Решение № 2-3230/2019 2-44/2020 2-44/2020(2-3230/2019;)~М-2772/2019 М-2772/2019 от 29 января 2020 г. по делу № 2-3230/2019

Дело № 2-44/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2020 года г. Ростов-на-Дону

Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи ЗАХАРЕНКО Л.В.

при секретаре Селиной О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2 к МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2, обратилась в суд с настоящим иском к МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района, указав что, является матерью несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ года сын истца поступил по скорой помощи в МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района, получив на дому травму левой руки, хирург ЦРБ ФИО3, осмотрев ребенка и рентгеновский снимок, поставил диагноз: краевой фрагментарный перелом латерального мыщелка левой плечевой кости без смещения, другими врачами сыну была наложена гипсовая лангета, устно истцу было разъяснено, что у сына просто надломлена растущая кость, на все вопросы о необходимости в дальнейшем ухаживать за рукой, приезжать повторно или делать дополнительные снимки, ФИО3 ответил, что делать ничего не надо, а необходимо будет подойти к нему только через три недели. В связи с праздничными нерабочими днями, к врачу попали ДД.ММ.ГГГГ года, и когда был снят гипс, стало очевидно, что рука ребенка явно искривлена. Однако ФИО3 выдал истцу направление в ГБУЗ «Областная детская клиническая больница», сославшись на вторичное смещение, произошедшее якобы по вине истца, при этом ребенок за это время повторно не падал и руку второй раз не ломал. После осмотра в ОДКБ несколькими опытными травматологами-ортопедами выяснилось, что у ребенка на самом первом снимке уже имелся перелом кости со смещением. Истец считает, что врачами ЦРБ был поставлен неправильный диагноз и, самое главное - было потеряно время, если бы ребенок сразу был бы направлен в ОДКБ, то ему была бы проведена всего одна операция, поставлены внешние спицы, которые затем удалили бы без операционного вмешательства и повторного наркоза. Но так как кости срослись неправильно, их пришлось ломать и ставить внутренние спицы, затем понадобилась вторая операция, где ребенку опять давали наркоз и разрезали руку, чтобы удалить спицы Киршнера (ребенок находился в отделении травматологии и ортопедии ОДКБ с ДД.ММ.ГГГГ года по инициативе истца было произведено независимое описание врачами ОДКБ самого первого рентгеновского снимка из ЦРБ и оформлено заключение, согласно которому изначально имели место перелом и смещение головчатого возвышения левой плечевой кисти кнаружи до 0,8 см. и кверху. С данным независимым медицинским заключением и заявлением истец обратилась в Прокуратуру Заветинского района Ростовской области, откуда ее обращение было перенаправлено в Ростовский филиал АО «Страховая компания «Согаз-Мед», проведена экспертиза качества медицинской помощи, врачом-экспертом ФИО4 были выявлены следующие дефекты в работе врачей ЦРБ: Рентгенографией левого локтевого сустава в 2-х проекциях от ДД.ММ.ГГГГ года № не выявлено смещение отломка латерального надмыщелка плечевой кости, что привело к неправильной диагностике, выбору тактики лечения, удлинению его сроков и расширению объема дальнейшего медицинского вмешательства. Не назначен и не выполнен рентгенконтролъ сопоставления отломков и их нахождения на 5-7 день при гипсовой иммобилизации. Не проведен контроль кровообращения и иннервации в/конечности на 2-й день после наложения гипсовой лангеты и в дальнейшем 1 раз в 5-7 дней. Записи в медицинской документации не соответствуют данным реестра счетов. Таким образом, истец считает, что несвоевременное выполнение врачами больницы необходимых ребенку диагностических и лечебных мероприятий, недооценка тяжести состояния ребенка, а именно: несвоевременное направление ребенка в ОДКБ, неправильная диагностика, отсутствие выявления рентгенографией смещения отломка латерального надмыщелка плечевой кости, отсутствие назначений и невыполнение рентгенографического контроля сопоставления отломков и их нахождения на 5-7 день при гипсовой иммобилизации, отсутствие контроля кровообращения и иннервации в/конечности на 2-й день после наложения гипсовой лангеты и в дальнейшем 1 раз в 5-7 дней, в совокупности привели к неправильной тактике лечения, к удлинению сроков лечения, осложнению течения заболевания, расширению объема дальнейшего медицинского вмешательства и в итоге - привели к причинению вреда здоровью ребенку. Истец сразу после случившегося обратилась с устной претензией в ЦРБ, однако главный врач больницы рассматривать данную ситуацию категорически отказался, сославшись на то, что никакого изначального смещения кости у ребенка не было и по причине отсутствия документального подтверждения неправильно описанного снимка от ДД.ММ.ГГГГ года и поставленного диагноза. Кроме того, выяснилось, что амбулаторная карта ФИО2 утеряна из регистратуры. ДД.ММ.ГГГГ года ответчику была направлена по почте заказным письмом с уведомлением претензия с предложением о компенсации морального вреда в досудебном порядке, однако ответчик в десятидневный срок так и не направил ответ на данную претензию. Истец полагает, что в нарушение ряда статей ФЗ «Об охране здоровья граждан в РФ», действующих федеральных стандартов и национального руководства по травматологии и ортопедии, оказания хирургической помощи детскому населению со стороны медицинского персонала больницы имели место: Выполнение непоказанных, неоправданных с клинической точки зрения, мероприятий, не регламентированных стандартами медицинской помощи, нарушение по вине медицинской организации преемственности в лечении, приведшие в совокупности к удлинению сроков лечения и ухудшению состояния здоровья пациента: неправильная диагностика и несвоевременное направление ребенка в ОДКБ; рентгенографией левого локтевого сустава в 2-х проекциях от ДД.ММ.ГГГГ года № не выявлено смещение отломка латерального надмыщелка плечевой кости, что привело к неправильной диагностике, выбору тактики лечения, удлинению его сроков и расширению объема дальнейшего медицинского вмешательства; не назначен и не выполнен рентгенконтроль сопоставления отломков и их нахождения на 5-7 день при гипсовой иммобилизации; не проведен контроль кровообращения и иннервации в/конечности на 2-й день после наложения гипсовой лангеты и в дальнейшем 1 раз в 5-7 дней. Действиями врачей больницы также было нарушено право на оказание пациенту медицинской помощи надлежащего качества; право родителей на получение достоверной информации о состоянии здоровья ребенка, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, диагнозе и прогнозе, методах лечения, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, их последствиях и результатах проведенного лечения. Со стороны врачей больницы также имел место факт нарушения деонтологических норм взаимоотношений с пациентом, его родными, выразившийся в неуважительном и негуманном отношении, проявлении равнодушия к судьбе несовершеннолетнего пациента. Истец ссылается на то, что действиями ответчика ей были причинен моральный вред (физические и нравственные страдания): в результате введения ее в заблуждение о действительном состоянии здоровья ребенка; переживания по поводу недооценки со стороны врачей состояния здоровья ребенка; переживания по поводу ухудшающегося состояния здоровья, мучений ребенка и халатного отношения врачей; при проведении первичной и повторной операции ребенку в ОДКБ; испытывала страх за ребенка, унизительное чувство беспомощности перед врачами. Также физические и нравственные страдания (переживания), причиненные истцу в период ухудшения состояния здоровья ребенка: тяжелейшие переживания по поводу ухудшающегося состояния здоровья ребенка, ежедневно наблюдая его мучения; испытала огромное потрясение, увидев, что происходит с ребенком после операции при выходе из наркоза, когда двое взрослых людей с трудом смогли его удержать лежащим на кровати при первичной и повторной операциях в ОДКБ; переживания при неоднократных обращениях с заявлениями в разные организации, при проведении экспертизы качества, посещении консультаций, что потребовало больших затрат времени (при наличии у истца двое несовершеннолетних детей ДД.ММ.ГГГГ рождения), во время поездок в транспорте, вследствие чего у истца появились проблемы со здоровьем. Физические и нравственные страдания сына истца: ребенок был ограничен в физической активности и в способности человека к самообслуживанию в течение 5 месяцев - с ДД.ММ.ГГГГ; наличие сильного болевого синдрома у ребенка в течение 5 месяцев; в течение 5 месяцев имелась степень ограничения способности к полноценному общению со сверстниками, занятий спортом; собирая повторно весь пакет документов ко второй операции в ОДКБ, ребенок вынужден был на жаре в машине с ДД.ММ.ГГГГ дня ожидать прибытия хирурга ФИО3; после второго общего наркоза ОДКБ ребенок стал очень капризным и возбужденным, наблюдался у невролога. Действиями медицинского персонала больницы нарушены ее личные неимущественные права, а именно: истцу причинены физические и нравственные страдания, заключающиеся в претерпевании ею утраты веры во врачей, чувства разочарования, горя, чувства безысходности, страха за будущее состояние здоровья ребенка; ситуация с ухудшением состояния здоровья ребенка нарушила душевный покой семьи истца, начались семейные проблемы, истец с ребенком вынуждены были постоянно посещать врачей, госпитализироваться в стационар ОДКБ, истец была вынуждена находиться в постоянном тревожном состоянии. После случившегося истец постоянно испытывает головокружения, слабость, у нее повысилось артериальное давление, участились боли в сердце, находится в состоянии постоянного стресса. Истец полагает, что причиненный врачами больницы моральный вред будет компенсирован в случае выплаты ей денежной суммы в размере 1000000 (один миллион) рублей, из них 700000 рублей (семьсот тысяч) рублей в счет компенсации физических и нравственных страданий ее сына, 300000 (триста тысяч) рублей - в счет компенсации ее физических и нравственных страданий. Ссылаясь на указанные обстоятельства, просит суд взыскать с Муниципального бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная районная больница» Заветинского района в пользу ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., денежную компенсацию за причиненный действиями (бездействиями) ответчика моральный вред в сумме 1000000 (один миллион) рублей, судебные расходы в общей сумме 48100 рублей, штраф на основании п. 6 ст. 13 «О защите прав потребителей» в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение ответчиком в добровольном порядке требований потребителя.

В судебное заседание явилась истец ФИО1, исковые требования поддержала, дала пояснения, аналогичные изложенным в иске, просила исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года, в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении.

В судебное заседание явился представитель ответчика ФИО6, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года, исковые требования не признал, в случае удовлетворения иска просил снизить размер компенсации морального вреда с учетом принципа соразмерности и взыскать в пользу ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей. В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» отказать в полном объеме, так как в данном случае не оказывались платные услуги.

В судебное заседание явился помощник прокурора Ленинского района г. Ростова-на-Дону Долгалева А.А. явилась, полагала искове требования подлежащими удовлетворению частично с учетом степени разумности.

Выслушав истца и ее представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативно-правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

По правилам части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работниками при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 151 ГК РФ при причинении лицу морального вреда, то есть физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона № 323 от 21.11.2011 года «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ст. 98 Федерального закона № 323 от 21.11.2011 года «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении серия № от ДД.ММ.ГГГГ года, выданным Отделом ЗАГС Администрации Заветинского района Ростовской области.

ДД.ММ.ГГГГ года сын истца - ФИО2 поступил по скорой помощи в МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района, получив на дому травму левой руки.

Согласно Р-графии левого локтевого сустава в 2-х проекциях ДД.ММ.ГГГГ года № ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ выявлен краевой фрагментарный перелом латерального надмыщелка плечевой кости без смещения к/о.

Хирург ЦРБ ФИО3, осмотрев ребенка и рентгеновский снимок, поставил диагноз: краевой фрагментарный перелом латерального мыщелка левой плечевой кости без смещения.

Другими врачами ФИО2 была наложена гипсовая лангета, устно истцу было разъяснено о необходимости подойти к хирургу ФИО3 только через три недели.

Согласно заключению врача ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ года был поставлен диагноз: краевой фрагментарный перелом летарального мыщелка левой плечевой кости (вторичное смещение), назначена консультация детского травматолога и выдано направление в ГБУЗ «Областная детская клиническая больница».

После осмотра травматологами-ортопедами ГБУЗ «Областная детская клиническая больница» выяснилось, что на самом первом снимке у ФИО2 уже имелся перелом кости со смещением.

Как следует из Выписного эпикриза № ГБУЗ РО «Областная детская клиническая больница» ребенок ФИО2 находился в отделении травматологии и ортопедии ГБУ РО ОДКБ с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года с диагнозом: неправильно консолидирующийся перелом головчатого возвышения левой плечевой кости. Проведено оперативное лечение - ДД.ММ.ГГГГ года - Открытая остеоклазия перелома головчатого возвышения левой плечевой кости, МОС. Рентгенограмма от ДД.ММ.ГГГГ года № левого локтевого сустава: определяется консолидирующий перелом головчатого возвышения. Головчатое возвышение смещено кпереди и кверху, наружи. На контрольной Р-грамме № от ДД.ММ.ГГГГ года стояние отломков головчатого возвышения в условиях МОС 2-мя спицами Киршнера удовлетворительное.

Как следует из Выписного эпикриза № ГБУЗ РО «Областная детская клиническая больница» ребенок ФИО2 находился в отделении травматологии и ортопедии ГБУ РО ОДКБ с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года с диагнозом: Консолидированный перелом головчатого возвышения слева в условиях МОС. Операция ДД.ММ.ГГГГ года: удаление металлоконструкций с левой плечевой кости. ДД.ММ.ГГГГ года был выписан в удовлетворительном состоянии с улучшением, где ему было рекомендовано амбулаторное наблюдение у врача-травматолога или хирурга поликлиники по месту жительства с рекомендациями по лечению и дальнейшей реабилитации, что отражено в выписном эпикризе.

Согласно медицинскому заключению ГБУЗ РО «Областная детская клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ года, на представленной рентгенограмме локтевого сустава в 2-х проекциях от ДД.ММ.ГГГГ года № определяется перелом головчатого возвышения левой плечевой кости. В прямой проекции отмечается смещение головчатого возвышения кнаружи до 0,8 см. и кверху.

С указанным независимым медицинским заключением и заявлением истец обратилась в Прокуратуру Заветинского района Ростовской области, откуда ее обращение было перенаправлено в Ростовский филиал АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед».

Согласно Экспертному заключению (протокол оценки качества медицинской помощи) № от ДД.ММ.ГГГГ года Ростовского филиала АО СК «СОГАЗ-Мед» врачом-экспертом ФИО4 были выявлены следующие дефекты в работе врачей ЦРБ: Рентгенографией левого локтевого сустава в 2-х проекциях от ДД.ММ.ГГГГ года № не выявлено смещение отломка латерального надмыщелка плечевой кости, что привело к неправильной диагностике, выбору тактики лечения, удлинению его сроков и расширению объема дальнейшего медицинского вмешательства. Не назначен и не выполнен рентгенконтролъ сопоставления отломков и их нахождения на 5-7 день при гипсовой иммобилизации. Не проведен контроль кровообращения и иннервации в/конечности на 2-й день после наложения гипсовой лангеты и в дальнейшем 1 раз в 5-7 дней. Записи в медицинской документации не соответствуют данным реестра счетов.

ДД.ММ.ГГГГ года истцом в адрес ответчика была направлена претензия с предложением о компенсации морального вреда в досудебном порядке, однако в установленный срок ответа на претензию не последовало.

Определением Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ года по настоящему делу судом была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ года ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» при изучении рентгеновских снимков ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ года, установлено наличие у ребенка остеоэпифизеолиза головчатого возвышения левой плечевой кости с угловым, поперечным смещением и диастазом. Диагноз, выставленный врачами МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района при рентгенологическом обследовании ДД.ММ.ГГГГ года пациента ФИО2, установлен не в полном объеме. Не было выявлено остеоэпифизеолиза головчатого возвышения левой плечевой кости с угловым, поперечным смещением и диастазом. При оказании медицинской помощи врачами МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района ребенку ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ года были допущены следующие дефекты: при рентгенографии ДД.ММ.ГГГГ года не было выявлено остеоэпифизеолиза головчатого возвышения левой плечевой кости с угловым, поперечным смещением и диастазом; в соответствии с неполным рентген-заключением неправильно выбрана тактика лечения перелома левой плечевой кости в виде гипсовой иммобилизации; не проведен рентген-контроль сопоставления отломков левой плечевой кости после гипсовой иммобилизации конечности. Выше описанные дефекты диагностики и лечения привели к неблагоприятным последствиям в виде неправильно консолидированного перелома головчатого возвышения левой плечевой кости с угловым, поперечным смещением и диастазом; что потребовало дополнительных оперативных пособий для восстановления конгруэтности суставной поверхности плечевой кости и удлинению сроков лечения пациента. Недостатки диагностики и неверно выбранная тактика лечения при оказании медицинской помощи ребенку ФИО2 врачами МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района» привели к неблагоприятным последствиям в виде удлинения сроков и объема лечения пациента. К каким-либо последствиям в виде стойкой утраты общей трудоспособности в результате травмы, не привели. Квалифицирующих признаков для установления степени тяжести причиненного вреда здоровью ребенка ФИО2 врачами МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района», не имеется.

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение вышеуказанной комплексной судебно-медицинской экспертизы, суд полагает, что оно составлено в соответствии с действующим законодательством, регламентирующим производство судебных экспертиз, выводы экспертов согласуются с имеющимися в материалах дела доказательствами и установленными судом обстоятельствами, при этом сторонами в установленном порядке отводов эксперту не заявлено, заявлений о фальсификации доказательств не представлено, равно как и надлежащих доказательств недостоверности выводов экспертов.

Как следует из приложения к заключению экспертизы, экспертное исследование произведено квалифицированными специалистами в области травматологии и ортопедии, имеющими ученую степень.

Таким образом, выводы экспертов свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между наступившими последствиями в виде неправильно консолидированного перелома головчатого возвышения левой плечевой кости с угловым, поперечным смещением и диастазом, вследствие чего, с учетом совокупности изложенных доказательств, суд приходит к выводу о том, что в указанном случае усматриваются дефекты диагностики и лечения врачами МБУЗ «Центральная районная больница».

Из положений статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Поскольку ответчик не исполнил свою обязанность по качественному и квалифицированному оказанию медицинских услуг, доводы его представителя об отсутствии вины лечебного учреждения в наступивших последствиях подлежат отклонению.

В связи с чем суд полагает, что между дефектами в оказании медицинской помощи несовершеннолетнему ФИО2 и наступлением последствий в виде неправильно консолидированного перелома головчатого возвышения левой плечевой кости с угловым, поперечным смещением и диастазом, для восстановления которого потребовалось выполнение реконструктивных оперативных вмешательств и длительного восстановительного лечения, имеется прямая причинно-следственная связь.

При таких обстоятельствах, суд признает право несовершеннолетнего ФИО2 на компенсацию морального вреда.

В силу изложенного, суд полагает доказанным наличие вины в причинении вреда несовершеннолетнему ФИО2 в результате некачественного оказания ему медицинской помощи.

Поскольку имеются доказательства вины ответчика в некачественном выполнении медицинскими работниками МБУЗ «Центральная районная больница» своих профессиональных обязанностей при лечении несовершеннолетнего ФИО2 и причинной связи допущенных дефектов в оказании медицинской помощи с причинением вреда здоровью несовершеннолетнего ФИО2, и не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины ответчика, на ответчика в силу ст.ст. 151, 1064, 1068, 1099 ГК РФ должна быть возложена обязанность по компенсации несовершеннолетнему ФИО2 морального вреда, причиненного перенесенными страданиями.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Вместе с тем, утверждения истца о том, что ребенок после наркоза ОДКБ стал очень капризным и возбужденным, наблюдался у невролога - никакими доказательствами, отвечающими требованиям ст.ст. 59, 60 ГПК РФ, не подтверждены, напротив, из выписных эпикризов ГБУ РО «ОДКБ» № усматривается, что в обоих случаях ранний послеоперационный период протекал спокойно, течение послеоперационного периода гладкое, рана заживает первичным натяжением.

Более того, экспертами в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ года сделан вывод о том, что недостатки диагностики и неверно выбранной тактики лечения при оказании медицинской помощи ФИО2 врачами МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района к каким-либо последствиям в виде стойкой утраты общей трудоспособности в результате травмы не привели. Квалифицирующих признаков для установления степени тяжести причиненного вреда здоровью ФИО2 врачами МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района не имеется.

Все вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что функциональная способность поврежденной руки ребенка восстановлена полностью, без каких-либо негативных последствий, ему не требуется послеоперационная реабилитация, что в свою очередь свидетельствует о том, что заявленный размер компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей является явно завышенным и не отвечающим принципу соразмерности.

Исходя из вышеизложенного, учитывая принцип разумности и справедливости, принимая во внимание характер физических и нравственных страданий несовершеннолетнего ФИО2 в результате некачественно оказанных ответчиком медицинских услуг, суд полагает обоснованной подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, компенсации морального вреда в размере 150000 рублей.

Вместе с тем, суд находит необоснованным требования истца о взыскании компенсации морального вреда непосредственно в свою пользу, в связи с перенесенными ею физическими и нравственными страданиями.

Поскольку в силу ст. 32 «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» согласие на медицинское вмешательство в отношении малолетних и граждан, признанных в установленном законом порядке недееспособными, дают их законные представители, то предполагается, что в случае не предоставления необходимой информации право на возмещение вреда имеет лицо, в интересах которого действует законный представитель. Законодатель не предоставляет право на компенсацию морального вреда непосредственно законному представителю, который действует в интересах ребенка и от его имени, при отсутствии доказательств претерпевания нравственных и физических страданий, связанных с данным нарушением.

Таких доказательств истцом в ходе рассмотрения дела суду не представлено. Пояснения истца о том, что она испытывала физические и нравственные страдания из-за переживаний по поводу состояния здоровья ребенка, находилась в состоянии постоянного стресса, ничем не подтверждены. Каких-либо документов, свидетельствующих об обращении истца в лечебные учреждения по вопросу перенесенных нравственных страданий и переживаний, суду не представлено.

Требования о взыскании штрафа на основании пункта 6 статьи 13 Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» суд полагает незаконными и не подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счёт средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативно-правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (часть 1 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счёт личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (часть 2 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объёме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объёме, превышающем объём выполняемого стандарта медицинской помощи (часть 4 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (часть 8 статьи 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из приведённых нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что законом гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Наряду с этим Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи. К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 года № 1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Согласно пункту 2 названных правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счёт личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором.

Таким образом, из смысла и содержания вышеуказанных правовых норм следует, что только потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона «О защите прав потребителей».

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортёрами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от её организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортёра) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присуждённой судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присуждённой судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300- 1 «О защите прав потребителей» требования потребителя этих услуг.

Между тем, из материалов дела усматривается, что оказание медицинской помощи ФИО2 в МБУЗ «ЦРБ» Заветинского района осуществлялось бесплатно, что свидетельствует об отсутствии законных оснований для удовлетворения требований истицы о взыскании штрафа.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что требования истца о взыскании штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем суд полагает, что подлежащая взысканию сумма расходов на оплату юридических услуг, состоящих из расходов на оплату услуг представителя 48100 рублей, должна быть уменьшена.

Так в соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Данная статья предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные стороной, в пользу которой принято судебное решение, с противоположной стороны в разумных пределах является одним из правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителей, соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон.

При определении суммы, подлежащей взысканию в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд исходит из среднего уровня оплаты аналогичных услуг, при этом суд учитывает степень сложности гражданского дела, цену иска, обоснованность заявленных требований, а также принимает во внимание объем и качество проведенной представителем истца по делу работы и количество судебных заседаний, в которых представитель истца принимал участие.

Как следует из представленного договора об оказании юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ года, акта сдачи-приемки работ, истцом по настоящему гражданскому делу понесены расходы на оплату услуг представителя в общем размере 48100 рублей.

Таким образом, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд признает расходы на оплату услуг представителя чрезмерно завышенными, в связи с чем полагает, что сумма, взыскиваемая в возмещение этих расходов, должна быть уменьшена и подлежит взысканию с ответчика в размере 15000 рублей.

В силу ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В данном случае, оплата судебной экспертизы была возложена на ответчика МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района, который не внес за ее проведение соответствующую плату, однако экспертиза была проведена, и решение состоялось в пользу истца.

В этой правовой ситуации суд считает, что допустима аналогия закона, то есть применение нормы, регулирующей сходные отношения, а именно ч. 2 ст. 100 ГПК РФ. Таким образом, в данном случае суд полагает возможным взыскание неоплаченных судебных издержек с ответчика непосредственно в пользу экспертного учреждения.

Учитывая представленные ГБУ РО «БСМЭ» данные, согласно которым стоимость проведения комплексной судебно-медицинской экспертизы составляет 66705 рублей, суд считает необходимым взыскать с МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района в пользу ГБУ РО «БСМЭ» расходы по проведению экспертизы в размере 66705 рублей.

Согласно ч. 1ст. 103 ГПКРФиздержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которыхистецбыл освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой частиисковыхтребований.

В силу пп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодексаРФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам, связанным о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих об освобождении от уплаты госпошлины.

С учётом изложенного с МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района в соответствующий бюджет по правилам ст. 333.19 НК РФ подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей, за удовлетворенные судом требования о компенсации моральноговреда.

Исходя из вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района в пользу ФИО1, действующей интересах несовершеннолетнего ФИО2, компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 15000 рублей

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2 отказать.

Взыскать с МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района, расходы, связанные с оплатой госпошлины в размере 300 рублей, в соответствующий бюджет.

Взыскать с МБУЗ «Центральная районная больница» Заветинского района в пользу ГБУ РО «БСМЭ» расходы, связанные с проведением судебной экспертизы в размере 66705 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 06 февраля 2020 года

Судья