Апелляционное постановление № 22К-1008/2020 К-1008/2020 от 17 июня 2020 г. по делу № 3/1-68/2020

Судья Генжеханов М.П.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№к-1008/2020

<дата> г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Колуба А.А.; при секретаре судебного заседания Арсланхановой Г.А., с участием прокурора Айдамирова З.Д., обвиняемого ФИО1 с использованием систем видеоконференц-связи, защитников – адвокатов Абдулхамидова И.А. и Музалевой С.Р. рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника Музалевой на постановление судьи Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу

ФИО1,

родившемуся <дата> в <адрес>а Республики Дагестан, несудимому, подозреваемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 234, ч. 3 ст. 234 и ч. 2 ст. 228 УК РФ,

до <дата>

Заслушав после доклада председательствующего выступления обвиняемого и защитников, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего жалобу не подлежащей удовлетворению, суд

у с т а н о в и л :

<дата> следователь следственного отдела № следственного управления УМВД России по г. Махачкале (далее – отдел) ФИО1 С.М. возбудил уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 234, ч. 3 ст. 234 и ч. 2 ст. 228 УК РФ, в отношении ФИО1.

В тот же день ФИО1 задержан в порядке пп. 1 и 3 ч. 1 ст. 91 УПК РФ.

<дата> следователь ФИО1 с согласия заместителя начальника отдела возбудил ходатайство об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

<дата> постановлением судьи Ленинского районного суда г. Махачкалы ходатайство удовлетворено.

В тот же день ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 234 и ч. 2 ст. 228 УК РФ.

В апелляционной жалобе защитник Музалева выражает несогласие с постановлением по следующим основаниям.

ФИО1 ранее не судим, имеет постоянные места жительства и работы, на его иждивении двоих малолетних детей, он характеризуется положительно.

Кроме того, он признал свою вину и не желает скрываться от следствия или иным образом воспрепятствовать производству по делу.

Одна тяжесть преступлений, в которых подозревается ФИО1, не может являться основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

В связи с этим Музалева просит меру пресечения изменить на иную, более мягкую.

Изучив материал, суд приходит к следующему.

Согласно подп. «с» п. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ч. 2 ст. 22 и ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, а также правовым позициям Европейского Суда по правам человека ограничение конституционного права на свободу и личную неприкосновенность, в частности применение ареста, допустимо для обеспечения того, чтобы арестованное лицо предстало перед компетентным органом по обоснованному обвинению в совершении правонарушения либо в целях предотвращения совершения им правонарушения или воспрепятствования ему скрыться после его совершения. Существует презумпция в пользу освобождения. Каждый задержанный или заключенный под стражу имеет право на освобождение до суда (постановления от <дата> по делу «Пелевин против Российской Федерации», от <дата> по делу «Сегеда против Российской Федерации», от <дата> по делу «Жеребин против Российской Федерации», от <дата> по делу «Широких и другие против России» и от <дата> по делу «Андрей Смирнов против Российской Федерации»).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ суд в пределах предоставленных ему полномочий вправе избрать подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ, при наличии достаточных оснований полагать, что он, в частности, скроется от следствия или суда.

В силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ч. 1 ст. 100 УПК РФ в исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого.

ФИО1, как видно из материала, на момент рассмотрения ходатайства следователя подозревался, а в настоящее время обвиняется в совершении преступлений, наказания за которые предусмотрены более 3 лет лишения свободы.

Ходатайство об избрании ФИО1 меры пресечения заявлено и согласовано полномочными должностными лицами, в пределах срока предварительного следствия.

Исключительным случаем избрания в отношении его меры пресечения являются степень и общественная опасность вмененных преступлений, посягающих на здоровье населения и общественную нравственность, а также количество обнаруженных у него средств и веществ, оборот которых запрещен.

Законность задержания ФИО1 судьей должным образом также проверена. Вывод об этом в постановлении соответствует данным в материале.

Тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения – это обстоятельство согласно правовым позициям Европейского суда по правам человека может свидетельствовать в пользу вывода о наличии риска того, что лицо скроется от правосудия (постановления от <дата> по делу «Александр Шевченко против России», от <дата> по делу «Федорин против Российской Федерации» и от <дата> по делу «Андрей Смирнов против России») – и возможность назначения безальтернативного наказания в виде лишения свободы на длительный срок (применительно к обвинению по ч. 2 ст. 228 УК РФ), по мнению суда второй инстанции, указывают на достаточную вероятность того, что при изменении ему меры пресечения на не связанную с лишением свободы он может скрыться от следствия и суда.

Обоснованность разумного подозрения ФИО1 в совершении вмененного преступления как обстоятельство, являющееся необходимым условием законности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, судьей надлежаще проверена и подтверждается копиями протоколов личного досмотра от <дата>, допроса подозреваемого от <дата>, обследования помещения от <дата> и справок об исследовании от <дата> №№, 5/1, 1009/3, 1013/3, 1011/3 и 1023/3.

Фактические основания невозможности избрания ФИО1 иной, более мягкой, меры пресечения в постановлении изложены. Суд апелляционной инстанции с этими основаниями соглашается.

Кроме того, как верно указано в постановлении, в материале отсутствуют какие-либо данные, свидетельствующие о невозможности содержания ФИО1 по медицинским показаниям в условиях изоляции от общества.

Сведения о личности ФИО1 – наличие супруги, троих малолетних детей, постоянного места жительства, – вопреки мнению в жалобе об обратном, учтены судом при разрешении ходатайства следователя.

Наряду с этим такие сведения, а также отсутствие судимости, наличие постоянного места работы, признание вины и раскаяние сами по себе достаточными для устранения существующей угрозы в случае изменения ФИО1 меры пресечения на не связанную с лишением свободы не являются.

В силу этого представленные в суд апелляционной инстанции данные о фактической возможности исполнения домашнего ареста ФИО1 по месту предварительного следствия не могут на данном этапе расследования влечь изменение действующей меры пресечения.

Изложенное приводит к выводу о том, что постановление судьи является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба – подлежащей оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 389.9, 389.13, п. 1 ч. 1 ст. 389.20, чч. 1, 3 и 4 ст. 389.28 и чч. 1, 2 ст. 389.33 УПК РФ, Верховный Суд Республики Дагестан

п о с т а н о в и л :

постановление судьи Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Музалевой С.Р. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ. В случае кассационного обжалования обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий: