Апелляционное постановление № 22-224/2026 22-6360/2025 от 19 января 2026 г.

Судья Хаснуллина Т.В.

Дело № 22-224/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 20 января 2026 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Погадаевой Н.И.,

при секретаре Рожневой А.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело ФИО1 по апелляционной жалобе адвоката Зырянова Н.А. в его защиту на приговор Свердловского районного суда г. Перми от 11 ноября 2025 года, по которому

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 70 000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 2 года.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы, заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Зырянова Н.А. по доводам жалобы, мнение прокурора Путина А.А. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, занимавший должность начальника отделения по контролю за оборотом наркотиков отдела полиции № 7 (дислокация Свердловский район) Управления МВД России по г. Перми, признан виновным в злоупотреблении должностными полномочиями, то есть использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересам общества и государства.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Зырянов Н.А., выражая несогласие с приговором суда, поставил вопрос об его отмене и оправдании ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, содержат существенные противоречия, не подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, а при рассмотрении уголовного дела судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Приводя и анализируя содержание показаний осужденного ФИО1, свидетелей К1., М1., Л., А., С1., Р., М2., С2., В1., а также К2., И., З., П., Б1., сопоставляя их между собой, автор жалобы утверждает, что они необоснованно указаны судом в качестве доказательств вины ФИО1, поскольку не содержат в себе сведений о причастности и виновности последнего в совершении инкриминируемого ему преступления. По мнению защитника, суд формально подошел к анализу и оценке доказательств, относящихся к объективной и субъективной сторонам преступления, ограничившись перечислением и цитированием показаний, содержащихся в материалах уголовного дела, которые приведены выборочно, что искажает их суть в сторону обвинительного уклона. Полагает, что осмотром протоколов осмотра мест происшествий в ходе предварительного и судебного следствия установлено только то, что место расположения подписи ФИО1 доступно лишь для написания рукописно, поэтому вывод суда о том, что данные подписи свидетельствуют об осознании подсудимым содержания подписанных документов, несостоятельны и являются предположением. Отмечает, что органами предварительного следствия и судом проигнорированы обстоятельства, подлежащие установлению и доказыванию в рамках уголовного дела, а именно: дата составления протоколов осмотров мест происшествия; где и кем были составлены данные протоколы (место); кем и с какой целью был осуществлен звонок сотруднику УМВД России по г. Перми Б1., приезжал и получал ли кто-либо фотоизображения, использованные в фототаблицах; изготавливались ли фототаблицы к протоколам от 24 января 2024 года заново, кем, когда и с какой целью; кем осуществлялось подписание протоколов от 24 января 2024 года, кто звонил и приезжал домой к понятым с этой целью; кем именно из сотрудников ОКОН ОП № 7 дано указание стажерам на написание протоколов в целях учебы; являются ли наркотические средства, протоколы изъятия которых якобы составлены 24 января 2024 года, частью наркотических средств, изъятых по координатам, обнаруженным в телефоне Б2.; местонахождение рапорта о передаче наркотических средств, составленного сотрудниками УМВД России по г. Перми на имя начальника ОП № 7. Акцентирует внимание, что не дана надлежащая оценка действиям В1., исполняющей обязанности начальника отделения ОКОН ОП № 7, которой были переданы изъятые наркотические средства, а также протоколы осмотров мест происшествия, рапорт о передаче, составленные сотрудниками УМВД России по г. Перми, которая не передала их на регистрацию, наркотические средства хранила в шкафу служебного кабинета, что требовало оценки, поскольку ФИО1 приводились доводы об отсутствии у него умысла и заинтересованности в совершении инкриминируемого ему деяния. Обращает внимание, что из содержания акта осмотра служебного помещения от 1 февраля 2024 года следует, что в ходе осмотра обнаружены и изъяты 6 протоколов осмотра мест происшествий, частично заполненных от имени врио начальника отделения В1. Данное обстоятельство свидетельствует о переписывании и частичном заполнении протоколов осмотра мест происшествия В1. Изъятые протоколы отсутствуют в материалах дела, а данный акт содержится в деле не в полном объеме. По мнению автора жалобы, отказ в допросе и проведении очной ставки со свидетелем С2., а также оглашение в судебном заседании его показаний, данных в ходе следствия, повлекли нарушение прав ФИО1 на защиту, поскольку С2. является свидетелем со стороны защиты. С учетом изложенного ставится вопрос о вынесении оправдательного приговора. Наряду с этим в первоначальной апелляционной жалобе защитник указал на несогласие с приговором ввиду его чрезмерной суровости, полагая, что суд не учел при его назначении все установленные по делу обстоятельства.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции оснований для ее удовлетворения не находит.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой установил фактические обстоятельства дела. Вывод о виновности ФИО1 в преступлении, совершенном при обстоятельствах, изложенных в приговоре, соответствует установленным по делу фактическим обстоятельствам и основан на проверенных и надлежаще оцененных доказательствах, которые в необходимом объеме приведены в приговоре.

Сам ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении не признал, пояснив, что умысла вносить в протоколы осмотра места происшествия ложные сведения не имел, указаний об этом Л. не давал, а наличие своей подписи в указанных процессуальных документах, фототаблицах к ним и заданиях на производство исследования изъятого вещества объяснил тем, что подписывал документы в числе других, не читая, предположив, что Л. и М1., практикуясь в составлении процессуальных документов, использовали незаполненные, но подписанные им бланки протоколов осмотра места происшествий, хранившиеся в кабинете для оперативности в работе.

Сопоставив показания осужденного с другими доказательствами, суд подверг критической оценке показания ФИО1 о непричастности к преступлению, при этом в обоснование его виновности сослался на исследованные в судебном заседании доказательства, получившие надлежащую оценку.

Так, показаниями свидетеля В1., оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, установлено, что 22 декабря 2023 года в период исполнения ею обязанностей начальника ОКОН отдела полиции № 7 Свердловского района г. Перми в связи с нахождением ФИО1 в отпуске, стало известно о задержании сотрудниками Госавтоинспекции Б2., при осмотре машины которого с участием сотрудников ее подразделения К1. и С2. обнаружены свертки с расфасованным веществом, а в телефоне – географические координаты 64 тайников-закладок на территории Свердловского района г. Перми и 150 тайников возле п. Кукуштан Пермского муниципального округа. В эту же ночь оперуполномоченные К1. и М2. тайники с веществом в Свердловском районе г. Перми изъяли. После выходных в декабре 2023 года в п. Кукуштан для осмотра мест тайников-закладок поехали С2. с Л., откуда привезли найденные по координатам из телефона Б2. свертки, со слов С2. их было 80 штук разного цвета, о чем она докладывала ФИО1 по телефону, свертки сложили в полиэтиленовый пакет и убрали в шкаф в служебном кабинете. При этом процессуальных документов об изъятии свертков составлено не было, об участии понятых в процессе осмотра мест происшествия ей неизвестно. Впоследствии сотрудники ее подразделения из указанного пакета несколько раз брали свертки и составляли протоколы осмотров мест происшествия, а потом регистрировали в КУСП рапорты, но количество переданных на экспертное исследование свертков не знает. 4 января 2024 года К3. оформлял и регистрировал изъятие наркотических средств, которые фактически были изъяты из тайников в декабре 2023 года в п. Кукуштан, при этом она подписывала задание на исследование вещества и знала, что протоколы осмотров мест закладок составлены другой датой, в которую К3. на осмотры не выезжал, и соответственно указанные в этих протоколах понятые в осмотрах не участвовали. Об обнаружении свертков в п. Кукуштан и их количестве по телефону докладывала ФИО1, который на тот момент находился в отпуске. Кроме того, в декабре 2023 года в осмотрах мест тайников в лесном массиве у п. Кукуштан по координатам из телефона Б2. участвовали сотрудники КОН УМВД России по г. Перми, где обнаружили 25 свертков с веществом, которые ими были упакованы в отдельные конверты с протоколами осмотров мест происшествия по количеству свертков, переданы ей нарочным и находились в рабочем кабинете № 320, но была ли проведена регистрация в КУСП, не помнит, переписывать эти протоколы осмотров мест происшествия указаний никому она не давала. В январе 2024 года ФИО1 изъятие наркотических средств в п. Кукуштан Пермского края не осуществлял.

Свидетель К1., оперуполномоченный ОКОН в отделе полиции № 7 (дислокация Свердловский район) УМВД г. Перми, подтвердил, что в декабре 2023 года при выезде вместе со следственно-оперативной группой на место происшествия и осмотре им телефона задержанного Б2. обнаружено большое количество фотографий с координатами мест расположения закладок, в том числе в п. Кукуштан Пермского края, о чем он составил акт исследования, скопировал все фотографии на компьютер и передал материал проверки оперуполномоченному К3., а через несколько дней с М2. участвовал в изъятии свертков по координатам из телефона Б2. в микрорайоне Соболи Свердловского района г. Перми с составлением протоколов осмотра места происшествия, рапортов, которые зарегистрировал в КУСП, и изъятые вещества направил на исследование. Кто из сотрудников и когда проводил осмотр места происшествия и изымал наркотические средства в п. Кукуштан Пермского края, ему неизвестно. Осведомлен, что ввиду большого количества закладок планировалось выделить им в помощь сотрудников ОКОН УМВД России по г.Перми. В конце января 2024 года к нему подходил один из стажеров (Л. или М1.) и просил узнать, кто из сотрудников городского ОКОН ездил в п. Кукуштан, номер телефона которого он скинул стажер, но чем обусловлена была эта просьба, не знает. 1 февраля 2024 года около 16.00 часов его вызвали в отдел полиции, где сотрудниками ОРЧ СБ проводился осмотр кабинета № 320, и на столе были разложены разноцветные свертки, происхождение которых ему не знает.

Свидетель М2., чьи показания, данные в ходе следствия были исследованы в согласия сторон, подтвердил, что 23 декабря 2023 года совместно с К1. выезжал по координатам тайников-закладок наркотических средств, обнаруженных в ходе осмотра телефона задержанного Б2., в районе остановки «Соболи» г. Перми, где было изъято около 20-30 свертков с наркотическими веществами, о чем составлены протоколы осмотра места происшествия с участием его знакомых по имени В. и ФИО2 А-ны, фототаблицы, зарегистрированы рапорта в КУСП.

Из показаний свидетеля К3. следует, что он являлся оперуполномоченным в отделе полиции № 7 УМВД России по г. Перми в отделении ОКОН, его непосредственным руководителем был ФИО1 С декабря 2023 года по январь 2024 года в отделении проходили стажировку Л. и М3., которые могли получать поручения и указания только от куратора, коим он не являлся и поручений никаких им не давал. В декабре 2023 года он принимал участие в изъятии наркотических средств в районе Бродовского тракта <...>) по координатам, обнаруженным в телефоне задержанного Б2. Свертки из тайников в п. Кукуштан Пермского края изымали сотрудники городского ОКОН, которые передали протоколы осмотров мест происшествия для регистрации В1. Кто давал указания составлять протоколы осмотров мест происшествия по делу Б2., ему неизвестно.

Согласно показаниям свидетеля С2., данным в ходе следствия и исследованным в судебном заседании, установлено, что в двадцатых числах декабря 2023 года совместно с К1. он выезжал на место задержания Б2. для оказания содействия в изъятии из его автомобиля наркотических средств, свертки с которыми были обнаружены в большом количестве, а в телефоне – многочисленные координаты с тайниками, по которым в тот же день они со стажером Л. ездили в лесной массив микрорайона Соболи Свердловского района г. Перми, где в присутствии понятых изъяли около 20 свертков с веществом, при этом там также работали К1. и М2. Кроме того, в конце декабря 2023 года он совместно с Л. выезжал в лесной массив вблизи п. Кукуштан Пермского края, где по выявленным в телефоне Б2. координатам было обнаружено и изъято около 20 свертков с веществом, упакованным в изоленту разного цвета, при этом им составлялись протоколы осмотров места происшествия, сделаны фототаблицы, напечатаны рапорта и переданы В1. для дальнейшего направления вещества на исследование. В январе 2024 года он в п. Кукуштан не ездил, указания стажерам составлять протоколы осмотра мест происшествия не давал. 1 февраля 2024 года в ходе осмотра их служебного кабинета № 320 сотрудниками ОРЧ СБ из вещевого шкафа были изъяты свертки с наркотическим веществом, о хранении которого В1. ему не сообщала.

Из показаний свидетеля Л., подтвердившего свои показания, данные в ходе следствия, установлено, что в период с 20 ноября 2023 года до 24 февраля 2024 года он являлся стажером отдела контроля по обороту наркотиков отдела полиции № 7 (дислокация Свердловский район) УМВД России по г. Перми, его наставником был оперуполномоченный К1. Примерно в двадцатых числах декабря 2023 года к ним в отделение К1. и С2. доставили задержанного по подозрению в незаконном обороте наркотиков Б2., у которого в телефоне при его осмотре обнаружены многочисленные фотографии с координатами закладок наркотических веществ, в связи с чем вечером того же дня они со С2. с целью обнаружения тайников по указанным координатам выехали в лесной массив в районе Бродовского тракта г. Перми (автобусная остановка «Соболи»), где обнаружено около 30-40 свертков в изоленте разного цвета с веществом. Кроме того, через два дня они со С2. выезжали с той же целью в лесной массив возле п. Кукуштан по координатам тайников из телефона Б2., откуда изъяли около 50 свертков с наркотиками, делали фотографии с места обнаружения закладок, но не знает, составлялись ли С2. протоколы осмотра мест происшествия, сам он такие протоколы не составлял, а изъятые свертки поместили в полиэтиленовый пакет, который забрал С2. По возвращению из Кукуштана он заболел и до 9 января 2024 года находился на больничном. В середине января 2024 года ему и М1. от кого-то из сотрудников ОКОН отдела полиции № 7 поступили указания учиться составлять протоколы осмотра места происшествия с изъятием наркотических средств по образцу протоколов осмотра места происшествия, лежавших на рабочем столе, которые были заполнены, в них содержалась информация об обнаружении по конкретным координатам закладок со свертками в п. Кукуштан Пермского края, при этом свои протоколы составить от имени С2. или ФИО1, вписать в качестве понятых реальных людей, знакомых, но не менять основную часть информации, а именно: координаты закладок, описание местности и другие существенные моменты. Следуя полученным указаниям, они с М1. договорились, кто из них составляет протоколы от имени С2., а кто от имени ФИО1, при этом понятыми он указал Б3. и А., но подписи за них не ставил, а после заполнения оставил протоколы на рабочем столе. Представленные ему в ходе допроса протоколы осмотров мест происшествия от 24 января 2024 года опознал по своему почерку, однако утверждал, что дату и время не ставил, фототаблицы к данным протоколам не составлял, когда закончил переписывать протоколы, в графах для подписей понятых и должностного лица никаких подписей не было, кем они впоследствии сделаны, ему неизвестно. Кроме того, он и М1. составляли пояснительные бирки к каждому протоколу осмотра места происшествия, указывая, что изъято, какого цвета сверток и по каким координатам в соответствии с данными из соответствующего протокола. 24 января 2024 года ни он, ни А. на место обнаружения закладок в п. Кукуштан не выезжали и не участвовали в осмотрах. Примерно через день после заполнения протоколов по указанию наставника он звонил сотруднику городского ОКОН Б1. с просьбой предоставить фотографии с места обнаружения закладок в п. Кукуштан Пермского края, который подтвердил, что за фотографиями можно приехать к нему с флешкой, о чем он сообщил К1., однако не знает, кто забирал фотографии и изготовил фототаблицы. В судебном заседании свидетель Л. уточнил, что переписывал информацию с протоколов осмотра места происшествия, составленных не сотрудниками их отдела, в пустые бланки, на которых никаких подписей не было, при этом ему сказали не указывать дату и не ставить подписи, но протоколы составить от имени ФИО1

Согласно показаниям свидетеля М1., данным в ходе следствие, которые он подтвердил, с 16 ноября 2023 года до января 2024 года проходил службу в должности стажера оперуполномоченного отдела контроля по обороту наркотиков отдела полиции № 7 (дислокация Свердловский район) УМВД России по г. Перми, но в проведении оперативно-розыскных мероприятиях не участвовал. Дал аналогичные свидетелю Л. показания по поводу дачи им указаний учиться составлять протоколы осмотра места происшествия с изъятием наркотических средств, при этом кто из сотрудников ОКОН ОП № 7 давал указание на заполнение пустых бланков протоколов путем переписывания в них информации из заполненных бланков, предоставленных в качестве образцов, не проставляя даты и подписи, с указанием в качестве понятых его знакомых, не помнит. Им было составлено около 10 протоколов от имени действующего сотрудника ОКОН отдела полиции № 7, фототаблицы к ним не составлял. Протоколы, продемонстрированные сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Пермскому краю, опознал по своему почерку. В п. Кукуштан Пермского края он не ездил, как и указанный им в качестве понятого его знакомый Б3.

Из показаний свидетелей А. и Б3., данных ими в ходе предварительного следствия, следует, что на территории п. Кукуштан Пермского края они никогда не были и в качестве понятых ни в декабре 2023 года, ни в январе 2024 года при изъятии наркотических средств не участвовали. Кроме того, подтвердили, что с ноября 2023 год в отделе полиции № 7 проходили стажировку их знакомые Л. и М1., которые в январе 2024 года их предупредили о приезде к ним сотрудников полиции и необходимости расписаться в заполненных протоколах осмотра места происшествия об изъятии закладок с наркотиками, где они указаны в качестве понятых, что они и сделали, поставив свои подписи в 20-25 протоколах осмотра места происшествия, которые не читали. В судебном заседании свидетель А., подтвердив показания, данные в ходе следствия, уточнила, что с просьбой подписать протоколы к ней обратился неизвестный человек, а не Л., не приведя при этом заслуживающих внимания объяснений изменению показаний в этой части.

Показаниями свидетеля С1. установлено, что в конце декабря 2023 года ему стало известно о задержании сотрудниками ДПС Б2. с большим количеством свертков с наркотическими средствами и обнаружении в его телефоне координат с тайниками. В конце января 2024 года ФИО1, являвшийся начальником отделения КОН ОП № 7, ему доложил об изъятии 25 тайников-закладок и возбуждении по ним уголовных дел, а в феврале 2024 года после проведения осмотра сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Пермскому краю в кабинете № 320 были обнаружены свертки с наркотиками, изъятые по координатам из телефона Б2. без составления процессуальных документов, что было установлено по результатам проведения разбирательства.

Согласно показаниям свидетелей К2., И., З., П., Б1., оглашенным в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, они были привлечены для оказания помощи сотрудникам ОКОН отдела полиции № 7 (дислокация Свердловский район) УМВД г. Перми в изъятии из тайников по координатам, имевшимся в телефоне задержанного Б2., наркотических средств, обнаружение и изъятие которых осуществлялось ими 25 и 26 декабря 2023 года в лесном массиве вблизи автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок» недалеко от п. Кукуштан Пермского края, при этом было изъято всего 25 закладок с составлением протоколов осмотра места происшествия, с участием понятых, каждый сверток упакован в отдельный конверт с указанием даты, места, времени изъятия и подписями оперуполномоченного и понятых, к каждому протоколу составлена фототаблица тайников, фотографирование которых произвел Б1., он же составил общий рапорт на имя начальника отдела полиции № 7 С1., передав изъятые вещества и составленные по этому поводу документы вечером 26 декабря 2023 года В1. для регистрации в КУСП. Б1. также дополнил, что 23 января 2024 года ему на сотовый телефон звонил представившийся сотрудником отдела полиции № 7 неизвестный и интересовался наличием сделанных им фотографий тайников, объяснив это плохим качеством приобщенных к их протоколам осмотров места происшествия фототаблиц и необходимостью их повторного распечатывания.

Обстоятельства, изложенные в показаниях свидетелей, объективно подтверждаются письменными доказательствами:

протоколом осмотра места происшествия от 1 февраля 2024 года с фототаблицей и справкой об исследовании, согласно которым при осмотре служебного кабинета № 320 отдела полиции № 7 в шкафу с одеждой обнаружен и изъят прозрачный целлофановый файл с 47 свертками с наркотическим средством мефедрон (4-метилметкатинон) общей массой 44,691 г;

протоколом осмотра информации, представленной ПАО «МТС» и ООО «Т2 Мобайл», в соответствии с которой абонентский номер 8-912…679, используемый ФИО1, в период с 23 декабря по 25 января 2024 года и абонентские номера телефонов Б3. и А. 24 января 2024 года не находились в зоне действия базовых станций операторов сотовой связи в районе автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок» возле п.Кукуштан Пермского края, что согласуется с данными с камер видеонаблюдения отдела полиции № 7 (по обслуживанию Свердловского района г. Перми), осмотром которых установлено, что в период с 23 по 24 января 2024 года ФИО1, С2., К3., Л. и М1. находились в здании отдела полиции № 7, а не в п. Кукуштан Пермского края;

протоколами выемки с фототаблицей и осмотра изъятых из уголовного дела № 12301570057003940 в отношении Б2. оригиналов документов, признанных вещественными доказательствами и осмотренных в судебном заседании, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 08:25 по 08:40, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 380 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», с фототаблицей, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, подписанными ФИО1; справкой об исследовании № 132 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,956 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 08:45 до 09:00, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 380 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», с фототаблицей к указанному протоколу, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, подписанными ФИО1; справкой об исследовании № 133 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,944 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 09:05 до 09:20, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 380 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, подписанными ФИО1; справкой об исследовании № 134 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,961 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 09:45 до 10:00, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 385 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, подписанными ФИО1; справкой об исследовании № 136 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,964 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 10:05 до 10:20, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 385 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, подписанными ФИО1; справкой об исследовании № 137 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,949 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 12:10 до 12:25, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 390 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, подписанными ФИО1; справкой об исследовании № 142 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,936 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 13:10 до 13:25, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 390 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, подписанными ФИО1, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, справкой об исследовании № 153 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,910 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 13:30 до 13:45, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 395 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, подписанными ФИО1, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, справкой об исследовании № 152 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,940 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 13:50 до 14:05, подписанным ФИО1, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 395 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, справкой об исследовании № 144 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,960 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 14:10 до 14:25, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 400 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, подписанными ФИО1, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, справкой об исследовании № 145 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,930 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 14:30 до 14:45, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 400 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, подписанными ФИО1, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, справкой об исследовании № 151 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,930 г;

- протоколом осмотра места происшествия от 24 января 2024 года в период с 15:50 до 16:05, согласно которому произведен осмотр участка местности лесного массива в 400 метрах от автобусной остановки «кооператив «Лесной уголок», фототаблицей к указанному протоколу, подписанными ФИО1, заданием на производство исследования от 25 января 2024 года, справкой об исследовании № 147 от 29 января 2024 года о том, что изъятое по координатам *** вещество является наркотическим средством – гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,970 г;

заключением судебной почерковедческой экспертизы, в соответствии с которой установлена принадлежность осужденному подписи от имени ФИО1 в перечисленных выше протоколах осмотра места происшествия от 24 января 2024 года, фототаблицах и заданиях на исследование вещества, обнаруженного по координатам ***; ***; ***; ***; ***; ***; а также фототаблицах к протоколам осмотра места происшествия по координатам ***; ***; ***; ***;

выполнение ФИО1 расшифровки подписи от имени ФИО1 в фототаблицах, за исключением фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия по координатам ***;

выполнение рукописных записей (кроме расшифровок подписей от имени ФИО1 в фототаблицах) во всех двенадцати протоколах осмотра места происшествия, фототаблицах к ним, за исключением фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия по координатам *** – Л.;

подписи от имени А. во всех двенадцати протоколах осмотра места происшествия по указанным в них координатам выполнены не А.;

ответить на вопрос о принадлежности подписей от имени Б3. в тех же протоколах осмотра места происшествия не представилось возможным по причине непригодности данных подписей для идентификации исполнителя;

рапортами оперуполномоченного отделения КОН ОП № 7 УМВД России по г. Перми С2., зарегистрированными в КУСП № 4679, 4684, 4685, 4686, 4688, 4689, 4695, 4698, 4699, 4700, 4701, 4702 об изъятии в ходе осмотров места происшествия 24 января 2024 года по координатам ***; ***; ***; ***; ***; ***; ***; ***; ***; ***; ***; *** свертков с содержимым внутри;

рапортом начальника отдела ОРПОТ Свердловского района СУ Управления МВД России по г. Перми о поступлении материалов проверки по фактам обнаружения и изъятия наркотических средств из тайников, оборудованных Б2., зарегистрированных в книге учета сообщений о преступлении (КУСП) за № 4679, 4684, 4685, 4686, 4688, 4689, 4695, 4698, 4699, 4700, 4701, 4702 от 24 января 2024 года и за № 5867, 5890, 5889, 5888, 5886, 5885, 5879, 5876, 5875, 5902, 5874, 5873 от 30 января 2024 года;

постановлениями о передаче сообщения о преступлении по факту обнаружения и изъятия 24 января 2024 года по указанным географическим координатам наркотических средств из тайников;

постановлением от 6 июня 2024 года исполняющего обязанности руководителя следственного отдела по Дзержинскому району г. Перми следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю по уголовному делу № 12301570057003940 по обвинению Б2. в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, о признании недопустимыми доказательствами рапортов об обнаружении признаков преступления от 24 и 30 января 2024 года, протоколов осмотра места происшествия от 24 января 2024 года, составленных от имени ФИО1 и им подписанных, справок об исследовании № 132, 133, 134, 136, 137, 142, 153, 152, 144, 145, 151, 147 изъятого по указанным в проколах ОМП вещества в связи с существенными нарушениями требований ст. ст. 176, 177 УПК РФ при производстве проверочных мероприятий, следственных и процессуальных действий, выразившимися в изъятии наркотических средств в отсутствие понятых, поименованных в протоколах осмотров мест происшествия, составленных лицами, не осуществлявшими осмотр, с прекращением уголовного дела № 12401570023000029 от 26 января 2024 года по ч. 3 ст. 30, п.«г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ по факту оборудования Б2. тайников с наркотическими средствами по указанным в протоколах осмотра места происшествия координатам по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ;

приказом о назначении на должность и должностным регламентом, подтверждающими должностные полномочия ФИО1 как начальника отделения по контролю за оборотом наркотиков отдела полиции № 7 (дислокация Свердловский район) Управления МВД России по г. Перми.

Проверив в полном объеме эти и другие доказательства, приведенные в приговоре, суд дал им надлежащую оценку в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности, а также указал мотивы, по которым одни из них были приняты во внимание, а другие отвергнуты.

Вопреки доводам жалобы противоречия, имеющиеся в показаниях допрошенных в судебном заседании свидетелей: К1., Л., М1., А. (Л.) А.О., Б3., устранены судом путем оглашения их показаний, данных в ходе предварительного расследования, которые они полностью подтвердили, объяснив противоречия давностью событий, по поводу которых допрашивались. В связи с этим именно показания на следствии указанных лиц обоснованно признаны достоверными и положены в основу приговора в той части, в которой согласуются между собой и письменными доказательствами.

Утверждения о недопустимости в качестве доказательств показаний свидетеля С2., данных в ходе предварительного следствия, нельзя признать обоснованными. Суд первой инстанции правильно расценил участие данного лица в специальной военной операции как чрезвычайное обстоятельство, препятствующее его явке в суд и являющееся основанием в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ для оглашения его показаний на предварительном следствии вне зависимости от согласия стороны защиты. Кроме того, как следует из протокола ознакомления в порядке ст. 217 УПК РФ с материалами дела от 2 августа 2025 года, сторона защиты не заявляла о проведении очной ставки со С2., а ходатайствовала о его дополнительном допросе и не с целью оспорить его показания, а для проверки выдвинутой версии защиты на заключительной стадии следствия, когда допрос С2. был объективно невозможен в связи с заключением им контракта с Министерством обороны РФ о прохождении военной службы, что о нарушении права на защиту осужденного не свидетельствует.

Мнение стороны защиты о том, что показания свидетелей В1., М2., Р., С1., а также К2., И., З., П., Б1. – сотрудников полиции не могли учитываться, поскольку не доказывают причастности ФИО1 к инкриминируемому деянию, противоречит положениям уголовно-процессуального закона о правилах оценки доказательств в их совокупности, в которую могут входить как прямые, так и косвенные доказательства.

Принимая во внимание указанное требование закона, суд с согласия сторон огласил их показания, полно и правильно изложил в приговоре показания всех свидетелей и сделал выводы о виновности ФИО1 на совокупности сведений, которые в них содержатся. Оснований к иной оценке показаний свидетелей не имеется, так как они приняты во внимание в той части, в которой согласуются с обстоятельствами дела, между собой и другими доказательствами и в своей совокупности раскрывают картину произошедших событий.

Все доводы и версии стороны защиты о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, о непричастности ФИО1 к совершению инкриминируемого преступления, по существу, повторяют процессуальную позицию в суде первой инстанции, которая была судом тщательно проверена и отвергнута как несостоятельная и противоречащая исследованным доказательствам, совокупность которых являлась достаточной для постановления обвинительного приговора.

Как установлено судом, ФИО1, являясь начальником отделения по контролю за оборотом наркотиков отдела полиции № 7 (дислокация Свердловский район) Управления МВД России по г. Перми, будучи осведомленным о порядке изъятия наркотических средств и оформления результатов данного действия, не исполняя служебные обязанности в целях избежать затрат времени и труда на организацию и проведение осмотров места происшествия в соответствии со ст. ст. 176, 177 УПК РФ, создав видимость проведения указанных мероприятий, чтобы повысить служебные показатели и избежать неблагоприятных последствий по службе, дал указание Л. изготовить протоколы осмотра места происшествия, внеся в них ложные сведения о дате и времени проведения следственного действия, об изъятом предмете и участии понятых, осознавая при этом, что данные документы будут являться доказательством по уголовному делу, удостоверил своей подписью содержащие недостоверные сведения протоколы осмотра места происшествия об изъятии вещества, фототаблицы к ним и задания на производство экспертных исследований.

Однако анализ исследованных доказательств свидетельствует о том, что лица, указанные в качестве понятых в протоколах осмотра места происшествия, фактически таковыми не являлись, а изъятие наркотических средств 24 января 2024 года в п. Кукуштан Пермского края ФИО1 не производилось.

Помимо показаний А. и Б3., отрицавших свое участие в качестве понятых при изъятии наркотических средств в декабре 2023 года и январе 2024 года в п. Кукуштан Пермского края, заключением судебной почерковедческой экспертизы установлено, что подписи от имени А. в протоколах осмотра места происшествия от 24 января 2024 года ей не принадлежат, а то обстоятельство, что при допросе в ходе следствия она опознала подписи, как свои, обусловлено ее заблуждением и объясняется подражанием подписи А.

Доводы осужденного о том, что он не давал указаний Л. на внесение в процессуальные документы недостоверных сведений, обоснованно получили критическую оценку суда, как Л., так и М1. сообщили, что указание составлять протоколы осмотра места происшествия в п.Кукуштан от имени ФИО1 и С2. получили от кого-то из сотрудников ОКОН отдела полиции № 7, круг которых в ходе следствия установлен. При этом свидетели В1., К1., К3. утверждают, что таких указаний стажерам не давали, М2. находился в отпуске с 22 января по 4 марта 2024 года и о противоправных действиях сотрудников ОКОН ОП № 7 не осведомлен, С2. не подтвердил, что являлся инициатором таких указаний, С1. и Р. об этом также не сообщали.

При таких обстоятельствах вывод суда, что указания о внесении недостоверных сведений в протоколы осмотра места происшествия, составленные от имени ФИО1 и подписанные им, получены от осужденного, обусловлен анализом доказательств и предположением не является.

Версия стороны защиты о невиновности ФИО1 в связи с подписанием им без прочтения протоколов осмотра места происшествия, фототаблиц и заданий на исследование, а также заполнении Л. заранее подписанного им бланка протокола осмотра места происшествия, выдвинутая осужденным после выполнения требований ст. 217 УПК РФ и ознакомления со всеми материалами дела, при том, что никаких объяснений по поводу происхождения его подписей в процессуальных документах на протяжении всего следствия он не давал со ссылкой на ст. 51 Конституции РФ, обоснованно признана несостоятельной. Вопреки этому Л., будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, утверждал, что вносил информацию в чистые бланки протоколов осмотра места происшествия, в которых чьи-либо подписи отсутствовали, а при предъявлении их ему на допросе все подписи уже имелись.

Таким образом, об умышленном характере инкриминируемых ФИО1 действий свидетельствуют фактические обстоятельства преступного деяния, связанные с подписанием им множества составленных по его указанию документов (протоколов осмотра места происшествия, фототаблиц к ним и заданий на исследование) при отсутствии фактического участия в тех действиях, результаты которых зафиксированы в протоколах осмотра места происшествия. При этом осужденный осознавал общественную опасность своих действий, которые не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили тем целям и задачам, для достижения которых он был наделен соответствующими должностными полномочиями, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий и желал этого, поскольку являлся опытным сотрудником, знал порядок изъятия наркотических средств и оформления результатов данного действия.

Служебный статус и должностные полномочия ФИО1 установлены исследованными судом доказательствами, что соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 (в редакции от 11.06.2020) «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий».

Злоупотребление осужденным должностными полномочиями выразилось в совершении действий, входящих в круг его должностных полномочий, однако при отсутствии оснований для их совершения, поскольку будучи лицом, уполномоченным на проведение оперативно-розыскных мероприятий, он исказил доказательства, используя недопустимые уголовно-процессуальным законом способы их получения, действуя вопреки требованиям действующего законодательства, должностного регламента, то есть вопреки интересам службы.

Допущенное ФИО1 существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства состоит в прямой причинной связи со злоупотреблением им своими должностными полномочиями и заключается в незаконном уголовном преследовании Б2. в рамках возбужденного 26 января 2024 года в отношении него уголовного дела № 12401570023000029, а также невозможности привлечения его к уголовной ответственности ввиду признания следственных и процессуальных действий недопустимыми доказательствами в связи с существенными нарушениями требований УПК РФ при их производстве, дискредитации органов внутренних дел, подрыве авторитета правоохранительных органов и доверия граждан к государству, обязанному в соответствии со ст. 50 Конституции РФ, ст. 74 УПК РФ, ФЗ «О полиции» осуществлять уголовное преследование на законных основаниях.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отверг доводы осужденного о непричастности к преступлению и его действиям дал правильную юридическую квалификацию по ч. 1 ст. 285 УК РФ. Оснований для его оправдания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам жалобы, все обстоятельства, подлежащие доказыванию, приведенные в ст. 73 УПК РФ, в том числе описание преступного деяния, совершенного ФИО1, с указанием места, времени, способа его совершения были установлены судом и в соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст.307 УПК РФ приведены в описательно-мотивировочной части приговора, который противоречий не содержит и копией обвинительного заключения не является.

Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, исследованы судом с достаточной полнотой, показания участников уголовного судопроизводства в необходимом объеме приведены в приговоре и получили надлежащую оценку. Таким образом, принцип состязательности сторон при разбирательстве уголовного дела судом соблюден и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют, а несогласие стороны защиты с данной судом оценкой доказательствам не ставит под сомнение выводы суда о его виновности в инкриминируемом деянии, не свидетельствует о нарушении судом требований УПК РФ и не является основанием к отмене приговора.

Не указание конкретной даты составления протоколов осмотра места происшествия; не установление обстоятельств изготовления фототаблиц, подписанных ФИО1 (кем и когда они изготовлены), не установление того, кто звонил Б1. с целью получения фотоизображений тайников в п.Кукуштан; местонахождения рапорта, составленного сотрудниками УМВД России по г. Перми на имя начальника отдела полиции № 7 об изъятии 25 свертков из закладок; отсутствие сведений об идентификации наркотических средств, протоколы изъятия которых составлены 24 января 2024 года, с изъятыми по координатам из телефона Б2., не является недостатком, влекущим невозможность постановления приговора на основе имеющегося в деле обвинительного заключения с учетом достаточности представленных доказательств.

Не установление авторства подписей от имени понятых, а также лиц, приезжавших к А. и Б3. с этой целью, не ставит под сомнение вывод суда о виновности ФИО1, поскольку достоверно установлено, что указанные в процессуальных документах понятые не участвовали в осмотрах места происшествия, а подпись от имени А. ей не принадлежит.

Предложение стороны защиты оценить действия другого лица – В1., не являвшейся обвиняемой по данному уголовному делу, на законе не основано и не подлежит рассмотрению.

Что касается наказания ФИО1, то оно назначено ему в соответствии со ст. ст. 6, 7, 60 УК РФ, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденного, влияния наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признал состояние здоровья осужденного и его близких родственников, наличие поощрений в связи с прохождением службы в органах внутренних дел, что при отсутствии отягчающих обстоятельств явилось основанием для назначения ему самого мягкого вида основного наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 285 УК РФ, – штрафа.

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих (ч. 1 ст. 61 УК РФ), сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Для применения при назначении осужденному наказания положений ст.64 УК РФ оснований не имеется ввиду отсутствия в отношении него таких смягчающих наказание обстоятельств либо их совокупности, которые могут быть признаны судом исключительными и существенно уменьшать степень общественной опасности совершенного им преступления.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ суд справедливо назначил ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, поскольку совершенное им преступление связано с использованием полномочий, которыми он был наделен как сотрудник органа внутренних дел, признав невозможным с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного сохранение за ним права занимать определенные должности, что обусловлено и необходимостью достижения целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ.

Таким образом, все значимые обстоятельства при решении вопроса о виде и размере назначаемого ФИО1 наказания, обеспечивающие реализацию принципа индивидуализации ответственности, судом учтены, суд апелляционной инстанции находит его соразмерным содеянному и справедливым.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Свердловского районного суда г. Перми от 11 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Зырянова Н.А. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через Свердловский районный суд г. Перми в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий