Апелляционное определение № 33-296/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Полубесова Ю.Н. Дело № 33-296/2026

Дело № 2-3621/2025

УИД 41RS0001-01-2025-002494-25


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 года г.Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего

ФИО2,

судей

Рафиковой М.Г., ФИО3,

при секретаре с участием прокурора

ФИО4, Ляховенко В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика Акционерного общества «Транспортная компания РусГидро» на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 21 ноября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО5 к АО «Транспортная компания РусГидро» о взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, которым постановлено:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Транспортная компания РусГидро»(ИНН <***>) в пользу ФИО5 (<данные изъяты>) сумму утраченного заработка за период с 3 мая 2024 года по 10 декабря 2024 года в размере 599 459 руб. 99 коп. (без вычета 13% НДФЛ), а также компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 о взыскании с АО «Транспортная компания РусГидро» утраченного заработка за период с 11 декабря 2024 года по 31 декабря 2024 года, отказать.

Заслушав доклад судьи Рафиковой М.Г., объяснения представителя истца ФИО6, поддержавшей исковые требования, представителя ответчиков ФИО7, выразившего мнение о необоснованности исковых требований о компенсации морального вреда, заключение прокурора Ляховенко В.В., полагавшей требования истца законными и обоснованными, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО5 предъявил в суд иск к ответчику Камчатскому филиалу акционерного общества «Транспортная компания РусГидро» (далее по тексту – Камчатский филиал АО «Транспортная компания РусГидро») с требованиями о взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что с 30 ноября 2023 года состоит в трудовых отношениях с АО «Транспортная компания РусГидро» в должности <данные изъяты>. 3 мая 2024 года в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по причине нарушения тормозной системы транспортного средства «Камаз 6520», государственный регистрационный знак №, он получил телесные <данные изъяты> Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 16 декабря 2024 года признаны незаконными пункты 10, 11 указанного акта в части установления причины несчастного случая, нарушения правил дорожного движения пострадавшим работником, а также установления лицом, допустившим нарушение требовании охраны труда. Указал, что в связи с полученными травмами проходил длительное лечение. Также в результате несчастного случая ему были причинены физические и нравственные страдания, связанные со стрессом во время испытанного страха возможной гибели, а также длительной утратой трудоспособности, невозможностью вести активную жизнь, физической болью.

На основании изложенного, просил взыскать с ответчика утраченный заработок за период с 1 мая 2024 года по 31 декабря 2024 года в размере 568 614 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственная инспекция труда в Камчатском крае, Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю, АО «РусГидро Общий центр обслуживания».

Истец ФИО5 и его представитель ФИО6 о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции извещены надлежащим образом, в судебном заседании участия не принимали, ранее в ходе судебного разбирательства исковые требования поддержали.

Представитель АО «Транспортная компания РусГидро» Острожный В.В. в судебном заседании полагал требования истца в части возмещения утраченного заработка в заявленном размере обоснованными, в удовлетворении требований истца в части компенсации морального вреда просил отказать за необоснованностью.

Прокурор в своем заключении полагала требования истца в части компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности.

Третьи лица Государственная инспекция труда в Камчатском крае, Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю, АО «РусГидро Общий центр обслуживания» о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представителей для участия в судебном заседании не направили.

Рассмотрев дело по существу, суд постановил вышеуказанное решение.

Не согласившись с данным решением, АО «Транспортная компания РусГидро» подало апелляционную жалобу, в которой просит суд апелляционной инстанции отменить или изменить решение суда полностью или в части, и принять по делу новое в части размера компенсации морального вреда. По мнению заявителя жалобы, вывод суда о том, что ответчиком не предоставлено доказательств обеспечения безопасных условий труда не соответствует действительности ввиду следующего. Так, дополнением к отзыву от 23 сентября 2025 года суду предоставлялись доказательства обеспечения ответчика безопасными условиями труда, в частности техническая карта, путевой лист, подтверждающие техническую исправность транспортного средства в момент выпуска на линию. Кроме этого, в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-6495/2024 суду предоставлялись иные документы, подтверждающие обеспечение ФИО5 средствами индивидуальной защиты, проведение инструктажей, оценку рабочего места, а также данные журнала контроля технического состояния автомобилей, выпускаемых на линию, из которых следует, что ФИО5 принял транспортное средство в исправном состоянии, о чем в журнале имеется его подпись. Данные обстоятельства судом первой инстанции исследованы не были, в решении оценка им не давалась. Полагает, что указанное существенно повлияло на выводы суда в части виновности ответчика и обоснованности взыскания с него компенсации морального вреда в размере 450 000 руб. В ходе судебного процесса ответчиком было заявлено, что со стороны ФИО5 имела место быть грубая неосторожность, которая выразилась в выпрыгивании из кабины движущегося транспортного средства, когда, по его словам, отказала тормозная система. Вместе с тем, он не предпринял всех мер для торможения транспортного средства, а именно, торможение коробкой передач, двигателем (глушение двигателя), стояночным тормозом.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

В соответствии с пунктом 4 части 4 статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда первой инстанции в любом случае являются принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Согласно части 5 статьи 330 ГПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных настоящей главой. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения.

Поскольку Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края разрешил иск ФИО5 к Камчатскому филиалу акционерного общества «Транспортная компания РусГидро» без привлечения к участию в деле в качестве соответчика Акционерного общества «Транспортная компания РусГидро», тогда как такое соучастие являлось обязательным в силу закона, суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

Определением судебной коллегии от 26 марта 2026 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «Транспортная компания РусГидро».

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО6 исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчиков АО «Транспортная компания РусГидро», Камчатского филиала АО «ТК РусГидро» Острожный В.В. в судебном заседании исковые требования не признал в части компенсации морального вреда. Дополнительно пояснил, что со стороны ФИО5 имела место быть грубая неосторожность, поскольку истец мог прибегнуть к иным способам торможения автомобиля.

Прокурор в своем заключении полагала законными и обоснованными исковые требования, размер компенсации морального вреда определить с учетом принципов разумности и справедливости.

Истец ФИО5 о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещен надлежащим образом, в судебном заседании участия не принимал.

Третьи лица Государственная инспекция труда в Камчатском крае, Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю, АО «РусГидро Общий центр обслуживания» о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили.

С учетом положений статей 327, 167 ГПК РФ, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон.

Рассмотрев дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, заслушав объяснения представителей истца ФИО6, ответчиков ФИО7, заключение прокурора Ляховенко В.В., исследовав материалы гражданского дела, материалы проверки по факту дорожно-транспортного происшествия от 3 мая 2024 года №, медицинскую карту №, медицинскую карту №, медицинскую карту №, медицинскую карту №, выписной эпикриз ФИО5, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

На основании части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Согласно абзацам 4, 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 209 Трудового кодекса РФ охрана труда – это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2, 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с главой 36.1 Трудового кодекса РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно части 3 статьи 227 Трудового кодекса РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

На основании статьи 214 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний.

Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлен порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

Согласно статье 8 указанного Федерального закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, ФИО5 с 30 ноября 2023 года осуществляет трудовую деятельность в <данные изъяты>» в должности <данные изъяты>.

3 мая 2024 года с ФИО5 в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей, на автомобиле «Камаз 6520», государственный регистрационный знак №, произошел несчастный случай.

Как следует из акта № о несчастном случае от 17 мая 2024 года, 3 мая 2024 года ФИО5 на автомобиле «Камаз 6520», государственный регистрационный знак №, выехал в <данные изъяты> для осуществления загрузки каменным углем. На третьем километре пути по <адрес> в сторону <адрес> в начале спуска, двигаясь со скоростью 50 км/ч, потерял контроль над автомобилем и свернул на обочину встречной полосы движения, где продолжил движение по обочине вдоль ограждения, вниз по склону, по направлению навстречу движущемуся транспорту. Далее ФИО5 покинул автомобиль, путем выпрыгивания, открыв на ходу дверь. В результате выпрыгивания из автомобиля ФИО5 получил травму ноги. Автомобиль, продолжая движение, проехал около 40 метров и, ударившись об ограждение, остановился и заглох. ФИО5 был доставлен в травматологическое отделение ГБУЗ «Камчатская краевая больница им.А.С.Лукашевского», где ему была диагностирована легкая травма, согласно медицинскому заключению от 6 мая 2024 года № по форме №, <данные изъяты>

В качестве основной причины несчастного случая в пункте 10 акта о несчастном случае было указано нарушение правил дорожного движения пострадавшим работником, а именно пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Нарушение пункта 3.2 Инструкции по охране труда для <данные изъяты> от 21 февраля 2022 года Камчатского филиала АО «Транспортная компания РусГидро», согласно которому водитель должен выбрать скорость движения с учетом дорожных условий, видимости и обзорности, интенсивности и характера движения транспортных средств и пешеходов, особенностей и состояния автомобиля, перевозимого груз, и проезжей части; пункта 1.6 Инструкции № 2 по безопасности дорожного движения Камчатского филиала АО «ТК РусГидро» от 1 февраля 2019 года, согласно которому на линии избегать резких маневров, плавно трогаться с места и также плавно тормозить, увеличивать и замедлять скорость движения постепенно, не делать крутых поворотов. На спусках не разобщать трансмиссию от двигателя, перед затяжными спусками-подъемами остановиться для проверки действия тормозов.

Согласно пункту 11 акта о несчастном случае, лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, является <данные изъяты> ФИО5, который допустил нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, выразившееся в движении со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением транспортного средства и возможностью снижения скорости вплоть до полной остановки транспортного средства; пункта 1.6 Инструкции № 2 по безопасности дорожного движения Камчатского филиала АО «ТК РусГидро» от 1 февраля 2019 года, выразившееся в несоблюдении ФИО5 необходимости плавного движения, с избеганием резких маневров и ускорений; пункта 3.2 Инструкции по охране труда для <данные изъяты> от 21 февраля 2022 года Камчатского филиала АО «ТК РусГидро», выразившееся в несоблюдении ФИО5 выбора оптимальных условий и скорости движения.

Не согласившись с пунктами 10, 11 указанного акта, ФИО5 обратился с иском в суд.

Вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 16 декабря 2024 года исковые требования ФИО5 удовлетворены. Признаны недействительными пункт 10 акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве АО «Транспортная компания РусГидро» № от 17 мая 2024 года в части установления причины несчастного случая: нарушение правил дорожного движения пострадавшим работником, а также пункт 11 данного акта в части установления ФИО5 лицом, допустившим нарушение требований охраны труда.

При рассмотрении указанного дела судом установлено, что ФИО5 не допущено нарушение Правил дорожного движения РФ, а также требований охраны труда по несоблюдению оптимальных условий и скорости движения транспортного средства при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 3 мая 2024 года.

Таким образом, несчастный случай с ФИО5 произошел при выполнении истцом трудовой функции. Доказательств обеспечения в соответствии с требованиями законодательства безопасных условий труда ответчиком в материалы дела не представлено, доказательств того, что тормозная система автомобиля «Камаз 6520», государственный регистрационный номер №, была исправна материалы проверки по факту дородно-транспортного происшествия не содержат, и таковых в ходе рассмотрения дела судом не представлено.

В соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Доводы ответчика о вине работника в произошедшем несчастном случае судебной коллегией отклоняются, поскольку исходя из преюдиции установленных решением суда фактов по ранее рассмотренному делу об оспаривании истцом акта о несчастном случае в соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ, вина ФИО5 в произошедшем несчастном случае на производстве исключена.

С учетом изложенного, ответственность за причиненный истцу вред, по мнению судебной коллегии, должен нести ответчик, как работодатель, не обеспечивший истцу безопасных условий при исполнении им трудовых обязанностей.

Согласно заключению эксперта ГБУЗ «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 31 октября 2024 года № о характере полученных повреждений здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 3 мая 2024 года, у ФИО5 выявлены повреждения: <данные изъяты> Вид повреждения, их локализация, взаиморасположение указывают на то, что они образовались в результате падения ФИО1 на ноги, что могло быть при обстоятельствах, указанных в постановлении, и причинили вред здоровью средней тяжести по его длительному, свыше трех недель расстройству. Локализация и характер выявленной травмы не исключает иного критерия вреда здоровью по стойкой утрате общей трудоспособности.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ закреплено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как следует из статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ).

Согласно пункту 18 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из медицинских карт истца, 3 мая 2024 года ФИО5 доставлен в травматологическое отделение ГБУЗ «Камчатская краевая больница им.А.С.Лукашевского» сотрудниками скорой помощи с <данные изъяты> и в дальнейшем истец проходил стационарное лечение до 31 мая 2024 года. Затем в период с 23 февраля 2025 года по 21 марта 2025 года проходил стационарное лечение в травматологическом отделении с диагнозом <данные изъяты> а также проходил стационарное лечение в травматологическом отделении в связи с появившимся <данные изъяты>.

Кроме этого, истец также в связи с полученной травмой с 26 мая 2025 года получал лечение у врача травматолога в амбулаторных условиях.

Длительность лечения в связи с полученной травмой подтверждается также справкой о назначенных и выплаченных пособиях за период с 3 мая 2024 года по 31 декабря 2024 года, предоставленной Отделением фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в Камчатском крае, согласно которой ФИО5 в 2024 году открыты листки нетрудоспособности в период с 3 мая 2024 года по 3 июня 2024 года, с 4 июня 2024 года по 17 июня 2024 года, с 18 июня 2024 года по 2 июля 2024 года, с 3 июля 2024 года по 30 июля 2024 года, с 31 июля 2024 года по 13 сентября 2024 года, с 14 сентября 2024 года по 16 сентября 2024 года, с 17 сентября 2024 года по 30 сентября 2024 года, с 1 октября 2024 года по 6 ноября 2024 года, с 7 ноября 2024 года по 10 декабря 2024 года.

Кроме того, как указал истец при обращении в суд, в результате несчастного случая ему были причинены физические и нравственные страдания, связанные со стрессом во время происшествия, испытанным страхом возможной гибели, а также длительной утратой трудоспособности, невозможностью вести активную жизнь, физической болью.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, ФИО5 в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия претерпел моральный вред, который выразился у него как в физических страданиях, пережитых болевых ощущениях от полученных телесных повреждений и в процессе их излечения, так и в нравственных переживаниях о дальнейшем состоянии своего здоровья.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу причинены физические и нравственные страдания, характер полученных травм, квалифицированных как вред здоровью средней степени тяжести, длительность периода нахождения на стационарном и амбулаторном лечении, составляющего более одного года, в период которого ему были проведены оперативные вмешательства, учитывает степень физических и нравственных страданий истца, испытываемых как в момент причинения травм, так и после их получения, снижение качества жизни в связи с полученными травмами, степень вины ответчика, и исходя из принципов разумности и справедливости определяет к взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб.

Одновременно судебная коллегия отмечает, что размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, а его возмещение производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния пострадавшего, в связи с чем взысканная в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежная сумма является соразмерной причиненным истцу физическим и нравственным страданиям.

Доводы ответчика о грубой неосторожности самого истца в несчастном случае на производстве судебная коллегия отклоняет, поскольку исходя из положений части 8 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ, в данном случае грубой неосторожности со стороны истца не установлено, что следует из акта о несчастном случае на производстве, который стороной ответчика в установленном законом порядке оспорен не был. Выражая мнение о том, что истец, обнаружив неисправность в тормозной системе, не должен был выпрыгивать из кабины автомобиля, ответчик не учитывает, что транспортное средство, которым управлял истец, по своим характеристикам имеет большую массу и габариты, вследствие этого, двигаясь по проезжей части с уклоном, полностью наполненный грузом, на повороте без надлежащей работы тормозной системы, создал угрозу потери контроля над данным транспортным средством и неминуемым дорожно-транспортным происшествием с риском для жизни и здоровья, прежде всего, водителя, принимавшего меры к его торможению, в связи с чем, опасаясь за свою жизнь, истец вынужден был принять решение о выпрыгивании из его кабины.

Ссылка ответчика на то, что истец не прибегнул к другим методам торможения, также не может служить основанием для признания данного факта грубой неосторожностью работника, поскольку обеспечение безопасных условий труда, прежде всего, лежит на работодателе, который в должной мере должен был проверить тормозную систему, выпускаемого на линию транспортного средства под управлением работника, а в случае ее неисправности, в целях соблюдения правил безопасности дорожного движения как для водителей, так и для пешеходов не допустить выезд автомобиля на проезжую часть.

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Статей 1086 ГК РФ установлен порядок исчисления заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица. Возмещение утраченного заработка застрахованного лица производится по месту работы застрахованного лица путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности за счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим ущербом только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается в порядке, установленном пунктом 3 статьи 1086 Гражданского кодекса РФ, путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.

Утраченный заработок (доход) потерпевшего подлежит возмещению за все время утраты им трудоспособности.

Представленный истцом расчет утраченного истцом заработка за период временной нетрудоспособности, судебная коллегия считает неверным, поскольку он не соответствует нормам материального права, истец исходил из справки, выданной ответчиком, согласно которой указанная сумма исчислена из суммы планируемой заработной платы, которая была бы начислена истцу в случае полностью отработанного периода за вычетом фактически начисленной заработной платы.

Определяя размер среднемесячной суммы заработка, судебная коллегия принимает за основу справку, выданную истцу по месту работы, о начисленном денежном содержании за период с 1 декабря 2023 года по апрель 2024 года и расчетные листки истца (том 1 л.д.240, 241-242), содержащие информацию об общей сумме заработка (дохода) за четыре месяца работы, предшествовавших повреждению здоровья истца.

Таким образом по расчету судебной коллегии, размер среднемесячной суммы заработка составляет 113 740 руб. 32 коп. (454 961 руб. 28 коп. (сумма заработка (дохода) за четыре месяца работы, предшествовавших повреждению здоровья истца) / 4 (количество месяцев работы).

Утраченный заработок истца составил за полные месяцы нетрудоспособности с июня по ноябрь 2024 года - 682 441 руб. 92 коп.(113 740 руб. 32 коп. х 6 месяцев);

за май 2024 года - 108 053 руб. 38 коп., исходя из среднедневного заработка с учетом нормы рабочего времени для пятидневной рабочей недели: 19 рабочих дней х 5 687 руб. 02 коп. (113 740 руб. 32 коп. / 20 норма рабочих дней);

за декабрь 2024 года - 37 913 руб. 47 коп., исходя из среднедневного заработка с учетом нормы рабочего времени для пятидневной рабочей недели: 7 рабочих дней х 5 416 руб. 21 коп. (113 740 руб. 32 коп. / 21 норма рабочих дней).

Таким образом, общая сумма утраченного заработка за период с 3 мая 2024 года по 10 декабря 2024 года (период нетрудоспособности истца) составляет 828 408 руб. 65 коп. (без удержания 13% НДФЛ).

При этом не полностью отработанный месяц ноябрь 2024 года (30 число) исключается из подсчета на основании пункта 3 статьи 1086 ГК РФ.

Кроме этого, судебной коллегией установлено, что истцу было выплачено пособие по временной нетрудоспособности ответчиком согласно справке 2-НДФЛ в сумме 2 979 руб. 42 коп. (том 1 л.д.32), органом социального страхования в сумме 225 969 руб. 36 коп. (том 1 л.д.94).

В этой связи, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать утраченный заработок в сумме 599 459 руб. 87 коп. (без удержания 13% НДФЛ) (828 408 руб. 65 коп. – 2 979 руб. 42 коп. (сумма выплаченного работодателем пособия) – 225 969 руб. 36 коп. (сумма выплаченного органом социального страхования пособия) (том 1 л.д.98-100).

Взыскание утраченного заработка в большей сумме требований истца не является выходом за пределы исковых требований в соответствии с положениями части 3 статьи 196 ГПК РФ, поскольку служит основанием для восстановления трудовых прав работника в части выплаты средств к существованию в период его нетрудоспособности, с учетом того, что расчет подлежащей взысканию суммы утраченного заработка, приложенный к исковому заявлению, был произведен истцом неверно.

Вместе с тем, не подлежит расчету и взысканию утраченный заработок истца за период нахождения его в ежегодном оплачиваемом отпуске с 11 декабря 2024 года по 31 декабря 2024 года, поскольку работодателем фактически уже выплачен доход в виде отпускных, за перерасчетом которых, в случае несогласия с их размером, истец к работодателю не обращался.

На основании вышеизложенного, проанализировав обстоятельства дела в совокупности с представленными доказательствами, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности заявленных требований ФИО5, которые подлежат удовлетворению частично.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ, статьей 333.19, подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая, что исковые требования удовлетворены судом апелляционной инстанции на общую сумму 599 459 руб. 87 коп., а также удовлетворено требование о компенсации морального вреда, с АО «Транспортная компания РусГидро» в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 19 989 руб. (16 989 руб. + 3 000 руб.).

Руководствуясь статьями 194-199, 327.1, 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 21 ноября 2025 года отменить.

Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Транспортная компания РусГидро»(ИНН <***>) в пользу ФИО5 (<данные изъяты>) утраченный заработок за период с 3 мая 2024 года по 10 декабря 2024 года в размере 599 459 руб. 87 коп. (без удержания 13% НДФЛ), компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 в остальной части отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Транспортная компания РусГидро» (ИНН <***>) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 19 989 руб.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 7 мая 2026 года.