Апелляционное постановление № 22-1547/2025 22-61/2026 от 21 января 2026 г.

Председательствующий Арнгольд Е.В. дело № 22-61/2026 (22-1547/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 22 января 2026 г.

Верховный Суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Маркова Е.А.,

при секретаре судебного заседания – помощнике судьи Смокотниной Т.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Республики Хакасия Анищук О.В.,

потерпевшей ФИО1,

защитника – адвоката Бушкина В.В.,

осужденного ФИО10

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката Бушкина В.В. в интересах осужденного ФИО10 на приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 26 ноября 2025 г.

Изучив обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, выслушав мнения участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции, -

У С Т А Н О В И Л:

ФИО10, родившийся <данные изъяты> несудимый, -

приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия от 26 ноября 2025 г. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, ст. 138.1 УК РФ, ч. 1 ст. 117 УК РФ, и ему назначено наказание:

- по ст. 138.1 УК РФ (по факту приобретения специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, в период с 01 мая 2024 г. по 01 июня 2024 г.) в виде лишения свободы на срок 1 год; на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы на срок 1 год с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства;

- по ст. 138.1 УК РФ (по факту приобретения специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации, в период с 01 мая 2024 г. по 24 октября 2024 г.) в виде лишения свободы на срок 1 год; на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы на срок 1 год с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства;

- по ч. 1 ст. 117 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев, с установлением следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут по местному времени за исключением исполнения трудовых обязанностей; не менять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования (по месту жительства г. Абакан Республика Хакасия) без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, за исключением исполнения трудовых обязанностей, и возложением обязанности один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ с применением ст. 71 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено ФИО10 наказание по совокупности преступлений в виде принудительных работ на срок 2 года с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.

Постановлено после вступления настоящего приговора в законную силу, осужденному ФИО10 самостоятельно следовать к месту отбывания наказания, получив в территориальном органе уголовно-исполнительной системы предписание о направлении в исправительный центр к месту отбывания наказания.

Срок наказания в виде принудительных работ постановлено исчислять со дня прибытия осужденного ФИО10 в исправительный центр.

Приговором также решен вопрос по заявленному потерпевшей ФИО1 гражданскому иску, который удовлетворен частично, в счет возмещения компенсации морального вреда с осужденного ФИО10 в пользу потерпевшей ФИО1 взыскано 100 000 (сто тысяч) рублей.

Также, приговором суда решен вопрос о мере процессуального принуждения в отношении ФИО10, вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

ФИО10 осужден за то, что дважды незаконно приобрел специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации, а также совершил истязание, то есть причинение физических и психических страданий путем систематического нанесения побоев и иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в статьях 111 и 112 УК РФ.

Преступления, как установлено судом первой инстанции, совершены ФИО10 в <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании подсудимый ФИО10 по каждому из фактов приобретения специальных технических устройств, предназначенных для негласного получения информации, виновным себя признал, дополнив, что устройства приобретал для отслеживания кота, в последующем установил устройства на машину потерпевшей ФИО1, чтобы знать, когда она забирает ребенка из детского сада. В истязании потерпевшей ФИО1 виновным себя подсудимый ФИО10 не признал, при этом подтвердил факты встречи с потерпевшей по времени и местам, которые указаны при описании события данного преступления, пояснив, что навещал своего ребенка либо выяснял у потерпевшей когда он сможет увидиться с ребенком. Факты нанесения побоев и иных насильственных действий в отношении потерпевшей ФИО1 при указанных обстоятельствах подсудимый ФИО10 отрицал.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Бушкин В.В., действующий в интересах осужденного ФИО10, выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, а выводы суда не соответствующим фактическим обстоятельствам дела; назначенное его подзащитному наказание несоответствующим тяжести преступлений и личности осужденного, который ранее не судим.

Полагает, что суд при признании ФИО10 виновным по двум эпизодам, предусмотренным ст. 138.1 УК РФ, не учел, что последний приобрел приборы на законных основаниях; согласно выводов эксперта, технические средства GPS-трекеры стали относится к специальным техническим средствам только после их окраски черной краской и установки обоих приборов на автомобиле с внешней стороны. При этом каждый из указанных приборов был установлен на автомобиле в одно и тоже время, в одном месте. Полагает, что указанные в приговоре два эпизода по преступлениям, предусмотренным ст. 138.1 УК РФ, охватываются одним составом названной нормы закона.

Считает, что суд при назначении ФИО10 наказания не учел смягчающие наказания обстоятельства, а именно: полное признание вины, раскаяние, наличие малолетних детей, состояние здоровья, положительные характеристики и т.д.

Полагает, что обвинение по ч. 1 ст. 117 УК РФ не нашло своего подтверждения по результатам судебного следствия. Обращает внимание, что в судебном заседании ФИО10 вину в инкриминируемом ему преступлении по ч. 1 ст. 117 УК РФ не признал, как не признавал на предварительном следствии. Допустимых и относимых доказательств умышленного причинения ФИО1 каких-либо повреждений именно ФИО10 в ходе судебного следствия не получено. Полагает, что всё обвинение по ч. 1 ст. 117 УК РФ основано только на показаниях самой потерпевшей ФИО1, а заключения экспертов, имеют противоречивые выводы по давности имеющихся у нее телесных повреждений.

Со ссылкой на ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, ч. 3 ст. 14 УПК РФ апеллянт утверждает, что все сомнения в виновности ФИО10 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, должны толковаться в пользу последнего.

Просит приговор суда, в части признания ФИО10 виновным по ч. 1 ст. 117 УК РФ и по одному из преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, отменить и его подзащитного оправдать в виду отсутствия состава названных преступлений.

С учетом сведений, характеризующих личность ФИО10, по второму эпизоду, предусмотренному ст. 138.1 УК РФ, снизить назначенное наказание и применить положения ст. 73 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель Кипрушев Н.А., а также потерпевшая ФИО1, считают доводы защитника несостоятельными. Полагают, что приговор является законным, обоснованным и мотивированным, а апелляционная жалоба адвоката не подлежащей удовлетворению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО10 и его защитник – адвокат Бушкин В.В. просили изменить приговор по доводам апелляционной жалобы.

Защитник дополнил, что его подзащитный признан виновным именно в незаконном приобретении специальных технических средств, а приобретены они были на законных основаниях. Последующие действия его подзащитного, установившего приборы на автомобиле потерпевшей, не образуют признаков данного преступления.

Прокурор Анищук О.В. и потерпевшая ФИО1. возражали против удовлетворения жалобы.

Проверив материалы дела, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в возражениях на неё, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу положений ч. 1 ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна, кроме прочего, содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Указанные требования закона судом при постановлении приговора выполнены.

Из материалов уголовного дела усматривается, что предварительное и судебное следствие по делу проведены полно и объективно, без нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства.

Обвинительное заключение, на основании которого постановлен приговор, составленное в рамках срока предварительного расследования, согласованное с руководителем следственного органа и утвержденное прокурором, соответствует ст. 220 УПК РФ, не содержит нарушений уголовно-процессуального закона, исключающих возможность постановления судом приговора на основании данного заключения и влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и нарушения прав осужденного на стадии досудебного производства по уголовному делу не имеется. Уголовное дело рассмотрено в рамках предъявленного ФИО10 обвинения, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ.

Проанализировав и дав надлежащую оценку всем исследованным материалам дела, проверив утверждения подсудимого об отсутствии в его действиях инкриминируемого ему состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, в том числе по доводам, аналогично изложенным в апелляционной жалобе защитника, суд мотивировал в приговоре, почему он, с одной стороны, принял те или иные доказательства в качестве допустимых и достоверных, признал их в своей совокупности достаточными для разрешения дела, а с другой - критически оценил и отверг показания подсудимого и выдвинутые им аргументы в свою защиту.

По результатам состоявшегося разбирательства, несмотря на занятую ФИО10 позицию по отношению к предъявленному обвинению, суд пришел к обоснованному выводу о его виновности в совершении инкриминируемых ему преступлений, в обоснование чего привел исследованные по делу доказательства.

Так, в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания потерпевшей ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, из содержания которых следует, что 12 января 2024 г. при управлении автомобилем она обнаружила, что за ней следует бывший сожитель ФИО10 Хаотично изменяя направление движения, она убедилась в том, что ФИО10 её преследует, в связи с чем обратилась в полицию с заявлением. В дальнейшем, в течении года она встречала ФИО10 в тех местах, где находилась сама и стала подозревать, что последний следит за ней. 29 декабря 2024 г. в полдень она обратилась к знакомому с просьбой обследовать автомобиль на предмет возможного обнаружения предметов, позволяющих осуществлять слежку. При осмотре автомобиля у заднего правого колеса знакомый обнаружил техническое устройство в виде коробки с зелеными мигающими лампочками. О данном факте она сообщила в полицию, но ещё до приезда сотрудников полиции, в то время когда она с ребенком находилась в детском развлекательном центре, ФИО10 снял с её автомобиля вышеуказанное техническое устройство.

18 февраля 2025 г. около 18 часов она и её мать видели ФИО10, который находился около её автомобиля, припаркованного во дворе дома по месту её жительства. При этом ФИО10 склонился над задним колесом автомобиля. У неё возникли подозрения, что ФИО10 либо устанавливает, либо демонтирует устройство слежения. В тот же день она проехала в ближайшую станцию технического обслуживания, где при осмотре автомобиля работниками станции под задним бампером были обнаружены два устройства. Об этом она сообщила в Управлением Федеральной службы безопасности по Республики Хакасия (л.д. 50-60 том № 2).

Из содержания показаний потерпевшей ФИО1 по обстоятельствам систематического нанесения ей побоев и иных насильственных действий, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 4 ст. 281 УПК РФ, следует, что 22 декабря 2023 г. около 10 часов ФИО10 пришел к ней по месту жительства на встречу с сыном. В тот же день в 12 часов 09 минут, находясь на 1 этаже подземного паркинга по адресу: <адрес>, она обнаружила факт синхронизации её аккаунта в мессенджере «Telegram» с телефоном ФИО10 Последний в этот момент находился рядом с ней и она спросила у него для чего он сделал синхронизацию. ФИО10 попытался вырвать у нее телефон, оскорбил ей и нанес ей один удар ладонью по лбу, отчего она испытала физическую боль.

7 января 2024 г. около 21 часа 00 минут она припарковала свой автомобиль у дома <адрес>. В это время в салон её автомобиля сел ФИО10, который выхватил у неё из рук телефон, которым нанес ей один удар ей по лицу в область челюсти слева и три удара по голове в область верхней части лба, отчего она испытала сильную физическую боль. В дальнейшем у неё на лице образовался синяк. ФИО10 при нанесении ударов был агрессивен, кричал, оскорбляя её, просматривал её сообщения в телефоне.

31 января 2024 г. около 21 часа ФИО10 пришел к ней по месту жительства для встречи с сыном. По истечению получаса в ходе общения, ФИО10 попытался взять ватной палочкой образец слюны у ребенка. Она потребовала от ФИО10 уйти. Последний подошел к ней, схватил её рукой за подбородок и сдавил пальцы, от чего она испытала сильную физическую боль, после чего отпустил её. Поскольку ФИО10 не уходил из ее квартиры, она вызвала полицию. Прибывшие сотрудники полиции вывели ФИО10 из её квартиры.

20 сентября 2024 г. она находилась по месту работы своей матери по адресу: <адрес>. Около 14 часов пришел ФИО10, стал её оскорблять, взял со стола тетрадь и нанес тетрадью ей не менее двух ударов по голове, от чего она испытала сильную физическую боль. После этого она обратилась в полицию с заявлением по факту причинения ей побоев.

01 октября 2024 г. в период с 19 до 20 часов она находилась по адресу: <адрес> на парковке около мебельного центра <данные изъяты>, где гуляла с ребенком, к ним подошел ФИО10, и в очередной раз начал провоцировать конфликт. ФИО10 вел себя агрессивно, схватил её за правую руку с внутренней стороны, отчего она испытала физическую боль. По приходу домой она обнаружила на внутренней поверхности правой руки синяк.

28 декабря 2024 г. около 14 часов 35 минут у магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> она повстречалась с ФИО10, который стал выяснять где она была и с кем, оскорбляя её и не давая возможности зайти в помещение магазина. Она вернулась к своему автомобилю, села в салон, но закрыть дверь ей препятствовал ФИО10, который продолжал её оскорблять. Ей удалось закрыть дверь и ФИО10 ушел. Посчитав, что последний окончательно ушёл, она вновь направилась в магазин, где в тамбуре её догнал ФИО10, схватил её за руки и прижал свои телом к стене. От чего она испытала физическую боль. При этом ФИО10 оскорблял её. Она была очень напугана и плакала.

29 декабря 2024 г. около 12 часов у развлекательного центра «<данные изъяты> по <адрес>, к ней подошел ФИО10 и стал её оскорблять, проследовал к заднему правому колесу её автомобиля, откуда извлёк техническое устройство. Она хотела предотвратить его действия, брызнула ему газом из баллончика в лицо. ФИО10 ударил её один раз кулаком по лицу в область нижней челюсти справа, отчего она испытала сильную физическую боль. Далее ФИО10 сел в свой автомобиль и уехал.

В тот же день в 16 часов 05 минут она вышла из магазина, расположенного по адресу: <адрес>, и направилась к своему автомобилю. Увидев, что к ней следует ФИО10, она попыталась укрыться в салоне своего автомобиля, но ФИО10 перехватил дверь и распылил в неё газ из баллончика, после чего закрыл дверь автомобиля. Газ от баллончика попал ей на одежду, лицо, глаза. Она испытала сильную физическую боль, сообщила о случившемся в полицию, а также вызвала скорую медицинскую помощь. Ей была оказана неотложная медицинская помощь и она была доставлена в больницу (л.д. 50-60, 64-65 том № 2).

В ходе проверки показаний на месте потерпевшая ФИО1. указала каждое из мест и механизм нанесения ей побоев и иных насильственных действий ФИО10 при вышеизложенных обстоятельствах (л.д. 66-85 том № 2).

Вышеуказанные показания потерпевшая ФИО1 подтвердила при производстве очной ставки с обвиняемым ФИО10 (л.д. 86-100 том № 2), а также в суде первой инстанции после их оглашения.

Согласно информации УМВД России по <данные изъяты>, в период с 12 января 2024 г. по 30 декабря 2024 г. ФИО1 обратилась 23 раза с заявлениями и сообщениями о причинении ей телесных повреждений, высказывание оскорблений, фактах её преследования ФИО10 (л.д. 196-197 том № 2).

Согласно заключению эксперта от 16 июня 2025 г. № 1341 судебно-медицинской экспертизы, у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде кровоподтеков в лобной области справа, на правом плече, которые образовались от воздействий тупого твердого предмета/ов/, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Кровоподтек в лобной области справа мог образоваться 20 сентября 2024 г., остальные кровоподтеки - в срок до 1 суток до момента осмотра экспертом 23 сентября 2024 г. (л.д. 66-67 том № 3).

Согласно заключению эксперта от 16 июня 2025 г. № 1340 судебно-медицинской экспертизы, у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде кровоподтеков на правом плече, которые образовались от воздействия тупого твердого предмета/ов/, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Кровоподтек на передневнутренней поверхности правого плеча мог образоваться 01 октября 2024 г., остальные кровоподтеки - за 10-15 суток до момента осмотра экспертом 02 октября 2024 г. (л.д. 103-104 том № 3).

Согласно заключению эксперта от 18 июня 2025 г. № 1336 судебно-медицинской экспертизы, у ФИО1. имелись телесные повреждения в виде инъекции и отека оболочек глазных яблок, гиперемии лица, диагностированных как «Химический ожог», что подтверждается данными осмотра и клиническим течением. Эти повреждения могли образоваться незадолго до обращения за медицинской помощью (29 декабря 2024 г.), в результате воздействия на область лица агрессивного, раздражающего вещества, в том числе и содержимого «баллончика», расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (л.д. 83-86 том № 3).

Свидетель ФИО2 показала, что её дочь ФИО1 встречалась с ФИО10 Отношения с последним дочь прекратила в конце 2023 г. С этого времени ФИО10 стал преследовать дочь, оскорблял её, наносил ей побои. Об этом ей (ФИО2) известно со слов дочери. В феврале 2025 г. под кузовом своего автомобиля дочь обнаружила отслеживающие устройства.

Из содержания показаний свидетеля ФИО3, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что она является подругой ФИО1 В течении 2024 г., находясь вместе с ФИО1, обращала внимание, что последнюю периодически преследует бывший сожитель ФИО10, передвигаясь на своём автомобиле следом за автомобилем ФИО1 29 декабря 2024 г. ФИО1 сообщила ей о том, что на своем автомобиле обнаружила отслеживающее устройство (л.д. 143-146 том № 2).

Из содержания показаний свидетеля ФИО4, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 29 декабря 2024 г. в дневное время он осмотрел автомобиль своей знакомой ФИО1 по просьбе последней на предмет наличия отслеживающих устройств. У заднего правого колеса автомобиля он обнаружил устройство в корпусе черного цвета, наличие которого показал ФИО1, о чем последняя сообщила в полицию. В последующем, в вечернее время 18 февраля 2025 г. ему позвонила ФИО1 и сообщила, что в её автомобиле снова обнаружили отслеживающие устройства и попросила посмотреть схожи ли они с тем устройством, что он обнаружил ранее. Он проехал к месту нахождения автомобиля ФИО1, где последняя показала ему под лонжероном задней части автомобиля на два устройства, которые были схожи с тем, что он обнаруживал 29 декабря 2024 г. (л.д. 134-137 том № 2).

Свидетель ФИО5 показал, что при исследуемых судом обстоятельствах к нему по месту работы на станцию технического обслуживания автомобилей обращалась ФИО1, которая попросила осмотреть машину на предмет наличия датчиков слежения. Он провел осмотр автомобиля и на задних лонжеронах справа обнаружил два посторонних устройства: трекеры в корпусе черного цвета, расположенных рядом друг с другом. После обнаружения устройств он указал ФИО1 на их расположение, сам лично он трекеры не трогал и не перемещал. Далее ФИО1 сфотографировала устройства и уехала.

Из содержания показаний свидетеля ФИО6, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что он является сотрудником Управления Федеральной службы безопасности России по Республике Хакасия. В январе 2025 г. к нему обращалась знакомая ФИО1, сообщив об обнаружении на своем автомобиле отлеживающего устройства, которое забрал её бывший сожитель. Он (ФИО6) предупредил ФИО1, что сожитель может вновь установить на автомобиль техническое устройство и в случае его повторного обнаружений ей необходимо будет обратиться к нему (ФИО6). 18 февраля 2025 г. в вечернее время ему позвонила ФИО1. и рассказала, что обнаружила у себя в автомобиле два отслеживающих устройства. По его предложению ФИО1 подъехала по месту его работы, где отслеживающие устройства в количестве двух штук были изъяты (л.д. 190-192 том № 2).

Изъятие двух технических устройств с кузова автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего потерпевшей ФИО1 подтверждено протоколом обследования от 18 февраля 2025 г., выполненного оперативным сотрудником УФСБ России по Республике Хакасия, на основании постановления должностного лица данного органа о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия «обследование транспортного средства» (л.д. 49, 50-55 том № 1).

Согласно заключению эксперта от 5 апреля 2025 г. № 128/15-226 криминалистической судебной экспертизы, вышеуказанные устройства относятся к категории специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации по функциональному назначению и конструктивным особенностям. Наличие квалифицирующего признака - невозможность определения по внешнему виду функционального назначения устройства (обезличивание изделия, то есть отсутствие на корпусе устройства маркировочных обозначений, органов управления и элементов индикации, раскрывающих его функциональные возможности). Каждое из устройств находится в работоспособном состоянии и позволяет в режиме реального времени отслеживать свое местоположение на карте в приложении «GPS365». В приложении имеются дополнительные настройки, позволяющие осуществлять прослушивание окружающей обстановки, путем дозвона на номер, установленный в трекер. Устройства изготовлены промышленным (заводским) способом, на что указывают их внешний вид, конструктивное исполнение и наличии маркировочных обозначений, но имеются кустарные доработки в виде окраски корпусов устройств краской черного цвета. При использовании устройств негласно, путем их тайной установки во внутренние полости кузова транспортного средства возможно негласное получение информации, а именно контроль за перемещением объекта без ведома хозяина транспортного средства. Устройства имеют кустарную доработку, заключающуюся в окраске внешней стороны корпуса каждого из устройств краской черного цвета. Установленные в каждое из устройств SIM-карты, окрашены краской для сокрытия маркировочных обозначений (л.д. 48-58 том № 3).

При личном досмотре ФИО10 12 марта 2025 г., выполненного оперативным сотрудником УФСБ России по Республике Хакасия, изъят мобильный телефон <данные изъяты>» (л.д. 67-68 том № 1).

Указанный телефон был исследован, о чем составлен соответствующий протокол от 20 марта 2025 г. По результатам исследования установлено, что в телефоне установлено приложение <данные изъяты>», с помощью которого осуществлялся вход на сайт интернет-магазина <данные изъяты>». При входе на сайт обнаружена учетная запись под названием «Михаил» с абонентским номером <данные изъяты>. В разделе «Покупки» имеются сведения о приобретении двух GPS-трекеров «PetSafety», которые получены пользователем 01 июня 2024 г. и 24 октября 2024 г. С использованием имеющегося на телефоне приложения «<данные изъяты>» обнаружены сведения о ранее установленных на телефоне приложениях «<данные изъяты>», при помощи которых возможно осуществление синхронизации телефона с GPS-трекерами и получение с их помощью данных об их местоположении и звукозаписи. В телефоне в разделе «Галерея» имеются изображения скриншотов с экрана телефона, на которых изображен интерфейс мобильных приложений, с помощью которых возможно получение данных с GPS-трекеров (69-77 том № 1).

По сведениям <данные изъяты>» от 26 мая 2025 г., абонентский номер <данные изъяты> с 28 октября 2013 г. по настоящее время зарегистрирован на ФИО10, родившегося ДД.ММ.ГГГГ г. (л.д. 199 том № 2).

В ходе осмотра сотового телефона, изъятого у ФИО10 в ходе личного досмотра, в приложении «Галерея» обнаружены снимки местоположения объекта GPS-трекера «<данные изъяты>» с изображением карты определенного населенного пункта и указателя местонахождения объекта на карте с указанием даты, времени и территории: 08 июня 2024 г. в 11 часов 58 минут <адрес>; 23 сентября 2024 г. в 09 часов 49 минут парк по ул. <адрес>; 24 октября 2024 г. в 13 часов 01 минуту магазин «<адрес>»; 27 октября 2024 г. в 09 часов 58 минут библиотека «<адрес>; 29 декабря 2024 г. в 13 часов 02 минуты по адресу: <адрес>; 28 декабря 2024 г. в 09 часов 01 минуту по <адрес> (л.д. 226-258 том № 2).

Из показаний потерпевшей ФИО1 следует, что территории объектов, которые установлены по результатам осмотра сотового телефона ФИО10, соответствуют местам её нахождения в тот же период времени (л.д. 61-63 том № 2).

Кроме того, по тексту обжалуемого приговора подробно изложены иные доказательства, в частности, протокола осмотра мест происшествия, сведения о которых изложены при описании событий каждого из преступлений; протокола изъятия и осмотра предметов, имеющих значение по уголовному делу и признанных органом следствия в качестве вещественных доказательств; показания медицинских работников, допрошенных в качестве свидетелей по обстоятельствам оказания неотложной медицинской помощи потерпевшей ФИО1. после получения ею ожога глаз и лица; показания судебно-медицинских экспертов с целью разъяснения возникших у участников процесса вопросов к ранее данным им заключениям; показания свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, каждая их которых являлись непосредственными очевидцами конфликтных ситуаций между ФИО1. и ФИО10, инициатором которых был последний и который оскорблял ФИО1.

Вопреки доводам жалобы адвоката в судебном заседании проверены все существенные для установления истины по делу доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ, оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемым событиям, а в совокупности достаточности для признания ФИО10 виновным в каждом из инкриминируемых ему преступлений.

Правильность оценки судом первой инстанции доказательств у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. Выводы суда, несмотря на доводы адвоката об обратном, не содержат предположений, домыслов, каких-либо противоречий и основаны исключительно на исследованных доказательствах.

Не содержится каких-либо противоречий и в приведенных в приговоре доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда. Поскольку данные доказательства нашли свое подтверждение, они обоснованно положены в основу выводов суда о виновности осужденного в инкриминированных ему деяниях.

Каких-либо оснований для оговора осужденного свидетелями и потерпевшей, чьи показания признаны достоверными, судом обоснованно не установлено, ввиду отсутствия по делу таковых доказательств. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения не выявлено.

Несостоятельными следует признать доводы апелляционной жалобы защитника о противоречивых выводах экспертов о давности имеющихся у ФИО1 телесных повреждений. Эти доводы проверялись судом первой инстанции и не нашли своего подтверждения. Из материалов уголовного дела следует, что каждое из заключений экспертов было подготовлено на основании проведенных экспертами ранее 23 сентября 2024 г., 02 октября 2024 г., 30 декабря 2024 г. объективных осмотров потерпевшей ФИО1, по результатам которых у последней были выявлены телесные повреждения в виде кровоподтеков с указанием их локализации, а также отека оболочек глазных яблок и гиперемии лица. Давность образования названных телесных повреждений и степень их тяжести установлена судебно-медицинскими экспертами. Названные сведения не противоречат, а напротив подтверждают показания потерпевшей ФИО1 об обстоятельствах причинения ей данных телесных повреждений, которые изложены при описании противоправных деяний осужденного ФИО10, имевших место 20 сентября 2024 г., 01 октября 2024 г. и 29 декабря 2024 г., составляющих объективную сторону единого продолжаемого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ.

Отсутствие у потерпевшей ФИО1 телесных повреждений в результате совершения в отношении неё ФИО10 противоправных действий, имевших место 22 декабря 2023 г., 07 января 2024 г., 31 октября 2024 г., не освобождает его от уголовной ответственности, поскольку не является основанием полагать, что в данном случае она не испытывала физическую боль, то есть существенный дискомфорт и раздражение её нервной системы.

Периодичность и частота применения осужденным насилия в отношении потерпевшей, а также установленные судом фактические обстоятельства, очевидно указывают на систематичность противоправных действий осужденного, обусловленных общей линией его поведения по отношению к потерпевшей, преследуемой целью - причинить потерпевшей физические и психические страдания.

Доводы автора апелляционной жалобы об отсутствии очевидцев описанного судом события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, не являются основанием для оправдания осужденного ФИО10, поскольку уголовно-процессуальный закон не связывает установление значимых по делу обстоятельств с наличием определенного доказательства, обязывая оценивать доказательства в их совокупности.

Оценивая показания потерпевшей ФИО1 как об обстоятельствах применения к ней насилия со стороны осужденного ФИО10, так и об обстоятельствах поведения последнего, отслеживавшего её перемещение при помощи специальных технических средств, в совокупности с показаниями иных свидетелей, которые изложены выше и приведены по тексту обжалуемого приговора, сведениями об обращении ФИО1 с заявлениями в полиции, заключениями проведенных по делу экспертных исследований, протоколами выемки, изъятия и осмотров, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что они являются логичными, достоверными, последовательными, согласуются между собой, содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний указанных лиц, как и обстоятельств, указывающих на их заинтересованность в привлечении ФИО10 к уголовной ответственности, в искусственном создании доказательств и его оговоре, судом не установлено. Не устраненных судом существенных противоречий в показаниях потерпевшей, свидетелей по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного, на правильность применения уголовного закона, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, не имеется.

Оснований для прекращения в отношении осужденного ФИО10 уголовного дела в ч. 1 ст. 117 УК РФ по реабилитирующему основанию, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе, не имеется.

Изложенная стороной защиты версия о самостоятельном причинении 20 сентября 2024 г. потерпевшей ФИО1 самой себе телесного повреждения в виде кровоподтека в лобной области справа, опровергнута изложенными в приговоре доказательствами после их тщательной проверки и оценки, выводы суда первой инстанции в данной части подробно мотивированы в приговоре.

Систематичность побоев и насильственных действий, причинивших физическую боль потерпевшей ФИО1, совершенных осужденным ФИО10 разновременно, из личных неприязненных отношении к потерпевшей, свидетельствуют о внутреннем единстве деяний при стойком формировании и реализации умысла осужденного на причинение потерпевшей физических и психических страданий.

С учетом исследованных по делу доказательств, суд первой инстанции обоснованно признал ФИО10 виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, поскольку не являясь уполномоченным лицом на использование специальных технических средств, действуя умышленно и целенаправленно, из личной заинтересованности, в нарушении правил оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, не имея лицензии на разработку, производство, реализацию и приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, вопреки требованиям ст. 6 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и постановления Правительства Российской Федерации от 01 июля 1996 г. № 770, без соответствующей лицензии и не для целей деятельности органов, уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, он незаконно приобрел специальные технические средства, предназначенное для негласного получения информации – в виде GPS-трекера в количестве двух штук, при помощи которых возможно получать информацию о географических координатах местоположения по системе GPS, а также возможностью дистанционного прослушивания акустической обстановки окружающей среды, в которой располагается объект.

Названные специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации, отнесены законодательством Российской Федерации к числу продукции, использование которой физическим и юридическим лицам, не уполномоченным на то Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», запрещено. Поскольку ФИО10 не является субъектом, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, не обладает соответствующей лицензией на приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, то его действия, описанные в приговоре, являлись незаконными, а выводы суда о наличии в его действиях двух преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, являются правильными.

Вопреки доводам осужденного ФИО10 о том, что технические средства он приобретал для отслеживания домашнего животного, судом первой инстанции верно установлено, что каждый из двух GPS-трекеров были им приобретены в качестве средства посягательства на конституционные права потерпевшей ФИО1., что подтверждено не только показаниями последней, но и показаниями свидетеля ФИО11, а также информацией мобильного телефона ФИО10 об отслеживании GPS-трекеров в период с 08 июня 2024 г. по 28 декабря 2024 г., местоположение которых совпадали с местом нахождения потерпевшей ФИО1

Таким образом, тот факт, что каждое из технических средств осужденным ФИО10 было приобретено общедоступным способом, не ставит под сомнение принадлежность данных трекеров к специальным техническим средствам, предназначенных для негласного получения информации, и не влияет на выводы суда о виновности осужденного в их незаконном приобретении именно с целью негласного получения информации.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания обоснованными доводы жалобы защитника о наличии в действиях ФИО10 по фактам незаконных приобретений специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, единого преступления, поскольку, при совершении каждого из названных фактов у осужденного ФИО10 формировался самостоятельный умысел на незаконное приобретение данных устройств, реализуя который, он выполнял необходимые действия, образующие объективную сторону состава каждого преступления и направленные на доведение преступлений до конца.

Квалифицируя действия осужденного ФИО10, суд первой инстанции в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора указал о времени события первого преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ, в период с 01 мая 2024 г. по 01 июня 2024 г., второго – в период с 01 мая 2024 г. по 24 октября 2024 г.

Вместе с тем, как установлено органом предварительного следствия и судом первой инстанции, а также следует из содержания событий преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, каждое из которых описано в обвинительном заключении и в обжалуемом приговоре, одно из технических средств осужденный ФИО10 незаконно приобрел 01 июня 2024 г., второе – 24 октября 2024 г.

Названное не влияет на доказанность вины осужденного ФИО10, не меняет фактических обстоятельств дела и, по мнению суда апелляционной инстанции, может быть уточнено путем внесения соответствующих изменений, которые не ухудшают положение осужденного.

При изложенных обстоятельствах, исследовав и оценив все доказательства по делу в их совокупности, вопреки доводам жалобы защитника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО10 в совершении двух незаконных приобретениях специальных технических средства, предназначенных для негласного получения информации, а также в истязании, то есть причинении физических и психических страданий путем систематического нанесения побоев и иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в статьях 111 и 112 УК РФ, квалифицировав его действия по преступлениям, предусмотренным ст. 138.1 УК РФ, ст. 138.1 УК РФ, ч. 1 ст. 117 УК РФ.

При назначении ФИО10 наказания в виде лишения свободы за каждое из преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, и в виде ограничения свободы за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 117 УК РФ, суд первой инстанции, в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, который ранее не судим, характеризуется с удовлетворительной стороны, осуществляет трудовую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, имеет двоих малолетних детей, на учете у нарколога и психиатра не состоит, заболеваний не имеет, а также учел обстоятельства, смягчающие наказание, перечень которых приведен в приговоре, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни близких ему лиц.

Указание суда первой инстанции о признании смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, наличие малолетних детей у подсудимого ФИО10, по двум преступлениям, не является основанием полагать, что названное обстоятельство не было учтено по одному из трёх преступлений, в совершении которых осужденный признан виновным. В частности, осужденный ФИО10 признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, и одного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, а потому судом первой инстанции сделана ссылка на положения, которые предусмотрены двумя нормами Особенной части Уголовного кодекса РФ. Таким образом, судом первой инстанции учтено названное обстоятельство, смягчающее наказание осужденного, по каждому из преступлений, за совершение которых он признан виновным.

Признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ частичное признание вины по каждому из преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, надлежащим образом мотивировано судом первой инстанции. Оснований сомневаться в правильности такого решения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований для признания противоправного поведения потерпевшей ФИО1., выразившегося в нанесении осужденному ФИО10 удара вешалкой 20 сентября 2024 г., и в использовании 29 декабря 2024 г. около 12 часов против него аэрозольного баллончика с веществом раздражающего действия, не имеется, поскольку названные действия носили ответный характер, были реакцией на неправомерное поведение осужденного, то есть являлись защитой от посягательства.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими наказание, которые не были учтены судом первой инстанции, как и для признания имеющихся по делу смягчающих наказание обстоятельств исключительными.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного ФИО10 судом первой инстанции не установлено. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Учитывая сведения, характеризующие личность осужденного ФИО10 в совокупности с его поведением на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, суд первой инстанции обоснованно признал его вменяемым в отношении совершенных им преступлений и подлежащим уголовной ответственности.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ для изменения категории совершенных преступлений по ст. 318.1 УК РФ на менее тяжкую, учитывая при этом обстоятельства их совершения и степень их общественной опасности.

Оснований для решения вопроса в рамках ч. 6 ст. 15 УК РФ к преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 117 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, поскольку данное преступление относится к категории преступлений небольшой тяжести.

Тот факт, что по двум эпизодам обвинения по ч. 1 ст. 117 УК РФ, а именно от 22 декабря 2023 г. и 07 января 2024 г., дающим основание для квалификации действий ФИО10 систематических, на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции истек срок давности для привлечения к уголовной ответственности, не является в данном случае основанием для применения названной номы закона и, соответственно, для снижения ему наказания, назначенного по ч. 1 ст. 117 УК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что каждое из противоправных деяний, которые были допущены ФИО10 в отношении потерпевшей ФИО1, имевших место 22 декабря 2023 г., 07 января 2024 г., 31 января 2024 г., 20 сентября 2024 г., 01 октября 2024 г., 28 и 29 декабря 2024 г., не являются самостоятельными преступлениями, и лишь в совокупности друг с другом образуют оконченный состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ.

Как следует из разъяснения, содержащегося в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 г. № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях» началом продолжаемого преступления является совершение первого из числа нескольких тождественных деяний, охватываемых единым умыслом, а моментом его фактического окончания, который учитывается, в частности, при исчислении срока давности уголовного преследования, - совершение последнего из данных тождественных деяний.

Таким образом, срок давности уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 117 УК РФ, в отношении осужденного ФИО10 надлежит исчислять с 29 декабря 2024 г.

Судом первой инстанции не было установлено оснований для назначения ФИО10 наказания с учетом положений ст. 64 УК РФ. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции, поскольку не установлено исключительных обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для назначения осужденному наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции, исходя из характера и степени общественной опасности совершенных им умышленных преступлений, их конкретных обстоятельств, связанных с нарушением конституционных прав потерпевшей, с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного, восстановление социальной справедливости и необходимости достижения иных целей наказания, предусмотренных ч. 1 ст. 43 УК РФ.

В тоже время с учетом сведений о личности осужденного ФИО10, установленных по делу смягчающих наказание обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности не применять к осужденному дополнительное наказания, предусмотренное ст. 138.1 УК РФ, в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Кроме того, придя к выводу о том, что исправление осужденного является возможным без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, суд первой инстанции заменил данный вид наказания принудительными работами, убедившись в отсутствии данных, свидетельствующих о наличии ограничений к отбытию ФИО10 этого вида наказания.

Назначенное осужденному наказание в виде принудительных работ, по мнению суда апелляционной инстанции, является справедливым, соразмерным содеянному, будет способствовать достижению задач уголовного судопроизводства, целям наказания, восстановлению социальной справедливости, исправлению осуждённого и предупреждению совершения им новых преступлений

Таким образом, вопреки доводам жалобы защитника, установленные по делу обстоятельства, включая смягчающие наказание, а также сведения, характеризующие личность осужденного ФИО10, который ранее не судим, не являлись достаточными основаниями для применения к нему положений ст. 73 УК РФ, поскольку, по мнению суда апелляционной инстанции, применение названной нормы закона не обеспечит достижения целей наказания, указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ - восстановление социальной справедливости и предупреждения совершения осужденным новых преступлений. Следовательно, отсутствует возможность исправления осужденного ФИО10 без реального отбывания им наказания.

Наказание за совершение преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ и ч. 1 ст. 117 УК РФ верно назначено по правилам, предусмотренным ч. 2 ст. 69 УК РФ с применением положения ч. 1 ст. 71 УК РФ о порядке определения сроков наказаний при сложении разных видов наказаний, в том числе принудительных работ и ограничения свободы.

В соответствии с требованиями ст. 104.1 УК РФ, ст.ст. 81, 299 УПК РФ, судом первой инстанции принято обоснованное решение о конфискации сотового телефона «<данные изъяты>», принадлежащего осужденному ФИО10, который им использовался как средство для совершения преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ. В частности, данный телефон осужденный использовал с целью приобретения двух GPS-трекеров «<данные изъяты>» в интернет-магазине «<данные изъяты>». Кроме того, этим же телефоном осужденным осуществлялась синхронизация с GPS-трекерами с целью получения сведений об их местоположении.

Требования гражданского иска потерпевшей ФИО1 о компенсации морального вреда в соответствии с требованиями ст.ст. 161, 1064, 1101 ГК РФ разрешены правильно: размер компенсации морального вреда потерпевшей установлен исходя из причиненных ей нравственных страданий, связанных с причинением ей физической боли и психического насилия, а также материального положения осужденного.

Расходы на оплату услуг представителя потерпевшей являются процессуальными издержками в соответствии с п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, их размер подтвержден документально и судом принято обоснованное решение о их возмещении из бюджета с последующим взысканием этой суммы с осужденного, который не утратил способности к труду.

Нарушений Конституционных прав, а также норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО10 с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием отмены приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено. Оснований для внесения иных изменений, кроме вышеуказанных, в приговор суда, в том числе, по доводам апелляционной жалобы защитника, - не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции, -

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 26 ноября 2025 г. в отношении ФИО10 изменить.

В описательно-мотивировочной части приговора на страницах 31-32 и в резолютивной части приговора время совершения преступлений, предусмотренных ст. 138.1 УК РФ, в период с 01 мая 2024 г. по 01 июня 2024 г. и в период с 01 мая 2024 г. по 24 октября 2024 г. изменить на 01 июня 2024 г. и 24 октября 2024 г. соответственно.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

В случае подачи кассационных жалобы или представления стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Марков Е.А.

Справка: осужденный ФИО10 проживает по адресу: <адрес>.