Апелляционное постановление № 22-1184/2020 22-6/2021 от 20 января 2021 г. по делу № 1-670/2020

Судья Небогатиков А.В. Дело № 22-6/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 21 января 2021 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего - судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Чередниченко Е.Г.,

при секретарях Воеводиной Е.С., Чибисовой С.Ю.,

с участием прокурора – ст. прокурора отдела прокуратуры Республики Марий Эл Бутовецкой А.Б.,

оправданной ФИО1,

защитника – адвоката Лешева А.В., представившего удостоверение № 529 и ордер № 171,

рассмотрел в открытом судебном заседании 21 января 2021 года уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора г. Йошкар-Олы Республики Марий Эл ФИО2 на приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 19 ноября 2020 года, которым

ФИО1, родившаяся <дата> в <адрес>, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, с <...> не судимая,

оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления.

За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав прокурора Бутовецкую А.Б., полагавшую приговор подлежащим отмене по доводам апелляционного представления, выступление оправданной ФИО1 и защитника Лешева А.В., считавших приговор законным и обоснованным и просивших оставить его без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялась в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти – заместителя начальника управления <...> КЕА, в связи с исполнением ею своих должностных обязанностей, а именно в том, что 16 марта 2020 года около 12 часов 30 минут ФИО1, находясь в помещении приемной начальника управления <...>, получив разъяснения от КЕА об отсутствии законных оснований в предоставлении ей путевки (направления) <...> и будучи недовольной отказом в предоставлении путевки (направления), применила в отношении представителя власти КЕА, находившейся при исполнении своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением, насилие, не опасное для жизни или здоровья, – с силой нанесла КЕА один удар кулаком руки в область лица и ногой в область голени, причинив физическую боль.

Не признавая себя виновной, ФИО1 показала, что находясь в помещении приемной начальника управления <...> вместе со своим <Р>, после того, как сотрудники управления <...> объяснили ей, что она не может получить место в ....> в г. Йошкар-Оле без регистрации либо документального подтверждения проживания в г. Йошкар-Оле, она стала писать заявление о содействии в предоставлении места в <...> г. Йошкар-Олы. Ее <Р> свободно передвигался по помещению. Пришедшая в приемную КЕА толкнула ее <Р> и тот заплакал. КЕА взяла куртку ее <.Р.>. Она - ФИО1 стала тянуть куртку на себя и нечаянно у КЕА упали очки. Никаких ударов она КЕА не наносила.

Приговором Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 19 ноября 2020 года ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления.

Судом первой инстанции установлено, что в указанное в предъявленном обвинении время - 16 марта 2020 года около 12 часов 30 минут заместитель начальника управления <...> КЕА зашла в помещение приемной начальника данного управления <...>, где уже около часа находилась ФИО1 со своим <..Р.>. КЕА попросила ФИО1 покинуть приемную в связи с обеденным перерывом. Подойдя к <.Р..> ФИО1, КЕА руками за плечи направила его в сторону матери. В ответ на эти действия КЕА в отношении <.Р..>, на почве возникших личных неприязненных отношений ФИО1 нанесла потерпевшей один удар кулаком в область лица и ногой в область голени, причинив ей физическую боль.

В апелляционном представлении заместитель прокурора г. Йошкар-Олы Республики Марий Эл ФИО2 ставит вопрос об отмене оправдательного приговора в связи с неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает, что судом не соблюдены требования ст. 297 УПК РФ, поскольку материалами дела установлена вина ФИО1 в предъявленном ей обвинении. Полагает, что вывод суда о том, что ФИО1 нанесла побои КЕА ввиду личных неприязненных отношений, вызванных противоправным поведением потерпевшей в отношении ее <.Р.> и ее имущества, не подтвержден, и опровергается материалами дела. Обращает внимание, что из показаний потерпевшей, свидетелей установлено, что каких-либо противоправных действий в отношении ФИО1 и ее <.Р..> КЕА и другие работники управления <...> не совершали. Правоотношения между ФИО1 и КЕА возникли не в связи с личной неприязнью, а в связи с обоснованным отказом ФИО1 в предоставлении <..Р.> путевки в <...>, то есть носили публичный характер.

Считает, что в нарушение ст. 90 УПК РФ, при наличии в уголовном деле вступивших в законную силу судебных решений в отношении ФИО1 и КЕА, свидетельствующих об отсутствии какого-либо факта совершения в отношении ФИО1 и ее <.Р..> противоправных действий со стороны КЕА, судом приняты во внимание только показания ФИО1, которые ранее судом были опровергнуты.

Полагает, что суд неправильно применил уголовный закон, незаконно связав наступление уголовной ответственности пост. 318 УК РФ при противодействии законной деятельности виновным лицом непосредственно лишь в момент осуществления должностным лицом своих должностных обязанностей, тем самым незаконно исключив возможность привлечения к уголовной ответственности по данной статье за месть в дальнейшем представителю власти за его законную деятельность. Считает, что суд необоснованно и незаконно не принял во внимание тот факт, что органом следствия ФИО1 также предъявлено обвинение за применение насилия в отношении КЕА в связи с исполнением своих должностных обязанностей.

Полагает, что в ходе предварительного и судебного следствия достоверно установлено, что ФИО1 применила насилие в отношении представителя власти именно из-за обоснованного отказа в предоставлении путевки для ее <..Р.> в подведомственное <...> учреждение <...>», поскольку вся конфликтная ситуация возникла по данной причине, то есть в связи с законной деятельностью КЕА. По мнению прокурора, осторожное и бережное прикосновение КЕА к плечам <..Р.> ФИО1 для направления его к <...> явилось формальным оправданием для преступных действий подсудимой, необоснованно принятых судом во внимание. Обращает внимание, что подсудимая отрицала умышленный характер применения насилия.

Кроме того, указывает, что в судебном заседании стороной защиты неоднократно заявлялись ходатайства о запросе и исследовании доказательств, имеющих существенное значение по данному делу, в том числе видеозаписи с камер видеонаблюдения, расположенных в помещении управления образования. Обращает внимание, что данные ходатайства были поддержаны стороной обвинения, но суд в их удовлетворении необоснованно отказал, чем нарушил, по мнению прокурора, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 15 УПК РФ. Просит приговор отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционное представление оправданная ФИО1 и ее защитник адвокат Лешев А.В. возражают против доводов представления, считают их несостоятельными, а приговор законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, доводы апелляционного представления и возражений, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда, вопреки доводам апелляционного представления, о необходимости оправдания ФИО1 в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, основаны на всесторонне проверенных в судебном заседании доказательствах, которым судом дана надлежащая оценка.

При рассмотрении уголовного дела судом каких-либо нарушений закона, влекущих отмену приговора, допущено не было, дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Доводы стороны обвинения о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, тщательно проверялись судом первой инстанции и были мотивированно отвергнуты как необоснованные и несоответствующие установленным фактическим обстоятельствам дела. Мотивы принятия судом такого решения подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора, оснований сомневаться в их правильности суд апелляционной инстанции не усматривает.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 305 УПК РФ.

Судом в полном объеме исследованы материалы уголовного дела и доказательства, которые, по мнению стороны обвинения, подтверждают виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, судом приняты во внимание все представленные доказательства, а не только показания ФИО1. Приговор постановлен на совокупности исследованных доказательств, убедительный анализ которых приведен в приговоре.

Суд, проанализировав и объективно оценив все доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности их в совокупности для разрешения уголовного дела, правильно пришел к выводу об оправдании ФИО1. В приговоре указаны мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, в том числе мотивы оправдания ФИО1.

Так, в обоснование обвинения ФИО1 органами следствия положены показания сотрудников управления <...> - потерпевшей КЕА, свидетелей ГРИ, ТЛВ, СВА.

Из показаний указанных лиц судом объективно установлено, что ФИО1 со своим <.Р..> находилась в приемной управления образования около часа, с 11 часов 30 минут. Разговор между ФИО1 и КЕА, в ходе которого последняя сообщила ФИО1 об отсутствии законных оснований в предоставлении путевки для ее <..Р.> в <...> учреждение <адрес>, состоялся на начальном этапе нахождения ФИО1 в приемной, после чего КЕА ушла из приемной.

Около 12 часов 30 минут, в связи с тем, что ФИО1 с <..Р.> продолжали оставаться в приемной, КЕА вернулась туда с целью помочь секретарю ТЛВ закрыть кабинет приемной на обеденный перерыв. Подойдя к <.Р.> ФИО1, который ходил по кабинету, КЕА за плечи направила его к <...> предложив ФИО1 забрать вещи <..Р.> и выйти в коридор. После этих действий КЕА ФИО1, со словами о том, что в управлении <...> бьют <...> и она этого так не оставит, применила насилие в отношении КЕА.

Как установлено из исследованных судом доказательств, никаких разговоров в это время по поводу предоставления ФИО1 путевки в <...> учреждение не было. Обстоятельств, которые безусловно свидетельствовали бы о применении насилия в отношении КЕА со стороны ФИО1 в связи с ее отказом последней в предоставлении путевки в <...>, судом не установлено.

Давая оценку представленным доказательствам, суд первой инстанции обоснованно признал, что мотивом поведения ФИО1 явились действия КЕА в отношении <.Р..> ФИО1, и насилие в отношении потерпевшей ею было применено на почве возникших личных неприязненных отношений, а не в связи с отказом в предоставлении путевки (направления) для ее <...> учреждение <...>, в чем ФИО1 органом следствия предъявлено обвинение, то есть не в связи с исполнением КЕА своих должностных обязанностей.

Достаточных доказательств, которые опровергли бы выводы суда об отсутствии в деянии ФИО1 при указанных обстоятельствах состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, в материалах дела нет и суду апелляционной инстанции не представлено.

При этом мотивируя свои выводы, суд первой инстанции обоснованно сослался на требования ст. 252 УПК РФ, согласно которым суд проводит судебное разбирательство лишь по предъявленному обвиняемому обвинению.

Вопреки доводам апелляционного представления, приговор не содержит выводов суда о противоправности поведения потерпевшей КЕА.

Правила ст. 90 УПК РФ о преюдиции, вопреки утверждениям прокурора, судом первой инстанции не нарушены. Как следует из постановления мирового судьи судебного участка № 12 Йошкар-Олинского судебного района Республики Марий Эл от 26 июня 2020 года, производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 было прекращено на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с чем данное постановление не имеет преюдициального значения. Оспариваемый приговор не содержит выводов, которые противоречили бы выводам суда, изложенным в постановлении мирового судьи судебного участка № 12 Йошкар-Олинского судебного района Республики Марий Эл от 22 июня 2020 года в отношении КЕА.

В приговоре дана надлежащая оценка как всем доказательствам стороны обвинения, так и доводам, приводимым стороной защиты.

Доводы, приведенные ФИО1 и адвокатом Лешевым А.В. в суде апелляционной инстанции о необходимости оправдания ФИО1 в связи с отсутствием события преступления, поскольку она отрицает нанесение ударов КЕА, а также в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, в связи с тем, что КЕА не является представителем власти, являются аналогичными доводам, приводимым ими в ходе судебного разбирательства. Эти доводы были предметом исследования и проверки суда первой инстанции, и обоснованно отвергнуты судом с приведением мотивов принятого решения. Апелляционная инстанция не имеет оснований сомневаться в правильности выводов суда.

Доводы, приведенные стороной защиты в суде апелляционной инстанции, направлены на переоценку доказательств, оснований для которой не установлено.

Довод апелляционного представления о том, что дело рассмотрено судом с нарушением принципа состязательности сторон, является необоснованным.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное разбирательство проведено всесторонне, полно и объективно. Председательствующий, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил равенство прав сторон, соблюдение принципа состязательности, создав необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Стороны обвинения и защиты активно пользовались правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Все ходатайства сторон были рассмотрены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, обоснованность принятых по ним решений сомнений не вызывает.

Тот факт, что данная судом оценка доказательствам не совпадает с позицией стороны обвинения, а ряд ходатайств оставлены судом первой инстанции без удовлетворения, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ или принципа состязательности сторон.

Вопреки доводам апелляционного представления, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона по итогам судебного разбирательства судом обоснованно постановлен оправдательный приговор.

Оснований для удовлетворения апелляционного представления не имеется.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 19 ноября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление заместителя прокурора г. Йошкар-Олы Республики Марий Эл ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий - Е.Г. Чередниченко