Решение № 2-566/2017 2-566/2017~М-584/2017 М-584/2017 от 16 августа 2017 г. по делу № 2-566/2017

Дело № 2-566/2017


РЕШЕНИЕ именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 17 августа 2017 года

Судья Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области Чуприкова И.А.

при секретаре Полухиной А.В.,

рассмотрев в предварительном судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к МКУ Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Уютный дом» о признании изменений условий трудового договора незаконными и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 изначально обратились в суд с иском к МКУ Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, о признании изменений условий трудового договора незаконными и компенсации морального вреда (л.д. 2-5).

Определением суда от --.--.----. была произведена замена ненадлежащего ответчика надлежащим, а именно: первоначальный ответчик МКУ Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, был заменен ответчиком МКУ Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Уютный дом» (далее по тексту: МКУ) (л.д. 116-119).

Исковые требования мотивированы следующим.

--.--.----. истица ФИО1 была принята ответчиком на работу на должность <данные изъяты>. --.--.----. ФИО2 был принят ответчиком на работу на должность <данные изъяты>). --.--.----. ФИО3 была принята ответчиком на работу на должность воспитателя <данные изъяты>. В 2016 году истцам были вручены уведомления о том, что согласно ст. 74 ТК РФ в связи с изменением законодательства с апреля 2016 года изменяются условия их трудовых договоров в части продолжительности рабочего времени и времени отдыха. Так, ежегодный основной оплачиваемый отпуск устанавливается в размере 28 календарных дней, а сокращенная продолжительность рабочего времени - 36 часов в неделю. Поскольку не произошло изменений ни в структуре, ни в технологии производства ответчика, не произошло структурной реорганизации ответчика, оснований для изменения условий трудовых договоров с истцами не было. Действиями ответчика были нарушены трудовые права истцов, предусмотренные ст. 21 ТК РФ. Поскольку ответчик является учреждением социального обслуживания, а истцы являются педагогическими работниками (<данные изъяты>), то они имеют право на предоставление им основного удлиненного оплачиваемого отпуска в размере 56 календарных дней, а также право на сокращенную 30-часовую рабочую неделю. В связи с незаконным изменением ответчиком условий трудовых договоров с истцами последним был причинен моральный вред, размер компенсации которого каждый из истцов определяет в 5 000 рублей.

На основании изложенного каждый из истцов просит признать изменения условий трудового договора путем заключения дополнительного соглашения о сокращении продолжительности отпуска до 28 календарных дней и об увеличении продолжительности рабочей недели до 36 часов незаконными, а также взыскать с ответчика в свою пользу по 5 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

В стадии досудебной подготовки по делу ответчиком было заявлено о необходимости применения при разрешении спора норм закона о давности на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора (л.д. 52-57). Заявление мотивировано следующим. С дополнительным соглашением к своему трудовому договору, которым были изменены спорные договорные условия, истица ФИО1 была ознакомлена 04.04.2016 года. Истец ФИО2 с условиями своего трудового договора был ознакомлен еще 01.06.2016 года. Истица ФИО3 была ознакомлена с дополнительным соглашением к своему трудовому договору, изменяющим спорные договорные условия, также 04.04.2016 года. В суд истцы обратились со своими требованиями в 2017 году, т.е. за пределами срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ. На основании изложенного истцам должно быть отказано в удовлетворении их исковых требований.

В связи с заявлением ответчика судом согласно ст. 152 ГПК РФ было назначено предварительное судебное заседание.

В предварительном судебном заседании ответчик МКУ Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Уютный дом» в лице своего представителя Богдановой М.В., действующей на основании доверенности (л.д. 50), возражал против удовлетворения требований истцов и свое заявление о необходимости применения при разрешении спора норм закона о давности на обращение в суд поддержал в полном объеме по основаниям, в нем изложенным.

В предварительном судебном заседании истица ФИО1 на удовлетворении своих исковых требований к ответчику настаивала, признала факт пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, однако просила его восстановить как пропущенный по уважительной причине. Суду истица ФИО1 пояснила, что с дополнительным соглашением к своему трудовому договору, которым была сокращена продолжительность ее ежегодного оплачиваемого отпуска до 28 календарных дней и увеличена продолжительность ее рабочей недели до 36 часов, она была ознакомлена 04.04.2016 года. Такое изменение условий трудовых договоров коснулось всех работников учреждения и вызвало массовое недовольство. В связи с этим директором учреждения ФИО8 проводились собрания, на которых ФИО8 уговаривала всех сотрудников набраться терпения, не обращаться с жалобами в различные инстанции, поскольку администрацией учреждения предпринимаются исчерпывающие меры для урегулирования сложившейся ситуации в пользу работников. Также ФИО8 просила сотрудников пока не обращаться в суд и заверила всех, что срок на обращение в суд составляет один год. Как выяснилось позднее, подобным образом администрация учреждения сознательно вводила своих сотрудников в заблуждение с целью недопущения их обращений в суд за защитой нарушенных прав в пределах установленного законом срока. Собрания проводились каждый месяц, при этом выступление руководителя МКУ ФИО8 удалось зафиксировать посредством аудиозаписи на собраниях от --.--.----., от --.--.----. и от --.--.----.. Аудиозапись выступления ФИО8 на собрании от --.--.----. будет представлена суду. О том, что действия руководителя учреждения были направлены на умышленное введение своих работников в заблуждение, свидетельствует и то, что после обращения ее (истицы) в суд руководство МКУ стало настраивать против нее (истицы) весь трудовой коллектив, стало запрещать сотрудникам с нею (истицей) общаться, стало запугивать остальных членов трудового коллектива. На основании изложенного истица ФИО1 просила восстановить ей срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора и удовлетворить ее иск к ответчику с исследованием фактических обстоятельств дела.

В предварительном судебном заседании истец ФИО2 позицию истицы ФИО1 фактически поддержал. Дополнительно ФИО2 суду пояснил, что изначально был принят на работу согласно трудовому договору от --.--.----. на должность <данные изъяты>. В трудовом договоре продолжительность его ежегодного оплачиваемого отпуска была установлена в размере 28 календарных дней, а продолжительность рабочей недели - в размере 40 часов. В --.--.----. года он был переведен на должность <данные изъяты>. В дополнительном соглашении к трудовому договору продолжительность его ежегодного оплачиваемого отпуска была установлена в размере 28 календарных дней, а продолжительность рабочей недели - в размере 36 часов, что также является незаконным. На собраниях, о которых дала пояснения ФИО1, он бывал не всегда, но на тех, на которых он присутствовал, руководство убеждало их «не прыгать выше головы», поскольку руководство и так предпринимает все возможное для достижения положительного для работников результата. Подобным образом руководство ответчика умышленно вводило их в заблуждение, что привело к пропуску ими срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора. На основании изложенного истец ФИО2 просил восстановить ему срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора и удовлетворить его иск к ответчику с исследованием фактических обстоятельств дела.

Истица ФИО3 в предварительном судебном заседании позицию остальных соистцов также поддержала. Дополнительно ФИО3 суду пояснила, что на проводимых руководством МКУ собраниях их убеждали в том, что срок на обращение в суд составляет один год. С дополнительным соглашением, которым были изменены спорные условия ее трудового договора, она была ознакомлена 04.04.2016 года. Она обратилась за юридической помощью в марте 2017 года, т.е. в пределах, как ее убедили, годичного срока на обращение в суд. Только теперь она поняла, что пропустила срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Считает, что причины пропуска данного срока являлись уважительными, поскольку она была введена в заблуждение руководством МКУ относительно продолжительности срока на обращение в суд. На основании изложенного истица ФИО3 просила восстановить ей срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора и удовлетворить ее иск к ответчику с исследованием фактических обстоятельств дела.

В предварительном судебном заседании представитель истцов ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д. 6), позиции своих доверителей поддержала в полном объеме. Дополнительно суду ФИО4 пояснила, что руководство ответчика, действительно, ввело истцов в заблуждение относительно принимаемых им мер по урегулированию сложившейся ситуации в пользу работников. Руководство ответчика сознательно убеждало своих сотрудников в том, что оно письменно и фактически обращается в различные инстанции с целью добиться восстановления нарушенных прав своих сотрудников. В действительности же подобным образом руководство ответчика затягивало сложившуюся ситуацию для того, чтобы истцы пропустили срок на обращение в суд за защитой своих прав. Также в судебном заседании ФИО4 просила суд принять во внимание, что обращение истцов суд – это единственный способ защиты ими своих нарушенных трудовых прав, в связи с чем к ним необходимо проявить снисходительность.

В предварительном судебном заседании третье лицо Комитет социальной защиты Администрации г. Новокузнецка в лице представителя ФИО5, действующей на основании доверенности, заявление ответчика о необходимости применения при разрешении спора норм закона о давности на обращение в суд полностью поддержало и просило отказать истцам в удовлетворении их исковых требований в связи с пропуском ими срока на обращение в суд. Суду ФИО5 дополнительно пояснила, что истцами не представлено доказательств того, что руководство МКУ сознательно вводило их в заблуждение относительно сроков на обращение в суд либо запугивало их. Таким образом, по ее мнению, оснований для восстановления истцам срока на обращение в суд не имеется.

Выслушав явившихся в предварительное судебное заседание лиц, свидетеля, прослушав представленную истцами аудиозапись, исследовав письменные материалы дела, суд считает необходимым отказать истцам в удовлетворении их требований к ответчику в связи с пропуском ими срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора и отсутствием оснований для его восстановления.

Согласно ст. 392 ТК РФ, по общему правилу, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев с момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. При пропуске по уважительным причинам срока, установленного настоящей статьей, он может быть восстановлен судом.

Судом установлено, что --.--.----. истица ФИО1 была принята ответчиком на работу на должность <данные изъяты>, что подтверждается трудовым договором (л.д. 34-37). Согласно трудовому договору истице изначально был установлен ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней, а также рабочая неделя продолжительностью 36 часов. Дополнительным соглашением от 01.11.2012 продолжительность рабочей недели истицы была сокращена до 30 часов, что подтверждается соответствующим соглашением. Дополнительным соглашением от 04.04.2016 продолжительность рабочей недели истицы была увеличена до 36 часов, а продолжительность отпуска сокращена до 28 календарных дней, что подтверждается соответствующим соглашением (л.д. 115). С дополнительным соглашением от 04.04.2016 ФИО1 была ознакомлена также 04.04.2016, что подтверждается ее собственноручной записью в соглашении.

--.--.----. ФИО2 был принят ответчиком на работу на должность <данные изъяты>, что подтверждается трудовым договором (л.д. 29-33).Согласно трудовому договору истцу изначально был установлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней, а также рабочая неделя продолжительностью 40 часов. Дополнительным соглашением от 13.10.2016 истец был переведен на должность воспитателя отделения социальной диагностики и реабилитации. Продолжительность рабочей недели истца была сокращена до 36 часов, а продолжительность отпуска была оставлена без изменения в размере 28 календарных дней, что подтверждается соответствующим соглашением. С трудовым договором и дополнительным соглашением к нему истец был ознакомлен соответственно 01.06.2016 и 13.10.2016, что подтверждается его собственноручными записями в документах.

--.--.----. ФИО3 была принята ответчиком на работу на должность <данные изъяты>, что подтверждается трудовым договором (л.д. 24-27).Согласно трудовому договору истице изначально был установлен ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней, а также рабочая неделя продолжительностью 30 часов. Дополнительным соглашением от 04.04.2016 продолжительность рабочей недели истицы была увеличена до 36 часов, а продолжительность отпуска сокращена до 28 календарных дней, что подтверждается соответствующим соглашением (л.д. 15). С дополнительным соглашением, от 04.04.2016 ФИО3 была ознакомлена также 04.04.2016, что подтверждается ее собственноручной записью в соглашении.

С иском к ответчику ФИО1, ФИО2 и ФИО3 обратились в суд 28.06.2017 года (л.д. 2).

В предварительном судебном заседании не оспаривалось, что истцами пропущен срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении или перерыве срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ, судом не установлено. На такие обстоятельства истцы в предварительном судебном заседании не ссылались.

Истцы в предварительном судебном заседании настаивали на том, что пропустили срок на обращение в суд по уважительной причине. Так, по утверждению истцов, руководством ответчика они были введены в заблуждение относительно продолжительности срока на обращение в суд и считали, что он равен одному году.

Кроме того, по утверждению истцов, руководство МКУ сознательно призывало их не обращаться с жалобами на нарушение трудовых прав, убеждало их в том, что само предпринимает все необходимые меры для урегулирования спорной ситуации в их пользу.

В подтверждение указанных доводов истцы ссылались на показания свидетеля ФИО10, а также на аудиозапись выступления директора МКУ ФИО8 на одном из собраний трудового коллектива.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что с 2011 года она работает в учреждении ответчика в должности <данные изъяты>. В --.--.----. года с нею было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому продолжительность ее ежегодного оплачиваемого отпуска была сокращена до 28 календарных дней, в продолжительность рабочей недели была увеличена до 36 часов. В связи с этим в учреждении ежемесячно проводились собрания, на которых руководство заявляло о том, что не следует никуда ходить и писать, что оно само решит все спорные вопросы. Также руководство ответчика заявляло о том, что, если кто-нибудь обратится с жалобой, то учреждение могут закрыть, и тогда они все останутся без работы. Еще руководство ответчика всех заверило, что срок на обращение в суд составляет один год. Позднее она (свидетель) узнала, что две сотрудницы центра «Полярная звезда» в г. Новокузнецке обратились в суд за защитой своих нарушенных таким же образом трудовых прав, и их требования судом были удовлетворены. Соответственно, в <данные изъяты> года она тоже обратилась за юридической помощью, считая, что не пропустила срок на обращение в суд.

В предварительном судебном заседании была прослушана аудиозапись выступления директора МКУ ФИО8 на одном из собраний трудового коллектива. Ответчиком подлинность данной аудиозаписи не оспаривалась. Ответчиком не оспаривалось и то, что голос выступающего лица принадлежит директору МКУ ФИО8 Также не было предметом спора и то, что соответствующая аудиозапись была произведена на собрании трудового коллектива от --.--.----..

Согласно прослушанной аудиозаписи директор учреждения ответчика ФИО8 выступила перед трудовым коллективом с речью, содержание которой сводится к следующему. Руководство ответчика разделяет позицию трудового коллектива о том, что сокращение продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска сотрудников учреждений социальной защиты и увеличение продолжительности их рабочей недели является социально несправедливым. В связи с этим руководство МКУ будет предпринимать все возможные меры для урегулирования спорной ситуации. С указанной целью будет инициировано обращение с открытыми письмами в профсоюз и в соответствующие территориальные органы государственной власти. При этом обращение в различные инстанции с индивидуальными жалобами отдельных работников является неэффективным и приведет к инициированию ненужных проверок деятельности учреждения со стороны контролирующих органов. Необходимо действовать сообща, в связи с чем руководство МКУ испрашивает разрешение работников учреждения прикладывать к текстам обращений их подписи. Руководство МКУ призывает сотрудников учреждения немного подождать, поскольку не может быть, чтобы их просьбы остались не услышанными властью. Одновременно руководитель МКУ разъясняет сотрудникам учреждения, что изменившееся законодательство не позволяет приравнять сотрудников учреждений социальной защиты к педагогическим работникам. Однако, по мнению руководителя МКУ, нагрузка социальных педагогов и воспитателей превышает нагрузку обычных педагогов, в связи с чем законодательный пробел относительно льгот для сотрудников учреждений социальной защиты должен быть ликвидирован. На основании этого руководитель ответчика заявляет о намерении добиться того, чтобы органами государственной власти или профсоюзом была внесена законодательная инициатива с целью принятия нормативного правового акта, согласно которому сотрудники учреждений социальной защиты получили бы право на такой же удлиненный ежегодный оплачиваемый отпуск и на такую же сокращенную рабочую неделю, что и педагогические работники.

На основании совокупности представленных доказательств суд приходит к следующим выводам.

Истцы обратились в суд за разрешением индивидуального трудового спора с пропуском срока на обращение в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

О нарушении, как истцы считают, своих трудовых прав они узнали еще в 2016 году. Истицы ФИО1 и ФИО3 узнали об этом еще 04.04.2016, когда подписали дополнительные соглашения с ответчиком, которыми продолжительность их ежегодных оплачиваемых отпусков была сокращена до 28 календарных дней, а продолжительность рабочей недели была увеличена до 36 часов. Истец ФИО2 узнал об этом еще при приеме на работу к ответчику 01.06.2016, т.к. согласно трудовому договору продолжительность его отпуска сразу же была установлена ответчиком в размере 28 календарных дней, а продолжительность рабочей недели – в размере 40 часов. Дополнительным соглашением к трудовому договору с истцом ФИО2 продолжительность рабочей недели была сокращена до 36 часов, однако, по мнению истца, и это является незаконным. Истцы осознавали, что такое трудовое регулирование продолжительности их отпусков и рабочей недели нарушает их трудовые права.

Несмотря на вышеуказанные обстоятельства, только 28.06.2017 истцы обратились в суд за защитой нарушенных прав.

Суд приходит к выводу о том, что пропущенный истцами срок на обращение в суд восстановлению не подлежит, поскольку причины его пропуска нельзя признать уважительными.

В судебном заседании не оспаривалось, что руководством учреждения ответчика ежемесячно, начиная еще с февраля 2016 года (т.е. еще до фактического изменения условия трудовых договоров с истцами) проводились собрания трудового коллектива. Истцы и допрошенный по их инициативе свидетель утверждали, что директором МКУ ФИО8они были введены в заблуждение относительно продолжительности срока на обращение в суд и считали, что он равен одному году. Кроме того, по утверждению истцов, руководство МКУ сознательно призывало их не обращаться с жалобами на нарушение трудовых прав, убеждало их в том, что само предпринимает все необходимые меры для урегулирования спорной ситуации в их пользу.

Суд критически оценивает утверждения истцов и показания свидетеля в соответствующей части.

Доводы истцов и свидетеля о том, что руководство МКУ убедило их в том, что в суд за защитой своих прав можно будет обратиться в течение года, являются несостоятельными, поскольку они объективно опровергаются аудиозаписью выступления директора МКУ на собрании трудового коллектива. Однако даже если признать данное обстоятельство установленным, то и оно не может свидетельствовать об уважительности причин пропуска истцами срока на обращение в суд. Незнание закона не освобождает лиц от неблагоприятных последствий, вызванных таким незнанием. Все истцы являются полностью дееспособными, обладают необходимым жизненным опытом. Суду не представлено доказательств того, что по каким-либо объективным причинам истцы не имели возможности обратиться за юридической консультацией по вопросу срока на обращение в суд в рамках трудового спора или самостоятельно изучить трудовое законодательство.

Что касается остальных указанных истцами причин пропуска ими срока на обращение в суд, то они также не могут быть признаны уважительными. Из аудиозаписи, представленной суду, не следует, что руководство МКУ запрещало истцам обращаться в суд за защитой нарушенных прав под какими-либо угрозами. Из смысла выступления директора МКУ ФИО8 на собрании трудового коллектива следует, что руководство учреждения ответчика обращается к сотрудникам лишь с просьбой набраться терпения и не обращаться в индивидуальном порядке с жалобами в различные инстанции, поскольку это будет неэффективным. Одновременно руководство МКУ испрашивает согласие у своих сотрудников на обращение от имени всего коллектива в профсоюз и иные органы с ходатайствами о внесении законодательной инициативы по вопросу установления сотрудникам учреждений социальной защиты таких же льгот, что и педагогическим работникам. При этом директор МКУ прямо разъясняет сотрудникам, что в условиях действующего законодательства приравнять их к педагогическим работникам невозможно, чем фактически снимает с учреждения ответственность за сокращение продолжительности отпуска и увеличение продолжительности рабочей недели.

Таким образом, из позиции руководителя ответчика с необходимостью следует, что ответчиком никогда не признавался факт противозаконного изменения условий трудовых договоров с истцами. Напротив, из позиции директора МКУ явствует, что изменение условий трудовых договоров основано на действующем законодательстве, однако само по себе такое законодательство является социально несправедливым, в связи с чем требует дополнения применительно к работникам учреждения социальной защиты.

В связи с вышеизложенным нельзя признать, что подобная позиция руководства ответчика могла ввести истцов в заблуждение и привести к затягиванию сроков их обращения в суд с иском именно к ответчику о защите трудовых прав. Тем более, что исковые требования истцов основаны на том, что они по своему статусу все-таки приравнены законом к педагогическим работникам, а это обстоятельство изначально отрицалось руководством ответчика.

Таким образом, суд не усматривает оснований для восстановления истцам срока на обращение в суд, поскольку причины пропуска срока уважительными не являются.

Соответственно, суд считает, что требования истцов к ответчику о признании изменений условий трудового договора незаконными удовлетворению не подлежат.

Поскольку у суда отсутствуют основания для удовлетворения основных исковых требований истцов, то и дополнительные исковые требования о компенсации морального вреда судом не могут быть удовлетворены.

Руководствуясь ст. ст. 152, 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к МКУ Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Уютный дом» о признании изменений условий трудового договора незаконными и компенсации морального вреда отказать в связи с пропуском срока на обращение в суд и отсутствием оснований для его восстановления..

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 22.08.2017 года.

Судья И.А. Чуприкова