Приговор № 1-3/2019 1-82/2018 от 10 января 2019 г. по делу № 1-3/2019

Дело № 1-3/2019


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Кемерово «11» января 2019 года

Рудничный районный суд г.Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Жинковой Т.К.,

при секретаре Лазаревой Ж.Б.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Рудничного района г.Кемерово Шалыгиной Ю.В.,

подсудимой ФИО3,

ее защитника – адвоката Большакова И.В., представившего удостоверение № 859 от 02.09.2005 и ордер № 265 от 27.02.2018,

потерпевшего ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в городе Кемерово, гражданки РФ, имеющей высшее образование, незамужней, имеющей на иждивении двоих сыновей, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годов рождения, <данные изъяты>, проживающей по адресу: <адрес>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.303 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимая ФИО3 совершила фальсификацию доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание.

Преступление совершено в городе Кемерово при следующих обстоятельствах.

09.08.2016 в дневное время, находясь в служебном кабинете № 215, расположенном в здании отдела полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово по адресу: <...>, ФИО3, являясь должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти – дознавателем отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово, назначенная на указанную должность приказом временно исполняющего обязанности начальника Главного управления МВД России по Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, имея специальное звание – старший лейтенант полиции,

будучи обязанная:

в соответствии с п.п.1, 8, ч.1 ст.12 Закона Российской Федерации «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ: принимать и регистрировать заявления, осуществлять в соответствии с подведомственностью проверку заявлений и принимать по таким заявлениям меры, предусмотренные законодательством Российской Федерации, информировать заявителей о ходе рассмотрения таких заявлений в сроки, установленные законодательством Российской Федерации; в соответствии с подследственностью, установленной уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, возбуждать уголовные дела, производить дознание по уголовным делам, производство предварительного следствия по которым необязательно; выполнять неотложные следственные действия по уголовным делам, производство предварительного следствия по которым обязательно;

в соответствии с п.п.6.2, 6.3, 6.5, 6.22, 6.26 должностного регламента (должностной инструкции) дознавателя отдела полиции «Рудничный» Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Кемерово, утвержденной заместителем начальника Управления МВД России по г.Кемерово 28.01.2015, обязана: знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты в сфере внутренних дел, проходить регулярные проверки по их знанию; знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие её права и служебные обязанности, исполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников); соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан; самостоятельно принимать процессуальные решения, организовывать проведение следственных действий по уголовным делам и материалам, находящимся в производстве, проводить все необходимые процессуальные и следственные действия в целях обеспечения полного, объективного и всестороннего исследования обстоятельств совершённого преступления;

и имеющая права, в соответствии с п.п.5.1, 5.4 должностного регламента (должностной инструкции) дознавателя отдела полиции «Рудничный» Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Кемерово, утвержденной заместителем начальника Управления МВД России по г.Кемерово 28.01.2015, самостоятельно принимать процессуальные решения, организовывать проведение следственных действий по уголовным делам и материалам, находящимся в производстве, за исключением случаев, когда такие решения утверждаются начальником отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово; использовать в полном объёме полномочия, предусмотренные статьями 41, 144 УПК РФ;

ответственная в соответствии с п.п.7, 10, 12 должностного регламента (должностной инструкции) дознавателя отдела полиции «Рудничный» Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Кемерово, утвержденной заместителем начальника Управления МВД России по г.Кемерово 28.01.2015, за надлежащее выполнение должностных обязанностей; соблюдение законности при осуществлении производства по уголовным делам; несоблюдение требований, установленных законодательством РФ, нормативно-правовыми актами МВД России, а также должностным регламентом (должностной инструкцией) в порядке, установленном Федеральным законом от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и действующим законодательством;

нарушая:

ст.52 Конституции РФ, согласно которой права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом,

совершила фальсификацию доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, из иной личной заинтересованности, выразившейся в улучшении показателей собственной работы, улучшении раскрываемости, повышении статистических показателей служебной деятельности по направлению уголовных дел в суд, с целью кратчайшего варианта собирания доказательств вины ФИО5 и облегчения своей работы, путем внесения в протокол допроса подозреваемого ФИО5 показаний, не соответствующих действительности, при следующих обстоятельствах.

ФИО3 в вышеуказанное время в вышеуказанном месте, являясь должностным лицом, действуя умышленно, из иной личной заинтересованности, осознавая противоправность своих действий, фактически не производя допрос подозреваемого, не выясняя обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, при помощи компьютерной техники, без проведения фактического допроса подозреваемого ФИО5, внеся в содержание показаний подозреваемого сведения, имеющие расхождения с действительными, относительно участия ФИО5 в совершении угрозы убийством ФИО7, составила протокол допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016. После чего, ФИО3 с помощью служебного принтера распечатала на бумажном носителе сфальсифицированный ею протокол допроса подозреваемого ФИО5 и побудила ФИО5 поставить свои подписи в протоколе, тем самым удостоверяя написанное в нём, таким образом, искусственно придав ему форму доказательств по уголовному делу, соответствующих требованиям статьи 74 УПК РФ, согласно которой доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, при этом в качестве доказательств допускаются показания подозреваемого.

Заведомо осознавая, что допрос указанного лица не производился, и в сфальсифицированном протоколе допроса содержатся заведомо ложные сведения, находясь на рабочем месте, осознавая противоправный и общественно опасный характер своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, приобщила данное доказательство, добытое с нарушением вышеуказанных требований УПК РФ, к материалам уголовного дела № 16020893, включила их в качестве доказательства в обвинительный акт по уголовному делу № 16020893 с целью его использования в качестве доказательств, после чего направила уголовное дело № 16020893 по обвинению ФИО5 с обвинительным актом в отношении последнего начальнику органа дознания – начальнику отдела полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово, а после его утверждения последним – исполняющему обязанности прокурора Рудничного района г.Кемерово для его утверждения. После утверждения прокурором обвинительного акта уголовное дело № 16020893 по обвинению ФИО5 было направлено для рассмотрения по существу мировому судье судебного участка № 2 Рудничного судебного района г.Кемерово Кемеровской области.

Далее 14.12.2016, согласно протоколу судебного заседания по делу № 1-52/2016, мировым судьёй судебного участка № 2 Рудничного судебного района г.Кемерово Кемеровской области по адресу: <...> в процессе рассмотрения уголовного дела № 16020893 по обвинению ФИО5 был выявлен вышеуказанный факт фальсификации доказательства и мировым судьёй судебного участка № 2 Рудничного судебного района г.Кемерово Кемеровской области было вынесено постановление о возвращении в порядке ст.237 УПК РФ уголовного дела № 1-52/16 по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, прокурору Рудничного района г.Кемерово для устранения препятствий его рассмотрения судом. В дальнейшем в ходе дополнительного расследования дознавателем уголовное дело № 16020893 и уголовное преследование в отношении ФИО5 прекращены по реабилитирующему основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО5 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ.

В результате умышленных незаконных действий дознавателя ФИО3 по фальсификации доказательств по уголовному делу наступили последствия, выразившиеся в незаконном уголовном преследовании невиновного лица, незаконном применении к нему меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, ограничившей его конституционные права на свободу передвижения, перемену места жительства, возникновении вследствие этого у него права на реабилитацию и возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями сотрудника полиции, а также нарушении охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитации звания сотрудника полиции, подрыве авторитета органов внутренних дел и работников указанных органов.

В судебном заседании подсудимая ФИО3 вину в совершении фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, не признала и показала, что она состоит в должности дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово. В июле 2016 года ею было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.119 УК РФ в отношении ФИО5 09.08.2016 она производила допрос ФИО5 в присутствии дежурного защитника по назначению Чуньковой В.П. Перед началом допроса она установила анкетные данные ФИО5, разъяснила ему права подозреваемого, предусмотренные УПК РФ, которые были изложены в выписке, с которой ФИО5 ознакомился. После этого она произвела его допрос в качестве подозреваемого, при этом уточнила, что содержание текста показаний не слышно на записи, так как первоначальный разговор между нею и ФИО5 состоялся в кабинете участкового Свидетель №8, в ходе которого ФИО5 ей говорил о том, что он ударил потерпевшую и схватил ее за шею. Кроме того, она также ссылалась на показания потерпевшей, которая была допрошена ранее. Возможно, она использовала при составлении допроса некоторые фразы из алгоритма, используемого по данной категории дел, но сама суть показаний не менялась. Показания, которые давал ФИО5, вносились в протокол допроса недословно, но суть была одна. Текст показаний она набрала на служебном компьютере, после чего распечатала напечатанный текст на принтере и дала ознакомиться ФИО5, который выразил недовольство относительно количества нанесенных ударов, однако собственноручно его подписал, после чего ушел. В момент допроса ему никто не угрожал, силой его никто не заставлял подписывать протокол. Объяснение ФИО5 от имени Свидетель №8 она не отбирала, не копировала его. Считает, что объяснение, напечатанное от имени Свидетель №8 от 07.07.2016, было перекопировано с ее протокола допроса ФИО5, но кто это сделал, она не знает. В материале доследственной проверки, который ей передал Свидетель №8, объяснения от 07.07.2016 не было. Как оно появилось в материалах уголовного дела, сказать не может. Считает, что аудиозапись не является доказательством, поскольку, по ее мнению, с данной записью проводились какие-то манипуляции. Также считает, что потерпевший ее оговорил, тем самым избежал уголовной ответственности за преступление, которое он совершил.

В связи с наличием существенных противоречий в части того, какой перечень документов находился в материалах проверки, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ были оглашены показания ФИО3 в качестве подозреваемой (т.4 л.д.2-9), которые она давала 14.03.2017 в присутствии защитника Оглова С.В.

Из данных показаний следует, что в материале проверки до возбуждения уголовного дела находились: заявление, рапорт оперативного дежурного, объяснения ФИО7 и ФИО5 Объяснение ФИО5 от 07.07.2016 было в напечатанном варианте, при этом факт ознакомления с объяснениями и правильностью их записи было сделано ФИО5 собственноручно и удостоверено подписью. В объяснении также присутствовала подпись Свидетель №8 как лица, получившего объяснение от ФИО5 Из объяснения ФИО5 следовало, что между ним и его женой произошел конфликт, в ходе которого ФИО5 стал душить свою жену, при этом произнес в адрес своей жены угрозу убийством. Собственноручного объяснения ФИО5 от 03.07.2016 в материале проверки не было, оно было обнаружено ФИО9 в папке с документами в кабинете у начальника участковых уже при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО5 в суде.

После оглашения указанных показаний подсудимая ФИО3 настаивала на том, что в момент передачи ей материалов доследственной проверки напечатанного объяснения от ДД.ММ.ГГГГ, отобранного участковым Свидетель №8, не было.

В ходе проведения 03.05.2017 очной ставки с потерпевшим ФИО5 (т.2 л.д.29-40) ФИО3 в присутствии защитника Оглова С.В. показала, что до начала допроса ФИО5 в качестве подозреваемого она разъясняла ему, что он в соответствии со ст.51 Конституции РФ имеет право отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга и других близких родственников, а также имеет право на свидание с защитником наедине и конфиденциально до первого его допроса, на что он отказался, и она предложила ФИО5 данную запись внести собственноручно в протокол его допроса в качестве подозреваемого. Кроме того, до начала допроса ФИО5 в качестве подозреваемого она разъясняла ему его права как подозреваемого, предусмотренные ч.4 ст.46 УПК РФ, а также предоставила возможность ФИО5 ознакомиться с их содержанием в пустом бланке протокола допроса. Допрос ФИО5 происходил следующим образом: она задала ему один вопрос – когда, где и с кем он находился дома и что произошло, после чего ФИО5 в свободном рассказе сообщил о совершенном им преступлении. По ходу дачи ФИО5 показаний она вносила их в протокол допроса.

Несмотря на то, что подсудимая ФИО3 своей вины в совершении преступления не признала, виновность ФИО3 в фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, подтверждается совокупностью следующих доказательств: показаниями потерпевшего ФИО5, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, ФИО14, Свидетель №7, Свидетель №8, ФИО15, ФИО16, Свидетель №10, эксперта ФИО8 С.А., а также письменными и вещественными доказательствами.

Потерпевший ФИО5 в судебном заседании показал, что 03.07.2016 у него с бывшей супругой произошел конфликт, в ходе которого бывшая супруга кинулась на него с табуретом. Их сын наблюдал за конфликтом в окно. Никакие угрозы он ей не высказывал, телесных повреждений не причинял. После этого ФИО7 вызвала скорую помощь и сотрудников полиции, которые его доставили в отдел полиции «Рудничный», где его держали до 15 часов 04.07.2016, периодически держали его в «клетке». Затем с него взяли объяснение о том, что и как происходило, что ФИО7 он не трогал, и его отпустили. 09.08.2016, когда его вызвал Свидетель №8 на собеседование, его знакомый Свидетель №4 посоветовал записать разговор на диктофон телефона, чтобы зафиксировать действия сотрудников полиции. Придя в полицию, он сразу включил диктофон, после чего Свидетель №8 провел его к себе в кабинет, где ФИО5 находился около 5 часов. В ходе беседы Свидетель №8 просил его дать объяснение о том, что он толкал свою бывшую жену, избивал, душил ее, говорил, что за это ему ничего не будет. Периодически ему угрожали «закрыть» его в СИЗО по ст.105 УК РФ. Сначала он отказывался что-либо подписывать, но потом, когда ему все это надоело, он сказал, что готов, что угодно подписать, лишь бы выйти отсюда, и под диктовку Свидетель №8 написал собственноручное объяснение о том, что он придушил ФИО7 и кричал, что убьет ее, а Свидетель №8 поставил дату от июля 2016 года. После этого его первоначальное объяснение от ДД.ММ.ГГГГ, а также первоначальное объяснение его сына Свидетель №8 порвал и выкин<адрес> Свидетель №8 отвел его в кабинет дознавателя, при этом Свидетель №8 никакие документы дознавателю не передавал. Дознаватель ФИО3 сначала спросила у него личные данные, потом дала ему листы бумаги и еще бумагу с готовым текстом, с которой он переписывал текст. В тексте были какие-то статьи, и нужно было написать «желаю» либо «не желаю». Также в кабинете была женщина-адвокат. Затем ФИО3 зачитала ему показания, откуда она их взяла, он не знает, но при нем она ничего не печатала и не распечатывала. Там было написано, что он придавил ФИО7 коленом, наносил удары кулаком. Прочитав их, он сказал, что это бред, поскольку указанные показания не соответствовали действительности. По тону в разговоре дознавателя он понял, что если не подпишет показания, то не уйдет отсюда, поэтому он заполнил документы, подписал их, и его отпустили. Адвокат в кабинете дознавателя ничего не поясняла, не говорила, какой у него статус, не представлялась, не говорила, что будет представлять его интересы, он только в суде узнал о том, что она – его защитник. После ухода из полиции он и Свидетель №4 обратились к его соседу Свидетель №10, который по их просьбе скопировал запись с микрофлешки телефона на пять других флешек. При рассмотрении дела мировым судьей они прослушивали аудиозапись, на которой ФИО3 и Свидетель №8 признали свои голоса, но не признали факт подписания им под давлением показаний, не соответствующих действительности. После этого уголовное дело было возвращено на доследование, а затем прекращено. В связи с данным уголовным делом он потерял три работы, поскольку не мог выезжать на длительное время в командировки, не мог менять место жительства. Он понимал, что в случае невыполнения определенных обязательств к нему будет применена мера пресечения. Считает, что преступлением ему причинен вред, поскольку у него ухудшилось здоровье.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что она занимает должность заместителя начальника отдела дознания отдела полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово. Ей известно о расследовании ФИО3 уголовного дела в отношении ФИО5 Впоследствии ей стало известно со слов самой ФИО3 и со слов Свидетель №2, что ФИО5 в судебном заседании вину свою не признал, заявив, что признательные показания ФИО3 он дал под давлением со стороны участкового Свидетель №8 Когда речь пошла об аудиозаписи, которую прослушали в судебном заседании, ФИО3 ей пояснила, что допрос проводился, как положено, в присутствии адвоката, необходимые вопросы она ему задавала, ФИО5 на них отвечал. Свидетель №8 говорил, что по поручению он привел ФИО5 к ФИО3, и она его допросила. После прослушивания аудиозаписи было установлено, что Свидетель №8 зачитывал вслух заключение экспертизы, которого в материалах уголовного дела не было. Это заключение и рукописное объяснение ФИО5 впоследствии были обнаружены ею в папке невостребованных судебно-медицинских экспертиз в службе участковых уполномоченных, представлены суду и приобщены к материалам уголовного дела в отношении ФИО5 по обвинению по ч.1 ст.119 УК РФ. Кроме того, свидетель Свидетель №1 показала, что в подразделении дознания каждого территориального органа есть ведомственные показатели по направлению уголовных дел в суд, так называемая «перспектива». В настоящий момент у них в подразделении дознания «перспектива» составляет от 30 до 35 уголовных дел в месяц, что в среднем на одного дознавателя составляет 5-7 дел. После возвращения дела она сверяла между собой сведения, содержащиеся в напечатанном объяснении ФИО5 и в протоколе его допроса, и установила, что они полностью идентичны друг другу, то есть совпадают даже технические и орфографические ошибки. Сама ФИО3 по этому поводу пояснить ничего не смогла, настаивая на том, что допрос она проводила, с ФИО5 общалась и задавала ему вопросы. Свидетель №8 же пояснил, что данное объяснение он не печатал и не отбирал, ФИО5 ему собственноручно писал объяснение о произошедших событиях, которое было позже в судебном заседании приобщено к материалам уголовного дела вместе с заключением эксперта.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показала, что в августе 2016 года она работала начальником отдела дознания отдела полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово. Материалы проверки в отношении ФИО5 она не помнит. Ей известно, что на ФИО5 было заведено уголовное дело, которое было направлено в суд, где ФИО5 стал отказываться от показаний, заявив, что он не виновен. Перед утверждением обвинительного акта данное дело не вызвало у нее никаких сомнений.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании показала, что в 2016 году она проходила службу в отделе дознания отдела полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово в должности дознавателя. Она работала в одном кабинете № 215 с дознавателем ФИО3 Фамилию ФИО5 она услышала от ФИО3 в октябре 2016 года, когда они общались с адвокатом Чуньковой В.П. в их кабинете по поводу того, что на суде он отказался от своих показаний. В ее присутствии таких случаев как допрос лица в отсутствие адвоката, либо составление процессуальных документов без допроса лица не было. Однако были случаи, когда ФИО3 проводила следственные действия в ее отсутствие. Проведение каких-либо следственных действий ФИО3 с ФИО5 и самого ФИО5 свидетель не помнит, возможно, ее не было на рабочем месте в момент их проведения.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №4 показал, что 03.07.2016 около 23 часов позвонил ФИО5 и пояснил, что он находится в полиции, его задержали из-за того, что он якобы избил свою жену, однако на самом деле он ее не трогал. Когда на следующий день ФИО5 отпустили, продержав в отделе полиции 16 часов, то он ему рассказал, что его заставляли подписать документы о том, что он бил и душил свою супругу, однако он отказался, написал все то, что было на самом деле, и ушел. 09.08.2016 ФИО5 пришел к нему и сказал, что его вызывают в отдел полиции на собеседование, и Свидетель №4 ему предложил весь разговор записать на диктофон в телефоне. ФИО5 поехал в отдел полиции со своим сыном, и отсутствовал около шести часов. Когда вечером ФИО5 приехал к нему из отдела полиции, они прослушали с ним весь разговор непосредственно с телефона. На записи он слышал, что ФИО5 пугали «статьей 105», слышал нецензурную брань дознавателя, которая принуждала его подписать бумаги. Из прослушанной аудиозаписи он сделал вывод, что вопрос был поставлен так, что если ФИО5 не подпишет, значит, будет сидеть. ФИО5 сказал, что он все подписал, так как у него не было другого выхода. Затем они вместе с ФИО5 пошли копировать записи к соседу Свидетель №10, который записал около пяти флешек. При этом никакие изменения в первоначальную запись ими не вносились.

Свидетель Свидетель №5 в судебном заседании показала, что 03.07.2016 около 23 часов позвонил ФИО5, сказал, что он находится в полиции из-за того, что между ним и супругой произошел очередной скандал, что якобы он жену порезал, бил, душил, однако на самом деле он ее не трогал. Примерно в 16 часов 04.07.2016 ФИО5 отпустили. 09.08.2016 ФИО5 пригласили в полицию, но подробностей она не знает.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №7 в судебном заседании, в 2016 году он работал в отделе полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово в должности начальника отдела участковых. ФИО5 ему не знаком, но слышал, что тот являлся подозреваемым по ст.119 УК РФ. Ему известно, что проверку в отношении ФИО5 и расследование дела проводили дознаватель ФИО3 и участковый Свидетель №8, однако он лично не присутствовал при проведении каких-либо процессуальных действий в отношении ФИО5, угроз в его адрес не высказывал, намерения поместить ФИО5 в СИЗО у него не было.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №8 показал, что он работал в отделе полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово в должности участкового уполномоченного. С ФИО5 он встречался два раза. В первый раз, когда доставили ФИО5, тот все отрицал, говорил, что он этого не делал, в объяснении написал бессмыслицу, объяснение не соответствовало действительности и обстоятельствам, поэтому он его выбросил. Когда пришло заключение экспертизы, он опять вызвал ФИО5, который в ходе беседы пояснил, что в ходе конфликта с женой он схватил ее за горло, чтобы напугать, но убивать не хотел, после чего по предложению Свидетель №8 ФИО5 добровольно написал собственноручное объяснение, при этом Свидетель №8 по ходу написания поправлял его, помогал корректно составить предложения. С разрешения ФИО5 он поставил в указанном объяснении дату первого визита ФИО5 в полицию. На ФИО5 он никакого давления не оказывал. Указанное объяснение вместе с материалами он передал начальнику дознания либо его заместителю и отвел ФИО5 в кабинет дознавателя ФИО3, после чего сразу ушел. Лично ФИО3 он материалы не отдавал, так как ее не было. Передавал ли он ФИО3 объяснение ФИО5, он не помнит. Печатное объяснение, датированное 07.07.2016, он не отбирал, не печатал его, в материалах проверки при передаче в дознание данного объяснения не было, он расписался в нем в августе 2016 года по просьбе кого-то из дознавателей, ему сказали, что это показания ФИО5, которые перепечатаны.

В связи с наличием существенных противоречий по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Свидетель №8 (т.2 л.д.135-138) в ходе предварительного следствия в части обстоятельств передачи материалов проверки дознавателю.

Из данных показаний следует, что, когда он отвел ФИО5 к дознавателю ФИО3, он передал ей собственноручное объяснение ФИО5, которое он только что написал, и экспертизу, после чего ушел.

После оглашения указанных показаний свидетель ФИО10 их подтвердил.

Свидетель ФИО37 допрошенный в судебном заседании (посредством видеоконференцсвязи), показал, что летом 2016 года около 10 часов вечера между его отцом и матерью произошел конфликт, в ходе которого мать кинулась на отца с табуретом. При этом отец не высказывал угрозы в адрес матери и удары ей не наносил. Прибывшие сотрудники полиции увезли мать и отца в отдел. Около 23 часов мать вернулась, а отец нет. Созвонившись с отцом, тот сказал ему, что против него возбуждается уголовное дело, в связи с тем, что он якобы бил мать. Вернулся отец около 16-17 часов следующего дня и пояснил, что его не отпускали, так как нужно было, чтобы он что-то подписал. В августе или сентябре 2016 года отца и его как свидетеля вызвал в полицию сотрудник в звании капитана. Придя в полицию, он и отец включили аудиозапись на своих телефонах. В полиции записали его пояснения, а также опросили его отца, который сначала сам писал объяснение, а потом под диктовку капитана, который говорил отцу писать то, чего не было, что он якобы угрожал матери, когда схватился за табурет. После этого капитан разорвал и выкинул объяснение ФИО38 и его отпустили, а отец остался там. Когда отец вышел, он рассказал, что был у дознавателя, то же самое ей объяснял, давал показания, подписывал какие-то бланки и пустые листы, и что он все записал. При прослушивании записи он услышал, что отец пытался объяснить дознавателю, что он не трогал мать, не хватал, а она говорила, откуда тогда следы на шее от рук, и просила подписать какие-то бумаги. Отец сделал у знакомого копии записи, одну из которых отдал адвокату.

Допрошенная по ходатайству государственного обвинителя в качестве свидетеля следователь ФИО16 в судебном заседании показала, что она расследовала уголовное дело в отношении ФИО3 Флеш-накопитель micro SD изымался в рамках доследственной проверки следователем ФИО17, которая в присутствии Свидетель №1 произвела осмотр места происшествия, в ходе которого изъяла из уголовного дела в отношении ФИО5 по ч.1 ст.119 УК РФ часть документов и упакованный и опечатанный в бумажный конверт флеш-накопитель micro SD, который был представлен ФИО5 в судебном заседании. В дальнейшем данная micro SD была осмотрена в рамках уголовного дела по обвинению ФИО3, была сделана копия с этой micro SD на CD-диск, после чего micro SD повторно осматривалась с изъятым у ФИО5 телефоном, которые представлялись для исследования экспертам. Мicro SD вставлялась в телефон для того, чтобы проверить, подходит ли данный флеш-накопитель к данному телефону, и мог ли он вообще использоваться в данном телефоне. После осмотра данная micro SD так и осталась в телефоне. При ознакомлении ФИО3 и ее адвоката с материалами уголовного дела micro SD изымалась из телефона и предоставлялась ФИО3 и ее адвокату для ознакомления, после чего телефон и флеш-накопитель micro SD были упакованы в черный полиэтиленовый пакет вместе со старой упаковкой. На момент направления дела в суд micro SD находилась в телефоне, чтобы она не потерялась, поскольку она очень маленькая.

Свидетель Свидетель №10, допрошенный в судебном заседании, показал, что года два назад летом его сосед Свидетель №4 и потерпевший ФИО5 обратились к нему с просьбой скинуть с телефона информацию на другие флешки. После этого потерпевший достал из своего кнопочного телефона micro SD. Свидетель №10 вставил micro SD в картридер, который был подключен к компьютеру, выделил файлы, которые находились на micro SD в отдельной папке, куда сохраняются записи с диктофона, и, удерживая мышь, перенес их на флешки, которые принес потерпевший. При таких действиях оригинальный файл остается на micro SD. Он файлы не удалял.

Допрошенный в судебном заседании (посредством видеоконференцсвязи) для разъяснения ранее данного заключения ведущий эксперт отдела видеофонографической и компьютерно-технической экспертизы ФБУ Сибирский ФИО2 С.А. показал, что при проведении экспертизы на исследование были представлены два файла «Voice009.wav» и «Voice010.wav», при этом оригинальных файлов в первоначальной папке не было. Оригиналы файлов «Voice009.wav» и «Voice010.wav» на представленном флеш-накопителе не содержатся. Файл «Voice009.wav» был перемещен, а файл «Voice010.wav» был скопирован и удален. С самого начала эти файлы размещались в каталоге «Recordings/Voice recordings», который, судя по названию, создается для размещения файлов со звуковой информацией. По его мнению, в данном случае была проведена операция «перемещение», в результате чего оригинальный файл удалился, и осталась его копия, однако информация в скопированном файле сохранилась. Данные цифровые копии повторяют оригинал с точностью до байта, имеют одинаковое наименование и одинаковое время последнего доступа. Копия файла отличается от оригинала только тем, что находится в другом месте. В связи с тем, что признаки монтажа на цифровых копиях не были обнаружены, можно сказать, что данные файлы повторяют все свойства оригинального файла. Сведения о том, когда был удален оригинал файла «Voice010.wav» из каталога «Recordings/Voice recordings», не сохранились. Когда файл копируется, у него дата создания совпадает с временем копирования, при перемещении дата создания файла сохраняется. Данный файл был удален из каталога «Recordings/Voice recordings» после того, как были созданы цифровые копии в корневом каталоге и каталоге «Аудиозаписи». Если бы был произведен какой-то монтаж, то изменился бы размер файла, а он совпадает с точностью до бита. Поскольку цифровые копии файлов «Voice009.wav», «Voice010.wav» монтажу не подвергались, можно сделать вывод о том, что оригиналы файлов, которые были удалены из первоначального каталога, тоже не подвергались монтажу. При внесении в оригинал файла изменений, при которых не изменяется размер файла, эти изменения все равно отобразились бы, однако в данном случае никакие изменения не отобразились, из чего можно сделать вывод о том, что оригиналы файлов не изменялись.

Кроме изложенного, виновность подсудимой ФИО3 в совершении фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, подтверждается письменными и вещественными доказательствами:

- постановлением заместителя прокурора Рудничного района г.Кемерово от 20.01.2017 о направлении материалов в отношении дознавателя ОД отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово ФИО3 руководителю следственного отдела по Рудничному району г.Кемерово следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства (т.1 л.д.40-42);

- протоколом осмотра места происшествия от 25.01.2017 (с фототаблицей к нему), в ходе которого с участием Свидетель №1 произведен осмотр уголовного дела № 16020893 в отношении ФИО5 по ч.1 ст.119 УК РФ. На задней корке уголовного дела был обнаружен приколотый на скобы бумажный конверт, в котором находилась флеш-карта micro SD. Со слов ФИО9 установлено, что на данной карте имеются аудиозаписи разговора между ФИО5 и Свидетель №8, а также хода допроса ФИО5 от 09.08.2016. В ходе осмотра были изъяты объяснения ФИО5 от 03.07.2016, от 07.07.2016, протокол допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016, обвинительный акт в оригиналах, а также конверт с флеш-картой micro SD (т.1 л.д.130-139);

- объяснением ФИО5, датированным 03.07.2016, составленным в рукописном виде от имени УУП отдела полиции «Рудничный» УМВД РФ по г.Кемерово ФИО10, в котором ФИО5 признал, что схватил ФИО7 за шею, сказав, что задушит, однако убивать ее не хотел (т.1 л.д.140);

- объяснением ФИО5, датированным 07.07.2016, составленным в печатном варианте от имени УУП отдела полиции «Рудничный» УМВД РФ по г.Кемерово ФИО10, в котором ФИО5 признает, что нанес ФИО7 не менее трех ударов по голове, схватил ее за шею и стал душить, при этом угрожал, что убьет ее, однако убивать ее не хотел. По тексту объяснения допущены орфографические и стилистические ошибки (опечатки) (т.1 л.д.141);

- протоколом допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016, в котором отражено участие защитника Чуньковой В.П. по назначению, при этом текст показаний ФИО5, изложенный в печатном виде, относительно события преступления по своему содержанию полностью идентичен тексту объяснения ФИО5 от 07.07.2016, включая допущенные орфографические и стилистические ошибки (опечатки) (т.1 л.д.143-145);

- обвинительным актом по уголовному делу в отношении Потерпевший №1 по ч.1 ст.119 УК РФ, подписанным дознавателем ФИО3, утвержденным начальником отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово ФИО18 12.08.2016 и и.о. прокурора Рудничного района г.Кемерово Беспаловым О.А. 15.08.2016. Согласно обвинительному акту, ФИО3 включила в него показания подозреваемого ФИО5, изложенные в протоколе допроса подозреваемого от 09.08.2018, в качестве доказательства, подтверждающего обвинение ФИО5 по факту угрозы убийством ФИО7 (т.1 л.д.146-152);

- протоколом осмотра документов от 12.11.2017 (с фототаблицей к нему), из которого следует, что в ходе осмотра объяснения ФИО5 от 07.07.2016 и протокола допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016 и сличении указанных документов установлено, что орфографическое и стилистическое написание данных документов идентично. В объяснении ФИО5 в 6 предложении напечатано следующее словосочетание: «в душевой кабинете», в 12 предложении слово: «душила», в 13 предложении слово: «хотела», то есть данные слова должны быть напечатаны в мужском роде: «хотел», «душил». В протоколе допроса подозреваемого ФИО5 на странице 3 в 9 строчке сверху напечатано такое же словосочетание: «в душевой кабинете», в 21 строчке напечатано слово: «душила», в 22 строчке напечатано слово: «хотела». Таким образом, данные ошибки указывают на идентичность данных документов (т.1 л.д.153-159);

- протоколом осмотра предметов от 17.02.2017 (с фототаблицей к нему), из которого следует, что в ходе осмотра флеш-карты micro SD, изъятой в ходе осмотра места происшествия 25.01.2017, с нее были скопированы два файла под названием «Voice009.wav», «Voice010.wav» на CD-R диск (т.1 л.д.160-165);

- протоколом осмотра предметов от 17.02.2017, в ходе которого была воспроизведена аудиозапись, содержащаяся в файле Voice010.wav в папке «Аудиозаписи» на карте памяти micro SD с номером 10176045550X2, продолжительностью 05 часов 28 минут 20 секунд, из содержания которой следует, что допрос ФИО5 фактически не производился, обстоятельства события преступления у ФИО5 не выяснялись, а обстоятельства, изложенные в протоколе допроса подозреваемого, ФИО5 оспаривал, заявляя о несоответствии действительности содержащихся в нем сведений (т.1 л.д.167-180);

- протоколом осмотра места происшествия от 02.03.2017 (с фототаблицей и приложением к нему), из которого следует, что в ходе осмотра кабинета № 214, расположенного в здании отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово, был изъят: системный блок марки НР-Prodesk с инвентарным номером 0101043355, которым пользовалась ФИО3 (т.1 л.д.181-195);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу в качестве вещественного доказательства протокола допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016 по уголовному делу № 16020893 по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ (т.1 л.д.245-246);

- протоколом выемки у потерпевшего ФИО5 мобильного телефона марки «Nokia» в корпусе черного цвета, <данные изъяты> модель RM-969, под крышкой которого находится вздутая батарея (т.2 л.д.42-46);

- протоколом выемки оригинала должностного регламента (должностной инструкции) дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД РФ по г.Кемерово ФИО3, утвержденного 28.01.2015 заместителем начальника Управления МВД России по г.Кемерово (т.2 л.д.63-68);

- должностным регламентом (должностной инструкцией) дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД РФ по г.Кемерово ФИО3, в соответствии с п.п.5.1, 5.4 которого для выполнения возложенных на ФИО3 обязанностей предоставляются права: самостоятельно принимать процессуальные решения, организовывать проведение следственных действий по уголовным делам и материалам, находящимся в производстве, за исключением случаев, когда такие решения утверждаются начальником отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово; использовать в полном объёме полномочия, предусмотренные статьями 41, 144 УПК РФ; в соответствии с п.п.6.2, 6.3, 6.5, 6.22, 6.26 которого при осуществлении задач и функций, возложенных на отдел дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово, ФИО3 обязана: знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты в сфере внутренних дел, проходить регулярные проверки по их знанию; знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие её права и служебные обязанности, исполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников); соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан; самостоятельно принимать процессуальные решения, организовывать проведение следственных действий по уголовным делам и материалам, находящимся в производстве; по уголовным делам, находящимся в производстве, проводить все необходимые процессуальные и следственные действия в целях обеспечения полного, объективного и всестороннего исследования обстоятельств совершённого преступления; в соответствии с п.п.7, 10, 12 которого ФИО3 несет ответственность за надлежащее выполнение должностных обязанностей, за соблюдение законности при осуществлении производства по уголовным делам, за несоблюдение требований, установленных законодательством РФ, нормативно-правовыми актами МВД России, а также должностным регламентом (должностной инструкцией) в порядке, установленном Федеральным законом от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и действующим законодательством (т.2 л.д.69-80);

- протоколом осмотра оригинала должностного регламента (должностной инструкции) дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД РФ по г.Кемерово ФИО3 (т.2 л.д.81-86);

- постановлением о признании и приобщении осмотренного оригинала должностного регламента к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.2 л.д.87-88);

- заключением эксперта № 213-25/3-3-2017 от 24.05.2017, из которого следует, что на НЖМД представленного на экспертизу системного блока марки HP-Prodesk с инвентарным номером 0101043355 обнаружены файлы, которые содержат сведения, имеющиеся на представленных образцах № 2, 3 (протокол допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016, обвинительный акт в отношении ФИО5 от 12.08.2016). Файлов, содержащих сведения, имеющиеся на представленном образце № 1 (объяснение ФИО5 от 07.07.2016), на НЖМД представленного на экспертизу системного блока не обнаружено. На НЖМД представленного на экспертизу системного блока обнаружены файлы, которые содержат сведения по ключевому слову «Лиходевский». Сведения об обнаруженных файлах: местонахождение на исследуемом носителе, дата создания сохранены в файлы «Список файлов.хlsx», которые вместе с обнаруженными файлами были помещены в каталоги с именами «по ключевому слову», «по образцам». Все обнаруженные файлы и сведения, помещенные в каталоги, указанные выше, были записаны на оптический диск «CD-R», с номером на посадочном отверстии «0951405260900» (т.2 л.д.154-165);

- протоколом осмотра документов от 28.05.2017 (с фототаблицей и приложениями к нему), из которого следует, что в ходе осмотра оптического диска «CD-R» с номером на посадочном отверстии «0951405260900» и системного блока черного цвета марки HP-Prodesk с инвентарным номером 0101043355 установлено, что файл с именем «512707.docx», содержащий 3 документа, в том числе протокол допроса подозреваемого ФИО5, который обнаружен в удаленном виде, создан не ранее 09.08.2016 в 12:22, дата последних изменений 09.08.2016 в 14:20, дата последней печати 09.08.2016 в 14:03, количество редакций 2, автор документа ФИО4, автор последнего изменения ФИО4. Обнаруженные в ходе осмотра документы распечатаны и приложены к протоколу (т.2 л.д.168-187);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу оптического диска «CD-R» с номером на посадочном отверстии «0951405260900» и системного блока черного цвета марки HP-Prodesk с инвентарным номером 0101043355 в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.188);

- протоколом осмотра предметов от 11.11.2017 (с фототаблицей к нему), из которого следует, что в ходе осмотра флеш-накопитель micro SD черного цвета, с номером 10176045550X2, с маркировкой «made in china», объемом памяти 1,83 Гб, с двумя файлами с названиями «Voice009.wav», «Voice010.wav», дата создания которых 09.08.2016, продолжительностью записи 05 часов 28 минут 20 секунд, был помещен в слот для карты памяти в мобильном телефоне марки «Nokia» в корпусе чёрного цвета, изъятом у Потерпевший №1, и установлено, что по размеру карта памяти подходит к слоту, имеющемуся в мобильном телефоне марки «Nokia» (т.3 л.д.223-227);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу осмотренных флеш-накопителя micro SD и мобильного телефона марки «Nokia» в качестве вещественных доказательств (т.3 л.д.228);

- копией приказа временно исполняющего обязанности начальника Главного управления МВД России по Кемеровской области № 1253 л/с от 24.05.2012 о назначении ФИО3 на должность дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово (т.4 л.д.34);

- детализациями соединений за период со 02.07.2016 по 04.07.2016 и с 08.08.2016 по 31.08.2016 абонента с номером № которым пользовался ФИО5, из которых следует, что в период с 19:59:28 (23:59:28) (здесь и далее по тексту первое значение – московское время, значение в скобках – местное время) 03.07.2016 по 06:04:19 (10:04:19) 04.07.2016 у данного абонента происходили соединения, при этом абонент находился в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: <...>, то есть в месте расположения здания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово (<...>). В период с 06:04:28 (10:04:28) 04.07.2016 по 13:08:32 (17:08:32) 04.07.2016 у абонента зафиксированы только входящие СМС-сообщения и переадресация вызовов, без приема сигнала через базовые станции (период отключения телефона). После этого абонент появился в сети только в 13:10:37 (17:10:37) 04.07.2016. В период с 08:21:27 (12:21:27) 09.08.2016 по 13:55:15 (17:55:15) 09.08.2016 абонент находился в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: <...>, то есть в месте расположения здания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово (<...>). При этом, за указанный период зафиксированы два исходящих соединения продолжительностью 11 и 13 секунд в 08:21:37 (12:21:37) и в 08:25:17 (12:25:17) соответственно на номер +79235224994, которым согласно материалам дела пользовался ФИО10 Иных входящих и исходящих соединений (кроме непринятых СМС-сообщений и переадресации вызовов) в указанный период времени у данного абонента не зафиксировано. После этого абонент появился в сети только в 13:54:55 (17:54:55) 09.08.2016. Таким образом, временем отсутствия абонента в сети является период не ранее чем с 08:25:17 (12:25:17) и не позднее чем до 13:54:55 (17:54:55) составляет 05 часов 29 минут 38 секунд, что соответствует продолжительности записи в файле «Voice010.wav» (05 часов 28 минут 20 секунд) (т.4 л.д.150-154, л.д.155-169);

- детализацией соединений за период с 08.08.2016 по 31.08.2016 абонента с номером № которым пользовалась ФИО3, из которых следует, что в период с 13:16:40 (17:16:40) 09.08.2016 по 15:04:17 (19:04:17) 09.08.2016 у данного абонента происходило одно входящее соединение продолжительностью 17 секунд и поступали СМС-сообщения, при этом абонент находился в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: <...>, то есть в месте расположения здания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово (<...>). При этом, в период с 12:37:56 (16:37:56) 09.08.2016 по 13:16:40 (17:16:40) 09.08.2016 соединений у данного абонента не происходило, в связи с чем, определить местоположение абонента невозможно, что не исключает возможность нахождения ФИО3 в указанный период времени в здании отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово и ее работы с ФИО5 Таким образом, период времени нахождения ФИО3 в помещении отдела полиции соответствует продолжительности времени нахождения ФИО5 в кабинете ФИО3, зафиксированному на записи в файле «Voice010.wav», а также соответствует времени ухода ФИО5 из отдела полиции (не позднее 13:54:55 (17:54:55) и времени, указанному самой ФИО3 в протоколе допроса подозреваемого ФИО5 (с 17 часов 00 минут до 17 часов 30 минут) (т.4 л.д.170-172);

- протоколом осмотра сопроводительного письма ООО «Т2 Мобайл», приложенного к нему оптического диска «Mirex CD-R» с детализациями соединений абонента № за период 03.07.2016-04.07.2016 и 09.08.2016-31.08.2016, абонента № за период 09.08.2016-31.08.2016, которые в ходе осмотра были распечатаны и осмотрены (т.4 л.д.173-178);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу осмотренного оптического диска «Mirex CD-R» с детализациями телефонных соединений в качестве вещественного доказательства (т.4 л.д.179);

- заключением эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018, из которого следует, что фонограмма, зафиксированная в файле «Voice010.wav» (в части речи лица, обозначенного Ж1), и сравнительная фонограмма с образцами голоса и речи ФИО3, зафиксированная в файле «31.01.2017 ФИО3.wav», пригодны для проведения аудитивной, лингвистической и инструментальной частей идентификационного исследования на всем поле идентификационных признаков. Голос и речь участника исследуемого разговора, зафиксированного в файле «Voice010.wav», обозначенного в тексте настоящего заключения как Ж1, принадлежат ФИО3, образцы голоса и речи которой представлены на исследование. На фонограммах в файлах «Voice009.wav», «Voice010.wav» запись голоса и речи участников события сопровождается неречевыми шумами различной формы и интенсивности, соответствующими окружающей обстановке, в которой происходила запись: на акустически открытом пространстве (шумы улицы, стук двери автомобиля и др.) и в акустически закрытом пространстве – звуки, характерные для служебных помещений (стуки, щелчки, отдаленные голоса, тональные сигналы и др.). Кроме того, на фонограммах имеются собственные шумы устройства, возникшие при функционировании компонентов звукозаписывающего тракта, а также следы стационарных и квазистационарных узкополосных электромагнитных наводок работающего электрического оборудования вблизи устройства записи. Содержащие фонограммы файлы «Voice009.wav», «Voice010.wav», расположенные в корневой папке и в папке «Аудиозаписи», являются цифровыми копиями. Размещенные на флеш-накопителе Micro SD файлы с фонограммами «Voice009.wav», «Voice010.wav» содержат непрерывную запись, монтажу не подвергались. Определить, производились ли аудиозаписи при помощи предоставленного на исследование мобильного телефона марки «Nokia», не представляется возможным по причине неисправности данного телефона. Формат исследуемых аудиозаписей, содержащихся на флеш-накопителе Micro SD с номером №, соответствует формату иных аудиозаписей, находящихся на данном накопителе, в том числе и удаленных. На представленной аудиозаписи, зафиксированной в файле с наименованием «Voice010.wav» в памяти флеш-карты Micro SD, имеются как дословно совпадающие с текстом протокола допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016 фрагменты, так и фрагменты со сходной семантикой. Фрагменты, дословно совпадающие с текстом указанного протокола, путем прочтения вслух озвучивает коммуникант, именуемый «ФИО5». Кроме того, согласно исследовательской части заключения, в каталоге «Recordings/Voice recordings» имеются сведения о трех удаленных файлах, среди которых имеется файл «Voice010.wav» с таким же наименованием, как и исследуемый файл. Восстановить данный файл невозможно, так как поверх него записаны файлы со звуковой и визуальной информацией. Удаленный файл «Voice010.wav» имеет дату и время создания «09.08.2016 12:26:36», последнее изменение в данный файл произошло 09.08.2016 17:54:56. Дата последнего доступа к данному файлу 09.08.2016. Так как имя, дата редактирования, размер удаленного файла «Voice010.wav», размещенного в каталоге «Recordings/Voice recordings», совпадают с файлами «Voice010.wav», находящимися в корневом и «Аудиозаписи» каталогах, а дата и время создания отличаются («26.08.2016 19:08:14» у файла «Voice010.wav» в каталоге «Аудиозаписи», «26.08.2016 19:08:30» у файла «Voice010.wav» в корневом каталоге), можно сделать вывод о том, что удаленный файл являлся первичным, а все остальные файлы «Voice010.wav», расположенные в корневом и «Аудиозаписи» каталогах, являются копиями. Файлы, предоставленные на оптическом диске, имеют стандартизированные имена вида «Voice010.wav». Аналогичные имена имеются у удаленных файлов, сведения о которых сохранились в системной области накопителя – таблице размещения файлов. Во всех wav-файлах (в том числе и удаленных) имеется периодический пропуск символов в теле файла, период следования которого составляет 256 байт. Наличие данных пропусков свидетельствует об отсутствии изменений после записи, так как любое изменение первоначальной записи приводит к заполнению данных пропусков. Все файлы имеют структуру RIFF, звуковые данные сохранены в формате ADPCM, битрейт: 32,4 Кбит/сек. Частота дискредитации 8 КГц, разрешение 4 бит. Структура заголовков исследуемых аудиофайлов соответствует друг другу, а также и заголовку восстановленного файла. Следов применения программных средств для производства монтажа звукозаписи, сохраняемых в область метаданных файла, не имеется. Согласно проведенному лингвистическому исследованию, в ходе допроса коммуникант Ж1 побуждает допрашиваемого М1 (коммуникант, условно обозначенный «М1», именуемый в разговоре «Потерпевший №1», «Лиходевским»), после установления анкетных данных, разборчиво, без исправлений написать от руки диктуемый ею текст (побуждение выражено посредством употребления глагола «писать» в форме совместного действия «пишем» и в составе конструкции «давай + глагол», а также посредством употребления глагола «торопиться» в императивной форме) и ставить подписи в неназываемом документе. В завершении разговора Ж1, посредством использования императива, побуждает коммуниканта М1 быть на связи, поскольку ему необходимо будет подойти еще раз. В ходе допроса коммуниканта М1 коммуникантом Ж1 (с участием Ж2 – коммуниканта, именуемой в разговоре «Валентиной Павловной», присутствующей на допросе М1 в качестве защитника) обсуждаются, в том числе, следующие темы: 1) «квалификация деяния М1»: коммуникант Ж2 уточняет, как квалифицируется деяние, вменяемое М1; 2) «права подозреваемого»: коммуникант Ж2 делает попытку ознакомить коммуниканта М1 с его правами, но Ж1 настаивает на том, чтобы М1 сначала закончил писать. Далее коммуниканты к этой теме не возвращаются; 3) «действия коммуниканта М1»: коммуникант Ж1 спрашивает подозреваемого о его действиях: «Так, а че ты в душе сделал?», при этом ответа подозреваемого не последовало, Ж2 сразу же начала говорить на постороннюю, не связанную с деянием М1 тему. Далее коммуниканты к этой теме не возвращаются; 4) «следы пальцев на шее у потерпевшей»: коммуникант Ж1 поясняет, что из всего происходящего ее интересуют только следы на шее потерпевшей и причины их появления; 5) «результаты экспертного заключения»: коммуникант Ж2 просит Ж1 озвучить результаты судебной медицинской экспертизы, проведенной в отношении потерпевшей. Ж1 зачитывает отрывок из заключения с описаниями телесных повреждений; 6) «несогласие коммуниканта М1 с подписываемыми им показаниями»: коммуникант М1 зачитывает представленный ему для подписи документ и обращает внимание Ж1 на несоответствие действительности сведений в нем. Реакция коммуниканта Ж1 на заявления М1 отсутствует – она продолжает диктовать М1 текст для записи. В ходе сравнительного анализа текста протокола с текстом дословного содержания представленного на исследование разговора, зафиксированного в файлах «Voice009.wav» и «Voice010.wav», было установлено совпадение ряда фрагментов. Высказывания из анализируемого разговора, изложенные в пунктах 1, 2, 3, 4, 5 таблицы 7 («Вот здесь вот написано: «После чего я, находясь возле жены на расстоянии менее одного метра, схватил ее правой рукой за ее шею и стал сдавливать пальцами своей руки шею…», «ФИО6 начала задыхаться, пытаясь освободиться», «Пыталась оттолкнуть ФИО1 от себя, но я свою руку от жены… от шеи не отпускал, продолжая ее душить», «При этом жена сознание не теряла. Когда я душил ФИО6, говорил слова угрозы, а именно: «Убью». Произносил данную угрозу несколько раз. Но убивать не хотел», «Нанес не менее трех ударов»), принадлежат коммуниканту М1, именующему себя и именуемому собеседниками «ФИО5». Говорящий М1 на этапе подписания некоего документа обращает внимание допрашивающего его лица на расхождение сведений, зафиксированных в подписываемом документе с его показаниями и зачитывает вслух написанное в документе. Реплики следуют одна за другой и представляют собой дословно воспроизведенные отрывки из текста протокола, сопровождаемые комментариями М1 («Но это же бред», «Но этого вообще не было», «Да ниче я этого не делал», «Я уже просто это подписываю, что мне уже надоело здесь находиться, вот и все»). Иные высказывания, изложенные в пунктах 9, 10, 11 таблицы 7, зафиксированные в речи коммуниканта М1, произнесены в ходе дачи пояснений коммуниканту М3, представляют собой свободный рассказ говорящего и не содержат указания на действия, описанные в протоколе допроса подозреваемого, связанные с применением насилия к бывшей жене и высказыванием в ее адрес угрозы убийством (т.6 л.д.21-153).

Кроме того, виновность подсудимой ФИО3 в совершении фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, также подтверждается материалами уголовного дела № 16020893 в отношении ФИО5 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ:

- постановлением о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 13.07.2016, из которого следует, что дознаватель отдела полиции «Рудничный» УМВД России по г.Кемерово ФИО3 возбудила уголовное дело в отношении ФИО5, в деянии которого усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ (л.д.1);

- обязательством о явке от 09.08.2016, в соответствии с которым дознаватель ФИО3 взяла с ФИО5 обязательство в том, что он будет своевременно являться по вызовам дознавателя, прокурора или в суд, а в случае перемены места жительства и/или регистрации незамедлительно сообщит об этом указанным лицам. ФИО5 разъяснено, что при нарушении данного обязательства к нему может быть применена мера пресечения (л.д.29);

- протоколами судебных заседаний, в ходе которых ФИО5 вину не признал, заявил о том, что его допрос дознавателем не производился, права не разъяснялись, адвоката ему не представили, в подтверждение чего представил аудиозапись от 09.08.2016 на носителе micro SD. По ходатайству государственного обвинителя к материалам уголовного дела были приобщены объяснение ФИО5 от 03.07.2016, рапорт, заключение СМЭ в отношении ФИО7 (л.д.135-137, 150-154);

- постановлением о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 05.08.2017, в соответствии с которым уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО5 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, прекращено по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (л.д.261-265);

- извещением ФИО5 о праве на реабилитацию, то есть на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах (л.д.224).

Оценивая каждое из перечисленных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что все они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимой ФИО3 в совершении фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, при обстоятельствах, указанных в описательной части настоящего приговора.

Оценивая указанные выше заключения экспертов, суд находит их полными, мотивированными и обоснованными. У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов, поскольку экспертизы проведены с соблюдением требований закона, заключения даны компетентными и квалифицированными экспертами, их выводы мотивированы и ясны, в связи с чем суд признает заключения экспертов относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Анализируя выводы, изложенные в заключении эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018 (т.6 л.д.21-153), в совокупности с показаниями эксперта ФИО8 С.А., данными в судебном заседании, суд приходит к следующим выводам.

Из заключения эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018 следует, что содержащие фонограммы файлы «Voice009.wav», «Voice010.wav», расположенные в корневой папке и в папке «Аудиозаписи», являются цифровыми копиями. Размещенные на флеш-накопителе Micro SD файлы с фонограммами «Voice009.wav», «Voice010.wav» содержат непрерывную запись, монтажу не подвергались.

Из показаний эксперта ФИО8 С.А. следует, что оригиналы файлов «Voice009.wav» и «Voice010.wav» на представленном флеш-накопителе не содержатся. Цифровые копии повторяют оригинал с точностью до байта, имеют одинаковое наименование и одинаковое время последнего доступа и отличаются от оригинала только тем, что находятся в другом месте. В связи с тем, что признаки монтажа на цифровых копиях не обнаружены, можно сделать вывод о том, что оригиналы файлов, которые были удалены из первоначального каталога, тоже не подвергались монтажу.

Показания эксперта ФИО8 С.А. в указанной части, в свою очередь, достаточным образом подтверждаются анализом, приведенным в исследовательской части заключения, в результате которого установлено, что во всех wav-файлах (в том числе и удаленных) имеется периодический пропуск символов в теле файла, период следования которого составляет 256 байт. Наличие данных пропусков свидетельствует об отсутствии изменений после записи, так как любое изменение первоначальной записи приводит к заполнению данных пропусков. Следов применения программных средств для производства монтажа звукозаписи, сохраняемых в область метаданных файла, не имеется.

Таким образом, несмотря на удаление с флеш-накопителя первичных файлов, суд считает установленным, что оригиналы файлов «Voice009.wav» и «Voice010.wav», как и их цифровые копии (которые полностью идентичны удаленным файлам), содержат непрерывную запись и монтажу не подвергались.

Изложенный вывод в полной мере подтверждается не только показаниями потерпевшего ФИО5, свидетелей Свидетель №4, ФИО15, которые прослушивали аудиозапись и которые не производили с ней каких-либо изменений; свидетеля Свидетель №10, производившего копирование записи на другие носители и также отрицающего внесение в файлы каких-либо изменений первоначального содержания, но и полностью согласуется с детализацией соединений абонента с номером 89049923740, которым пользовался ФИО5, из которой следует, что после того, как ДД.ММ.ГГГГ потерпевший прибыл в отдел полиции и дважды позвонил Свидетель №8, его телефон находился вне зоны действия сети в период не ранее чем с 12:25:17 часов (приблизительное время начала записи) и не позднее чем до 17:54:55 часов (приблизительное время окончания записи), что составляет 05 часов 29 минут 38 секунд и соответствует продолжительности записи в файле «Voice010.wav» (05 часов 28 минут 20 секунд), а также согласуется с заключением эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018, из которого следует, что удаленный файл «Voice010.wav» имеет дату и время создания «09.08.2016 12:26:36» (приблизительное время начала записи), последнее изменение в данный файл произошло 09.08.2016 17:54:56 (приблизительное время окончания записи).

При этом, доводы подсудимой и ее защитника в той части, что потерпевший якобы пояснял о том, что «запись была им подчищена», не ставят под сомнение выводы суда об отсутствии монтажа, поскольку данные доводы защиты основаны на искаженных показаниях потерпевшего ФИО5, который таких обстоятельств в действительности не пояснял и не утверждал. Согласно протоколу судебного заседания от 04.04.2018, после допроса свидетеля ФИО11 потерпевший пояснил, что он лишь предполагает, что запись после экспертизы была очищена, поскольку слышимость была другая, были убраны шумы. Кроме того, суд обращает внимание на то обстоятельство, что в ходе предварительного следствия экспертизе (после которой со слов потерпевшего запись стала чище) подвергалась лишь копия записи, выполненная следователем на CD-диск, а не флеш-накопитель, представленный потерпевшим, что позволяет сделать вывод о том, что данные показания ФИО5, основанные на предположении, касались лишь копии произведенной записи на иные носители, а не оригинального файла.

Несмотря на, что определить, производились ли аудиозаписи при помощи предоставленного на исследование мобильного телефона марки «Nokia», не представилось возможным по причине неисправности данного телефона, суд считает, что само по себе данное обстоятельство не свидетельствует о том, что аудиозапись не производилась на диктофон данного телефона и не ставит под сомнение показания потерпевшего ФИО5 в указанной части.

При осмотре телефона потерпевшего в ходе предварительного следствия (т.3 л.д.223-227) и в судебном заседании было установлено, что по размеру карта памяти (флеш-накомитель micro SD) подходит к слоту, имеющемуся в мобильном телефоне марки «Nokia», с использованием которого со слов потерпевшего 09.08.2016 производилась аудиозапись.

Кроме того, из показаний эксперта ФИО8 С.А. в судебном заседании следует, что первоначально оригиналы файлов размещались на флеш-накопителе в каталоге «Recordings/Voice recordings», который, судя по названию, создается для размещения файлов со звуковой информацией. В свою очередь, показания эксперта ФИО8 С.А. подтверждаются показаниями свидетеля Свидетель №10, пояснившего в судебном заседании о том, что файлы, которые он копировал, находились на micro SD в отдельной папке, куда сохраняются записи с диктофона.

Суд также учитывает, что согласно заключению эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018 (т.6 л.д.21-153), на фонограммах в файлах «Voice009.wav», «Voice010.wav» запись голоса и речи участников события сопровождается неречевыми шумами различной формы и интенсивности, соответствующими окружающей обстановке, в которой происходила запись: на акустически открытом пространстве (шумы улицы, стук двери автомобиля и др.) и в акустически закрытом пространстве – звуки, характерные для служебных помещений (стуки, щелчки, отдаленные голоса, тональные сигналы и др.), а также имеются собственные шумы устройства, возникшие при функционировании компонентов звукозаписывающего тракта, и следы стационарных и квазистационарных узкополосных электромагнитных наводок работающего электрического оборудования вблизи устройства записи.

Изложенные доказательства, вопреки доводам подсудимой и ее защитника, в достаточной мере свидетельствуют о том, что аудиозапись производилась с использованием выданного потерпевшим ФИО5 мобильного телефона марки «Nokia», при включении диктофона которого 09.08.2016 в отделе полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово произведена аудиозапись на флеш-накопитель micro SD в каталог, созданный для размещения файлов со звуковой информацией, в связи с чем, оснований для признания флеш-накопителя micro SD недопустимым доказательством, полученным с нарушением требований уголовно-процессуального закона, не имеется.

Оценивая показания потерпевшего ФИО5 и свидетелей обвинения, за исключением свидетеля ФИО10, суд не находит оснований им не доверять, поскольку показания данных лиц последовательны и не содержат существенных противоречий в части обстоятельств, очевидцами которых они были либо о которых им известно от других очевидцев преступления, согласуются друг с другом, а также с письменными и вещественными доказательствами. На момент совершения преступления и в настоящее время неприязненных отношений между указанными лицами и подсудимой нет, в связи с чем суд считает, что ни у потерпевшего, ни у свидетелей не имеется оснований для оговора подсудимой.

При этом, доводы стороны защиты относительно того, что у ФИО5 имелось основание для оговора подсудимой с целью освобождения от уголовной ответственности за совершенное им преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ, суд признает надуманными, поскольку они полностью опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Показания потерпевшего ФИО5, в свою очередь, объективно подтверждаются:

- показаниями свидетелей Свидетель №4 и ФИО14, пояснивших, что ФИО5 изначально после его доставления в полицию 03.07.2016 категорически отрицал факт совершения в отношении своей бывшей жены каких-либо противоправных действий, а показаниями Свидетель №4, кроме того, и в той части, что Потерпевший №1 по его предложению во время нахождения в отделе полиции ДД.ММ.ГГГГ производил запись на диктофон в телефоне, которую они по возвращению Потерпевший №1 из отдела полиции совместно прослушали, и на которой были зафиксированы угрозы, нецензурная брань, а дознаватель принуждала Потерпевший №1 подписать документы;

- показаниями свидетеля ФИО15, пояснившего о том, что он являлся очевидцем конфликта между отцом и матерью, в ходе которого отец в адрес матери угрозы не высказывал и ударов ей не наносил, а также о том, что по прибытию в отдел полиции он и его отец включили аудиозапись на своих телефонах, а в последующем при прослушивании записи он услышал, что отец пытался объяснить дознавателю, что не трогал мать, не хватал, однако дознаватель говорила, откуда тогда следы на шее от рук, и настаивала на подписании каких-то документов;

- аудиозаписью, содержащейся на флеш-накопителе в файле «Voice010.wav», которая по своему содержанию полностью соответствует сообщенным потерпевшим сведениям относительно событий, происходивших 09.08.2016 в помещении отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово, изложенным в той же последовательности, что и на аудиозаписи, на которой зафиксированы, в том числе, фактические обстоятельства, происходившие в кабинете ФИО3 в период изготовления ею протокола допроса подозреваемого, свидетельствующие о том, что допрос ФИО5 фактически не производился, обстоятельства события преступления у ФИО5 не выяснялись, а обстоятельства, изложенные в протоколе допроса подозреваемого, ФИО5 оспаривал, заявляя о несоответствии действительности содержащихся в нем сведений;

- детализацией соединений абонента ФИО5, из содержания которой следует, что время отсутствия абонента в сети 09.08.2016 соответствует продолжительности записи в файле «Voice010.wav» (т.4 л.д.155-169);

- детализацией соединений абонента ФИО3, позволяющей сделать вывод о том, что период времени нахождения ФИО3 в помещении отдела полиции соответствует продолжительности времени нахождения ФИО5 в кабинете ФИО3, зафиксированному на записи в файле «Voice010.wav», времени ухода ФИО5 из отдела полиции, а также времени, указанному самой ФИО3 в протоколе допроса подозреваемого ФИО5 (т.4 л.д.170-172);

- заключением эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018, из содержания которого следует, что голос и речь участника исследуемого разговора, зафиксированного в файле «Voice010.wav», обозначенного в тексте заключения как Ж1, принадлежат ФИО3 Согласно проведенному лингвистическому исследованию, в ходе допроса коммуникант Ж1 (далее по тексту ФИО3) побуждает допрашиваемого М1 (далее по тексту ФИО5) после установления анкетных данных, разборчиво, без исправлений написать от руки диктуемый ею текст и ставить подписи в неназываемом документе. В ходе допроса ФИО5 ФИО3 (с участием Ж2 – далее по тексту защитник) защитник делает попытку ознакомить ФИО5 с его правами, но ФИО3 настаивает на том, чтобы ФИО5 сначала закончил писать. Далее коммуниканты к этой теме не возвращаются. ФИО3 спрашивает подозреваемого о его действиях: «Так, а че ты в душе сделал?», при этом ответа подозреваемого не последовало. Далее коммуниканты к этой теме не возвращаются (то есть иных вопросов о событии преступления ФИО5 ФИО3 не задавалось и обстоятельств не выяснялось). ФИО5 зачитывает представленный ему для подписи документ и обращает внимание ФИО3 на несоответствие действительности сведений в нем. Реакция ФИО3 на заявления ФИО5 отсутствует – она продолжает диктовать ФИО5 текст для записи. В ходе сравнительного анализа текста протокола с текстом дословного содержания представленного на исследование разговора, зафиксированного в файлах «Voice009.wav» и «Voice010.wav», было установлено, что ФИО5 на этапе подписания некоего документа обращает внимание допрашивающего его лица на расхождение сведений, зафиксированных в подписываемом документе с его показаниями, и зачитывает вслух написанное в документе. Реплики следуют одна за другой и представляют собой дословно воспроизведенные отрывки из текста протокола, сопровождаемые комментариями ФИО5 Иные высказывания, зафиксированные на записи в речи ФИО5, произнесены в ходе дачи пояснений коммуниканту М3, представляют собой свободный рассказ говорящего и не содержат указания на действия, описанные в протоколе допроса подозреваемого, связанные с применением насилия к бывшей жене и высказыванием в ее адрес угрозы убийством (т.6 л.д.21-153).

Оценивая показания свидетеля ФИО10 об обстоятельствах его беседы с ФИО5 09.08.2016 до начала работы с ним ФИО3, а также об обстоятельствах, якобы добровольно сообщенных ФИО5 в ходе дачи объяснения последним, суд считает, что они не входят в предмет доказывания и не относятся к обстоятельствам, подлежащим установлению по данному уголовному делу.

Между тем, указанные показания свидетеля ФИО10, по мнению суда, являются по сути способом реализации конституционного права не свидетельствовать против самого себя и сами по себе не ставят под сомнение достоверность показаний потерпевшего ФИО5 и содержание аудиозаписи разговоров, зафиксированных на флеш-накопителе micro SD, которые полностью согласуются как между собой, так и с другими, собранными по делу доказательствами, в том числе и с заключением эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018 (т.6 л.д.21-153), из которого следует, что в ходе дачи пояснений коммуниканту М3, ФИО5 не пояснял о применении насилия к бывшей жене и высказывании в ее адрес угрозы убийством.

Оценивая показания подсудимой ФИО3 в ходе судебного заседания в той части, что она производила допрос ФИО5 в качестве подозреваемого в соответствии с требованиями УПК РФ, показания вносились без искажения их содержания со слов самого ФИО5, который в ходе беседы в кабинете ФИО10 пояснял о том, что он ударил потерпевшую и схватил ее за шею, суд признает указанные показания недостоверными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и расценивает их как избранную подсудимой позицию защиты с целью уклониться от ответственности за совершенное преступление.

Показания ФИО3 в указанной части полностью опровергаются последовательными, подробными, категоричными и непротиворечивыми показаниями потерпевшего ФИО5, которые подтверждаются совокупностью иных исследованных доказательств, анализ и оценка которых приведены выше.

При этом, суд отмечает, что показания ФИО3 на всем протяжении производства по уголовному делу являются противоречивыми.

Так, при допросе в качестве подозреваемой (т.4 л.д.2-9) ФИО3 поясняла, что в материале проверки находилось объяснение ФИО5 от 07.07.2016 в напечатанном виде от имени Свидетель №8, а собственноручное объяснение ФИО5 от 03.07.2016 было обнаружено уже при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО5 в суде.

В ходе проведения очной ставки с потерпевшим ФИО5 (т.2 л.д.29-40) ФИО3 поясняла, что допрос ФИО5 происходил следующим образом: она задала ему один вопрос – когда, где и с кем он находился дома и что произошло, после чего ФИО5 в свободном рассказе сообщил о совершенном им преступлении. По ходу дачи ФИО5 показаний она вносила их в протокола допроса.

Вместе с тем, указанные показания ФИО3 в ходе предварительного следствия противоречат ее показаниям в судебном заседании, из которых следует, что объяснения ФИО5 от 07.07.2016 в напечатанном виде в материале проверки не было, и, по мнению ФИО3, оно было изготовлено уже после допроса ФИО5 путем перекопирования текста его показаний из составленного ею протокола допроса. Кроме того, в судебном заседании ФИО3 пояснила, что об обстоятельствах преступления ФИО5 ей пояснил не в ходе самого допроса, а при первоначальном разговоре между нею и ФИО5 в кабинете Свидетель №8, в ходе которого ФИО5 говорил ей о том, что он ударил потерпевшую и схватил ее за шею.

Суд отмечает, что показания ФИО3 в указанной части как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, не являются достоверными, поскольку они полностью опровергаются показаниями потерпевшего ФИО5 и содержанием аудиозаписи на флеш-накопителе micro SD, при исследовании которой экспертами при производстве экспертизы (т.6 л.д.13-91, 125-152) установлено, что в разговоре с ФИО3 на всем протяжении записи в речи ФИО5 свободный рассказ об обстоятельствах, описанных в протоколе допроса подозреваемого, связанных с применением насилия к бывшей жене и высказыванием в ее адрес угрозы убийством, отсутствует, как и отсутствует в речи ФИО3 произнесение ею каких-либо вопросов, адресованных ФИО5, об обстоятельствах преступления, за исключением вопроса: «Так, а че ты в душе сделал?». Вместе с тем, на записи присутствуют реплики ФИО5, представляющие собой дословно воспроизведенные путем зачитывания вслух отрывки из текста протокола, сопровождаемые комментариями потерпевшего, в которых им обращается внимание ФИО3 на расхождение сведений, зафиксированных в подписываемом документе, с его показаниями, а также на несоответствие действительности сведений в нем.

Изложенное позволяет суду прийти к выводу о том, что обстоятельства, описанные в протоколе допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016, дознавателем ФИО3 не выяснялись, вопросы ФИО5 относительно обстоятельств преступления не задавались, показаний в части события преступления, отраженных в протоколе допроса подозреваемого, ФИО5 не давал, то есть фактический допрос ФИО5 не производился, а в содержание показаний последнего ФИО3 были внесены сведения, не соответствующие действительности.

При этом, доводы подсудимой и ее защитника о том, что допрос ФИО5 производился в соответствии с требованиями закона, о чем, по их мнению, свидетельствует его собственноручная запись о правильности отражения его показаний и их прочтения, а также отсутствие замечаний к протоколу от ФИО5 и его защитника, суд признает полностью несостоятельными, поскольку сам по себе факт подписания допрашиваемым лицом протокола следственного действия без принесения на него замечаний не освобождает допрашивающее лицо от соблюдения процедуры допроса, который в данном случае фактически не проводился, что достоверно установлено в ходе судебного разбирательства. Кроме того, суд учитывает, что согласно лингвистическому исследованию, изложенному в заключении эксперта № 1071/8-1, 1072/8-1, 1842/8-1 от 24.10.2018 (т.6 л.д.21-153), в ходе допроса ФИО3 побуждала ФИО5 написать от руки диктуемый ею текст и ставить подписи в документе.

Вопреки доводам подсудимой и ее защитника, суд считает, что факт непризнания протокола допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016 недопустимым доказательством и незаявления ФИО5 либо его защитником ходатайства об этом не опровергает установленных судом фактических обстоятельств, не свидетельствует о соблюдении дознавателем ФИО3 процедуры допроса и не освобождает ФИО3 от уголовной ответственности за фальсификацию данного доказательства.

Оценивая показания свидетелей защиты Свидетель №11 и ФИО20, суд приходит к выводу о том, что они не являются доказательствами по настоящему делу, поскольку не содержат сведений, на основе которых возможно установить наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Так, из показаний свидетеля защиты Свидетель №11 в судебном заседании следует, что она, занимая должность инспектора ОПДН отдела полиции «Рудничный» УМВД России по <адрес>, разговаривала с несовершеннолетним ФИО15 по просьбе Свидетель №8, однако суть вопроса ей была не известна, поэтому она только записала данные и сотовый телефон ФИО15 и сказала ему быть на связи.

Допрошенная в судебном заседании свидетель защиты ФИО20 показала, что в августе 2016 года, возможно 09.08.2016, ФИО3 в ее присутствии проводила допрос ФИО5, с участием адвоката Чуньковой В.П., в ходе которого они о чем-то разговаривали и что-то писали, однако подробностей она не помнит, в суть происходящего в кабинете она не вникала, поскольку занималась своей работой и периодически выходила из кабинета. При этом, на уточняющие вопросы участников процесса, свидетель ФИО20 сообщала обстоятельства, основанные на ее предположении.

Таким образом, показания свидетеля Свидетель №11 не соответствуют признаку относимости к событию совершенного ФИО3 преступления, а показания свидетеля ФИО20 – признакам достоверности и допустимости, поскольку они основаны на предположении и не основаны на конкретных запечатленных свидетелем фактах.

На основании исследованных доказательств суд считает установленным, что ФИО3 совершила указанное в описательной части настоящего приговора преступление, являясь должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, что подтверждается копией приказа № 1253 л/с от 24.05.2012 о назначении ФИО3 на должность дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово (т.4 л.д.34), оригиналом должностного регламента (должностной инструкции) дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД РФ по г.Кемерово ФИО3 (т.2 л.д.69-80).

Суд также считает установленным и доказанным, что ФИО3, являясь должностным лицом, действуя умышленно, из иной личной заинтересованности, осознавая противоправность своих действий, фактически не производя допрос подозреваемого ФИО5, не выясняя обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, при помощи компьютерной техники, внеся в содержание показаний подозреваемого сведения, имеющие расхождения с действительными, относительно участия ФИО5 в совершении угрозы убийством ФИО7, составила протокол допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016, после чего с помощью служебного принтера распечатала на бумажном носителе сфальсифицированный ею протокол допроса подозреваемого ФИО5 и побудила последнего поставить свои подписи в протоколе, тем самым удостоверяя написанное в нём. Заведомо осознавая, что допрос ФИО5 не производился, и в сфальсифицированном протоколе допроса содержатся заведомо ложные сведения, ФИО3 приобщила данное доказательство, добытое с нарушением требований УПК РФ, к материалам уголовного дела № 16020893, включила его в качестве доказательства в обвинительный акт по уголовному делу № 16020893 с целью его использования в процессе доказывания.

В дальнейшем уголовное дело № 16020893 и уголовное преследование в отношении ФИО5 прекращены по реабилитирующему основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ.

В результате умышленных незаконных действий дознавателя ФИО3 по фальсификации доказательств по уголовному делу наступили последствия, выразившиеся в незаконном уголовном преследовании невиновного лица, незаконном применении к нему меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, ограничившей его конституционные права на свободу передвижения, перемену места жительства, возникновении вследствие этого у него права на реабилитацию и возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями сотрудника полиции, а также нарушении охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитации звания сотрудника полиции, подрыве авторитета органов внутренних дел и работников указанных органов.

Наступление указанных последствий достаточным образом подтверждается показаниями потерпевшего ФИО5, пояснившего о том, что в связи с данным уголовным делом он потерял три работы, поскольку не мог выезжать на длительное время в командировки, не мог менять место жительства, понимая, что в случае невыполнения этих обязательств к нему будет применена мера пресечения, а также подтверждается материалами уголовного дела № 16020893 по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, из которого следует, что ФИО5 действительно избиралась мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которая ограничивала его конституционные права на свободу передвижения и перемену места жительства, а после направления дела на дополнительное расследование уголовное дело и уголовное преследование было прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО5 состава преступления, что повлекло возникновение у потерпевшего права на реабилитацию и возмещение государством вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием невиновного лица и незаконным применением меры процессуального принуждения, а также привело к нарушению охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитации звания сотрудника полиции, подрыву авторитета органов внутренних дел и работников указанных органов.

В судебном заседании государственный обвинитель Шалыгина Ю.В. просила исключить из обвинения ФИО3 квалифицирующий признак фальсификации доказательств – «повлекшая тяжкие последствия», поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что таких последствий не наступило, в связи с чем, просила переквалифицировать действия ФИО3 с ч.3 ст.303 УК РФ на ч.2 ст.303 УК РФ.

В соответствии с ч.ч.7, 8 ст.246, ст.252 УПК РФ изменение государственным обвинителем в ходе судебного разбирательства обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя.

Соглашаясь с мнением государственного обвинителя и исключая указанный квалифицирующий признак из обвинения ФИО3, суд учитывает, что в результате совершенного ФИО3 преступления действительно наступили приведенные выше последствия, однако они как в отдельности, так и в совокупности, не могут быть признаны тяжкими и не являются таковыми, поскольку они не были связаны с незаконным лишением свободы, наступлением смерти, причинением тяжкого вреда здоровью человека и др.

Вопреки доводам подсудимого и ее защитника, суд также считает установленным, что, фактически не производя допрос подозреваемого ФИО5, не выясняя обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, внося в содержание показаний подозреваемого сведения, имеющие расхождения с действительными, а также приобщая сфальсифицированный протокол допроса подозреваемого ФИО5 к материалам уголовного дела и включая его в качестве доказательства в обвинительный акт для использования в процессе доказывания, ФИО3 осознавала противоправный и общественно опасный характер своих действий, предвидела возможность наступления общественно опасных последствий своих действий и желала их наступления, то есть действовала с прямым умыслом.

Суд признает очевидным, что, совершая указанные выше действия, ФИО3 действовала из иной личной заинтересованности, выразившейся в улучшении показателей собственной работы, улучшении раскрываемости, повышении статистических показателей служебной деятельности по направлению уголовных дел в суд, с целью кратчайшего варианта собирания доказательств вины ФИО5 и облегчения своей работы.

Данный вывод вытекает из того, что на момент совершения ФИО3 преступления уголовное дело в отношении ФИО5 по ч.1 ст.119 УК РФ уже было возбуждено подсудимой, а последующее прекращение уголовного дела при недоказанности виновности ФИО5 неизбежно повлекло бы для ФИО3 негативные последствия. Кроме того, показания свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании в той части, что в подразделении дознания каждого территориального органа имеются ведомственные показатели по направлению уголовных дел в суд (так называемая «перспектива»), которая в их отделе в среднем на одного дознавателя составляет 5-7 дел в месяц, по мнению суда, достаточным образом свидетельствуют о наличии у ФИО3 безусловной заинтересованности в улучшении показателей собственной работы, улучшении раскрываемости, повышении статистических показателей служебной деятельности по направлению уголовных дел в суд, а также о заинтересованности ФИО3 в кратчайшем варианте собирания доказательств вины ФИО5 с целью облегчения своей работы.

Суд считает необходимым уточнить в описании преступного деяния, признанного судом доказанным, адрес местонахождения отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово, являющегося местом совершения преступления, указав правильный адрес: <...>, что является общеизвестным фактом, не требующим доказывания.

На основании представленных стороной обвинения и непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств суд приходит к выводу о том, что виновность ФИО3 полностью установлена и доказана в судебном заседании. С учетом позиции государственного обвинителя, суд квалифицирует действия ФИО3 по ч.2 ст.303 УК РФ, как фальсификация доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание.

При назначении наказания подсудимой ФИО3 суд, в соответствии со ст.6 УК РФ, ч.3 ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, обстоятельства, смягчающие ее наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи.

В качестве данных о личности подсудимой суд учитывает, что ФИО3 ранее не судима, впервые привлекается к уголовной ответственности, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, имеет стойкие социальные связи, двоих малолетних сыновей на иждивении, которых она воспитывает одна, работает, то есть занимается общественно полезным трудом, по месту работы характеризуется положительно.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает привлечение к уголовной ответственности впервые, занятие общественно полезным трудом, положительную характеристику, наличие у нее стойких социальных связей и двоих малолетних детей на иждивении, которых она воспитывает одна, а также состояние здоровья подсудимой и ее близких родственников.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, суд не усматривает.

Судом не установлено наличие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, а также иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, в связи с чем, оснований для применения в отношении ФИО3 ст.64 УК РФ не имеется.

Суд не усматривает оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ, то есть изменения категории преступления на менее тяжкую, учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности.

С учетом всех обстоятельств, влияющих на назначение подсудимой наказания, суд считает, что основное наказание ФИО3 за данное преступление должно быть назначено в виде лишения свободы, поскольку только такой вид наказания из числа предусмотренных санкцией ч.2 ст.303 УК РФ сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания и будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимой и предупреждению совершения ею новых преступлений.

Вместе с тем, учитывая совокупность установленных судом смягчающих наказание обстоятельств и данных о личности подсудимой, свидетельствующих о возможности исправления ФИО3 без реального отбывания наказания, суд считает возможным назначить виновной основное наказание с применением ст.73 УК РФ, то есть условного осуждения.

Кроме того, суд назначает подсудимой предусмотренное санкцией ч.2 ст.303 УК РФ в качестве обязательного дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в правоохранительных органах, при определении размера которого суд учитывает характер, фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности. При этом, оснований для применения ст.64 УК РФ в части неприменения дополнительного наказания к ФИО3 судом не усматривается.

Суд считает, что вещественные доказательства по делу:

- протокол допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016 по уголовному делу № 16020893; оригинал должностного регламента (должностную инструкцию) дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД РФ по г.Кемерово ФИО3; оптический диск Mirex CD-R» красного цвета, с номером вокруг посадочного отверстия «0963501020413» с детализациями телефонных соединений с № и с № – следует хранить в материалах уголовного дела;

- оптический диск «CD-R» с номером на посадочном отверстии «0951405260900» – следует хранить при материалах уголовного дела;

- системный блок черного цвета марки HP-Prodesk с инвентарным номером 0101043355 – следует возвратить в отдел дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по <адрес>;

- флеш-накопитель micro SD черного цвета, с номером 10176045550XZ, с маркировкой «made in china», объемом памяти 1,83 Гб; мобильный телефон марки «Nokia» в корпусе чёрного цвета – следует возвратить потерпевшему ФИО5

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст.296-300, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.303 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в правоохранительных органах, сроком на 3 (три) года.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.

Обязать ФИО3:

- встать на учет в течение 10 дней после вступления в законную силу приговора суда в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, по месту своего жительства;

- по графику, установленному данным органом, являться на регистрацию;

- не менять без уведомления данного органа постоянного места жительства.

Вещественные доказательства по делу:

- протокол допроса подозреваемого ФИО5 от 09.08.2016 по уголовному делу № 16020893; оригинал должностного регламента (должностную инструкцию) дознавателя отдела дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД РФ по г.Кемерово ФИО3; оптический диск Mirex CD-R» красного цвета, с номером вокруг посадочного отверстия «0963501020413» с детализациями телефонных соединений с № 79049923740 и с № 79049695178 – хранить в материалах уголовного дела;

- оптический диск «CD-R» с номером на посадочном отверстии «0951405260900» – хранить при материалах уголовного дела;

- системный блок черного цвета марки HP-Prodesk с инвентарным номером 0101043355 – возвратить в отдел дознания отдела полиции «Рудничный» Управления МВД России по г.Кемерово;

- флеш-накопитель micro SD черного цвета, с номером 10176045550XZ, с маркировкой «made in china», объемом памяти 1,83 Гб; мобильный телефон марки «Nokia» в корпусе чёрного цвета – возвратить потерпевшему ФИО5

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционного представления прокурором, жалобы осужденной, а также жалобы другим лицом, осужденная вправе указать в отдельном ходатайстве или возражении на жалобу либо представление о своем желании участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Кроме того, осужденная вправе пригласить защитника для участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо о рассмотрении дела без защитника, о чем она должна в письменном виде сообщить в суд, постановивший приговор.

Судья: <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>