Решение № 2-315/2026 2-315/2026(2-4999/2025;)~М-4329/2025 2-316/2026 2-4999/2025 М-4329/2025 от 17 мая 2026 г. по делу № 2-315/2026

Дело №2-316/2026 (№ 2-4999/2025)

УИД75RS0001-02-2025-006518-51


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 апреля 2026 г. г. Чита

Центральный районный суд г. Читы в составе:

председательствующего судьи Тихоновой Е.В.,

при секретаре Цыдыповой Э.Д.,

с участием прокурора Симонова Е.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае», АО «Федеральная пассажирская компания», ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась с настоящим иском, ссылаясь на следующее. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ мать истца ФИО18 работала в <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте, при выполнении трудовых обязанностей, она погибла в результате несчастного случая на производстве, при следующих обстоятельствах. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 прибыла на станцию <адрес> для проведения работ по <данные изъяты> вагонов по заявке АО «Федеральная пассажирская компания» на основании договора на дезинфекцию, дезинспекцию и дератизационные работы от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» и АО «Федеральная пассажирская компания». При следовании к месту обработки вагонов, двигаясь между железнодорожными путями на станции <адрес> ФИО5 попала под проходящий по путям локомотив. В результате происшествия ФИО5 была причинена железнодорожная травма, <данные изъяты>. От полученных травм ФИО5 скончалась на месте происшествия. Согласно акту о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №, несчастный случай произошел по причине нарушения ответчиками правил охраны труда и техники безопасности, также установлено, что смерть ФИО5 насупила в результате транспортного происшествия на железнодорожном транспорте при наезде подвижного состава. Собственником подвижного состава (локомотива) является ОАО «Российские железные дороги», при этом локомотив является источником повышенной опасности, а железнодорожные пути – зоной повышенной опасности. В результате несчастного случая, истец потеряла близкого человека, с которой у нее была тесная эмоциональная связь. Истец всегда советовалась с матерью по бытовым и личным вопросам, она оказывала ей посильную материальную поддержку, поддерживала истца, помогала советами в различных ситуациях, помогала воспитывать ее троих детей – своих внуков, проводила с ними свободное время. Гибель матери в довольно молодом возрасте стало для истца ударом. Компенсацию морального вреда истец оценивает в 4 500 000 рублей.

С учетом уточнений исковых требований, просит взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» в размере 1 500 000 рублей, с АО «Федеральная пассажирская компания» (далее – АО «ФПК») в размере 1 500 000 рублей, с ОАО «ФИО1 железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») в размере 1 500 000 рублей. Взыскать с ответчиков расходы по уплате государственной пошлины при подаче иска в размере 3 000 рублей (т.1 л.д.5-7, т.2 л.д. 139-142).

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено ОАО «РЖД» (т.2 л.д. 90-92).

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено СПА «Ингосстрах» (т.2 л.д. 245-247).

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования привлечена Государственная инспекция труда в Забайкальском крае.

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» ссылается на то, что ФИО5 была ознакомлена с внутренней инструкцией ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» (№) от ДД.ММ.ГГГГ, в которой говорится о необходимости передвижения работника по оборудованным дорожкам, ж/д пути переходить по тоннелям и мостам, передвигаться на территории сторонней организации только в сопровождении сторонней организации (№). Также, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был проведен вводный инструктаж, стажировка и осуществлены периодические инструктажи на рабочем месте, последний из которых был проведен ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, ФИО5 была допущена к работе с имеющимися знаниями по охране труда и технике безопасности, позволяющими оценивать возможность производственного травматизма и иметь возможность обеспечить свою безопасность. Указывает, что несчастный случай от ДД.ММ.ГГГГ не связан с качеством производства работ, предусмотренных договором № от ДД.ММ.ГГГГ, не произошел в момент выполнения работ, предусмотренных условиями договора, работником, имеющим профессиональное образование, а также не связан с отсутствием у ФИО5 одного из необходимых наименований средств индивидуальной защиты. Полагает, что несчастный случай связан с грубой неосторожностью самого работника ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае», поскольку ФИО5, выходя на железнодорожные пути должна была быть внимательной и предусмотрительной, тем более учитывая, что рядом находился безопасный служебный проход, обозначенный указателями, по которому она и должна была передвигаться и который вел к пункту формирования и оборота подвижного состава заказчика, в обход железнодорожных путей. При указанных обстоятельствах, ФИО5 были проигнорированы все профилактические меры, принятые работодателем в рамках охраны труда. Также ФИО5 было проигнорировано предупреждение работника заказчика – ФИО6 о необходимости ее подождать для обеспечения безопасного сопровождения исполнителя к пункту формирования и оборота подвижного состава на территории АО «ФПК». Допущение грубых нарушений со стороны ФИО5 также подтверждается актом о расследовании несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ. Уголовное дело по факту несчастного случая с ФИО5 не возбуждено, факта противоправных действий в отношении ФИО5 со стороны работодателя ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» не выявлено. Полагая, что несчастный случай с ФИО5 произошел из-за грубой неосторожности самой погибшей, считает, что заявленный истцом размер компенсации является завышенным и не подтвержденным. Просит в удовлетворении иска к ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» отказать.

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика АО «<данные изъяты> ссылается на то, что в ходе проверки по факту гибели ФИО3 установлена причинно-следственная связь между действиями работодателя и несчастным случаем на производстве. Таким образом, ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» являясь работодателем ФИО3 не обеспечил безопасные условия труда работника что повлекло наступление несчастного случая с работником на производстве со смертельным исходом, в связи с чем несет ответственность за причиненный истцу моральный вред в соответствии с нормами Трудового кодекса Российской Федерации. Кроме того, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности, в том числе на праве собственности. В связи с чем, <данные изъяты> как собственник локомотива, являющегося источником повышенной опасности, также несет ответственность за причиненный истцу моральный вред. Полагает, что оснований для взыскания с <данные изъяты> компенсации морального вреда не имеется, просит в удовлетворении иска к <данные изъяты> отказать.

В дополнениях к возражениям на иск, представить <данные изъяты> указала, что для целей проведения работ по обработке вагонов со стороны <данные изъяты> обеспечены безопасные условия труда, в том числе: при производстве обработки вагона состав поезда огражден (находится без движения), вагоны находятся без высоковольтного отопления и энергоподключения, ниши вагона находятся в закрытом состоянии, маршруты следования к месту выполнения работ очищаются от мусора и осадков, обеспечено функционирование громкоговорящей парковой связи о движении поездов. Кроме того разработана Схема маршрута служебного и технологических проходов ст. Чита-2. Однако ФИО33 обнаружена вне установленного служебного и технологических проходов на железнодорожных путях. Вместе с тем, ФИО3 была ознакомлена с инструкциейФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ согласно которой, работник обязан передвигаться по оборудованным дорожкам, железнодорожные пути переходить по тоннелям и мостам, передвигаться в сопровождении организации. Работник АО «ФПК» ФИО4, как в ходе процессуальной проверки, так и в судебном заседании пояснила о том, что просила ФИО39 подождать ее, чтобы вместе пойти е месту проведения обработки, данная просьба ФИО3 была оставлена без внимания. По результатам проверки достоверно установлено, что причинение смерти произошло в результате несчастного случая и собственных неосторожных действий ФИО38 Обращает внимание, что АО «ФПК», как заказчик, выступает в качестве контролирующего органа и проверяет качество проводимой работы, расписывается в наряде, подтверждая выполнение работ и не является работодателем ФИО37

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика АО «РЖД» ссылается на то, что несчастный случай с ФИО40 произошел из-за неосторожности самой ФИО35 выразившейся в прохождении в неустановленном месте по железнодорожным путям и из-за необеспечения заказчиком в нарушении условий договора безопасных условий труда работникам исполнителя на объектах заказчика, а также в результате нарушений трудового законодательства со стороны работодателя, что подтверждается актом о расследовании группового случая, несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что вина ОАО «РЖД» в произошедшем травмировании ФИО34 отсутствует. Также полагает, что размер компенсации морального вреда завышен, не соответствует судебной практики и подлежит уменьшению согласно п.2 ст. 1083 ГК РФ, ввиду допущенной ФИО41 грубой неосторожностью. ФИО36 осознавала возможность наступления негативных последствий при нахождении на железнодорожных путях, но сознательно допустила нарушение Правил, проявляя безразличие к своим жизни и здоровью, а также здоровью близких людей, что свидетельствует о наличии в ее действиях грубой неосторожности. Указывает, что между ОАО «РЖД» и СПА «Ингосстрах» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности страхования гражданской ответственности от ДД.ММ.ГГГГ и в случае принятия судом решения об удовлетворении исковых требований, требования должны быть удовлетворены за счет СПО «Ингосстрах».

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» ссылается на то, что истцом не доказан факт наступления гражданской ответственности ОАО «РЖД», следовательно, факт наступления страхового случая также документально не подтвержден. Таким образом, обязанность СПА «Ингосстрах» по выплате страхового возмещения не наступила. В случае установления судом факта наступления страхового события, выплата компенсации морального вреда производится из общей суммы не более 100 000 рублей в равных долях в пользу выгодоприобретателей. Обращает внимание на то, что истец не представил доказательств, обосновывающих разумность, справедливость и размер соответствующей компенсации морального вреда, считает заявленный размер чрезмерно завышен. Ссылаясь на статью 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Поскольку установлена причинно-следственная связь между действием/бездействием работодателя и произошедшем на рабочем месте несчастным случаем, следовательно моральный вред, причиненный родственнику погибшей, в большей части подлежит возмещению именно со стороны работодателя погибшей ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае», а не с АО «ФПК», так как при должной подготовке работников организации несчастный случай при указанных обстоятельствах при участии АО «ФПК» удалось бы избежать. Таким образом СПАО «Ингосстрах» является ненадлежащим ответчиком по делу в силу закона и договора страхования.

В дополнениях к возражениям на иск, представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» указывает, что общая страховая сумма является предельным лимитом ответственности страховщика по договору, ввиду чего обязательства СПА «Ингосстрах» по договору считаются исполненными в полном объеме. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ осуществляется сверка сумм выплаченных обязательств перед ОАО «РЖД», так как лимит по договору № от ДД.ММ.ГГГГ практически исчерпан, выплаты во исполнение обязательств по данному договору приостановлены. Указанные обстоятельства являются основанием для отказа в иске к СПАО «Ингосстрах».

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО7 надлежаще извещена, просила рассмотреть дело в отсутствие представителя. Ходатайств об отложении дела не поступало.

Третье лицо Государственная инспекция в Забайкальском крае извещена надлежаще, представителя в суд не направила.

В соответствии с положениями статьи 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Исследовав материалы дела, заслушав истца ФИО2, ее представителя по доверенности ФИО8, поддержавших доводы иска, представителя ответчика ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» по доверенности ФИО9, представителя ответчика АО «ФПК» по доверенности ФИО10, представителя ответчика ОАО «РЖД» по доверенности ФИО11, возражавших относительно удовлетворения заявленных требований, заключение помощника прокурора Центрального района г. Читы Симонова Е.Г. о том, что требования подлежат удовлетворению к ответчику ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (часть 5 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

В соответствии с частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с абзацем 2 части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно абзацам 2 и 13 части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором.

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее по тексту - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

Несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть (абзац 10 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Расследование, оформление (рассмотрение), учет микроповреждений (микротравм), несчастных случаев регулируется положениями статей 226 - 231 главы 36.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с главой 36 названного Кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Частью 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, отнесены работники, исполняющие свои обязанности по трудовому договору.

Как следует из части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие за собой временную или стойкую утрату ими трудоспособности, либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Следовательно, необходимо принимать во внимание конкретные обстоятельства, при которых с работником произошел несчастный случай со смертельным исходом, в том числе находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, был ли он допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей.

Согласно части 4 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Следовательно, с учетом приведенных норм о расследовании, оформлении и учете несчастных случаев, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при разрешении спора о признании несчастного случая, произошедшего с работником при исполнении им трудовых обязанностей, как связанного или не связанного с производством, необходимо каждый раз принимать во внимание конкретные обстоятельства, при которых с работником произошел несчастный случай, в том числе находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, был ли он допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за смерть работника, является вина в необеспечении им безопасных условий труда (соблюдение правил охраны труда, техники безопасности, санитарии и т.п.), причем обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу данной статьи, источником повышенной опасности следует признавать любую деятельность, выражающуюся в действиях (бездействии), осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

Таким образом ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на его законного владельца.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «РЖД» и АО «ФПК» заключен договор № об оказании услуг по использованию инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования (т.2 л.д. 52-70).

В соответствии с п.1.1. договора, владелец инфраструктуры (ОАО «РЖД») обязуется оказывать перевозчику (АО «ФПК») услуги по использованию инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования для осуществления перевозок пассажиров.

Согласно п.1.2. владелец инфраструктуры оказывает перевозчику услуги, в том числе предоставляет перевозчику во временное пользование локомотивы и оказание своими силами услуг по управлению локомотивами и по их технической эксплуатации для осуществления перевозчиком перевозок пассажиров, багажа и грузобагажа в пассажирских поездах дальнего следования.

ДД.ММ.ГГГГ между АО «ФПК» (заказчик) и ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» (исполнитель) заключен договор № на выполнение работ по санитарно-эпидемиологическому обследованию, дератизации, дезинфекции, дезинсекции пассажирских вагонов для вагонного участка Чита Восточно-Сибирского филиала АО «ФПК» (т.1 л.д. 183-185).

Согласно п.3.1.2.-3.1.4 договора, дезинфекторами ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» профилактическая дезинфекционная обработка всех помещений и поверхностей всех пассажирских вагонов в составе поезда, вагонов, предназначенных для перевозки спецконтингента (ЗАКвагоны) проводится в пунктах формирования и оборота подвижного состава заказчика.

В соответствии с п.ДД.ММ.ГГГГ договора, исполнитель обязан проводить санитарно-гигиеническую оценку вагонов в составах пассажирских поездов, формируемых заказчиком, после завершения работ по подготовке вагонов в рейс в присутствии членов постоянно-действующей комиссии.

Из п.3.2.2. договора следует, что заказчик обязан обеспечить безопасные условия труда сотрудников исполнителя.

Как установлено судом, на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-л/с ФИО5 принята на должность медицинского дезинфектора в отдел профилактической и очаговой дезинфекции ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии по железнодорожному транспорту» Забайкальского Дорожного филиала по железнодорожному транспорту (т.1 л.д. 159).

ДД.ММ.ГГГГ между ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии по железнодорожному транспорту» Забайкальского Дорожного филиала по железнодорожному транспорту и ФИО3 заключен трудовой договор №, согласно условиям которого в обязанности ФИО3 в том числе входило: принимать участие в выполнении задания Забайкальского ТО Управления Роспотребнадзора на железнодорожном транспорте на проведение обследований, исследований и других видов оценок в целях Госсанэпиднадзора; участвовать в проведении противоэпидемических мероприятий, мероприятий ЧС и др (т.1л.д. 161-166).

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 заключено дополнительное соглашение № к трудовому договору, согласно которому с ДД.ММ.ГГГГ она переведена на постоянную работу на должность дезинфектора отдела организации дезинфекционной деятельности ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» (т.1 л.д. 174-176).

Материалами дела установлено, что на момент произошедшего ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая, ФИО5 являлась работником ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» и выполняла должностные обязанности дезинфектора на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на основании заявки АО «ФПК» в рамках исполнения договора от ДД.ММ.ГГГГ №/№ для проведения дезинфекции пассажирских вагонов на ст. Чита-2.

Из акта о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом), проведенного в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 вышла на свою смену для проведения дезинфекции пассажирских вагонов на ст. Чита-2. ДД.ММ.ГГГГ на железнодорожных путях станции Чита-2 было <данные изъяты> ФИО5, дезинфектора ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае». Согласно заключению ГУЗ «Забайкальское краевое бюро СМЭ» от ДД.ММ.ГГГГ № причиной смерти ФИО5 явилась <данные изъяты>

Основной причиной несчастного случая являются недостатки ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе непроведение обучения и проверки знаний охраны труда, а именно: ФИО3 допущена к выполнению трудовых обязанностей дезинфектора без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда в нарушении требований статей 214, 219 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктов 38,46,58,58,70 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденными постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464 «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда», пункта 1.3. Инструкции по охране труда и технике безопасности для дезинфекторов, утвержденной 14.10.2023 (ИОТ-23).

Сопутствующими причинами несчастного случая являются нарушения:

Работником ФИО3 трудового распорядка и дисциплины труда, а именно: нарушение требований статей 22, 215 Трудового кодекса, положений ИОТ-04-23. Согласно ч.2 ст. 21, ст. 215 Трудового кодекса работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, соблюдать требования охраны труда.

Согласно п.1.5. ИОТ-04-23 работник обязан при нахождении в помещении и передвижении по территории объекта (организации) идти шагом, смотря под ноги и придерживаясь правой стороны пути передвижения, передвигаться по оборудованным дорожкам.

Согласно п.1.13 ИОТ-04-23 работнику запрещается совершать действия, которые могут привести к травме самого работника или других работников.

Согласно п.2.2 ИОТ-04-23 работник, находящейся в командировке, обязан железнодорожные пути переходит по пешеходным тоннелям и мостам.

Согласно п.9.4 ИОТ-04-23 передвигаться по территории сторонней организации только в сопровождении представителя сторонней организации.

Неудовлетворительная организация производства работ, в том числе несогласованность действий исполнителя, отсутствие взаимодействия между службами и подразделениями:

В нарушении п.3.2.2 договора №/№ от ДД.ММ.ГГГГ, АО «ФПК» не обеспечило сопровождение дезинфектора ФИО5 на территории станции Чита-2.

Согласно п.3.2.2 договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заказчик обязан обеспечить безопасные условия труда сотрудникам исполнителя.

Недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда. В нарушении ст. 218 Трудового кодекса, ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>»не обеспечило надлежащее управление профессиональными рисками, указанные в мероприятиях, не проведен инструктаж.

Таким образом, данным актом подтверждено, что гибель ФИО5 связана с производством, основной причиной гибели ФИО5 явились нарушения требований охраны труда, допущенные работодателем - ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае».

Несмотря на то, что несчастный случай, повлекший гибель работника ФИО5 произошел на железнодорожных путях –территории, не принадлежащей ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» и не входящей в его производственную инфраструктуры, не освобождает его от ответственности, поскольку ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» являясь исполнителем и работодателем ФИО5, в силу закона и договора был обязан обеспечить безопасные условия труда работников, что не было сделано ответчиком.

Поскольку материалами дела подтверждено, что несчастный случай произошел с ФИО5 при исполнении трудовых обязанностей по заданию работодателя, что ответчиком ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» не отрицалось, и в связи с чем работодателем был составлен акт о несчастном случае на производстве, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований к указанному ответчику.

<данные изъяты>

К подобным объектам в силу статьи 21 Федерального закона от 10.01.2003 № 17 «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» относятся железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути не общего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта.

Железнодорожные пути и железнодорожный транспорт в силу ст. 1079 ГК РФ относятся к источнику повышенной опасности, поскольку их использование создает повышенную вероятность причинения вреда окружающим из-за невозможности полного контроля за ними.

Владельцем данных железнодорожных объектов в соответствии с Федеральным законом от 27.02.2003 № 29-ФЗ «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта» является ОАО «РЖД» как единый хозяйствующий субъект в области железнодорожного транспорта.

Таким образом, ОАО «РЖД», как владелец источника повышенной опасности, независимо от вины, обязано компенсировать моральный вред, причиненный смертью ФИО5

Вместе с тем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований к ответчику АО «ФПК» по следующим основаниям.

Как установлено судом, АО «ФПК» не является ни собственником, ни иным владельцем источника повышенной опасности, в связи с чем оснований для применения к АО «ФПК» ответственности по ст. 1079 ГК РФ отсутствуют.

Также судом установлено, что АО «ФПК» в трудовых отношениях с погибшей не состояло, в связи с чем основания для привлечения АО «ФПК» к ответственности по ст. 1068 ГК РФ также отсутствуют.

Из материалов дела следует, что АО «ФПК» являлось заказчиком работ по договору, условиями которого предусмотрено обеспечение безопасности при нахождении работников ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» при выполнении работ обработки пассажирских вагонов.

При рассмотрении дела суд установил, что АО «ФПК» обеспечило ФИО5 сопровождающего для безопасного сопровождения работника ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае».

Указанное подтверждается показаниями свидетеля ФИО6, экипировщика АО «ФПК», которая пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> ФИО5 пришла на участок экипировки подписать заявку на работы, после чего они вдвоем должны были пройти к вагонам и начать их обработку. Она попросила ФИО5 подождать ее, так как ей было некогда. Минут через 10 она освободилась, стала искать ФИО5, направилась к пассажирскому поезду № и на 7 пути встретила ее, направляющуюся в парк отстоя. Она попросила ФИО5 подождать ее, но она ничего не ответила. Вернувшись к себе в рабочий кабинет, от коллег узнала, что междупутье между 6 и 7 путями обнаружен труп женщины, ею оказалось ФИО5

Кроме того, разработана Схема маршрута служебного и технологических проходов <адрес>

Согласно Схеме прохода, зеленой пунктирной линией обозначен маршрут служебного прохода, синей пунктирной линией – маршрут технологического прохода, имеются условные знаки обозначающие месте расположения мостов.

Однако, согласно протокола смотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обнаружена вне установленного служебного и технологических проходов, на железнодорожных путях.

Также, для целей проведения работ по обработке вагонов со стороны АО «ФПК» обеспечены иные безопасные условия труда, в том числе: при производстве обработки вагона состав поезда огражден (находится без движения), вагоны находятся без высоковольтного отопления и энергоподключения, ниши вагона находятся в закрытом состоянии, маршруты следования к месту выполнения работ очищаются от мусора и осадков, обеспечено функционирование громкоговорящей парковой связи о движении поездов.

Таким образом, суд приходит к выводу, что АО «ФПК» выполнило принятые на себя договорные обязательства по обеспечению безопасности ФИО5, следовательно причинно-следственная между действиями АО «ФПК» и наступлением смерти отсутствуют.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 указано, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (пункт 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему, а также в предусмотренных законом случаях в случае смерти работника - членам его семьи, в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред, исходя из положений абзаца 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации истцы отнесены к близким родственникам, тогда как моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен, к числу таких нематериальных благ относятся и сложившиеся родственные и семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, соответственно смертью потерпевшего возможно причинение физических и нравственных страданий (морального вреда) лично членам его семьи и близким родственникам.

Применительно к данному делу в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на как работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, так и на владельца источника повышенной опасности, от действий которого причинен вред здоровью потерпевшему, повлекший его смерть, при решении вопроса о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой родственника в результате причинения вреда его жизни источником повышенной опасности.

Из материалов следует, что истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является дочерью погибшей ФИО32 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

<данные изъяты>

Из пояснений ФИО2 в суде следует, что с погибшей у нее была сильная эмоциональная связь, они работали в одной организации, часто общались, совместно встречали праздники, ФИО3 помогала ей в воспитании детей. Смерть матери является для нее невосполнимой утратой.

Также истец пояснила, что с 18 лет проживает отдельно от родителей, в медицинские организации, к психологу после смерти матери не обращалась.

Указанное подтверждается представленными истцом совместными фотографиями, скриншотами переписки.

Допрошенные судом в качестве свидетелей ФИО15 (тетя истца), ФИО16 (подруга) пояснили, что после смерти матери истец находилась в шоковом, подавленном состоянии, в котором находится по сегодняшний день.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что гибель матери сама по себе является необратимым обстоятельством, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, а также нарушением неимущественного права истца на семейные связи.

Также, определяя размер компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.)

Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям.

Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Суд, оценив в совокупности представленные доказательства, приходит к выводу что в действиях погибшей ФИО3 имела место грубая неосторожность, ставшая сопутствующей причиной несчастного случая.

Из акта о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом), от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО5 прибыв на железнодорожную станцию ФИО31 для обработки вагонов, в нарушении требований своей должностной инструкции, не дождалась сопровождающего лица и самостоятельно следовала по территории станции к месту выполнения работ.

При этом, в нарушении требований №, предписывающей осуществлять переход через железнодорожные пути исключительно по пешеходным тоннелям и мостам пренебрегла правилами личной безопасности и осуществила переход непосредственно по железнодорожным путям, в результате чего была сбита поездом.

При указанных обстоятельствах, оценивая заявленные истцом требования о компенсации морального вреда, признавая факт причинения истцу глубокого морального вреда в связи с невосполнимой утратой близкого человека, суд, руководствуясь требованиями ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, считает необходимым уменьшить размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда с учетом установленной грубой неосторожности в действиях самой погибшей.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» в пользу истца ФИО2, суд принимает во внимание степень вины работодателя, не обеспечивавшего безопасные условия труда своему работнику и нарушившего требования Трудового кодекса Российской Федерации в части допущения работника к выполнению трудовых обязанностей дезинфектора без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда, осуществления контроля за соответствием фактического использования принимающей стороной труда направленных работников трудовым функциям, определенным трудовыми договорами этих работников, а также за соблюдением принимающей стороной норм трудового права, включающих обеспечение безопасности труда, вину самого пострадавшего, нарушившего требования безопасности, возраст истца и погибшей, характер родственных связей между истцом и погибшей, условия ее проживания (отдельно от матери), в связи с чем учитывая требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО2, суд принимает во внимание, что ОАО «РЖД» является владельцем источника повышенной опасности, причинившего повреждения здоровью ФИО3, не совместимые с жизнью. При этом, наряду с наличием оснований для привлечения к ответственности в виде возмещения вреда при отсутствии вины, суд учитывает вину самой пострадавшей, нарушившей требования безопасности, степень нравственных и физических страданий истца, в связи с чем суд, учитывая требования разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости взыскания с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей.

На момент транспортного происшествия ответственность ОАО «РЖД» как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика застрахована по договору на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенному между ОАО «РЖД» (страхователь) и СПАО «Ингосстрах» (страховщик) (т.2 л.д. 157-173).

Указанный договор страхования вступил в силу с даты его подписания и действовал на отношения сторон, возникших с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 5.1.).

Согласно п. 1.1. договора, страховщик обязуется за обусловленную договором плату при наступлении предусмотренного настоящим договором события (страхового случая) выплатить страховое возмещение за ущерб, возникший вследствие причинения вреда жизни, здоровью, имуществу третьих лиц, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде.

Страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего договора, жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателей и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату, за исключением случаев, указанных в п. 2.5. настоящего договора (п. 2.2. договора).

Событие признается страховым случаем, если оно произошло в результате транспортного происшествия на территории страхования, указанной в настоящем договоре, при использовании инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей необщего пользования (подп. «а» п. 2.2.).

Согласно подп. «а» п. 2.3. договора, по договору застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия настоящего договора жизни и/или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред.

Пунктом 2.4. указанного договора предусмотрено, что обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно; на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный выгодоприобретателю; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного настоящим договором.

Из пункта 8.1.1.3. договора страхования следует, что в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком не более 100 000 рублей - лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100 000 рублей в равных долях.

Подпунктом 1 п. 8.2. договора страхования установлено, что страховщик производит страховую выплату непосредственно выгодоприобретателю. Выгодоприобретатель имеет право предъявить непосредственно страховщику требования о возмещение вреда.

Установив, что гражданская ответственность ОАО «РЖД» застрахована по договору добровольного страхования, суд, руководствуясь ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями данными в п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», положениями договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 15.07.2024 № 5770318, приходит к выводу о взыскании с СПАО «Ингосстрах» компенсации морального вреда в пределах лимита ответственности, установленного договором в пользу истца в размере 100 000 рублей.

Оценивая довод ответчика СПАО «Ингосстрах» о практически исчерпанным лимитом ответственности по названному договору страхования, суд признает его несостоятельным по следующим основаниям.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от выплаты страхового возмещения или ограничивающих ее размер, возложено на страховую компанию.

Между тем, на дату рассмотрения спора и проведения судебного заседания СПАО «Ингосстрах» не представило суду надлежащих и бесспорных документов (актов сверки, платежных поручений, реестров убытков), подтверждающих факт полного исчерпания лимита по выплатам по договору.

При этом, из дополнений к возражениям СПАО «Ингосстрах» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (на дату судебного заседания) осуществляется сверка сумм исполненных обязательств перед ОАО «РЖД», что свидетельствует об отсутствии окончательного финансового итога и правовой определенности относительно остатка страхового лимита. Сама по себе незавершенная процедура сверки расчетов подтверждает, что лимит ответственности на момент рассмотрения дела не является исчерпанным в установленном законом порядке и не является юридическим фактом прекращения обязательств страховщика перед третьими лицами.

Более того, присутствующий в судебном заседании представитель ОАО «РЖД», являющийся непосредственной стороной договора (страхователем), факт исчерпания страхового лимита не подтвердил. Представитель ОАО «РЖД» пояснил суду, что какими-либо сведениями об исчерпании лимита ответственности организация не располагает, соответствующие уведомления в адрес ОАО «РЖД» со стороны СПАО «Ингосстрах» на сегодняшний день не направлялись.

С учетом изложенного исковые требования подлежат удовлетворению частично.

В удовлетворении исковых требований к ответчику АО «ФПК» надлежит отказать по вышеизложенным основаниям.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом были понесены расходы по уплате государственной пошлины при подаче искав размере 3 000 рублей, которые подлежат взысканию с ответчиков ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае», ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО2 в размере 3 000 рублей - по 1 000 рублей с каждого из ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт серия №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Взыскать с СПАО «Ингосстрах» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере лимита ответственности по договору страхования№ от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 100 000 рублей

В удовлетворении остальной части исковых требований, в том числе к ответчику АО «Федеральная пассажирская компания» (№) отказать.

Взыскать с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Забайкальском крае» (ИНН <***>), ОАО «Российские железные дороги» (ИНН <***>),СПАО «Ингосстрах» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт серия № №) расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей - по 1 000 рублей с каждого из ответчиков.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Читы.

Судья Е.В. Тихонова

Мотивированное решение изготовлено 18 мая 2026 г.