Апелляционное постановление № 22-2364/2025 от 17 сентября 2025 г. по делу № 1-333/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело №

Производство №

Судья 1-ой инстанции – ФИО2


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Цораевой Ю.Н.,

при секретаре – Алферове К.И.,

с участием прокурора – Якобсона А.В.,

защитника – Вангели Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора <данные изъяты> ФИО7 на постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданки Российской Федерации, имеющей среднее образование, не состоящей в браке, имеющей двоих малолетних детей, официально не трудоустроенной, проживающей по адресу: <адрес>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.2 УК РФ, было возвращено прокурору <данные изъяты> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера процессуального принуждения ФИО1 в виде обязательства о явке оставлена без изменения.

Выслушав прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, защитника обвиняемой, возражавшего против удовлетворения апелляционного представления, суд

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.2 УК РФ, поступило в Киевский районный суд г. Симферополя Республики Крым для рассмотрения по существу.

Органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении мошенничества при получении выплат, то есть в хищении денежных средств при получении иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенного группой лиц по предварительному сговору в крупном размере.

Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 было возвращено прокурору <данные изъяты> в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. Решение суда мотивировано тем, что обстоятельства, позволяющие подтвердить либо опровергнуть совершение ФИО1 инкриминируемого ей преступления группой лип по предварительному сговору, в ходе предварительного следствия не установлены, в предъявленном обвинении не указаны, как и не указано место совершения ФИО1 действий, составляющих объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, в обвинительном заключении. Следовательно, в ходе досудебного производства по делу допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, исключающие возможность постановления судом приговора или иного решения, которые не могут быть устранены в судебном заседании.

Не согласившись с данным постановлением, государственный обвинитель – помощник прокурора <данные изъяты> ФИО7 подал апелляционное представление, в котором просит постановление суда первой инстанции отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

Свои требования мотивирует тем, что обжалуемое постановление суда является незаконным и необоснованным, не соответствует установленным обстоятельствам, в связи с чем подлежит отмене.

Считает, что в ходе следствия достоверно установлено и в обвинении отражено, что лица объединились для совершения преступления, при этом распределив между собой роли. Так, согласно достигнутой договоренности ФИО1, по указанию неустановленного следствием лица по имени ФИО16, должна была, в том числе, составить документы, содержащие заведомо недостоверные и ложные сведения о получении ФИО1 займа от <данные изъяты> После чего, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, действуя совместно с неустановленным лицом, в составе группы лиц, по предварительному сговору, по указанию неустановленного следствием лица по имени ФИО16, выдала нотариально удостоверенную доверенность на имя ранее не знакомого ей ФИО8 При этом, в ходе расследования уголовного дела причастные к совершению преступления лица из числа работников <данные изъяты>, в том числе лица по имени ФИО16 и ФИО8, проведенными ОРМ и следственными действиями не установлены, в связи с чем уголовное дело в отношении них выделено в отдельное производство.

Полагает, что доводы суда о неустановлении роли в преступной деятельности иных неустановленных лиц, в том числе ФИО8, а также лиц, которые подавали документы в <данные изъяты>, не состоятельны, поскольку сведения об их роли указаны в полном объеме, в соответствии с полученными в рамках расследования доказательствами, в том числе показаниями обвиняемой ФИО1 Кроме того, в связи с неустановлением в рамках предварительного следствия лиц, действующих в группе с ФИО1 и действующих вне очевидности от самой обвиняемой, расследованием добыты исчерпывающие сведения, предусмотренные ст. 73 УПК РФ. Так, ДД.ММ.ГГГГ, неустановленное в ходе предварительного следствия лицо, действуя в интересах ФИО1 на основании нотариальной доверенности, обратилось с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, которое вместе с документами к заявлению на получение материнского капитала предоставила в <данные изъяты>

По мнению помощника прокурора, доводы суда о неустановлении места совершения преступления несостоятельны, поскольку в ходе предварительного расследования установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, неустановленное лицо, действуя в интересах ФИО1, обратилось с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала в <данные изъяты>. Вместе с тем, хотя <данные изъяты> на момент ДД.ММ.ГГГГ прекратило деятельность в качестве юридического лица путем реорганизации в форме присоединения к <данные изъяты>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ прием и рассмотрение заявлений продолжалось и осуществлялось непосредственно <данные изъяты>, который находился по адресу: <адрес>

Отмечает, что в материалах уголовного дела содержится постановление о производстве предварительного следствия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому <данные изъяты> ФИО9, установив, что местом совершения преступления является <адрес>, место производства предварительного расследования на основании ч. 4 ст. 152 УПК РФ определил за следственным отделом по <данные изъяты> Кроме того, постановлением Симферопольского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 направлено по подсудности в Киевский районный суд г. Симферополя Республики Крым.

Обращает внимание на то, что в материалах уголовного дела имеются документы, подтверждающие доводы апелляционного представления, однако во время заседания суда первой инстанции судебное следствие не проводилось, вследствие чего сторона обвинения была лишена возможности исследовать их и сослаться на них.

Таким образом, полагает, что существенных нарушений, которые бы препятствовали к принятию судом итогового решения в ходе предварительного расследования не допущено.

Выслушав мнения участников процесса, проверив представленные материалы и доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит апелляционное представление не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Исходя из положений ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора и иного решения суда первой инстанции.

При этом под законностью следует понимать соблюдение всех норм УПК РФ, регламентирующих порядок принятия решений или совершения соответствующего действия дознавателем, следователем, прокурором.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесению иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

При этом, согласно разъяснениям, данным Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении № 18-П от 08 декабря 2003 года «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан», если на досудебной стадии имело место существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона, то обвинительное заключение (акт) не может считаться составленным в соответствии с требованиями УПК РФ и уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в том числе путем осуществления необходимых процессуальных и следственных действий.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

В свою очередь, в ст. ст. 73, 171 УПК РФ предписано, что событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы подлежат доказыванию при производстве по уголовному делу с последующим изложением установленных обстоятельств в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления - время, место, способ, мотивы и другие обстоятельства его совершения. Они являются объективными признаками преступления, степень конкретизации которых при доказывании важна для квалификации деяния в качестве уголовно наказуемого, для определения основания и меры уголовной ответственности, когда эти элементы включены в конструкцию конкретного состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК Российской Федерации, или характеризуют обстоятельства, влияющие на назначение наказания, а также для установления закона, подлежащего применению с учетом его действия во времени, для определения подследственности, подсудности и разрешения иных юридически значимых вопросов (определения от 18 октября 2012 года № 1920-О, от 24 января 2013 года № 43-О, от 17 июля 2014 года № 1612-О, от 26 апреля 2016 года № 761-О, от 29 января 2019 года № 73-О, от 31 марта 2022 года № 738-О и др.).

Закрепление законодателем в ст. 73 УПК РФ предписаний, обязывающих необходимость доказывания при производстве по уголовному делу события преступления, виновности лица в совершении преступления, формы его вины и мотивов является гарантией возложения уголовной ответственности лишь при наличии всех признаков состава преступления, предусмотренного уголовным законом (статья 8 УК Российской Федерации), и не содержит исключений из установленного уголовно-процессуальным законом порядка доказывания по уголовным делам (определения от 27 сентября 2019 года № 2274-О и от 30 января 2020 года № 212-О).

Согласно требованиям действующего уголовно-процессуального законодательства, с момента предъявления обвинения обвиняемый приобретает полный объем прав, у него появляется возможность использовать все законные средства защиты, в частности, он имеет право знать, в чем он обвиняется.Обвинительное заключение является процессуальным документом, завершающим предварительное расследование, излагающим и обосновывающим окончательное решение следователя о формулировке обвинения лица, привлекаемого к уголовной ответственности, с указанием существа обвинения, места и времени совершения преступления, его способов, мотивов, целей, последствий и других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Так, согласно обвинению, предъявленному ФИО1, у нее, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, возник преступный умысел, направленный на мошенничество при получении средств материнского капитала в размере <данные изъяты>, то есть в крупном размере, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений.

Кроме того, у неустановленного лица по имени ФИО16, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, возник преступный умысел, направленный на незаконное приобретение права ФИО1 на использование дополнительных мер государственной поддержки семей, имеющих детей, – материнского капитала и хищения путем обмана чужого имущества в крупном размере – денежных средств бюджета Российской Федерации в сумме <данные изъяты>, путем предоставления в дальнейшем в отделение <данные изъяты> документов, содержащих заведомо ложные сведения.

Согласно достигнутой договоренности, ФИО1 должна была выдать доверенность на осуществление от её имени сделок купли-продажи земельного участка и получения разрешения на строительство, а неустановленные следствием лица подыскать и, за счет собственных средств, приобрести на имя ФИО1 земельный участок, после чего составить документы, содержащие заведомо ложные сведения о получении ФИО1 займа от <данные изъяты> на строительство жилого дома в сумме <данные изъяты>, а так же иные документы, необходимые для распоряжения средствами материнского капитала.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, действуя совместно с неустановленным лицом в составе группы лиц по предварительному сговору, выдала нотариальную доверенность на имя ФИО8

Не позднее ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 подыскал и оформил на имя ФИО1 земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый номер №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 представил необходимые документы в <данные изъяты>, получил разрешение на строительство.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, продолжая свои преступные действия, совместно с неустановленными лицами у нотариуса составила фиктивные документы о заключении договора займа на сумму <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо, действуя в интересах ФИО1 на основании нотариальной доверенности, обратилось в <данные изъяты> с заявлением о распоряжении средствами материнского капитала, в котором указаны заведомо ложные и недостоверные сведения о намерении улучшить жилищные условия, с просьбой направить средства материнского капитала на погашение основного долга и уплату процентов по займу, заключенному с <данные изъяты> на строительство жилья в сумме <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> приняло решение об удовлетворении заявления ФИО1, которое послужило основанием для перечисления ДД.ММ.ГГГГ из бюджета Российской Федерации денежных средств в размере <данные изъяты> на расчетный счет <данные изъяты> в <данные изъяты> в <адрес>.

Так ФИО1 получила денежные средства в сумме <данные изъяты>, которыми распорядилась по собственному усмотрению.

В результате действий ФИО1 и неустановленных следствием лиц, которые, по утверждению стороны обвинения, подготовили и предоставили в <данные изъяты> заведомо недостоверные сведения, из бюджета Российской Федерации похищены денежные средства в сумме <данные изъяты>

Органом предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ, как мошенничество при получении выплат, то есть хищение денежных средств при получении иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что, в нарушение положений п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключение в отношении ФИО1 имеется лишь указание на возникновение умысла на хищение сначала у самой ФИО1, затем у неустановленного следствием лица по имени ФИО16, в отсутствие указания на возникновение совместного умысла у ФИО1 и неустановленного лица по имени ФИО16, описания распределения между ними ролей, выполнения ФИО16 действий, составляющих объективную сторону состава преступления.

Также, суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что из предъявленного ФИО1 обвинения невозможно определить роль в преступной деятельности иных неустановленных лиц, в том числе ФИО8 и лиц, подавших документы в <данные изъяты>

Судом первой инстанции обоснованно обращено внимание на то, что в обвинительном заключении также отсутствуют какие-либо сведения о достижении между неустановленными следствием лицами и ФИО1 договоренности, о наличии либо об отсутствии совместного преступного умысла, в случае наличия – времени его возникновения, данных о порядке распределения ролей, то есть отсутствует изложение обстоятельств, позволяющих подтвердить либо опровергнуть совершение ФИО1 преступления группой лип по предварительному сговору, что существенно нарушает требования к содержанию обвинительного заключения, установленные в УПК РФ.

Кроме того, в соответствии с ч. ч. 1, 3 ст. 32 УПК РФ, уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления. Если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них.

Согласно обвинительному заключению, ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо, действуя в интересах ФИО1 на основании нотариальной доверенности, обратилось в <данные изъяты> с заявлением о распоряжении средствами материнского капитала.

Из материалов уголовного дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 в соответствии со ст. ст. 32, 34 УПК РФ передано по подсудности в Киевский районный суд г. Симферополя Республики Крым по месту нахождения <данные изъяты>, а именно <адрес>.

Вместе с тем, верно установлено и не оспаривается апеллянтом, что <данные изъяты> ликвидировано с ДД.ММ.ГГГГ и его деятельность прекращена.

Таким образом, с учетом ликвидации <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ, то есть до указанного в обвинении ФИО1 момента обращения неустановленного следствием лица, действующего в интересах ФИО1 на основании нотариальной доверенности, в <данные изъяты> с заявлением, а также с учётом отсутствия в обвинительном заключении каких-либо иных сведений о месте совершения действий, связанных с обманом и направленных на незаконное изъятие денежных средств, позволяющих определить место совершения преступления, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о не установлении органами предварительного расследования места совершения ФИО1 действий, составляющих объективную сторону состава преступления, что, в свою очередь, имеет важное значение для определения подсудности и разрешения иных юридически значимых вопросов.

Более того, отсутствие в обвинительном заключении указания на место совершения преступления подтверждается также информационном письмом от <данные изъяты>, представленным <данные изъяты> ФИО11 в суд апелляционной инстанции.

Так, согласно данному информационному письму, заявление ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала было подано через портал государственных услуг Российской Федерации, принадлежащий ФИО1, в связи с чем, установить лицо, которое могло подать вышеуказанное заявление в интересах ФИО1, а также сообщить место, где находилось лицо, использовавшее приложение - портал государственных услуг Российской Федерации в момент подачи заявления, не предоставляется возможным.

Вместе с тем, в обвинительном заключении указано, что ДД.ММ.ГГГГ, неустановленное в ходе предварительного следствия лицо, действуя в интересах ФИО1 на основании нотариальной доверенности, обратилось с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, предоставив его непосредственно сотруднику <данные изъяты>

Кроме того, вопреки доводам апелляционного представления о рассмотрении заявления ФИО1 <данные изъяты>, который находился по адресу: <адрес>, из информационного письма также усматривается, что все заявления, направленные посредством портала государственных услуг РФ, поступают и рассматриваются органом <данные изъяты>, который расположен по юридическому адресу: <адрес>

Принимая во внимание, что установление события преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления) относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия, и суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения, дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления, его способов, мотивов, целей и последствий, а от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации права обвиняемой на защиту, суд апелляционной инстанции считает, что предъявленное органом предварительного расследования ФИО1 обвинение является неконкретным и противоречивым, не содержит указания на обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, в том числе, на конкретное содержание инкриминируемого обвиняемой действий, нарушает права обвиняемой на защиту, а также исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционном представлении, допущенные нарушения являются существенным препятствием для рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции.

При этом, устранить допущенные органами предварительного следствия нарушения требований ст. 171 и ст. 220 УПК РФ в судебном заседании невозможно, так как формирование обвинения не входит в компетенцию суда, поскольку, в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ и позицией Конституционного Суда РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч. 3 ст. 15 УПК РФ), а также устанавливает правовой статус лиц, представляющих в уголовном процессе стороны обвинения и защиты, исходя из существа возлагаемых на каждую из этих сторон процессуальных функций (гл. 6 и 7), обеспечивая тем самым их реальное разделение.

Таким образом, суд первой инстанции, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, пришел к обоснованному выводу о наличии такой необходимости, свои выводы суд надлежаще мотивировал, ссылаясь при этом на действующие нормы уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает, что выявленные судом первой инстанции нарушения не связаны с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия.

Указанные выше существенные, неустранимые в судебном заседании нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения исключали возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе имеющегося обвинительного заключения и, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», являлись основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ вне зависимости от мнения сторон и заявленных ходатайств.

Вопреки доводам апелляционного представления о том, что сторона обвинения была лишена возможности исследовать необходимые документы и сослаться на них, из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, суд первой инстанции объективно оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав. Кроме того, участникам процесса предоставлялось право заявить какие-либо ходатайства, в том числе об исследовании материалов уголовного дела, однако таковых от стороны обвинения не поступило.

Приведенные в апелляционном представлении доводы, оспаривающие правильность выводов суда первой инстанции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Каких-либо иных нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих изменение или отмену данного постановления, помимо указанных в апелляционном представлении прокурора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19-389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.2 УК РФ, было возвращено прокурору <данные изъяты> в порядке ст. 237 УПК РФ, - оставить без изменений, а апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора <данные изъяты> ФИО7 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья Ю.Н. Цораева