Приговор № 1-67/2023 от 21 июля 2023 г. по делу № 1-67/2023

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

21 июля 2023 года <адрес>

Красноглинский районный суд г.Самары в составе председательствующего судьи Напреенко И.В., при помощнике ФИО1, при секретаре Батраковой В.Ю., с участием государственных обвинителей – помощниках прокурора Красноглинского района г.Самара – Ениной Е.А., ФИО2, и.о заместителя прокурора Красноглинского района г.Самары Хайбрахманова Р.М., потерпевшей ФИО4, подсудимого – ФИО3, защитника – адвоката Шишук А.Б., действующей по ордеру №069677 от 01.02.2023 и предъявившей удостоверение №3590, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в общем порядке №1-67/2023 по обвинению

ФИО3, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего полное среднее образование, женатого, занимающего строительными работами, зарегистрированного по адресу: <адрес>, с/з Шумовский, <адрес>1, проживающего по адресу: <адрес>42, судимого:

- <дата> Советским районным судом <адрес> по ч.1 ст.105 (3 преступления), на основании ч.3 ст.69 УК РФ, к лишению свободы сроком на 15 лет с отбытием наказания в ИК строгого режима; <дата> Волжским районным судом <адрес> на основании постановления от <дата> условно-досрочно освобожден на 3 года 6 месяцев 2 дня (наказание отбыто <дата>);

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

<дата>, в период времени с 18 часов 40 минут до 20 часов 17 минут, более точное время не установлено, ФИО3, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился по месту жительства Свидетель №5 в коммунальной квартире в комнате №, расположенной по адресу: <адрес>, где также находились его знакомые Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №1, Г.В.МА., Свидетель №3 и ФИО4

В указанный период времени в указанном месте, между ФИО3 и ФИО4, на почве ранее возникших личных неприязненных отношений произошел словесный конфликт, в ходе которого у ФИО3 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО4, опасного для жизни последнего, совершить которое он решил с применением предмета, используемого в качестве оружия - кухонного ножа.

Реализуя задуманное, ФИО3, находясь в указанный период времени в указанном месте, во исполнение своего преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО4, опасного для его жизни, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий для потерпевшего, в виде причинения тяжкого вреда его здоровью и желая этого, относясь легкомысленно и безразлично к последствиям своих действий, в виде возможного наступления смерти ФИО4, действуя умышленно, взял со стола, в свою правую руку кухонный нож и используя его в качестве оружия, нанес последнему один удар ножом в область левого бедра.

После получения ранения ножом, ФИО4 от указанного колото-резанного ранения <дата>, примерно в 22 часа 30 минут скончался.

ФИО3 своими преступными умышленными действиями причинил ФИО4, согласно заключению эксперта № от <дата> следующее телесное повреждение:

- слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вен и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала: кожная рана левого бедра по передней поверхности в средней трети в 66 см от полости подошв, явившееся, в соответствии с п. <дата> «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ <дата> №н, опасным для жизни, следовательно, имеющее признаки тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО4 и находящее в прямой причинно-следственной связи со смертью последнего.

Смерть ФИО4 последовала от слепого колото-резанного ранения левого бедра с повреждением бедренных артерии и вен, мягких тканей левого бедра, сопровождавшегося наружным кровотечением с последующей острой кровопотерей.

Таким образом, своими действиями ФИО3 совершил преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Выражая свое отношение к предъявленному обвинению, подсудимый ФИО3 пояснил, что вину в совершении инкриминируемого ему преступления он признает частично, с обвинением не согласен. Признает себя виновным в том, что он взял нож в руку с целью запугивания потерпевшего ФИО4, подойдя к нему на близкое расстояние, и продолжая свои действия по запугиванию потерпевшего, держал нож в руке на близком расстоянии от бедра потерпевшего, однако ФИО4 резко дернулся и нож случайно вошел в его бедро. По существу показал, что в <дата> году он помог ФИО4 найти работу, после выполнения которой, он (ФИО3) расплатился с ФИО4 из средств работодателя, остальные деньги в размере № руб. находились при нем в пакете, а также в пакете находилось пиво. Он отошел в туалет, вернувшись, не обнаружил ни ФИО4, ни пакета. На следующий день ФИО4 вернул ему № руб., остальное сказал, что вернет позже. До <дата> он с ним не встречался. <дата> вечером он пришел по месту проживания ФИО10 (<адрес>6), где находились ФИО16, Свидетель №4, Богословский, Свидетель №3, ФИО5, он там немного выпил и сказал, что более сидеть с ФИО4 не будет, поскольку тот «крыса, так как своровал у него». ФИО4 уже находился в тот момент в сильном алкогольном опьянении. Свидетель №4 отвел его в подъезд, где он ему рассказал про ФИО4, после они зашли обратно в квартиру, где Свидетель №4 стал угрожать ФИО4 ножом, проводя им по горлу, и спрашивал брал ли тот пакет с пивом. При этом ФИО4 показал кивком головы на то, что пакет с пивом забрал ФИО16, однако последний этот факт отрицал. После он встал с дивана, на котором сидел сам, а также ФИО5, и при попытке взять нож, Свидетель №4 его схватил за руку, в которой находился нож, но ФИО3 сказал, что просто напугает ФИО5, тогда Свидетель №4 положил нож на стол, который он взял и проследовал уже с ножом, который держал в правой руке, ближе к потерпевшему, присел на корточки перед ним и хотел воткнуть нож в диван, но воткнул его в ногу ФИО4 После Свидетель №4 стал наносить удары ФИО3 и он «вырубился». Фраз «я знал куда бить» им не произносилось.

Из письменных показаний подозреваемого ФИО3, данных на стадии предварительного следствия <дата> (т.1, л.д.103-105), оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что ранее отбывал наказание в местах лишения свободы, где в 2010 году вступил в брак с ФИО6, с которой после освобождения в 2016 году стал проживать в <адрес>42. Спиртными напитками он злоупотребляет. Когда находится в состоянии алкогольного опьянения, то ведет себя средне агрессивно, если его не трогать и не ругать он будет спокоен. Также пояснил, что при задержании ему никакого физического и психологического давления со стороны сотрудников полиции применено не было. На его теле были незначительные повреждения, которые он получил сам по неосторожности, когда спускался с лестницы и упал. Вину по подозрению его в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, он признает в полном объеме и в содеянном раскаивается.

В ходе судебного следствия письменные показания подсудимый ФИО3 подтвердил письменные показания частично, указав, что вину признавал только в том, что взял нож в руку и случайно нанес им удар в ногу потерпевшего. Показания в части наличия у него телесных повреждений, которые он получил по неосторожности, не подтвердил, указав на то, что их наличие связано с тем, что <дата> Свидетель №4 наносил ему удары. Также отрицал, что злоупотребляет спиртными напитками.

Несмотря на позицию подсудимого, его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1 следует, что ФИО4 ее сын, которого она охарактеризовала с положительной стороны, несмотря на то, что он страдал алкогольной зависимостью, от которой проходил лечение. <дата> ее сын находился со своим другом у нее дома, откуда они должны были уехать в реабилитационный центр, с утра она ушла на работу, а сын перестал выходить на связь, позже ей стало известно, что в реабилитационный центр сын не приехал. Около 22.00 часов ей позвонили из полиции и сообщили о смерти сына. Знает, что он умер от ножевого ранения.

Из показаний эксперта ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО7, следует, что ею проведена в ноябре 2022 года экспертиза по причине установления смерти потерпевшего ФИО4 Для проведения экспертизы ей было достаточно материалов, подтвердила, что у ФИО4 обнаружено повреждение: слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вены и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала: кожная рана левого бедра по передней поверхности. При этом вопрос о последовательности образования не решался ввиду у потерпевшего одного ранения, указала, что ей ошибочно указано на то, что количество травмирующих воздействий предметом со свойствами колюще –режущего: на шею -1. При составлении экспертизы ею допущена описка в указанной части экспертизы, причиной которой возможно написания экспертизы по иному образцу. Подтвердила, что причину смерти ФИО4, указанную в экспертизе, а также, что ФИО4 находился в состоянии алкогольного опьянения. Также показала, что кровопотеря у человека возникает после повреждения сосуда. Потерпевшие при ранениях с повреждением артерий, вен способны к совершению сознательных действий, но дальнейшее их состояние зависит от индивидуальных особенностей человека, а состояние человека зависит от восполнения кровопотери, шок всегда наступает по мере нарастания кровопотери. Также экспертом указано на то, что ею исследовалась карта вызова скорой медицинской помощи, ей известно, что вызов поступил 20.13 часов, бригада выехала 20.15 часов и прибыла на место в 20.45 часов, а в 21.05 ФИО5 был транспортирован на карету скорой помощи, доставлен в больницу в 21.45 часов.

Из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что осенью <дата> года он, Свидетель №3 и Богословский находились у последнего по месту его жительства в <адрес>, после Богословский ушел за ребенком в детский сад, а они остались у него в квартире. Он и Богословский в тот день пили пиво, Свидетель №3 готовил еду, спиртные напитки не выпивал, после он и Свидетель №3 решили пойти в гости к В. (ФИО10), который проживает недалеко на <адрес> в квартиру к В. около 20.00 часов. По указанному адресу находились, кроме В., ФИО16 и ФИО5, которые распивали спиртные напитки – водку, а он также продолжил пить пиво. Потом пришел ФИО3, который был сильно пьян, прошел в комнату, сел на диван и сказал, что он с «крысами сидеть не будет», он отвел ФИО3 в подъезд, где тот ему рассказал, что ранее ФИО4 взял у него пакет с пивом. После они вновь проследовали в квартиру к В., куда также пришел Богословский с ребенком. В квартире началась перепалка ФИО3 стал руками наносить ФИО5 удары, на, что Богословский дал «подзатыльник» ФИО3, конфликт был исчерпан. При этом ФИО5 отрицал, что он виновен в краже. В течение 15 минут все общались между собой, потом он увидел, как ФИО3 замахнулся на ФИО5 ножом, который держал в правой руке, и последовал удар ножом в ногу потерпевшего. Под ФИО5 сразу образовалась лужа крови около 30 см, потерпевший сразу перестал разговорить, потерял сознание. В тот день в сознание ФИО5 приходил ненадолго, когда была поставлена капельница сотрудниками скорой помощи. После он и ФИО16 стали оказывать помощь ФИО5, перетянули рану сначала наволочкой, потом шнурком и вызвали скорую помощь, которая прибыла на место происшествия спустя два часа. При этом ФИО3 хотел уйти из квартиры, но Богословский его не отпускал из квартиры. ФИО3 сидел на диване и говорил: «что зря стараетесь, я знал куда бил». После 22 часов ФИО5 забрала карета скорой помощи, он видел, что медицинские сотрудники оказывали помощь ФИО5 в квартире, но медицинский жгут расстегнулся, и ФИО5 обратно завязали рану шнурком. Дополнил, что он наносил в тот день ФИО3 удары руками, от которых он потерял сознание

Из письменных показаний свидетеля Свидетель №4, данных на стадии предварительного следствия 09.11.2022 (том 1 л.д. 166-169), частично оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что он все время пока они пытались перетянуть ногу ФИО4, а это примерно 10-15 минут, наносил беспорядочные удары ногами по голове, лицу и туловищу, лежавшему на полу ФИО3 ФИО8 по нему он нанес очень много. Бил его он со всей силы, так как его поступок очень сильно возмутил его, потому что он считал, что тот не вправе был лишать жизни ФИО4 и он продолжал наносить ФИО3 удары пока к ним не приехала полиция. Кроме него никто больше ФИО3 не избивал. Кто-то из них сразу после произошедшего вызвал скорую и полицию. Скорая помощь приехала примерно через 2 часа. Они помогли загрузить ФИО4 машину скорой помощи, а сами остались на месте с сотрудниками полиции. Когда скорая помощь забирала ФИО4, то тот находился в сознании.

В судебном заседании свидетель Свидетель №4 данные показания подтвердил, фразу «что зря стараетесь, я знал куда бил» на допросе следователю говорил, по какой причине тот это не записал ему неизвестно.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что <дата> с утра встретился с ФИО5 и они пошли в гости к общему знакомому В. (ФИО10), который проживал по адресу: <адрес>, квартира расположена на первом этаже. В квартире они втроем распивали спиртное, потом они все уснули, а после вечером в гости домой к В. пришли Свидетель №4 и Свидетель №3, которые с собой принесли пиво. Они стали общаться на разные темы и вместе распивать пиво. После в окно комнаты постучался ФИО3, который ранее ему знаком, как житель <адрес>. ФИО3 запустили в квартиру, где он выпил пива и стал говорить, что «он с крысой сидеть за одним столом не будет». Сначала всем было не понятно, кого именно ФИО3 имел в виду под словом «крыса» и в связи с чем, для выяснения недопонимания Свидетель №4 попросил ФИО3 объяснить кого именно из присутствующих тот считает «крысой» и по какому поводу. Свидетель №4 и ФИО3 вышли в коридор для прояснения ситуации, а после, когда пришли то ФИО3 пояснил, что «крысой» в его понимании является ФИО4, так как тот летом <дата> года украл у него пакет с пивом. ФИО5 этот факт отрицал, оправдывался. Потом он увидел, что ФИО3 взял в правую руку со стола кухонный нож и после этого повернулся в сторону ФИО4 и нанес ФИО4 удар ножом в область левой ноги, чуть выше колена. Под ФИО5 образовалась лужа крови. Свидетель №4 сразу же отобрал нож у ФИО3, а ногу сразу перетянули наволочкой, а потом шнурком, кровь перестала течь, а только капала. Свидетель №3 вызвал скорую помощь, потом он видел как Свидетель №4 и Богословский наносили удары ФИО3. При этом, когда ФИО5 оказывалась помощь, ФИО3 говорил, что «зря стараетесь, я знал куда бил». Карета скорой помощи приехала спустя два часа, врачи оказывали помощь, он видел как у них развалился жгут, наложенный на ногу, потом врачи также перевязали ногу шнурком, когда ФИО5 погрузили в карету скорой помощи он был без сознания.

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что осенью <дата>, примерно в днем он, Свидетель №3 и Свидетель №4 находились у него дома по адресу: <адрес>12. Он и Свидетель №4 употребляли спиртные напитки, после он пошел в детский сад за сыном, а друзья остались в квартире. После ему позвонили и сказали, что Свидетель №4 и Свидетель №3 пошли в гости и сказали приходить в квартиру на <адрес> он и направился с сыном. В квартире находились Свидетель №3, Свидетель №4, он, ребенок, ФИО3, ФИО5 и В., все между собой общались. Ребенок его находился в квартире, сидел на диване, а он в это время выходил на 20 минут на улицу, и когда вновь зашел в квартиру то увидел, как Свидетель №4 держит ногу ФИО5, перевязывает ее шнурком, под ФИО5 была лужа крови и говорит, чтобы ФИО3 не выпускали из квартиры, так как тот нанес удар ножом ФИО5. Потом вызвали скорую помощь, которая приехала спустя два часа.

Из письменных показаний свидетеля Свидетель №3, данных на стадии предварительного следствия <дата> (т.1, л.д.181-184), оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что <дата>, примерно в 16 часов 00 минут он вместе с его другом Свидетель №4 пришли в гости к общему знакомому Богословскому, который проживает, по адресу: <адрес>, где Свидетель №4 и ФИО9 пили пиво. Он спиртное в этот день не употреблял. Они общались. Пиво они принесли с собой, а именно 5 бутылок объемом по 1,2 литра. Примерно в 17 часов 00 минут Свидетель №1 пошел в детский сад за ребенком, а он и Свидетель №4 остались в его квартире, где по предварительной между ними договоренности дожидались его возвращения, где готовили еду. После этого Свидетель №4 предложил пойти в гости к общему знакомому по имени В.. Он согласился. После этого Свидетель №4 позвонил Богословскому и сказал, что они решили пойти к В., который проживает по адресу: <адрес>. С В., как с жителем <адрес>, он знаком на протяжении длительного времени, но общаться стал только на протяжении последнего месяца. Из квартиры ФИО9 он и Свидетель №4 ушли примерно в 17 часов 20 минут. Входную дверь квартиры они захлопнули на защелку дверного замка. До дома В. они шли примерно 5 минут. Когда они подошли к дому В., то Свидетель №4 постучался в окно его комнаты. В. выглянул в окно, и они попросили его открыть им дверь. При этом у них с собой было 4 бутылки пива, объемом 1,2 литра, которые они забрали с собой из квартиры ФИО9 этот момент в комнате В., кроме него находились ранее знакомые ему Свидетель №2 и ФИО4. Те распивали спиртное. Он и Свидетель №4 присоединились к тем. Они стали общаться с ними на разные темы. При этом все, кроме него выпивали спиртное. Примерно через 20-30 минут, в окно комнаты постучался ФИО3, который ранее ему знаком, как житель <адрес>. Он сходил и открыл входную дверь для ФИО3, который пройдя в комнату, сел на диван. ФИО3 вместе с остальными выпил несколько глотков пива. После этого ФИО3 обратился к нему за столом со словами: «он с крысой сидеть за одним столом не будет». Сначала всем было не понятно, кого именно ФИО3 имел в виду под словом «крыса» и в связи с чем, для выяснения недопонимания Свидетель №4 попросил ФИО3 объяснить, кого именно из присутствующих тот считает «крысой» и по какому поводу. ФИО3 пояснил, что «крысой» в его понимании является ФИО4, так как тот летом <дата> года украл у него пакет с пивом. В ответ на это ФИО4 ничего вразумительного ответить не смог, стал теряться в своих ответах, но потом совсем отказался признаваться в данной краже. Свидетель №4 и ФИО3 продолжали задавать ФИО4 различные провокационные вопросы, но ФИО4 так и не признался. ФИО4 в этот момент сидел на диване и продолжал оправдываться, доказывая, что тот этого не совершал. В какой-то момент Свидетель №4 своей правой рукой, лежащий на столе нож, который перевернув лезвием в свою сторону «противоположной» стороной в сторону ФИО4 указанном положении, то есть «тупой стороной» Свидетель №4 поднес нож к горлу ФИО4 и сказал, что если ФИО4 не признается, то тот порежет его. На это ФИО4 ответил, что не совершал кражу пива у ФИО3 После этого Свидетель №4 сделал жест рукой, в которой находился нож, тем самым имитируя порез горла ФИО4 Указанный жест ФИО4 воспринял в серьез, подумав о том, что Свидетель №4 действительно перерезал ему горло и сразу заплакал, повторив о том, что не совершал кражу пива. После этого, как ему показалось. Свидетель №4 поверил ФИО4, а нож, который находился у него руке, тот положил обратно на стол. Нож был с деревянной ручкой светло-коричневого цвета с двумя или тремя клепками, длина лезвия составляла примерно 13-15 см. После этого Свидетель №4 сказал, что больше с ними общаться по поводу кражи пива не будет и чтобы те дальше разбирались сами между собой. Они продолжали общение. В этот момент в комнату пришел Богословский вместе с его пятилетним сыном Максимом. В этот момент ФИО5 сидел на диване на том же месте. Свидетель №4 сидел на диване слева от ФИО4, а справа от ФИО4 на диване сидел ФИО3. Справа от Свидетель №4 на диване сидел Максим. В свою очередь, ФИО3, возмущаясь и оскорбляя ФИО4, обвиняя последнего в краже, встал с дивана и стал своей правой рукой наносить удары ФИО4 в область лица и головы. Сколько точно было ударов он не считал, но как ему показалось тот ударил его не менее 7 раз. ФИО4 в ответ ему ничего не отвечал и с дивана не встал. В этот момент ФИО3 взял своей правой рукой со стола тот же самый нож, который брал ранее Свидетель №4 и после этого повернулся в сторону ФИО4 этот момент Свидетель №4 своей рукой схватил ФИО3 за правую руку, в которой находился нож, тем самым остановив последнего. В ответ на это ФИО3 сказал, что тот ничего делать не собирается, а хочет только напугать ФИО4 После этих слов Свидетель №4 отпустил руку ФИО3, который мгновенной нанес ФИО4 удар ножом в область левой ноги, чуть выше колена. Как ему показалось, удар был один. Свидетель №4 сразу же после этого схватил ФИО3 за руку, в которой находился нож, выхватил указанный нож руками и положил его на стол. После этого Свидетель №4 оттолкнул ФИО3 в сторону, и после того, как ФИО3 упал на пол, то Свидетель №4 стал наносить ФИО3 беспорядочные удары ногой, но куда именно он не видел, так как в этот момент пытался перевязать ФИО4 ногу. После удара ножом из раны ноги ФИО4 обильно потекла кровь. Свидетель №4 подошел к нему стал помогать перетягивать ФИО4 ногу, а его тот попросил вызвать скорую помощь. Свидетель №1 достал свой телефон и стал вызывать скорую помощь, но дозвониться не смог. Тогда Свидетель №4 сказал ему, чтобы он побежал в пункт скорой помощи <адрес>. Примерно через 10-15 минут он добежал до скорой помощи, но там никого не было. После этого он у одного из прохожих попросил сотовый телефон, с которого вызвал скорую помощь. Потом он пошел обратно в квартиру, где все произошло, куда вернулся примерно через 40-50 минут. Что происходило в квартире за время его отсутствия ему неизвестно, но когда он вернулся, то там уже находились сотрудники полиции. Он не видел, чтобы кроме ФИО3 кто-то еще наносил удары ФИО4

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что в тот день он, Свидетель №4, Богословский, ФИО3 и ФИО5 находились по месту его жительства в <адрес>6. Все кроме ФИО3, распивали спиртные напитки. Он ничего не понял, увидел только как ФИО3, который сидел на диване слева от ФИО5, воткнул кухонный нож в левую ногу ФИО5, а потом все стали оказывать помощь ФИО4, затянули ногу шнурком, кровь немного после данной манипуляции остановилась, и стали дожидаться скорой помощи, которая приехала спустя два часа. Видел как парни избивали ФИО3 после нанесенного им удара. Когда приехала карета скорой помощи ФИО5 был жив, но истек кровью.

Из письменных показания свидетеля Свидетель №5, данных на стадии предварительного следствия <дата> (том 1 л.д. 149-152), оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что он проживает по адресу: <адрес>6. <дата>, примерно в 17 ч. 00 мин. к нему в гости пришел Свидетель №4, который принес с собой 6 бутылок пива. После чего они стали употреблять спиртное. Примерно через 30 мин. к ним пришел ФИО3, прозвище «Монах», с ним он знаком около года. Пришел он к нему без спиртного. После О. к нему пришел в гости ФИО4, который принес с собой два флакона спирта, который впоследствии разбавил их с водой и все стали выпивать. Затем в какой-то точно очередности пришли Свидетель №3 Владислав и Свидетель №2. После чего все стали пить спиртное. В ходе распития спиртных напитков у О. с ФИО5 произошел словесный конфликт, в ходе которого О. взял в свою правую руку нож и нанес ФИО5 данным ножом один удар в область левого бедра. Удар он наносил сверху вниз. Затем О. оттащили от ФИО5, чтобы его утихомирить. Затем все стали оказывать ФИО5 помощь, пытались остановить кровь, при этом вызвали скорую помощь. По приезду сотрудники скорой помощи увезли ФИО4 в больницу. Когда его увозили, то ФИО5 был жив.

В ходе судебного следствия свидетель Свидетель №5 полностью подтвердил письменные показания, указав на то, что ранее события помнил лучше.

Из показаний свидетеля фельдшера скорой помощи ФИО11 следует, что <дата> в 20.13 часов поступил вызов о ножевом ранении. Бригада скорой помощи, в состав которой входила она, фельдшер ФИО12 и водитель, выехала в 20.15 часов из <адрес> на место происшествия и прибыла в 20.45 часов. Таким образом, бригада прибыла на место через полчаса после вызова, что в данном случае допустимо с учетом дальности месторасположения населенных пунктов (выехала бригада из <адрес> в <адрес>). По прибытию увидели мужчину ФИО4, который находился без сознания, с перевязанной шнурком ногой, вокруг него была кровь, а также весь диван был в крови, что свидетельствует о сильной острой кровопотери, кровь в это время уже не текла, а капала. В отношении ФИО5 сделаны медицинские манипуляции, а именно, нога была перевязана жгутом, пациент был прокапан лекарственными препаратами для восполнения кровопотери, при этом давление у ФИО5 сразу было низкое, что свидетельствует о том, что пациент находился в шоке. После проведенных манипуляций в карете пациент находился в возбужденном состоянии, это допустимо при оказании медицинской помощи.

Из показаний свидетеля фельдшера скорой помощи ФИО12 следует, что <дата> после вызова скорой помощи бригада выехала в <адрес> по факту ножевого ранения. По прибытию минут через 20-25 он увидел в квартире потерпевшего, сотрудников полиции, а также иных лиц. Пациенту сразу стали оказывать медицинская помощь, произведена обработка раны, наложен кровоостанавливающий жгут, кровь в это время уже текла не массивно, но диван при этом был пропитан кровью, прокапан лекарственными препаратами для восполнения кровоснабжения, после чего пациент прибывал в возбужденном состоянии. Состояние у пациента было стабильно тяжелое. За его трехлетнюю практику это первый случай наступления смерти от ножевого ранения в область бедра.

Также в ходе судебного следствия допрошены ФИО13, ФИО14 и ФИО15 в качестве свидетелей, которые охарактеризовали подсудимого с положительной стороны.

Также вина подсудимого ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ подтверждается следующими исследованными судом доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому в реанимационном зале СГБ № осмотрен труп ФИО4 На трупе повреждение: в области левого бедра средней трети зияющая рана(том 1 л.д. 4-12);

- протоколом осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому осмотрена <адрес>. 4 по <адрес> (том 1 л.д. 13-24);

- заключением эксперта № от <дата>, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО4 обнаружено повреждение:

- слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вены и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала: кожная рана левого бедра по передней поверхности в средней трети в 66 см от плоскости подошв.

Слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вены и артерии было опасной для жизни человека, по своему характеру непосредственно создавало угрозу для жизни, что соответствии с п. <дата> «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ <дата> №н, имеет признак тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО4

Смерть ФИО4 последовала от слепого колото-резанного ранения левого бедра с повреждением бедренных артерии и вен, мягких тканей левого бедра, сопровождавшегося наружным кровотечением с последующей острой кровопотерей (том 1 л.д. 32-46);

- заключением эксперта № от <дата>, согласно которому на куртке ФИО3, фрагментах ногтевых пластин с рук ФИО3 обнаружена кровь человека, исследованием ДНК которой установлено, что она произошла от ФИО3 На паре галош ФИО3, одежде и обуви Свидетель №4 (штаны, пара кроссовок), ноже №, фрагменте марли, фрагменте ногтевых пластин с рук ФИО4, двух фрагментов марли (смывы с рук ФИО4) обнаружена кровь человека, исследованием ДНК которой установлено, что она произошла от ФИО4 На кофте ФИО3 футболке ФИО3 обнаружены смешные следы крови человека. Исследованием ДНК которой установлено, что смешные следы крови произошли от Свидетель №4 и ФИО4 (том 1 л.д. 59-81);

- протоколом выемки от <дата>, согласно которому у ФИО3 изъята одежда: куртка, кофта, джинсы, футболка, галоши (том 1 л.д. 143-148);

- протоколом выемки от <дата>, согласно которому у Свидетель №4 изъяты кроссовки и штаны (том 1 л.д. 137-141);

- протоколом выемки от <дата>, согласно которому в ГБУЗ СОБСМЭ изъят образец крови с трупа ФИО4 (том 1 л.д. 153-165);

-протоколом осмотра предметов от <дата>, согласно которому осмотрены: куртка ФИО3, кофта ФИО3 футболка ФИО3, джинсы ФИО3, галоши ФИО3, штаны Свидетель №4, кроссовки Свидетель №4, ножи в количестве 4-х шт. (том 1 л.д. 199-207).

Иные исследованные судом доказательства, не опровергающие и не доказывающие вины подсудимого, судом в приговоре не приводятся.

Анализируя показания подсудимого в суде, суд кладет их основу приговора в части не противоречащей показаниям свидетелей, данных на стадии предварительного следствия и в ходе судебного следствия.

Совокупностью исследованных по делу доказательств, суд считает вину подсудимого ФИО3 в предъявленном обвинении, установленной и доказанной.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд находит правильной квалификацию действий ФИО3 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, представленные стороной обвинения, суд в соответствии со ст.87 УПК РФ и ст.88 УПК РФ каждое из доказательств считает относимым, допустимым, достоверным, а все собранные доказательства в совокупности сопоставимыми между собой, источник каждого из доказательств установлен судом и все доказательства являются достаточными для вывода о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Таким образом, время, место совершения преступления, способ и другие обстоятельства причинения телесного повреждения ФИО4 подсудимым установленные в судебном заседании не только не находятся в противоречии, но и дополняют друг друга, в результате чего сложилась полная картина совершенного преступления. Виновность подсудимого в совершении преступления при фактических обстоятельствах дела, установленных судом, подтверждена совокупностью исследованных по делу доказательств, которые согласуются между собой и дополняют друг друга – показаниями свидетелей, письменными материалами уголовного дела, заключением экспертов.

Собранные по делу и исследованные судом доказательства: показания свидетелей в судебном заседании и на предварительном следствии, протоколы следственных действий, а также иные доказательства, изложенные в приговоре, получены в соответствии с требованиями закона, нарушений при их составлении судом не установлено, все доказательства содержат сведения, относящиеся к обстоятельствам рассматриваемого уголовного дела, согласуются друг с другом, в том числе и с признательными показаниями самого подсудимого, в связи с чем, суд находит их достоверными и допустимыми, а в совокупности достаточными и подтверждающими виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния.

В связи с чем, показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, данные в суде, показания свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, данные в суде и на стадии предварительного следствия, показания Свидетель №3, данные на стадии предварительного следствия, показания свидетелей ФИО11 и ФИО12, данные в суде, суд, признавая достоверными, кладет в основу обвинительного приговора.

Незначительные противоречия в показаниях свидетелей Свидетель №4 и ФИО16, данные в суде, показаниям данным в ходе предварительного следствия, суд связывает с давностью происходящих событий, в связи с чем, за основу принимает показания, данные в ходе предварительного следствия, а показания, данные им в суде, принимает в части, не противоречащей показания, данным в ходе предварительного следствия.

Подсудимый в ходе предварительного следствия, никому не заявлял о применении к нему физической силы, специальных средств, психологического давления, данное обстоятельство судом так же не установлено.

Таким образом, нарушений закона и прав подсудимого, влияющих на допустимость доказательств и препятствующих суду вынести решение по делу, при производстве по делу не установлено.

Таким образом, суд квалифицирует содеянное ФИО3 по ч. 4 ст. ст. 111 УК РФ, как совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего и не находит оснований для иной квалификации действий подсудимого, в том числе по ч. 1 ст. 109 УК РФ.

Доводы защиты о неправильной квалификации органами следствия действий ФИО3, необходимости расценивать их как неосторожные действия при нанесении удара ножом в ногу потерпевшего, убедительными признать нельзя. Данные утверждения ФИО3 и его защитника опровергаются показания свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №2, которые подтвердили, что ФИО3 <дата> говорил, что знал куда он нанес удар. Это подтверждает, что ФИО3 взял нож в руки не с целью его демонстрации потерпевшему, а для нанесения удара, вследствие чего удар ножом был нанесен с прямым умыслом.

Ссылка защиты на то, что удар был нанесен ножом в ногу потерпевшего, а не в жизненно-важные органы (шею, голову, грудную клетку, живот), не может опровергать того, что умысла у подсудимого на причинение вреда здоровья у ФИО3 не имелось. В силу возраста, дееспособности, жизненного опыта ФИО3 не мог не понимать, что в ноге в области бедра имеются вены и артерии, повреждение которых может повлечь смерть человека.

Также суд не находит оснований для признания недопустимыми доказательствами по делу заключения экспертов.

Все экспертизы были назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства в государственных экспертных учреждениях, экспертами, компетенция которых не вызывает сомнений, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений и у которых была отобрана подписка о разъяснении прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ.

Эксперты ответили на все поставленные перед ними вопросы, подробно мотивировав и аргументировав свои выводы. Оснований не доверять заключениям экспертов у суда не имеется.

Судом установлено, что подсудимый умышленно нанес ФИО4 слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вен и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала, причинив ФИО4 повреждение, квалифицированное как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности его смерть и состоящие в причинной связи с наступившими последствиями. О силе нанесенного подсудимым удара неоспоримо свидетельствует характер причиненного ФИО4 повреждения.

Умысел ФИО3 на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, установлен на основании фактических обстоятельств совершенных действий подсудимого и характера телесного повреждения ФИО4, нанося с достаточной силой удар по ноге в области бедра, то есть в область, где расположены вены и артерии, ФИО3 не мог не осознавать, что совершает действия, опасные для здоровья потерпевшего, и не мог не предвидеть возможности наступления тяжких последствий, поэтому суд считает, что ФИО3 действовал с прямым умыслом на причинение потерпевшему ФИО4 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Таким образом, оценивая имеющиеся в деле доказательства, суд считает, что они являются допустимыми, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, относимыми и достоверными, а их совокупность достаточной для вывода о том, что ФИО3 совершил инкриминируемое ему деяние. Действия ФИО3 суд квалифицирует поч.4ст.111 УК РФ,как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

При этом квалифицирующий признак «применение предметов, используемых в качестве оружия» нашел свое подтверждение, поскольку удар был нанесен потерпевшему кухонным ножом, что не отрицалось и самим подсудимым.

Причинение ФИО4 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего состоит в прямой причинной связи с действиями подсудимого ФИО3 и наступившими последствиями.

Решая вопрос о квалификации действий подсудимого, суд исходит из следующего.

По смыслу уголовного закона преступление, предусмотренноеч. 4ст.111 УК РФсовершается с двумя формами вины по отношению виновного к содеянному, о котором говорится в ст.27 УК РФ.

Суд, исходя из совокупности всех фактических обстоятельств содеянного и учитывая, в частности, способ совершения преступления, характер и локализацию телесного повреждения, а также предшествующие преступлению взаимоотношения потерпевшего и подсудимого, приходит к выводу, что ФИО3, нанося ФИО4 в ногу – в бедро, действовал умышленно, он предвидел и должен был предвидеть, что результатом его действий является наступление тяжких последствий, то есть его умысел был направлен на причинение ФИО4 именно тяжкого телесного повреждения.

Наряду с этим, исследованные в суде доказательства свидетельствуют о том, что подсудимый не желал лишать жизни ФИО4, поскольку после нанесения последнему телесного повреждения, ФИО3, осознавая, что потерпевший жив, больше никаких действий, направленных на причинение ему смерти не предпринимал, хотя имел такую возможность. Такой исход (наступление смерти потерпевшего) не охватывался умыслом ФИО3 и по отношению к наступившим последствиям в виде смерти в его действиях усматривается неосторожная вина в виде легкомыслия, поскольку ФИО3 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

Данное описание относится к совершению преступления с косвенным умыслом согласно положениям ст. 25 УК РФ.

При этом между совершенным подсудимым деянием и наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего ФИО4, имеется прямая причинно-следственная связь.

Преступление, совершенное подсудимым, является оконченным.

Суд приходит к выводу, что в ходе конфликта ФИО3 был абсолютно свободен в выборе своего поведения, имел реальную возможность остановить конфликт, однако конфликт не прекратил, а напротив стал развивать его, наносил удары ФИО4, а потом через незначительный промежуток времени нанес один удар ножом. При этом, согласно обстоятельствам дела, и свидетельских показаний, в момент причинения ФИО4 телесного повреждения (ножевое ранение), какой-либо реальной угрозы для жизни и здоровью ФИО3 либо других лиц, не было. Подсудимый сознательно прибегнул к таким средствам и способам, которые явно не вызывались реальной обстановкой.

Наличия в действиях ФИО3 признаков необходимой обороны либо превышение ее пределов суд не усматривает, поскольку никаких объективных доказательств, указывающих на то, что пострадавший ФИО4 совершал на личное и общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни и здоровья ФИО3, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, судом не установлено.

Суд не находит оснований для квалификации действий ФИО3 по статье109 УК РФ(причинение смерти по неосторожности), или по статье118 УК РФ(причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности), поскольку по обстоятельствам дела телесное повреждение в результате нанесения ножом ФИО3, находящийся в причинно-следственной связи со смертью потерпевшего, подсудимым был нанесен умышленно.

На нахождение в состоянии аффекта ФИО3 не ссылался ни входе предварительного, ни судебного следствий.

Суд принимает во внимание совокупность всех обстоятельств содеянного, учитывает не только способ преступления, характер телесного повреждения, но и обстановку в квартире, предшествующую преступлению, поведение потерпевшего, других лиц, находившихся в квартире, подсудимого, их сложившиеся взаимоотношения и последующее поведение виновного. В судебном заседании достоверно установлено, что конфликт между подсудимым и потерпевшей возник на почве личного неприязненного отношения ФИО3 к ФИО4, а не по причине неправомерного поведения потерпевшего.

Вместе с тем, анализируя обстановку на момент конфликта, суд приходит к однозначному выводу об отсутствии со стороны потерпевшего непосредственно перед причинением ему тяжкого вреда здоровью каких-либо противоправных действий, способных привести подсудимого в состояние необходимой обороны либо превышении пределов необходимой обороны и судом не усмотрены достаточные основания для оправдания подсудимого и переквалификации его действий, в том числе и по основаниям, указанным стороной защиты.

В целом позицию подсудимого, суд оценивает, как форму защиты.

При этом суд считает необходимым исключить из обвинения указание на то, что удар ножом был в область расположения жизненно важных органов, поскольку ранение нанесено в область левого бедра, где находятся бедренные вены и артерии. Вместе с тем, это исключение не может повлиять на квалификацию действий подсудимого.

Доводы защиты о том, что по делу не производилась комиссионная судебная медицинская экспертиза по установлению факта оказания медицинской помощи по критериям своевременности, полноты и технической правильности, не могут быть приняты во внимание, поскольку данное обстоятельство не может повлиять на вывод суда о виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, исходя из представленной совокупности доказательств, которую суд признает достаточной для постановления такого вывода.

Доводы адвоката Шишук А.Б., поддержанные подсудимым ФИО3 о том, что смерть ФИО4 наступила по причиненекачественногооказаниямедицинскойпомощи, не обоснованы.

С целью проверки данной версии судом по ходатайству стороны защиты допрошены специалисты ФИО17 и ФИО18, которые изготовили заключение специалиста в медицинской области от <дата>, которое приобщено к материалам уголовного дела. Исходя из их показаний и выводов заключения, следует, что вопрос правильности и своевременности оказания скорой медицинской помощи и медицинской помощи в стационаре, касающиеся оценки качества оказания медицинской помощи, своевременности прибытия бригады СМП, возможен только в рамках комиссионной медицинской экспертизы с изучением нормативных документов, регламентирующих время «доезда» бригады СМП до места вызова от момента поступлении вызова. Время вызова, время оказания медицинской помощи бригадой СМП, время госпитализации зафиксировано в медицинских документах. Устранение сомнений в правильности и достоверности данной информации разрешается следственным путем. Специалисты в заключении отметили, в судебном заседании подтвердили, что согласно данным медицинской карты стационарного больного, изложенным в заключении эксперта, пострадавший поступил в стационар в состоянии клинической смерти, то есть в состоянии, когда применение реанимационных мероприятий еще может возвратить человека к жизни. Продолжительность клинической смерти составляет несколько минут, после чего наступает биологическая смерть, то есть необратимое состояние, при котором никакие реанимационные мероприятия не могут вернуть человека к жизни. Из этого можно предположить, что в случае поступления пострадавшего в стационар на несколько минут раньше, имелся реальный шанс предотвратить развитие клинической смерти либо реанимационными мероприятиями вернуть пострадавшего к жизни.

Между тем ни само заключение специалистов, ни их показания не опровергают и не подтверждают виновность подсудимого в совершении преступления. Надо учитывать, что смерть ФИО4 последовала от слепого колото-резанного ранения левого бедра с повреждением бедренных артерии и вен, мягких тканей левого бедра, сопровождавшегося наружным кровотечением с последующей острой кровопотерей. При чем острая кровопотеря у ФИО4 наступила сразу после ранения, что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2, фельдшеров ФИО11, ФИО12, которые подтвердили, что крови возле ФИО4 было много, диван был пропитан кровью, при этом свидетели Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО10, Свидетель №1 подтвердили, что сразу после ножевого ранения стали оказывать потерпевшему помощь, затянув шнурок на ноге пострадавшего, и после этого кровь перестала интенсивно не вытекать.

Доводы защитника о несвоевременности прибытия скорой помощи спустя более двух часов и неоднократности ее вызова, как на основание изменение квалификации действий подсудимого, не могут быть приняты во внимание. Само утверждение о прибытии на место происшествия бригады СПМ спустя два часа после вызова и о неоднократности вызова бригады СМП, не соответствует материалам уголовного дела, поскольку согласно карте вызова скорой медицинской помощи, бригада прибыла спустя 30 минут с момента поступления вызова о помощи, и, согласно ответу ГБУЗ Самарская СМП» № от <дата>, вызов СМП зафиксирован в 20.13 часов <дата>, иных вызовов не имелось. Несмотря на показания свидетелей, которые указывали на прибытие кареты скорой помощи спустя два часа, из материалов дела следует, что карета СМП прибыла к пострадавшему спустя 30 минут. В этой связи показания свидетелей в указанной части не принимаются судом во внимание, поскольку они противоречат письменным материалам уголовного дела. При этом суд считает, что в остальной части показания свидетелей являются правдивыми и достоверными. Кроме того, необходимо учитывать причину смерти ФИО4

В силу требований ч. ч. 1, 3 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

Назначая наказание, суд руководствуется принципом справедливости (ст. 6 УК РФ), а также ст.ст.43, 60 УК РФ, учитывает характер, степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние наказания на его исправление, на условия жизни его семьи и на достижение целей наказания.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от <дата> за № (том 1 л.д. 94-95), ФИО3 не страдает и в период совершения преступления не страдал хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики. ФИО3 может отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими и мог в период совершения преступления осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. ФИО3 не страдает наркоманией, не нуждается в обязательном лечении и медико-социальной реабилитации у врача-нарколога, показаний не имеет.

Так, ФИО3 состоит в зарегистрированном браке, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансере не состоит (т.1 231,227,229), по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.1, л.д. 233).

Исходя из данных о личности подсудимого и его поведения на стадии предварительного расследования и в судебном заседании, учитывая вышеизложенное заключение, оснований сомневаться в его вменяемости в момент совершения преступления и в настоящее время, а также способности нести ответственность за содеянное, у суда не имеется.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому по ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает: частичное признание вины в ходе предварительного следствия и судебного следствия, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений перед потерпевшей Потерпевший №1, положительную характеристику соседями с места жительства, положительные характеристики его личности, данные супругой ФИО6 и свидетелями ФИО13, ФИО14 и ФИО15, состояние здоровья подсудимого и его супруги, которая страдает тяжелым заболеванием, оказание супруге помощи в уходе за ней, оказание материальной помощи супруги.

Ни о каких иных, имеющих значение для назначения наказания, обстоятельствах подсудимый суду не сообщил, и учесть их в качестве обстоятельства смягчающего его ответственность не просил.

При этом факт нахождения ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения не может быть признано в качестве смягчающего обстоятельства наказания по п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ, несмотря на обнаружение этилового алкоголя в крови пострадавшего, поскольку сам по себе факт нахождения гражданина в состоянии алкогольного опьянения в помещении не может свидетельствовать о противоправном или аморальном поведении. При этом суд учитывает, что аморальное же поведение потерпевшего состоит в нарушении моральных норм и правил поведения в обществе, что спровоцировало преступление. Судом таких обстоятельств не усмотрено.

Обстоятельством, отягчающим ответственность подсудимого, в силу ч.1 ст.18, п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, признается рецидив преступления.

Поскольку ФИО3 совершил особо тяжкое преступление, а ранее был осужден за особо тяжкое преступление и отбывал наказание в виде лишения свободы, в его действиях имеет место особо опасный рецидив.

Иных отягчающих наказание обстоятельств не установлено, в том числе и нахождение ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения. Несмотря на то, что подсудимый в ходе судебного следствия не отрицал, что употреблял спиртные напитки, но при этом подсудимый не подтверждал факт влияния состояние алкогольного опьянения на совершение преступления.

Учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, степени реализации преступления, данные о личности подсудимого ФИО3, влияние назначенного наказания на исправление осужденного на условия жизни его семьи, в целях предупреждения совершения новых преступлений, восстановления социальной справедливости, руководствуясь принципом законности и гуманизма, суд приходит к убеждению о назначении подсудимому ФИО3 наказания в виде лишения свободы. С учетом конкретных обстоятельств дела, обстоятельств, смягчающих наказание, данных о личности подсудимого, суд считает, что исправление ФИО3 невозможно без реального отбытия назначенного ему наказания в виде лишения свободы, соответственно оснований для применения ст. 73 УК РФ. Суд не находит оснований для применения к ФИО3 положений ст. 73 УК РФ и по той причине, что наказание назначается свыше 8 лет. Именно такое наказание, по мнению суда, будет соответствовать целям восстановления социальной справедливости, а также исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. Оснований для назначения подсудимому иного вида наказания не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, в связи с чем, суд не усматривает оснований для применения при назначении наказания ст. 64 УК РФ, ч. 3 ст. 68 УК РФ и ч. 2 ст. 53.1 УК РФ. Правовых оснований для применения ст. 72.1 УК РФ у суда так же не имеется.

Правовых оснований для изменения категории преступления, на менее тяжкую на основании п. 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает в связи с наличием отягчающего обстоятельства.

При назначении конкретного вида и срока наказания суд учитывает наличие смягчающих обстоятельств, требования ч.ч.1,2 ст. 68 УК РФ, а также п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ и определяет наказание ФИО3 в виде реального лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Учитывая характер совершенного преступления, личность подсудимого, суд считает назначение дополнительных наказаний нецелесообразным, полагая, что основное наказание будет достаточно для исправления подсудимого.

Мера пресечения в виде содержания под стражей подлежит оставлению без изменения до вступления приговора в законную силу с целью его исполнения и направления осужденного в места отбывания наказания.

Поскольку <дата> в отношении ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, но фактически он был лишен возможности передвижения с <дата>, то суд считает необходимым зачесть в счет отбытия наказания период с <дата> до дня вступления приговора в законную силу.

Отмена условно-досрочного освобождения возможна лишь в случае, если лицо в течение оставшейся не отбытой части наказания совершает преступления. В данном случае с учетом того, что ФИО3 снят с учета по приговору от <дата> в 2019 году, а преступление совершил в 2022 году, то оснований для такой отмены не имеется.

Судьбу вещественных доказательств суд полагает необходимым разрешить в порядке ст. 81,82 УПК РФ.

С учетом того, что свидетелем Свидетель №4 подано заявление о возврате ему вещей и обуви, изъятых на стадии предварительного следствия, то суд считает необходимым предметы одежды и обувь вернуть свидетелю, а остальные вещественные доказательства подлежат уничтожению.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 08 (восьми) лет 06 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания ФИО3 исчислять с момента вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбытия наказания ФИО3 время содержания под стражей по настоящему делу в соответствии с требованиями ч. 3.2 ст. 72 УК РФ с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в колонии особого режима.

Меру пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражей.

Вещественные доказательства по вступлению приговора суда в законную силу: одежду ФИО3 (кофта, футболка, куртка, джинсы, галоши), нож №; образец буккального эпителия ФИО3, свидетелей: Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №1 и Свидетель №3; образец буккального эпителия Свидетель №5; образец крови трупа ФИО4, хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по <адрес>, - уничтожить.

Вещественные доказательства - одежда Свидетель №4 (штаны с карманами темного цвета, кроссовки «Пума»), хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по <адрес>, - вернуть Свидетель №4 по вступлении приговора в законную силу, а в случае отказа в получении либо не обращении в течение 6 (шести) месяцев со дня вступления приговора в законную силу – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарский областной суд в течение 15 суток со дня его вынесения через Красноглинский районный суд <адрес>, осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня получения его копии.

В случае принесения апелляционных представления или жалоб, осужденный вправе в тот же срок со дня вручения ему их копий подать свои возражения в письменном виде, а также в тот же срок ходатайствовать о своем участии в суде апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, указав об этом в своей жалобе или возражениях.

Председательствующий И.В. Напреенко