Апелляционное постановление № 22К-2035/2025 от 17 июля 2025 г. по делу № 3/1-29/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Материал №

Производство №

Судья 1-ой инстанции – ФИО1


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Цораевой Ю.Н.,

при секретаре – Алферове К.И.,

с участием прокурора – Киян Т.Н.,

защитников – Пилипенко К.Н., Варакина Д.Н.,

обвиняемого – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме видеоконференц-связи материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Пилипенко Константина Николаевича на постановление Сакского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО3, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину Российской Федерации, имеющему неполное среднее образование, не женатому, официально не трудоустроенному, со слов невоеннообязанному, зарегистрированному по адресу: <адрес>, проживающему по адресу: <адрес>, не судимому,

была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ в Сакский районный суд Республики Крым поступило на рассмотрение постановление <данные изъяты> ФИО8 с ходатайством об избрании ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно материалу к данному постановлению, ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.1 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ срок предварительного следствия по уголовному делу № продлен руководителем следственного органа – <данные изъяты> ФИО9 на 01 месяц, а всего до 03 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, в этот же день допрошен в качестве обвиняемого.

Постановлением Сакского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 02 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Не согласившись с данным постановлением, защитник Пилипенко К.Н. подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое постановление суда отменить, избрать ФИО3 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес>

Свои требования защитник мотивирует тем, что постановление суда вынесено при существенном нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку суд, избирая меру пресечения в виде заключения под стражу, необоснованно, учитывая все обстоятельства по делу и сведения о личности обвиняемого, пришел к выводу, что, находясь на свободе и осознавая свою ответственность, ФИО3 может скрыться от органов следствия и суда, тем самым воспрепятствовать производству по делу.

Считает, что конкретных и фактических оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в ходе судебного заседания судом установлено не было. Напротив, из материалов дела следует, что ФИО3, совершив преступление, не пытался отрицать свое участие в нем, кроме того, будучи допрошенным в качестве обвиняемого, дал признательные показания об известных ему обстоятельствах, сообщил иные значимые для дела факты. При этом ФИО3 не совершил каких-либо действий, направленных на сокрытие следов преступления и избежание привлечения к уголовной ответственности, а также не предпринял действий, свидетельствующих о желании скрыться от правоохранительных и судебных органов.

Полагает, что выводы о том, что обвиняемый может продолжать заниматься преступной деятельностью, совершить действия, носящие характер угроз в адрес свидетелей и иных участников судопроизводства, являются безосновательными.

По мнению защитника, на момент избрания в отношении ФИО3 меры пресечения, факт совершения вменяемого ему преступления, исходя из методики расследования данной категории дел, по мнению следствия, был задокументирован и доказан, а само следствие фактически окончено.

Обращает внимание, что органом следствия не представлено свидетельств того, что обвиняемый ФИО3 либо члены его семьи пытаются каким-либо образом повлиять на иных участников уголовного судопроизводства.

Отмечает, что, в нарушение требований ст. 99 УПК РФ, судом в полной мере при избрании меры пресечения не учтено, что ФИО3 является гражданином РФ; в <адрес> у него, его родных братьев и матери в собственности имеется жилье, где он зарегистрирован; ФИО3 работал в сфере строительства, выполнял по одноразовым договорам строительные работы, от чего получал стабильный и достаточный доход; обвиняемый положительно характеризуется по месту своего жительства и не состоит на учетах у врачей психиатра и нарколога, ранее не судим.

Указывает, что единственным возможным законным основанием, для избрания меры пресечения ФИО3 в виде заключения под стражу, является тяжесть преступления, в связи с чем, по мнению защитника, достаточных оснований для применения к ФИО3 данной меры пресечения не имеется.

Выслушав обвиняемого и его защитников, поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе, прокурора, возражавшего против её удовлетворения, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд находит её не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», наличие обоснованного подозрения в том, что заключённое под стражу лицо совершило преступление, является необходимым условием для законности ареста.

В силу разъяснений, указанных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.).

В соответствии со ст. 97 УПК РФ, дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Принимая указанное решение, суд первой инстанции, не входя в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, правильно установил, что органами предварительного расследования ФИО3 обоснованно подозревается в причастности к совершению тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы от четырёх до восьми лет, что подтверждается приложенными к постановлению материалами.

Вопреки утверждению защитника, в постановлении суда указаны конкретные фактические обстоятельства, которые послужили основанием для избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

Кроме того, судом первой инстанции принимались во внимание данные о личности ФИО3: наличие у него неполного среднего образования, места регистрации и проживания на территории <адрес>, отсутствие малолетних детей на иждивении, официального трудоустройства, судимостей, его семейное положение и состояние здоровья, возраст, то, что обвиняемый ранее подрабатывал неофициально, а также учитывалось, что ФИО3 обоснованно подозревается в причастности к совершению тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы от четырёх до восьми лет, направленного против здоровья населения и общественной нравственности; может оказать влияние на свидетелей, поскольку из материала усматривается участие свидетеля в контрольной закупке при проведении ОРМ; вследствие чего суд сделал правильный вывод о том, что, в случае избрания в отношении обвиняемого иной меры пресечения, последний может, в том числе, опасаясь тяжести подозрения и возможности назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, скрыться от органов предварительного следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу путём оказания влияния на свидетелей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, те обстоятельства, что ФИО3, совершив преступление, не пытался отрицать свое участие в нем, будучи допрошенным в качестве обвиняемого дал признательные показания об известных ему обстоятельствах, сообщил иные значимые для дела факты, не совершил каких-либо действий, направленных на сокрытие следов преступления и избежание привлечения к уголовной ответственности, а также не предпринял действий, свидетельствующих о желании скрыться от правоохранительных и судебных органов, не являются безусловными основаниями для отмены или изменения обвиняемому меры пресечения на иную более мягкую.

Также суд первой инстанции рассматривал вопрос об избрании альтернативных мер пресечения, что подтверждается обжалуемым постановлением.

По смыслу закона, суд вправе применить более мягкие меры пресечения в том случае, когда они смогут гарантировать создание условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу, а именно, что обвиняемый, находясь вне изоляции от общества, не скроется от органов следствия и суда, не совершит противоправного деяния или не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному судебному разбирательству по делу.

С учётом вышеизложенных сведений, вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что избрание ФИО3 иной более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, залога либо запрета определённых действий, с учетом всех указанных обстоятельств, не обеспечит надлежащее процессуальное поведение обвиняемого, а также не исключит наличие у ФИО3 возможности скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать влияние на свидетелей и иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

При этом утверждение защитника о том, что обвиняемый либо члены его семьи не будут пытаться каким-либо образом повлиять на участников уголовного судопроизводства, в том числе путем высказывания угроз, поскольку органом следствия не представлено доказательств возможного совершения ими таких действий, не может быть принято во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку оно отражает субъективное мнение защитника. Более того, иная, более мягкая мера пресечения, не будет гарантировать создания условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу.

Сведения о наличии согласия собственников жилья, расположенного по адресу регистрации обвиняемого, на нахождение ФИО3 в данном жилье под мерой пресечения в виде домашнего ареста; о наличии положительных характеристик по месту жительства; а также данные о состоянии здоровья матери обвиняемого – ФИО10; не уменьшают возможность последнего скрыться от органов предварительного следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, выполнению процессуальных решений, и не могут быть гарантом обеспечения его надлежащего поведения в будущем.

Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, по настоящему делу не нарушены.

Как установлено судом, постановление о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемому ФИО3 вынесено компетентным лицом – <данные изъяты> ФИО8, с согласия руководителя следственного органа – <данные изъяты> ФИО9

С учётом обстоятельств дела и данных о личности ФИО3, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что установлено достаточно обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 97, 99 и 108 УПК РФ, необходимых для избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу и свидетельствующих о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста, залога или запрета определенных действий, поскольку иная более мягкая мера пресечения не сможет гарантировать создание условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу.

Обоснованность имеющихся в отношении ФИО3 подозрений в причастности к совершению преступления была проверена судом первой инстанции, подтверждается материалами дела, представленными суду вместе с ходатайством следователя, в частности постановлением о проведении ОРМ «проверочная закупка», актом её проведения, заключением экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом допроса обвиняемого, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Доказательств, подтверждающих невозможность содержания ФИО3 под стражей по состоянию здоровья, а также сведений об имеющихся у него заболеваниях, указанных в Перечне тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации № 3 от 14 января 2011 года, в материалах дела не имеется, не представлено их и в судебное заседание апелляционной инстанции.

Рассмотрение судом первой инстанции ходатайства следователя осуществлено в соответствии с установленной процедурой судопроизводства, с соблюдением прав обвиняемого, и полностью соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, суд первой инстанции объективно оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав.

Вопреки доводам защитника, тяжесть предъявленного ФИО3 обвинения не является единственным основанием, обосновывающим выводы суда о невозможности избрания ему иной меры пресечения, в том числе, в виде домашнего ареста, залога, запрета определённых действий, поскольку иные меры пресечения не смогут обеспечить достижение целей, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Более того, избрание обвиняемому наиболее строгой меры пресечения в виде заключения под стражу на основании тяжести предъявленного обвинения не противоречит разъяснениям, изложенным в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для избрания в отношении обвиняемого иной более мягкой меры пресечения должным образом мотивированы, поэтому суд апелляционной инстанции находит их обоснованными.

Все обстоятельства, в том числе данные о личности ФИО3, имеющиеся в материалах дела, были предметом изучения суда первой инстанции и учтены при вынесении решения. К тому же эти сведения, равно как и документы, дополнительно представленные стороной защиты в суде апелляционной инстанции, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, не являются определяющими и не могут служить основаниями для изменения или отмены избранной меры пресечения.

Доводы жалобы о том, что судом вынесено постановление в отсутствие данных, подтверждающих обоснованность принятого решения, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными, поскольку они опровергаются представленными материалами дела и выводами суда, изложенными в постановлении.

Также несостоятельными являются утверждения защитника о том, что конкретных и фактических оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в ходе судебного заседания судом установлено не было. Так, в обоснование заявленного ходатайства органом предварительного расследования были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Исходя из данных материалов, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости избрания ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу и не нашел оснований для применения в отношении обвиняемого иной меры пресечения.

Также не подлежат оценке доводы защитника о том, что на момент избрания в отношении ФИО3 меры пресечения факт совершения вменяемого ему преступления был задокументирован и доказан, а само следствие фактически окончено; поскольку предварительное расследование по уголовному делу в настоящее время не окончено, и приобщенные к материалам уголовного дела доказательства не являются исчерпывающими.

Следовательно, доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника, являются несостоятельными, а выводы суда первой инстанции – законными, обоснованными и соответствующими требованиям норм УПК РФ, и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применении судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части постановления суд, правильно мотивировав обоснованность подозрения в причастности ФИО3 к совершению тяжкого преступления, ошибочно указал, что ФИО3 «обвиняется в причастности к совершению тяжкого преступления», что подлежит уточнению.

Кроме того, следователем в ходатайстве не было в достаточной мере обосновано наличие риска того, что ФИО3 может продолжить заниматься преступной деятельностью, в судебном заседании прокурор и следователь также не представили суду обоснования указанного риска.

Таким образом, указание суда о том, что обвиняемый может продолжить заниматься преступной деятельностью, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части постановления.

Поскольку данные изменения не ухудшают положение обвиняемого и не требуют дополнительного исследования, они могут быть внесены судом апелляционной инстанции без возвращения дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 108, 389.13, 389.19-389.20, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Сакского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ об избрании в отношении ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу изменить.

В описательно-мотивировочной части постановления вместо указания на то, что ФИО3 «обвиняется в причастности к совершению тяжкого преступления», правильно указать, что ФИО3 «обоснованно подозревается в причастности к совершению тяжкого преступления».

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание суда о том, что ФИО3 может продолжить заниматься преступной деятельностью.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Пилипенко Константина Николаевича – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья Ю.Н. Цораева