Решение № 2-139/2020 2-139/2020(2-4243/2019;)~М-3021/2019 2-4243/2019 М-3021/2019 от 13 февраля 2020 г. по делу № 2-139/2020

Дело № 2-139/2020

Поступило в суд 15.08.2019

№...


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 февраля 2020г. г. Новосибирск

Новосибирский районный суд Новосибирской области в составе:

Председательствующего Семенихиной О.Г.

При секретаре Черневич О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ЖСК ИЗ «Ключевой» о признании недействительным решения правления от ДД.ММ.ГГГГ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ЖСК ИЗ «Ключевой» о признании недействительными всех решений правления товарищества, оформленных протоколом от ДД.ММ.ГГГГ; об обращении решения суда к немедленному исполнению. В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ правлением ЖСК ИЗ «Ключевой» было проведено собрание членов правления с повесткой собрания:

Утверждение повестки собрания;

Избрание председателя и секретаря собрания;

Выделение денежных средств на проведение собрания;

Исключение из членов кооператива ФИО1

ФИО1 присутствовала на собрании. Считает его решение недействительным по следующим основаниям:

Отсутствовал кворум для принятия решений. Согласно протоколу общего собрания членов товарищества от ДД.ММ.ГГГГ в члены правления были избраны 16 человек: фио 1, фио 2, фио 3, фио 4, фио 5, фио 6, фио 7, фио 8, фио 9, фио 10, фио 11, фио 12, фио 13, фио 14, фио 15, фио 16

В соответствии с пунктом 5.2.4. Устава правление правомочно принимать решения, если на его заседании присутствует не менее 2/3 членов правления, что составляет не менее 11 человек.

На оспариваемом собрании присутствовало 10 членов правления: фио 2, фио 3, фио 4, фио 5, фио 8, фио 9, фио 10, фио 11, фио 12, фио 15

Подписи остальных членов собрания были собраны позднее.

Решение собрания по первому вопросу не содержит сведений о том, в какой форме проводится собрание; повестка не содержит сведений о периоде, на который утверждаются взносы, штатное расписание.

При принятии решения по третьему вопросу не был обсужден вопрос о целесообразности привлечения бухгалтера со стороны. Оплата бухгалтера должна будет осуществляться за счет средств членов товарищества, указанные расходы не предусмотрены сметой.

В четвертом вопросе повестки собрания было принято решение об исключении ФИО1 из членов кооператива по мотивам наличия у ФИО1 задолженности перед кооперативом и причинения ею ущерба кооперативу. С приведенными основаниями истец не согласна, так как задолженность по обязательным взносам взыскивается с нее на основании решений суда, ущерб кооперативу истец не причиняла.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала по указанным в иске основаниям.

Представитель ЖСК ИЗ «Ключевой» фио 17 исковые требования не признала. В обоснование возражений ссылалась на то, что на оспариваемом собрании правления утверждалась только повестка предстоящего общего собрания членов товарищества. Само по себе включение какого-либо вопроса в повестку дня общего собрания не может нарушать права истца, поскольку решение по данному вопросу принимается общим собранием. Общее собрание членов товарищества, которое было собрано после оспариваемого решения правления, не состоялось по причине отсутствия кворума, поэтому решение, в том числе, об исключении ФИО1 из членов товарищества не принято; отсутствует нарушение ее прав. Полагает, что заседание правления было правомочно, так как на нем присутствовали члены правления, подписавшие протокол собрания, в количестве 14 человек. На собрании отсутствовало только два члена правления: фио 14 и фио 7

Полагает, что процедура проведения собрания членов правления не нарушена, истцом при предъявлении настоящего иска не указано какие ее права и законные интересы нарушены оспариваемым решением.

Суд, исследовав письменные материалы дела, заслушав объяснения сторон, приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего:

Из материалов дела следует, что ФИО1 являлась членом ЖСК ИЗ "Ключевой", что не оспаривалось стороной ответчика и следует из оспариваемого решения.

Жилищно-строительный кооператив ИЗ "Ключевой" зарегистрирован в качестве юридического лица, его Устав утвержден ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 2.1. Устава предусмотрено, что основной целью деятельности кооператива является удовлетворение потребностей членов кооператива в жилье, строительстве инженерных коммуникаций, сооружений, объектов и другого имущества общего пользования, а также управления жилыми и нежилыми помещениями в кооперативе.

Согласно п. 5.1.1. Устава высшим органом управления кооператива является общее собрание членов, в полномочия которого входит утверждение решений правления о принятии и исключении из членов кооператива. (п.4)

В соответствии с п. 5.2.1 Правление кооператива является исполнительным органом кооператива, осуществляет руководство оперативно-хозяйственной деятельностью кооператива, в полномочия которого входит прием и исключение из членов кооператива с последующим утверждением этих решений на общем собрании.

ФИО1 оспаривает решение членов правления ЖСК ИЗ «Ключевой» от ДД.ММ.ГГГГ с повесткой собрания:

Утверждение повестки собрания;

Избрание председателя и секретаря собрания;

Выделение денежных средств на проведение собрания;

Исключение из членов кооператива ФИО1

В качестве оснований для несогласия с принятыми на собрании всеми решениями указывает, в том числе, на то, что все решения приняты в отсутствие кворума, а решение об исключении из членов кооператива истца принято в отсутствие полномочий у правления на принятие решений об исключении членов кооператива.

Гражданское законодательство вопросы признания недействительными решений правления кооперативов не регулирует, поэтому, учитывая положения ст.6 ГК РФ, а также характер спорных правоотношений, суд полагает возможным применить к спорному вопросу аналогию права, регулирующего вопросы недействительности решений общих собраний и сделок.

Согласно ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как предусмотрено п.4 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В силу п.75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

На основании ст.181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно, в том числе, принято при отсутствии необходимого кворума (п.2), принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания (в рассматриваемом случае - правления) (п.3).

Из протокола заседания правления ЖСК индивидуальных застройщиков «Ключевой» от ДД.ММ.ГГГГ с указываемой истцом повесткой следует, что правлением были приняты решения:

По первому вопросу: повестка общего собрания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

По второму вопросу: избран председатель и секретарь собрания.

По третьему вопросу: для проведения общего собрания выделить денежные средства в размере 40 тыс.руб., включая услуги бухгалтера.

По четвертому вопросу: решение об исключении ФИО1 из членов кооператива за нарушение устава кооператива (в том числе п.4.4.устава), систематическую неуплату установленных в кооперативе взносов; нанесение своими действиями вреда имуществу кооператива. Вынести на утверждение общего собрания вопрос об исключении ФИО1 из членов кооператива.

По пятому вопросу приняли решение о принятии в члены ЖСК нового собственника пая.

Согласно ч.3 ст.118 Жилищного кодекса Российской Федерации, порядок деятельности правления жилищного кооператива и порядок принятия им решений устанавливаются уставом и внутренними документами кооператива (положением, регламентом или иным документом кооператива).

В соответствии с пунктом 5.2.4 Устава ЖСК, правление правомочно принимать решения, если на его заседании присутствует не менее 2/3 членов Правления.

В соответствии с протоколом общего собрания членов товарищества от ДД.ММ.ГГГГ в члены правления были избраны 16 человек: фио 1, фио 2, фио 3, фио 4, фио 5, фио 6, фио 7, фио 8, фио 9, фио 10, фио 11, фио 12, фио 13, фио 14, фио 15, фио 16

Для наличия кворума на заседании правления должно присутствовать не менее 11 членов правления (2/3 от 16 членов).

Из пояснений истца, присутствовавшей на заседании правления, оспариваемые решения были приняты 10-ю членами правления, а именно, фио 2, фио 3, фио 4, фио 5, фио 8, фио 9, фио 10, фио 11, фио 12, фио 15 Остальные члены, в том числе, подписавшие протокол фио 1, фио 6, фио 18, фио 19, на заседании правления отсутствовали.

Данные обстоятельства подтверждены свидетелем фио 20, которая, согласно протоколу оспариваемого собрания, присутствовала на заседании правления. Свидетель указала, что фамилии всех присутствующих членов правления назвать не может, так как не знает всех членов правления по фамилиям, однако, может утверждать, что все решения принимались в составе 10 членов правления, так как она пересчитала их в ходе собрания. Другие члены товарищества не приходили на собрание. ФИО1 в ходе собрания указывала на то, что на собрании присутствует только 10 членов правления, на что получила утвердительный ответ от председательствующего.

В ходе судебного заседания судом была прослушана аудиозапись оспариваемого собрания. На 17 минуте 50 секунде записи имеется вопрос ФИО1 к председательствующему на собрании о том, сколькими членами правления принимаются решения на собрании, принимаются ли они 10-ю членами, на что был получен положительный ответ.

Заявлений о подложности аудиозаписи стороной ответчика сделано не было. Напротив, на вопрос суда, представитель ответчика указала, что не оспаривает, что запись производилась при указываемых ФИО1 обстоятельствах и соответствует действительности.

Оспаривание ФИО1 сведений протокола собрания правления от ДД.ММ.ГГГГ о количестве присутствовавших на нем членов правления, а также представление ею доказательств не соответствия этих сведений действительности, влекло обязанность ЖСК ИЗ "Ключевой" по правилам ст.56 ГПК РФ доказать наличие кворума.

Доказательств того, что на собрании присутствовало 14 членов правления, в том числе, подписавшие протокол фио 1, фио 6, фио 18, фио 19, суду ответчиком представлено не было, пояснения ФИО1 и свидетеля фио 20, результаты прослушивания аудиозаписи заседания правления, не опровергнуты.

Доводы ФИО1 о том, что фио 1, фио 6, фио 18, фио 19 не присутствовали на оспариваемом собрании правления и не участвовали в голосовании, были изложены в исковом заявлении истца, поступившем в суд в августе 2019г. Следовательно, ответчику основания для оспаривания кворума были известны на всем протяжении рассмотрения спора, в течение которого было достаточно времени для представления доказательств. В определении суда о подготовке к рассмотрению дела бремя доказывания законности оспариваемого решения возложено на ответчика.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ответчик не воспользовался без уважительных причин при наличии соответствующей возможности своими процессуальными правами по предоставлению доказательств в соответствии со своим бременем доказывания, в связи с чем, несет риск наступления неблагоприятных последствий несовершения им процессуальных действий.

Учитывая отсутствие кворума, оспариваемое решение правления является ничтожным по всем вопросам повестки собрания.

В соответствии с ч.3 ст.130 Жилищного кодекса Российской Федерации, член кооператива может быть исключен из кооператива на основании решения общего собрания членов кооператива (конференции) в случае грубого неисполнения этим членом без уважительных причин своих обязанностей, установленных ЖК РФ или уставом кооператива.

В силу п.2 ст.113 Жилищного кодекса Российской Федерации, в уставе жилищного кооператива могут содержаться не противоречащие настоящему кодексу (ЖК РФ), другим федеральным законам положения.

Пунктом 4.5.1. Устава ЖСК ИЗ «Ключевой» предусмотрено, что член кооператива может быть исключен из членства в случаях: нарушения Устава кооператива, правил проживания, несоблюдения санитарно-экологических норм проживания, за безнадзорное содержание животных; систематическую неуплату установленных взносов; осуществление деятельности, нарушающей действующее законодательство либо дискредитирующей кооператив; нанесения своими действиями вреда имуществу кооператива; в иных случаях, когда нахождение в кооперативе подрывает престиж кооператива или препятствует осуществлению деятельности кооператива.

Исключение из членов кооператива осуществляется на основании решения общего собрания. Решение об исключении из членов кооператива рассматривается на правления, принятое решение об исключении выносится на утверждение общему собранию и направляется для уведомления исключенному.

Из дословного содержания Устава следует, что решение об исключении члена кооператива принимается на заседании правления, после чего, принятое решение выносится на утверждение общего собрания, что свидетельствует о том, что полномочия общего собрания по принятию решения о приеме и исключении из членов гражданско-правового сообщества ЖСК ИЗ «Ключевой» делегированы правлению.

Между тем, Устав не может противоречить императивным положениям закона, который принятие решения об исключении из членов кооператива относит к исключительной компетенции общего собрания, которое не утверждает уже принятое правлением решение, а самостоятельно принимает такое решение на основании исследования всех обстоятельств, которые могут повлечь принятие решения об исключении члена кооператива, в том числе, по результатам заслушивания члена кооператива, в отношении которого принимается такое решение.

Каких-либо норм, предоставляющих право передавать такие полномочия правлению кооператива действующее законодательство РФ не содержит.

Из оспариваемого протокола правления следует, что правлением рассматривались основания для исключения ФИО1 из членов товарищества, заслушивались объяснения самой ФИО1, приглашенной на заседание правления, что не входит в компетенцию правления в соответствии с законом, в той части, в которой принятие решения об исключении члена сообщества, в том числе, изучение оснований для такого решения, выслушивание объяснений члена кооператива является исключительной компетенцией общего собрания ЖСК.

Последующее утверждение общим собранием ЖСК ИЗ "Ключевой" решения правления от ДД.ММ.ГГГГ об исключении ФИО1 из членов кооператива не может расцениваться как соблюдение установленной законодательством процедуры исключения из членов кооператива, поскольку как следует из содержания оспариваемого решения правления, общее собрание не будет рассматривать вопрос об исключении истца из членов кооператива, а лишь утвердит решение правления о ее исключении, что свидетельствует о принятии решения об исключении ФИО1 именно решением правления, а не решением общего собрания.

Между тем, само по себе решение общего собрания об утверждении решения правления не может заменить установленную законодательством процедуру исключения из членов кооператива.

В силу изложенного суд приходит к выводу о том, что принимая решение об исключении ФИО1 из членов ЖСК ИЗ «Ключевой», ответчик нарушил процедуру исключения из членов кооператива, предусмотренную законом, что также свидетельствует о ничтожности этого решения.

Возражения ответчика о том, что правление не принимало решения об исключении ФИО1, противоречат буквальному содержанию оспариваемого решения, в котором указано, что на обсуждение членов правления был вынесен вопрос об исключении ФИО1 из членов кооператива за нарушение устава, систематическую неуплату установленных в кооперативе взносов, нанесение своими действиями вреда имуществу кооператива, и вопрос о вынесении на утверждение общего собрания данного решения. По этим вопросам решение принято единогласно.

В качестве оснований для исключения ФИО1 из членов кооператива в протоколе правления от ДД.ММ.ГГГГ указано на то, что:

- с ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 инициирует многочисленные обращения в суд;

-в отношении ФИО1 имеются исполнительные производства, взыскателем по которым является ЖСК ИЗ "Ключевой";

-в отношении истца кооператив обращался с заявлением в правоохранительные органы о причинении ущерба;

-решением Новосибирского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 взысканы суммы задолженностей по оплате обязательных взносов.

Между тем, какие-либо акты правоохранительных органов, которыми бы были подтверждены доводы ответчика о причинении ФИО1 кооперативу ущерба, на заседании правления не исследовались, и при рассмотрении настоящего спора представлены не были. Иными доказательствами факт причинения ущерба также не подтвержден. Наличие на исполнении службы судебных приставов исполнительных производств в отношении ФИО1, которые ею исполняются, что не оспаривалось стороной ответчика, а также предъявление ФИО1 в суд в защиту своих прав исков, само по себе не может служить основанием для исключения ее из членов товарищества, поскольку такие основания прекращения членства в товариществе не предусмотрены законом и уставом кооператива.

Следовательно, решение правления об исключении ФИО1 по этому основанию, также является незаконным.

С доводами стороны ответчика о том, что оспариваемым решением Правления права ФИО1 не нарушены до утверждения общим собранием членов ЖСК ИЗ «Ключевой» решения правления о ее исключении из членов товарищества, суд не может согласиться.

Из положений ст.3 ГПК РФ следует, что за защитой гражданских прав может обратиться лицо, чьи права нарушены или оспариваются.

Исходя из положений Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 1158-О при наличии оснований предполагать, что права и свободы истца были нарушены или существует реальная угроза их нарушения, такому лицу гарантируется судебная защита.

В настоящем деле, в отношении ФИО1 в отсутствие полномочий правлением принято решение о ее исключении из членов товарищества, дана оценка основаниям, послужившим причиной принятия оспариваемого решения, что свидетельствует о том, что права истца затронуты оспариваемым решением.

Рассматривая требования ФИО1 об обращении решения суда к немедленному исполнению, суд исходит из того, что решение по настоящему спору не относится к числу решений, которые в соответствии со ст.211 Гражданского процессуального кодекса РФ подлежат немедленному исполнению. Кроме того, согласно разъяснениям в п.119 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожное решение собрания, а равно оспоримое решение собрания, признанное судом недействительным, недействительны с момента их принятия (п.7 ст.181.4 ГК РФ). Поэтому вынесенное решение не требует какого-либо отдельного решения о немедленном обращении его к исполнению. В данной части требования ФИО1 не подлежат удовлетворению.

Поскольку требования об обращении решения к немедленному исполнению не относятся к исковым требованиям, суд признает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным решение правления ЖСК ИЗ "Ключевой", оформленное протоколом от ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение 1-го месяца с момента вынесения мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Новосибирский районный суд Новосибирской области.

Мотивированное решение изготовлено 27.02.2020.

Председательствующий – О.Г.Семенихина