Решение № 2-4745/2017 2-4745/2017~М-2242/2017 М-2242/2017 от 11 декабря 2017 г. по делу № 2-4745/2017

Дело №2-4745/2017 12 декабря 2017 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Смирновой Е.В.,

при секретаре Буян К.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Деврина Умита к Акционерной компании «ИДЖА АСТАЛДИ-ИДЖ ИЧТАШ ВХСД ИНШААТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерной компании «ИДЖА АСТАЛДИ-ИДЖ ИЧТАШ ВХСД ИНШААТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» о взыскании задолженности по оплате сверхурочных работ, работы в выходные и праздничные дни, а также по оплате работ в ночное время, имевших место в период с сентября 2015 года по ноябрь 2016 года в размере 1 509 743 рубля 59 копеек, компенсации за задержку оплаты сверхурочных работ, работы в выходные и праздничные дни, а также по оплате работ в ночное время в размере 261 160 рублей 28 копеек, компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

В обоснование указывал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в организации ответчика в должности сварщика отдела металлоконструкций; ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор был прекращен в связи с истечением срока его действия; при этом, в период работы у ответчика истец неоднократно привлекался к сверхурочным работам, к работе в выходные и праздничные дни, к работе в ночное время. Согласно расчетным листкам, выданным работодателем истцу в период с сентября 2015 г. по ноябрь 2016 г. задолженность работодателя по оплате сверхурочных работ, работы в выходные и праздничные дни, а также по оплате работы в ночное время составляет 1 509 743 рубля 59 копеек; данная задолженность истцу до настоящего времени не выплачена.

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебное заседание 12.12.2017 года явился, исковые требования поддержал.

Представитель ответчика Акционерной компании «ИДЖА АСТАЛДИ-ИДЖ ИЧТАШ ВХСД ИНШААТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» по доверенности адвокат Мурзина О.Л. в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно абз.4 ст.84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст.140 ТК РФ.

При этом, в силу ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 работал у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности сварщика в отделе металлоконструкций; ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор прекращен по основанию п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ в связи с истечением срока действия договора.

Данные обстоятельства подтверждаются срочным трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18-23 том 1), выпиской из трудовой книжки (л.д. 24 том 1) и не опровергались ответчиком в ходе настоящего судебного разбирательства.

Согласно объяснениям ФИО1, являющимся в силу ст.68 ГПК РФ одним из видов доказательств, при увольнении ему не была выплачена задолженность по оплате сверхурочных работ, работы в выходные и праздничные дни, а также по оплате работ в ночное время, имевших место в период с сентября 2015 года по ноябрь 2016 года в размере 1 509 743 рубля 59 копеек.

Факт наличия данной задолженности подтверждается расчетным листком за ноябрь 2016 г. (т.4 л.д.145-146).

Факт привлечения истца к сверхурочной работе, работе в ночное время и в праздничные дни подтверждается как соответствующими расчетными листками (том 4 л.д.118-146), так и показаниями свидетеля ФИО4, прораба, отвечавшего за учет рабочего времени и ведение табеля, который подтвердил, что ФИО1 в период с сентября 2015 года по ноябрь 2016 года постоянно привлекался к сверхурочной работе, работе в ночное время и в праздничные дни, а также пояснил, что представленная истцовой стороной в материалы дела копия документа на иностранном языке (т.1 л.д.54-226, том 2 л.д. 1-235, том 3 л.д. 1-121) является журналом, в котором и фиксировалось время работы работников в сверхурочное время, ночное время и праздничные дни.

Оснований сомневаться в достоверности показаний свидетеля у суда не имеется, поскольку они последовательны, непротиворечивы, свидетель не заинтересован в исходе дела, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Доказательств обратного ответчиком суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено; также не представлено доказательств выплаты истцу указанной задолженности по заработной плате.

Частью 1 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, о размерах и об основаниях произведенных удержаний, об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Таким образом, работодатель обязан информировать работника о составных частях заработной платы, в то время как форма расчетного листка определяется самим работодателем. Действующим трудовым законодательством каких-либо обязательных требований к форме расчетного листка не установлено.

В материалы дела истцом представлены два варианта выданных работодателем расчетных листков, в одном из которых отсутствует указание на наличие задолженности предприятия перед работником за спорный период (л.д. 99-117 том 4), а другой вариант расчетных листков указывает на ее наличие в вышеобозначенном размере, являющемся предметом заявленного иска (л.д. 118-146 том 4).

Оба варианта расчетных листков соответствуют критериям относимости и допустимости доказательств, их подлинность ответчиком в порядке, предусмотренном Главой 6 ГПК РФ, не опровергнута.

Поскольку проставление печати и подписи организации на расчетных листках не закреплено ни в качестве законодательных требований, а работодателем не представлен локальный нормативный акт, утвердивший форму расчетного листка с обязательным проставлением печати и подписи должностных лиц организации, суд, визуально сопоставляя расчетные листки в соответствии с п. 5 ст. 67 ГПК РФ полагает, что все они (л.д. л.д. 99-146 том 4) исходят и были оформлены ответчиком. Допрошенный в качестве свидетеля бухгалтер ответчика Свидетель №1, работа которого непосредственно была связана с расчетом заработной платы и подготовкой расчетных листков подтвердил, что визуально форма расчетных листков, представленных истцом похожа на ту, которая оформлялась у ответчика.

Суд учитывает, что для работника значительно ограничены возможности доказывания факта наличия задолженности по заработной плате, и размера такой задолженности, поскольку бухгалтерская и иная документация, в которой отражаются финансовые операции организации, в том числе и по выплате заработной платы работникам, находится в распоряжении работодателя и ее удержание, либо представление не в полном объеме не должно вести к нарушению прав работника.

Представленные ответчиком доказательства не опровергают вышеприведенные.

В соответствии со статьей 37 (часть 4) Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признается право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения.

Закрепляя механизм разрешения индивидуальных трудовых споров, федеральный законодатель в силу требований статей 1, 2, 7 и 37 Конституции Российской Федерации должен обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 марта 2005 года N 3-П и от 25 мая 2010 года № 11-П). При этом учитывается не только экономическая (материальная), но и организационная зависимость работника от работодателя, в силу чего предусматриваются гарантии защиты трудовых прав работников при рассмотрении индивидуальных трудовых споров.

Выдача работнику различных расчетных листков, подлинность которых не опровергнута работодателем в установленном ГПК РФ порядке в контексте вышеприведенных разъяснений позволяет суду взять за основу те из них, в которых указывается на наличие задолженности перед ФИО1, поскольку его добросовестность при представлении указанного доказательства ничем не опорочена, являясь экономически слабой стороной работник лишен возможности предоставить иные доказательства, в частности приказы о привлечении к сверхурочным работам, работам в праздничные и выходные дни, тем более, что работодатель отрицал факт наличия таких приказов.

С учетом изложенного, суд считает доказанным факт наличия задолженности ответчика перед истцом по оплате сверхурочных работ, работы в выходные и праздничные дни, а также по оплате работ в ночное время, имевших место в период с сентября 2015 года по ноябрь 2016 года в размере 1 509 743 рубля 59 копеек.

Доводы представителя ответчика о том, что заработная плата выплачивалась истцу в полном объеме своевременно, не подтверждаются какими-либо доказательствами и, по мнению суда, опровергнуты совокупностью вышеприведенных доказательств, собранных в ходе настоящего судебного разбирательства.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате в заявленном им размере подлежат удовлетворению.

Одновременно, поскольку факт задержки выплаты истцу причитающихся ему выплат нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, учитывая положения ст. 236 ТК РФ, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации за задержку причитающихся выплат также подлежат удовлетворению.

При этом, проверив расчет компенсации, представленный истцом (т.1 л.д.10- 13), также не оспоренный ответчиком, суд полагает, что требуемая истцом компенсация за задержку выплат подлежит частичному взысканию с ответчика, поскольку рассчитанная компенсация за август 2015 года к спорному периоду просрочки выплаты заработка с сентября 2015 по ноябрь 2016 г.г. отношения не имеет, следовательно, размер компенсации, подлежащий взысканию составит 8664,64 руб. за сентябрь 2015 года, 20750,26 руб. за октябрь 2015 года, 23885,71 руб. за ноябрь 2015 года, 17807,44 руб. за декабрь 2015 года, 50514,78 руб. за январь 2016 года, 20 382,91 руб. за февраль 2016 года, 14 460,29 руб. за марта 2016 года, 13667,45 руб. за апрель 2016 года, 28644,12 руб. за май 2016 года, 1193,27 руб. за июнь 2016 года, 17292,81 руб. за август 2016 года, 13569,97 руб. за сентябрь 2016 года, 8613,98 руб. за октябрь 2016 года, 3667,48 руб. за ноябрь 2016 года, а всего 101109,37 рублей.

Также в силу ст.237 ТК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда, поскольку невыплата заработной платы не могла не повлечь за собой нравственных переживаний истца.

При этом, учитывая длительность невыплаты заработной платы, сумму долга, характер и степень вины ответчика в допущенном нарушении трудовых прав истца, индивидуальные особенности истца, а также иные значимые для дела обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что требуемая истцом сумма компенсация морального вреда в размере 500 000 руб. завышена и подлежит снижению до 50 000 руб., что в рассматриваемом случае в большей степени отвечает требованиям разумности и справедливости.

Ходатайство ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности является необоснованным, поскольку согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Применительно к спорным правоотношениям, срок исковой давности следует исчислять с момента прекращения трудового договора, когда у ответчика в силу ст. 140 ТК РФ наступила обязанность перед работником произвести окончательный расчет в полном объеме, в том числе и по начисленной, но не выплаченной заработной плате за весь период работы.

Частью 2 статьи 392 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. Данная норма вступила в законную силу 03 октября 2016 года (подпункт 4 статьи 2, статья 4 Федерального закона от 03 июля 2016 года № 272-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда») и подлежит применению к спорным правоотношениям, исходя из определенного судом момента начала течения срока исковой давности – ДД.ММ.ГГГГ.

С настоящим иском в суд ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в пределах срока, установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ч.3 ст.56, ч.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст.ст.333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с Акционерной компании «ИДЖА АСТАЛДИ-ИДЖ ИЧТАШ ВХСД ИНШААТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере (300 + 13200 + 0,5% * ((1509743,59+243115,11)) = 16555 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Деврина Умита – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерной компании «ИДЖА АСТАЛДИ-ИДЖ ИЧТАШ ВХСД ИНШААТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» в пользу Деврина Умита задолженность по заработной плате за период с сентября 2015 года по ноябрь 2016 года в размере 1 509 743 рубля 59 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 101 109 рублей 37 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В остальной части иска – отказать.

Взыскать с Акционерной компании «ИДЖА АСТАЛДИ-ИДЖ ИЧТАШ ВХСД ИНШААТ АНОНИМ ШИРКЕТИ» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 16 555 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Смирнова