Апелляционное определение № 33-1179/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Тесля Ю.В. № 2-4092/2025

(в первой инстанции)

№ 33-1179/2026

(в апелляционной инстанции)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 марта 2026 года г.Севастополь

Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:

председательствующего судьи Ваулиной А.В.,

судей Григоровой Ж.В., Просолова В.В.,

при секретаре Макаренко Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 и Департамента городского хозяйства города Севастополя на решение Ленинского районного суда города Севастополя от 11 декабря 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Департаменту городского хозяйства города Севастополя о взыскании компенсации морального вреда,

(третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Государственное бюджетное учреждение города Севастополя «Парки и скверы»),

заслушав доклад судьи Ваулиной А.В.,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Департаменту городского хозяйства города Севастополя, в котором просил взыскать компенсацию морального вреда за полученные телесные повреждения в размере 500 000 рублей.

В обосновании своих требований указал, что 12 декабря 2024 года был укушен за голень слева безнадзорной собакой. Ссылаясь на то, что по поводу случившегося он испытал физическое и нравственные страдания, истец полагал, что причинённый моральный вред подлежит возмещению Департаментом городского хозяйства города Севастополя, как органом исполнительной власти, ненадлежащим образом реализовавшим возложенные полномочия по отлову безнадзорных животных, что привело к причинению вреда.

Решением Ленинского районного суда города Севастополя от 11 декабря 2025 года требования иска удовлетворены частично, с Департамента городского хозяйства города Севастополя за счёт средств казны города федерального значения Севастополя в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей.

С таким решением суда ФИО1 и Департамент городского хозяйства города Севастополя не согласны, полагают его постановленным в нарушение норм материального и процессуального права, а потому подлежащим отмене.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе настаивает на полном удовлетворении требований иска. Указывает, что районный суд ненадлежащим образом оценил переживания истца, как в момент укуса безнадзорным животным, так и после этого. Не установил действительный вред, который был причинён его здоровью, в том числе ввиду вакцинации от бешенства. А, кроме того, необоснованно отказал в назначении по делу судебной экспертизы, заявленной им в целях определения размера наступившего вреда.

Департамент городского хозяйства города Севастополя в апелляционной жалобе просит принять новое решение об отказе истцу в иске. Указывает, что материалы дела не содержат доказательств того факта, что истец был укушен именно бродячей собакой, и что именно апеллянт является надлежащим ответчиком по заявленным требованиям. Считает, что во исполнение возложенных обязанностей и состоявшегося решения Ленинского районного суда города Севастополя от 29 сентября 2021 года (дело № 2-2603/2021) Департамент непосредственно, а также через ГБУ «Парки и скверы» надлежащим образом выполняет весь комплекс необходимых мер по отлову и возврату на прежние места обитания животных без владельцев на территории г.Севастополя, потому какое-либо незаконное бездействие, находящееся в причинно-следственной связи с наступившим у ФИО1 вредом от полученных телесных повреждений, ответчиком не допущено. При этом размер присужденной компенсации морального вреда явно завышен и не соответствует фактическим обстоятельствам и перенесённым ребёнком страданиям.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО1, представитель ГБУ «Парки и скверы» не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте его проведения. В соответствии со статьёй 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Представители Департамента городского хозяйства города Севастополя ФИО2, действующая на основании доверенности от 09 января 2025 года № 7, апелляционную жалобу поддержала, просила её удовлетворить.

Выслушав явившегося представителя ответчика, заключение прокурора, не усмотревшего оснований для удовлетворения жалоб, проверив материалы дела, законность и обоснованность постановленного решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 12 декабря 2024 года около 13.45-14:10 часов в городе Севастополе в районе магазина «Еда и вода» по <адрес>, истец был укушен за левую голень безнадзорной собакой.

В связи с чем, в этот же день ФИО1 обратился за амбулаторным лечением в ГБУЗС «Городская больница № 1 им. Н.И. Пирогова», где был осмотрен врачом травматологом-ортопедом. По результатам осмотра у истца визуально в области голени слева определяются поверхностные раны, кровотечения нет и выставлен диагноз S81.8 укушенная рана голени слева. Кроме того, пациенту была оказана неотложная помощь, необходимая вакцинация (Кокав 1,0 мл по схеме 0,3,7,14,30,90 дни), которую потерпевший получил в полном объёме, неукоснительно следуя назначениям врача.

Актом судебно-медицинского исследования <данные изъяты> установлено наличие у истца три ссадины и кровоподтёк на левой голени снаружи, образовавшиеся от зубов животного и не причинившие вреда здоровью.

Ссылаясь на то, что случившееся явилось следствием виновное бездействие Департамента городского хозяйства города Севастополя по исполнению возложенных полномочий по отлову безнадзорных животных, истец считал, что его права подлежат судебной защите путём взыскания с названного органа исполнительной власти города Севастополя компенсации морального вреда.

Разрешая спор и удовлетворяя требования иска, суд первой инстанции позицию истца нашёл обоснованной и подтверждённой материалами дела. Потому, установив все составляющие деликтной ответственности, пришёл к выводу, что гражданско-правовая ответственность за причинённый ФИО1 вред должна быть возложена именно на Департамент городского хозяйства города Севастополя, как на лицо, допустившее находящееся в причинно-следственной связи с рассматриваемым укусом безнадзорного животного незаконное бездействие в реализации возложенных полномочий по отлову и содержанию безнадзорных собак на территории города Севастополя. При этом также учёл, что ответчик является главным распорядителем средств казны города федерального значения Севастополя и самостоятельно за счёт этих средств отвечает за вред, причинённый третьим лицам своими незаконными решениями, действиями (бездействием).

Определяя размер компенсации морального вреда положенный ФИО1 в сумме 20 000 рублей, районный суд принял во внимание характер, степень и тяжесть причиненных физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинён вред здоровью, возраст потерпевшего, объём и характер потребовавшегося лечения, его продолжительность, степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости.

С такими выводами судебная коллегия соглашается, поскольку они основаны на фактических обстоятельствах, собранных по делу доказательствах и закону соответствуют.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Вопреки доводам апелляционной жалобы Департамента городского хозяйства города Севастополя факт того, что истец был укушен за левую голень безнадзорной собакой подтверждается наличием раны, её характером, составленной по поводу её лечения медицинской документацией, обращением истца в ОМВД России по Ленинскому району города Севастополя по факту произошедшего, постановлением ОМВД России по Ленинскому району города Севастополя от 19 декабря 2024 года, которым в возбуждении уголовного дела по указанному факту за отсутствием события преступления, предусмотренного частью 2 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации было отказано, а также отсутствием в деле доказательств наличия у указанного животного владельца.

Принимая во внимание, что добросовестность потерпевшего и разумность его действий (пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), равно как вина причинителя вреда предполагается в силу закона, а также учитывая, что сторона ответчика в нарушении возложенного на неё бремени доказывания и статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представила ни одного доказательства получения истцом раны при иных обстоятельствах и не от безнадзорной собакой, а равно доказательств злоупотребления ФИО1 своим правом на судебную защиту, то выводы районного суда о доказанности заявленного факта причинения вреда являются верными, а соответствующие доводы апелляционной жалобы стороны ответчика – немотивированными и несостоятельными.

Тем более, что потерпевшая сторона не заинтересована в сокрытии информации о владельце животного, в случае если таковой у напавшей на истца в действительно имеется, поскольку в этом случае имеется реальная возможность получить сведения о ранее произведённой вакцинации животного, о том, заражено оно бешенством или нет, и, следовательно, обойтись меньшим объёмом лечения ран, полученных от укусов.

Разрешая доводы жалобы Департамента городского хозяйства города Севастополя о ненадлежащем ответчике, судебная коллегия исходит из следующего.

Деятельность по обращению с животными без владельцев направлена в первую очередь на поддержание общественной безопасности как в смысле устранения возможной физической угрозы гражданам от таких животных, так и в смысле обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия, и урегулирована Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Такая деятельность включает в себя, если иное не установлено законодательными актами субъектов Российской Федерации, следующие мероприятия: отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировку и немедленную передачу в приюты для животных; содержание животных без владельцев в приютах для животных в соответствии с частью 7 статьи 16 настоящего Федерального закона; возврат животных без владельцев, не проявляющих немотивированной агрессивности, на прежние места их обитания после проведения мероприятий, указанных в пункте 2 настоящей части, либо обращение с животными в соответствии с пунктом 5 настоящей части; размещение в приютах для животных и содержание в них животных без владельцев, которые не могут быть возвращены на прежние места их обитания, до момента передачи таких животных новым владельцам или наступления естественной смерти таких животных; иные необходимые мероприятия в соответствии с частями 7 и 8 настоящей статьи (пункты 1, 2, 4-6 части 1 статьи 18 Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ).

В силу подпункта 143 пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 21 декабря 2021 года № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), относится решение вопросов установления порядка организации деятельности приютов для животных и норм содержания животных в них, порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев, а также организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев.

Пунктом 1.1 постановления Правительства Севастополя от 03 апреля 2020 года № 116-ПП Департамент городского хозяйства город Севастополя определён уполномоченный исполнительный орган государственной власти города Севастополя в области обращения с животными в части:

- установления порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев в соответствии с утвержденными Правительством Российской Федерации методическими указаниями по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев;

- организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев.

Кроме того, пунктом 9.10.38 Положения о Департаменте городского хозяйства город Севастополя, утверждённого постановлением Правительства Севастополя от 16 сентября 2016 года № 875-ПП, предусмотрено, что тот же орган исполнительной орган города Севастополя осуществляет обеспечение регулирования численности животных без владельцев на территории города Севастополя путем их отлова в соответствии с федеральным законодательством и законодательством города Севастополя.

Постановлением Правительства Севастополя от 20 октября 2016 года № 984-ПП создано ГБУ «Парки и скверы», основной целью деятельности которого определено обеспечение реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации, полномочий органов государственной власти (государственных органов) города Севастополя в сфере благоустройства. Функции и полномочия учредителя названной некоммерческой организации возложены на Департамент городского хозяйства города Севастополя.

Подпунктом 11 пункта 2.3 Устава ГБУ «Парки и скверы», утверждённого приказом Департамента городского хозяйства города Севастополя от 03 июня 2019 года 246-ОД, в качестве основного вида деятельности созданного Учреждения предусмотрена организация отлова животных без владельцев на территории города Севастополя, их содержание (в том числе лечение, вакцинация, стерилизация), возврат на прежние места их обитания и иные мероприятия, предусмотренные действующим законодательством в области обращения с животными.

Данную деятельность ГБУ «Парки и скверы» согласно части 3 статьи 9.2 Федеральный закон от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» осуществляет в соответствии с государственным заданием, формируемым и утверждаемым Департаментом городского хозяйства города Севастополя.

Применительно к настоящему спору установлено, что 28 октября 2024 года ответчик утвердил для Учреждения государственное задание на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов, предусматривающее выполнение рассматриваемой деятельности. В связи с чем, определил объём субсидий из бюджета города Севастополя, направленные на финансовое обеспечение его выполнения.

Судебная коллегия отмечает, что создание ГБУ «Парки и скверы» в целях исполнения отдельных государственных полномочий города Севастополя по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев, возложенных на Департамент городского хозяйства города Севастополя, и утверждение для данного бюджетного учреждения соответствующего государственного задания, не свидетельствует, как полагает апеллянт, о том, что таким образом данные государственные полномочия (полностью или в какой-либо части, за исключением функций по формированию заявок в сфере закупок товаров, работ и услуг государственных услуг в интересуемой области) были переданы от ответчика третьему лицу, и что к последнему перешла гражданско-правовая ответственность за вред, причинённый гражданам и юридическим лицам при ненадлежащем исполнении тех же государственных полномочий города Севастополя.

На самом же деле посредством описанных мероприятий было определено то Учреждение, через которое Департамент городского хозяйства города Севастополя за счёт средств бюджета города Севастополя компетентен исполнять государственные полномочия города федерального значения в рассматриваемой сфере деятельности. При этом, изложенным не исключается непосредственное выполнение ответчиком возложенных на него функций.

Справедливость сделанных выводов подтверждается состоявшимся решением Ленинского районного суда города Севастополя от 29 сентября 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от 24 января 2022 года, которым по требованиям Севастопольского межрайонного природоохранного прокурора, поданного в интересах неопределённого круга лиц, на Департамент городского хозяйства города Севастополя возложена обязанность осуществлять деятельность по обращению с животными без владельцев, обитающими на территории города Севастополя, и обеспечить исполнение переданных государственных полномочий по организации проведения мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев на территории города Севастополя в соответствии с требованиями Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Тем же судебным актом ГБУ «Парки и скверы» обязано организовать отлов, содержание, в том числе лечение, вакцинацию и стерилизацию, а также возврат в прежние места обитания животных без владельца на территории города Севастополя в соответствии с требованиями Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Учитывая изложенное в совокупности с тем, что финансовое обеспечение мероприятий по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев являются расходными обязательствами бюджета города Севастополя, и тем, что реализация государственных полномочий в этой области города федерального значения в любом случае является обязательством Департамента городского хозяйства города Севастополя, гражданско-правовая ответственность за ненадлежащее исполнение которого ГБУ «Парки и скверы» в установленном законом порядке не передавалась, то с учётом прямого указания пункта 3 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации на то, что государственные учреждения не отвечают по обязательствам собственников своего имущества, судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о том, что требования настоящего иска были предъявлены и рассмотрены к надлежащему ответчику. В связи с чем, отклоняет соответствующие несостоятельные доводы апелляционной жалобы.

Также не принимаются во внимание и доводы жалобы стороны ответчика о том, что Департаментом городского хозяйства города Севастополя, в том числе через ГБУ «Парки и скверы», выполняется весь комплекс необходимых мероприятий с целью исполнения возложенных государственных полномочий города Севастополя и состоявшегося решения Ленинского районного суда города Севастополя от 29 сентября 2021 года.

То обстоятельство, что принятые меры не позволили исключить факт нападения 12 декабря 2024 года собаки без владельца на истца, хотя должны были быть направленными на предупреждение таких ситуаций, свидетельствует именно о незаконном бездействии ответчика, деятельность которого по обращению с животными без владельцев на территории города Севастополя оказалась неэффективной, недостаточной и формальной.

Ссылки стороны ответчика на отсутствие желающих, в том числе среди организаций, занимающимися на территории города Севастополя ветеринарными услугами, заключить соответствующий контракт по отлову животных без владельцев, их содержание и возврат в прежние места обитания, на отсутствие в городе Севастополе центра для содержания безнадзорных животных, а также на то, что принятые в отношении отловленных собак карантинные мероприятия, мероприятия по стерилизации и вакцинации не дают абсолютной гарантии от агрессивного поведения возвращённого на прежнее место животного, также не могут быть учтены. Заявленные стороной трудности, возникающие в реализации рассматриваемых государственных полномочий, призван разрешать соответствующий компетентный орган государственной власти – Департамент городского хозяйства города Севастополя во взаимодействии с иными органами государственной власти города федерального значения, государственными бюджетными учреждениями и иными лицами. В связи с чем, эти трудности не могут быть переложены на третьих лиц, вред которым был причинён ненадлежащим исполнением и незаконным бездействием полномочного органа. Также они не могут рассматриваться в качестве оснований для освобождения полностью или в части виновного лица от наступающей гражданско-правовой ответственности за такое незаконное бездействие, в окончательном итоге выразившееся в не принятии достаточных мер по выявлению и изоляции бездомных животных, проявляющих агрессию.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства по настоящему спору обстоятельства незаконного бездействия Департамент городского хозяйства города Севастополя по исполнению возложенных государственных полномочий в интересуемой сфере и причинно-следственная связь между таким бездействием и наступившим вредом здоровья истцу при событиях от 12 декабря 2024 года нашли своё достоверное подтверждение, а иная позиция стороны ответчика, сводящаяся к переоценке доказательств исключительно в угоду заявленных возражений, была опровергнута.

В этих условиях судебная коллегия находит справедливыми выводы районного суда о том, что потерпевший приобрёл право требовать с Департамента городского хозяйства города Севастополя возмещение причинённого вреда, включая компенсацию морального вреда за счёт средств бюджета города Севастополя, интересы которого в качестве главного распорядителя также представляет ответчик в соответствии с пунктом 9.10.1 Положения о Департаменте городского хозяйства города Севастополя, утверждённого постановлением Правительства Севастополя от 16 сентября 2016 года № 875-ПП.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости отхарактера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, данных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Вопреки утверждениям апеллянтов, районный суд при определении положенной истцу компенсации морального вреда требования приведённых выше норм права и разъяснений по их применению учёл полностью. В связи с чем, судебная коллегия не усматривает оснований для изменения размера взыскания как в сторону его снижения, так и увеличения.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб о том, что взысканная компенсация в размере 20 000 рублей не соразмерна характеру и объёму перенесённых истцом страданий, степени вины ответчика, и не учитывает принятых мер к исполнению возложенных государственных полномочий города Севастополя, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что неосторожное виновное поведение со стороны Департамента городского хозяйства города Севастополя действительно имело место, что к моменту причинения вреда истец достиг 37-летнего возраста, при этом, неожиданно для себя оказался в психотравмирующей ситуации, способствовавшей в дальнейшем развитию страха и боязни собак, особенно собак без владельцев. Кроме того, в момент укуса испытал испуг, перенёс стресс, физическую боль от полученных телесных повреждений, потребовавших оказание медицинской помощи. Поскольку непосредственно после укуса и в последующем потерпевший был вынужден на протяжении длительного времени неоднократно проходить болезненную вакцинацию для профилактики бешенства, то есть серьёзного заболевания, которым боялся заразиться, то с учётом изложенного в совокупности, а также характера и общественной значимости допущенного ответчиком бездействия, судебная коллегия находит взысканный в пользу ФИО1 размер компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей обоснованным.

Определённый размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу ФИО1, по мнению судебной коллегии, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. При этом, юридически значимые обстоятельства, предусмотренные приведёнными выше требованиями закона, определены, установлены и оценены правильно и в полном объёме.

С учётом того, что возмещение морального вреда потерпевшему, должно быть реальным, а не символичным, а уменьшение не может быть произвольным и должно учитывать такие факторы, как значимость и ценность защищаемого права, не только с позиции суда, но и стороны потерпевшей, чьему здоровью причинён вред и которая испытывает связанные с этим страдания, то судебная коллегия оснований для удовлетворения доводов апеллянтов и изменения размера компенсации морального вреда не усматривает.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что действительный вред, включающий ухудшение состояния его здоровья от пройдённого курса вакцинации от бешенства, определён не был, а в назначении по делу судебной медицинской экспертизы было неправомерно отказано, также не заслуживают внимания.

Так предложенные истцом вопросы о побочных эффектах прививок от бешенства и об ограничениях жизни деятельности пациента, которые в период курса вакцинации он должен соблюдать, не требуют специальных познаний, а, следовательно, проведения судебной экспертизы, поскольку описываются в инструкции по применению вакцины, имеющейся, как правило, в общем доступе в сети «Интернет».

И так как из общедоступных сведений не следует, что вакцинация от бешенства может каким-либо образом, в том числе негативным, повлиять на работу систем организма человека, и таких доказательств истцом, в нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также не представлено, то необходимость в проведении судебной экспертизы по оставшемуся вопросу потерпевшего, также отсутствовала.

Судебная коллегия отмечает, что вновь диагностированное у ФИО1 в июле 2025 года заболевание почек (новообразования и множественные кисты в почках) при уже имевшемся с 2022 года диагнозе: кисты почек, и проведённом 09 августа 2022 года оперативном лечении, само по себе не свидетельствует об ухудшении состояния здоровья в результате полученной вакцинации от бешенства. А отсутствие сведений о серьезных побочных эффектах, то есть сведений об опасности вакцины для здоровья человека (каких-либо систем организма), ставит приведённые выше доводы истца под сомнение.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что заявленное им ходатайство о назначении по делу судебной медицинской экспертизы было отклонено необоснованно, являются ошибочными, так как на самом деле никаких нарушений норм процессуального права и права истца на судебную защиту районным судом допущено не было. Потому по приведённым мотивам в том же ходатайстве потерпевшего о назначении судебной медицинской экспертизы судом апелляционной инстанции было также отказано.

В данном случае все морально-нравственные страдания истца, обусловленные способом получения телесных повреждений, характером самих ран, потребовавшимся лечением, включая характер используемой вакцины и ограничения жизни деятельности пациента при прохождении полного курса вакцинации, появившиеся у гражданина страхи и переживания, были судом учтены и получили верную оценку с учётом личности самого ФИО1, не соглашаться с которой, лишь по мотивам иной позиции истца относительно размера подлежащей взысканию компенсации, судебная коллегия оснований не усматривает.

Фактически доводы апелляционных жалоб основаны на неправильном толковании норм материального и процессуального права, направлены на иную оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами статьей 12, 56, 59, 60 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не содержат новых обстоятельств, которые не были бы предметом обсуждения судом первой инстанции или опровергали бы выводы судебного решения. Нарушений норм процессуального права, влекущих за собой обязательную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено и судебной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах, законное и обоснованное решение суда по основаниям статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам апелляционных жалоб отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Севастополя от 11 декабря 2025 года оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1 и Департамента городского хозяйства города Севастополя – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня принятия.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 26 марта 2026 года.

Председательствующий: А.В. Ваулина

Судьи: В.В. Просолов

Ж.В. Григорова