Апелляционное определение № 33-621/2026 от 3 февраля 2026 г.

Судья Гусева Е.Н. УИД 39RS0009-01-2022-000160-09

Дело №2-24/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№33-621/2026
4 февраля 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Мариной С.В.,

судей Жестковой А.Э., Макаровой Т.А.,

при секретаре Семеновой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 на решение Гвардейского районного суда Калининградской области от 17 октября 2025 года по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании строения самовольной постройкой, возложении обязанности о сносе нежилого строения, по иску ФИО1 к ФИО3 об устранении нарушения права пользования земельным участком, о сносе нежилого строения, восстановлении положения, существовавшего до нарушения права на постоянное (бессрочное) пользование земельным участком.

Заслушав доклад судьи Макаровой Т.А., пояснения ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Истцы ФИО2 и ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО4 и ФИО3 об устранении нарушений пользования земельным участком и сараем, указав на то, что являются собственниками жилых помещений: ФИО2 квартиры №2, ФИО1 квартиры №4 в жилом доме №<адрес>. Указанный жилой дом является 4-х квартирным. Ответчик ФИО4 является собственником квартиры №3, ФИО3 постоянно проживает в указанной квартире.

Истец ФИО2 считает, что ответчиками была произведена незаконная реконструкция кирпичного сарая №3, с увеличением его площади и объема в два раза, что способствует разрушению деревянного сарая №6, пользователем которого она является, а также отсутствует доступ для его ремонта и обслуживания.

Полагая, что указанное строение вспомогательного назначения является самовольной постройкой ввиду множественных нарушений при строительстве, истец ФИО2 просила, с учетом уточненных требований обязать ФИО4 и ФИО3 снести нежилое строение вспомогательного назначения, имеющее характеристики: длина 7,36 м, ширина 3,2 м, высота 5,5 м, расположенное вблизи дома №<адрес> в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

Истец ФИО1 считает, что ФИО3, произведя в 1992 году незаконную реконструкцию кирпичного сарая №3 на самовольно занятом им земельном участке, нарушает его право постоянного пользования данным земельным участком.

Считая свои права нарушенными, истец ФИО1 просил обязать ФИО3 снести часть реконструированного кирпичного сарая №3, прилегающего к границе земельного участка с кадастровым номером №, обеспечив расстояние не менее 1 м от выступающих конструктивных элементов; восстановить положение, существовавшее до нарушения его права на постоянное (бессрочное) пользование земельным участком шириной – 3,2 м, длина – 7,11 м, обязав ФИО3 снести незаконно возведенное строение – кирпичный сарай №3.

Решением Гвардейского районного суда Калининградской области от 17 октября 2025 года исковые требования ФИО2 и ФИО1 оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО2 и ФИО1 просят решение суда отменить и принять новое решение, которым удовлетворить требования в полном объеме.

Указывают на то, что суд неправомерно уменьшил пределы заявленных требований. В исковом заявлении ФИО2 от 1 февраля 2022 года заявлены требования об устранении нарушений права владения дворовыми сооружениями, общим сараем №6. В уточненном исковом заявлении ФИО2 поясняет, каким способом ограничиваются права, а именно отсутствует доступ для обслуживания и ремонта сарая №6, имеются признаки разрушения и обрушения сарая №6 от влияния на его конструктивные элементы примыкающего сарая №3. Считают, что восстановление доступа к объекту является восстановлением положения, существовавшего до нарушенного права, и применяется как способ защиты гражданских прав. Вместе с тем, судом не принято решение по данному требованию. Считают, что суд указал в водной части решения не заявленные требования, а предмет спора, что противоречит положениям ч. 2 ст. 198 ГПК РФ.

Также указывают на то, что суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значения для дела. В описательной части решения судом не указано на то, что жилой дом №42 и хозяйственные постройки расположены на земельном участке, параметры которого соответствуют состоянию на 28 декабря 1986 года, а в последующем данный участок был разделен на 6 земельных участков. Также судом не указаны сведения о пользовании спорными сараями каждого собственника квартир в жилом доме №42.

Настаивая на доводах исковых заявлений, указывают на то, что ответчиками до настоящего времени производится реконструкция кирпичного сарая №3, поскольку строительная часть земельного участка огорожена сеткой-рабица, а на фундамент уложены металлические каркасы для строительства бетонных перекрытий. Указанное строение ограничило доступ к сараям №4,5,6,8 для их ремонта и обслуживания, а также способствует их разрушению и обрушению, что несет угрозу жизни и здоровью лицам, пользующимся данным сараем. Сараи №4,5,6,8 ограничивают доступ к пристроенной части сарая №3 для его ремонта и обслуживания, что также создает угрозу жизни и здоровью. Считают, что ответчиками создана необслуживаемая зона между строениями, что нарушает интересы и обязанности истцов.

Указывают на отсутствие доказательств того, что сарай №3 и пристройка к нему была построена «бумажной фабрикой». Само по себе не участие в реконструкции сарая №3, не приобретение строительных материалов ответчиками не имеет существенного значения, но оно значимо при соразмерности обеспечительных мер к заявленным требованиям, так как ответчики не понесли материальных затрат при реконструкции сарая №3. Ответчики не представили доказательств, что пристроенная часть сарая №3 была построена до 1 января 1995 года, а реконструкция сарая №3 была завершена в 1993 году. Ссылаются на то, что в судебном заседании свидетель ФИО5 затруднился назвать дату пристройки к сараю №3.Также свидетель Радзиховский затруднился указать на фотографиях сарай №3, при этом пояснил, что в 1993 году привозил ФИО6 строительные материалы для ремонта крыши сарая.

Также в апелляционной жалобе истцы критикуют выводы судебной экспертизы от 10 февраля 2023 года. Считают, что эксперт не исследовал вопрос о несущих и ограждающих конструкций основания фундамента. Считают, что без исследования несущих и ограждающих конструкций основания фундамента делать вывод о соответствии строительным нормам и правилам пристроенного строения к сараю №3 необоснованно, а принятое судом доказательство и обстоятельство не доказано. В связи с наличием неясностей и неполноты исследования истцы ходатайствуют о вызове в судебное заседание экспертов ФИО7 и ФИО8

Кроме того, считают, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

Выражают несогласие с выводами суда о том, пристройка к сараю №3 была возведена до формирования границ земельного участка с кадастровым номером № и предоставления его ФИО1 Считают, что наличие факта регистрации земельного участка с кадастровым номером № в ЕГРН с указанием поворотных точек границ после возведения спорного строения, не соответствует обстоятельствам дела. Указывают на то, что границы земельного участка были сформированы и зарегистрированы 28 декабря 1986 года, что следует из технического паспорта на жилой дом. Северная граница земельного участка была сформирована по существующим строениям (сараям №6,7,8,9) на расстоянии 7,2 м от кирпичного сарая №3. Территории, свободные от застроек между сараями №3,4,5,8,6, использовались для обслуживания и эксплуатации этих сараев. В 2010 году земельный участок с кадастровым номером № сформирован по границам 1986 года. В 2017 году большая часть сарая №8 разрушилась, осталась только часть стены. Отсутствие доступа к конструктивным элементам сарая №8 является препятствием для его обслуживания и ремонта. ФИО6 неоднократно предъявлялись претензии о не допуске к части сарая №8 из-за строительства пристройки к сараю №3.

Также считают вывод суда о том, что спорный объект не способствует разрушению сарая №6 ввиду того, что блок №4 разрушен, на момент исследования находится в аварийном состоянии весь сарай №6 и не соответствует строительным нормам и правилам, не соответствует обстоятельствам дела. Данный вывод суда опровергается заключением эксперта №1935/6-2-24.

Кроме того, полагают, что судом неверно применены нормы материального права в части земельного, жилищного, гражданского законодательства. Считают, что ответчики в силу положений Жилищного кодекса РФ несут бремя содержания общего имущества собственников помещений жилого дома, соблюдая права и интересы своих соседей.

Ссылаются на то, что судом нарушены нормы процессуального права, что привело к принятию неправильного решения. Указывают на то, что представитель ответчиков ФИО9 в судебных заседаниях ввел себя некорректно и недобросовестно, давая пояснения в суде, всячески порицал ФИО1, указывал ФИО10, что отвечать на поставленные вопросы. Представитель ФИО2 - ФИО11 обращалась в суд с заявлением о принятии мер в отношении ФИО9 в виду того, что он вышел за пределы прав, изложенных в ст. 35 ГПК РФ, однако суд объявил замечание ФИО1 Также в судебном заседании суд необоснованно сделал замечание ФИО1 за неясность вопроса к эксперту. Действия ФИО9 и суда вводили ФИО1 в стресс, тем самым влияли на дачу пояснений по делу. ФИО1 считает, что суд нарушил его права, предусмотренные ст. 35 ГПК РФ. В подтверждение данных доводов истцы просят приобщить к материалам дела видеозапись судебных заседаний.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции иные участники по делу не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем суд апелляционной инстанции, руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч.ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, жилой дом <адрес> является многоквартирным, состоит из 4-х квартир. Собственником квартиры №2 являются ФИО2 и несовершеннолетние ФИО12, ФИО13, общая площадь квартиры составляет 50,9 кв.м. Собственником квартиры №4 является ФИО1, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 16 октября 2012 года.

Собственником квартиры №3 является ФИО4, общая площадь квартиры составляет 46,7 кв.м, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 28 мая 2015 года. В указанной квартире постоянно проживает ФИО3

Согласно выписке из ЕГРН земельный участок с кадастровым номером № поставлен на кадастровый учет 21 мая 2007 года, площадью 675 +/- 9 кв.м, категории земель «земли населенных пунктов», с видом разрешенного использования «для обслуживания многоквартирного жилого дома».

Смежный земельный участок с кадастровым номером № поставлен на кадастровый учет 7 мая 2010 года, площадью 683+/-18 кв.м, категории земель «земли населенных пунктов», с видом разрешенного использования «для ведения садоводства», предоставлен в аренду ФИО1, срок действия аренды установлен с 15 апреля 2016 года по 11 июня 2059 года.

Земельный участок с кадастровым номером № имеет общую площадь 410 +/- 7 кв.м, поставлен на кадастровый учет 4 февраля 2014 года, категории земель «земли населенных пунктов», с видом разрешенного использования «для ведения садоводства», ограничен правом аренды в пользу ФИО1, срок аренды установлен с 7 апреля 2014 года по 6 апреля 2029 года.

Согласно выписке из ЕГРН земельный участок с кадастровым номером №, имеет общую площадь 800 кв.м, поставлен на кадастровый учет 13 декабря 2002 года, категории земель «земли населенных пунктов», с видом разрешенного использования «для обслуживания индивидуального жилого дома», правообладателем является ФИО25

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы №1231/6-2-22 от 10 февраля 2023 года, нежилое строение вспомогательного назначения, имеющее характеристики: длина 7,36 м, ширина 3,2 м, высота -5,5 м, расположенное вблизи жилого дома <адрес>, соответствует строительным нормам и правилам, но не соответствует градостроительным требованиям п. 7.1 СП 42.13330.2016 (7), требованиям п. 5.3.4. СП 30-102-99 (6) и Правилам землепользования и застройки муниципального образования «Гвардейский городской округ» Калининградской области (10) в части расположения нежилого строения вспомогательного назначения от границ земельного участка на расстоянии менее 1 м, фактически данное нежилое здание вспомогательного назначения расположено по границе земельного участка, частично заходит на соседний участок с кадастровым номером № на расстояние до 0,17 м. Эксперт пришел к выводу о том, что сохранение указанного объекта возможно путем его реконструкции, а именно демонтажа части нежилого строения со стороны земельного участка с кадастровым номером №, длиной демонтируемой части 1,2 м.

Также согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы №1935/6-2-24 от 28 августа 2025 года, нежилое строение вспомогательного назначения, имеющее характеристики: длина 7,36 м, ширина 3,2 м, высота -5,5 м (реконструированное из сарая №3 и возведенного на нем объекта имеющего характеристики: длина 7,36 м, ширина 3,2 м, высота 5,5 м, с устроенной двухскатной крышей), расположенное вблизи территории жилого дома по адресу: <адрес> имеет следующие конструктивные элементы: фундамент – ленточный бутобетонный, с глубиной заложения 400 мм, полы в помещении бетонные, стены строения выполнены из керамического полнотелого кирпича на сложном растворе толщиной 250 мм, перекрытие выполнено железобетонное толщиной 150 мм, стропильная система выполнена по деревянным стропильным ногам с шагом 1,2 – 1,4 м со сплошной обрешеткой, кровельное покрытие выполнено рулонное из рубероида (толь), наружный водосток не организован, со стороны левого бокового фасада частично выполнен желоб. Сверхнормативных деформаций в части отклонения стен от вертикали и горизонтали не имеется. Признаки, указывающие на недопустимое или аварийное состояние конструкций, отсутствуют.

Нежилое строение вспомогательного назначения хозяйственной постройки, представляющей собой четырехблочный сарай №6, расположенное вблизи территории жилого дома по адресу: <адрес>, имеет следующие конструктивные элементы: фундамент отсутствует, полы выполнены дощатые, стены строения выполнены из деревянных досок, стропильная система выполнены по деревянным стропильным ногам, со сплошной обрешеткой, кровельное покрытие выполнено из металлических листов.

Блок №4, находящийся в пользовании ФИО2, разрушен, находится в аварийном состоянии.

Блок №3, находящийся в пользовании ФИО3, имеет сквозное отверстие в стене, примыкающей к каменному сараю №3.

В целом хозяйственная постройка - четырехблочный сарай №6 находится в аварийном состоянии.

Эксперт пришел к выводам о том, что объект, имеющий характеристики: длина 7,36 м, ширина 3,2 м, высота -5,5 м (реконструированное из сарая №3 и возведенного на нем объекта имеющего характеристики: длина 7,36 м., ширина 3,2 м, высота 5,5 м) способствует разрушению и обрушению соседних строений вспомогательного назначения (особенно сарая №6) вследствие влияния перепада высоты строений. При этом эксперт отметил, что конструктивное исполнение крыши четырехблочного сарая №6 не удовлетворяет условиям предела прочности крыши, как с учетом образования снегового мешка, так и без него.

Нежилое строение вспомогательного назначения четырехблочный сарай №6 не соответствует строительным нормам и правилам и градостроительным требованиям в части расположения нежилого строения от границ земельного участка с кадастровым номером № на расстояние не менее 1 м, фактически данное строение расположено на границе земельного участка.

Четырехблочный сарай №6 имеет признаки разрушения и находится в аварийном состоянии. Наиболее вероятными причинами его разрушения является: 1) физический износ строения (нормативный срок службы деревянных построек составляет 20 лет, фактически срок службы строения составляет 39 лет), 2) износ в ходе эксплуатации исследуемого строения, не соответствие конструктивного исполнения крыши условиям предела прочности крыши, а также дополнительной нагрузки в виде образования снегового мешка.

Разрешая требования о признании строения самовольной постройкой и ее сносе, принимая во внимание заключение судебной экспертизы, установив, что спорный объект был построен не позднее 1993 года, суд не усмотрел оснований для их удовлетворения.

Кроме того, отказывая в удовлетворении требований ФИО1 о восстановлении положения, существовавшего до нарушения его права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, путем понуждения ФИО3 снести строение, суд исходил из того, что четырехблочный сарай №6, а также кирпичный сарай №3, расположены на земельном участке не разграниченной государственной собственности.

Также судом указано на то, что ФИО1 не представлено доказательств наличия у него права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, на котором расположен спорный объект, равно как и не представлено доказательств нарушения его прав со стороны ответчиков, в части пользования земельным участком с кадастровым номером №, а также участком неразграниченной государственной (муниципальной) собственности, на котором расположен кирпичный сарай №3.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела, подтверждены доказательствами, которым судом дана надлежащая правовая оценка, с правильным применением норм материального права, регулирующих возникший спор.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 222 Гражданского кодекса РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

В предмет доказывания по иску о сносе самовольной постройки входят, в частности, следующие обстоятельства: отсутствие отведения в установленном порядке земельного участка для строительства; отсутствие разрешения на строительство; несоблюдение ответчиком градостроительных, строительных норм и правил при возведении постройки; нарушение постройкой прав и законных интересов истца.

Для признания постройки самовольной достаточно наличия одного из указанных нарушений.

В соответствии с нормами статьи 51 Градостроительного кодекса РФ, а также положениями статьи 3 Федерального закона от 17 ноября 1995 года №169-ФЗ «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации» строительство, реконструкция объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт осуществляются на основании разрешения на строительство, которое выдается органом местного самоуправления по месту нахождения земельного участка, где планируется строительство.

Согласно положениям статей 1, 2, 8, 9, 30, 36, 44, 47, 48, 51 и 55 Градостроительного кодекса РФ при строительстве или реконструкции объекта недвижимости требуются, помимо наличия права на земельный участок, доказательства осуществления строительства на основе документов территориального планирования и правил землепользования и застройки, а также осуществления градостроительной деятельности с соблюдением требований безопасности территорий, инженерно-технических требований, требований гражданской обороны, обеспечением предупреждения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, осуществления градостроительной деятельности с соблюдением требований охраны окружающей среды и экологической безопасности, при наличии в установленном порядке составленной проектной документации, с получением разрешения на строительство, разрешения на ввод объекта недвижимости в эксплуатацию, подтверждающих осуществление застройки с соблюдением градостроительных и строительных норм и правил, норм и правил о безопасности.

Согласно пункту 3 статьи 222 Гражданского кодекса РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно пункту 26 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности, к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию.

Исходя из конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, избранный истцом способ защиты должен соответствовать характеру и степени допущенного нарушения его прав или законных интересов, либо публичных интересов.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в абзацах 6-8 пункта 4 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом 16 ноября 2022 года, понятие «самовольная постройка» в контексте положений статьи 222 Гражданского кодекса РФ распространяется на объекты недвижимости, не являющиеся индивидуальными жилыми домами, с 1 января 1995 года, и указанная норма применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после ее введения в действие (Федеральный закон от 30 ноября 1994 года №52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Положения ст. 109 Гражданского кодекса РСФСР 1964 года предусматривала снос (безвозмездное изъятие) в качестве самовольных построек только жилых домов (дач), построенных гражданами.

Следовательно, здания, строения и сооружения нежилого назначения, построенные до 1 января 1995 года, в силу закона не могут быть признаны самовольными постройками.

Согласно техническому паспорту на жилой дом и земельный участок по ул. <адрес> состоянию на 29 июня 1970 года, с изменениями от 10 декабря 1986 года, на дворовой территории жилого дома расположены вспомогательные деревянные строения (сараи) в количестве 7 штук (№№ 1, 2, 4, 5, 6, 7, 8) и 1 кирпичный сарай (№3).

В обоснование заявленных требований ФИО2 указывает на то, что ФИО3 в 1991 году произвел строительство недвижимого капитального объекта вблизи дощатых сараев № 6, 7, 8, 5, 4, имеющего характеристики: длина 7,36 м, ширина 3,2 м, высота 5,5 м (кирпичное строение с двухскатной крышей – сарай №3).

Истец ФИО1 в своем иске указывает на то, что ФИО3 в 1992 году произвел реконструкцию капитального нежилого строения №3.

Вместе с тем, как следует из пояснений свидетелей ФИО26. в 1993 году кирпичный двухэтажный сарай ФИО3 уже был построен, и стоял на том же месте, где он расположен в настоящее время. ФИО14 дополнительно пояснил, что в 1993 году привозил ФИО3 от бумажной фабрики, где они работали, строительные материалы для ремонта крыши этого сарая.

Учитывая, что иных доказательств, подтверждающих период возведения спорной постройки, истцами в материалы дела не представлено, суд первой инстанции сослался на показания указанных выше свидетелей, в связи с чем обоснованно пришел к выводу о том, что спорная постройка возведена не позднее 1993 года.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчиками до настоящего времени проводятся работы по реконструкции спорного строения, опровергаются материалами дела, в том числе заключением судебной экспертизы.

Кроме того, как следует из заключения судебной экспертизы спорное строение соответствует требованиям действующих строительных норм и правил, в аварийном состоянии не находится, используется ответчиками по назначению, доказательств, подтверждающих, что оно несет угрозу жизни и здоровью неограниченного круга лиц, истцами не представлено.

Также как следует из заключения судебной экспертизы четырехблочный сарай №6, а также кирпичный сарай №3, расположены на земельном участке не разграниченной государственной собственности. На кадастровый учет земельный участок не поставлен, его границы не определены.

Экспертами при проведении исследования за границы участка приняты границы смежных участков с кадастровыми номерами №

При этом как следует из исследованных выписок ЕГРН, указанные земельные участки были сформированы после возведения деревянного четырехблочного сарая №6 и кирпичного сарая №3.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что граница земельного участка с кадастровым номером № была сформирована по существующим строениям: деревянный сарай №6, кирпичный сарай №3 и деревянный сарай №5.

Кроме того, доводы апелляционной жалобы о том, что спорный объект способствует разрушению деревянного сарая №6, опровергаются экспертным заключением №1935/6-2-24, в выводах которого указано на то, что четырехблочный сарай №6 не соответствует строительным нормам и правилам, находится в аварийном состоянии, блок №4, находящийся в пользовании ФИО2, на момент исследования разрушен.

Доводы апелляционной жалобы относительно несогласия с выводами судебной экспертизы объективно представленными доказательствами не подтверждаются.

Данных, подвергающих сомнению правильность и обоснованность выводов эксперта, истцом не представлено. Нарушений при производстве экспертизы и даче заключения требований Федерального закона от 31 мая 2001 года №73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», положений ст.ст. 79-85 ГПК РФ, которые бы свидетельствовали о неполноте, недостоверности и недопустимости заключения эксперта и неправильности сделанных выводов суда по доводам апелляционной жалобы не установлено. Экспертиза проведена компетентным экспертом, обладающим специальными познаниями в области соответствующих исследований. Результаты оценки судебной экспертизы как доказательства, отвечающего требованиям относимости, допустимости и достоверности, при отсутствии каких-либо неясностей, неточностей, исключающих неоднозначное толкование выводов эксперта, суд подробно отразил в судебном акте, привел мотивы, по которым он считает данное доказательство приемлемым, оценив их наряду с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела в соответствии с правилами ст.ст. 55, 56, 67, 71, 86 ГПК РФ.

У суда не возникло сомнений в обоснованности заключения эксперта, противоречий, неточностей в его выводах и оснований для назначения повторной судебной экспертизы, предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ, судом не установлено.

Оснований для переоценки доказательств по делу у суда апелляционной инстанции не имеется в силу отсутствия факта нарушения правил оценки доказательств судом первой инстанции.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд рассмотрел дело по не заявленным истцами требованиям, противоречит материалам дела, поскольку истцами были предъявлены и судом рассмотрены требования о признании объекта самовольной постройкой и ее сносе, а также о восстановлении положения, существовавшего до нарушенного права. Неуказание в водной части решения суда способов восстановления нарушенных прав, не свидетельствуют о нарушении судом положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено нарушения или неправильного применения норм материального права, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, результаты оценки доказательств судом в полном объеме отражены в решении и приведены мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом.

При этом, в силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ достаточность доказательств по делу определяет суд.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции определены верно, на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, судебная коллегия в пределах доводов апелляционной жалобы оснований к отмене или изменению оспариваемого решения не усматривает.

По существу доводы апелляционной жалобы повторно излагают правовую позицию, изложенную в суде первой инстанции, не содержат ссылки на обстоятельства, которые не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении решения, сводятся к несогласию с произведенной судом оценкой доказательств по делу.

Доводы о нарушении судом принципа осуществления правосудия на основе состязательности и равноправия сторон, предусмотренного ст. 12 ГПК РФ, несостоятельны, поскольку обстоятельств, свидетельствующих о том, что судом в нарушение ч. 1 ст. 12 ГПК РФ не созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, а также не произведена оценка предоставленных сторонами доказательств в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального и материального права, являющихся безусловным основанием для отмены или изменения решения, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Гвардейского районного суда Калининградской области от 17 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>