Приговор № 22-498/2020 от 19 марта 2020 г.

Судья Шалабода А.Н. Дело № 22-498/2020

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Барнаул 20 марта 2020 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе: председательствующего Чупиной Ж.А.,

судей Винокурова А.А., Киселевой С.В.,

при помощнике судьи Воробьевой О.С.,

с участием прокурора Сергеевой И.А., адвокатов Стребковой Т.Н., Шаталова И.Ю., осужденного ФИО1 по системе видеоконференцсвязи,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Стребковой Т.Н. и Шаталова И.Ю. на приговор Октябрьского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 17 декабря 2019 года, которым

ФИО1, <данные изъяты> несудимый,

осужден по ч.1 ст.111 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Винокурова А.А., выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда первой инстанции ФИО1 признан виновным в том, что в период времени между *** часами *** минутами ДД.ММ.ГГ и *** часами *** минутами ДД.ММ.ГГ в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Ш., реализуя преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Ш., опасного для жизни последнего, подошел к Ш. и нанес ему удар кулаком в область головы, после чего схватил Ш. руками за одежду и с силой толкнул его, от чего последний, потеряв равновесие, упал, при этом от приданного ФИО1 ускорения, ударился головой о край стола, находящегося тут же в указанной квартире. После чего, ФИО1 сел сверху лежащего на полу Ш. и с силой нанес не менее *** ударов кулаком в область головы последнего.

После чего ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, в указанный период времени вышел в общий коридор секции квартиры, расположенной по вышеуказанному адресу, куда также вышел Ш., где ФИО1 с силой нанес *** удар кулаком в область головы Ш., после чего схватил руками за одежду и с силой повалил Ш. на пол, от чего последний, потеряв равновесие, упал, а ФИО1 сел сверху лежащего на полу Ш. и с силой нанес не менее *** ударов кулаком в область головы последнего.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Ш. физическую боль и закрытую черепно-мозговую травму в виде линейного перелома левой теменной кости с переходом на пирамиду височной кости (средняя черепная ямка, основание черепа), ушиба головного мозга тяжелой степени с формированием контузионных очагов в левой лобной доле, субарахноидального кровоизлияния, сдавления вещества мозга острой эпидуральной гематомой (объемом около *** мл в виде вишневого сгустка) в левой теменно-затылочной области с развитием дислокационного синдрома в стадии клинической декомпенсации, сутуролизом (расхождение) лямбдовидного шва и наличием посттравматического среднего отита слева с кровоизлиянием в барабанную перепонку, ушиба мягких тканей ***/ в виде отека и болезненности левой теменно-затылочной области, кровоподтека ***/ в теменной области справа; которая в совокупности всех повреждений причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также повлекла за собой психическое расстройство в виде <данные изъяты> другим следствием указанной травмы головы стала <данные изъяты>), охватывающая период непосредственно предшествующий деликту и сам криминальный период вплоть до восстановления сознания в стационаре КГБУЗ «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГ.

В судебном заседании осужденный ФИО1 свою вину в предъявленном обвинении по ч.1 ст.111 УК РФ не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Стребкова Т.Н. просит приговор отменить, ФИО1 оправдать и освободить от уплаты процессуальных издержек. Анализируя показания ФИО2, адвокат указывает, что ФИО2 нанес удар потерпевшему ДД.ММ.ГГ В инкриминируемый ему период, а именно ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ ФИО2 с потерпевшим не встречался, а находился дома. В ходе предварительного расследования ФИО2 ошибочно указал, что конфликт с потерпевшим у него был ДД.ММ.ГГ От нанесенного ДД.ММ.ГГ удара ФИО2 потерпевшему не мог быть причинен тяжкий вред здоровью, поскольку согласно заключению эксперта, тяжкий вред Ш. не мог быть причинен ДД.ММ.ГГ. Показаниями свидетеля Н.1 подтверждается, что ФИО2 ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ находился дома. Ш.1 давала противоречивые показания. Ее показания о том, что с ДД.ММ.ГГ до ДД.ММ.ГГ потерпевший не выходил из дома, опровергаются показаниями свидетелей Н. и М.1 о том, что ДД.ММ.ГГ потерпевший упал около магазина, ударился головой, терял сознание, что подтверждается и документами скорой помощи. Потерпевший Ш. в суде также пояснил, что драка с ФИО2 у него была ДД.ММ.ГГ, свои показания в ходе предварительного следствия не подтвердил. Считает, что вина ФИО2 не доказана. Обращает внимание, что ФИО2 характеризуется положительно, <данные изъяты> на его <данные изъяты>

Адвокат Шаталов И.Ю. в апелляционной жалобе также просит вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор либо назначить наказание с применением ст.73 УК РФ, приводя аналогичные доводы. Полагает, что протоколы допроса ФИО2 в качестве подозреваемого, проверки показаний на месте, явка с повинной должны быть признаны недопустимыми доказательствами. Потерпевший Ш. не указывает на ФИО2, как на лицо, причинившее ему телесные повреждения. К показаниям свидетелей Ю., Ш.2, В., Щ. необходимо отнестись критически, так как они проводили по делу оперативные и следственные действия, являются заинтересованными лицами. Согласно заключениям экспертиз, крайне маловероятно причинение травмы головы Ш. при ударах кулаками постороннего человека. Судом не в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание осужденного.

В возражениях на жалобы государственный обвинитель Кейш М.А. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб адвокатов, возражения государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим отмене с вынесением оправдательного приговора по следующим основаниям.

В подтверждение виновности осужденного ФИО1 стороной обвинения представлены, а судом положены в основу обвинительного приговора следующие доказательства:

-показания самого ФИО1 на стадии предварительного расследования, в том числе при проверке на месте, о том, что около *** часов ДД.ММ.ГГ в квартире по адресу: <адрес> в ходе распития спиртного между ним и Ш. произошел словесный конфликт, в ходе которого он встал с дивана, подойдя к сидевшему в кресле Ш., нанес *** удар кулаком в область лица, затем схватив последнего за одежду повалил на пол. Ш. лежал на спине, а он сел на него сверху и нанес не менее *** ударов кулаком по голове Ш.. Мать Ш., которая видела происходящее, вмешалась в указанную драку, вывела его в общий коридор. Ш. вышел в след за ними, где он вновь повалил того на пол в коридоре, сев на него сверху, продолжил наносить удары кулаком в область его головы, нанес не менее ***-*** ударов, от которых у Ш. на лице была кровь. Через некоторое время он перестал наносить удары Ш. и они разошлись по домам.

-показания потерпевшего Ш. в ходе предварительного расследования, согласно которым он очнулся в КГБУЗ БСМП <адрес> после операции. Кто причинил ему телесные повреждения, не помнит. До ДД.ММ.ГГ он не падал и никто его не бил. Все события до ДД.ММ.ГГ помнит хорошо, но обстоятельства получения травм и госпитализации не помнит.

-показания Ш.1 в ходе предварительного расследования, согласно которым ДД.ММ.ГГ в ходе распития спиртных напитков у них дома около *** часов ФИО2 подошел к ее сыну и нанес удар кулаком в лицо, после чего схватив за одежду, толкнул сына, от чего он упал, ударившись левой частью головы об острый край стола. После чего сев сверху на сына, ФИО2 нанес не менее *** ударов кулаками по его голове. Она оттащила ФИО2 из комнаты в общий коридор, следом вышел ее сын. Находясь в коридоре, ФИО2 снова нанес сыну не менее *** удара кулаком по лицу, от чего тот упал на пол, но головой при этом не ударялся. ФИО2 сел сверху на него и нанес не менее *** ударов кулаками по голове. После чего ФИО2 встал и ушел, она с сыном вернулась в квартиру. Во время нанесения ударов ФИО2 ее сыну, она находилась рядом, все происходящее видела. Удары ФИО2 наносил сыну с *** часов до *** часов ДД.ММ.ГГ. На следующий день у сына появились синяки под глазами. ДД.ММ.ГГ сыну стало хуже, болела голова, появилась тошнота, речь была несвязной, сын не мог встать на ноги, после чего она вызвала скорую помощь и его госпитализировали. После ДД.ММ.ГГ ударов сыну никто не наносил, до нанесения ударов ФИО2 сын себя чувствовал хорошо (л.д.***-*** ***-***, ***-***, ***-***).

-протокол очной ставки между ФИО2 и Ш.1, в ходе которой последняя подтвердила свои выше приведенные показания, в свою очередь ФИО2 их не подтвердил, пояснив, что он в ходе конфликта нанес Ш. *** удар в нос, а тот взял со стола черпак, нанес ему *** удар по голове, затем он вышел в коридор, а Ш. замахнулся на него рукой, но ударить не успел, так как он положил его на пол.

-показания свидетеля Л. в ходе проведения предварительного следствия, согласно которым ДД.ММ.ГГ в *** часов *** минут поступил вызов по адресу: <адрес>. По указанному адресу находился Ш., который не отвечал на вопросы, не разговаривал, на голове находилась гематома, и ссадина под левым глазом. Мать последнего пояснила, что около *** дней назад сына избили. Ш. установлен диагноз «закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей головы», в результате Ш. был госпитализирован (л.д.***-***).

-карта вызова скорой медицинской помощи, согласно которой ДД.ММ.ГГ в *** часов *** минуты бригада скорой медицинской помощи прибыла по адресу: <адрес>, где был обнаружен Ш. Со слов матери установлено, что около *** дней назад ударил известный по адресу вызова скорой помощи, около *** часов назад Ш. перестал разговаривать, не отвечает на вопросы, резко засыпает. Ш. был установлен диагноз в виде закрытой черепно-мозговой травмы (л.д.***).

-карта вызова скорой медицинской помощи, согласно которой ДД.ММ.ГГ в *** часов *** минуты бригада скорой медицинской помощи прибыла по адресу: <адрес>, где Ш. отказался от скорой помощи.

-показания свидетеля З. в ходе проведения предварительного следствия, согласно которым в конце ДД.ММ.ГГ в дневное время он находился дома, в дверь постучала соседка Ш.1, поскольку она находилась в состоянии алкогольного опьянения, говорила невнятно, то он сказал, чтобы она ушла, и закрыла дверь. Позже от соседей ему стало известно, что ФИО2 избил Ш. (л.д***-***).

-показания свидетеля Е. в ходе проведения предварительного следствия, согласно которым в начале ДД.ММ.ГГ Ш.1 ей рассказывала, что ФИО2 избил ее сына (л.д.***-***).

-показания свидетеля К. в ходе проведения предварительного следствия, аналогичные показаниям свидетеля Е. (л.д.***-***).

-показания свидетеля – сотрудника полиции Ю. в ходе проведения предварительного следствия, согласно которым он работал по материалу проверки от ДД.ММ.ГГ по факту причинения тяжкого вреда здоровью Ш. Было установлено, что указанное преступление совершил ФИО2, который был доставлен в ПП «<данные изъяты>», где в ходе беседы добровольно без оказания давления написал явку с повинной, собственноручно изложив обстоятельства произошедшего (л.д.***-***).

-протокол очной ставки между свидетелем Ю. и ФИО2, в ходе которой Ю. подтвердил свои показания. (л.д.***-***).

-показания свидетеля – следователя Ш.2, согласно которым ДД.ММ.ГГ она находилась на суточном дежурстве, к ней поступил материал проверки по факту причинения тяжкого вреда здоровью Ш. Она допрашивала ФИО2 в присутствии адвоката, а также допрашивала Ш.1, показания которых в протокол записывала с их слов. Показания они давали добровольно, замечаний ни от кого не поступало, дополнений не было. Ш.1 сама прочитала свои показания и подписала их. Также с участием ФИО2, его адвоката и в присутствии понятых была проведена проверка показаний на месте, где ФИО2 на месте подтвердил свои признательные показания.

-показания свидетеля – следователя В., согласно которым она допрашивала потерпевшего в больнице через несколько дней после операции, он ничего не помнил о событиях получения травмы. Кроме того она допрашивала Ш.1, а затем провела очную ставку между ней и ФИО2. Записывала все с ее слов, какое-либо давление не оказывала, Ш.1 протоколы читала сама и самостоятельно их подписывала.

-показания свидетеля – следователя Щ., согласно которым она допрашивала Ш.1, занесла в протокол сведения, которые та ей рассказала, после чего последняя прочитала показания и подписала протокол допроса.

-протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ, согласно которому была осмотрена <адрес> в <адрес>, зафиксирована обстановка совершения преступления, изъяты следы рук (л.д.***-***).

-заключение дактилоскопической экспертизы, которой установлено, что один след пальца руки наибольшими размерами *** мм, обнаруженный в ходе осмотра места происшествия, оставлен большим пальцем правой руки ФИО2 (л.д.***-***).

-заключения судебно-медицинских экспертиз, согласно которым у Ш. имели место закрытая черепно-мозговая травма в виде линейного перелома левой теменной кости с переходом на пирамиду височной кости (средняя черепная ямка, основание черепа), ушиба головного мозга тяжелой степени с формированием контузионных очагов в левой лобной доле субарахноидального кровоизлияния, сдавления вещества мозга острой эпидуральной гематомой (объемом около *** мл в виде вишневого сгустка) в левой теменно-затылочной области с развитием дислокационного синдрома в стадии клинической декомпенсации, сутуролизом (расхождение) лямбдовидного шва и наличием посттравматического среднего отита слева с кровоизлиянием в барабанную перепонку, ушиба мягких тканей *** в виде отека и болезненности левой теменно-затылочной области, кровоподтека ***/ в теменной области справа; которая в совокупности всех повреждений причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, образовалась от ударных воздействий твердым тупым предметом, возможно в результате двух, возникла в срок ***-*** суток до момента проведения оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГ (декомпрессивная трепанация черепа), что подтверждается морфологической картиной эпидуральной гематомы, клиническими данными. Образование вышеуказанной черепно-мозговой травмы при падении потерпевшего с высоты собственного роста и ударе о пол можно исключить. Крайне маловероятно причинение травмы головы Ш. при ударах кулаками постороннего человека. Образование травмы головы у Ш. при обстоятельствах, указанных подозреваемым ФИО2 «ФИО2 нанес Ш. *** удар в области носа, затем взял его за корпус и положил на пол, при этом Ш. головой не ударялся» - можно исключить. Вероятно образование данной травмы головы у Ш. при обстоятельствах, указанных свидетелем Ш.1 «ФИО2 нанес Ш. удар в область головы справа, от этого удара Ш. упал и ударился левой частью головы об острый край стола. Затем Ш. упал на пол, но головой не ударялся. ФИО2 сел сверху Ш. и нанес ему не менее *** ударов кулаком по лицу. Затем Ш. встал, ФИО2 снова нанес удар в область головы, от чего Ш. упал на пол, и ФИО2 нанес ему не менее *** ударов кулаком в область головы (л.д.***-***, ***-***, ***-***).

-показания эксперта С., согласно которым получение подобной травмы головы сопровождается потерей сознания на различный период времени, после чего, как правило, человек приходит в сознание и может совершать активные действия до момента повторной декомпенсации работы головного мозга. В момент причинения травмы лицо, как правило, теряет сознание, далее он может умереть, не приходя в сознание, либо прийти в сознание на какой-то период времени. Гематома начинает давить на внутренние структуры и человек снова теряет сознание. Как правило, после второго раза либо погибает, либо госпитализируется. Потеря сознания у ФИО3 ДД.ММ.ГГ могла быть следствием полученных телесных повреждений. Травма Ш. не могла образоваться ДД.ММ.ГГ, а могла образоваться в срок от *** до *** суток до момента оперативного вмешательства.

-заключение судебно-психиатрической экспертизы, согласно которой Ш. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал. Выявлены признаки <данные изъяты> ставшего следствием тяжелой травмы головы ДД.ММ.ГГ, и проявляющего г.о. в виде черт <данные изъяты> что подтверждают меддокументы, и данные проведенного исследования. Другим следствием указанной травмы головы стала ретроантероградная амнезия (выпадение из памяти), охватывающая период непосредственно предшествующий деликту и сам криминальный период вплоть до восстановления сознания в стационаре КГБУЗ ККБСМП ДД.ММ.ГГ (л.д.***).

-показания свидетеля Н., согласно которым ДД.ММ.ГГ он находился вместе с Ш. около магазина «<данные изъяты>», где тот потерял сознание и упал, ударившись головой о лестницу, он пробил голову, была кровь. Знакомые девушки вызвали скорую помощь. По приезду скорой помощи Ш. очнулся, отказался от медицинской помощи, ему дали вату и зеленку. После чего он его проводил домой.

-показания свидетеля М., согласно которым ДД.ММ.ГГ около магазина <данные изъяты>» он встретил Н. и Ш., последний сидел на лестнице весь в крови. Со слов Н. он узнал, что Ш. упал.

Как указал суд в приговоре, все эти доказательства процессуально допустимы, никаких противоречий не содержат и являются достаточными для признания ФИО1 виновным по ч.1 ст.111 УК РФ.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым; приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Между тем выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; при наличии в деле противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для разрешения дела, суд не указал мотивы, по которым принял одни из доказательства и отверг другие.

Так, суд первой инстанции указал, что положил в основу приговора показания Ш.1, данные ею в ходе предварительного расследования (л.д.***-***, ***-***, ***-***, ***-***), согласно которым ФИО2 нанес удар в лицо Ш., затем толкнул его, от чего тот упал, ударившись левой частью головы об острый край стола; после чего нанес не менее *** ударов кулаком по голове, затем в коридоре вновь нанес потерпевшему *** удар кулаком по лицу, от чего тот упал, но головой не ударялся, а ФИО2 нанес не менее *** ударов кулаками по голове.

Однако, при допросах ДД.ММ.ГГ (т.*** л.д.***-***) и ДД.ММ.ГГ (т.*** л.д.***-***) Ш.1 не давала показаний о том, что ее сын падал от действий ФИО2 и ударялся головой об острый край стола, напротив утверждала, что не видела, чтобы Ш. ударялся головой при падении. То есть в первоначальных показаниях в ДД.ММ.ГГ и в ДД.ММ.ГГ Ш.1 последовательно указывала о том, что ФИО2 причинил Ш.1 телесные повреждения только путем нанесения ударов кулаками.

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, которую суд первой инстанции положил в основу приговора, образование черепно-мозговой травмы Ш. при падении потерпевшего с высоты собственного роста и ударе о пол можно исключить; крайне маловероятно причинение травмы головы Ш. при ударах кулаками постороннего человека.

В соответствии с ч.2 ст.6 УПК РФ уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Статья 17 УПК РФ, закрепляя свободу судьи в оценке доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, обязывает при этом руководствоваться законом и совестью.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, статья 17 УПК РФ, предписывая осуществлять оценку доказательств по внутреннему убеждению, не содержит каких-либо положений, допускающих возможность произвольной оценки доказательств. Напротив, в данной статье в качестве принципа оценки доказательств закрепляется адресованное судье, присяжным заседателям, прокурору, следователю и дознавателю требование не только исходить из своего внутреннего убеждения и совести, но и основываться на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств и руководствоваться законом, что должно исключать принятие произвольных, необоснованных решений (определение Конституционного Суда РФ № 45-О от 25.01.2005 г. и другие).

В соответствии с ч.1 ст.88 УПК РФ судом подлежит оценки каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Согласно ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна также содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В нарушение указанных выше требований Закона, а также правовой позиции Конституционного Суда РФ, суд первой инстанции, сославшись на листы дела, где содержатся показания Ш.1 от ДД.ММ.ГГ и от ДД.ММ.ГГ, которые с учетом выводов судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ свидетельствуют о невиновности ФИО1 в причинении черепно-мозговой травмы Ш., в приговоре эти показания не привел, проигнорировал, то есть фактически их отверг, не дав им никакой оценки.

Судом первой инстанции не дано оценки и не учтено то обстоятельство, что показания о том, что Ш. от удара ФИО2 упал, ударившись левой частью головы об острый край кухонного стола, Ш.1 были даны только ДД.ММ.ГГ (т*** л.д.***), то есть после окончания судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, согласно выводам которой образование черепно-мозговой травмы Ш. при падении потерпевшего с высоты собственного роста и ударе о пол можно исключить; крайне маловероятно причинение травмы головы Ш. при ударах кулаками постороннего человека.

Судом первой инстанции не дано оценки, не выяснен вопрос, в связи с чем Ш.1 через *** месяцев, а именно ДД.ММ.ГГ изменила свои показания, указав уже другие обстоятельства, при которых согласно заключению эксперта *** от ДД.ММ.ГГ стало вероятным образование травмы головы у Ш.

Не выяснение судом первой инстанции этого вопроса свидетельствует о нарушении судом принципа состязательности. Суд в приговоре изложил показания Ш.1 в ходе предварительного расследования так, как они изложены в обвинительном заключении, то есть только те, которые подтверждали обвинение, а указанные выше первоначальные показания Ш.1, которые свидетельствовали о невиновности ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью Ш., были проигнорированы судом первой инстанции, им не было дано никакой оценки.

При этом судом первой инстанции не учтено и не дано оценки тому, что показания Ш.1 от ДД.ММ.ГГ о том, что Ш. от удара ФИО2 упал и ударился головой об острый край кухонного стола, противоречили установленным органом следствия и инкриминируемым ФИО1 обстоятельствам причинения тяжкого вреда здоровью Ш., поскольку согласно всем доказательствам по делу, в том числе показаниям самой Ш.1, показаниям ФИО1 в ходе предварительного расследования, положенным судом первой инстанции в основу приговора, следует, что в момент нанесения ФИО1 первого удара кулаком Ш. последний сидел в кресле в зале, соответственно он не мог упасть от этого первого удара и удариться головой о кухонный стол, как следовало из показаний Ш.1 от ДД.ММ.ГГ

Судом первой инстанции не дано оценки, не выяснен вопрос, в связи с чем Ш.1 через месяц, а именно ДД.ММ.ГГ вновь изменила свои показания, указав в очередной раз другие обстоятельства, а именно, что ФИО2 сначала ударил в лицо Ш., когда тот сидел в кресле, а затем поднял Ш. за одежду и толкнул, от чего Ш., падая, ударился головой об угол уже журнального стола, который согласно протоколу осмотра места происшествия в отличие от кухонного стола находился именно в зале.

Также суд первой инстанции, положив в основу приговора показания Ш.1 от ДД.ММ.ГГ и показания свидетелей Н., М.1 карту вызова скорой медицинской помощи ***, не дал никакой оценки существенным противоречиям между показаниями Ш.1 от ДД.ММ.ГГ, согласно которым после избиения ФИО2 ДД.ММ.ГГ Ш. до госпитализации никуда из дома не выходил, и показаниями свидетелей Н., М.1, картой вызова скорой медицинской помощи ***, согласно которым днем ДД.ММ.ГГ Ш. упал и ударился головой о ступени лестницы в магазин.

Из показаний ФИО1 в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте (т.*** л.д***-***, ***-***), которые суд первой инстанции положил в основу приговора, следует, что он подошел к сидящему в кресле Ш. и нанес удар кулаком в область лица, затем схватил Ш. за одежду и повалил на пол на спину, нанес не менее *** ударов кулаком по голове, потом они вышли в коридор, где он вновь повалил Ш. на пол и нанес не менее *** ударов кулаком в область головы, от которых у Ш. была видна кровь на лице.

В приговоре судом первой инстанции сделан вывод, что указанные показания ФИО1 полностью согласуются с показаниями Ш.1, а также с заключениями судебно-медицинских экспертиз.

Однако, указанный вывод суда не соответствует материалам дела. Согласно заключению эксперта *** от ДД.ММ.ГГ крайне маловероятно причинение травмы головы Ш. при ударах кулаками постороннего человека.

Ни из одних показаний ФИО2 в ходе предварительного расследования не следует, что Ш. от его действий падал и ударялся головой о край стола, как следует из показаний Ш.1 от ДД.ММ.ГГ

Указанные показания ФИО1, положенные судом в основу приговора, согласуются именно с первоначальными показаниями Ш.1 от ДД.ММ.ГГ и от ДД.ММ.ГГ, которые с учетом выводов судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ свидетельствуют о невиновности ФИО1 в причинении черепно-мозговой травмы Ш.

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи ***, представленной по запросу в суд первой инстанции, ДД.ММ.ГГ в *** часов *** минуты бригада скорой медицинской помощи прибыла по адресу: <адрес>, где Ш. отказался от медицинской помощи и госпитализации.

Согласно протоколу судебного заседания, из показаний свидетеля Н. следует, что ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ он совместно с Ш. и Ш.1 дома у последних употребляли алкоголь, днем ДД.ММ.ГГ около магазина «<данные изъяты>» по <адрес> Ш., находясь в состоянии «с похмелья», упал и ударился головой о ступени лестницы в магазин, потерял сознание. Когда подъехала скорая помощь, Ш. уже очнулся, но ничего не помнил, сначала не помнил, кто он, не мог ответить врачу, сколько ему лет. Врач скорой помощи сказал, что у Ш. может быть сотрясение мозга, предлагал для обследования проследовать в больницу. Но Ш. от госпитализации отказался. После этого он проводил Ш. домой.

Из показаний свидетеля М.1 следует, что ДД.ММ.ГГ около магазина «<данные изъяты> он встретил Н. и Ш. Со слов Н. он узнал, что Ш. упал. Он видел, как к ним подъехала скорая помощь.

Согласно протоколу судебного заседания, в судебном заседании эксперт С. пояснила, что травма головы потерпевшего сопровождается потерей сознания на различный период времени – несколько секунд, минут, часов.

Как следует из показаний Н., после падения и ударе о лестницу Ш. потерял сознание на определенное время.

Ни из показаний Ш.1, ни из показаний ФИО1 в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте, которые суд первой инстанции положил в основу приговора, не следует, что во время конфликта с ФИО4 терял сознание.

Учитывая указанные выше обстоятельства, судом апелляционной инстанции была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам указанной экспертизы *** у Ш. имела место закрытая черепно-мозговая травма в виде линейного перелома левой теменной кости с переходом через пирамиду височной кости на основание черепа (средняя черепная ямка), сутуролизом (расхождением) лямбдовидного шва; ушиба головного мозга тяжелой степени с формированием контузионных очагов в левых лобных и височных долях, субархноидельного кровоизлияния, эпидуральной (над твердой мозговой оболочкой) гематомой (объемом около *** мл) в левой теменно-затылочной области, кровоизлияния в мягкие ткани в проекции перелома и окружающие мягкие ткани волосистой части головы.

Данная черепно-мозговая травма образовалась у Ш. от однократного воздействия твердым тупым объектом с неограниченной плоской поверхностью, твердостью превышающей или равной твердости костей черепа. Это могло быть как в результате удара таким объектом, так и в результате падения с высоты собственного роста и ударе левой теменной областью о широкую твердую плоскую поверхность. При этом падение могло быть как свободным, так и с приданным телу ускорения посредством толчка, удара постороннего человека.

Образование данной черепно-мозговой травмы вследствие удара в область головы (лица) предметом с ограниченной поверхностью, в том числе кулаком, ногой постороннего человека, полностью исключается.

Вышеуказанная черепно-мозговая травма образовалась у Ш. за несколько часов – *** суток до момента проведения ему вышеуказанной операции в КГБУЗ <данные изъяты>» <адрес> (ДД.ММ.ГГ *** ч.) Таким образом, данная травма могла образоваться у Ш. ДД.ММ.ГГ и не могла быть причинена ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ.

Вышеуказанные повреждения на голове пострадавшего объединены общим механизмом причинения и возникли в одно время, их следует оценивать, как единый комплекс черепно-мозговой травмы. Данная черепно-мозговая травма причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

При подобных черепно-мозговых травмах, как правило, наступает кратковременная потеря сознания в момент травмы. В последующем происходит постепенное увеличение размеров внутричерепной гематомы до критического объема в течение промежутка времени, продолжительность которого может исчисляться от нескольких часов до нескольких десятков часов.

Помимо вышеуказанных телесных повреждений у Ш. имела место гематома левой параобритальной (вокруг глаз) области. Данное телесное повреждение возникло от удара твердым тупым предметом с ограниченной поверхностью, например кулаком, ногой постороннего человека. Гематома левой параорбитальной области могла образоваться ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ и не могла возникнуть ДД.ММ.ГГ Образование указанной гематомы при падении с высоты собственного роста и ударе о твердые тупые предметы, полностью исключается.

Вышеуказанное телесное повреждение на лице у Ш. не сопровождалось формированием перелома левой теменной кости и внутречерепных гематом и поэтому не входит в комплекс вышеуказанной закрытой черепно-мозговой травмы. Сами по себе подобные повреждения не причиняют вреда здоровья.

Характер, локализация, давность телесных повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, не противоречит возможности их образования у Ш. при обстоятельствах, указанных свидетелем Н., что «ДД.ММ.ГГ Ш. упал на улице и ударился левой частью головы о лестницу, после чего потерял сознание».

Характер, локализация, давность телесных повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, исключает возможность их образования у Ш. при обстоятельствах, указанных при допросе ФИО1 от ДД.ММ.ГГ, в протоколе проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГ, а также при допросах Ш.1 от ДД.ММ.ГГ, от ДД.ММ.ГГ, и в судебном заседании от ДД.ММ.ГГ.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает заключение судебно-медицинской экспертизы и дополнительных судебно-медицинских экспертиз, проведенных в ходе предварительного расследования экспертом С., а также показания эксперта С. в судебном заседании о невозможности получения Ш. черепно-мозговой травмы ДД.ММ.ГГ, поскольку на момент проведения судебно-медицинской экспертизы эксперту не было известно о падении Ш. днем ДД.ММ.ГГ и ударе головой о лестницу с потерей сознания, в медицинской документации и карте вызова скорой медицинской помощи *** сведения о получении Ш. травмы головы ДД.ММ.ГГ были указаны со слов Ш.1, которой на тот момент не было известно о падении Ш. днем ДД.ММ.ГГ, а согласно показаниям эксперта С. в судебном заседании, в заключениях экспертиз ее выводы относительно срока образования травмы у Ш. складывались, в том числе, на основании постановления следователя; даты, указанной следователем; анамнеза травмы, о котором сообщают родственники, работники скорой помощи. Выводы эксперта С. относительно даты образования черепно-мозговой травмы у потерпевшего Ш., механизма ее образования, должным образом не мотивированы, в отличие от выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Суд апелляционной инстанции берет за основу заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, поскольку она проведена комиссией экспертов, которые имеют значительный стаж работы, с привлечением врача-нейрохирурга высшей категории, доктора медицинских наук, профессора, заслуженного врача РФ Д., стаж работы которого *** лет, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; экспертам были представлены медицинская карта и МСКТ головного мозга на диске на имя потерпевшего Ш.; выводы экспертов в достаточной степени мотивированы и согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе с картой вызова скорой медицинской помощи ***, с показаниями свидетелей М.1, Н. о падении Ш. ДД.ММ.ГГ и ударе головой о лестницу с потерей сознания, с показаниями Ш.1 относительно состояния здоровья Ш. ДД.ММ.ГГ.

Доводы прокурора о том, что заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы является недопустимым доказательством, поскольку при ее назначении были нарушены права сторон, стороны были лишены возможности сформулировать вопросы, высказаться по поводу места проведения экспертизы, являются необоснованными, поскольку, согласно протоколу судебного заседания, осужденный и адвокаты не возражали против проведения экспертизы, в вопросах полагались на усмотрение суда, прокурор также не предлагал вопросов для экспертов, указав, что полагается на усмотрение суда. После исследования указанной экспертизы в суде апелляционной инстанции государственный обвинитель не заявлял дополнений к судебному следствию, не ходатайствовал о назначении повторной экспертизы в другое экспертное учреждение, не заявлял, что имеются какие-либо неразрешенные вопросы.

Суд апелляционной инстанции берет за основу показания ФИО1 в ходе предварительного расследования от ДД.ММ.ГГ и показания Ш.1 от ДД.ММ.ГГ, от ДД.ММ.ГГ и в судебном заседании о том, что ФИО1 наносил Ш. удары кулаками, что Ш. не ударялся головой. Данные показания ФИО1 и Ш.1 согласуются между собой.

К показаниям Ш.1 от ДД.ММ.ГГ и от ДД.ММ.ГГ о том, что Ш. от действий ФИО1 упал и ударился головой о край стола, суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку в судебном заседании Ш.1 указанные показания не подтвердила; данные показания были даны ею только после проведения судебно-медицинской экспертизы, которая не подтвердила возможность образования черепно-мозговой травмы от действий ФИО2 при обстоятельствах, указанных Ш.1 при первоначальных допросах; при этом в первоначальных показаниях Ш.1 последовательно указывала, что не видела, чтобы Ш. ударялся головой, следователем не выяснялся вопрос о причинах изменения Ш.1 своих показаний. Не выяснен такой вопрос и в суде первой инстанции.

Как указано выше, показания Ш.1 от ДД.ММ.ГГ противоречат доказательствам по делу, в том числе показаниям свидетелей Н., М.1 карте вызова скорой медицинской помощи ***.

К показаниям ФИО1, Ш.1, потерпевшего Ш. о том, что ФИО1 нанес Ш. удары кулаками ранее, чем ДД.ММ.ГГ или ДД.ММ.ГГ, а также к показаниям Н.1 о невозможности конфликта ФИО1 и Ш. ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку ФИО1, Ш.1, потерпевший Ш. относительно даты конфликта давали противоречивые показания, согласно комиссионной судебно-медицинской экспертизы у Ш. помимо черепно-мозговой травмы была установлена гематома левой параобритальной (вокруг глаз) области, которая могла образоваться ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ и не могла возникнуть ДД.ММ.ГГ При этом в судебном заседании ФИО1 не отрицал, что данное повреждение (согласно его показаниям «синяк под глазом») образовалось у потерпевшего от его действий.

Иные, приведенные в приговоре доказательства, никоим образом не подтверждают вину ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью Ш.

Таким образом, выводы суда, изложенные в обвинительном приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, при этом суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, при наличии в деле противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд не указал мотивы, по которым принял одни из доказательства и отверг другие. Поэтому в соответствии со ст.389.15 УПК РФ приговор подлежит отмене в апелляционном порядке. Между тем, допущенные судом первой инстанции нарушения могут быть устранены в суде апелляционной инстанции.

Оценив все доказательства, в том числе заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, исключающей возможность образования черепно-мозговой травмы Ш. в период и при обстоятельствах, указанных в предъявленном органом расследования обвинении ФИО1, показания свидетелей Н., М.1, карту вызова скорой медицинской помощи ***, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невиновности ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью Ш.

При этом суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что из совокупности исследованных доказательств достоверно установлено, что

ФИО1 в период времени между *** часами ДД.ММ.ГГ и *** часами *** минутами ДД.ММ.ГГ в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Ш., подошел к Ш. и нанес ему удар кулаком в область головы, после чего схватил Ш. руками за одежду и толкнул его, от чего последний, потеряв равновесие, упал. После чего ФИО1 сел сверху лежащего на полу Ш. и нанес не менее *** ударов кулаком в область головы последнего.

После чего ФИО1 в указанный период времени вышел в общий коридор секции квартиры, расположенной по вышеуказанному адресу, куда также вышел Ш., где ФИО1 нанес *** удар кулаком в область головы Ш., после чего схватил руками за одежду и повалил Ш. на пол, от чего последний, потеряв равновесие, упал, а ФИО1 сел сверху лежащего на полу Ш. и нанес не менее *** ударов кулаком в область головы последнего.

Тем самым ФИО1 совершил насильственные действия в отношении Ш., причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в ст.115 УК РФ.

Из материалов дела видно, что ФИО1 ранее не был подвергнут административному наказанию за аналогичное деяние, исходя из этого его действия не образуют составов преступлений, предусмотренных ст.ст.116, 116.1 УК РФ.

Также из совокупности исследованных доказательств, в частности показаний Н., М.1, карты вызова скорой медицинской помощи ***, заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы, достоверно установлено, что

днем ДД.ММ.ГГ до *** часов *** минут на улице возле здания по адресу: <адрес> Ш. упал и ударился левой частью головы о лестницу, после чего потерял сознание, в результате чего получил закрытую черепно-мозговую травму в виде линейного перелома левой теменной кости с переходом через пирамиду височной кости на основание черепа (средняя черепная ямка), сутуролизом (расхождением) лямбдовидного шва; ушиба головного мозга тяжелой степени с формированием контузионных очагов в левых лобных и височных долях, субархноидельного кровоизлияния, эпидуральной (над твердой мозговой оболочкой) гематомой (объемом около *** мл) в левой теменно-затылочной области, кровоизлияния в мягкие ткани в проекции перелома и окружающие мягкие ткани волосистой части головы, причинившую тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

При таких обстоятельствах, обвинительный приговор в отношении ФИО1 в соответствии с п.2 ч.1 ст.389.20 УПК РФ подлежит отмене с вынесением оправдательного приговора, на основании п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с не установлением события преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, и признанием за ним права на реабилитацию. В соответствии с ч.5 ст.132 УПК РФ ФИО1 подлежит освобождению от возмещения процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату.

На основании изложенного, руководствуясь п.2 ч.1 ст.389.20, ст.ст.389.23, 389.28, 389.29, 389.30, 389.33, п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

Приговор Октябрьского районного суда г.Барнаула Алтайского края от 17 декабря 2019 года в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО1 невиновным и оправдать в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, на основании п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с не установлением события преступления.

На основании ч.1 ст.134 УПК РФ признать за оправданным ФИО1 право на реабилитацию и разъяснить ему порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей отменить, из-под стражи освободить.

Освободить ФИО1 от возмещения процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату.

Апелляционные жалобы адвокатов удовлетворить.

Председательствующий: Ж.А.Чупина

Судьи: А.А.Винокуров

С.В.Киселева