Апелляционное постановление № 22-1720/2020 22-58/2021 от 25 января 2021 г. по делу № 1-120/2020

Судья Воронцов Ю.Ю. Дело № 22-58/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Мурманск 26 января 2021 года

Мурманский областной суд в составе:

председательствующего Желтобрюхова С.П.,

при секретаре Ивановой Л.Н.,

с участием прокурора Маяковой С.В.,

осужденной ФИО1 и защитника – адвоката Молчанова А.И.,

представителя потерпевших N1, N2, N3 и N4 – адвоката Москаленко А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и адвоката Молчанова А.И. в ее интересах на приговор Апатитского городского суда Мурманской области от 6 ноября 2020 года, которым

ФИО1, ***, несудимая,

осуждена по ч. 2 ст. 217 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием назначенного наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься определенной деятельностью – работать на опасных производственных объектах, на срок 3 года.

Исследовав содержание судебного решения, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденной ФИО1 и адвоката Молчанова А.И., поддержавших доводы жалоб, представителя потерпевших – адвоката Москаленко А.Н. и прокурора Маяковой С.В., полагавших приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил :

ФИО1 признана виновной и осуждена за нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью N4 и смерть NN.

Преступление, как установил суд, совершено _ _ 2019 года на территории *** при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 выражает несогласие с приговором, полагая, что изложенные в нем выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны без учета данных, которые могли существенно повлиять на принятие решения.

Указывает, что оставлены без внимания факты отсутствия в системе защиты «сепам» информации о работе ячеек и поступлении сигналов из шкафа управления. Ее доводы о том, что неизвестное лицо стерло в системе «сепам» информацию по данному несчастному случаю, в приговоре не опровергнуты, а выводы о цикличности записи в данной системе являются предположением. Полагает, что инженерно-технологическая экспертиза позволила бы восстановить утраченную информацию, однако, в удовлетворении заявленных ее защитником ходатайств о назначении данной экспертизы отказано.

Отмечает, что пуск шаровой мельницы № 4 (далее – МШР-4) при вкатывании тележки в ячейку, то есть из подстанции ПС-30, невозможен, что подтверждается как показаниями свидетеля S3, так и результатами следственного эксперимента от 23 марта 2020 года. Свидетель S1 показал, что комиссией по расследованию несчастного случая не установлена причина запуска МШР-4, для ее штатного запуска имеется кнопка в шкафу управления, а все иные случаи являются прямым пуском, которого в действительности не существует.

Считает, что проигнорированы показания свидетеля S8 о том, что вкат-выкат тележки ячейки № 24 был произведен по указанию * ООО «%» Ш., что подтверждается показаниями свидетеля S2 о том, что вкат-выкат любой тележки является обычным производственным процессом при выполнении работ на подстанции и данное действие не может влиять на запуск оборудования. Вместе с тем, Ш. допрошен не был.

Приходит к выводу, что при установке и подключении МШР-4 были допущены ошибки и данный факт является причиной наступления несчастного случая.

Кроме того, потерпевшими были нарушены правила техники безопасности при проведении работ на высоте. При наличии у них страховочных поясов наступление несчастного случая было бы исключено. Вместе с тем, данные обстоятельства оставлены судом без внимания, ходатайство ее защитника о проведении экспертизы безопасности труда не удовлетворено.

Полагает, что в нарушение положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», причинно-следственная связь между ее действиями и наступившими последствиями не установлена.

Также отмечает, что в приговоре изложены противоречивые выводы, которые повлияли на решение вопроса о ее виновности. Так, суд указал на ее осведомленность о неисправности оборудования, но о какой именно неисправности идет речь в приговоре сведений не имеется, при этом, все произведенные ею действия были совершены уже после ремонта ячейки № 24.

Помимо этого, суд ссылается на результаты следственного эксперимента от 23 марта 2020 года, проведенного без ее участия и без ее защитника, о возможности запуска МШР-4 как при включенных «автоматах» цепей управления, так и в случае их отключения. Однако, на видеозаписи данного эксперимента видно, что при воспроизведении ее действий, в том числе при нажатии кнопки при включенных «автоматах» цепей управления запуск МШР-4 не происходит. Полагает, что следственный эксперимент полностью доказывает ее невиновность.

Указывает, что суд в качестве доказательств ее виновности принял во внимание показания свидетелей, основанные на предположениях, при этом, отвергнув их показания в части, подтверждающей ее доводы. Мотивы, по которым суд принял одни показания и отверг другие, в приговоре не приведены.

Полагает, что ее виновность не доказана, в ее действиях отсутствует состав преступления. Просит приговор отменить, ее – оправдать.

В апелляционной жалобе защитник осужденной – адвокат Молчанов А.И. находит приговор подлежащим отмене, предъявленное ФИО1 обвинение - необоснованным. Приводит доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы осужденной. Кроме того полагает, что приговор постановлен с нарушением презумпции невиновности, поскольку имевшиеся сомнения истолкованы против ФИО1 Также в нарушение требований ст.ст. 86, 87 УПК РФ в ходе предварительного следствия сторона защиты была лишения возможности сбора доказательств, поскольку ей было отказано в проведении следственных экспериментов и экспертиз, а кроме того, следователь не дал надлежащей оценки предоставленным стороной защиты доказательствам, что свидетельствует о нарушении права на защиту.

Указывает, что предъявленное ФИО1 обвинение в совершении действий по оперативному переключению, в том числе по нажатию ею кнопки пуска выключателя, признано судом доказанным. Вместе с тем, ФИО1 данный факт отрицает. Свидетели S3 и S8 указывают, что после вката тележки кнопка пуска никем не нажималась, а нажималась ими ранее для проверки работы оборудования. Свидетель S1 показал, что нажать кнопку пуска мог любой из троих находящихся рядом лиц. Кроме того, довод приговора о возможности нажатия кнопки пуска ФИО1 в испуганном состоянии является предположением.

Отмечает, что оставлены без внимания доводы защиты о нарушении должностных обязанностей S8, который не сделал перерыв в работе и пригласил на подстанцию ФИО1, указав на устное распоряжение начальника о проверке вката-выката тележки.

Кроме того, S8 совершил несанкционированный допуск к работе Ч., который вместе с S3 для устранения неисправности оборудования высоковольтной ячейки установили в ней дополнительную перемычку, что могло стать причиной несрабатывания защиты и запуска МШР-4.

При этом оставлены без удовлетворения ходатайства защиты о назначении комплексной инженерно-технологической экспертизы и экспертизы охраны и безопасности труда в целях определения наличия неисправности подключения электрических схем МШР-4. Отсутствие при запуске МШР-4 звуковой и световой сигнализаций свидетельствует о наличии таких неисправностей, в противном случае исправное оборудование и его правильная установка не позволили бы произвести несанкционированный запуск МШР-4. Кроме того, установлено, что в момент вкатывания ячейки появились щелчки, что также свидетельствует о наличии какой-то неисправности.

Указывает, что не проводилась судебная техническая экспертиза с целью устранения сомнений по вопросу принудительного стирания информации с устройства «сепам». Выводы суда о цикличности записи ничем не подтверждаются, в то время как программное обеспечение данного устройства позволяет восстановить утраченную информацию, либо установить ее принудительное стирание.

Полагает, что запуск МШР-4 был возможен из-за неисправности защиты и неправильно закоммутированного «сепама», что возможно установить только при проведении соответствующей экспертизы. Наличие сбоя в системе промышленного оборудования ввиду его неисправности исключает виновность в возникновении несчастного случая ФИО1, совершившей только вкат тележки в высоковольтную ячейку.

Ссылаясь на вышеуказанное Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года № 41 полагает, что причинно-следственная связь между действиями его подзащитной и наступившими последствиями, как и реальная причина несчастного случая не установлена.

Указывает, что суд не опросил независимых специалистов, посчитав достаточными показания свидетелей, которые работают в подрядных организациях, обслуживающих оборудование, на котором произошел несчастный случай. При этом показания свидетелей S1, S4, S5 в части возможности запуска МШР-4 при сборе ячейки опровергаются результатами следственного эксперимента о том, что для запуска необходимо нажатие кнопки пуска и при включенных автоматах пуск невозможен.

При этом эксперимент был проведен в отсутствие защиты, чем не была предоставлена возможность задать вопросы.

Кроме того, в соответствии с актом о несчастном случае и из показаний сотрудников ООО «%» усматривается, что шкаф управления был отключен и, следовательно, дистанционный запуск МШР-4 был невозможен. Согласно показаниям S6, при проведении ремонтных работ его бригадой был выключен силовой кабель, что также исключало пуск МШР-4.

Также отмечает, что оставлены без внимания доводы защиты о неудовлетворительной организации производства работ, отсутствии регламента по проведению совместных работ на оборудовании, а также на каждый производственный процесс по эксплуатации и ремонту опасного производственного объекта, что является нарушением п. 25 Приказа Ростехнадзора от 11 декабря 2013 года № 599 «Об утверждении Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности». Полагает, что отсутствие у подрядных организаций регламента по взаимодействию между собой явилось одной из причин несчастного случая.

Ссылки на несоблюдение ФИО1 требований о согласовании своих действий с S7. по сборке ячейки, что исключило бы возникшую ситуацию, считает предположениями, поскольку установлено, что оборудование МШР-4 было неисправно, а * S7. допустил бригады к работам на МШР-4 без отключения высоковольтного кабеля, чем нарушил требования безопасности труда.

Указывает о нарушении потерпевшими требований безопасности при работах на высоте, что находится в прямой зависимости с наступившими последствиями, так как на основании п.п. «а», «б» п. 3 и п.п. «а» п. 3.1 Приказа Минтруда РФ от 28 марта 2014 года № 155н «Об утверждении правил по охране труда при работе на высоте» работы являлись высотными, поскольку проводились на высоте более 5 метров, однако, страховочных поясов на потерпевших не имелось.

Полагает, что доводы защиты опровергнуты не были, версия подсудимой не проверена, имевшиеся сомнения не устранены. Следствие проведено с обвинительным уклоном, с нарушением права обвиняемой на защиту.

Ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые подробно проанализированы в обжалуемом приговоре.

Так, исходя из показаний подсудимой и свидетелей, с учетом анализа письменных материалов дела, судом установлено, что преступление произошло _ _ 2019 года на территории К.», которая осуществляет переработку полезных ископаемых и относится к категории опасных производственных объектов на основании п. 5 приложения Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

К.» имеет договорные отношения с подрядными организациями на обслуживание и ремонт его оборудования, в частности, с ООО «@» на осуществление работ по текущим ремонтам и техническому обслуживанию оборудования, а также с ООО «%» и ООО «+» по эксплуатации и ремонту энергооборудования. Взаимодействие персонала данных организаций с персоналом фабрик осуществляется на основе соответствующих положений.

_ _ 2019 года на оборудовании, относящемся к МШР-4, расположенной на территории К., проводились ремонтные работы.

В частности, в 08:30 * Z. бригаде под руководством NN. был выдан письменный наряд-задание на производство текущего ремонта МШР-4.

В 08:45 NN. подал * S7 заявку на допуск к данным работам с разборкой схемы питания синхронного двигателя привода МШР-4.

В 09:02 S7. передал * ФИО1 заявку на разборку схемы МШР-4 и выключение заземляющего разъединителя в ячейке № 24 ПС-30 КРУ-6, о чем последняя сделала запись в оперативном журнале и дала распоряжение * G. на разборку схемы МШР-4 и выключение заземляющего разъединителя в ячейке № 24 ПС-30 КРУ-6.

В 09:35 ФИО1 доложила S7 о выполнении необходимых операций, в связи с чем бригада NN. была допущена к выполнению работ, о чем S7. сделал запись в оперативном журнале, выдав «бирку» в соответствии с Положением о бирочной системе К..

При этом S7. на основании соответствующего наряда допустил к работам на синхронном двигателе привода МШР-4 бригаду ООО «+» под руководством S6

В 09:45 к работам на разобранной ячейке № 24 ПС-30 КРУ-6 согласно наряду-допуску, выданному начальником * ООО «%» R., приступила бригада в составе сотрудников данной подрядной организации S8 и S3, о чем ФИО1 в оперативном журнале была сделана запись.

В течение рабочего дня, к 12:00, бригада S6 доложила о выполнении своих работ.

В 15.00 S8 обратился к R. с просьбой направить более опытного сотрудника – Ч. для устранения выявленной в ячейке № 24 неисправности.

К 15.50 неисправность в релейной защите была устранена, проведена проверка ее работоспособности.

Бригада NN. продолжала работу, осуществляя монтаж люка на барабане МШР-4.

Данные обстоятельства были установлены комиссией по расследованию несчастного случая, изложены в соответствующих актах, сторонами не оспариваются.В соответствии с п. 1.5.34 «Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей», утвержденных Приказом Министерства энергетики РФ от 13 января 2003 года № 6, электрооборудование, отключенное по устной заявке технологического персонала для производства каких-либо работ, включается только по требованию работника, давшего заявку на отключение или заменяющего его.

ФИО1 являлась *** ООО «%». От S7 получила заявку только на разборку схемы МШР-4 и выключение заземляющего разъединителя в ячейке № 24 ПС-30 КРУ-6.

Согласно показаниям S7, указаний на сборку схемы на подстанции он не давал, только им могла быть инициирована обратная сборка схемы.

Вместе с тем, как следует из показаний ФИО1 и свидетелей S8, S3 по окончании своих работ последний обратился к ФИО1 с просьбой осуществить вкат-выкат тележки на ячейке № 24, поскольку самостоятельно осуществлять данную операцию он не может. К 16:00 ФИО1 и G. прибыли на место. Ячейка находилась в ремонтном состоянии. ФИО1 сняла замок и плакаты, отключила заземляющий разъединитель, вкатила тележку в контрольное положение. В это время S8 находился у заднего отсека, контролировал соединение. ФИО1 произвела вкат тележки в рабочее положение. Затем услышали в отсеке щелканье, решили, что следует обратно выкатить тележку и разобраться.

В судебном заседании ФИО1 показала, что во время щелканья нажимала кнопку выключателя на отключение, более никаких кнопок не нажимала, ранее проводила аналогичные действия при ремонте ячеек и шаровые мельницы не запускались, о параллельных ремонтных работах на МШР-4 не знала, признала, что нарушила правила тем, что не сообщила о своих действиях S7, осуществила самостоятельный вкат тележки, но кнопку пуска выключателя не нажимала, в связи с чем ее действия не могли стать причиной пуска МШР-4.

В соответствии с актом о несчастном случае _ _ 2019 года ФИО1 осуществила оперативные переключения на оборудовании, выведенном в ремонт по заявке S7, а именно: сняла замок, блокирующий шторки силового отсека; сняла плакаты «работать здесь», «заземлено»; отключила заземляющий разъединитель; произвела вкат тележки выключателя в рабочее положение; подключила шлейф оперативных цепей выключателя в ячейке, тем самым произвела сборку силовой части ячейки № 24.

Также комиссией по расследованию несчастного случая было установлено, что в 16:07:59 датчик активной мощности зафиксировал подачу напряжения на синхронный двигатель привода МШР-4. Барабан МШР-4 вместе с площадкой и находившимися на ней N4 и NN. совершил прокручивание, площадка затянулась в пространство между барабаном и ограждением вместе с рабочими, которые оказались зажаты в данном месте. Всего барабан совершил два оборота.

Как следует из протокола следственного эксперимента от 23 марта 2020 года при проведении отключения «низковольтной» части электрооборудования МШР-4, что было установлено комиссией по расследованию несчастного случая, запуск (прокрутка барабана) МШР-4 производится как с включенными «автоматами» цепей управления («АМУ» и «АМП»), так и при условии отключения указанных «автоматов».

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы в результате указанных событий N4 была причинена тупая сочетанная травма тела, включающая в себя открытую черепно-мозговую травму, закрытую травму грудной клетки, закрытый перелом тела и дужки второго шейного позвонка, открытые оскольчатые переломы правой лопатки, правой ключицы, открытый поперечный перелом средней трети правой плечевой кости, травматическая ампутация левой нижней конечности, множественные поверхностные раны и гематомы, что оценивается как причинение тяжкого вреда здоровью.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа смерть NN. наступила в результате причинения тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки, живота, правой верхней конечности, правой и левой нижней конечности с множественными переломами костей скелета и повреждением внутренних органов, осложнившейся острой кровопотери.

Исходя из совокупности показаний свидетелей S7, Ч., а также S4, являющегося * ООО «+», S1, на момент исследуемых событий работавшего *», судом установлено, что основным моментом пуска МШР-4 является собранная схема, по которой может пойти ток; при наличии выката тележки запуск МШР-4 невозможен. При этом, при наличии низковольтного напряжения только при подаче высоковольтного напряжения возможен запуск машины; при разборке низковольтной схемы и собранной высоковольтной схемы включение машины возможно механическим путем при помощи взведенных пружин, в нарушение технологии запуска – при нажатии кнопки на выключателе или при поднятии флажка на релейном отсеке.

Из акта о несчастном случае также следует, что согласно данным «Справки по контролю и управления состояния МШР-4 на _ _ 2019 года» установлено, что питание оперативных цепей шкафа управления МШР-4 отсутствовало, пуск МШР-4 со шкафа управления (штатный пуск) кем-либо не производился; дистанционный пуск МШР-4 оператором и системой управления невозможен. Комиссией сделан вывод, что несанкционированный пуск МШР-4 осуществлен из ячейки № 24 путем включения высоковольтного выключателя. Основной причиной несчастного случая признана неудовлетворительная организация работ по выполнению оперативных переключений без получения заявки на отключение заземляющего разъединителя и на сборку схемы ячейки № 24.

При таком положении является достоверно установленным, что _ _ 2019 года сотрудниками подрядных организаций были произведены все необходимые начальные операции по обеспечению безопасности ремонтных работ, которые были определены в нарядах-допусках. Производство работ несколькими бригадами является допустимым. Допуск на место работ непосредственных исполнителей осуществлялся * S7. с учетом разработанной на предприятии бирочной системы, а также положения о взаимодействии, согласно которому работы осуществляются на основании заявок.

ФИО1 в соответствии со своими должностными инструкциями осуществляла прием заявок, в том числе на разборку схемы МШР-4 и выключение заземляющего разъединителя в ячейке № 24, с последующей фиксацией их в оперативном журнале; в дальнейшем в 16:00 по просьбе S8 произвела оперативное переключение в данной ячейке. В 16:07 произошел запуск МШР-4, барабан которой пришел в движение, совершил два оборота.

При этом исследованные доказательства свидетельствуют, что именно действия ФИО1 с ячейкой № 24 нарушили условия, при которых неоконченные ремонтные работы являлись безопасными. Каких-либо иных действий третьих лиц по запуску МШР-4 установлено не было, дистанционный запуск, а также запуск МШР-4 со шкафа управления исключен.

Предоставленные суду технические сведения о схеме работы МШР-4 указывают, что подача высокого напряжения является главным условием запуска машины, низкое напряжение движения барабана не обеспечивает, при этом, возможен его принудительный запуск.

Оснований сомневаться в достоверности данной информации, а также в наличии у допрошенных лиц опыта работы и необходимых знаний в сфере их трудовой деятельности для разъяснения механизма работы электрооборудования у суда не имелось, в связи с чем приглашения иных специалистов не требовалось.

Таким образом, вкат тележки и иные действия ФИО1 с ячейкой обеспечивают соединение нужных контактов, восстанавливают разобранную схему подачи высокого напряжения, о чем верно указано в приговоре.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда о запуске МШР-4 через кнопку выключателя, произведенном ФИО1, являются мотивированными, основанными на анализе исследованных доказательств, суд апелляционной инстанции с ними соглашается, поскольку в ходе судебного следствия нажатие данной кнопки иными лицами не установлено.

Более детальное выяснение вопросов, связанных с функционированием электрических цепей данного вышеуказанного оборудования, а также наличия в нем неисправностей, в том числе путем назначения инженерных и иных технических экспертиз, является излишним. Постановление об отказе в удовлетворении соответствующего ходатайства мотивировано должным образом, оснований не соглашаться с принятым решением по данному вопросу у суда апелляционной инстанции не имеется.

Отсутствие в системе «сепам» информации о работе ячейки № 24 является объективным обстоятельством, и правильность выводов суда не опровергает. Доказательств умышленного ее удаления стороной защиты не приведено. Выводы о цикличности записи в программе основаны на данных специальной инструкции, приведенной в приговоре в обоснование доводов. С учетом сведений о схеме работы МШР-4 у суда не имелось оснований полагать, что работа программного обеспечения «сепам» каким-либо образом могла повлиять на запуск машины.

Доводы жалоб, связанные с оспариванием результатов следственного эксперимента от 23 марта 2020 года, основаны на неверной их трактовке, поскольку в ходе эксперимента достоверно установлено наступление определенного события, а именно: гул в электродвигателе МШР-4, что свидетельствует о его рабочем состоянии в обоих случаях (как при выключенных, так и при включенных «автоматах»). Из показаний свидетеля S4 следует, что в первом случае барабан раскрутиться не успел из-за блокировки, что было зафиксировано следствием, в том числе под видеозапись.

Проведение данного следственного эксперимента в отсутствие стороны защиты не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и прав ФИО1, поскольку статьей 181 УПК РФ обязательное участие обвиняемого в производстве этого следственного действия не предусмотрено.

При таких обстоятельствах выводы суда о наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в отношении N4 и NN. являются верными, основанными на исследованных судом доказательствах. При этом установленные судом первой инстанции конкретные действия ФИО1 в их совокупности, которые она в силу требований правил работы с электроустановками обязана была согласовать с лицом, выдавшим заявку на проведение ремонтных работ, но не сделала этого, являются таким условием, при исключении которых, то есть при надлежащем уведомлении S7 о проведении обратной сборки схемы высокого напряжения, последствия в виде смерти NN. и получение тяжких повреждений N4 были бы предупреждены.

Утверждения стороны защиты о наличии иных причин несчастного случая, в частности, действий S8, который не оформил допуск Ч., а также перерыв в работе, обоснованно отвергнуты судом первой инстанции, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку указанные стороной защиты обстоятельства прямого влияния на действия ФИО1 не оказывали, согласование оперативных переключений в рамках поданных заявок является непосредственной обязанностью ФИО1

Довод защитника об отсутствии у подрядных организаций нормативных актов, более детально регулирующих совместные работы, не может быть принят во внимание, так как комиссией по расследованию несчастного случая нарушений в данной области не выявлено, в ходе судебного следствия доказательств данному утверждению также не добыто, поэтому их отсутствие не является одной из причин несчастного случая.

Ссылка на нарушение потерпевшими правил техники безопасности при ведении работ на высоте является необоснованной. Как следует из наряд-допуска бригады S6, для проведения ремонтных работ на МШР-4 была смонтирована рабочая площадка с ограждением и лестницей, в связи с чем оснований для применения страховочных поясов не имелось. Вопреки доводам жалоб, мотивы, по которым данные утверждения защиты были отвергнуты судом первой инстанции, подробно указаны в приговоре.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что фактические обстоятельства дела установлены судом правильно и им дана надлежащая юридическая оценка.

Доказательства виновности ФИО1 подробно изложены в приговоре. Вопреки доводам жалоб суд указал мотивы, по которым принял одни доказательства в качестве допустимых и достоверных и признал необоснованными доводы стороны защиты.

Все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела, неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, судом апелляционной инстанции по делу не установлено.

В судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами, заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями закона, принятые по этим ходатайствам решения суда достаточно мотивированны и являются правильными.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или способных повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Юридическая оценка действий ФИО1 по ч. 2 ст. 217 УК РФ полностью отвечает требованиям уголовного закона, выводы суда в данной части надлежаще мотивированы в приговоре. Оснований для иной правовой оценки действий осужденной не имеется.

При назначении виновной наказания в соответствии со ст. 60 УК РФ судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое отнесено уголовным законом к категории средней тяжести, кроме того, учтены данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

При определении вида и срока наказания судом первой инстанции в полной мере учтены все имеющие значение для решения этого вопроса обстоятельства, данные о личности осужденной исследованы в достаточной степени.

Как смягчающие наказание обстоятельства судом расценены частичное признание ФИО1 своей вины, а также состояние ее здоровья, обусловленное наличием хронических заболеваний.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда о необходимости назначения осужденной наказания в виде лишения свободы и об отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 64, 73, 53.1 УК РФ, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ, в приговоре мотивированы, являются правильными.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание в полной мере отвечает целям наказания, соответствует принципу справедливости и не является чрезмерно суровым.

Вид исправительного учреждения для отбывания осужденной наказания (колония-поселения) назначен судом в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил :

Приговор Апатитского городского суда Мурманской области от 6 ноября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и адвоката Молчанова А.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: С.П. Желтобрюхов