Решение № 2-1594/2025 2-1594/2025~М-693/2025 М-693/2025 от 9 сентября 2025 г. по делу № 2-1594/2025

№ 2-1594/2025

44RS0002-01-2025-000991-41


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 августа 2025 года г. Кострома

Ленинский районный суд г. Костромы в составе председательствующего судьи Терехина А.В., при секретаре Ларионовой Г.Н., при участии истца ФИО1, ее представителя по доверенности ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Костромской области о взыскании за счет казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Требования мотивированы тем, что органами предварительного следствия истец обвинялась в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 169, ч 1 ст.285 УК РФ (2 эпизода). Приговором Свердловского районного суда г. Костромы от 29.01.2024 на основании пункта 2 части 1 статьи 24, пункта 1 части 2 статьи 302 УПК РФ, истец была оправдана по обоим эпизодам в связи с отсутствием в деяниях составов преступлений, уголовное преследование в отношении ФИО1 по вышеуказанным статьям прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, мера пресечения в виде подписки о невыезде отменена. За ФИО1 признано право на реабилитацию. 15 июня 2024 года апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда вышеуказанный приговор оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинения, а также апелляционная жалоба потерпевшей оставлены без удовлетворения. Незаконное уголовное преследование в отношении истца продолжалось с 27 сентября 2022 года по 12 декабря 2024 года, то есть 27 месяцев, все это время действовала подписка о невыезде. Суть обвинения заключалось и том, что, выполняя свои должностные обязанности истец расторгла в одностороннем порядке два муниципальных контракта с организацией ЗАО «Волгарь-1», которая не выполняла свои обязательства по строительству объектов, вела работы с отставанием на 1,5 года от графика, работы выполнялись с браком, о чем в деле имеется более 20 предписаний ФБУ «Росстройконтроль», и в конечном итоге не справившись со строительство объектов, прекратило на них работать. За 1,5 года работы ЗАО «Волгарь-1» на одном объекте выполнило 30%, на втором 1,8% от объема заключенных контрактов. Кроме того, данной организацией был присвоен неотработанный аванс в размере 27 млн. рублей, который в настоящее время изыскивается в судебном порядке. Губернатором Костромской области ФИО3, заместителями губернатора ФИО4 и ФИО5, Природоохранным прокурором по Костромскому району ФИО6, было рекомендовано расторгнуть контракты в одностороннем порядке, что и было выполнено в рамках федерального закона № 44-Ф3, а так же в силу имеющихся у истца должностных обязанностей и полномочий. Не смотря на очевидный вред и ущерб бюджетам: Российской федерации, Костромской области и г. Костроме, в действиях истца установили злоупотребление должностными полномочиями «из иной личной заинтересованности путем незаконного вмешательства» в деятельность ЗАО «Волгарь-1», создав юридическому лицу препятствия в исполнении вышеуказанных муниципальных контрактов, осуществлении предпринимательской деятельности на территории Российской Федерации и достижении ее цели (извлечения прибыли). Какой именно «иной» заинтересованности и каким «иным» путем, органы следствия пояснить и доказать не смогли. Истца одним днем привлекли в качестве подозреваемой, обвиняемой, и тут же было объявлено, что дело закрыто и можно знакомится с документами. В один день до начала ознакомления с материалами уголовного дела, ни истцу, ни ее защитнику не предоставили времени элементарно ознакомится с постановлением о привлечении в качестве обвиняемой. В соответствии с частью 1 статьи 217 УПК РФ для ознакомления было предъявлено уголовное дело в количестве 12 томов. К ознакомлению с материалами дела истец и ее защитник приступили с 10 октября 2022 года, окончание ознакомления - 25 ноября 2022 года (примерно по 4 тома в неделю), фактически за 1,5 месяца. Ровно через две недели после начала ознакомления (19 октября 2022г.) в Свердловский районный суд поступило ходатайство от следователя об установлении срока для ознакомления с материалами уголовного дела. Данное ходатайство было оставлено без удовлетворения, и оставлено без изменений Костромским областным судом (29 ноября 2022г). Но следственные органы не успокоились, и ровно через две недели в Свердловский районный суд поступает новое ходатайство об установлении срока для ознакомления с материалами уголовного дела. При этом, не смотря на планомерное и систематическое ознакомление (на тот момент было ознакомлено с 8 томами) Свердловским районным судом был установлен срок для ознакомления - 25 ноября 2022 год. Данными действиями Следственный комитет и Прокуратура оказывали на истца давление и создавали искусственное мнение у окружающих и у судей о преднамеренной преступной деятельности соответственно действиях, препятствующих правосудию. Все это время, находясь и так в стрессовом состоянии от предъявленного обвинения, истцу приходилось в спешке изучать уголовное дело, состоявшее из строительных технических документов, готовится к постоянным судебным процессам, которые инициировали следователи, и заниматься прямыми обязанностями на рабочем месте. Истец является матерью несовершеннолетнего ребенка, который на тот момент пошел в первый класс, и на истце лежит ответственность по его воспитанию. С января 2023 года по декабрь 2024 года (целых два года) истец готовилась и участвовала в судебных заседаниях. Приходилось параллельно с судебными заседаниями изучать материалы уголовного дела и выстраивать линию защиты, запрашивать документы и готовить выступление, которое в итоге составило более 100 страниц и более 1,5 метра опровергающих обвинение документов. Истец подверглась незаконному уголовному преследованию, являясь не просто физическим лицом, матерью двоих детей и фактически единственным кормильцем в семье, но и должностным лицом, занимавшим руководящую должность в функциональном органе местного самоуправления. Указанное незаконное уголовное преследование повлияло в негативном аспекте на все сферы жизни истца. На деловую репутацию - уголовное преследование вызывало недоверие со стороны руководства, также в сети интернет по факту возбужденного уголовного дела, истец и ее действия были подвергнуты всеобщему обозрению и критике, и эту ситуацию уже не изменить. Практически в каждом судебном заседании со стороны потерпевшего и государственного обвинителя ставилось под сомнение моральные и деловые качества, соответствие занимаемой должности и компетентность. В силу невозможности исполнять свои трудовые функции, в связи с бесконечными следственными действиями и судебными тяжбами, истец была вынуждена уволится с муниципальной службы. Истец работала в должности руководителя Управление строительства Администрации города Костромы. Истец любила работу, отдавала все свои силы и опыт, работая над созданием новых школ и детских садов и других объектов инфраструктуры г. Костромы. С потерей работы истец не смирилась до сих пор, испытывает моральные страдания. Уголовное преследование повлияло на состояние здоровья - подвергаясь постоянному давлению со стороны органов предварительного расследования, столкнувшись со стеной безразличия и не принятием во внимание доказательств невиновности в ходе всего следствия, невозможности покинуть город проживания, все это подорвало состояние здоровья, как психологическое (нервные срывы, стресс и постоянное принятие успокоительных средств, для того, чтобы как то продолжать работать и кормить семью, параллельно доказывая свою невиновность, что привело к постоянно бессоннице на фоне стресса), так и физическое - обострились все неврологические заболевания, приведшие к постоянным посещениям врачей и приемом дорогостоящих препаратов. Кроме того, данное невралгическое заболевание ограничивало в передвижении, так как сопровождалось постоянной непереносимой болью. Истцу приходилось через боль, участвовать в судебных процессах, испытывая физические страдания. Попытка привлечения к уголовной ответственности повлекла за собой, на фоне обострения неврологического заболевания, необходимость неоднократно обращаться в медицинское учреждение, что подтверждается листками нетрудоспособности, выписками из амбулаторной карты и истории обращений за медицинской помощью в указанный период, а также пришлось находиться на амбулаторном лечении (копия выписного эпикриза прилагается). Повлияло на финансовое положение - поскольку истец не обладает специальными юридическими знаниями и, как показывает практика, предоставление услуг защитника за счет государства, является некачественным в силу отсутствия интереса в разрешении дела и получения гонорара, истец была вынуждена взять на себя кредитные обязательства для оплаты услуг адвокатов. Судебные издержки были взысканы судом, однако остается факт начисленных процентов по кредитным договорам, которые истец выплачивает до сих пор. Истцу пришлось взять два кредита - на сумму 553 521,62 рублей, проценты по кредиту составляют - 387 586,23 руб., второй кредит на сумму 250 000 руб., проценты по кредиту составляют - 223 376,27 руб. Общая сумма процентов по обслуживанию кредитов составляет 610 962,5 руб. Данные кредиты мне придется выплачивать до 2029 года. Кроме того, в 2022 - 2024 годах у истца на иждивении находилось два сына: ученик начальных классов гимназии № 28 и студент очного отделения Архитектурно-строительного факультета Костромской государственной сельскохозяйственной академии (обучение которого составляло более 80 тыс. рублей в год). Однако в результате увеличения нагрузки по кредитным обязательствам вся зарплата была направлена на погашение кредитов, что негативно отразилось на благосостоянии семьи, младший сын был лишен дополнительного образования, а также посещения досуговых общеразвивающих мероприятий, выезда на санаторно-курортное лечение. Старший сын был вынужден параллельно подрабатывать, чтобы сводить концы с концами. Медицинское лечение истца так же было платное. Приходилось кроме оплаты услуг невролога, в период обострения, оплачивать лечебный массаж и другие процедуры. Покупать дорогостоящие медикаменты. Общая стоимость затрат, понесенных в указанный период времени составляет не менее 100 000 руб. Кроме того, нахождение на больничном листе финансово ухудшало финансовое положение, так как оплата больничного листа ниже стоимости рабочего дня. Других родственников кроме матери у истца нет. После того как мать истца увидела в новостях всех костромских каналов, что ее единственную дочь будут судить, она, имея заболевания сердечно-сосудистой системы, диабета и других заболеваний, просто слегла, и долгое время находилась в предынсультном состоянии. На тот момент ей было 73 года, и истец действительно боялась, что она не переживет такого позора. Истцу приходилось метаться между своей семьей, и мамой, так как кроме ее ей помочь некому. Данное судебное дело сильно подорвало ее здоровье. Дети истца также были подвергнуты моральному давлению, так как распространялись в сети Интернет на постоянной основе, что не могло не повлиять на отношение родителей одноклассников и самих одноклассников к сыну. Из за ухудшения здоровья истца на фоне стресса несовершеннолетний ребенок испытывал сильный стресс, что отразилось в том числе на его здоровье и учебе, постоянно переживая за мать он пролил столько слез и постоянно испытывал чувство страха, что мама может сесть в тюрьму. Сам процесс привлечения к уголовной ответственности фактически стал публичным, в силу занимаемой истцом на тот момент должности. Старшему сыну приходилось испытывать постоянные осуждения однокурсников и соседей по дому. Он испытывал страх потери матери, страх за его будущее, так как учился на платной основе. Если бы истец не смогла оплачивать учебу, то он бы остался без образования, и это поломало бы его судьбу безвозвратно. В течение этого периода ему пришлось подрабатывать по вечерам и ночам официантом, чтобы как-то выжить. На мужа истца легли заботы о воспитании, обучении двух детей, его состояние так же ухудшилось из-за перенесенного стресса. Имея заболевание вегетососудистой дистонии, любое волнение для него оборачивалось повышением и так зашкаливающего давления, что приводило к тому, что ему было не подняться с кровати. Фактически истец является единственным кормильцем в семье. Уголовное преследование повлияло на трудовые отношения истца - произошел крах карьеры, любимого дела, отсутствие возможности развивать любимый город и делать его еще лучше. Органами предварительного следствия и государственного обвинения истец изображалась, как человек, лишенный моральных принципов, некомпетентный, способный из своих личных побуждений нарушить чьи-то права, пользуясь своим служебным положением. Длительное нахождение в условиях невозможности свободно передвигаться в силу наличия подписки о невыезде, физический дискомфорт, переживания, стрессы, нервные срывы и психологические перегрузки, связанные с незаконным и необоснованным обвинением в совершении двух коррупционных преступлений, существенно отразились на состоянии здоровья. В течение всего этого длительного времени истец была полностью лишена возможности ведения привычного образа жизни, лишена возможности свободного передвижения, выбора места жительства и места пребывания по своему усмотрению.

Протокольным определением суда к участию в деле качестве надлежащего ответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации, в качестве третьих привлечены прокуратура Костромской области, прокуратура г. Костромы, УФК по Костромской области, СУ СК РФ по Костромской области.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель по доверенности ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме по мотивам и основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации, третьи лица прокуратура Костромской области, прокуратура г. Костромы, УФК по Костромской области, СУ СК РФ по Костромской области о рассмотрении дела уведомлены надлежащим образом, в судебное заседание своих представителей не направили.

В ходе рассмотрения дела прокуратурой Костромской области представлен отзыв на исковое заявление, в котором указано, что 10.03.2022 Следственным отделом по Центральному району г. Костромы СУ СК РФ по Костромской области возбуждено уголовное дело по признакам составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.169, ч.1 ст. 285 УК РФ. 27.09.2022 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении указанных преступлений. Приговором Свердловского районного суда города Костромы от 29.01.2024, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда от 15.06.2024, ФИО1 оправдана на основании п.2 ч.1 ст.24, п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в ее действиях составов преступлений. На основании изложенного в связи с тем, что ФИО1 подвергнута незаконно уголовному преследованию, имеются основания для взыскания в её пользу компенсации морального вреда за счет средств казны Российской Федерации. При принятии решения прокуратура просит учесть фактические обстоятельства дела, а именно обстоятельства привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, категорию преступления, по которому она обвинялась, данные о личности истца, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным, конкретные обстоятельства настоящего дела. Так, преступление, в совершении которого обвинялась ФИО1, относится к категории небольшой и средней тяжести. В порядке ст.91-92 УПК РФ в ходе производства по уголовному делу истец не задерживалась. В отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (22.09.2022). В исковом заявлении вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ не содержится ссылок на доказательства того, что уголовное преследование каким-либо негативным образом отразилось на самом истце, условиях её жизни, состоянии здоровья. Доказательств наличия причинно-следственной связи между временной нетрудоспособностью истца и уголовным преследованием истцом также не представлено. Таким образом, суд при разрешении спора о компенсации морального вреда исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности взыскиваемой суммы последствиям нарушения, характера физических и нравственных страданий. На основании изложенного при принятии решения просят учесть баланс интересов сторон, срок уголовного преследования, количество проведенных процессуальных действий в отношении ФИО1 Размер компенсации морального вреда подлежит снижению с учетом требований разумности и справедливости до 200 000 руб.

В отзыве на исковое заявление УФК по Костромской области указано, что истец мотивирует свои требования тем, что приговором Свердловского районного суда города Костромы от 29 января 2024 года ФИО1 признана невиновной по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 169, частью 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24, пункта 1 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда от 15 июня 2024 года вышеуказанный приговор оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинения, а также апелляционная жалоба потерпевшей оставлены без удовлетворения. Истец не указал, какие именно физические и нравственные страдания были перенесены им, доказательств не представил. Стоит отметить, что в отношении ФИО1 избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, при этом данных о том, что она обращалась к следователю или суду за разрешением покинуть место жительства, и в этом ей было отказано, не имеется. Более того, необходимо принять во внимание то обстоятельство, что источником средств для возмещения вреда является казна Российской Федерации, формирующаяся в соответствии с законодательством за счет средств налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые перераспределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан, в том числе инвалидов, не имеющих возможности самостоятельно зарабатывать себе средства к существованию. Поэтому, в целях разумного распределения бюджетных средств необходимо соблюсти баланс интересов, чтобы возмещение вреда одним категориям граждан не нарушило права других категорий. Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области полагает, что размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен и не обоснован.

Выслушав стороны, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В силу ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные - неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Как следует из материалов дела, 10.03.2022 следственным отделом по Центральному району г. Костромы СУ СК России по Костромской области возбуждены уголовные дела по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 169, ч. 1 ст. 285 УК РФ.

На основании постановления руководителя следственного отдела по Центральному району г. Костромы СУ СК России по Костромской области от 27.09.2022 ФИО1 привлечена в качестве обвиняемой по уголовному делу № 12102340011000025, ей предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 169 УК РФ (воспрепятствование законной предпринимательской и иной деятельности) и ч. 1 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями).

Из содержания постановления следует, что ФИО1, являясь начальником Управления строительства и капитального ремонта Комитета по строительству, транспорту и дорожной деятельности Администрации г. Костромы, умышленно незаконно воспрепятствовала законной предпринимательской деятельности ЗАО «Волгарь-1», создав своими действиями невозможность исполнения названным юридическим лицом обязательств по заключенным муниципальным контрактам.

22.09.2022 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о не выезде и надлежаще поведении. В порядке ст. 91 УПК РФ ФИО1 не задерживалась. Иных мер пресечения в отношении истца в период предварительного расследования уголовного дела и рассмотрения дела в суде не избиралось.

Приговором Свердловского районного суда г. Костромы от 29 января 2024 года по уголовному делу № 1-95/2023 (СК 12102340011000025) ФИО1 признана невиновной по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 169 УК РФ и ч. 1 ст. 285 УК РФ и оправдана на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию в соответствии с гл. 18 УПК РФ. Мера пресечения в виде подписки о не выезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменена.

Апелляционным постановлением Костромского областного суда от 15 июля 2024 года приговор Свердловского районного суда г. Костромы от 29 января 2024 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционная жалоба представителя потерпевшего – без удовлетворения.

Кассационным постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 12 декабря 2024 года вышеуказанные судебные акты оставлены без изменения, кассационное представление прокурора и кассационная жалоба потерпевшего – без удовлетворения.

В связи с указанными обстоятельствами ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленные исковые требования, суд учитывает, что поскольку закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем размер компенсации морального вреда должен быть адекватным обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должен обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В судебном акте должны быть приведены достаточные и убедительные мотивы, обосновывающие сумму компенсации морального вреда, присуждаемой гражданину в связи с незаконным уголовным преследованием, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных им физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. Оценка судом таких обстоятельств не может быть формальной (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2025 N 56-КГ24-20-К9).

Принимая во внимание, что за истцом ФИО1 был признано право на реабилитацию в связи с вынесением в ее отношении оправдательного приговора, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании компенсации морального, причиненного незаконным уголовным преследованием, являются обоснованными.

Между тем суд находит заслуживающими доводы органов прокуратуры и федерального казначейства о том, что заявленный размер компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным и подлежащим снижению.

Так в обоснование размера компенсации морального вреда истец ссылается на длительность уголовного преследования с сентября 2022 по декабрь 2024 года, в течение которого действовала в виде подписка о невыезде.

В свою очередь иных мер пресечения в период предварительного расследования по уголовному делу, рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции не избиралось, истец в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживалась. Кроме того, истцу были предъявлены обвинения в совершении преступлений небольшой и средней тяжести.

Также истец ссылается на то, что в период расследования уголовного дела органы следствия и прокуратуры оказывали на нее давление, создавали искусственное представление у окружающих о преднамеренной преступной деятельности истца, ограничивали ее в сроках ознакомления с материалами уголовного дела, на протяжении двух лет истец была вынуждена готовиться и участвовать в судебных заседаниях по уголовному делу, изучать материалы уголовного дела, готовить опровергающие обвинение документы.

Оценивая указанные доводы суд учитывает, что в силу ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением: защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

При этом уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом (ч.ч. 1, 4 ст. 15 УПК РФ).

Как отметил Конституционный Суд РФ в определении от 04.11.2004 № 430-О согласно ст. 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает предоставление сторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по отстаиванию своих прав и законных интересов. Необходимой гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту, которая должна быть справедливой, полной и эффективной.

Кроме того суд учитывает, что согласно ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

Таким образом, суд полагает, что действий органов обвинения в рамках уголовного дела, направленные на доказывание вины ФИО1 в инкриминируемых ей деяниях нельзя рассматривать как незаконное поведение со стороны органов власти и расценивать это как оказание давления на истца, намеренное создание у общественности негативного мнения о ней как.

Кроме того, совершение истцом действий, направленных на защиту против предъявленных обвинений (изучение материалов уголовного дела, подготовка выступлений, участие в судебных процесса и пр.) является одним из аспектов реализации принципа состязательности сторон уголовного процесса, что не может быть учтено при оценке обоснованности требуемой компенсации морального вреда.

Также истец указывает, что незаконное уголовное преследование негативно повлияло на ее деловую репутацию и трудовые отношения, ее действия были подвергнуты всеобщему обозрению и критике, проставлены под сомнения ее моральные и деловые качества.

Как указывалось выше, истец состояла в должности начальника Управления строительства и капитального ремонта Комитета по строительству, транспорту и дорожной деятельности Администрации г. Костромы.

Из представленной в дело трудовой книжки истца № 1849523 от 02.06.1997 и вкладыша в трудовую книжку следует, что 30.11.2022 трудовой договор по вышеуказанной должности с истцом расторгнут по инициативе работника ( п. 3 ст. 77 ТК РФ). В последующем истец в период с 01.12.2022 по 22.01.2025 работала в должности директора МКУ г. Костромы «Дирекция программ», с 23.01.2025 по настоящее время работает в должности директора МУП г. Костромы «Городские сети».

Доказательств тому, что увольнение с первоначально занимаемой должности носило вынужденный характер, было обусловлено возбуждением в отношении истца уголовного дела, что истец оспаривала данное увольнение в материалы дела не представлено.

Напротив, в последующем истец также стала занимать руководящие должности в муниципальных предприятиях и учреждениях, в связи с чем ее доводы о том, что незаконное уголовное преследование негативным образом сказалось на ее деловой репутации, у окружающих сложилось отрицательное мнение о ее моральных и деловых качествах как работника и руководителя, нельзя признать состоятельными и доказанными.

Также истец указывает на то, что уголовное преследование в ее отношении негативно сказалось на состоянии ее здоровья.

При оценке указанных доводов суд отмечает, что как неоднократно указывалось выше, в отношении истца была избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы.

В материалы дела представлена медицинская документация, согласно которой ФИО1 обращалась за медицинской помощью в 2022 году острой инфенкции верхних дыхательных путей (ОГБУ «Городская больница г. Костромы»); в ООО «Медицинский центр А-1» на массаж (в июне, августе, сентябре, октябре, ноябре, декабре 2022 года, феврале, апреле, ноябре, декабре 2023 года, январе – апреле, июле 2024 года), на осмотр невролога (31.08.2022, 07.09.2022, 29.11.2022, 06.12.2022) – диагноз «дегенеративно дистрофическое заболевание позвоночника, грыжи межпозвонковых дисков, ретролистез позвонка, обострение», находилась на листке нетрудоспособности с 31.08.2022 по 07.09.2022, с 29.11.2022 по 06.12.2022.

Согласно выписного эпикриза из истории болезни № 705/30 МЗ РФ ОГБУЗ ОБ КО № 1 г. Костромы, истец наблюдалась с диагнозом «дорсопатия с поражением множественных отделов позвоночника с умеренным болевым, мышечно-тоническим синдромом, стадия затянувшегося обострения». Также истец наблюдалась в МЦ «Мирт» с диагнозом «остеохондроз позвоночника».

Объективных доказательств тому, что указанные заболевания (их обострение) были обусловлены фактами осуществления в отношении истца уголовного преследования, моральными переживаниями по этому поводу, суду не представлено. Истец также указывает на то, что в связи с указанными обстоятельствами ухудшилось и ее психологическое состояние здоровья, однако сведений и документов о том, что истец обращалась за психологической помощью в материалы дела также не представлено.

ФИО1 указано, что в связи с уголовным преследованием она была вынуждена обратиться за юридической помощью к адвокатам, для оплаты услуг которых ей пришлось взять кредиты на сумму 553 521,62 руб. и на сумму 250 000 руб., выплачивать проценты по кредитам. Также на ее иждивении находились двое сыновей, один из которых ученик начальных классов, а другой студент очного отделения Костромской ГСХА, обучающегося на платной основе.

Из материалов дела следует, что истец имеет двоих детей – ФИО7, dd/mm/yy г.р. (№ лет) и ФИО8, dd/mm/yy г.р. (№ лет). ФИО1 состоит в браке с ФИО9 (отец ФИО8).

Согласно договора об образовании на обучение № 000004425 от 02.08.2017, ФИО7 обучался в ФГБОУ ВО Костромская ГСХА по очной форме обучения на архитектурно-строительном факультете на платной основе (стоимость обучения за пять курсов 392 280 руб. – по 78 456 руб. в год).

На основании постановления судьи Свердловского районного суда г. Костромы от 14 октября 2024 года, удовлетворено заявление о возмещении имущественного вреда ФИО1, и в ее пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации взысканы денежные средства в размере 720 000 руб. в счет возмещения имущественного вреда, связанного с оплатой юридической помощи по уголовному делу № 1-95/2023 с индексацией в размере 61 531,80 руб., а всего в сумме 781 531,80 руб.

Таким образом, поскольку все понесенные судебные издержки по оплате услуг адвокатов были возмещены истцу государством с учетом сумм индексаций, доводы ФИО1 о негативном влиянии факта уголовного преследования на финансовое положение, с учетом вышеприведенных обстоятельств, не могут быть приняты во внимание судом при оценке обоснованности заявленного размера компенсации морального вреда.

Следует учесть и то, что сын истца ФИО7 на момент заключения договора об обучении являлся совершеннолетним, то есть достиг полной дееспособности, обуславливающей возможность осуществлять трудовую деятельность самостоятельно.

Истец также указывает, что уголовное преследование негативно сказалось на моральном и психологическом состоянии членов ее семьи (матери, мужа, детях), которые находились в состоянии стресса, у них ухудшилось состояние здоровья, они узнали о факте уголовного преследования истца из новостей, были подвержены моральному давлению со стороны окружающих.

Так из представленных в дело документов видно, что несовершеннолетний ребенок истца ФИО8 был на приеме у врача – психотерапевта 30.11.2021 с жалобами на нарушение поведения, поставлен диагноз – гиперкинетическое расстройство поведения, дисгармоничные детско-родительские отношения. Следующий визит 07.08.2024 (нет мотивации к учебе). В августе 2024 года – консультирование родителей (у матери избыток запретов и санкций, у отца – противоречивость в запретах, отсутствие санкций) (справка ОГБУЗ «Костромской медицинский центр психотерапии и практической психологии» от 10.06.2025).

Кроме того ФИО8 проходил реабилитацию в МЦ «Современной нейрореабилитации», посещал специалистов: невролога 21.10.2023, нейропсихолога 08.12.2023, 17.01.2024, 24.01.2024, 31.01.2024, 14.02.2024, 21.02.2024, 28.02.2024, 06.03.2024, 20.03.2024, 10.04.2024, 17.04.2024, 24.04.2024, 15.05.2024, 22.05.2024.

Иных документов о состоянии здоровья членов семьи истца, обращении за психологической помощью, в материалы дела не представлено.

Истцом в материалы дела представлены сведения из новостных сайтов в сети «Интернет», в которых освещена информация о возбуждении уголовных дел по факту воспрепятствования законной предпринимательской деятельности ЗАО «Волгарь-1» и превышении должностных полномочий. Между тем данные новостные сводки не содержат данных непосредственно об истце (ФИО), а каких-либо иных доказательств тому, что информация об уголовном преследовании освещалась с указанием персональных данных истца через средства массовой информации в материалы дела не представлено.

Также не представлено и доказательств тому, что в связи с уголовных преследованием истца ее члены семьи, в частности дети, испытывали к себе негативное отношение со стороны одноклассников, их родителей, сокурсников, им создавались препятствия в прохождении обучения в образовательных учреждениях.

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей были допрошены муж истца – ФИО9 и старший сын – ФИО10

ФИО9 пояснил, что об уголовном преследовании супруги узнал с ее слов и из новостей, был этому шокирован. В связи с этим в семье все поменялось, испытывали стресс, обстановка была ужасная, нервная. У истца постоянно было давление, нервы, она пропадала на работе, дети остались без матери, а он без жены. Вызывали скорую помощь в связи с давлением, ставили капельницы, уколы. С младшим ребенком обращались к психологу, так как он видел обстановку дома. Материальное положение семьи также ухудшилось, истец брала кредиты для оплаты услуг адвокатов. В связи с этим дети остались без поездки на море, на отдых, приходилось занимать на продукты. Истцу пришлось сменить работу. У младшего ребенка ухудшилась успеваемость. Ухудшилось здоровье у матери истца. Отметил, что его самочувствие также ухудшилось от стресса, он страдает гипертонией, пьет таблетки, приходилось обращаться к врачам, было повышенное давление. Указал, что истец являлась фактическим кормильцем в семье, получала зарплату, платила кредиты, сам свидетель занимался семьей, детьми.

ФИО7 пояснил, что в период уголовного преследования состояние его матери было плохое, были бессонные ночи, она много изучала материалов, документации, вела подготовку, в связи с чем не могла уделять внимание младшему сыну. Однажды матери вызывали скорую помощь. Указал, что ему пришлось устроиться на работу, поскольку он обучался на платной основе, в связи с этим не мог ходить на учебу, фактически учился заочно, брал академический отпуск, поскольку не было времени посещать занятия. В связи с отсутствием образования работал в общепите. В тот период часто созванивался с матерю, приходил к ней, пытался ее поддерживать. Данная ситуация сильно отразилась на бабушке, которая верила информации о дочери из новостей по телевизору. Негативно отразилась ситуация на младшем брате, у которого ухудшилась концентрация, успеваемость в школе, уменьшился круг интересов из-за отсутствия денег в семье. Отметил, что в свою стороны испытывал негативные высказывания со стороны преподавателей образовательного учреждения. Испытывал переживания за судьбу матери.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 67 ГПК РФ).

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, в частности тяжесть предъявленного истцу обвинения, длительность уголовного преследования, вид избранной меры пресечения, степень и характер перенесенных истцом физических и нравственных страданий, переживаний за свою судьбу и судьбу членов семьи в связи с привлечением к уголовной ответственности, суд приходит к выводу о том, что наиболее адекватным и разумным, соответствующим требованиям справедливости, будет являться компенсация морального вреда в размере 300 000 руб.

Данная сумма, по мнению суда, позволит обеспечить баланс частных и публичных интересов, не нарушит права и интересы казны Российской Федерации и других категорий граждан.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает, в связи с чем заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, dd/mm/yy г.р. (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) руб.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Ленинский районный суд г. Костромы путем принесения апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья А.В. Терехин

Решение изготовлено в окончательной форме 10 сентября 2025 года.