Приговор № 2-26/2023 от 24 мая 2023 г. по делу № 2-26/2023

подлинник

К Р А С Н О Я Р С К И Й К Р А Е В О Й С У Д

Именем Российской Федерации


П Р И Г О В О Р

от 25 мая 2023 г. по делу №2-26/2023

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Артеменко А.Г.,

при ведении протокола секретарем Долганиным Н.А.,

с участием:

государственных обвинителей Аверьянова К.М. и Ивановой Е.Ю.,

потерпевших ФИО3 и ФИО4,

подсудимого ФИО11,

защитника-адвоката Птичкина Н.Н.,

рассмотрев в г. Канске в выездном открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО11, родившегося <дата> в <адрес>, гражданина РФ, имеющего среднее профессиональное образование, состоящего в браке, имеющего на иждивении <данные изъяты> малолетних детей, официально нетрудоустроенного, военнообязанного, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес> пгт. <адрес>, <адрес>, судимого <данные изъяты> по 3 ст. 327 УК РФ к <данные изъяты>, по которому наказание отбыто <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО11 совершил убийство ФИО1, после чего совершил убийство ФИО2 с целью скрыть другое преступление.

Преступление ФИО11 совершено на территории пгт. Нижняя <адрес> при следующих обстоятельствах.

В период с <данные изъяты> часов <данные изъяты> июня по <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут <дата> ФИО11, находясь в <адрес> пгт. <адрес>, испытывая личные неприязненные отношения к ранее знакомому ФИО1, возникшие на почве ревности к своей супруге ФИО5, решил лишить его жизни.

Реализуя задуманное, ФИО11 в период с <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут до <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут <дата>, вооружившись ножом, проследовал на участок местности за зданием, расположенным по <адрес>, где, спрятавшись в кустах, стал дожидаться ФИО1

В указанный период ФИО11, увидев проходившего мимо ФИО1, догнал его и с целью лишения жизни нанес клинком удерживаемого в руке ножа не менее 3 ударов в грудную клетку ФИО1 и убил его, причинив ему телесные повреждения в виде: 1 слепого проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки справа, с повреждением правого желудочка сердца; 1 слепого проникающего колото-резаного ранения задней поверхности грудной клетки справа, с повреждением нижней доли правого легкого, пересекая сегментарную артерию вену, бронх; 1 слепого, проникающего колото-резаного ранения задней поверхности грудной клетки слева, проникающего в забрюшинное пространство с пересечением левого мочеточника и повреждением поясничных мышц, которые сопровождались массивным внутренним и наружным кровотечением, без фонтанирования крови, что обусловило остановку сердечной деятельности и дыхания, прекращение функций ЦНС (центральной нервной системы).

Лишив жизни ФИО1, в этот момент ФИО11 увидел находившуюся рядом ФИО2, которая стала очевидцем, совершенного убийства ФИО1, и, боясь разоблачения, понимая, что Каширская может сообщить об этом в правоохранительные органы, с целью скрыть совершенное убийство ФИО1, также решил лишить её жизни.

С этой целью ФИО11 догнал убегавшую ФИО2, которая упала тут же у <адрес>, где клинком имеющегося у него ножа, нанес ей не менее 5 ударов в живот и грудную клетку и убил ее, причинив телесные повреждения в виде: 3 слепых, проникающих колото-резаных ранений правой боковой поверхности грудной клетки с повреждением нижней доли правого легкого; слепого, проникающего колото-резаного ранения правой боковой поверхности грудной клетки с повреждением межреберных мышц 8-го межреберья слепо заканчиваясь в плевральной полости; слепого, проникающего колото-резаного ранения правой боковой поверхности живота, проникающего в полость брюшины со сквозным ранением печени, которые сопровождались массивным внутренним и наружным кровотечением, без фонтанирования крови, что обусловило остановку сердечной деятельности и дыхания, прекращение функций ЦНС (центральной нервной системы).

С целью сокрытия тел погибших ФИО11 перенес ФИО2 и ФИО1 в находившиеся рядом лесные насаждения, где присыпал их сорванной травой, после чего скрылся с места преступления.

Подсудимый ФИО11 в ходе судебного заседания свою виновность в лишении жизни ФИО1 и ФИО2 признал полностью и, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации, от дачи дальнейших показаний отказался, пояснив, что подтверждает свои показания на стадии предварительного следствия.

Исследовав и проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, и оценив их в совокупности, суд приходит к выводу об их достаточности для признания виновным ФИО11 в инкриминируемом ему деянии.

Так, причастность ФИО11 к лишению жизни ФИО1 и ФИО2 подтверждается показаниями первого на стадии предварительного следствия, которые были оглашены в судебном заседании в связи с отказом от дачи показаний, в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, из которых усматривается следующее.

В явке с повинной <дата> ФИО11 в присутствии защитника указал, что <дата> на почве ревности за клубом «<данные изъяты>» кухонным ножом, с рукояткой обмотанной изолентой синего цвета, убил ФИО1, а также ФИО2 (том <данные изъяты>).

Будучи неоднократно допрошенным на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО11 показал, что <дата> года, находясь у себя дома, в телефоне своей супруги увидел сообщение от ФИО1 из-за чего на почве ревности разозлился на ФИО1. Обдумывая несколько дней произошедшее, он решил убить ФИО1.

С этой целью утром <дата> он взял нож с рукояткой обмотанной изолентой синего цвета, одел перчатки и проследовал к тропинке, расположенной недалеко от заднего двора магазина «<данные изъяты>», по которой должен был идти в это время ФИО1 на работу. Прождав на месте примерно <данные изъяты> минут, он увидел ФИО1, догнал его сзади и нанес ему удар ножом в спину. После того как ФИО1 развернулся к нему лицом, он нанес ему еще несколько ударов в грудь отчего тот упал. В это время он (ФИО11) увидел жену ФИО1, которая, увидев происходящее, стала убегать. Боясь разоблачения убийства ФИО1, он решил убить его жену. С этой целью он догнал ФИО2, которая, убегая от него, упала и нанес ей имеющимся ножом удары в грудь и живот. Лишив жизни супругов <данные изъяты>, он перетащил их тела в заросли деревьев, забросал травой, вернулся домой, где сжег свою одежду, в которой находился. Орудие убийство-нож, он потерял на месте преступления.

В ходе допроса ФИО11 собственноручно схематично указал место расположение трупов супругов ФИО12 (том <данные изъяты>).

<дата> в ходе проверки показаний на месте подозреваемый ФИО11 указал на участок местности - тропинку за зданием клуба «<данные изъяты>», где он напал на супругов <данные изъяты>, и, используя манекен, продемонстрировал каким образом он наносил удары ножом потерпевшим, и где сокрыл тела погибших и как закидал их травой (том <данные изъяты>).

Данные показания ФИО11 и сведения, изложенные им при проведении других следственных действий, суд находит допустимыми доказательствами, поскольку, как следует из соответствующих протоколов, допросы и другие следственные действия с участием ФИО11 проводились после разъяснения всех его процессуальных прав, в том числе и предусмотренного ст. 51 Конституции РФ права не свидетельствовать против самого себя. О возможном использовании его показаний в качестве доказательств, ФИО11 предупреждался. При каждом следственном действии присутствовал адвокат, выступающий гарантом соблюдения прав лица, в отношении которого ведется уголовное судопроизводство, что исключает какие-либо незаконные воздействия. После составления протоколов ФИО11 и его защитник были ознакомлены с их содержанием и никаких записей о неправильном изложении показаний, а также какие-либо иные замечания, в том числе о неучастии адвоката в ходе следственных действий, либо об оказанном давлении, не делали.

Анализируя указанные показания ФИО11, данные им в ходе предварительного следствия, суд также находит их достоверными, поскольку они объективно подтверждаются следующими доказательствами.

Так, обстоятельства лишения жизни супругов ФИО12 кухонным ножом, с ручкой обмотанной изолентой синего цвета, на участке местности, расположенном на расстоянии около <данные изъяты> метров в северо-восточном направлении от здания клуба «им. Дзержинского» по адресу: пгт. <адрес>, <адрес>, подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому на данном участке под высохшей травой на расстоянии около <данные изъяты> метра друг от друга обнаружены трупы с колото-резанными ранениями ФИО2 и ФИО1 Недалеко от трупа ФИО1 также обнаружен кухонный нож с рукояткой, обмотанной изолентой синего цвета (том <данные изъяты>).

Обстоятельства, изложенные ФИО11, касающиеся локализации нанесения ударов ФИО1 и ФИО2, кухонным ножом - орудием убийства, изъятым в ходе осмотра места происшествия, подтверждаются выводами судебно-медицинских экспертиз №№и № от <дата> и медико-криминалистических судебных экспертиз № от <дата> и № от <дата> (том <данные изъяты>).

Так, согласно их выводам на трупе ФИО2 обнаружены прижизненные проникающие колото-резаные ранения поверхности грудной клетки и поверхности живота, которые причинены в результате не менее чем от пятикратного воздействия колюще-режущего предмета, каковым могло быть лезвие ножа, в том числе изъятого в ходе осмотра места происшествия, в короткий промежуток времени, незадолго до наступления смерти (несколько минут) вследствие массивного внутреннего и наружного кровотечения.

На трупе ФИО1 обнаружены прижизненные проникающие колото-резаные ранения передней поверхности грудной клетки и задней поверхности грудной клетки, которые причинены не менее чем от трехкратного воздействия колюще-режущего предмета, каковым могло быть лезвие ножа, в том числе изъятого в ходе осмотра места происшествия, в короткий промежуток времени, незадолго до наступления смерти (несколько минут) вследствие массивного внутреннего и наружного кровотечения.

Сведения, изложенные ФИО11 на стадии предварительного следствия о том, что орудием убийства супругов ФИО12 являлся нож, утерянный им на месте преступления и обнаруженный в ходе осмотра, также подтверждается заключением судебной экспертизы № от <дата>, согласно выводам которой, внутри слоев изоляционной ленты и на тканевой липкой ленте рукояти данного ножа обнаружена кровь человека, которая образована в результате смешения генетического материала ФИО1 и ФИО2 Происхождение следов от ФИО11 исключается (том <данные изъяты>).

Данное обстоятельство, кроме вышеперечисленных доказательств, подтверждается протоколом опознания предмета по фотографии от <дата>, согласно которому из трех представленных ФИО11 ножей с рукояткой, обмотанной изолентой синего цвета, он опознал нож, обнаруженный в ходе осмотра места происшествия, которым он совершил убийство ФИО1 и ФИО2 (том <данные изъяты>).

Виновность ФИО11 в лишении жизни супругов ФИО12 подтверждается и показаниями свидетелей.

В частности, мотивом совершенного ФИО11 преступления в отношении ФИО1 явились неприязненные отношения, возникшие из-за ревности к своей супруге, что подтверждается как показаниями самого ФИО11, так и показаниями его супруги ФИО5 на стадии предварительного следствия, охарактеризовавшей первого, как очень ревнивого человека.

Последнее обстоятельство подтверждается протоколом осмотра изъятого у ФИО11 сотового телефона, из которого следует, что подсудимый ФИО11 в ходе общения со своей супругой ФИО5 посредством мессенджеров регулярно проявлял чувство ревности, подозревая её в супружеской неверности (том <данные изъяты>).

Период времени лишения жизни супругов ФИО12 подтверждается показаниями потерпевшей ФИО3, пояснившей в судебном заседании, что погибшие ФИО2 и ФИО1 приходятся ей дочерью и зятем. Последний раз с дочерью она разговаривала <дата> около <данные изъяты> часов, когда дочь шла на работу. Несколько дней она не могла дозвониться до дочери, в связи с чем стала обзванивать знакомых, которые пояснили, что дочь утром <дата> на работу не вышла. В ходе поисков <адрес> тела дочери и зятя она обнаружила прикрытыми травой недалеко от клуба в кустарнике.

В судебном заседании свидетель ФИО9 - системный администратор у <данные изъяты>, пояснил суду, что занимается обслуживанием камер видеонаблюдения, расположенных на магазине «<данные изъяты>». После исчезновения супругов <данные изъяты>, он просмотрел записи с камер видеонаблюдения, где обнаружил, что с учетом отставания записи реального времени примерно на <данные изъяты> минут, в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут <дата> на видеозаписи записаны женские крики.

Последнее обстоятельство подтверждается протоколом осмотра предметов - оптического диска, изъятого из помещения магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, пгт. <адрес>, <адрес>, а также заключением судебной фоноскопической экспертизы № от <дата>, согласно выводам которой на оптическом диске, содержится текстовое содержание устного текста, зафиксированного на спорной фонограмме:

Ж - А-а. А-а-а.

М - … (разоралась)?

Ж - … (слышишь ты, мне же больно).

При просмотре и прослушивании диска установлено, что дата и время начала записи «<дата>». В <дата> на записи слышны женские крики, которые длятся на протяжении <дата> секунд до <дата>. Со слов участвующей в осмотре потерпевшей ФИО4 голос принадлежит ФИО2 (том <данные изъяты>,, <данные изъяты>, том <данные изъяты>).

Свидетель ФИО10, - продавец магазина «<данные изъяты>» у <данные изъяты>, пояснила суду, что <дата> около <данные изъяты> часов она находилась на рабочем месте, когда из открытого окна услышала женский крик, который был похож на голос ФИО1. В дальнейшем, <данные изъяты> тела супругов <данные изъяты> были обнаружены недалеко от магазина.

Свидетель ФИО7, - продавец магазина «<данные изъяты>» у <данные изъяты>, пояснила в судебном заседании, что погибшие <данные изъяты> также работали у <данные изъяты> в магазине «<данные изъяты>», который располагается недалеко от её места работы. Последний раз <данные изъяты> она видела <дата>, когда в поселке отмечали День молодежи. Через несколько дней ей стало известно, что <данные изъяты> на следующий день после Дня молодежи не вышли на работу, в связи с чем она вместе с другими работниками подключились к их розыску. ФИО11 также помогал осуществлять розыск <данные изъяты>, при этом его поведение вызывало у неё подозрение, поскольку он неоднократно ей звонил, спрашивал по какой дороге она ходит на работу, говорил, что видел <данные изъяты> после <данные изъяты>, хотя до этого она с ним не общалась.

Потерпевшая ФИО4 в судебном заседании пояснила, что ФИО1 является её сыном, а ФИО2 - невестка. После того как сын с невесткой пропали, сватья- ФИО3 стала осуществлять их розыск. <дата> ФИО3 сообщила ей, что в зарослях недалеко от тропинки, по которой Каширские ходили на работу, кто-то лежит. После этого, они пришли на это место, где обнаружили тела своих детей, после чего были вызваны сотрудники полиции.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что вместе со своим супругом является индивидуальными предпринимателями, и осуществляют торговлю в магазинах «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в пгт <адрес>, в которых ранее работали супруги <данные изъяты>, а также ФИО11. <дата><данные изъяты> не вышли на работу, в связи с чем через несколько дней сотрудники магазинов стали осуществлять их розыск. Со слов матери ФИО1 стало известно, что они утром <адрес> ушли на работу и с тех пор их никто не видел. В коллективе все волновались за <данные изъяты>, однако Поцебнев сказал: «что вы тут суетитесь? Я их видел», что вызвало у неё подозрение. При этом она обратила внимание, что <дата> ФИО11 пришел на работу в новой одежде. Когда тела <данные изъяты> были обнаружены, от ФИО11 она слышала фразу: «нож надо искать в озере».

Таким образом, проанализировав представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ суд считает их допустимыми, достоверными, а в совокупности - достаточными для вывода о доказанности виновности ФИО11 в лишении жизни ФИО1 и ФИО2

Давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд соглашается с мнением государственного обвинения о том, что ФИО11 нанес ФИО1 и ФИО2 множественные удары ножом в жизненно важные органы, расположенные в районе грудной клетки, а последней и в живот, причинив повреждения, повлекшие их смерть, что свидетельствуют о наличии у него умысла на лишение потерпевших жизни.

Мотивом убийства ФИО1 явилась личная неприязнь, возникшая у ФИО11 к нему на почве ревности, а мотивом убийства ФИО2, являвшейся непосредственным очевидцем произошедшего, явилось стремление ФИО11 скрыть совершенное им преступление, поскольку Каширская, являясь свидетелем преступления, могла сообщить о нем в правоохранительные органы, чем содействовала бы изобличению ФИО11 в совершенном особо тяжком преступлении.

При таких обстоятельствах, суд квалифицирует действия ФИО11 по п. п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство двух лиц, одного из которых, с целью скрыть другое преступление.

В судебном заседании проверялось психическое состояние подсудимого ФИО11

Так, по делу проведена стационарная комплексная психолого-психиатрической судебная экспертиза № от <дата>, согласно выводам которой ФИО11 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием в момент инкриминируемых ему деяний не страдал и не страдает таковыми в настоящее время. В момент инкриминируемых ему деяний у подэкспертного не было признаков какого-либо временного психического расстройства (в том числе и патологического аффекта), которое лишало бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, действия его тогда не содержали признаков бреда, галлюцинаций и расстроенного сознания.

В период времени, относящийся к инкриминируемым ФИО11 деяниям в условиях субъективно значимой психотравмирующей ситуации, восприятия поведения потерпевшего как оскорбительного, угрожающего семье подэкспертного, у ФИО11 развилось психическое расстройство непсихотического уровня в форме аффективно - личностной реакции на тяжелый стресс, при этом отмечалось частично аффективно суженное сознание с заполненностью сознания переживаниями, связанными с психотравмирующей ситуацией, ограничение контроля за своим поведением, выраженное эмоциональное напряжение с агрессией в отношении потерпевших и частичной амнезией содеянного, что ограничивало его возможность в момент вменяемых ему деяний в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (т.е. во время инкриминируемых ему деяний он не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими как ограниченно вменяемый в рамках вменяемости.

По своему психическому состоянию ко времени производства по уголовному делу и в настоящее время подэкспертный мог и может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном процессе, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, способен к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей, в случае осуждения он не нуждается в амбулаторном принудительном наблюдении и лечении у психиатра, соединенном с исполнением наказания, как не представляющий потенциальной общественной опасности для себя и других лиц (том <данные изъяты>).

Суд доверяет выводам указанной экспертизы, так как они содержат мотивированные ответы специалистов на все поставленные вопросы и не вызывают у суда сомнений в своей объективности и обоснованности.

С учетом изложенного, а также адекватного поведения ФИО11 в судебном заседании, суд признает его в отношении инкриминируемого деяния вменяемым и подлежащим наказанию за совершенное им преступление.

При назначении ФИО11 наказания, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося в силу требований ч.5 ст. 15 УК РФ к категории особо тяжкого преступления, данные о личности ФИО11, обстоятельства, смягчающие наказание, а также, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В частности, обстоятельствами, смягчающими ФИО11 наказание, суд признает: наличие у него явки с повинной, в которой он сообщил о своей причастности к лишению жизни супругов ФИО12, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие у него на иждивении <данные изъяты> малолетних детей и отца, имеющего ряд хронических заболеваний. Также в качестве смягчающего обстоятельства, с учетом выводов стационарной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы №, суд признает наличие у ФИО11 в момент совершения преступления психического расстройства непсихотического уровня в форме аффективно - личностной реакции на тяжелый стресс, что ограничивало его возможность в момент вменяемых ему деяний в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Суд не усматривает оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого, противоправность или аморальность поведения потерпевшего ФИО1, явившегося поводом для преступления, ввиду отсутствия такового. Подсудимый ФИО11 в ходе предварительного следствия пояснял, что поводом для убийства ФИО1 явилась ревность и подозрения в неверности своей супруги. Таким образом, в судебном заседании не нашло своего подтверждения, что инициатором конфликта был ФИО1, так же как и то обстоятельство, что подозрения ФИО11 были обоснованы. При таких обстоятельствах у суда нет оснований учитывать при назначении наказания ФИО11 п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Как личность ФИО11 в целом характеризуется удовлетворительно.

Исходя из характера и степени общественной опасности содеянного ФИО11, оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ не имеется.

Учитывая изложенное, а также тот факт, что ФИО11 совершено особо тяжкое преступление против жизни двух лиц, его исправление и перевоспитание возможно только в условиях изоляции от общества и назначения наказания в виде лишения свободы реально с ограничением свободы.

Местом отбывания ФИО11 наказания в соответствие с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд определяет исправительную колонию строгого режима.

До вступления приговора в законную силу, в целях обеспечения исполнения наказания в виде лишения свободы, в соответствии с ч. 2 ст. 97 УПК РФ, мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО11 подлежит оставлению без изменения.

В силу ч. 3 ст. 72 УК РФ ФИО11 должно быть зачтено в срок наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с 05 июля 2022 года до вступления приговора в законную силу.

В ходе судебного следствия к подсудимому ФИО11 потерпевшей ФИО3 были заявлены исковые требования, согласно которым она просит взыскать в свою пользу моральный вред в размере <данные изъяты> рублей, причиненный ей в связи с гибелью дочери ФИО2 и зятя ФИО1, затраты на их погребение - <данные изъяты> рублей, затраты на организацию поминального обеда - <данные изъяты> рублей и расходы за юридические услуги адвоката за составление искового заявления – <данные изъяты> рублей.

Также ФИО3, действуя в интересах опекаемого малолетнего ФИО6, просит взыскать в его пользу моральный вред размере <данные изъяты>, причиненный ему в связи с гибелью его родителей - ФИО2 ФИО1, а также единовременное возмещение вреда в связи с потерей кормильца -<данные изъяты> рубля и ежемесячное возмещение вреда в связи потерей кормильца по <данные изъяты> рублей до достижения им совершеннолетия или до достижения им 23 лет в случае очного обучения в учебном заведении.

Разрешая исковые требования ФИО3 и несовершеннолетнего ФИО6 суд исходит из следующего.

Так, требования о возмещении морального вреда в размере <данные изъяты> рублей в пользу каждого истца, подлежит частичному удовлетворению в силу статей 151, 1099 - 1101 ГК РФ, по тем основаниям, что умышленными и противоправными действиями подсудимого были лишены жизни родные им лица. В связи с лишением жизни родных и близким им людей, истцам причинены тяжелые нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу их смерти.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из требований разумности и справедливости, характера и степени, причиненных истицам нравственных страданий, трудоспособного возраста ФИО11 и материального положения, а поэтому находит необходимым взыскать в пользу каждого истца по 1 миллиону рублей.

Кроме того, гражданским истцом ФИО3 также были заявлены в судебном заседании исковые требования о взыскании с ФИО11 материального ущерба в сумме <данные изъяты> рублей, связанного с затратами на погребение дочери и зятя, а также проведением поминального обеда в сумме <данные изъяты> рублей.

В соответствии с требованиями ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно положений ст. 1174 ГК РФ, в которой содержится понятие «достойные похороны» с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего, п. 6.1 «Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации», рекомендованных Протоколом Госстроя РФ от 25 декабря 2001 года N 01-НС-22/1, где предусмотрено, что в соответствии с Федеральным законом «О погребении и похоронном деле» обряды похорон определяются как погребение, в церемонию похорон входят, как правило, обряды, в том числе - поминовения.

Потерпевшей предоставлены документы, полностью подтверждающие произведенные расходы, и у суда нет оснований ставить их под сомнение, поскольку данная сумма является реальной. В связи с чем, данные исковые требования являются законными и подлежат удовлетворению. Против их удовлетворения гражданский ответчик ФИО11 возражений не высказал.

С учетом изложенного, исковые требования ФИО3 в части взысканий понесенных расходов на погребение супругов ФИО12 и по организации поминального обеда подлежат удовлетворению в полном объеме.

Разрешая исковые требования ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО6, о возмещении вреда в случае утраты кормильца, суд исходит из правовой позиции, изложенной в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 N 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» по смыслу ч. 1 ст. 44 УПК РФ иски о возмещении вреда в случае смерти кормильца подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. В этой части гражданский иск по уголовному делу суд оставляет без рассмотрения с указанием в обвинительном приговоре мотивов принятого решения.

Исходя из изложенного, поскольку по настоящему уголовному делу иск ФИО3 в интересах несовершеннолетнего ФИО6 касается возмещения вреда в случае смерти кормильца, он не подлежит рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства.

Разрешая требования ФИО3 в части возмещения расходов за составление искового заявления в сумме <данные изъяты> рублей, суд исходит из положений ч. 3 ст. 42 УПК РФ во взаимосвязи с п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, согласно которым расходы потерпевшего, связанные с выплатой им вознаграждения своему представителю, оплачиваются из средств федерального бюджета. Суммы, выплаченные потерпевшему на покрытие этих расходов, являются процессуальными издержками и взыскиваются с осужденных или относятся на счет средств федерального бюджета.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 N 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», решение суда о возмещении процессуальных издержках за счет средств федерального бюджета или о взыскании их с осужденного должно быть мотивированным. По смыслу положений ч. 1 ст. 131 и ч. 2 ст. 132 УПК РФ в их взаимосвязи, суду следует принимать решение о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета.

Таким образом, требования ФИО3 относительно взыскания расходов по оплате услуг представителя подлежит возмещению федеральным бюджетом с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства. Взыскание процессуальных издержек с осужденного непосредственно в пользу потерпевшего законом не предусмотрено.

Вместе с тем, поскольку ФИО3 не представлены реквизиты своего расчетного счета, на который возможно произвести перечисление денежных средств из федерального бюджета, данный вопрос может быть разрешен судом в порядке исполнения приговора в соответствии со ст. ст. 396 - 397 УПК РФ.

Разрешая судьбу вещественных доказательств, суд руководствуется ст. 81 УПК РФ и мнением участников процесса.

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 302-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

признать ФИО11 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «к» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 15 (пятнадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 2 (два) года.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ после отбытия наказания в виде лишения свободы установить осуждённому ФИО11 следующие ограничения: не уходить из места выбранного постоянного проживания (пребывания) в период с 23 и до 6 часов; не выезжать за пределы муниципального образования по месту выбранного постоянного проживания (пребывания) и не изменять место жительства или пребывания, место работы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. Обязать осуждённого ФИО11 являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными этого вида наказания, два раза в месяц для регистрации.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть время содержания ФИО11 под стражей в срок отбывания наказания с 05 июля 2022 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день.

Меру пресечения ФИО11 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражей.

Взыскать с ФИО11 в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, затраты на погребение и организацию поминального обеда <данные изъяты> рублей, а всего <данные изъяты> рублей.

Взыскать с ФИО11 в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей.

Гражданский иск ФИО3, действующей в интересах ФИО6, о возмещении вреда в связи с потерей кормильца – оставить без рассмотрения.

Вещественные доказательства по делу:

- мобильные телефоны: марки <данные изъяты> - передать ФИО3, марки <данные изъяты> и <данные изъяты> - передать ФИО4; марки «<данные изъяты>» - передать ФИО5;

- смывы на марлевый тампон вещества бурого и контроль марли к ним, кожные лоскуты, образцы крови с контролем марли, срезы ногтевых пластин, нож с рукояткой синего цвета, хозяйственные перчатки, образец крови с контролем; фрагменты травы с контролем, пачку сигарет, флакон с глазными каплями, одежду с трупа ФИО1 (футболку, камуфлированную куртку, кроссовки, перчатку, спортивные штаны, пару носков, одежда с трупа ФИО2 (штаны, бюстгальтер, плавки, пару носков, блузку, портмоне, пластиковые карточки магазинов, визитную карточку, образцы буккального эпителия с контролем, стандарт таблеток, 4 пачки сигарет, рюкзак, спрей, 2 теста на беременность, тушь, пудру, подводной карандаш, стандарт таблеток - уничтожить;

- денежные средства в сумме <данные изъяты> - передать ФИО3;

- 4 футболки, трикотажные шорты, 4 пары кроссовок, 5 спортивных штанов, 2 спортивных куртки с капюшоном, штаны из камуфлированной ткани, полукомбинезон от спецодежды, брюки и куртку от спецодежды, камуфлированную куртку с капюшоном, камуфлированные штаны (2 шт.), ножницы, нож «<данные изъяты>» - передать ФИО5;

- 3 оптических диска с детализацией телефонных соединений, детализацию, USB - накопитель, оптический диск с видеозаписью с камер наружного наблюдения, дактокарту, – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции путем подачи жалобы (представления) через Красноярский краевой суд в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО11, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, в подтверждение приведенных в ней доводов, осужденный вправе заявить ходатайство об исследовании судом апелляционной инстанции доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции, о чем должно быть указано в жалобе.

Если в апелляционной жалобе заявляется ходатайство об исследовании доказательств, которые не были исследованы судом первой инстанции (новых доказательств), то осужденному необходимо обосновать невозможность представления этих доказательств в суд первой инстанции.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции при подаче жалобы либо путем подачи отдельного ходатайства, а также в возражениях на принесенные по делу жалобы (представления) другими участниками процесса.

Председательствующий А.Г. Артеменко