье «Дорога в Галицу: Украли или построили?». Газета является официально зарегистрированным СМИ за № № от 22 февраля 2012 г. Автором статьи является главный редактор газеты ФИО2. В данной статье, кроме дублирования ранее распространённой в социальной сети ВКонтакте информации о том, что ремонт дороги в <адрес> является фикцией, ФИО1 указывает, что «на 99% уверен, что такая же ситуация с дорогой <адрес>….» и «я уже увидел нарушения на дороге <адрес>, а там сумма 9,5 млн.».

При распространении заведомо ложных сведений в социальной сети <данные изъяты> ФИО1 использовал аккаунт под псевдонимом Whos man. Считает принадлежность этого аккаунта гр. ФИО1 доказанной.

Согласно заключению эксперта по проведённому лингвистическому исследованию от 19.12.2016 в представленных материалах (скриншотах сайта и газете) имеется информация о том, что ФИО3 были проведены подписание актов выполненных работ и оплата денежных средств подрядчику несмотря на то, что указанные в акте работы не были выполнены, т.е. фактически подписание актов было неправомерным. Данная информация приводится как в форме утверждения, так и оценочного суждения. Данная информация является негативной в отношении него (ФИО3) и означает, что должностное лицо нарушило определенный законом порядок приёмки работ. Как порочащую можно рассматривать информацию о незаконных действиях должностного лица в форме утверждений и сопоставимых с ними формах. Согласно прилагаемому заключению экспертизы, подобная информация, была выявлена в:

– фрагменте 4: что ремонт галицкой дороги не был выполнен, но, несмотря на данный факт, акты были подписаны и ремонт оплачен;

– фрагменте 5: что перечисленные работы не были выполнены, но, несмотря на это, акты ФИО3 были подписаны;

– фрагменте 6: в иронической форме отрицается (форма утверждения), что отмеченные при строительстве дорог недостатки были устранены, но несмотря на это, денежные средства подрядчику были выплачены, а дорога была принята.

Данную информацию можно рассматривать как унижающую его (ФИО3) честь, достоинство и умаляющую деловую репутацию, поскольку она не соответствует действительности. Подписание актов выполненных работ и перечисление денежных средств подрядчику были осуществлены им (ФИО3) правомерно в соответствии с нормами действующего законодательства.

По дороге <адрес> им (ФИО3) также не было допущено никаких нарушений при приёмке выполненных работ и были предприняты все меры по привлечению недобросовестного подрядчика к ответственности в рамках контрактных обязательств и действующего законодательства.

По дороге <адрес> закупки, связанные с данной дорогой, проводились в период с 2012 по 2016 гг. За этот период были заключены муниципальные контракты. В общей сложности, все затраты бюджета за указанный период по данной дороге произведены не Администрацией <данные изъяты> муниципального района, а Администрацией <данные изъяты> сельского поселения. Таким образом приводимые ФИО1 сведения о затратах на эту дорогу являются ложными.

Распространяя порочащие сведения, ответчик ФИО1 действовал умышленно и целенаправленно. Комментарием в социальной сети <данные изъяты> от 04.12.2016 в 14:48 гр. ФИО1 выражает недовольство тем, что администраторы публичной группы «<данные изъяты>» не разместили отдельно его пост «Про ремонт Галицкой дороги…» и тут же комментарием в 15:01 и последующими комментариями распространяет порочащие сведения. В редакцию газеты «<данные изъяты>» он также обратился по своей инициативе. Кроме этого, в личной переписке (прилагается) он (ФИО3) предлагал ФИО1 встретиться и представить все доказательства, однако это его не заинтересовало. Это также косвенно свидетельствует о том, что при распространении информации о якобы допущенных нарушениях, он не преследовал цель объективно разобраться в ситуации, а имел иную конкретную цель – распространение заведомо ложной информации, порочащей его (ФИО3) честь, достоинство и деловую репутацию.

В связи с неправомерными действиями ФИО1 было нарушено его конституционное право на доброе имя (ст. 23 Конституции РФ, ч. 1 ст. 150 ГК РФ), унижены его честь и достоинство, то есть, нарушены его личные неимущественные права и причинён моральный вред в виде нравственных страданий.

В силу его (ФИО3) индивидуальных особенностей, связанных с воспитанием и крайне трепетным отношением к чести, совести, добропорядочности, оценивает степень своих нравственных страданий как высокую. Также, был нанесён существенный ущерб его деловой репутации. Степень ущерба оценивает, как высокую, в связи с тем, что он замещает выборную должность <данные изъяты>, а порочащая его деловую репутацию информация была распространена на наиболее популярных и востребованных жителям <данные изъяты> района – его избирателями ресурсах – публичной группе в социальной сети <данные изъяты>, имеющей на момент подготовки заявления 2138 подписчиков, и через районную газету, имеющую тираж 1123 экземпляра и распространяемую среди жителей <данные изъяты> района. Таким образом, заведомо ложная и порочащая его деловую репутацию информация стала доступной всем моим избирателям и неограниченному кругу лиц. После размещения в сети Интернет данной информации сразу же последовала негативная реакция пользователей направленная в мой адрес.

Учитывая степень причиненных ему нравственных страданий, и ущерб, нанесённый его деловой репутации, причиненный ему моральный вред, оценивает в размере 200 000 рублей.

На основании изложенного и с учётом изменения исковых требований в судебном заседании от 30 января 2016 года истец просит суд:

Обязать ответчика ФИО2 напечатать опровержение в средствах массовой информации в газете «<данные изъяты>

Обязать ФИО1 разместить в сети интернет и социальной сети <данные изъяты> в публичной группе «<данные изъяты>», в публичной группе «Администрация <данные изъяты> района» опровержение под аккаунтом Whos man следующего содержания: «4 декабря 2016 года мною, ФИО1, проживающим в <адрес>, были распространенны в сети интернет сведения о нарушениях, допущенных Главой <данные изъяты> района ФИО14 ФИО3 при ремонте дороги в <адрес> (ссылка на пост пользователя ФИО4 от 03 декабря 2016 года в социальной сети <данные изъяты> в публичной группе <данные изъяты> В частности, мною было указано, что работы фактически не были произведены, но несмотря на это, акты выполненных работ были ФИО3 подписаны, и деньги подрядчику оплачены. Эта информация является ложной и не соответствует действительности. Никаких нарушений действующего законодательства ФИО15 ФИО3 и Администрацией <данные изъяты> района при ремонте Галицкой дороги допущено не было. Я приношу свои извинения ФИО3 и Администрации <данные изъяты> муниципального района, за нанесение ущерба деловой репутации, чести и достоинства путём распространения мною сведений, не соответствующих действительности».

Взыскать с ФИО1 в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей, а также расходы по оплате судебных издержек.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, просил рассмотреть дело без его участия, исковые требования и ранее данные объяснения поддержал в полном объёме.

Ответчик ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО12 исковые требования не признали, ФИО1 представил в суд возражения на иск, согласно которым считает исковые требования ФИО3 необоснованными и не подлежащими удовлетворению, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в её отсутствие, ранее данные объяснения о согласии с исковыми требованиями поддержала.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что 04 декабря 2016 года в социальной сети «ВКонтакте», в публичной группе <данные изъяты>» сети Интернет, в комментариях в 14.48, в 15.01, в 16.03, 16.29 и в 17.03, к посту о ремонте моста в деревню <адрес>, который размещён 03 декабря 2016 года пользователем ФИО5, ответчик ФИО1 распространил информацию о том, что ремонтные работы по дороге в <адрес> фактически не были произведены в соответствии с муниципальным контрактом, но несмотря на это, акты выполненных работ были подписаны в полном объёме ФИО3, и была произведена оплата денежных средств подрядчику.

16 декабря 2016 года в газете "<данные изъяты>" № №, на странице № 3, опубликована статья под заголовком "Дорога на Галицу: Украли или построили?", автором которой является главный редактор газеты ФИО2, в которой кроме продублированной ранее распространённой ФИО1 в социальной сети «<данные изъяты> информации, указывается что, «на 90 % уверен, что такая же ситуация с дорогой <адрес>….» и «я уже увидел нарушения на дороге <адрес>, а там сумма 9,5 млн.».

Истец в исковом заявлении и в судебном заседании утверждает, что указанные выше сведения являются несоответствующими действительности, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию.

В соответствии с ч. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации.

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 г. N 11 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", указано, что по делам данной категории, обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике.

Истец должен доказать факт распространения ответчиком указанных сведений, а также, то, что они носят порочащий характер (п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 г. N 11 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»).

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 г. N 11 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

В рамках гражданского дела по ходатайству стороны истца была назначена лингвистическая экспертиза, на рассмотрение которой были поставлены вопросы, сформулированные истцом и ответчиком. В соответствии с поставленными вопросами, предметом экспертного исследования был текст статьи «Дорога на Галицу: Украли или построили?», размещённой в газете «Любытинские вести» № № от 16.12.2016 года и текст копий скриншота страниц социальной сети «<данные изъяты> в публичной группе <данные изъяты> комментариях ответчика ФИО1 (под псевдонимом «Whos man»).

В экспертном заключении указано, что информация в социальной сети <данные изъяты> в публичной группе <данные изъяты> в сети Интернет в комментариях ответчика ФИО1 (под псевдонимом «Whos man») от 04.12.2016 года в 15:01 и в 17:02 к посту о ремонте моста в д.Никольское, который размещён 03 декабря 2016 года, пользователем ФИО5 в 18:00, а также в газете «Любытинские вести» № 48 от 16.12.2016 года в статье «Дорога на Галицу: Украли или построили?» изложена в форме оценочного суждения.

То есть, нормы ст. 152 ГК РФ в данном случае не подлежат применению. Оценочное суждение, мнение, убеждение, не являются предметом судебной защиты в порядке ст.152 Гражданского кодекса РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчиков, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, независимо от того, в какой форме сообщены те, и другие.

Таким образом, суд полагает в удовлетворении иска к ФИО2 и ФИО1 в этой части необходимо отказать по вышеуказанному основанию.

Информация в социальной сети <данные изъяты> в публичной группе «<данные изъяты>» в сети Интернет в комментариях ответчика ФИО1 (под псевдонимом «Whos man») от 04.12.2016 года в 14:48, в 16:03, в 16:29, к посту о ремонте моста в <данные изъяты>, который размещён 03 декабря 2016 года, пользователем ФИО5 в 18:00, изложена в форме утверждения. Информация о том, что ФИО3 были проведены подписание актов выполненных работ и оплата денежных средств подрядчику несмотря на то, что указанные в акте работы не были выполнены, является негативной в отношении ФИО3. Данное действие (должностное лицо нарушило порядок приемки работ) противоречит нормам морали, нравственности и профессиональной этики. Данная информация, выраженная в форме утверждения, в случае несоответствия действительности, может порочить честь и достоинство ФИО3

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 г. N 11 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует руководствоваться не только нормами российского законодательства (статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и в силу статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" учитывать правовую позицию Европейского Суда по правам человека, выраженную в его постановлениях и касающуюся вопросов толкования и применения данной Конвенции (прежде всего статьи 10), имея при этом в виду, что используемое Европейским Судом по правам человека в его постановлениях понятие диффамации тождественно понятию распространения не соответствующих действительности порочащих сведений, содержащемуся в статье 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п.1 ст. 10 "Конвенции о защите прав человека и основных свобод", каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Пунктом 2 ст. 10 Конвенции предусмотрено, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

При рассмотрении данного дела, суд учитывает правовую позицию Европейского Суда по правам человека, выраженную в его (приведенных ниже) постановлениях и касающуюся вопросов толкования и применения ст. 10 Конвенции.

Так, в Постановлении от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека указал, что право на свободу выражения мнения, провозглашенное в статье 10 Конвенции, составляет одну из существенных основ демократического общества. Судам следует принимать во внимание Декларацию о свободе политической дискуссии в СМИ, принятую 12 февраля 2004 г. Комитетом Министров Совета Европы, в том числе в части, касающейся общественного контроля в отношении политических деятелей и государственных должностных лиц.(§. 21 Постановления ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против РФ").

В Декларации указано, в частности, что плюралистическая демократия и свобода политической дискуссии требуют, чтобы общество получало информацию по всем вопросам жизни общества, что предполагает право СМИ распространять негативную информацию и критические мнения о политических деятелях и государственных должностных лицах, а также право общества знакомиться с ними (статья I). Государственные должностные лица должны согласиться стать объектом общественного контроля и критики, в частности посредством СМИ, в отношении того, как они исполняют или исполняли свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий (статья IV).(§. 22 Постановления ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против РФ").

С учетом пункта 2 статьи 10 Конвенции право на свободу выражения мнения, распространяется не только на "информацию" или "идеи", которые благосклонно принимаются или считаются безвредными или нейтральными, но также на оскорбляющие, шокирующие или причиняющие беспокойство (Постановление Европейского Суда от 23 апреля 1992 г. по делу "Кастельс против Испании", Постановление Европейского Суда от 26 сентября 1995 г. по делу "Фогт против Германии").

Оно включает, помимо прочего, право на добросовестное распространение информации по вопросам, представляющим всеобщий интерес, даже если такая информация содержит порочащие высказывания о частных лицах (Постановление Большой Палаты по делу "Бладет Тромсе и Стенсос против Норвегии").

Европейский Суд подчеркивает, что рамки приемлемой критики шире, если высказывания касаются политика (Постановление Европейского Суда от 23 мая 1991 г. по делу "Обершлик против Австрии") (§. 30 Постановления ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против РФ").

В отношении государственных служащих, действующих в официальном качестве, как и политиков, рамки допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц (Постановление Большой Палаты по делу "Яновский против Польши"). Соответственно, он (фигурант) был обязан демонстрировать большую терпимость в данном контексте (Постановление Европейского Суда от 1 июля 1997 г. по делу "Обершлик против Австрии")(§. 35 Постановления ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против РФ").

От ответчика по делу о защите, чести, достоинства и деловой репутации, касающемуся критики исполнения обязанностей публичным должностным лицом, может не требоваться доказывать достоверность всех его фактических утверждений. Это бы сдерживало публичную дискуссию по вопросам, представляющим реальный всеобщий интерес (§. 56 Постановления ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против РФ").

Истец, будучи публичным политиком, стремящимся заручиться общественным мнением, тем самым согласился стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ, и должен терпимо относиться к распространению информации по вопросам, представляющим всеобщий интерес, даже если такая информация содержит порочащие высказывания о нем. (§. 30 Постановления ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по делу "Федченко против РФ").

Суд полагает, что положение истца ФИО3 обязывает его быть готовым к пристальному вниманию со стороны граждан, общественности, средств массовой информации, а также возможной негативной оценке выполняемых им обязанностей.

Из текста оспоренных комментариев следует, что их автором высказывалась критика в отношении деятельности ФИО3 занимавшего должность Главы <данные изъяты> муниципального района Новгородской области, затрагивались вопросы, представляющие интерес для жителей Любытинского сельского поселения. Оспоренные высказывания озвучены не в оскорбительной форме, в комментариях ФИО1 не говорится о совершении истцом какого-либо конкретного преступления.

Следовательно, ответчик имел право на распространение об истце информации по вопросам, представляющим всеобщий интерес, даже если такая информация содержит порочащие высказывания о нём.

При таких обстоятельствах, с учётом приведенных норм права оснований для удовлетворения иска ФИО3 не имеется.

В силу ст. 98 ГПК РФ при отказе в иске суд отказывает истцу во взыскании судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 ФИО13 к ФИО1 и ФИО2 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Боровичский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.И. Арсеньева

Мотивированное решение изготовлено 21 июля 2017 года.

Судья Е.И. Арсеньева