Приговор № 1-113/2017 1-4/2018 от 21 февраля 2018 г. по делу № 1-113/2017

Дело № 1-4/2018


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Звенигово 22 февраля 2018 года

Звениговский районный суд Республики Марий Эл в составе: председательствующего – судьи Звениговского районного суда Республики Марий Эл Смирнова А.В., при секретарях Федотовой В.Г., Ипатовой В.А.,

с участием: государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> Республики Марий Эл ФИО1,

подсудимых и гражданских ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, их защитников – адвокатов Петровой Н.Г., представившей удостоверение №, ордер № от <дата>, Майоровой Л.Г., представившей удостоверение №, ордер № от <дата>, Латыповой И.Н. представившей удостоверение №, ордер № от <дата>,

потерпевших и гражданских истцов СОГ, НЛИ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Звенигово Республики Марий Эл уголовное дело в отношении

ФИО2, <.....>

- <дата> Звениговским районным судом Республики Марий Эл по п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Постановлением Звениговского районного суда Республики Марий Эл от <дата> условное осуждение ФИО2 отменено на основании ч. 3 ст. 74 УК РФ, осужденный направлен для отбывания наказания в колонию-поселение;

- <дата> Звениговским районным судом Республики Марий Эл по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от <дата>) назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 3 месяца с отбыванием в колонии-поселении. Постановлено срок наказания исчислять с <дата>, в окончательное наказание зачтено наказание, отбытое ФИО2 по приговору от <дата>, с <дата> до <дата>,

ФИО3, <.....>

- <дата> Звениговским районным судом Республики Марий Эл по п. «а» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. Постановлением Звениговского районного суда Республики Марий Эл от <дата> условное осуждение ФИО3 отменено на основании ч. 3 ст. 74 УК РФ, осужденный направлен для отбывания наказания в колонию-поселение;

- <дата> Звениговским районным судом Республики Марий Эл по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от <дата>) назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 11 месяцев с отбыванием в колонии-поселении. Постановлено срок наказания исчислять с <дата>, в окончательное наказание зачтено наказание, отбытое ФИО3 по приговору от <дата>, с <дата> до <дата>,

ФИО4, <.....>:

- <дата> Усинским городским судом Республики Коми по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 162 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом 15000 рублей. Освобожден от отбывания наказания <дата> условно-досрочно на срок 2 года 4 месяца 11 дней (наказание отбыто);

- <дата> Звениговским районным судом Республики Марий Эл по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Освобожден <дата> по отбытию наказания;

- <дата> Звениговским районным судом Республики Марий Эл по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ к 5 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Освобожден <дата> в связи с отбытием наказания,

обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

установил:

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совершили кражу, то есть тайное хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, а также кражу чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение при следующих обстоятельствах:

в период с <дата>, точное время не установлено, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, из корыстных побуждений вступили между собой в преступный сговор на совершение кражи чужого имущества, находящегося в хозяйстве НЛИ по адресу: <адрес>, и в этих целях распределили между собой роли в совершении преступления. Реализуя задуманное, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в указанный выше период времени, действуя группой лиц по предварительному сговору, пришли во двор хозяйства НЛИ, где, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает, действуя согласно распределенным ранее ролям, ФИО3 приставил к оконному проему нежилого дома найденную там же лестницу, разбил оконное стекло рамы, после чего совместно с ФИО4 через образовавшийся проем незаконно проник в его помещение, откуда подали находящемуся снаружи ФИО2 электрическую плитку, стоимостью 700 рублей, самовар, стоимостью 1500 рублей, электрический удлинитель, стоимостью 500 рублей, электрический чайник, стоимостью 500 рублей, иное не представляющее ценности имущество (4 конфорки от газовой плиты, 3 алюминиевые формы для запекания, 2 алюминиевые кастрюли, 3 алюминиевые сковороды, двигатель от стиральной машины, детали от трансформатора и электрического обогревателя, шампуры и инструменты), а также, забрав со двора НЛИ две алюминиевые фляги, общей стоимостью 2000 рублей, и две металлические трубы, не представляющие ценности, с вышеуказанным имуществом скрылись, распорядившись им по своему усмотрению, тем самым тайно его похитив, причинив НЛИ значительный материальный ущерб на общую сумму 5200 рублей.

<дата> около 17 часов ФИО2, ФИО3 и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, из корыстных побуждений вступили между собой в преступный сговор на совершение кражи чужого имущества, находящегося в хозяйстве СОГ по адресу: <адрес>, для чего распределили между собой роли в совершении преступления. После этого, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в указанный выше период времени, реализуя задуманное, действуя группой лиц по предварительному сговору, пришли к хозяйству СОГ, где, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает, действуя согласно распределенным ранее ролям, ФИО3 и ФИО4 через проем между забором и стеной сарая незаконно проникли в помещение сарая, а ФИО2 остался снаружи, чтобы наблюдать за окружающей обстановкой и принимать похищенное имущество. Находясь в сарае, ФИО4 и ФИО3, обнаружили в нем самовар, стоимостью 2000 рублей, набор слесарных рожковых ключей, стоимостью 500 рублей, 10 слесарных рожковых ключей, общей стоимостью 500 рублей, топливный бак лодочного мотора, стоимостью 200 рублей, две кастрюли, общей стоимостью 400 рублей, блок цилиндров лодочного мотора марки «Ветерок», стоимостью 200 рублей, якорь от лодочного мотора, стоимостью 42 рубля 50 копеек, а так же иное не представляющее ценности имущество, которые передали находящемуся снаружи ФИО2 и тайно его похитили, распорядившись по своему усмотрению, причинив СОГ материальный ущерб на общую сумму 3842 рубля 50 копеек.

Подсудимые ФИО2, ФИО3, ФИО4 в подготовительной части судебного разбирательства вину в совершении указанных преступлений признали полностью и от дачи показаний отказались.

После исследования представленных сторонами доказательств ФИО4 изменил свое отношение к предъявленному ему обвинению и заявил о непричастности к краже имущества у НЛИ, так как в период ее совершения – с <дата> по <дата> отбывал административный арест за совершение административных правонарушений, предусмотренных ч. 3 ст. 19.24, ч. 1 ст. 20.25 и ст. 20.21 КоАП РФ.

В связи отказом подсудимых от дачи показаний, в судебном заседании были оглашены их показания, данные в ходе предварительного следствия.

Так, из показаний подозреваемых и обвиняемых ФИО2 и ФИО3, в том числе данных ими при проверках показаний на месте совершения преступления, следует, что в марте 2017 года они и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, с целью совершения кражи металла пришли во двор хозяйства, расположенного по адресу: <адрес>, где ФИО4 и ФИО3 путем разбития стекла через окно проникли в нежилой дом, откуда подали ФИО2 самовар, кастрюли, электрическую плитку, конфорки от газовой плиты, алюминиевые формы для выпечки, удлинитель и еще какое-то имущество, в том числе чайник, сковороды, шампуры и инструменты, после чего забрав также со двора две алюминиевые фляги и две металлические трубы, погрузив все в привезенную с собой садовую тележку, ушли. Самовар они продали неизвестному им мужчине за 2000 рублей, а остальные металлические предметы сдали как металлолом ШСН

<дата> они и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, с целью совершения кражи металла пришли к хозяйству по адресу: <адрес>, где ФИО3 и ФИО4 через проем между забором и стеной проникли в сарай, откуда подали ФИО2 различные металлические вещи, среди которых были блок цилиндров от лодочного мотора и самовар, которые затем сдали как металлолом ЗАИ (т. 1 л.д. 53-56, 57-59, 67-70, 78-84, 206-212, т. 2 л.д. 98-102, 110-113, 117-121, 129-132).

Обвиняемый ФИО4 дал аналогичные показания с обвиняемыми ФИО3 и ФИО2 относительно обстоятельств совершении ими <дата> кражи имущества СОГ (т. 1 л.д. 227-233, т. 2 л.д. 141-142).

После оглашения приведенных показаний, подсудимые ФИО2 и ФИО3, а также ФИО4 в части совершения кражи имущества СОГ, полностью подтвердили их, сообщили, что давали их следователю добровольно и без принуждения.

Как следует из оглашенных протоколов, допросы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в ходе предварительного следствия были проведены неоднократно и в различное время, с участием защитников, в свиданиях с которым они ограничены не были, перед допросами им в каждом случае разъяснялись права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, а также положения статей 46 и 47 УПК РФ, были разъяснены последствия дачи показаний.

После окончания допросов ФИО2, ФИО3 и ФИО4 и их защитниками указано об ознакомлении с содержанием их протоколов и об отсутствии на них каких-либо замечаний, отражено о том, что показания даны ими добровольно, без какого-либо принуждения.

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей БМГ, ПВЮ и ПАА также следует, что показания ФИО2 и ФИО3 при их проверках на месте совершения кражи давались добровольно и без оказания на них какого-либо воздействия, они последовательно, в присутствии защитников излагали обстоятельства совершенной ими кражи чужого имущества (т. 1 л.д. 85-88, 89-92, 213-216, 217-220).

Свидетели ВАЛ и ГАС – оперуполномоченные ОУР ОМВД России по <адрес> сообщили, что изначально ФИО3 и ФИО2 изъявили желание сотрудничать со следствием, написали явки с повинной о совершенных ими кражах, активно сотрудничали со следствием, сообщили о том, где находится похищенное ими имущество, на ФИО4 также никакого физического или морального воздействия не оказывалось (т. 2 л.д. 12-14, 18-19).

В связи с этим, оглашенные признательные показания ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о совершенных кражах чужого имущества суд признает допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются последовательными, непротиворечивыми и полностью согласуются с совокупностью других доказательств.

Оглашенные показания обвиняемого ФИО4 о его непричастности к краже имущества НЛИ, а также его пояснения об этом в судебном заседании суд связывает с избранной им защитой от уголовного преследования, относит к недостоверным, поскольку они полностью опровергаются его же первоначальной позицией в судебном заседании о признании вины в совершении обеих краж в соучастии с ФИО3 и ФИО2, согласующейся с показаниями ФИО3 и ФИО2 об этом, а также другими изложенными ниже доказательствами.

Так, помимо приведенных показаний вина подсудимых в совершении краж имущества НЛИ и СОГ при указанных в описательной части приговора обстоятельствах полностью подтверждается следующими доказательствами.

Из письменного заявления НЛИ от <дата> следует, что она просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период с 20 до <дата> из хозяйства по адресу: <адрес>, совершили кражу принадлежащего ей имущества (т. 1 л.д. 101).

Потерпевшая НЛИ показала, что в период времени с 20 до <дата> из ее хозяйства по адресу: <адрес>, в котором в настоящее время никто не проживает, неизвестными лицами была совершена кража принадлежащего ей имущества. В частности, из нежилого дома, в который проникли путем разбития стекла оконной рамы, пропали: электрическая плитка, стоимостью 700 рублей, самовар, стоимостью 1500 рублей, электрический удлинитель, стоимостью 500 рублей, электрический чайник, стоимостью 500 рублей, со двора были похищены две алюминиевые фляги, общей стоимостью 2000 рублей, в результате чего ей, исходя из ее материального состояния и социального положения, был причинен значительный материальный ущерб на общую сумму 5200 рублей. Кроме того, было похищено и иное не представляющее ценности имущество: 4 конфорки от газовой плиты, 3 алюминиевые формы для запекания, 2 алюминиевые кастрюли, 3 алюминиевые сковороды, двигатель от стиральной машины, детали от трансформатора и электрического обогревателя, шампуры и инструменты, 2 металлические трубы.

Из протокола осмотра места происшествия от <дата> следует, что хозяйство НЛИ расположено по адресу: <адрес>. Во дворе хозяйства имеется нежилой дом, одно из окон которого разбито (т. 1 л.д. 102-110).

Из акта о применении служебной собаки от <дата> следует, что служебная собака от места происшествия по адресу: <адрес>, по запаховым следам привела к <адрес>, в которой на тот момент проживали ФИО2 и ФИО3 (т. 1 л.д. 111).

Допрошенный в качестве свидетеля полицейский-кинолог ШЕН, показания которого были оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, сообщил те же сведения, что и изложены в акте о применении служебной собаки (т. 1 л.д. 37-38).

В ходе осмотра места происшествия от <дата>, проведенного с участием ФИО3 по адресу: <адрес>, обнаружена похищенная у НЛИ алюминиевая фляга, которую ФИО3 переместил туда после совершения кражи (т. 1 л.д. 176-181).

Из показаний свидетеля ЯАЕ, оглашенных в судебном заседании согласно требованиям ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что в 20-х числах марта 2017 года он, проходя по <адрес> в <адрес>, встретил ФИО3, ФИО2 и ФИО4, при которых были различные металлические предметы, в том числе самовар и фляги, которые они намеревались сдать в пункт приема металлолома. Затем около них остановилась машина, из которой вышли двое неизвестных мужчин, которым ФИО3, ФИО2 и ФИО4 продали самовар и еще какие-то предметы за 2000 рублей (т. 2 л.д. 66-68).

Допрошенный в качестве свидетеля ШСН показал, что он занимается приемом лома металла у населения. В марте 2017 года к нему обратился ФИО3 с просьбой дать ему тележку, чтобы на ней привезти металлолом. Он согласился, после чего ФИО3, ФИО2 и ФИО4 привезли ему две металлические трубы и еще какие-то металлические предметы, однако какие именно не помнит.

<дата> в ходе выемки ШСН сотрудникам полиции выдана садовая тележка, на которой подсудимые привезли ему металлические трубы, которая осмотрена, приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства и возвращена ШСН (т. 2 л.д. 78-79, 83, 84).

Свидетель ПТК показала, что она работает в должности контролера Звениговского участка ООО «Вторчермет», находящегося по адресу: <адрес>. Ранее ФИО3 и ФИО2 неоднократно сдавали лом различного металла.

Из письменного заявления СОГ от <дата> следует, что она просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период <дата> из сарая, расположенного во дворе ее хозяйства по адресу: <адрес>, совершили кражу принадлежащего ей имущества (т. 1 л.д. 5).

Потерпевшая СОГ показала, что <дата> из ее сарая, расположенного по адресу: <адрес>, неизвестными лицами была совершена кража: самовара, стоимостью 2000 рублей, набора слесарных рожковых ключей, стоимостью 500 рублей, 10 слесарных рожковых ключей, общей стоимостью 500 рублей, топливного бака лодочного мотора, стоимостью 200 рублей, двух кастрюль, общей стоимостью 400 рублей, блока цилиндров лодочного мотора марки «Ветерок», стоимостью 200 рублей, якоря от лодочного мотора, стоимостью 42 рубля 50 копеек, а так же иного не представляющего ценности имущества, в результате чего ей был причинен материальный ущерб на общую сумму 3842 рубля 50 копеек. В период, относящийся к совершению у нее кражи, она около своего хозяйства видела ФИО3 с двумя мужчинами, которых не разглядела, направлявшихся со стороны ее сарая.

Из протокола осмотра места происшествия от <дата> следует, что хозяйство СОГ расположено по адресу: <адрес>. Во дворе хозяйства имеется сарай, предназначенный для хранения материальных ценностей, в котором обнаружен проем между забором и стеной сарая (т. 1 л.д. 6-17).

Допрошенный в качестве свидетеля ЗАИ показал, что <дата> к нему пришли ФИО3 и ФИО2, которые за 250 рублей продали ему латунный самовар и блок цилиндров от лодочного мотора марки «Ветерок». Через несколько дней указанные вещи были у него изъяты сотрудниками полиции.

Из протокола выемки от <дата> следует, что ЗАИ добровольно выдал сотрудникам полиции самовар и блок цилиндров лодочного мотора, которые осмотрены, приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, после чего возвращены потерпевшей СОГ (т. 1 л.д. 34-35, т. 2 л.д. 52-56, 57).

Таким образом, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, которые суд считает относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд пришел к выводу о доказанности вины ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в совершении преступлений.

Все положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Как было указано выше, доводы ФИО4 о его непричастности к совершению кражи имущества НЛИ опровергаются как неоднократными показаниями ФИО2 и ФИО3 о совершении ими хищения имущества НЛИ именно в соучастии с ФИО4 с подробным описанием роли последнего в преступлении и совершенных лично им действиях, так и их показаниями об этом в судебном заседании после высказывания ФИО4 своей позиции о невиновности в совершении данного преступления.

Вопреки утверждениям ФИО4 оснований сомневаться в объективности и достоверности показаний ФИО2 и ФИО3 не имеется, поскольку не установлена какая-либо их заинтересованность в оговоре ФИО4 в совершении преступления, а сообщенные ими сведения полностью согласуются с совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств:

- с показаниями потерпевшей НЛИ о совершении в период с 20 до <дата> из ее хозяйства кражи различных металлических изделий, в том числе, самовара, двух алюминиевых фляг и двух металлических труб;

- с протоколом осмотра места происшествия от <дата>, в котором зафиксирован способ проникновения в нежилой дом НЛИ – путем разбития стекла оконной рамы, о котором и указано ФИО2 и ФИО3;

- с показаниями свидетеля ЯАЕ о том, что в 20-х числах марта 2017 года он в <адрес> встретил ФИО3, ФИО2 и ФИО4, при которых были различные металлические предметы, в том числе самовар и фляги, которые они намеревались сдать в пункт приема металлолома;

- с показаниями свидетеля ШСН о том, что в марте 2017 года ФИО3, ФИО2 и ФИО4 сдали ему на металлолом различные металлические предметы, среди которых были две металлические трубы, пропавшие в то время из хозяйства НЛИ

Вопреки доводам ФИО4 показания свидетеля ЯАЕ суд признает допустимым и достоверным доказательством, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и полностью согласуются с другими доказательствами.

Заявленное подсудимым ФИО4 алиби также не нашло своего объективного подтверждения, поскольку согласно исследованным в судебном заседании делам об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 3 ст. 19.24, ч. 1 ст. 20.25 и ст. 20.21 КоАП РФ, на которые он сослался в обоснование своей невиновности, ФИО4 отбывал административный арест в период с 05 по <дата> и с 11 часов 10 минут (с момента административного задержания) <дата> по <дата>, следовательно, с 17 часов <дата> до 11 часов <дата> имел объективную возможность находиться в месте совершения преступления.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований сомневаться в том, что ФИО2 и ФИО3 совершили обе кражи в соучастии с ФИО4

С учетом исследованных в судебном заседании дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 3 ст. 19.24, ч. 1 ст. 20.25 и ст. 20.21 КоАП РФ, а также иных доказательств, государственный обвинитель в судебных прениях уточнил предъявленное подсудимым обвинение в совершении кражи имущества НЛИ, указав о том, что хищение принадлежащего потерпевшей имущества совершено ФИО3, ФИО2 и ФИО4 в период с 17 часов <дата> до 11 часов <дата>.

Суд квалифицирует действия ФИО3, ФИО2 и ФИО4 по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, а также по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кражу чужого имущества, совершенную группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение.

Такие выводы суда основаны на том, что подсудимые каждый раз совершая хищение чужого имущества, осознавали, что действуют тайно, понимали, что противоправно, безвозмездно изымая чужое имущество и обращая его в свою пользу, причиняют своими действиями ущерб собственникам и желали этого.

Суд считает доказанным наличие квалифицирующих признаков двух краж – их совершение группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, а также квалифицирующего признака кражи имущества НЛИ, совершенной с причинением значительного ущерба гражданину.

Так, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 заранее договорились о совместном совершении краж с незаконным проникновением в помещение, распределили в этих целях между собой роли в преступлениях, их действия были согласованными, в каждом случае направленными на единый преступный результат, каждый из них выполнял отведенную ему роль в совершении каждого хищения.

В помещение сарая и дома, непригодного для проживания, подсудимые, действуя совместным преступным умыслом, проникли именно с целью совершения краж, не имея на то законных оснований, о чем свидетельствуют способы проникновения, характер действий подсудимых и их тайность.

И сарай, и помещение дома, откуда подсудимыми совершены кражи, исходя из их характеристик, приспособлены для постоянного, либо временного хранения и размещения в них материальных и иных ценностей.

Признак значительности причиненного НЛИ ущерба определен исходя из стоимости похищенного у нее имущества, материального состояния и социального положения потерпевшей.

Все преступления совершены подсудимыми с прямым умыслом, из корыстных побуждений, являются оконченными, так как они имели реальную возможность распорядиться похищенным по своему усмотрению.

Подсудимые могут и должны нести уголовную ответственность за совершение преступлений, в ходе судебного разбирательства они вели себя адекватно, их вменяемость у суда не вызывает сомнения, в связи с чем суд признает всех подсудимых вменяемыми в отношении содеянного и на основании ст. 19 УК РФ подлежащими уголовной ответственности.

При определении вида и размера наказания подсудимым суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, личность виновных, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

ФИО2 и ФИО3 по месту жительства характеризуются отрицательно, ФИО2 по месту отбывания прежнего наказания зарекомендовал себя с удовлетворительной стороны, на учетах у врача-психиатра не состоят, состоят на учетах у врача-нарколога с диагнозом «<.....> (т. 2 л.д. 149-152, 154-156, 171, 173, 174, 177, 178-183, 210-211, 212-215, 216, 217, 220, 221-222).

ФИО4 по месту жительства характеризуется посредственно, по местам отбывания прежних наказаний - удовлетворительно, на учетах у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, судим (т. 2 л.д. 223, 224-228, 230-233, 234-238, 243-244, 245, 246, 247, 248, 249, 250).

Суд на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ признает всем подсудимым смягчающим наказание обстоятельством по краже имущества у НЛИ частичное возмещение причиненного материального ущерба потерпевшей, у ФИО3 и ФИО2, кроме того, признание вины и раскаяние, их явки с повинной (т. 1 л.д. 166, 191-194, 195-197), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, у ФИО2 также наличие малолетнего ребенка, у ФИО3 - состояние его здоровья.

Суд на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ признает всем подсудимым смягчающими наказание обстоятельствами по краже имущества у СОГ: признание вины и раскаяние, явки с повинной (т. 1 л.д. 22, 36, 37), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, частичное возмещение причиненного материального ущерба потерпевшей, у ФИО2 также наличие малолетнего ребенка, у ФИО3 - состояние его здоровья.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности обоих преступлений, совершенных в том числе в целях приобретения спиртного, а также конкретные обстоятельства их совершения, данные о личности подсудимых, которые склонны к злоупотреблению спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения склонны к противоправному поведению, учитывая, что совершению преступлений также предшествовало употребление ими спиртных напитков, суд признает в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение ФИО3, ФИО2 и ФИО4 обоих преступлений в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку состояние опьянения, безусловно, способствовало их противоправному поведению.

ФИО4 ранее был осужден за умышленные тяжкие преступления, за которые он отбывал наказание в виде реального лишения свободы. Данные судимости на момент совершения новых преступлений в установленном законом порядке не были сняты либо погашены.

Поскольку преступления, предусмотренные п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, также являются умышленными, в действиях ФИО4 в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ содержится рецидив преступлений, который суд согласно требованиям п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ также признает отягчающим наказание обстоятельством по обоим совершенным им кражам.

Судом обсужден вопрос о назначении ФИО2 и ФИО3 вида наказания, предусмотренного санкциями п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

С учетом характера и тяжести совершенных преступлений, конкретных обстоятельств их совершения, сведений о личности подсудимых ФИО2 и ФИО3, оснований для назначения наказания, не связанного с лишением свободы, суд не находит и считает, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение его целей, в связи с чем наказание подсудимым необходимо назначить именно в виде лишения свободы.

Руководствуясь ч. 1 ст. 68 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности ранее совершенных ФИО4 умышленных корыстных преступлений, принимая во внимание то, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также учитывая характер и степень общественной опасности вновь совершенных подсудимым умышленных корыстных преступлений, данные о его личности, суд считает необходимым назначить ФИО4 наказание за совершение каждого преступления в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 68 УК РФ, то есть лишение свободы, предусмотренное санкциями п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Принимая во внимание характер общественной опасности преступлений – направленность совершенных деяний на охраняемые уголовным законом ценности и причиненный вред, учитывая степень общественной опасности преступлений, совершенных с прямым умыслом, конкретные обстоятельства содеянного, а также сведения о личности подсудимых, которые не работают, злоупотребляют спиртными напитками, склонны к нарушению общественного порядка и совершению преступлений, наказание в виде лишения свободы следует назначить всем подсудимым именно с реальным отбыванием, так как оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не находит, полагает невозможным достичь обеспечения целей наказания условным осуждением.

О невозможности применения положений об условном осуждении свидетельствует и то, что условное осуждение по приговору от <дата> было отменено ФИО2 и ФИО3 в связи с систематическим неисполнением ими возложенных на них судом обязанностей и систематическим нарушением общественного порядка, в действиях ФИО4 содержится рецидив преступлений, новые умышленные корыстные преступления совершены им через непродолжительное время после освобождения из мест лишения свободы, где он отбывал наказание за ранее совершенные им умышленные корыстные преступления.

Данное наказание будет соответствовать требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ, обеспечит восстановление социальной справедливости, исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений.

Поскольку судом по каждому преступлению установлено обстоятельство, отягчающее наказание, суд при назначении наказания в отношении всех подсудимых не применяет правила ч. 1 ст. 62 УК РФ, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Оснований для применения ко всем подсудимым положений ст. 64 УК РФ, либо для назначения наказания ФИО4 по правилам, предусмотренным ч. 3 ст. 68 УК РФ, суд не усматривает, поскольку исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, не имеется.

Не находит суд оснований и для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, так как не установлено конкретных фактических обстоятельств для изменения категории преступлений на менее тяжкую, имеется отягчающее наказание обстоятельство.

При определении срока наказания каждому подсудимому судом учтены все вышеприведенные обстоятельства в совокупности, приняты во внимание мотивы, цели и способ совершения преступлений, а также характер и степень фактического участия каждого подсудимого в совершении преступлений, значение этого участия для достижения цели преступлений, его влияние на характер причиненного вреда.

Суд полагает возможным не назначать подсудимым дополнительные виды наказаний – штраф и ограничение свободы, предусмотренные санкциями п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, находит основное наказание достаточным для их исправления.

<дата> ФИО2 и ФИО3 были осуждены Звениговским районным судом Республики Марий Эл по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы, с назначением на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от <дата>) окончательного наказания в виде лишения свободы ФИО2 на срок 2 года 3 месяца, ФИО3 на срок 1 год 11 месяцев с отбыванием в колонии-поселении.

Поскольку преступления, за которые осуждаются ФИО2 и ФИО3 настоящим приговором, совершены до постановления приговора от <дата>, окончательное наказание им должно быть назначено по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Судом обсуждены вопросы о мере пресечения, о виде исправительного учреждения, о гражданских исках, о вещественных доказательствах и о процессуальных издержках.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 81 УПК РФ, оснований для применения положений ст. 313 УПК РФ не имеется.

Подсудимые ФИО2 и ФИО3 по настоящему уголовному делу в соответствии со ст. 91 УПК РФ не задерживались, мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении них не избиралась, в психиатрический стационар они не помещались.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ суд считает необходимым засчитать в срок лишения свободы время содержания подсудимого ФИО4 под стражей по настоящему уголовному делу в период с <дата> до <дата>.

При решении вопроса о виде исправительного учреждения ФИО2 и ФИО3 суд руководствуется п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, согласно которому отбывание наказания им следует определить в колонии-поселении, поскольку они осуждены за преступления средней тяжести, ранее они не отбывали наказание в виде лишения свободы.

Отбывание назначенного ФИО4 наказания согласно требованиям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ необходимо определить в исправительной колонии строгого режима, поскольку в его действиях установлен рецидив преступлений, ранее подсудимый отбывал лишение свободы.

Потерпевшими по настоящему уголовному делу предъявлены гражданские иски исходя из размера причиненного им преступлениями не возмещенного материального ущерба – НЛИ в размере 4200 рублей, СОГ в размере 1642 рубля 50 копеек.

В судебном заседании гражданские истцы НЛИ и СОГ иск поддержали, гражданские ответчики, в том числе и ФИО4, исковые требования потерпевших признали полностью.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ имущественный вред, причиненный потерпевшему преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В связи с этим, предъявленные гражданские иски подлежат удовлетворению, поскольку заявленный в исках материальный ущерб причинен потерпевшим в результате совместных преступных действий подсудимых.

Разрешая вопрос о процессуальных издержках, суд исходит из следующего.

Постановлениями следователя за счет средств федерального бюджета компенсированы расходы на оплату труда адвокатов Майоровой Л.Г. и Латыповой И.Н. за защиту обвиняемых ФИО2 и ФИО3 в ходе предварительного следствия в размере 5880 рублей каждой.

Постановлениями следователя за счет средств федерального бюджета компенсированы расходы на оплату труда адвоката Петровой Н.Г. за защиту обвиняемого ФИО4 в ходе предварительного следствия в размере 3600 рублей.

Постановлениями суда за счет средств федерального бюджета компенсированы расходы на оплату труда адвокатов Майоровой Л.Г. и Латыповой И.Н. за защиту подсудимых ФИО2 и ФИО3 в размере 9800 рублей каждой, адвокату Петровой Н.Г. за защиту подсудимого ФИО4 в размере 8820 рублей

В соответствии со ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокатам за оказание ими юридической помощи в случае их участия в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам.

Согласно ст. 132 УПК РФ эти процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Оснований для освобождения ФИО2, ФИО3 и ФИО4 от уплаты процессуальных издержек, предусмотренных частями 4, 6 ст. 132 УПК РФ, не имеется, подсудимые трудоспособного возраста, заболеваниями, препятствующими вести трудовую деятельность, не страдают, заявлений об отказе от защитника в порядке ст. 52 УПК РФ от них не поступало, в связи с чем суд считает необходимым взыскать указанные процессуальные издержки в полном объеме с осужденных в регрессном порядке в счет федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 304, 307-310 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 3 месяца;

- по п.п. «а», «б», ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 2 месяца.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО2 наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных настоящим приговором и приговором суда от <дата>, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием в колонии-поселении.

ФИО3 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 3 месяца;

- по п.п. «а», «б», ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 2 месяца.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО3 наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных настоящим приговором и приговором суда от <дата>, назначить ФИО3 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 2 (два) месяца с отбыванием в колонии-поселении.

Срок наказания ФИО2 и ФИО3 исчислять с <дата>.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ в окончательное наказание засчитать наказание, отбытое ФИО2 и ФИО3 по приговору суда от <дата>: ФИО2 – с <дата> до <дата>, ФИО3 – с <дата> до <дата>.

Меру пресечения ФИО2 и ФИО3 по настоящему уголовному делу – подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взять их под стражу в зале суда, в колонию-поселение осужденных направить под конвоем.

ФИО4 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 10 (десять) месяцев;

- по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 9 (девять) месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО4 окончательное наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО4 исчислять с <дата>, согласно ч. 3 ст. 72 УК РФ засчитать в срок его лишения свободы время содержания под стражей в период с <дата> до <дата>.

Меру пресечения ФИО4 – заключение под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Гражданские иски НЛИ и СОГ удовлетворить. В соответствии со ст.ст. 1064, 1080 ГК РФ взыскать в счет возмещения причиненного материального ущерба с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 солидарно: в пользу НЛИ 4200 рублей, в пользу СОГ 1642 рубля 50 копеек.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: флягу – вернуть по принадлежности НЛИ; самовар, блок цилиндров лодочного мотора, тележку – оставить у владельцев.

Взыскать в регрессном порядке в счет федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, связанные с оказанием юридической помощи адвокатами, участвующими в уголовном судопроизводстве по назначению, с ФИО2 и ФИО3 в сумме 15680 рублей с каждого, с ФИО4 в сумме 12420 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Звениговский районный суд Республики Марий Эл в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение десяти суток заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в жалобе или в отдельном ходатайстве, если приговор будет обжалован иными лицами.

При этом осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитникам.

Председательствующий: А.В. Смирнов