Апелляционное постановление № 22-293/2025 от 24 февраля 2025 г.

Судья Каримов Э.А. Дело № 22-293


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 25 февраля 2025 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Булдакова А.В.,

с участием прокурора Самойловой Т.Н.,

обвиняемых МСВ, БОП

защитников адвокатов Марданшина Р.А., Берестова Д.А., Суманеева М.А.,

представителя потерпевшего АО «<данные изъяты>» БСН

при секретаре судебного заседания Сергеевой О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению старшего помощника прокурора г. Сарапула Перевозчиковой С.П. на постановление Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 9 января 2025 года, которым уголовное дело в отношении МСВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, БОП, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 ч. 4 ст. 160 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изучив доводы апелляционного представления, возражений на него, заслушав выступления участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции

установил:

Постановлением Сарапульского городского суда УР 9 января 2025 года уголовное дело в отношении МСВ обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, БОП обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 ч. 4 ст. 160 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора г. Сарапула Перевозчикова С.П. выражает несогласие с постановлением Сарапульского городского суда УР от 9 января 2025 года в связи с существенным нарушением судом уголовно-процессуального закона.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору суд вышел за пределы полномочий, фактически оценил имеющиеся в деле доказательства без их исследования в судебном заседании, при том, что доказательства сторонами еще не представлялись, сторона обвинения имела возможность представить показания дополнительных свидетелей, включая следователя, дополнительные материалы дела, иным образом дополнить собранные по делу доказательства.

Вывод суда о том, что устранение нарушений может повлечь установление фактических обстоятельств, свидетельствующих о совершении МСВ и БОП более тяжкого преступления, является предположительным, что противоречит требованиям ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ.

Органами расследования действия МСВ квалифицированы по ч. 4 ст. 160 УК РФ, действия БОП – по ч. 5 ст. 33 ч. 4 ст. 160 УК РФ. Суд отметил, что предложенная органами следствия квалификация не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, косвенно усматривается, что обвиняемые совершили в отношении потерпевшей стороны мошеннические действия, кроме того, на стадии предварительного следствия имелись сведения, свидетельствующие о необходимости квалификации действий обвиняемых с дополнительным квалифицирующим признаком «организованной группы», что влечет, в том числе, исключение из квалификации действий БОП ч. 5 ст. 33 УК РФ. Вместе с тем, судом не приняты во внимание положения п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

МСВ., будучи генеральным директором АО «<данные изъяты>», в силу своего служебного положения и служебных полномочий, мог распоряжаться имуществом АО «<данные изъяты>». Как следует из материалов уголовного дела, МСВ покинул должность генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ. Последний агентский договор заключен ДД.ММ.ГГГГ, срок его действия истек ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, на момент увольнения МСВ с поста генерального директора, объективная сторона совершенного им преступления в его части была выполнена. Впоследствии в 2020 году происходили перечисления денежных средств в качестве агентского вознаграждения в рамках ранее заключенных агентских договоров. Последнее такое перечисление в августе 2021 года осуществлено в рамках агентского договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе расследования уголовного дела проводилась судебная бухгалтерская экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ. Отсутствие по делу экспертной оценки за период 2021 года не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Учитывая положения ч. 1 ст. 207 УПК РФ может быть назначена дополнительная судебная экспертиза. При этом, согласно материалам уголовного дела, в 2021 году в рамках агентских договоров осуществлено одно перечисление, поэтому для проведения судебно-бухгалтерской и финансово-аналитической экспертизы не потребуется длительное время. При этом сумма денежных средств, переведенных в 2021 году, установлена объективно, в результате комплекса следственных действий. Согласно предъявленному обвинению, сумма всех похищенных денежных средств, перечисленных в качестве агентского вознаграждения, вменены МСВ. и БОП

Обвинительное заключение по данному уголовному делу составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, изложенное в нем обвинение не лишено ясности и определенности. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемых МСВ и БОП и в обвинительном заключении указаны существо предъявленного обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, а также формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи УК РФ, предусматривающей ответственность за данное преступление.

Те обстоятельства, на которые ссылается суд в постановлении в качестве обоснования своих выводов, не являются основаниями для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку суд вторгся в разрешение вопроса о доказанности предъявленного МСВ и БОП обвинения, сделав вывод о несоответствии его описания фактическим обстоятельствам дела, что возможно только при вынесении судом итогового решения по существу рассмотренного уголовного дела с учетом анализа и оценки исследованных доказательств в их совокупности по правилам ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

Просит обжалуемое постановление суда отменить, передать уголовное дело в тот же суд на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционное представление защитник адвокат Суманеев М.А., действующий в интересах БОП считает постановление Сарапульского городского суда УР от 9 января 2025 года обоснованным, доводы апелляционного представления – надуманными, подлежащими отклонению.

Соглашается с выводом суда о необходимости в ходе судебного следствия назначения и производства длительной судебно-бухгалтерской экспертизы по вопросам установления суммы агентского вознаграждения за весь инкриминируемый период, так как в экспертном заключении судебно-бухгалтерской экспертизы не исследовались периоды за 2013, 2021 годы, включая взаимозачеты предприятий.

Вопреки требованиям закона предъявленное обвинение наполовину изложено как некое мошенничество, а наполовину – описана растрата с включением периода времени с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с периодом времени, когда МСВ перестал исполнять обязанности генерального директора АО «СЭГЗ». Подобная противоречивость и неясность сформулированного следователем обвинения нарушает право БОП на защиту.

Выводы суда убедительны.

Также соглашается с выводом суда о том, что в тексте обвинения отсутствуют сведения о конкретном размере ущерба каждому акционеру, а именно АО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», ГК «<данные изъяты>», что само по себе не является основанием для возвращения уголовного дела, но в тоже время входит в предмет доказывания, предусмотренный ст. 73 УПК РФ и подлежит установлению и устранению органом предварительного расследования.

Суд, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, не вышел за пределы предоставленных ему полномочий, и не давал фактической оценки имеющимся в деле доказательствам, поскольку таковые на стадии предварительного слушания не исследовались и сторонами не предъявлялись. Выводы суда основаны исключительно на текстах предъявленных обвиняемым обвинений и обвинительном заключении.

Просит постановление Сарапульского городского суда УР от 9 января 2025 года оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление защитник адвокат Марданшин Р.А., действующий в интересах МСВ приводит доводы.

Суд обоснованно принял решение о необходимости возвращения дела прокурору, поскольку в силу ч. 1 ст. 237 УПК РФ такие основания имелись, а именно: из фабулы обвинения не понятно каким образом или способом, а также в какой форме совершено хищение имущества АО «<данные изъяты>»; применительно к периоду с ДД.ММ.ГГГГ сущность обвинения в достаточной степени в обвинительном заключении не раскрыта, поскольку обвинение не содержит надлежащего описания способа совершения преступления МСВ и БОП в обвинении отсутствуют сведения и обстоятельства о том, как конкретно использовалось служебное положение МСВ и какие служебные полномочия применялись после выхода на пенсию ДД.ММ.ГГГГ. Выявленная противоречивость и неясность сформулированного следователем обвинения нарушает право МСВ и БОП на защиту, поскольку создает неопределенность и двусмысленность действий инкриминируемых им в качестве преступных. В период экспертного исследования не входил инкриминируемый период 2021 года, в который, как следует из текста обвинения, они также совершили хищение денежных средств АО «<данные изъяты>», а по этой причине не установлен ущерб.

Довод государственного обвинителя о возможности устранения в ходе судебного следствия выявленных нарушений являются несостоятельными и противоречат нормам уголовно-процессуального закона.

Проведенной по уголовному делу судебной экспертизой окончательный ущерб не установлен, что в последующем может привести к необходимости назначения в рамках судебного следствия бухгалтерской или экономической экспертизы, следствием которых причиненный ущерб может возрасти, что будет препятствовать вынесению судом итогового решения, вновь возникнет вопрос о возвращении уголовного дела прокурору. Указанное приведет к нарушению прав МСВ и БОП. на уголовное судопроизводство в разумный срок.

В то же время в своем решении суд, признавая неопределенность обвинения, указал что его текст содержит описание действий обвиняемых, как совершивших преступление в составе организованной группы, при этом не сопоставляя их с материалами дела, необоснованно сделал вывод о необходимости квалификации действий МСВ и БОП по ч. 3 ст. 35 УК РФ. В этой части суд вышел за пределы судебного разбирательства на стадии предварительного слушания, поскольку не исследовал доказательства по уголовному делу, дающие основания для обвинения лица в совершении преступления в составе организованной группы.

В связи с необоснованностью и немотивированностью обвинения, его противоречивостью и неопределенностью, просит отказать в удовлетворении апелляционного представления и возвратить прокурору уголовное дело для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В возражениях на апелляционное представление представитель потерпевшего АО «<данные изъяты>» - КВВ. считает постановление Сарапульского городского суда УР от 9 января 2025 года обоснованным, а доводы апелляционного представления – несостоятельными.

Судом сделан обоснованный вывод о необходимости в ходе судебного следствия назначения и производстве очередной длительной судебной экспертизы для установления размера ущерба. По уголовному делу заключение бухгалтерской судебной экспертизы является неполным.

На стадии предварительного следствия потерпевший также заявлял о неполноте экспертного исследования, отраженного в заключении финансово-аналитической судебной экспертизы, которое основано на неверных исходных данных о финансовых показателях АО «СЭГЗ» и содержит существенные пробелы в период экспертного исследования финансового состояния АО «СЭГЗ».

Проведение дополнительных бухгалтерской и финансово-аналитической судебных экспертиз потребует значительного объема экспертных исследований, приведет к длительному сроку проведения, что не допустимо на стадии судебного разбирательства, так как это приведет к отложению рассмотрения дела на длительный срок, что противоречит интересам правосудия.

Суд, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, не вышел за пределы предоставленных ему полномочий.

Просит постановление Сарапульского городского суда УР от 9 января 2025 года оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на него, выслушав мнение участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

На основании п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Суд пришел к выводу, что составленное по делу обвинительное заключение исключает возможность постановления судом на его основе приговора или вынесения иного законного решения, а также усмотрел нарушение права на защиту обвиняемых ввиду неопределенности пределов обвинения, от которого они вправе защищаться.

Согласно выводам суда органом следствия и прокурором, утвердившим обвинительное заключение, допущены нарушения уголовно-процессуального закона, что не может быть устранено в ходе судебного разбирательства.

Такие нарушения суд усмотрел:

в допущенной противоречивости и неясности сформулированного следователем обвинения, поскольку приведенные в обвинении обстоятельства инкриминированного МСВ и БОП деяния указывают на мошенничество, то есть хищение имущества АО «СЭГЗ» путем обмана и злоупотребления доверием, а не на растрату вверенного имущества;

обвинение об обстоятельствах преступления в период после ДД.ММ.ГГГГ в достаточной степени не раскрыто, не содержит описание способа совершения преступления МСВ и БОП поскольку не ясно, как после увольнения МСВ ДД.ММ.ГГГГ с поста генерального директора АО «<данные изъяты>» тот использовал служебное положение и служебные полномочия при осуществлении растраты вверенного имущества;

исходя из вмененных МСВ и БОП обстоятельств инкриминированного деяния их действия в соответствии с положениями ч.5 ст. 35 УК РФ содержат признаки организованной группы, поэтому их следовало квалифицировать как совершенные организованной группой;

относительно растраты вверенного имущества АО «<данные изъяты>» в период 2021 года не проведена судебно-бухгалтерская экспертиза, что повлечет ее проведение в ходе судебного разбирательства и повлияет на длительность рассмотрения уголовного дела.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве. С учетом того, что возвращение уголовного дела прокурору затрагивает право на доступ к правосудию и его осуществление без неоправданной задержки, решение об этом принимается судом лишь при наличии оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления (далее также - обвинительный документ) нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, ч.ч. 1, 2 ст. 226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

Суд первой инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции об имеющихся по уголовному делу препятствиях рассмотрения его судом.

В соответствии с положениями п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способ, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Составленное по итогам расследования уголовного дела обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ.

Фабула обвинения, изложенная в обвинительном заключении, является конкретной, содержит необходимое описание обстоятельств инкриминированного деяния: МСВ обстоятельства растраты вверенного имущества, а БОП – пособничества в виде предоставления средств и орудий для совершения такой растраты.

Содержание предъявленного МСВ и БОП обвинения в том виде как оно изложено, не препятствует рассмотрению уголовного дела по существу, а также проверке доводов обвиняемых относительно обстоятельств дела.

Нельзя согласиться с выводом суда о том, что обвинение не содержит указание на способ совершения растраты после утраты МСВ функций руководителя АО «<данные изъяты>». Согласно предъявленному обвинению, по версии органа следствия, МСВ еще до увольнения его ДД.ММ.ГГГГ выполнил все необходимые действия в рамках разработанной преступной схемы. В том числе были заключены между АО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» агентские договоры, предусматривающие условие об агентском вознаграждении, последний из которых № заключен ДД.ММ.ГГГГ. Согласно обвинению перечисления денежных средств в качестве агентского вознаграждения на счета ООО «<данные изъяты> в 2020-2021 годах производились во исполнение этих договоров.

Таким образом, орган следствия достаточно понятно изложил в обвинении обстоятельства, в связи с которыми МСВ инкриминирована растрата вверенного имущества АО «<данные изъяты>», в том числе и в период после прекращения указанного обвиняемого трудовых отношении с указанным предприятием.

Проверка обоснованности такого обвинения относится к предмету судебного разбирательства при рассмотрении уголовного дела по существу.

Относительно выводов суда о наличии оснований для квалификации действий обвиняемых как хищения, совершенного организованной группой, с ними апелляционная инстанция так же не может согласиться по следующим причинам.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что на организованную группу в составе МСВ и БОП. указывают обстоятельства инкриминированного деяния: длительность взаимодействия обвиняемых в рамках преступной деятельности (около 9 лет) и устойчивость состава их группы, строгое распределение ролей, тщательная подготовка о организация их действий как до, так во время совершения преступления, ежегодное участие ООО «<данные изъяты>» в закупочных процедурах по правилам открытого конкурса, где МСВ создавал неисполнимые для других организаций условия и ограничивал конкуренцию, обеспечивая победу ООО «<данные изъяты>», большое количество денежных средств, выплаченных в качестве агентского вознаграждения.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что предъявленное МСВ и БОП обвинение не содержит положений о создании указанными лицами организованной группы для совершения преступления, о конкретных фактических данных, характеризующих эту группу лиц как устойчивую.

Суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона вышел за пределы предоставленных ему процессуальных полномочий и фактически дал указание органам обвинения об установлении определенных фактических обстоятельств и их юридической оценке.

Еще до рассмотрения уголовного дела по существу и вынесения итогового судебного решения суд выразил свою оценку обоснованности предъявленного обвинения, не приняв при этом во внимание, что по смыслу закона основанием для возвращения дела прокурору являются только такие допущенные органами предварительного расследования существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые суд не может устранить самостоятельно и которые исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора, и такие процессуальные нарушения не могут касаться ни правильности установления фактических обстоятельств дела, ни обоснованности предъявленного обвинения.

Как предусмотрено ч.1 ст. 171 УПК РФ следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого только при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления,

По итогам проведенного предварительного следствия орган следствия счел собранные доказательства достаточными для предъявления того обвинения, с которым уголовное дело поступило в суд, и не установил достаточных данных для поддержания более тяжкого обвинения в совершении преступления организованной группой.

То обстоятельство, что заключением проведенной по делу судебной экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ не охватывается инкриминируемый обвиняемым период совершения хищения денежных средств АО «<данные изъяты>» в 2021 году, не может рассматриваться в качестве основания для возврата дела прокурору в соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору».

Отсутствие экспертного заключения по инкриминированному МСВ и БОП периоду хищения в 2021 году не исключает возможность установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу с помощью иных видов доказательств.

При таких обстоятельствах, с учетом доводов апелляционного представления суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что имеются препятствия для рассмотрения уголовного дела судом и вынесения по делу справедливого и законного решения. Постановление суда в части принятого решения о возврате дела прокурору подлежит отмене, как не отвечающее требованиям уголовно-процессуального закона, а дело передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд, но иным составом суда.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции надлежит строго руководствоваться требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

Обжалуемым постановлением также разрешены иные вопросы. Постановление в этой части не обжаловано.

Оснований для изменения меры пресечения обвиняемым МСВ и БОП не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20, 389.22, 389.28,389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 9 января 2025 года в части решения о возврате прокурору уголовного дела в отношении МСВ, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 160 УК РФ, и БОП, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 33 ч.4 ст. 160 УК РФ, отменить.

Апелляционное представление старшего помощника прокурора г. Сарапула Перевозчиковой С.П. удовлетворить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, но иным составом суда со стадии предварительного слушания.

Меру пресечения обвиняемым МСВ и БОП оставить без изменения, в виде запрета определенных действий, сохранив ранее наложенные им запреты и обязанности.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий-

Копия верна.

Судья Верховного Суда

Удмуртской Республики А.В. Булдаков