Апелляционное постановление № 10-3733/2018 от 7 августа 2018 г. по делу № 1-5/2018

Дело№ 10-3733/2018

Судья Александрова Ю.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 07 августа 2018 года

Челябинский областной суд в составе: председательствующего - судьи Дегтярева А.Ф., при секретаре Моисейчик Ю.И.,

с участием прокурора Минкина Б.Я., потерпевшего ***, представителя потерпевшего ***., осужденной Шибеко Л.А. и защитника - адвоката Шармановой Ю.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной Шибеко Л.А. и потерпевшего *** на приговор Каслинского городского суда Челябинской области от 02 апреля 2018 года, которым

ШИБЕКО Любовь Алексеевна, родившаяся ***года в г. ***, несудимая,

осуждена

по ч.З ст.264 УК РФ - к лишению свободы на срок 2 года условно, с испытательным сроком 2 года, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

На основании ст.73 УК РФ при назначении наказания судом на осужденную возложены обязанности, указанные в приговоре.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав мнение потерпевшего ***, представителя потерпевшего ***., защитника - адвоката Шармановой Ю.С. и осужденной Шибеко Л.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Минкина Б.Я., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

Шибеко Л.А. признана виновной в нарушении 29 августа 2015 года на территории Каслинского района Челябинской области при управлении автомобилем «Хундай» государственный регистрационный знак ***Правил дорожного движения РФ (ч.1 п.1.5 и п.8.3, требований дорожного знака 2.4), повлекшем по неосторожности смерть ***., при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденная Шибеко Л.А. просит приговор отменить по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2 ст.389.15 УПК РФ, вынести в отношении нее оправдательный приговор, в связи с отсутствием события преступления.

В обоснование жалобы указывает, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло в 2015 году, а не в 2016 году как было указано в обвинительном заключении. Суд в нарушение требований ст.252 УПК РФ изменил обвинение в указанной части, чем нарушил ее право на защиту, выйдя за пределы предъявленного обвинения.

Считает, что предъявленное обвинение противоречиво в части траектории движения ее автомобиля. При указанных в нем условиях она не могла нарушить требования дорожного знака 2.4 и п. 8.3 ПДД.

В качестве доказательств ее невиновности ссылается на протокол следственного эксперимента с ее участием, показания ее, потерпевшего ***, специалиста *** При этом обращает внимание, что показания последнего не раскрыты судом и не получили надлежащей оценки в приговоре.

Также суд не привел и не дал оценки в приговоре показаниям свидетелей ***, ***., ***., ***, ***., Логинова А.В., ***, ***., ***., ***., эксперта ***., данным в судебном заседании.

Анализируя показания последней, ставит под сомнение допустимость автотехнических судебных экспертиз №№ 775 и 841, схемы дорожно-транспортного происшествия.

Полагает, что при проведении указанных экспертиз были нарушены положения ч.1.1 ст.144 УПК РФ, поскольку одна из них была проведена в рамках доследственной проверки, в это же время вынесено постановление о назначении второй судебной экспертизы. Ссылается на противоречивость их выводов в части угла между продольными осями автомобилей.

Обращает внимание, что заключение эксперта ***. в полной мере опровергнуто показаниями допрошенного по ходатайству стороны защиты специалиста ***

Не может быть положен в основу приговора протокол следственного эксперимента с участием свидетеля ***, поскольку установленные в ходе его проведения данные опровергаются заключением эксперта ***

Показания ***, ***. и эксперта ***., проект автодороги, не подтверждают выводы суда о нарушении ею п.8.3 ПДД.

В целом в основу приговора суд положил противоречивые доказательства, которые не согласуются между собой.

Замеры, проведенные при осмотре места происшествия, разнятся с замерами, проведенными сотрудниками полиции при проведении служебной проверки по факту ДТП (заключение которой не получило надлежащей оценки суда), что вызывает сомнения в достоверности, полученных доказательств.

Место столкновения автомобилей установлено неверно. Суд необоснованно отверг показания свидетелей ***., *** и ***

В апелляционной жалобе потерпевший *** просит приговор отменить, вынести в отношении Шибеко Л.А. оправдательный приговор и частное постановление в отношении следственного отдела ОМВД России по Каслинскому району Челябинской области в связи с допущенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

В обоснование жалобы указывает, что вина Шибеко Л.А. не доказана.

Положенные в основу приговора доказательства противоречивы, являются недопустимыми, поскольку получены с нарушением требований закона.

Место разворота автомобиля под управлением Шибеко Л.А. находится за пределами места выезда с прилегающей территории. В связи с чем осужденной не может быть инкриминировано нарушение п.8.3 ПДД.

Не устранены противоречия между показаниями свидетеля *** и данными, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия в части наличия полосы, предназначенной для разгона транспортных средств.

Не установлено время, прошедшее с начала выполнения маневра или остановки, до момента столкновения автомобилей, что, по мнению автора жалобы, препятствует установлению виновности Шибеко Л.А.

Он не был привлечен к участию в следственном эксперименте с ***., чем нарушены его права. Обращает внимание, что вместо автомобиля «КАМАЗ» следователь при его проведении использовал автомобиль «ВАЗ-2115».

Находит выводы эксперта ***. ошибочными, что подтверждается заключением и показаниями специалиста ***, которые не опровергнуты судом и необоснованно отклонены.

Доказательства того, что водитель автомобиля «КАМАЗ» начал реагировать на опасность своевременно, отсутствуют.

Полагает, что скорость автомобиля «КАМАЗ» рассчитанная специалистом *** более точна, чем та, которая рассчитана экспертами ЭКЦ и ***., так как учитывает отрезок пути, преодоленный указанным автомобилем после окончания следов торможения до места остановки.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Заикина Е.С., просит оставить приговор без изменения, а жалобы - без удовлетворения.

Выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений государственного обвинителя, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ, влекущих отмену приговора.

Выводы суда о виновности Шибеко Л.А., в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть ***., основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которыми являются:

-протокол осмотра места происшествия, зафиксировавший расположение автомобилей «КАМАЗ» государственный регистрационный знак ***и «Хундай» государственный регистрационный знак ***после дорожно-транспортного происшествия, повреждения на них;

-заключение эксперта №841, согласно которому скорость движения автомобиля «КАМАЗ», соответствующая длине следов торможения составляет около 63 км\ч;

-заключение эксперта №775, согласно которому в момент первоначального контактирования транспортных средств, правая часть переднего бампера автомобиля «КАМАЗ» взаимодействовала с задней левой боковой частью автомобиля «Хундай»;

- заключение эксперта №№ 379/4-1/43, 380/4-1/45, согласно которому автомобиль «Хундай» в момент столкновения находился в движении;

-заключение эксперта № 1197/4-1/43, согласно которому скорость движения автомобиля «КАМАЗ» перед началом торможения составляла около 67 км\ч. С технической точки зрения версия водителя данного автомобиля о дорожной ситуации перед происшествием не противоречит расположению следов торможения данного автомобиля на проезжей части и вещной обстановке на месте происшествия. Версия водителя автомобиля «Хундай» об остановке данного транспортного средства на проезжей части перед совершением маневра разворота, о расположении автомобиля в момент столкновения в неподвижном состоянии в месте, указанном водителем, с технической точки зрения, не соответствует расположению следов торможения автомобиля «КАМАЗ» на проезжей части, характеру повреждений, образовавшихся на транспортных средствах после столкновения, и вещной обстановке на месте происшествия.

Действия водителя автомобиля «Хундай», не уступившего дорогу автомобилю «КАМАЗ» и своим выездом создавшего опасность для движения, с технической точки зрения, не соответствовавшие требованию п.8.3 ПДД РФ, находятся в причинной связи с происшествием.

Действия водителя автомобиля «КАМАЗ» не состоят в причинной связи с происшествием;

-технические характеристики автобетоносмесителя 6936IN (ABC-7DA) (шасси КАМАЗ-53339 6X4), согласно которым максимальная скорость его движения при полной загрузке - 50 км\ч, незагруженного - 75 км\ч;

-заключение судебно-медицинской экспертизы № 228 трупа потерпевшей, в которой приведен комплекс имевших место телесных повреждений, причиненных в результате ДТП, и установлена причина смерти;

-показания свидетеля *** в ходе досудебного производства по делу и в судебном заседании, из которых следует, что 29 августа 2015 года, он, управляя автомобилем «КАМАЗ» (автобетоносмеситель) в дневное время двигался из с. Воскресенское в с. Баландино Красноармейского района Челябинской области. Проехав придорожное кафе в районе поворота с автодороги Челябинск-Екатеринбург в сторону г. Касли, он увидел автомобиль «Хундай», ехавший в попутном ему направлении справа от него. Когда до него оставалось около 10 метров, он начал выезжать на его полосу движения, перегородив дорогу. Тогда он применил торможение, но столкновения избежать не удалось. В момент столкновения автомобиль «Хундай» двигался;

-показания свидетеля ***., в ходе досудебного производства по делу и в судебном заседании, из которых следует, что находясь на переднем пассажирском сиденье в автомобиле, под управлением своего супруга, она увидела, что со встречной полосы движения практически перпендикулярно им выехал легковой автомобиль, передней частью он находился уже на полосе их движения. Данный автомобиль на проезжей части не останавливался, а выехал на нее неожиданно для других участников дорожного движения. Через 2-3 секунды произошло столкновение данного автомобиля с автомобилем «КАМАЗ», который двигался по своей полосе без изменения направления движения. Как она поняла легковой автомобиль при осуществлении маневра разворота, не уступил ему дорогу;

-показания свидетеля ***., которые по своему содержанию в целом аналогичны показаниям свидетеля ***. и согласно которым автомобиль «Хундай», намереваясь совершить маневр разворота резко выехал на полосу движения, по которой двигался автомобиль «КАМАЗ». При этом расстояние между автомобилями было небольшим, 10-15 метров. После чего произошло столкновение.

Содержание и анализ этих и других доказательств подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора. Они положены в основу обвинительного приговора правильно.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что 29 августа 2015 года осужденная, управляя автомобилем, нарушила требования Правил дорожного движения - ч.1 п. 1.5, п.8.3, требований дорожного знака 2.4, что повлекло столкновение с автомобилем «КАМАЗ» в результате чего погибла ***.

Вопреки доводам апелляционных жалоб выводы суда первой инстанции не противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства.

Установление судом конкретной даты совершения преступления - 29 августа 2015 года, не влечет нарушения прав участников уголовного судопроизводства и не препятствует постановлению законного приговора, на квалификацию действий осужденной, применение соответствующего уголовного закона не влияет. В данном случае нельзя говорить о нарушении права на защиту осужденной. Каких-либо неясностей и сомнений относительно обстоятельств совершения Шибеко Л.А. преступления не имеется. О том, что преступление совершенно именно 29 августа 2015 года свидетельствуют, все вышеуказанные доказательства, положенные судом в основу приговора.

Оценивая показания осужденной о том, что причиной происшествия явились действия водителя автомобиля «КАМАЗ», который своевременно не применил торможение и допустил столкновение транспортных средств, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что они фактически являются способом защиты от предъявленного обвинения и в полной мере опровергаются совокупностью объективных доказательств, представленных стороной обвинения, приведенных в приговоре.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципа состязательности сторон. Председательствующий предоставил обвинению и защите равные возможности по предоставлению и исследованию доказательств.

Ходатайства сторон в судебном заседании разрешены правильно. Факты необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств отсутствуют.

Доводы жалоб о нарушении требований уголовно-процессуального закона при собирании доказательств, являются надуманными и не соответствуют действительности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом первой инстанции все значимые для рассмотрения дела обстоятельства установлены с полнотой, достаточной для принятия законного и обоснованного решения. Судом дана надлежащая оценка представленным сторонами доказательствам, доводам стороны защиты о невиновности осужденной, которая сомнений в своей правильности не вызывает. Основания для признания положенных судом в основу приговора доказательств недопустимыми отсутствуют.

В соответствии с п.2 ст.307 УПК РФ суд привел мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие. Оснований ставить под сомнение правильность указанных выводов суд апелляционной инстанции не усматривает.

Перечисленные и другие исследованные доказательства оценены судом по правилам ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, их совокупность правомерно признана достаточной для разрешения вопросов о виновности осужденной в совершении преступления.

Основания для удовлетворения ходатайства стороны защиты о проведении повторной автотехнической судебной экспертизы, у суда отсутствовали.

В соответствии с ч.ч.1, 2 ст.207 УПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту.

В случаях возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.

Под недостаточной ясностью следует понимать невозможность уяснения смысла и значения терминологии, используемой экспертом, методики исследования, смысла и значения признаков, выявленных при изучении объектов, критериев оценки выявленных признаков, которые невозможно устранить путем допроса в судебном заседании эксперта, производившего экспертизу.

Неполным является такое заключение, в котором отсутствуют ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, не учтены обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов.

Необоснованным следует считать такое заключение эксперта, в котором недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования.

Изучение материалов уголовного дела показало, что заключения автотехнических судебных экспертиз не содержат каких-либо неясностей, существенных противоречий и достаточно полно отвечают на поставленные следователем вопросы. Сомнения в обоснованности заключений экспертов, правильности выбранных экспертами методик проведения экспертиз, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений процессуальных прав участников уголовного судопроизводства при назначении и производстве судебных экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено.

Назначение судебных экспертиз до возбуждения уголовного дела в полной мере согласуются с положениями ч.1 ст. 144 УПК РФ, регламентирующей порядок рассмотрения сообщения о преступлении, и наделяющей должностных лиц органов следствия и дознания соответствующими правами. Сторона защиты при этом была ознакомлена с постановлениями о назначении экспертиз и с заключениями экспертов, и не была лишена права заявить должностным лицам следственного органа и в суде первой инстанции ходатайств о назначении дополнительных или повторных экспертиз с постановкой иных вопросов перед экспертами.

Показания, допрошенного по ходатайству стороны защиты, специалиста *** и его заключение, о недопустимости такого доказательства, как автотехническая судебная экспертиза № 1197/4-1/43 от 29 июня 2016 года, не дают оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта, поскольку в соответствии с ч.1 ст.58 УПК РФ специалист - лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду, вопросов входящих в его профессиональную компетенцию.

Указывая фактически на недопустимость полученного органами следствия заключения судебной экспертизы, как доказательства по делу, специалист вышел за пределы своей компетенции, установленной уголовно-процессуальным законом. Суть заключения специалиста сведена к порочащей оценке первичной судебной экспертизы.

Показания свидетелей обвинения, положенные судом в основу приговора, полностью согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, органично дополняют их. Каких-либо существенных противоречий, ко-

торые позволили бы усомниться в их достоверности, показания свидетелей, не содержат.

Основания для оговора свидетелями обвинения - осужденной, не установлены.

Доводы жалоб о виновности в совершении дорожно-транспортного происшествия водителя *** основаны исключительно на предположениях и являются несостоятельными в силу требований ст.252 УПК РФ, согласно которой судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

По смыслу закона суд не должен обсуждать в приговоре вопросы виновности в совершении преступления других лиц, кроме привлеченных в качестве обвиняемых по рассматриваемому уголовному делу.

Доводы апелляционных жалоб, связанные с анализом, представленных суду доказательств, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку правильные по существу выводы суда первой инстанции оспариваются защитой исключительно путем переоценки в выгодную для осужденной сторону тех же доказательств, которые исследованы судом и положены в основу приговора. При этом не приводится каких-либо существенных обстоятельств, не учтенных или оставленных без внимания судом.

Показания потерпевшего ***, свидетелей ***., *** и *** никак не опровергают доказательства виновности Шибеко Л.А., представленные стороной обвинения. Указанные лица находятся в родственных отношениях с осужденной и явно заинтересованы в благоприятном для нее исходе дела.

Действия Шибеко Л.А. верно квалифицированы судом по ч.З ст.264 УК

РФ.

Выводы суда в этой части надлежащим образом мотивированы.

Наказание Шибеко Л.А. назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденной, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств.

Назначенное наказание, суд апелляционной инстанции считает справедливым и не усматривает оснований для его изменения.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе судебного разбирательства не допущено.

Основания для вынесения частного постановления в адрес следственного органа по доводам апелляционной жалобы потерпевшего, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы осужденной о нарушении судом первой инстанции порядка изготовления протокола судебного заседания основаны на предположениях и являются надуманными.

Апелляционные жалобы осужденной и потерпевшего удовлетворению не подлежат.

В то же время вынесенный приговор подлежит изменению по доводам защитника о нарушении судом требований ст.304 УПК РФ и необходимости указания во вводной части о рассмотрении уголовного дела, в том числе и при секретаре судебного заседания ***., что отражено в протоколе судебного заседания.

Других оснований для изменения судебного решения суд апелляционной инстанции не находит.

С учетом изложенного, руководствуясь п.9 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Каслинского городского суда Челябинской области от 02 апреля 2018 года в отношении ШИБЕКО Любови Алексеевны изменить: дополнить вводную часть данными о секретаре судебного заседания ***

В остальной части тот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной и потерпевшего *** - без удовлетворения.

Судья