Приговор № 1-223/2017 от 31 октября 2017 г. по делу № 1-223/2017

Дело (номер обезличен)


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Кстово

Нижегородской области 1 ноября 2017 года

Кстовский городской суд Нижегородской области в составе: председательствующего судьи Кирпичниковой М.Н., с участием государственного обвинителя в лице старшего помощника Кстовского городского прокурора Андропова А.Ю., подсудимой ФИО1, её защитника в лице адвоката Адвокатской конторы Кстовского района Нижегородской области – ФИО2, представившей удостоверение (номер обезличен) и ордер (номер обезличен), а также с участием представителя потерпевшего – Администрации города Кстово Кстовского района Нижегородской области в лице М.И.И., при секретаре Тузкове Р.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, родившейся (дата обезличена) в (адрес обезличен), гражданки РФ, невоеннообязанной, со средним образованием, незамужней, имеющей малолетнего ребенка, не работающей, зарегистрированной и проживающей по адресу: (адрес обезличен), ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, -

У С Т А Н О В И Л:

(дата обезличена) в период времени с 17 часов 00 минут до 18 часов 20 минут подсудимая ФИО1 со своим сожителем М.С.А. находилась в квартире, расположенной по адресу: (адрес обезличен), где после совместного употребления спиртных напитков между ними произошла ссора по причине отказа ФИО1 вступить в интимную близость с М.С.А. и остаться с ним в квартире, в ходе которой у ФИО1 возникли личные неприязненные отношения к М.С.А. и умысел на его убийство, реализуя который ФИО1 приискала находящийся в квартире нож, и, действуя умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, предвидя возможность наступления тяжких последствий в виде смерти М.С.А. и желая этого, с целью лишения жизни потерпевшего М.С.А., на почве возникших личных неприязненных отношений, нанесла один удар находившимся в её руке ножом в область брюшной полости потерпевшего М.С.А., причинив последнему колото-резаное ранение в области передней брюшной стенки справа, проникающее в брюшную полость, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей и правой подвздошной артерии, от которого у М.С.А. развилась острая массивная кровопотеря и наступила смерть потерпевшего в ГБУЗ НО «Кстовская ЦРБ» (дата обезличена) в 2 часа 00 минут.

Таким образом, между ножевым ранением, причиненным М.С.А. ФИО1, и смертью потерпевшего М.С.А. имеется прямая причинная связь. Данное повреждение вызвало причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО1 вину свою признала частично, подтверждая нанесение ею ножевого ранения потерпевшему М.С.А., смерть которого наступила от её действий, оспаривает умысел на убийство последнего, поясняя при этом, что она не хотела его убивать, не желала ему смерти, а лишь защищалась от него, так как испугалась за свою жизнь. В содеянном искренне раскаивается, от дачи показаний, воспользовавшись правом, предоставленным ей ст. 51 Конституции РФ, отказалась. Вместе с тем, в судебном заседании по ходатайству защитника, на основании п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, были оглашены показания ФИО1, данные ею при производстве предварительного расследования в качестве обвиняемой от (дата обезличена) и при проверке показаний на месте от (дата обезличена), где она допрошена с соблюдением всех требований, установленных нормами УПК РФ.

В частности, из показаний ФИО1, изложенных ею в письменной форме, данных в ходе предварительного расследования в качестве обвиняемой от (дата обезличена) (том 1 л.д. 195-198), следует, что с М.С.А. она познакомилась через «Интернет» (дата обезличена). В разговоре он пояснил ей, что отбывает наказание в виде лишения свободы в ИК-3. ФИО1 к нему в колонию не приезжала, они общались только посредством смс-сообщений и созванивались по сотовому телефону. Между ними сложились дружеские, и в то же время романтические отношения. ФИО1 и М.С.А. договорились, что после освобождения из мест лишения свободы М.С.А. приедет жить к ней по адресу: (адрес обезличен). (дата обезличена) М.С.А. освободился из колонии и с согласия ФИО1 приехал к последней по указанному адресу, где они стали проживать совместно. На тот момент с ними в данной квартире также проживала малолетняя дочь ФИО1 – П.В.Н., (дата обезличена) года рождения. За время совместного проживания у ФИО1 и М.С.А. сложились нормальные отношения, они не ругались, не конфликтовали друг с другом. (дата обезличена) бывший сожитель ФИО1 – Т.Н.А., являющийся биологическим отцом её дочери – П.В.Н., забрал дочь на выходные дни (данные обезличены) в квартиру по адресу: (адрес обезличен), где проживают Т.Н.А., бабушка ФИО1 – З.В.А., и тетя ФИО1 – М.Т.И. ФИО1 и М.С.А. остались дома по адресу: (адрес обезличен). (дата обезличена) М.С.А. в честь праздника (данные обезличены) употреблял спиртные напитки вместе со своим другом, а (дата обезличена) сотрудники полиции задержали М.С.А. по подозрению в краже и забрали в отделение полиции. (дата обезличена) ФИО1 уехала в квартиру своей бабушки по адресу: (адрес обезличен), где находился её ребенок. На следующий день, (дата обезличена), М.С.А. пришел к ФИО1 в квартиру её бабушки, где ФИО1 находилась со своей дочерью. ФИО1 отдала ему ключи от квартиры на (адрес обезличен). М.С.А. попросил её вернуться домой, но она отказалась, так как её дочь болела простудным заболеванием, а в квартире на (адрес обезличен) было очень холодно. Они с М.С.А. договорились, что она вернется домой на следующий день, (дата обезличена), при этом, она М.С.А. сказала, что ему нужно прекратить употреблять спиртные напитки и поискать себе работу. (дата обезличена) ФИО1 вернулась домой. М.С.А. вновь находился в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1, увидев, что М.С.А. не прислушался к ней и вновь продолжает употреблять алкоголь, собрала свои вещи и вещи своей дочери и ушла жить обратно в квартиру по адресу: (адрес обезличен). (дата обезличена) М.С.А. вновь пришел к ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения и просил её вернуться к нему и жить с ним. ФИО1 отказала ему в этом и сказала, чтобы он шел домой и прекратил употребление спиртных напитков, после чего М.С.А. ушел. (дата обезличена) ФИО1 решила сходить в квартиру к М.С.А., чтобы проведать его и приготовить ему поесть. Она созвонилась с М.С.А. по сотовому телефону, он встретил её у детского сада (номер обезличен) около детской поликлиники (адрес обезличен). М.С.А. находился в состоянии легкого алкогольного опьянения. По дороге домой М.С.А. зашел в аптеку и купил две бутылки спирта, объемом около 100 мл каждая. Около 15 часов дня они пришли домой. ФИО1 переоделась в домашнюю одежду и стала убираться в квартире, М.С.А. в это время развел купленный им в аптеке спирт водой. Когда ФИО1 начала готовить суп, М.С.А. стал выпивать спирт и предложил ей. Она согласилась и выпила совсем немного, а М.С.А. употребил значительное количество спирта. Потом М.С.А. попросил у ФИО1 денег, чтобы еще купить в аптеке спирт. Она дала М.С.А. денег, он сходил в аптеку и принес еще две бутылки спирта, объемом около 100 мл каждая. М.С.А. развел спирт водой и употребил один, поскольку ФИО1 отказалась употреблять спиртное. Пока они находились на кухне, М.С.А., после распития спиртного, начал уговаривать ФИО1 остаться с ним жить и не уходить в квартиру (адрес обезличен). ФИО1 объяснила ему, что пока у неё болеет дочь, и пока он не перестанет употреблять спиртные напитки, она не вернется к нему. Это ему не понравилось. ФИО1 заметила, что его настроение изменилось, он стал раздражительным, нервным. М.С.А. стал приставать к ФИО1 на кухне, хотел интимной близости с ней, но ФИО1 ему отказала в этом, поскольку он был сильно пьян. Это ему также не понравилось, он стал возмущаться. Чтобы не развивать данный конфликт, ФИО1 ушла с кухни в детскую комнату, чтобы переодеться и уйти к дочери, М.С.А. остался на кухне. Находясь в детской комнате и заканчивая переодеваться, стоя спиной к окну, ФИО1 увидела, как в комнату заходит М.С.А. Зайдя в комнату, М.С.А. стал настойчиво просить ФИО1 остаться, на что она не соглашалась. ФИО1 хотела выйти из комнаты, но в какой-то момент М.С.А., подойдя к ней ближе, левой рукой резко толкнул ФИО1 в правое плечо, чтобы она оставалась на прежнем месте и не направлялась к выходу из комнаты. ФИО1 отступила на шаг назад, но М.С.А. подошел к ней еще ближе, высказывая при этом угрозы, что если ФИО1 сейчас уйдет, то может попрощаться со своей жизнью. ФИО1 ответила, что все равно хочет уйти к своей дочери, потому что та болеет, после чего М.С.А. пришел в ярость и, подняв правую руку, в которой ФИО1 увидела нож, замахнулся на неё. ФИО1 двумя руками обхватила кисть руки М.С.А., в которой он держал нож, приложила усилия и своими руками повернула кисть его руки лезвием ножа от себя, как бы «повисла» на его кисти и затем с силой оттолкнула от себя его руку, в которой был нож, так, что от этого толчка пришелся удар в живот М.С.А. ФИО1 не ожидала этого, ей просто было страшно за себя, так как она думала, что М.С.А. её убьет, она хотела только оттолкнуть нож от себя. Затем М.С.А. сделал шаг назад, упал на диван и начал стонать. ФИО1 сразу же набрала с сотового телефона М.С.А. номер 112, чтобы немедленно вызвать карету «Скорой помощи». Она очень долго ждала соединения, поэтому с сотового телефона М.С.А. тут же позвонила своей подруге М.О.С., поскольку поняла, что проще позвонить ей, и попросила вызвать карету «Скорой помощи». ФИО1 не помнит, как долго ждала приезда бригады «Скорой помощи», но медицинские работники все-таки приехали и госпитализировали М.С.А., а сама ФИО1 осталась дома. ФИО1 не желала наступления смерти М.С.А. Все получилось случайно, она неумышленно ударила М.С.А. ножом. Нож она не приискивала, М.С.А. сам зашел в комнату с ножом в руке.

Кроме того, при проверке показаний на месте от (дата обезличена) (том 1 л.д. 209-217), проведенной с участием эксперта, ФИО1 указала, что (дата обезличена) она совместно с М.С.А. употребляла спиртные напитки на кухне (адрес обезличен). М.С.А. сидел за столом на диване, а она стояла между столом и кухонной плитой. После того, как ФИО1 и М.С.А. закончили употреблять спиртные напитки, она пошла в комнату, чтобы переодеться и уйти домой. Когда она уходила в комнату, М.С.А. оставался на кухне. В комнате ФИО1 переодевалась, стоя у окна. Когда она закончила переодеваться, повернулась к двери и увидела, что М.С.А. зашел в комнату. ФИО1 сразу не заметила нахождение ножа в руке у М.С.А. Зайдя в комнату, М.С.А. стал её уговаривать не уходить и остаться с ним. ФИО1 сказала, что все равно пойдет к ребенку, и попыталась выйти из комнаты. Она направилась к выходу из комнаты, в этот момент М.С.А. левой рукой оттолкнул её назад, от чего ФИО1 отступила назад. После чего М.С.А. подошел к ней ближе, расстояние между ними было около 30-40 см. Между ними произошла словесная перепалка, в ходе которой М.С.А. высказывал в адрес ФИО1 угрозы, что если она уйдет, то может попрощаться с жизнью. После этого М.С.А. замахнулся на ФИО1 правой рукой. ФИО1 продемонстрировала хват ножа, а именно: нож был зажат четырьмя пальцами, большой палец на торцевой части рукоятки, лезвие обращено в сторону ФИО1, расположено за мизинцем правой руки. ФИО1 своими руками обхватила кисть правой руки М.С.А., в которой находился нож, при этом пальцы рук ФИО1 были скреплены в «замок». Затем ФИО1 показала, что она отвернула лезвие ножа от себя, острие ножа было обращено в сторону М.С.А., и резким движением рук оттолкнула нож от себя. При этом лезвие ножа пришлось в область правой половины брюшной стенки М.С.А. на расстоянии 103 см от подошвенной поверхности стоп. Направление раневого канала соответствует положению спереди назад, сверху вниз, несколько справа налево. При толчке руки М.С.А. ФИО1 почувствовала некое сопротивление. Также ФИО1 пояснила, что она была в состоянии легкого алкогольного опьянения. После того, как М.С.А. получил ножевое ранение, он отшатнулся в сторону левой стены относительно входа в комнату и упал спиной на диван, лицом вверх. Нож в этот момент оставался в теле М.С.А., крови на нем не было. ФИО1 находилась в шоковом состоянии и не помнит, вытаскивала ли нож из брюшной полости М.С.А. До приезда сотрудников «Скорой медицинской помощи» ФИО1 сидела рядом с М.С.А. и не давала ему закрыть глаза. Был ли нож в брюшной полости М.С.А. в момент приезда медицинских работников, она также не помнит. Сотрудники полиции изъяли нож из кухни.

В судебном заседании приведенные выше в приговоре показания подсудимая ФИО1 после их оглашения подтвердила.

Между тем, после возобновления по ходатайству ФИО1 судебного следствия, по поводу нахождения ножа ФИО1 уточнила, что после того, как М.С.А. после нанесенного ему удара упал на диван, она увидела, что нож остался у него в животе. М.С.А. стал стонать от боли, и чтобы облегчить его состояние, она извлекла нож из раны. Нож был весь в крови. Она испачкала руки кровью, и при виде крови ей стало нехорошо, поэтому она пошла на кухню для того, чтобы вымыть руки и умыться. Когда она мыла руки, то машинально вымыла и нож. После этого она положила нож на тумбочку рядом с телевизором на кухне и вернулась в комнату к М.С.А., где они стали дожидаться кареты «Скорой помощи». По поводу того, что при проверке показаний на месте по поводу ножа давала иные пояснения, ФИО1 объясняет тем, что она находилась в шоковом состоянии, в стрессовой обстановке на месте происшествия, тогда как в настоящее время, у неё нет намерений скрывать каких-либо улик от суда.

Кроме того, в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя исследованы показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования.

В частности, будучи допрошенной в качестве подозреваемой (дата обезличена) (том 1 л.д. 175-177) и трижды в качестве обвиняемой, а именно: (дата обезличена), (дата обезличена) и (дата обезличена) (том 1 л.д. 188-191, 199-202, 222-225), ФИО1 от дачи показаний по существу соответственно подозрения и предъявленного обвинения в убийстве М.С.А. отказалась, на дополнительные вопросы отвечать также отказалась, выражать свое отношение по поводу предъявленного ей обвинения отказалась, воспользовавшись статьей 51 Конституции РФ.

Суд приходит к выводу, что показания подсудимой, данные в ходе предварительного и судебного следствия в той части, что умысла на убийство потерпевшего она не имела, нанесла удар М.С.А. по неосторожности, защищаясь от агрессивных действий последнего, в тот момент, когда М.С.А. замахнулся на неё, подняв свою правую руку, в которой был нож, угрожал ей, что если она уйдет, то она может попрощаться со своей жизнью, лезвие ножа при этом было направлено в её сторону, в связи с чем, испугавшись за свою жизнь, не осознавая происходящее, и не предполагая возможность наступления смерти последнего, она обеими своими руками обхватила кисть руки М.С.А., в которой он держал нож, приложила усилия и своими руками вывернула его кисть лезвием ножа от себя, как бы «повисла» на его кисти и затем с силой оттолкнула от себя его руку, в которой находился нож, так, что от этого толчка удар М.С.А. случайно пришелся в живот, противоречивы, необоснованны и надуманны, поскольку не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия, а напротив, опровергаются совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств. Суд оценивает показания ФИО1 в данной части, как избранный ею способ защиты с целью уйти от уголовной ответственности за совершение ею преступления, относящегося к категории особо тяжких.

В тоже время показания подсудимой ФИО1 в части, не противоречащей установленным по делу обстоятельствам совершенного преступления, суд находит правдивыми и берет их за основу приговора.

Одновременно с этим суд признает допустимым доказательством по делу и использует в качестве доказательства виновности подсудимой и явку ФИО1 с повинной от (дата обезличена) (том 1 л.д. 163), где она, подтверждая нанесение ею в (адрес обезличен) тяжких телесных повреждений М.С.А., а именно ножевого ранения в область живота последнего, признает свою вину полностью и раскаивается в содеянном, добровольность написания и содержания которой последняя подтвердила в ходе судебного заседания. При этом, ФИО1 ни о какой угрозе ножом со стороны М.С.А. не сообщает. Данная явка с повинной ФИО1 написана собственноручно, без физического и психологического давления, поэтому суд кладет в основу обвинения и её явку с повинной.

Несмотря на частичное признание своей вины подсудимой ФИО1, её виновность нашла свое полное подтверждение показаниями свидетелей и материалами дела, собранными органами предварительного расследования и исследованными в судебном заседании.

Допрошенная в судебном заседании представитель потерпевшего М.И.И. суду показала, что работает в должности главного специалиста управления по правовой работе в Администрации г.Кстово Кстовского района Нижегородской области. Согласно доверенности и.о. главы администрации она представляет интересы потерпевшего. Очевидцем произошедших событий она не является, обстоятельства смерти М.С.А. ей неизвестны, с потерпевшим она не знакома. Никаких имущественных затрат Администрация города Кстово Кстовского района Нижегородской области в связи со смертью М.С.А. не понесла. Гражданский иск по делу не заявлен.

Свидетель К.А.С. суду показал, что (дата обезличена) в вечернее время от дежурного ОМВД России по Кстовскому району Нижегородской области поступило сообщение о том, что в (адрес обезличен) оказана медицинская помощь гражданину М.С.А., которому поставлен диагноз: проникающее ножевое ранение брюшной полости. После чего, он в составе следственно-оперативной группы прибыл на место происшествия по указанному адресу, где находились подсудимая ФИО1 и работники скорой медицинской помощи. ФИО1 была в состоянии алкогольного опьянения, вела себя возбужденно, плакала, звонила по сотовому телефону бывшему мужу – Т.Н.А., которому по приходу через некоторое время в квартиру, ФИО1 сама рассказала, что именно она нанесла ножевое ранение М.С.А. При этом поясняла, что они с М.С.А. употребляли спиртное, а когда ФИО1 собиралась уйти из квартиры, то М.С.А. начал к ней приставать, как к женщине. В этот момент ФИО1 нанесла удар ножом М.С.А. О том, что М.С.А. пытался её убить, ФИО1 никому не говорила. Никаких телесных повреждений на ней не было. После проведения необходимых следственных действий ФИО1 была доставлена в Отдел МВД России по Кстовскому району Нижегородской области, где она собственноручно и добровольно, без какого-либо психологического и физического воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов, написала явку с повинной о совершенном преступлении, которая была зарегистрирована в установленном порядке.

Оценивая указанные показания свидетеля К.А.С. в части изложения содержания беседы ФИО1 со свидетелем Т.Н.А. об обстоятельствах совершения преступления, суд их в данной части не учитывает и не принимает в качестве доказательств, поскольку согласно УПК РФ исключается возможность использования данных сведений.

Свидетель М.О.С., с учетом оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, показаний, данных на предварительном следствии (том 1 л.д. 69-70), и подтвержденных ею в судебном заседании, суду пояснила, что у неё есть подруга ФИО1, с которой она знакома примерно четыре года. Ей известно, что ФИО1 проживала со своим сожителем Т.Н.А. по адресу: (адрес обезличен). Официально они брак не регистрировали, но у них имеется общий ребенок. Примерно в (дата обезличена) ФИО1 рассказала ей, что через «Интернет» познакомилась с молодым человеком по имени Сергей, как впоследствии установлено с М.С.А., который в то время находился в местах лишения свободы. ФИО1 и М.С.А. переписывались, созванивались, но ни разу не виделись. В (дата обезличена) ФИО1 стала проживать совместно с М.С.А., а Т.Н.А. выгнала из дома, после чего последний стал проживать у бабушки ФИО1 Ребенок ФИО1 остался проживать с ней. ФИО1 характеризует как хорошего, спокойного человека. До знакомства с М.С.А. ФИО1 вела более правильный образ жизни. Когда ФИО1 проживала с Т.Н.А., то иногда употребляла спиртные напитки, однако не злоупотребляла ими. ФИО1 стала злоупотреблять спиртными напитками, когда стала проживать с М.С.А., пила запойно, по три дня. Но, несмотря на то, что ФИО1 последнее время злоупотребляла алкоголем, она следила за своим ребенком, который всегда был чистый и накормленный. ФИО1 часто жаловалась ей на М.С.А., который её бил, и с которым они постоянно ругались. (дата обезличена) она находилась на работе, в 17 часов 58 минут у неё в телефоне был зафиксирован пропущенный звонок от ФИО1, в 18 часов 3 минуты она перезвонила ФИО1, та плакала и кричала в трубку, и попросила её вызвать карету «Скорой помощи» к ней домой. Она спросила, что случилось, на что ФИО1 ответила, что все объяснит потом. Больше ФИО1 ничего не сказала. После этого, она со своего рабочего телефона позвонила на подстанцию скорой медицинской помощи и вызвала бригаду «Скорой помощи» по месту проживания ФИО1 Затем она перезвонила ФИО1 и сообщила ей, что вызвала карету «Скорой помощи». Она вновь спросила у ФИО1, что случилось, на что ФИО1 ей рассказала, что она пришла к М.С.А. домой, чтобы приготовить ему еду. М.С.А. в это время находился в состоянии алкогольного опьянения. После того, как ФИО1 приготовила еду М.С.А. и собралась идти к бабушке, М.С.А. её не отпускал, и они начали ругаться. ФИО1 также сказала ей, что М.С.А. замахнулся на неё рукой, однако не ударил. Потом М.С.А. вновь замахнулся на ФИО1 рукой и ударил её. М.С.А. сказал ФИО1, что спокойной жизни ей не даст. Про нож, про угрозу ножом, что М.С.А. замахнулся на неё, ФИО1 ей ничего не говорила, а сказала, что нанесла удар М.С.А. ножом из-за того, что М.С.А. к ней приставал, до неё домогался, как до женщины, то ли замахнулся, то ли ударил ее. В телефонную трубку она слышала, как М.С.А. хрипел, а затем услышала, что приехала карета «Скорой помощи». На этом их телефонный разговор был завершен. После этого она еще несколько раз пыталась позвонить ФИО1, но та не отвечала на звонки. Когда она разговаривала с ФИО1, ей показалось, что последняя находилась в состоянии алкогольного опьянения. Почему ФИО1 попросила именно её вызвать карету «Скорой помощи», ей неизвестно. После произошедшего инцидента она с ФИО1 не общалась.

Свидетель Т.Н.А., с учетом оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, показаний, данных на предварительном следствии (том 1 л.д. 66-68), и подтвержденных им в судебном заседании, суду пояснил, что с ФИО1 он познакомился (дата обезличена), а (дата обезличена) они стали проживать вместе в квартире ФИО1 по адресу: (адрес обезличен). Официально брак они не регистрировали. (дата обезличена) у них родилась дочь – П.В.Н., однако отцом ребенка его не вписали, но отчество у дочери его. (дата обезличена) у них произошел разлад в отношениях из-за того, что ФИО1 стала проживать с М.С.А. Ему известно, что ФИО1 познакомилась с М.С.А. через «Интернет», когда М.С.А. находился в местах лишения свободы. М.С.А., освободившись из мест лишения свободы (дата обезличена), приехал в (адрес обезличен) и стал проживать с ФИО1 в её квартире. В связи с этим, он переехал жить к бабушке ФИО1 – З.В.А. Ребенок остался жить с ФИО1, но он брал дочь к себе на выходные и в свободное время, и они вместе проживали у З.В.А. ФИО1 часто приходила к ним в квартиру. Между ним и ФИО1 сохранились хорошие отношения. В целом, ФИО1 характеризует как заботливую мать, хорошего и спокойного человека. Пока он жил вместе с ФИО1, она спиртными напитками не злоупотребляла, работала посудомойщицей в кафе. Когда ФИО1 стала проживать с М.С.А., она начала злоупотреблять спиртными напитками, уволилась с работы. Он и ФИО1 виделись часто, но о своей жизни с М.С.А. ФИО1 ему ничего не рассказывала. Хотя по её виду и состоянию он понимал, что у неё с М.С.А. ничего хорошего нет. (дата обезличена) в 13 часов 30 минут, возвращаясь с работы, он позвонил ФИО1 и спросил, чем она занимается. ФИО1 ему сказала, что идет устраиваться на работу, но куда и кем, не сказала. Примерно в 18 часов Т.Н.А. опять позвонил ФИО1, она плакала и сказала ему: «Приезжай срочно!». После этого, он на «такси» приехал к дому ФИО1 по адресу: (адрес обезличен). Около дома он увидел карету «Скорой помощи», в которую кого-то заносили, но кого именно, он не видел. Подойдя к квартире ФИО1, он увидел, что входная дверь была открыта. В квартире находились сотрудники полиции. Он хотел войти в квартиру, но его не пустили и спросили, кто он такой. После того, как ФИО1 сказала, что он её бывший гражданский муж, его впустили в квартиру. ФИО1 была выпившая, в слезах, у неё был нервный срыв. В подъезде и в квартире крови не было. Он поинтересовался у сотрудников полиции, что случилось, однако ему ничего не сказали. Он спросил у ФИО1, что произошло, на что она ему ответила, что М.С.А. до неё домогался, приставал к ней, а она отталкивала его. Также ФИО1 сказала, что они поругались, и она ударила М.С.А. ножом, деталей ФИО1 ему не рассказывала. ФИО1 сказала, что после того, как она ударила ножом М.С.А., она позвонила своей подруге М.О.С. Пока в квартире находились сотрудники полиции, ФИО1 была в нервном состоянии, очень возбужденная, громко разговаривала, нервничала. После произошедших событий он вместе с ФИО1 поехал в отделение полиции, где их опросили и отпустили домой. Они пришли к ФИО1 в квартиру, где остались ночевать. (дата обезличена) они поехали к бабушке ФИО1, чтобы взять свидетельство о рождении ребенка. После этого ФИО1 поехала в отделение полиции. При этом, Т.Н.А. уточнил, что деталей механизма нанесения удара М.С.А. ножом ФИО1 изначально ему не рассказывала, и о том, что ФИО1 нанесла удар ножом М.С.А. по неосторожности, согласно версии ФИО1, в тот момент, когда он на неё замахнулся, держа в руке нож, а она, защищаясь, оттолкнула руку М.С.А. с ножом от себя, и случайно попала ему в живот, он узнал в ходе проведения следственного действия – при проверке показаний на месте.

При этом, суд критически относится к показаниям свидетеля Т.Н.А. о случайном и неосторожном нанесении ФИО1 удара М.С.А. ножом, и отвергает их, находя недостоверными, по тем основаниям, что данная версия механизма нанесения удара М.С.А., которой придерживается ФИО1, признана судом несостоятельной, так как противоречит материалам дела. Частичное изменение показаний свидетеля, суд расценивает как желание помочь своей бывшей сожительнице – подсудимой ФИО1 смягчить наказание и ответственность за содеянное, и с этой целью Т.Н.А. намеренно вводит суд в заблуждение.

Из показаний свидетелей С.А.В. и В.О.А., данных ими при производстве предварительного следствия, и оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, и с согласия сторон в ходе судебного разбирательства (том 1 л.д. 75-76, 77-78), следует, что (дата обезличена) в 18 часов 19 минут, будучи на дежурстве, соответственно в должности врача и фельдшера скорой медицинской помощи подстанции скорой медицинской помощи ГБУЗ НО «Кстовская ЦРБ», согласно поступившему в указанное время от диспетчера подстанции скорой помощи сообщению о том, что в (адрес обезличен) находится мужчина с ножевым ранением, они незамедлительно выехали по данному адресу. В 18 часов 24 минуты по прибытии в вышеуказанную квартиру, когда они вошли в квартиру, то дверь была открыта, их никто не встречал. В квартире находилась женщина, по внешнему виду которой было видно, что та находилась в состоянии алкогольного опьянения. Как зовут женщину, они не знают, на вид обычного телосложения. Она никакой инициативы не проявляла, молчала, и указала на мужчину, как впоследствии установлено М.С.А., который лежал в комнате на диване, верхней одежды на нем не было, на внешний вид он был бледным, на животе у него было одно проникающее ранение. Вокруг раны и на диване крови не было, в квартире было чисто, ножа в теле потерпевшего уже не было, была ли кровь на руках женщины, внимания не обратили. Они стали оказывать ему необходимую помощь. Давление у М.С.А. не определялось. В процессе оказания помощи М.С.А., С.А.В. стал расспрашивать женщину о случившемся, задавал ей вопросы, но та молчала. Он спросил у неё: «Ты нанесла ранение?», на что женщина ответила: «Да», и утвердительно кивнула головой. Затем он спросил: «Ножом ударила?», женщина сказала: «Да». Он спросил: «Вы выпивали вместе, у вас ссора была?», женщина ответила, что да. Он спросил также: «Это твой сожитель?», на что она сказала: «Да». Кроме того, он спросил у женщины, сколько прошло времени, на что она ответила, что два часа. Он спросил: «Почему так долго не вызывала скорую помощь?», но женщина ничего не ответила. В целом, женщина молчала, если отвечала, то не охотно, односложно, вела себя безынициативно. Оказав первую помощь М.С.А., обработав и заклеив рану, они сразу же госпитализировали последнего в приемный покой ГБУЗ НО «Кстовская ЦРБ». Из разговора с женщиной было понятно, что именно она ударила ножом М.С.А., также женщина не говорила им, что какой-либо другой человек нанес М.С.А. ножевое ранение, или, что М.С.А. сам нанес себе ранение. Об обстоятельствах случившегося женщина ничего не рассказывала.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны защиты эксперт Ф.В.Ю., проводивший на основании постановлений ст.следователя первоначальную и дополнительную судебно-медицинские экспертизы в отношении потерпевшего М.С.А., подтвердил выводы, сделанные в своих заключениях (том 1 л.д. 90-94, 152-155), пояснив следующее. Он участвовал при проверке показаний с участием подсудимой ФИО1 на месте, в ходе которой последняя показала, как располагались потерпевший и нападавшая относительно друг друга, как ФИО1 держала нож, как пришелся удар ножа. Исходя из данных показаний, принимая во внимание направление раневого канала – спереди назад и сверху вниз, эксперт считает, что образование его при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в ходе проверки показаний на месте, при таком расположении лиц, которое было указано ею, не исключается. Количество обнаруженного алкоголя в крови погибшего соответствует средней степени алкогольного опьянения. Но, возможно, что у М.С.А. была более высокая концентрация алкоголя в крови до смерти. Кроме того, эксперт пояснил, что после причинения М.С.А. данного повреждения он мог совершать самостоятельные целенаправленные действия, в частности передвигаться, кричать, мог наносить удары. В данном случае имеет место быть шоковое состояние М.С.А.

Показания эксперта Ф.В.Ю. не исключают виновности подсудимой ФИО1 в совершенном преступлении.

Кроме этого, виновность подсудимой ФИО1 подтверждается: рапортом старшего следователя СО по г. Кстово СУ СК России по Нижегородской области Ч.И.С. от (дата обезличена) об обнаружении признаков преступления, из которого следует, что (дата обезличена) в 18 часов 50 минут в приемный покой ГБУЗ НО «Кстовская ЦРБ» из (адрес обезличен) был доставлен гражданин М.С.А., (дата обезличена) года рождения, который (дата обезличена) в 2 часа 00 минут скончался в больнице в результате проникающего ножевого ранения в область брюшной полости (том 1 л.д. 9); рапортом дежурного ОМВД России по Кстовскому району Нижегородской области от (дата обезличена), согласно которому (дата обезличена) в 18 часов 50 минут врач скорой медицинской помощи С.А.В. сообщил о том, что М.С.А. оказана медицинская помощь по поводу ножевого ранения брюшной полости, обстоятельства произошедшего: «порезала» сожительница (том 1 л.д. 14); рапортом дежурного ОМВД России по Кстовскому району Нижегородской области от (дата обезличена), согласно которому (дата обезличена) в 18 часов 50 минут Л. сообщила о том, что у М.С.А. имеется проникающее ножевое ранение брюшной полости, обстоятельства произошедшего: «порезала» сожительница (том 1 л.д. 15); рапортом дежурного ОМВД России по Кстовскому району Нижегородской области от (дата обезличена), согласно которому (дата обезличена) в 8 часов 25 минут из ГБУЗ НО «Кстовская ЦРБ» поступило сообщение о том, что (дата обезличена) в 2 часа 00 минут скончался М.С.А. в результате проникающего ранения брюшной полости (том 1 л.д. 16); протоколом осмотра места происшествия от (дата обезличена) с фото-таблицей к нему, согласно которому в квартире по адресу: (адрес обезличен), было обнаружено и изъято: 4 следа рук, нож «AUSBEIN MESSER», 2 ножа с черной ручкой, мужская трикотажная футболка (том 1 л.д. 17-38); картой вызова скорой медицинской помощи от (дата обезличена) (номер обезличен), согласно которой (дата обезличена) в 18 часов 24 минут по адресу: (адрес обезличен), прибыла бригада «Скорой медицинской помощи» для оказания помощи М.С.А., имеющему проникающее ножевое ранение брюшной полости, которое, со слов его сожительницы ФИО1, она нанесла М.С.А. кухонным ножом в результате употребления алкогольных напитков во время ссоры (том 1 л.д. 74); протоколом получения образцов для сравнительного исследования от (дата обезличена), согласно которому у подозреваемой ФИО1 были получены образцы крови (том 1 л.д. 80-81); протоколом выемки от (дата обезличена), согласно которому в помещении Кстовского МРО НОБСМЭ по адресу: <...>, были изъяты кровь и волосы М.С.А. (том 1 л.д. 83-87); заключением эксперта (номер обезличен) от (дата обезличена), согласно которому смерть М.С.А. наступила от острой массивной кровопотери, развившейся в результате колото-резаного ранения в области передней брюшной стенки справа, проникающего в брюшную полость, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей и правой подвздошной артерии. Данное повреждение причинено колюще-режущем предметом, вполне возможно ножом, в пределах 1 суток до момента наступления смерти, вызвало причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни и находится в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего. Принимая во внимание характер повреждения, эксперт считает, что после его причинения и до момента поступления в больницу потерпевший мог совершать самостоятельные целенаправленные действия, в частности передвигаться, кричать. Согласно записям в истории болезни, смерть М.С.А. наступила (дата обезличена) в 2 часа 00 минут. Судебно-химически в крови трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 1, 56 %о. Это свидетельствует о том, что незадолго до момента поступления в больницу М.С.А. употреблял спиртные напитки (том 1 л.д. 90-94); заключением эксперта (номер обезличен) от (дата обезличена), согласно которому повреждение в виде кровоподтека в области правого плеча, которое имеется у ФИО1, носит характер тупой травмы и вполне могло образоваться от одного воздействия твердого тупого предмета в пределах 6-10 суток до момента освидетельствования. Данное повреждение вреда здоровью не причинило (том 1 л.д. 100); заключением эксперта (номер обезличен) от (дата обезличена), согласно которому кровь потерпевшего М.С.А. относится к группе А?, обвиняемой ФИО1 – к группе В?. На ноже, представленном на экспертизу, обнаружены следы крови человека, половая принадлежность которых не установлена ввиду отсутствия лейкоцитов в изученном материале. При определении групповой принадлежности в крови выявлен антиген А, характеризующий группу А?. Таким образом, полученные результаты не исключают происхождения крови от потерпевшего М.С.А., относящегося к этой группе. Обвиняемой ФИО1 (ей свойственен антиген В) кровь на ноже не принадлежит. Клетки животных тканей, в том числе кожи, на ноже не найдены (том 1 л.д. 107-109); заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы (номер обезличен) от (дата обезличена), согласно которому повреждение в виде колото-резаного ранения в области передней брюшной стенки справа, проникающего в брюшную полость, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей и правой подвздошной артерии, сопровождавшегося острой массивной кровопотерей и явившегося непосредственной причиной смерти, вполне могло образоваться от нанесения удара ножом. Принимая во внимание направление раневого канала – спереди назад и сверху вниз, эксперт считает, что образование его при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в ходе проверки показаний на месте, не исключается (том 1 л.д. 152-155); протоколом осмотра предметов от (дата обезличена), согласно которому объектом осмотра является бумажный конверт, снабженный оттиском печати «Для пакетов» СО ОМВД России по Кстовскому району Нижегородской области, подписями участвующих лиц, а также пояснительной надписью о его содержимом, то есть о ноже с рукоятью, выполненной из полимерного материала черного цвета, с лезвием, выполненным их металла светло-серого цвета, на правой стороне которого имеется мазок вещества бурого цвета, обнаруженном на тумбе от кухонного гарнитура, расположенного вдоль стены слева от входа в помещение кухни в (адрес обезличен), в ходе осмотра места происшествия от (дата обезличена). При вскрытии конверта в нем обнаружен нож с клинком из светло-серого блестящего металла с черной пластмассовой ручкой, состоящей из двух пластин, скрепленных между собой тремя металлическими круглыми клепками. На левой поверхности клинка ножа имеется надпись «AUSBEIN MESSER». Длина клинка ножа – 12, 6 см, ширина клинка в 1 см от острия в 0, 6 см, ширина клинка в стыке его с ручкой – 2 см, толщина обуха – 0, 05 см. Длина ручки ножа – 11, 5 см, ширина – 1, 4 – 2 см, толщина – 1, 3 см. На правой поверхности клинка ножа каких-либо следов не обнаружено. На левой поверхности клинка, а также на ручке ножа каких-либо следов не обнаружено (том 1 л.д. 157-159); постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от (дата обезличена), согласно которому бумажный конверт с находящимся внутри ножом с клинком из светло-серого блестящего металла с черной пластмассовой ручкой, состоящей из двух пластин, скрепленных между собой тремя металлическими круглыми клепками, имеющим надпись «AUSBEIN MESSER» на левой поверхности клинка; бумажный конверт с находящимся внутри образцом крови ФИО1 на марлевом тампоне; бумажный конверт с находящимся внутри образцом крови М.С.А. на марлевом тампоне; бумажный конверт с находящимся внутри образцом волос М.С.А. приобщены к материалам уголовного дела и признаны в качестве вещественных доказательств по уголовному делу (том 1 л.д. 160-161); явкой с повинной ФИО1 от (дата обезличена), согласно которой ФИО1, находясь в (адрес обезличен), нанесла тяжкие телесные повреждения М.С.А., нанесла М.С.А. ранение ножом в область живота. Признает свою вину полностью и раскаивается в содеянном (том 1 л.д. 163); протоколом задержания ФИО1 от (дата обезличена), в ходе которого она собственноручно заявила о своем согласии с задержанием по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ (том 1 л.д. 169-171); протоколом проверки показаний на месте от (дата обезличена) с фото-таблицей к нему, согласно которому ФИО1 показала, что (дата обезличена) в (адрес обезличен) она нанесла М.С.А. ножевое ранение (том 1 л.д. 209-217).

Эти доказательства добыты в соответствии со всеми требованиями закона и в силу ст. 88 УПК РФ признаны судом относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Приведенными выше доказательствами в их совокупности, суд находит вину подсудимой ФИО1 установленной, доказанной и квалифицирует её действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, поскольку в судебном заседании бесспорно установлено, что подсудимая ФИО1, на почве внезапно возникшей личной неприязни, вызванной ссорой, возникшей (дата обезличена) в квартире, расположенной по адресу: (адрес обезличен), между подсудимой ФИО1 и потерпевшим М.С.А., по причине отказа подсудимой вступить с потерпевшим в интимную близость и остаться с ним в квартире, нанесла ему умышленно один удар ножом в область брюшной полости, причинив М.С.А. тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, повлекший его смерть.

Способ совершения преступления, орудие преступления - нож, то есть предмет с повышенной поражающей способностью, характер, локализация и тяжесть причиненного потерпевшему повреждения, в область расположения жизненно-важных органов – переднюю брюшную полость, а также фактические обстоятельства дела, в том числе и сокрытие улик путем смыва ФИО1 орудия преступления – ножа, непосредственно после нанесенного ею М.С.А. удара, прямо свидетельствуют о направленности умысла подсудимой ФИО1 на причинение смерти потерпевшему М.С.А.

Все это, по мнению суда, свидетельствует о том, что подсудимая желала смерти М.С.А., осознавала общественную опасность своих действий, и не могла не предвидеть возможность наступления его смерти, действия её были направлены на достижение именно этого результата.

Несмотря на то, что подсудимая ФИО1 отрицает наличие умысла на убийство потерпевшего М.С.А., мотивируя тем, что нанесла удар М.С.А. по неосторожности, защищаясь от агрессивных действий последнего, в тот момент, когда М.С.А. замахнулся на неё, подняв свою правую руку, в которой был нож, угрожал ей, что если она уйдет, то она может попрощаться со своей жизнью, лезвие ножа при этом было направлено в её сторону, в связи с чем, испугавшись за свою жизнь, не осознавая происходящее, и не предполагая возможность наступления смерти последнего, она обеими своими руками обхватила кисть руки М.С.А., в которой он держал нож, приложила усилия и своими руками вывернула его кисть лезвием ножа от себя, как бы «повисла» на его кисти и затем с силой оттолкнула от себя его руку, в которой находился нож, так, что от этого толчка удар М.С.А. случайно пришелся в живот, её доводы опровергаются характером её действий и тяжестью телесного повреждения, имевшегося у М.С.А., относящегося к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления подтверждаются положенными в основу приговора как показаниями самой подсудимой, в части, не противоречащей установленным по делу обстоятельствам содеянного, её явкой с повинной, взятой судом за основу обвинения, так и показаниями свидетелей: М.О.С., Т.Н.А., С.А.В., В.О.А., К.А.С., оснований не доверять которым у суда не имеется, а также заключениями судебно-медицинских экспертиз о характере и механизме образования имевшегося у потерпевшего телесного повреждения и письменными доказательствами по делу, которые являются взаимодополняющими, согласуются между собой и в своей совокупности полностью уличают ФИО1 в содеянном.

В частности, свидетель М.О.С., которой ФИО1 первая позвонила после произошедшего, показала, что ФИО1 не говорила про угрозу ножом, что М.С.А. замахивался на неё ножом, а сказала, что нанесла удар ножом из-за того, что М.С.А. к ней приставал, до неё домогался, как до женщины, то ли замахнулся, то ли ударил.

Свидетель Т.Н.А. показал, что деталей механизма нанесения удара М.С.А. ножом, ФИО1 не говорила, только сказала, что М.С.А. до неё домогался, приставал, что предшествовало потасовке.

ФИО1 про угрозу ножом также не заявляла прибывшим на место происшествия врачам скорой помощи С.А.В. и В.О.А.

Из показаний свидетеля К.А.С. следует, что по прибытии на место происшествия, там находились подсудимая ФИО1, которая была в состоянии алкогольного опьянения. После проведения необходимых следственных действий ФИО1 была доставлена в Отдел МВД России по Кстовскому району Нижегородской области, где она собственноручно и добровольно, без какого-либо психологического и физического воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов (дата обезличена) написала явку с повинной о совершенном преступлении, которая была зарегистрирована в установленном порядке.

В данной явке с повинной ФИО1 сообщила, что она, находясь в (адрес обезличен), нанесла М.С.А. ранение ножом в область живота, причинив последнему тяжкие телесные повреждения. Признает свою вину полностью и раскаивается в содеянном (том 1 л.д. 163). При этом, в данной явке с повинной ни о какой угрозе ножом со стороны М.С.А. ФИО1 не сообщает. В судебном заседании подсудимая ФИО1 подтвердила добровольность написания и содержание явки с повинной. Данная явка с повинной ФИО1 написана собственноручно, без физического и психологического давления.

Исходя из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов (номер обезличен) от (дата обезличена), эксперты отмечают, что ФИО1 сложившуюся судебную ситуацию и свое место в ней оценивает правильно: «по нелепой случайности…выпивши была, он просто не хотел выпускать меня из дома…ткнула один раз, вину признает, обстоятельства дела помнит достаточно» (том 1 л.д. 137-138).

Таким образом, ФИО1 ни своей подруге М.О.С., ни врачам скорой помощи С.А.В. и В.О.А., ни приехавшим сотрудникам полиции, которые устанавливали фактические обстоятельства совершенного преступления, про угрозу ножом ничего не заявляла.

Оснований не доверять показаниям упомянутых свидетелей: М.О.С., Т.Н.А., С.А.В., В.О.А., К.А.С., у суда не имеется, поэтому их показания суд берет за основу приговора, поскольку они в целом являются последовательными, дополняют друг друга и не содержат существенных юридически значимых противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, при этом согласуются с протоколами следственных действий, заключениями судебных экспертиз и в своей совокупности полностью уличают ФИО1 в содеянном. Причин для оговора подсудимой ФИО1 с их стороны в распоряжение суда не имеется. При этом каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих признание представленных в материалы дела доказательств, при производстве уголовного дела не допущено.

Доводы защиты о том, что показания свидетеля К.А.С. являются недопустимыми доказательствами, так как данный свидетель, являясь оперативным сотрудником, осуществлявшим оперативное сопровождение дела, воспроизводит содержание показаний подозреваемой ФИО1, суд считает несостоятельными, поскольку суд их в данной части не учитывает и не принимает в качестве доказательств.

Оценивая показания свидетеля Т.Н.А. в ходе предварительного расследования и в суде, суд считает необходимым положить в основу приговора показания упомянутого свидетеля Т.Н.А., приведенные выше в приговоре, поскольку они являются подробными, последовательными, не содержат существенных противоречий, подтверждаются показаниями свидетелей, исследованными судом письменными доказательствами.

По изложенным основаниям суд считает несостоятельными доводы защиты о том, что свидетель Т.Н.А., страдая заболеванием - рассеянным склерозом, в силу данного хронического расстройства памяти, может искажать некоторые речевые обороты и слова, произнесенные ему ФИО1

Доводы защитника о том, что показания свидетелей С.А.В. и В.О.А. идентичны и составлены одними и теми же фразами, что вызывает сомнение в их достоверности, суд считает несостоятельными, поскольку допросы названных лиц производились в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, они последовательны, подробны, согласуются с другими собранными по делу доказательствами, согласуются с показаниями ФИО1 в ходе предварительного расследования, из уст которой указанные свидетели узнали о нанесении ею телесного повреждения М.С.А. сразу после случившегося. Так, согласно показаниям свидетелей С.А.В. и В.О.А., после того, как они приехали по вызову, ФИО1 поясняла, что выпивали со своим сожителем М.С.А., произошла ссора, в ходе которой она нанесла последнему ножевое ранение. Не доверять показаниям упомянутых свидетелей у суда оснований не имеется, поскольку они являются сотрудниками скорой медицинской помощи, ранее с подсудимой и потерпевшими знакомы не были, т.е. у них отсутствуют основания для оговора ФИО1, и они не имеют какой-либо заинтересованности по делу.

Таким образом, изложенная ФИО1 версия при проверке показаний на месте, аналогичная содержанию её показаний, согласно которой М.С.А. подошел к ней и замахнулся ножом, а ФИО1, руководствуясь идеей самосохранения, обеими руками обхватила кисть М.С.А., в которой он держал нож, приложила усилия и своими руками вывернула его кисть лезвием ножа от себя, как бы «повисла» на его кисти и затем с силой оттолкнула от себя его руку, в которой был нож, так, что от этого толчка удар М.С.А. случайно пришелся в живот, которая, как указывает сторона защиты, подтверждается экспертным путем, в частности: заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы (номер обезличен) от (дата обезличена), а также показаниями эксперта Ф.В.Ю., пояснившего, что, принимая во внимание направление раневого канала – спереди назад и сверху вниз, эксперт считает, что образование телесного повреждения у потерпевшего при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в ходе проверки показаний на месте, не исключается, опровергнута исследованными судом доказательствами, в связи с чем, расценивается судом как несостоятельная.

При этом, показания эксперта Ф.В.Ю. и заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы, на которые указывает сторона защиты, не исключают виновности подсудимой ФИО1 в умышленном причинении смерти потерпевшего М.С.А.

Доводы подсудимой и защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на умышленное причинение смерти М.С.А. по тем основаниям, что подсудимая незамедлительно после случившегося вызвала «Скорую медицинскую помощь», а смерть потерпевшего наступила в результате обильной кровопотери, вследствие несвоевременного оказания медицинской помощи, суд находит голословными.

Доводы подсудимой и защиты об указании в тексте предъявленного обвинения о том, что ФИО1 приискивала нож с кухни для нанесения удара им в живот М.С.А., суд находит несостоятельными, так как они противоречат материалам дела, поскольку как следует из предъявленного ФИО1 обвинения, что и установлено судом, последняя, с целью убийства М.С.А., приискала находящийся в квартире нож, которым и нанесла удар потерпевшему.

Вопреки позиции стороны защиты о незаконности признания потерпевшим по делу Администрации города Кстово Кстовского района Нижегородской области, права подсудимой ФИО1 нарушены не были.

При этом, давая оценку показаниям представителя потерпевшего, суд приходит к выводу, что они не содержат сведений, подтверждающих причастность или непричастность ФИО1 к совершению данного преступления, в связи с чем, суд не находит возможным положить их в основу обвинения.

Исходя из совокупности всех обстоятельств содеянного, имея в виду предшествующую преступлению между ФИО1 и М.С.А. ссору, возникшую на почве личных неприязненных отношений, что явилось мотивом совершения преступления, учитывая способ совершения преступления, орудие преступления – нож, характер и локализацию телесного повреждения в область расположения жизненно-важных органов – переднюю брюшную полость, было установлено, что телесное повреждение в виде: проникающего колото-резаного ранения в области передней брюшной стенки справа, проникающего в брюшную полость справа, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей и правой подвздошной артерии, обнаруженное при исследовании трупа М.С.А., является опасным для жизни человека, и по этому признаку относится к категории причинения тяжкого вреда здоровью и стоит в прямой причинной связи со смертью, которая и наступила от указанного телесного повреждения, - суд приходит к выводу о том, что содеянное свидетельствует о том, что умысел подсудимой ФИО1 был направлен на причинение смерти М.С.А.

Показания подсудимой ФИО1 о том, что она умысла на убийство М.С.А. не имела, а только хотела предотвратить агрессивные действия в отношения себя, все произошло случайно, она относилась неосторожно к тем последствиям, которые наступили, и не в результате целенаправленного, умышленного нанесения удара ножом образовалось телесное повреждение у М.С.А., а именно в результате обыкновенного отталкивания его руки, в которой был нож, от себя, то есть в результате толчка, сопровождающегося преломлением её физической силы, и произошел тот самый неосторожный случайный удар М.С.А. в живот, который, в свою очередь, впоследствии спустя время, привел к не совместимой с жизнью травме, не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия, а напротив, опровергаются совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе заключениями судебно-медицинских экспертиз.

Учитывая, что ФИО1 ножом нанесла М.С.А. один удар в область жизненно-важного органа; у самой ФИО1, как следует из заключения эксперта (номер обезличен) от (дата обезличена), обнаружено единственное телесное повреждение, не повлекшее вреда здоровью, которое было получено гораздо раньше описываемых ФИО1 событий (том 1 л.д. 100); кроме этого, установленные в судебном заседании фактические обстоятельства преступления свидетельствуют о том, что возникшая ситуация не создавала реальной угрозы для жизни ФИО1, в связи с этим довод стороны защиты о том, что ножевое ранение потерпевшему ФИО1 нанесла с целью защиты, обороняясь за свою жизнь от агрессивных действий потерпевшего, отклоняются, как не нашедшие своего подтверждения.

Обстоятельств, свидетельствующих о причинении смерти М.С.А. при необходимой обороне либо превышении необходимой обороны, а также согласно версии ФИО1 по неосторожности, в ходе судебного следствия не установлено, и у суда нет оснований для переквалификации её действий на иной состав преступления.

При таких обстоятельствах, доводы подсудимой ФИО1 и защиты о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности, суд считает несостоятельными, поскольку совокупность всех приведенных и проанализированных судом доказательств приводит суд к выводу о доказанности вины подсудимой ФИО1 в умышленном причинении смерти потерпевшему М.С.А., поскольку телесное повреждение, имевшееся у последнего, относящееся к категории причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, было причинено именно умышленными действиями подсудимой ФИО1, и её вина в полном объеме нашла свое подтверждение приведенными выше доказательствами, не вызывающими сомнений, поскольку данные доказательства являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными и свидетельствуют о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ей деянии.

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд в силу ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, руководствуясь общими началами назначения наказания, исходит из принципа справедливости, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, личность виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи.

Подсудимая ФИО1 впервые совершила умышленное преступление, относящееся к категории особо тяжких.

К обстоятельствам, смягчающим наказание, суд согласно ст. 61 УК РФ относит написание явки с повинной (том 1 л.д. 163), частичное признание своей вины, раскаяние в содеянном, противоправность поведения потерпевшего, выразившаяся в понуждении подсудимой вступить с ним в интимную близость, явившегося поводом для совершения преступления, принятие мер к вызову «Скорой медицинской помощи», участие в организации захоронения умершего М.С.А., наличие на иждивении малолетнего ребенка (том 1 л.д. 230, 231), по отношению которой она является матерью – одиночкой, состояние здоровья подсудимой (том 2 л.д. 69), заболевания как её бабушки - З.В.А., под опекой которой в настоящее время находится малолетняя дочь ФИО1, так и биологического отца ребенка – Т.Н.А., вследствие которых оба являются инвалидами 2 группы (том 2 л.д. 39, 40, 84).

На основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, личности виновной, признание отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд считает нецелесообразным.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (том 1 л.д. 235, 236).

По месту жительства ФИО1 соседями характеризуется с положительной стороны (том 1 л.д. 238, том 2 л.д. 74).

Из содержания характеристики, подписанной участковым уполномоченным ОМВД России по Кстовскому району Нижегородской области, следует, что по месту жительства на ФИО1 в устной форме со стороны соседей неоднократно поступали жалобы, она злоупотребляет спиртными напитками и привлекалась к административной ответственности, характеризуется отрицательно (том 1 л.д. 237).

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов (номер обезличен) от (дата обезличена) ФИО1 не обнаруживает признаков психического расстройства, которое лишало бы её к моменту производства по делу способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся ко времени совершения инкриминируемого ей деяния, она не обнаруживала признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, а находилась в состоянии простого алкогольного опьянения, и могла, как и в настоящее время, может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера и в проведении стационарной СПЭ ФИО1 не нуждается (том 1 л.д. 137-138). У суда данное заключение не вызывает сомнений, и поэтому в совокупности с другими доказательствами по делу за содеянное ФИО1 следует признать вменяемой.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Обстоятельств, освобождающих подсудимую от уголовной ответственности и наказания, судом не установлено, равно как не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновной, её поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления и позволяющих назначить наказание в соответствии со ст. 64 УК РФ ниже низшего предела или мягче, чем предусмотрено санкцией статьи.

Учитывая вышеприведенные данные в совокупности, принимая во внимание характер, степень общественной опасности и конкретные обстоятельства совершенного преступления, направленного против жизни человека, а также учитывая, что санкция ч.1 ст.105 УК РФ не предусматривает альтернативных видов наказания, кроме лишения свободы, а оснований для применения положений ст.64 УК РФ не установлено, суд считает, что достижение таких целей наказания как восстановление социальной справедливости, исправление осужденной и предупреждение совершения ею новых преступлений может быть достигнуто, только путем назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, в пределах санкции инкриминируемой ей статьи уголовного закона, с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, без дополнительного наказания в виде ограничения свободы, полагая, что её исправление без изоляции от общества не будет отвечать назначению уголовного судопроизводства.

Оснований для применения ст. 73 УК РФ суд не усматривает.

В соответствии с п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ наказание ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.

Судьба вещественных доказательств разрешается судом в соответствии с ч.3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296-299, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд -

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, по которой назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на семь лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания исчислять с (дата обезличена).

Зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время её содержания под стражей, с момента её фактического задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и до постановления приговора, то есть с (дата обезличена) по (дата обезличена) включительно (том 1 л.д. 169-171).

Вещественные доказательства:

- бумажный конверт с находящимся внутри ножом с клинком из светло-серого блестящего металла с черной пластмассовой ручкой, состоящей из двух пластин, скрепленных между собой тремя металлическими круглыми клепками, имеющим надпись «AUSBEIN MESSER» на левой поверхности клинка;

- бумажный конверт с находящимся внутри образцом крови ФИО1 на марлевом тампоне;

- бумажный конверт с находящимся внутри образцом волос М.С.А., хранящиеся в камере хранения Кстовского городского суда Нижегородской области (том 1 л.д. 160-161), - уничтожить;

- бумажный конверт с находящимся внутри образцом крови М.С.А. на марлевом тампоне, хранящийся в камере хранения Кстовского МРО НОБСМЭ (том 1 л.д. 160-161), - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Нижегородский областной суд в течение десяти суток со дня его постановления, а осужденной ФИО1, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора, путем подачи жалобы через Кстовский городской суд Нижегородской области. В случае подачи апелляционной жалобы осужденная ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: