Приговор № 1-122/2018 от 7 ноября 2018 г. по делу № 1-122/2018

Дело № 1-122/2018г. (11701320013360529)


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Юргинский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего Воробьевой Н.С.,

с участием государственных обвинителей - помощников Юргинского межрайонного прокурора Хмелева В.В., ФИО1, ФИО2, ФИО3,

подсудимых ФИО4, ФИО5, ФИО6,

защитников - адвокатов Грищенко В.А., предъявившего удостоверение № 972, ордер № 203 от 04 апреля 2018 года, Езапенко Е.А., предъявившей удостоверение № 1584, ордер № 480 от 10 апреля 2018 года, ФИО7, предъявившей удостоверение № 1623 и ордер № 1001 от 04 сентября 2018 года, Пименовой Е.Ю., предъявившей удостоверение № 1431, ордер № 269 от 30 августа 2017 года, Ленинг М.А., предъявившей удостоверение № 1166 и ордер № 37 от 24 сентября 2018 года,

потерпевших Ж., Г., М.,

при секретарях судебного заседания Долгополовой (Науменко) А.С., Еловской М.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Юрга Кемеровской области

08 ноября 2018 года,

материалы уголовного дела в отношении

ФИО5 ( ) ранее судимого:

29 октября 2012 года Юргинским городским судом Кемеровской области по п. «б» ч. 3 ст. 111 УК РФ к 05 годам лишения свободы; по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 02 годам лишения свободы; по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 01 году лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний к 06 годам лишения свободы с отбыванием в воспитательной колонии. Освобождён 02 сентября 2016 года условно-досрочно на срок 01 год 08 месяцев 07 дней на основании постановления Ленинского районного суда г. Кемерово от 17 августа 2016 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163; ч. 1 ст. 163; п. «г» ч. 2 ст. 161; п. «в» ч. 2 ст. 163; п.,п. «а», «г», «д» ч. 2 ст. 161; п.,п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ,

ФИО4, ( ) несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.,п. «а», «г», «д» ч. 2 ст. 161; п. «а» ч. 2 ст. 161; п.,п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ,

ФИО6 ( ) несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 161; п.,п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5, ФИО4 и ФИО6 совершили преступления при следующих обстоятельствах.

1) 28 января 2017 года, около 21 часа 30 минут, ФИО5, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью завладения чужим имуществом путём вымогательства под угрозой применения насилия, с применением насилия, приехал к дому, расположенному по адресу: ( ), где встретил Н., которого пригласил в салон неустановленного автомобиля марки «Honda Civic». Находясь в салоне автомобиля, ФИО5 с целью подавления воли потерпевшего к сопротивлению и достижения преступного результата, нанёс Н. ладонью руки удар в левую часть лица, тем самым применив насилие, причинив физическую боль.

После чего, используя надуманный повод, незаконно потребовал от Н. передать ему 50 000 рублей, высказав угрозу окунуть в сугроб, то есть применить насилие в случае невыполнения предъявленных требований. Н., опасаясь за свои жизнь и здоровье, вынужденно согласился выполнить незаконное требование ФИО5 передать ему денежные средства в сумме 50 000 рублей.

29 января 2017 года, около 15 часов, Н., находясь по адресу: ( ) во исполнение выдвинутых ранее ФИО5 незаконных требований, передал последнему мобильный телефон «Iphone 7» стоимостью 64 990 рублей. ФИО5, действуя в продолжение преступного умысла, направленного на вымогательство чужого имущества, вновь высказал Н. незаконное требование о передачи ему 20 000 рублей, пояснив, что оценивает стоимость полученного от Н. мобильного телефона «Iphone 7» в 30 000 рублей. Н., опасаясь за свои жизнь и здоровье, вынужденно согласился выполнить незаконное требование ФИО5, передать ему оставшуюся часть денежных средств в сумме 20 000 рублей.

10 февраля 2017 года, около 21 часа, Н., находясь по адресу: ( ), во исполнение выдвинутых ранее ФИО5 незаконных требований, передал последнему денежные средства в сумме 20 000 рублей.

Таким образом, ФИО5, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путём вымогательства завладел имуществом, принадлежащим Н., на общую сумму 84 990 рублей.

2) В первых числах февраля 2017 года, в период с 18 часов до 22 часов, ФИО5, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью завладения чужим имуществом путём вымогательства под угрозой уничтожения чужого имущества, приехал к дому, расположенному по адресу: ( ), где встретил Б., которого пригласил в салон неустановленного автомобиля марки «Honda Civic». Находясь в салоне автомобиля, ФИО5, используя надуманный повод, незаконно потребовал от Б. передать ему 10000 рублей. Б. отказался выполнить незаконное требование, после чего ФИО5 с целью подавления воли потерпевшего к сопротивлению и достижения преступного результата, высказал Б. угрозу уничтожения его имущества, пояснив, что сожжёт машину, в случае невыполнения его требований.

3) В первых числах февраля 2017 года, в период с 18 часов до 22 часов, ФИО5, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью открытого хищения чужого имущества, с применением насилия не опасного для жизни и здоровья, находясь в салоне неустановленного автомобиля марки «Honda Civic», припаркованного у дома, расположенного по адресу: ( ), совершая вымогательство в отношении Б., применив насилие не опасное для жизни или здоровья, нанеся Б. три удара кулаком в левую часть лица, открыто похитил ключи от автомобиля марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ), принадлежащего Б., выпавшие из кармана бушлата, надетого на Б. После чего, вышел из автомобиля марки «Honda Civic» и сел на водительское сиденье автомобиля марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) припаркованного у дома, расположенного по адресу: ( ), и который открыто похитил. Таким образом, ФИО5, действуя умышленно, из корыстных побуждений, открыто похитил имущество, принадлежащее Б., автомобиль марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) стоимостью 205000 рублей, распорядившись похищенным имуществом по-своему усмотрению.

4) 19 февраля 2017 года, около 22 часов, ФИО5, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью завладения чужим имуществом путём вымогательства под угрозой применения насилия, с применением насилия, находясь в салоне автомобиля марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) припаркованного во дворе дома, расположенного по адресу: ( ), применил к Ж. насилие, нанеся три удара кулаком в область лица, причинив Ж. физическую боль и побои. После чего, Канаев КВ., выйдя из автомобиля, открыл водительскую дверь и нанёс Ж. два удара кулаком в область лица, причинив физическую боль, применяя физическую силу, удерживая Ж. за ворот одежды, пересадил потерпевшего на заднее пассажирское сидение. Сломив волю и желание потерпевшего к оказанию сопротивления, ФИО5, используя надуманный повод, незаконно потребовал от Ж. передать ему денежные средства в размере 250 000 рублей, высказав угрозу применения насилия, отвезти потерпевшего в лес и закопать, в случае невыполнения предъявленных требований. Ж. реально опасался за свои жизнь и здоровье, сопротивления не оказал. В продолжение преступного умысла, направленного на вымогательство имущества у Ж., ФИО5, управляя автомобилем « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) приехал к дому ( ), где выйдя из салона автомобиля, открыл заднюю пассажирскую дверь, нанёс Ж. два удара кулаком в область носа, применив насилие, причинив физическую боль и побои, после чего, повторно выдвинул потерпевшему незаконное требование передать ему 250 000 рублей. Ж. воспринял слова Канаев КВ. как угрозу применения насилия, реально опасался за свои жизнь и здоровье.

5) Не позднее 19 февраля 2017 года на территории г. Юрги Кемеровской области ФИО5 и ФИО4 вступили в предварительный сговор на открытое хищение имущества, принадлежащего Ж.

19 февраля 2017 года, в период с 22 часов до 24 часов, ФИО5 и ФИО4, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью открытого хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, находились в салоне автомобиля марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ), припаркованного у дома, расположенного по адресу: ( ), где ФИО4, действуя согласованно с ФИО5, желая достижения совместного преступного результата, направленного на открытое хищение чужого имущества, сообщил потерпевшему, что они забирают принадлежащий Ж. автомобиль марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ). Ж. осознавая, что ФИО5 и ФИО4 действуют совместно и согласованно, желают незаконно завладеть принадлежащим ему автомобилем, сопротивление не оказал, согласился передать принадлежащий ему автомобиль. В продолжение преступных действий, направленных на открытое хищение чужого имущества, ФИО5 и ФИО4 привезли Ж. на автомобиле марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) под управлением ФИО5, к дому, расположенному по адресу: ( ) где зашли в помещение кафе « ( )», расположенного на цокольном этаже указанного здания. ФИО5, действуя согласованно с ФИО4, угрожая уничтожить имущество, принадлежащее родителям Ж., сжечь их дом, заставил потерпевшего против его воли и желания подписать договор купли-продажи автомобиля марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) После того, как Ж. подписал договор купли-продажи, ФИО5 и ФИО4 открыто похитили автомобиль марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ), принадлежащий Ж., стоимостью 320 000 рублей, что является крупным размером, распорядившись похищенным имуществом по-своему усмотрению.

6) Не позднее 27 апреля 2017 года на территории г. Юрги Кемеровской области ФИО4 и ФИО6 вступили в предварительный сговор на открытое хищение имущества М.

27 апреля 2017 года, около 20 часов, ФИО4 и ФИО6, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью открытого хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, приехали к дому, расположенному по адресу: ( ), где сели в автомобиль « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) под управлением М.. ФИО4 в соответствии с определённой ролью, действуя согласованно с ФИО6, с целью достижения совместного преступного результата, используя надуманный повод, незаконно потребовал от М. передать им принадлежащий потерпевшему автомобиль марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ). М. осознавая, что ФИО4 и ФИО6 действуют совместно и согласовано, желают незаконно завладеть принадлежащим ему автомобилем, осведомлённый об их жестокости и принадлежности к криминальным структурам ( ), реально опасаясь за свои жизнь и здоровье, вынуждено согласился передать им автомобиль, после того как отвезёт семью.

27 апреля 2017 года, около 22 часов 30 минут, ФИО4 и ФИО6, действуя совместно и согласованно, в продолжение преступного умысла, направленного на открытое хищение чужого имущества, находясь во дворе дома, расположенного по адресу: ( ), открыто похитили принадлежащий М. автомобиль марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ) стоимостью 220000 рублей, распорядившись похищенным имуществом по-своему усмотрению.

7) Не позднее 15 мая 2017 года ФИО5, ФИО4 и ФИО6 вступили в предварительный сговор на вымогательство имущества у Г., под угрозой применения насилия, с применением насилия.

15 мая 2017 года, около 23 часов, ФИО5, ФИО4 и ФИО6, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью завладения чужим имуществом путём вымогательства под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, приехали во двор дома, расположенного по адресу: ( ), где встретили Г.. Находясь в автомобиле марки « ( )» с государственным регистрационным знаком ( ), припаркованного во дворе дома, ФИО6, действуя согласно определённой ему роли, для достижения совместного с ФИО5 и ФИО4 преступного результата, с целью подавления воли потерпевшего к сопротивлению, применил к Г. насилие, обхватив потерпевшего предплечьем руки за шею, начал сдавливать её, причинив Г. удушение и физическую боль. После чего, ФИО5, желая достижения совместного с ФИО4 и ФИО6 преступного результата, используя надуманный повод, потребовал от Г. передать им денежные средства в размере 70 000 рублей. ФИО6 высказал Г. угрозу применения насилия, в случае отказа выполнить их незаконные требования, пояснив, что ударит того. После чего, ФИО4, действуя согласно определённой ему роли, для достижения совместного с ФИО5 и ФИО6 преступного результата, потребовал от Г. передать им денежные средства в размере 70 000 рублей. Г., опасаясь за свои жизнь и здоровье, вынужденно согласился выполнить незаконное требование и в течение одного месяца передать ФИО5, ФИО4 и ФИО6 70 000 рублей.

В продолжение преступного умысла, 15 июня 2017 года, около 21 часа, ФИО5 и ФИО6, действуя согласованно с ФИО4, находясь на пересечении ул. Никитина и ул. Волгоградская в г. Юрге Кемеровской области, вновь потребовали от Г. передать им ранее обозначенную сумму в размере 70 000 рублей, установив срок до 20 июня 2017 года.

21 июня 2017года, около 20 часов, ФИО5, желая достижения совместного с ФИО4 и ФИО6 преступного результата, находясь около дома, расположенного по адресу: ( ), угрожая Г. применением насилия со стороны ФИО4 и ФИО6, повторно выдвинул потерпевшему незаконные требования передать им денежные средства в размере 70 000 рублей, пояснив, что в случае отказа передать деньги он совместно с ФИО4 и ФИО6 заберут автомобиль, принадлежащий Г.. ФИО10 с целью подавления воли потерпевшего к сопротивлению и пресечения его желания обратиться в правоохранительные органы, высказал Г. угрозу уничтожения его имущества и физической расправы, пояснив, что потерпевший сгорит вместе со своим автомобилем. Высказанные угрозы Г. воспринял реально, опасаясь за свои жизнь, здоровье и имущество, вынужденно согласился с требованиями ФИО5 передать в счёт денежных требований свой автомобиль марки « ( )», с государственным регистрационным знаком ( ) и паспорт транспортного средства, не представляющий ценности. Таким образом, ФИО5, ФИО4 и ФИО6, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путём вымогательства, 21 июня 2017 года, около 20 часов 30 минут, находясь по адресу: ( ), завладели автомобилем марки « ( )», с государственным регистрационным знаком ( ), стоимостью 150 000 рублей, принадлежащим Г..

Подсудимый ФИО11 свою вину в предъявленном обвинении признал частично. В судебном заседании пояснил, что имеет дружеские отношения в ФИО8 и ФИО8. Знал со слов ФИО8, что потерпевший М. был должен денежные средства ФИО8, но за что именно известно не было. Точную дату и время не помнит, но в тот день он встретился вместе с ФИО8 с М. в районе воинской части г. Юрги. Тогда разговор состоялся между ФИО8 и М., в суть разговора он не вникал и не вмешивался. Через 2-3 дня он снова встречался с М. возле кинотеатра «Эра», инициатором встречи был потерпевший, М. рассказал ему при данной встрече, что его вызывала полиция по поводу ФИО8 и он просил совета каким образом вести себя при опросе. После этого разговора они находились в квартале дома, где расположено кафе «Шоко-пролине», в ходе беседы М. признался ему, что должен ФИО8 денежные средства и не может вернуть долг. Спустя время к ним подъехал ФИО8, который также разговаривал с М. по поводу долга перед ФИО8. В ходе разговора ФИО8 предложил М. купить у него его автомобиль, на данное предложение М. согласился. Потерпевший забрал свои вещи из автомобиля и отдал машину ФИО8. Никто угроз М. не высказывал, открытого хищения его имущества не совершал. Вымогательства имущества Г. он не совершал, насилия не применял, угроз не высказывал. Он присутствовал при встрече Г. и Р. с ФИО8 и ФИО8 в автомобиле в мае 2017 года, где Г. разговаривал с ФИО8 по поводу денежного долга, но в суть разговора он не вникал и не вмешивался. Спустя месяц он встречался с Г. вместе с ФИО8 возле магазина «Гурман» г. Юрги, где он предложил потерпевшему вернуть долг ФИО8, наличие которого Г. не отрицал. О том, что долга в действительности не существует, не знал. Он брал в пользование автомобиль Г., но сам с потерпевшим при этом не знакомился, в кафе «Марсель» с Г. не встречался.

Подсудимый ФИО8 свою вину в предъявленном обвинении признал частично. В судебном заседании пояснил, что знаком с ФИО8 и ФИО11. В начале 2017 года по просьбе свидетеля Л. встречался с Н. в микрорайоне «Солнечный», в ходе встречи попросил Н. вернуть Л. водительское удостоверение, которое находилось у потерпевшего. Н. отказался вернуть удостоверение без возврата денежного долга Л., за это он ударил Н. по лицу ладонью, а потом предложил окунуть Н. в сугроб. После этого Н. согласился вернуть Л. водительское удостоверение. В дальнейшем в ходе разговора с Н. он предложил потерпевшему передать ему (ФИО8) денежные средства в размере 50000 рублей, которые Н. заработал, давая в долг денежные средства под проценты. На данное требование о передачи денежных средств Н. согласился. Позже Н. передал ему сотовый телефон «Iphone 7» и 20000 рублей добровольно.

С потерпевшим Б. он ранее знаком не был, точную дату и время не помнит, но встретился с Б. случайно, их познакомил ФИО12. Никаких угроз Б. не высказывал, денежных средств не требовал, насилия не применял. Узнав о том, что Б. продаёт свой автомобиль « ( )», предложил потерпевшему купить его автомобиль, Б. согласился. Они составили договор купли-продажи автомобиля, Б. расписался и он забрал данный автомобиль, пользовался им некоторое время, а потом продал автомобиль М.. Денежных средств Б. за автомобиль не передавал. Кроме того, подсудимый ФИО8 уточнил, что он забрал автомобиль потерпевшего Б. с намерением перепродать тот по более высокой цене, получив разницу в вырученной сумме, но затем решил не возвращать денежные средства потерпевшему.

Дату и время не помнит, но в тот день узнал от М., что потерпевший Ж. торгует наркотиками и продаёт свой автомобиль « ( )». Он вместе с ФИО8 и свидетелем М. решили встретиться с Ж.. Он договорился с Ж. по телефону о встрече под предлогом осмотра автомобиля, выставленного потерпевшим на продажу. Они находились в автомобиле Ж., припаркованного возле дома потерпевшего по ( ), он попросил потерпевшего посмотреть документы на машину и спросил у него по поводу того, что тот торгует наркотиками. Ж. отрицал данное обстоятельство, тогда он ударил потерпевшего 1 раз кулаком в область лица. Затем вышел из салона автомобиля, открыл дверь машины, где сидел Ж., и ещё 2 раза ударил Ж. кулаком в область лица. Коваленко стал его успокаивать, просил не бить потерпевшего. Затем Ж. признался, что торгует наркотиками, и он сказал Ж., что за это он должен отдать им свой автомобиль. На данное требование потерпевший согласился добровольно, они в помещении кальянной « ( )» составили договор купли-продажи автомобиля и Ж. ушёл домой, передав ему свой автомобиль. Затем данный автомобиль продал М., выручив от продажи деньги в сумме 270-290 тыс. рублей, которые передал ему (ФИО8).

Он был знаком с С., Р. и Г., эти военнослужащие не платили ему ежемесячно определённую сумму денежных средств, но он часто помогал этим людям, поэтому они отдавали ему свои денежные средства просто так. Также он периодически брал у Г. и С. автомобили в личное пользование. Дату и время не помнит, но в один из дней Г. и Р. стали участниками конфликта в кафе у свидетеля Т. По просьбе Р. он, ФИО8 и ФИО11 договорились с владельцем кафе не обращаться в полицию, а ФИО8 пообещал Т. что Г. и Р. возместят тому за ущерб. Ни о какой конкретной сумме не договаривались. Затем Р. сообщил ему, что денежный долг владельцу кафе отдаст Г.. Однако Г. денежных средств в размере 50000 рублей не отдавал, на связь не выходил, не отвечал на телефонные звонки. Он, ФИО8 и Долбня несколько раз встречались с Г., просили вернуть 50000 рублей Т. однако Г. всё время просил отсрочку. Угроз Г. не высказывалось, насилие не применялось, он не требовал у Г. отдать машину в счёт долга. В ходе встречи у магазина «Бомонд» он предложил Г. продать его автомобиль, чтобы вернуть долг, но не 50 000 рублей, а уже 70 000 рублей, на что Г. согласился. Он забрал у Г. автомобиль « ( )», нашёл на него покупателя и продал. Покупатель передал ему за автомобиль Г. только 50000 рублей, которые он оставил себе.

Подсудимый Коваленко свою вину в предъявленном обвинении признал частично. В судебном заседании пояснил, что знаком с ФИО8 и ФИО11, вместе занимались спортом. Точную дату и время не помнит, но в один из дней они отдыхали вместе с ФИО8 и М.. ФИО8 предложил встретиться с одним человеком и посмотреть его автомобиль. Они приехали к дому, в котором расположена аптека на ул. Ленинградская, где ФИО8 разговаривал с потерпевшим. Они осмотрели автомобиль потерпевшего, а затем сели в салон, где он узнал потерпевшего Ж., с которым, как оказалось, ранее был знаком. Затем ФИО8 задал потерпевшему вопрос, торгует ли тот наркотиками. Ж. был удивлён, стал отрицать свою причастность к торговле наркотиками, стал разговаривать на повышенных тонах, в связи с этим ФИО8 дал Ж. «пощечину». После чего от ФИО8 в лицо потерпевшего последовал ещё один удар. После этого они отъехали на автомобиле потерпевшего к «Треугольнику» по ул. Ленинградская, где ФИО8 и Ж. уже разговаривали на улице, но их разговора он не слышал, так как находился в салоне автомобиля. После этого разговора они поехали в кальянную « ( )», где между потерпевшим и ФИО8 состоялся разговор по поводу того, что Ж. продаёт ФИО8 свой автомобиль. Там же был заполнен договор купли-продажи транспортного средства, Ж. подписал его и ушёл. Потерпевший Ж. в своих показаниях оговаривает его под давлением сотрудников полиции, поскольку он никакого участия в совершении преступлений в отношении потерпевшего не принимал.

Потерпевший М. имел денежный долг в размере 150000 рублей перед подсудимым ФИО8, поскольку не рассчитался за купленный у ФИО8 автомобиль « ( )». Затем М. дал показания в полиции в отношении подсудимого ФИО8 по поводу эпизода с потерпевшим Б.. Поскольку, в свою очередь, ему должен был денежные средства подсудимый ФИО8, то они договорились с последним, что с ним (ФИО8) рассчитается потерпевший М. за долг ФИО8. Затем он встречался неоднократно с М. и разговаривал с ним поводу долга перед ФИО8, однако, потерпевший ссылался на отсутствие денежных средств. Он не объяснял М. почему тот должен вернуть денежные средства ему (ФИО8), а не ФИО8. В последнюю встречу с М. в квартале дома, где расположено кафе «Шоко-пролине», также присутствовал подсудимый ФИО11. Он не отрицает, что при данной встрече с подсудимым имел при себе нож, поскольку всегда его носит с собой, однако никаких угроз потерпевшему не высказывал. Предложил М. в счёт его долга забрать принадлежащий потерпевшему автомобиль « ( )» и тогда вопрос с возвратом денежных средств будет закрыт. М. согласился на его предложение, они приехали к дому потерпевшего, тот забрал свои вещи, передал ему (ФИО8) документы на автомобиль, и они с ФИО11 уехали на автомобиле М.. Долбня никакого участия в их разговоре не принимал. Позже он попросил жену ФИО8 продать данный автомобиль. Не отрицает, что деньги, вырученные от продажи автомобиля потерпевшего М., в сумме 180000 рублей остались у него.

Он присутствовал при разговоре потерпевшего Г. и Р. с подсудимым ФИО8, который состоялся в салоне автомобиля, где кроме него и указанных лиц также находились ФИО11 и М.. Разговор был про долг Г. и Р. перед свидетелем Т. и вёл его ФИО8. Он действительно летом пообещал Табатадзе, что Г. и Р. возместят тому ущерб, причинённый кафе в ходе конфликта. В ходе той встречи к потерпевшему и свидетелю насилия никто не применял, угроз не высказывал. В итоге парни согласились возместить ущерб и ушли. Более он с Г. нигде не встречался.

Однако, вина подсудимых в содеянном подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

По преступлению в отношении потерпевшего Н.

Потерпевший Н. в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 138-139, 140-141, 164-167, 180-181), показания которого оглашены в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, пояснил, что 28 января 2017 года ему позвонил К. с номера телефона ( ), они встретились с ним у входа в больницу по ул. Краматорская, 4 г. Юрги, сидели в салоне автомобиля. Позже он нашёл фотографию К. в социальной сети и узнал, что его фамилия ФИО8. ФИО8 стал говорить ему, что знает, что он (Н.) даёт займы под проценты, но данной деятельностью нельзя заниматься без разрешения, поэтому нужно заплатить за то, что он давал займы под проценты. Он сообщил ФИО8, что не знал о том, что нужно кому-то за это платить. Тогда ФИО8 ударил его ладонью по лицу с левой стороны и сказал, что сейчас окунёт его в сугроб. Затем ФИО8 выдвинул требования о передаче ему (ФИО8) 50000 рублей, за то, что давал займы без разрешения и никому не платил. Он согласился на требования ФИО8, так как испугался, что если откажется, то ФИО8 может продолжить его избивать. Также ФИО8 сказал, что если он хочет продолжить и дальше давать денежные средства в займы под проценты, то должен платить ему (ФИО8) по 3000 рублей и не будет проблем. Он сказал, что не будет больше заниматься займами и пообещал заплатить 50000 рублей после 10 февраля 2017 года. Позже он узнал от знакомых, что ФИО8 отнимает деньги, избивает тех, кто отказывается отдавать деньги, поэтому решил отдать ФИО8 мобильный телефон «Iphone 7», который купил для жены, чтобы ФИО8 от него отстал. 29 января 2017 года он позвонил ФИО8, договорился о встрече, которая состоялась в салоне автомобиля возле той же больницы. Передал ФИО8 телефон, который покупал за 66 489 рублей, но ФИО8 или другой мужчина, точно не помнит, сказал, что продаст его только за 30000 рублей, поэтому он (Н.) должен ФИО8 ещё 20000 рублей. Он не стал спорить с ФИО8 и согласился отдать ещё 20000 рублей. 30 января 2017 года ФИО8 приезжал к нему с тем же мужчиной и Р., просил отдать деньги раньше, но он отказался, на этом встреча закончилась. 10 февраля 2017 года он получил зарплату и в районе 21-22 часов возле магазина «Лента» в г. Юрге передал ФИО8 20000 рублей. Затем он встретился с ФИО8 случайно 11 или 12 марта 2017 года у дома по ул. Машиностроителей, 49 г. Юрги, где перед этим у него произошёл конфликт с неизвестными парнями. ФИО8 сказал тогда, что он (Н.) виноват в этой ситуации, поэтому должен заплатить ему 5000 рублей. Он не стал спорить с ФИО8 и заплатил 5000 рублей на следующий день. Тогда ФИО8 сказал ему платить по 3000 рублей ежемесячно, чтобы не было проблем. Он боялся отказаться, поскольку знал, что ФИО8 занимается вымогательствами, избивает тех, кто отказывается платить. 13 мая 2017 года он снова случайно встретился с ФИО8, тот стал говорить, что поскольку он не платил по 3000 рублей в месяц, прятался, то теперь должен заплатить 10000 рублей. Он предложил поговорить на следующий день, поскольку был пьян, на что ФИО8 согласился. 08 июля 2017 года он снова встречался с ФИО8 и ФИО11, от разговора с ними отказался, но всё же ФИО8 просил его (Н.) забрать заявление из полиции и тогда у него (Н.) не будет проблем, но он отказал ФИО8.

Свидетель Н. в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 175-176), показания которой оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, пояснила, что её супруг Н. в середине января 2017 года подарил ей мобильный телефон «Iphone 7», которым она пользовалась 9 дней. Со слов Н. ей стало известно, что у него вымогают деньги в сумме 50000 рублей, поэтому подаренный ей телефон супруг отдал парню по фамилии ФИО8 в счёт выдвинутых требований. Потом она лично встречалась с ФИО8 и просила отсрочить день возврата денежных средств Н.. Супруг помимо телефона также отдал ФИО8 сумму денежных средств, но какую не знает.

Свидетель Л. в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 177), показания которого оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, пояснил, что в феврале 2017 года от Н. узнал, что тот давал деньги под проценты своим знакомым, потом к нему приехали местные парни, сказали, что такими вещами в ( ) без разрешения заниматься нельзя и нужно заплатить им деньги. Н. не говорил сколько денежных средств с него требовали и кто именно, но сообщил, что согласился заплатить. Спустя некоторое время Н. показал ему фото парня в социальной сети «В контакте», сказал, что это ФИО8, который требовал с него деньги. Н. сказал, что отдал ФИО8 мобильный телефон «Iphone» в счёт требуемой суммы, а также отдал ещё какую-то сумму денег. Весной 2017 года они отдыхали с Н. с кафе «Ковчег», возле которого встретились с ФИО8. ФИО8 спрашивал у Н. про 10000 рублей, которые со слов ФИО8 ему должен был Н., после чего ФИО8 договорился с Н. о встрече на следующий день. Однако на следующий день указанной встречи не состоялось, поскольку Н. обратился в полицию.

Свидетель Л. в судебном заседании пояснил, что в январе или феврале 2017 года занял денежные средства у Н. под проценты. Затем в ходе разговора с ФИО8 сказал, что у Н. можно взять денежные средства взаймы, давал ли номер телефона ФИО13 – не помнит. Говорил ли ФИО8 про то, что сам занял денежные средства у Н., не помнит. В настоящее время так и не вернул долг Н., более того, потерпевший сам отдал ему водительское удостоверение, пояснив, что долг возвращать не нужно. Проблему с займом у Н. он ФИО8 решать не просил.

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля Л., на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, оглашены его показания в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 178-179), в которых он пояснил, что в январе 2017 года под залог своего водительского удостоверения занял у Н. денежные средства. После того, как занял деньги у Н., в ходе разговора с ФИО8 рассказал ему про Н., дал номер телефона последнего, и предупредил потерпевшего, что с ним хочет встретиться ФИО8. Позже он разговаривал с Н., но тот пояснил, что всё нормально, а затем ФИО8 отдал ему его водительское удостоверение, которое находилось у Н..

Оглашённые показания свидетель Л. подтвердил частично, сославшись на то, что не помнит, какие показания давал следователю.

Свидетель Р. в судебном заседании пояснил о том, что в ноябре 2016 года познакомился с ФИО8, который предложил ему платить ежемесячно деньги на помощь спортсменам, они обменялись телефонами. В январе-феврале 2017 года он был очевидцем встречи ФИО8 и Н. возле больницы по ул. Мира г. Юрги. После разговора с ФИО13 сообщил, что «поставил» на деньги Н. за то, что тот даёт деньги под проценты, но на какую сумму не говорил. При второй встречи Н. с ФИО8 потерпевший сказал, что у него нет требуемой суммы денег и предложил ФИО8 забрать в счёт денежных средств свой телефон «Iphone 7». ФИО8 согласился взять телефон, но всё равно потребовал доплатить какую-то сумму денежных средств, какую именно не помнит.

Свидетель К. в судебном заседании воспользовалась ст. 51 Конституции РФ, в связи с этим, на основании ч. 4 ст. 281 УПК РФ, оглашены её показания на предварительном следствии (том № 2 л.д. 232-233, 237-238), которые свидетель полностью подтвердила, о том, что познакомилась с ФИО8 в сентябре 2016 года, с января 2017 года ФИО8 стал периодически проживать у неё, так как они ожидали рождения ребёнка. У неё имелся автомобиль « ( )», который был оформлен на её дедушку У.. Данным автомобилем также пользовался ФИО5 Мобильный телефон «Iphone 7», изъятый в ходе обыска в квартире, ей подарил ФИО8 в феврале 2017 года, которым пользовалась только она.

Свидетель М. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 163-169) пояснил, что в январе или феврале 2017 года был очевидцем встречи ФИО8 с незнакомым парнем возле больницы по ул. Краматорская, 4 г. Юрги. Из их разговора он понял, что парень даёт деньги под проценты в долг. Кроме того ФИО8 сказал парню, что нужно вернуть водительское удостоверение какого-то мужчины, который брал в долг деньги под проценты у потерпевшего. Он сильно не вникал в разговор ФИО8 и этого незнакомого парня, поэтому о чём ещё они говорили, не знает.

В ходе очной ставки с Н. от 20 октября 2017 года свидетель М. подтвердил показания потерпевшего Н. о том, что ФИО8 в ходе встречи с Н. угрожал окунуть потерпевшего в сугроб и нанёс один удар по лицу (том № 4 л.д. 180-181).

Письменными материалами дела:

Заявлением Н. от 14 мая 2017 года, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО5 который угрожая насилием, вымогал у него сотовый телефон «Iphone 7» стоимостью 60000 рублей и денежные средства в сумме 20000 рублей (том № 4 л.д. 111).

Данными протокола осмотра места происшествия от 14 мая 2017 года с фототаблицей подтверждается осмотр участка местности у ( ), где со слов Н. он передал ФИО8, вымогавшему у него деньги, мобильный телефон «Iphone 7» (том № 4 л.д. 117-118).

Данными протокола осмотра места происшествия от 14 мая 2017 года с фототаблицей подтверждается осмотр участка местности возле ТЦ «Лента» по ул. Волгоградская, 29 г. Юрги, где со слов Н. он передал ФИО8, вымогавшему у него деньги, наличные денежные средства в сумме 20000 рублей (том № 4 л.д. 120-121).

Данными протокола обыска в жилище ФИО5 от 11 июля 2017 года подтверждается изъятие мобильного телефона «Iphone 7» IMEI ( ), упаковочной коробки от данного телефона, кассового и товарных чеков ООО «Сатурн» от 20 января 2017 года на сумму 66 489 рублей (том № 3 л.д. 8-11).

Данными протокола осмотра предметов от 21 июля 2017 года подтверждается осмотр телефона «Iphone 7» IMEI ( ), в котором установлена сим-карта с абонентским номером ( ) (том № 3 л.д. 76-77).

Данными протокола осмотра предметов от 25 июля 2017 года подтверждается осмотр упаковочной коробки мобильного телефона, кассового и товарных чеков ООО «Сатурн» от 20 января 2017 года, изъятых в ходе обыска в жилище ФИО5 11 июля 2017 года (том № 3 л.д. 79-80).

Данными протокола выемки от 09 августа 2017 года подтверждается добровольная выдача потерпевшим Н. документов о получении им кредита на приобретение мобильного телефона «Iphone 7» (том № 4 л.д. 151-152). Данными протокола осмотра от 15 августа 2017 года зафиксировано содержание выданных потерпевшим Н. документов о получении кредита (том № 4 л.д. 153-154).

Данными протокола осмотра документов от 08 ноября 2017 года зафиксирован осмотр ответа из ПАО «Мегафон» от 24 октября 2017 года о наличии абонентского номера у ФИО5 ( ), а также детализации соединений абонентского номера ( ) за период с 01 ноября 2016 года по 11 июля 2017 года, где зафиксировано 14 соединений с абонентским номером потерпевшего Н. ( ) (том № 4 л.д. 21-25).

По фактам вымогательства денежных средств и открытого хищения имущества потерпевшего Б.

Потерпевший Б. в ходе предварительного расследования (том № 5 л.д. 79-82, 83-84, 91-92, 100-101, 102-105), показания которого оглашены в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, пояснил, что в феврале 2017 года незнакомые подростки попросили его сесть в автомобиль «Хонда Цивик», припаркованный к магазину «ДНС» по ( ). В данном автомобиле находились М. и ФИО8. ФИО8 сказал ему, что он должен помогать делать «передачки» на зону, поэтому должен отдать ему 10000 рублей и тогда у него (Б.) не будет проблем. Он ответил, что не собирается помогать, ФИО8 дал ему время подумать и взял номер телефона. Примерно через 3-4 дня случайно встретился с ФИО8 и М. возле магазина «О-кей» в г. Юрге, где ФИО8 спросил, когда он отдаст 10000 рублей. Он ответил, что денег нет. В тот же день, вечером, ему позвонили и попросили выйти на улицу. Он спустился на улицу и сел в автомобиль «Хонда Цивик», где кроме М. и ФИО8 находился ещё один незнакомый парень. ФИО8 стал говорить ему: «Куда ты лезешь! Давай деньги!». Он ответил, что денег нет. Тогда ФИО8 стал угрожать, что если не отдать ему 10000 рублей, то он (ФИО8) подожжёт машину и у него (Б.) будет больше проблем. Он всё равно отказался отдать деньги, однако опасался высказанных угроз, предполагая, что ФИО8 может действительно сжечь его машину. После чего ФИО8 ударил его кулаком руки около 3-х раз в область лица с левой стороны. При этом ФИО8 стал требовать ключи от автомобиля, и он отдал их ФИО8, опасаясь ФИО8. Затем он и ФИО8 пошли в его автомобиль « ( )», припаркованный во дворе ( ). ФИО8 сел за руль, и они приехали в район стадиона «Олимп», туда подошла девушка с договором купли-продажи автомобиля и стала его заполнять. ФИО8 велел расписаться ему в договоре купли-продажи на автомобиль, требовал не обращаться в полицию, иначе будет хуже. Он подчинился требованиям ФИО8, так как боялся применения физической силы со стороны ФИО8 к нему, а также высказанных в его адрес угроз. Автомобиль оценивает в 205000 рублей, поскольку именно за эту цену приобретал его осенью 2016 года в г. Новосибирске. Продал автомобиль знакомому по имени Ю. за 100000 рублей в июле 2017 года, поскольку автомобиль после того, как находился у ФИО8, был в технически неисправном состоянии.

Свидетель М. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 5 л.д. 72-75) пояснил, что в феврале 2017 года был очевидцем встречи ФИО8 и парня по имени М. возле магазина «ДНС» по ( ), в ходе их встречи речь шла о долге, каком именно не понял. Через несколько дней он привёз ФИО8 к дому ( ), где тот снова встречался с М.. ФИО8 снова спрашивал М. про какой-то долг. Затем услышал, что ФИО8 стал требовать у М., чтобы тот отдал ему свою машину в счёт долга, и если М. не отдаст машину по-хорошему, то ФИО8 заберет ее сам. Далее он разговора не слышал, поскольку вышел из автомобиля и разговаривал по телефону. Через несколько минут М. и ФИО8 сели в автомобиль потерпевшего « ( )», затем М. ушёл домой, а ФИО8 уехал на автомобиле « ( )». Спустя неделю ФИО8 пояснил ему, что купил данный автомобиль у потерпевшего на законных основаниях, поэтому он в свою очередь приобрёл « ( )» у ФИО8 за 100000 рублей. В первых числах апреля 2017 года он встретился с М., от которому ему стало известно, что ФИО8 завладел данным автомобилем незаконно.

Свидетель М. в судебном заседании пояснил, что в июле 2017 года приобрёл у Б. автомобиль « ( )» за 100000 рублей, автомобиль требовал ремонта, имелись повреждения кузова.

Свидетель К. в судебном заседании воспользовалась ст. 51 Конституции РФ, в связи с этим, на основании ч. 4 ст. 281 УПК РФ, оглашены её показания на предварительном следствии (том № 2 л.д. 237-238), которые свидетель полностью подтвердила, о том, что о наличии автомобиля « ( )» узнала от ФИО8, о том, что он получен преступным путем ей известно не было. Договор купли-продажи данного автомобиля от 16 февраля 2017 года между ней и Б. составляла она.

Письменными материалами дела.

Заявлением потерпевшего Б. от 20 апреля 2017 года, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестное лицо, которое в феврале 2017 года у ( ) открыто, с применяем насилия, похитило его автомобиль « ( )» (том № 5 л.д. 57).

Данными протокола осмотра документов от 25 июля 2017 года подтверждается осмотр договора купли-продажи транспортно средства « ( )» г/н ( ) заключенный между Б. и Б. от 16 февраля 2017 года (том № 3 л.д. 79-80).

Данными протокола осмотра места происшествия от 13 сентября 2017 года подтверждается осмотр участка местности, расположенного возле воинской части № 72154 г. Юрги Кемеровской области, где потерпевший Б. обнаружил свой автомобиль « ( )» г/н ( ) (том № 5 л.д. 88-89).

Данными протокола осмотра от 19 октября 2017 года подтверждается осмотр автомобиля « ( )», находящийся у свидетеля М. возле ( ) (том № 5 л.д. 111-112).

По преступлениям в отношении потерпевшего Ж.:

Потерпевший Ж. в судебном заседании подтвердил свои показания в ходе предварительного следствия (том № 1 л.д. 45-48, 49-50, 54, 113-114, 125-130, 131-136) о том, что у него в собственности находился автомобиль « ( )» г/н ( ), который он собирался продавать за 320 000 рублей, в связи с этим разместил объявление об этом на сайте «Дром». 19 февраля 2017 года, после 22 часов, на его номер телефона ( ) позвонили и попросили показать автомобиль. Он вышел на улицу и в квартале своего дома встретился с тремя покупателями, которые осмотрели его машину. Затем все сели в салон автомобиля, он находился на водительском месте. В салоне он узнал приехавших к нему парней. Это были ФИО8, ФИО8 и М. с ними лично знаком не был, но знал их как жителей г. Юрги. После того, как ФИО8 взял ПТС от автомобиля, то без слов, с заднего сиденья ударил его по лицу кулаком один раз, и стал говорить, что он (Ж.) торгует наркотиками. Он отрицал данное обстоятельство, просил привезти кого-либо, кто подтвердит, что он торгует наркотиками. Но ФИО8 требовал от него деньги в сумме 250000 рублей за то, что он якобы торгует наркотиками. Так как он (Ж.) отрицал факт торговли наркотиками, ФИО8 продолжал бить его по лицу. Он опасался ФИО8, так как тот был не один. Затем ФИО8 вышел из салона автомобиля, вытащил его насильно за ворот куртки из водительского сиденья, посадил на пассажирское сиденье, а сам за руль автомобиля. Они приехали к дому ( ), где ФИО8 вышел на улицу, открыл дверь автомобиля и нанёс ему еще около трёх ударов по лицу, в результате чего разбил нос и снова требовал 250000 рублей. Затем Коваленко сказал, что если он не отдаст им деньги, то они забирают его (Ж.) автомобиль. Он не согласился отдать автомобиль, тогда ФИО8 сказал, что если не отдаст автомобиль, то они увезут его в лес, где закопают. Он испугался высказанных угроз и решил не оказывать сопротивления. Затем его привезли в подвал дома по ( ) где ФИО8 потребовал от него подписать договор купли-продажи его автомобиля « ( )». Он сказал, что не будет этого делать, тогда ФИО8 стал угрожать сжечь дом его родителей. Он опасался высказанных угроз, кроме того, с ФИО8 вместе были ФИО8 и М., а ФИО8 его до этого избивал, поэтому подписал договор и после чего его отпустили. О случившемся рассказал сожительнице Г., когда вернулся домой. Стоимость автомобиля составляла 320000 рублей.

Свидетель Г. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 1 л.д. 98-100), показания которой были оглашены и которые свидетель полностью подтвердила, пояснила, что её сожитель Ж. имел в собственности автомобиль « ( )» красного цвета, в хорошем состоянии, который намеревался продавать за 320000 рублей, в связи с чем, разместил объявление о продаже на сайте «Дром». 19 февраля 2017 года после 22 часов Ж. позвонили по объявлению, он ушёл из дома, отсутствовал долго. Вернулся уже 20 февраля 2017 года около 01 часа ночи, на лице сожителя были следы побоев, разбиты губы, глаз отёк, шла кровь. Ж. рассказал, что встретился с жителями г. Юрги « ( )», « ( )» и ФИО8. ФИО8 обвинил Ж. в торговле наркотиками, избивал, требовал денежные средства, сколько именно не помнит. Сожителю пришлось подписать договор купли-продажи на своей автомобиль, который забрали эти лица, так как он опасался за свою жизнь. После случившегося Ж. не стал обращаться в полицию, только потом ей удалось уговорить его написать заявление о случившемся.

Свидетель З. в судебном заседании пояснила, что 23 февраля 2017 года увидела объявление о продаже автомобиля « ( )», 2007 года выпуска. ФИО14 договорился об осмотре автомобиля, и они вместе приехали в г. Юргу. Продавцом этого автомобиля был М., который на встрече был с М.. Они составили договор купли–продажи автомобиля, и она передала М. за автомобиль 290000 рублей, последний написал ей расписку о получении денежных средств. Они с И. сбили цену от первоначальной в 310000 рублей до 290000 рублей, поскольку автомобиль требовал ремонта.

Свидетель И. К.В. в судебном заседании дал показания, аналогичные показаниям свидетеля З. об обстоятельствах приобретения автомобиля « ( )» 23 февраля 2017 года в г. Юрге.

Свидетель М. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 1 л.д. 101-102), показания которого оглашены и которые свидетель полностью подтвердил, пояснил, что в феврале 2017 года ФИО8 попросил его разместить объявление на своей странице сайта «Дром» о продаже автомобиля « ( )» красного цвета, скинул фотографию автомобиля, также попросил продать его, если найдутся покупатели. В объявлении о продаже он указал цену 320000 рублей. Когда приехал покупатель с женщиной, он встречался с ними вместе с ( ), который со слов ФИО8 являлся владельцем этого автомобиля. Так как в автомобиле имелись технические недостатки, покупатели договорились с М. о цене в 290000 рублей. М. вместе с женщиной-покупателем составляли договор, как происходил расчёт ему неизвестно. В конце встречи с покупателями приезжал ФИО8, который отвёз его домой, и разговаривал с покупателями по телефону, когда те хотели расторгнуть сделку.

Свидетель М. в судебном заседании пояснил, что 19 февраля 2017 года, в вечернее время, ФИО8 предложил ему и ФИО8 встретиться с парнем, который, со слов ФИО8, торгует наркотиками. Они встретились с Ж. на улице, возле дома, где потерпевший проживал, под предлогом осмотра автомобиля. После осмотра автомобиля все сели в салон, где ФИО8 взял у Ж. документы на машину и сразу нанёс один удар по лицу кулаком правой руки. Потерпевший растерялся от этого удара, а ФИО8 стал говорить, зачем он торгует наркотиками. Ж. отрицал торговлю наркотиками. А ФИО8 выдвинул ему требования передать автомобиль, принадлежащий потерпевшему. Требований о передаче денежных средств не выдвигал. Ж. отказался отдавать машину, подписывать договор купли-продажи на неё, тогда ФИО8 вышел на улицу, открыл водительскую дверь, где сидел потерпевший, и нанёс ему еще пару ударов по лицу, затем вытащил Ж. из салона, Ж. сел на заднее сиденье, а ФИО8 за руль. Затем они приехали в кальянную «Лес», где Ж. подписал составленный ФИО8 договор купли-продажи автомобиля потерпевшего, затем Ж. ушёл. Угроз потерпевшему никто не высказывал. Через несколько дней он и М. продали автомобиль потерпевшего по просьбе ФИО8. Деньги в сумме 290000 рублей, полученные от покупателя автомобиля он отдал ФИО8.

Письменными материалами дела.

Заявлением потерпевшего Ж. от 04 июня 2017 года подтверждается, что он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО8, который с 22 часов 19 февраля 2017 год по 20 февраля 2017 года, применив к нему насилие, завладел его имуществом (том № 1 л.д. 28).

Из выводов заключения эксперта № 187 от 08 августа 2017 года следует, что рукописный текст в бланке договора купли-продажи автомобиля « ( )» от 19 февраля 2017 года между Ж. и М. выполнен не Ж., а другим лицом. Подписи то имени Ж. и расшифровка подписи «Ж.» в этом же договоре вероятно выполнены потерпевшим Ж. (том № 1 л.д. 147-151)

Из выводов заключения эксперта № 1263 от 14 сентября 2017 года следует, что потерпевшему Ж. были причинены: кровоподтеки лица (2), ссадина слизистой верхней губы, которые образовались от не менее двух воздействий тупого твёрдого предмета (предметов), возможно в срок, в пределах 10-15 суток до обследования, не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (том № 1 л.д. 163).

Из выводов заключения эксперта №3/886 от 16 октября 2017 года следует, что рукописные записи в договоре купли-продажи автомобиля « ( )» от 19 февраля 2017 года между Ж. и М. выполнены ФИО5 (том № 1 л.д. 174-180).

Из заключения эксперта № 264/04-1-25/17 от 09 ноября 2017 года следует, что рыночная стоимость автомобиля « ( )» по состоянию на 19 февраля 2017 года без учёта стоимости устранения дефектов составляла 356 125 рублей (том № 1 л.д. 190-199).

Данными протокола осмотра места происшествия от 05 июня 2017 года подтверждается осмотр помещения чайной « ( )» по ( ) где 19 февраля 2017 года потерпевший Ж. подписал договор купли-продажи на свой автомобиль (том № 1 л.д. 37-41).

Данными протокола выемки от 14 июня 2017 года подтверждается изъятие у свидетеля З. автомобиля « ( )» тёмно-красного цвета, ключа зажигания и брелка сигнализации (том № 1 л.д. 66-69).

Данными протокола осмотра предметов (документов) от 09 августа 2017 года подтверждается осмотр изъятых у свидетеля З. свидетельства о регистрации транспортного средства « ( )», расписки в получении М. 290000рублей, ключа замка зажигания, пульта управления сигнализацией от автомобиля « ( )» (том № 1 л.д. 73).

Данными протокола осмотра предметов от 09 августа 2017 года подтверждается осмотр изъятого у свидетеля З. автомобиля « ( )» тёмно-красного цвета, г/н ( ) регион (том № 1 л.д. 76).

Данными протокола осмотра документов от 26 сентября 2017 года подтверждается осмотр договоров купли-продажи транспортного средств от 23 февраля 2017 года между М. и З., от 19 февраля 2017 года между Ж. и М. (том № 1 л.д. 109).

Данными протокола осмотра предметов (документов) от 08 ноября 2017 года подтверждается осмотр ответа из ПАО «МТС» от 25 октября 2017 года исх. № 114691-2017, из которого следует, что потерпевший Ж. имеет абонентский ( ) абонентский номер, принадлежащий ФИО5 ( ), соединений с номером потерпевшего Ж. не имеет (том № 4 л.д. 21-25).

По факту открытого хищения имущества, принадлежащего потерпевшему М.

Потерпевший М. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 213-215, 252-256, том № 5 л.д. 9-13), показания которого оглашены и подтверждены потерпевшим после оглашения, пояснил, что в апреле 2017 года его вызвали на опрос в отдел полиции, где он дал объяснения по факту завладения ФИО8 автомобилем потерпевшего Б.. Как только он вышел из отдела полиции, ему позвонили сначала ФИО11, а потом ФИО8, настояли на встрече недалеко от воинской части в г. Юрга. ФИО8 и ФИО11 приехали на встречу на автомобиле « ( )». Они разговаривали с ним на улице, Коваленко стал интересоваться, какие показания были им даны в отделе полиции. Когда он пояснил, что рассказал правду, то ФИО11 сказал, что за ним (М.) «косяк», и как он посмел вообще давать показания и не воспользовался ст. 51 Конституции РФ. ФИО11 сказал, что нужно подумать над этой ситуацией, а ФИО8 заявил, что он (М.) не будет жить в г. Юрге, так как ФИО8 этого не позволит, у него (М.) будут большие проблемы. После чего подсудимые уехали. В тот же день или на следующий, ему позвонил ФИО8 и настоял на встрече. Он вышел на улицу к своему дому по ( ), куда пришли ФИО8 и ФИО11. Коваленко сказал ему, что нужно нанять адвоката, что нужно изменить показания в полиции. Также Коваленко сказал, что если что-то пойдёт не так, то нужно всё брать на себя. Велел искать деньги на адвоката для ФИО8. ФИО11 поддакивал ФИО8, сказал, что из-за его показаний пострадает хороший человек. В течение следующих трёх дней ему звонил ФИО8, но он не отвечал на звонки. 27 апреля 2017 года, около 07 часов, он вышел из дома на работу и увидел ФИО11 за рулём автомобиля « ( )». ФИО11 подошёл к нему и предъявил претензии по поводу того, что он прячется. Сказал, что ему дали время, чтобы он нанял адвоката и отказался от показаний, но он ничего не сделал. Он сказал ФИО11, что сейчас нет времени для разговора. Вечером ему позвонил ФИО11, и он приехал около 19 часов к магазину «О-кей» в районе «кирзавода» в г. Юрге, там находились ФИО11 и ФИО8. Они оба сели в салон его автомобиля « ( )», где Коваленко сказал, что они забирают его (М.) автомобиль. Он пояснил, что автомобиль принадлежит жене, но подсудимых это не волновало, ФИО11 стал повышать голос и поддакивал ФИО8. Он хотел оттянуть время, сказал, что нужно отвезти жену с ребёнком, подсудимые согласились подождать и назначили встречу в 21 час у кинотеатра «Эра». К кинотеатру приехал Долбня на автомобиле « ( )», кто был за рулём, не знает. ФИО11 сказал ему ехать к кафе «Шоко-Пролине». Там они с ФИО11 ждали около 30 минут ФИО8. Дожидаясь ФИО8, он просил ФИО11 оставить автомобиль, но ФИО11 заявил, что они всё равно забирают машину, говорил, что они опасная группировка, их около 10 человек, и он воспринял данные слова как угрозу, что с ними лучше не связываться. Около 22 часов приехал ФИО8, в руках у него находился нож-«бабочка», который тот сразу воткнул в дерево, сказал, что они забирают автомобиль « ( )» и стал интересоваться документами на него. Он (М.) сказал, что документы дома, а там спит ребёнок, но Коваленко сказал, что ему всё равно, при этом постоянно втыкал нож в дерево. Он вынуждено согласился, так как нож, находившийся у ФИО8, воспринял как угрозу, кроме того, боялся применения физического насилия со стороны подсудимых. После этого они приехали к его дому, где он забрал из автомобиля свои вещи, ФИО8 требовал принести документы на автомобиль. Он зашёл домой, рассказал жене, что у него забирают автомобиль, по требованию ФИО8 вынес документы на машину и передал их ему, получив документы, ФИО8 и ФИО11 уехали на его автомобиле. Никакого денежного долга перед ФИО8, ФИО8 или ФИО11 он не имел.

Потерпевшая В. в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 222-223), показания которой оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, пояснила, что в марте 2017 года супруг её сестры М. попросил оформить на своё имя автомобиль, так как у него были проблемы с кредитными организациями. Она согласилась, и М. попросил подписать её договор купли-продажи автомобиля « ( )» от 15 марта 2017 года между ней и Ч. Со слов М. знает, что тот приобрёл автомобиль « ( )», обменявшись с продавцом на автомобиль « ( )». Пользовался автомобилем « ( )» только М., который в апреле-мае 2017 года сообщил, что у него забрали его автомобиль.

Свидетель М. в судебном заседании пояснила, что в апреле 2017 года, точного числа не помнит, супруг М. оставил её и ребёнка дома, сам куда-то уехал. В тот вечер ему постоянно звонили, хотели с ним встретиться. Около 22 часов она услышала, что к их дому подъезжает автомобиль, через окно в квартире она наблюдала, как К. вышел из машины, собрал свои вещи, а ФИО8 пересел за руль их автомобиля « ( )». Супруг зашёл домой, сказал, что у него забирают машину, начал искать ПТС. Она была против, но пока муж находился дома, ему снова звонили, угрожали, и М., забрав документы, вышел на улицу. В окно она снова наблюдала за происходящим и видела, как супруг, сидевшему за рулём ФИО8 передал ПТС, рядом с ФИО8, на переднем пассажирском сиденье, сидел кто-то еще. Знает со слов супруга, что его автомобиль забрали ФИО8 и ФИО11.

Свидетель Р. в судебном заседании пояснил, что знает со слов М. о том, что у того забрал его автомобиль « ( )» подсудимый ФИО8.

Свидетель С. в судебном заседании пояснил, что видел подсудимых ФИО8 и ФИО11 на зеленом автомобиле « ( )», принадлежащем М.. Со слов ФИО8 они забрали данный автомобиль у М., так как тот обратился на них в полицию.

Свидетель Б. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 5 л.д. 14-15, 35-36) пояснила, что 11 мая 2017 года около 16-18 часов в г. Томске приобрела автомобиль « ( )» за 178000 рублей. Автомобиль продавала девушка по фамилии Б. и её муж ФИО8. Б. передала ей договор купли-продажи автомобиля с подписью владельца Ч., а она отдала Б. деньги в сумме 178000 рублей.

Свидетель Ч. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 4 л.д. 238-239) пояснил, что 15 марта 2017 года обменял свой автомобиль « ( )» на автомобиль М. « ( )», составили не договор обмена, а купли-продажи автомобилей. М. объяснял, что автомобиль приобретает для жены, покупателем была указана В.. Свой автомобиль он оценил в 200000 рублей, автомобиль М. стоил столько же. После сделки он с М. больше не встречался. В апреле 2017 года ему позвонил парень с номера телефона, последние цифры « ( )». Парень представился И. М. и попросил встретиться. Этот незнакомый парень приехал на автомобиле « ( )», который он продал М., и попросил его расписаться в пустом бланке договора купли-продажи автомобиля « ( )». После того как он поставил свою подпись, парень уехал, с М. по этому поводу не разговаривал, поскольку на тот момент с М. не общался. Примерно через неделю ему позвонил тот же парень с того же номера телефона и попросил сбросить копию его паспорта на страницу в социальной сети «В контакте». Он отправил копию своего паспорта парню на страницу «В контакте». О хищении автомобиля « ( )» у М. ему стало известно от сотрудников полиции.

Письменными материалами дела.

Заявлением М. от 03 июля 2017 года подтверждается, что потерпевший просит привлечь к уголовной ответственности ФИО8 и ФИО11, которые 27 апреля 2017 года похитили у него автомобиль марки « ( )» (том № 4 л.д. 184).

Данными протокола выемки от 08 августа 2017 года подтверждается изъятие у свидетеля М. договора купли-продажи от 15 марта 2017 года автомобиля « ( )», заключенного между Ч. и В. (том № 4 л.д. 230-231).

Данными протокола осмотра документов от 09 августа 2017 года подтверждается осмотр договора купли-продажи автомобиля « ( )» от 15 марта 2017 года с подписями Ч. и В. (том № 4 л.д. 232-233).

Данными протокола выемки от 14 сентября 2017 года подтверждается изъятие у свидетеля Б. автомобиля « ( )», ключей замка зажигания, копии паспорта Ч., договора купли-продажи автомобиля от 13 мая 2017 года между Б. и Ч., договора купли-продажи автомобиля от 29 апреля 2017 года между Б. и Ч., расписка в получении Б. 178000 рублей (том № 5 л.д. 18-19).

Данными протокола осмотра от 14 сентября 2017 года подтверждается осмотр автомобиля « ( )» г/н ( ), изъятого у свидетеля Б. (том № 5 л.д. 20-21).

Данными протокола осмотра от 26 сентября 2017 года подтверждается осмотр копии паспорта Ч., договора купли-продажи автомобиля от 13 мая 2017 года между Б. и Ч., договора купли-продажи автомобиля от 29 апреля 2017 года между Б. и Ч., расписка в получении Б. 178000 рублей, изъятых у свидетеля Б. (том № 5 л.д. 26-27).

Данными протокола осмотра предметов (документов) от 08 ноября 2017 года подтверждается осмотр ответов из ПАО «Мегафон» от 25 октября 2017 года исх. № 02457/17и ООО «Т2 Мобайл» за исх. № 7/92-319, из которых следует, что подсудимый ФИО6 имеет абонентский номер ( ), потерпевший М. – ( ). Абонентский номер, принадлежащий ФИО6 ( ) имеет 27 соединений с абонентским номером М., в том числе, 20 апреля 2017 года три соединения, 23 апреля 2017 года одно соединение, 27 апреля 2017 года – 11 соединений, из них 8 соединений 27 апреля 2017 года в период с 20 часов 45 минут до 20 часов 53 минут (том № 4 л.д. 21-25).

По преступлению в отношении потерпевшего Г.

Потерпевший Г., будучи допрошенным в судебном заседании, пояснил, что проходил службу по контракту в воинской части г. Юрги с 23 марта 2015 года по 13 апреля 2018 года. Снимали жильё в ( ) вместе с сослуживцами С. и Р.. С подсудимыми он познакомился в середине ноября 2016 года в кафе «Марсель». В кафе находились все трое подсудимых, они попросили Р. познакомить его с ними. ФИО8 пояснил, что они являются группировкой «спортсменов», что они решают разные вопросы и с ними можно общаться за 3000 рублей ежемесячно. Платить ежемесячно по 3000 рублей предложил именно ФИО8. Он был вынужден согласиться, так как знал о репутации данных людей в городе, которые заставляют платить деньги военнослужащих, опасался их. Ему было известно, что прозвище ФИО8 – « ( )», прозвище ФИО4 - « ( )». В тот же день, позже, он передал ФИО8 3000 рублей. Затем в течение трёх месяцев передавал через Р. ежемесячно ФИО8 по 3000 рублей. Кроме передачи денежных средств, несколько раз давал ФИО8 и ФИО11 свой автомобиль « ( )» во временное пользование. Затем он уехал в командировку и сообщил ФИО8 по телефону о том, что временно не сможет платить по 3000 рублей. Автомобиль на это время передал свидетелю С. Когда находился в командировке, в конце апреля-начале мая 2017 года, ему позвонил С. и сказал, что ФИО8 забирает его (Г.) автомобиль « ( )». С. рассказал, что к нему неожиданно приехали подсудимые, ФИО8 выхватил ключи от машины, и они уехали. Он вернулся из командировки 13 мая 2017 года, а 15 мая 2017 года встретился с тремя подсудимыми и парнем по прозвищу « ( )», с его стороны был Р.. Он и Р. находились на заднем сиденье автомобиля вместе с ФИО8 и ФИО11. На его вопрос, зачем подсудимые забрали автомобиль, ФИО11 сказал, что он и сам всё понимает, почему так произошло, а ФИО8 сказал, что машину забрали за то, что он не платил им деньги. Выдвинули требования о передачи им 70000 рублей, 50000 рублей оставят себе, а 20000 рублей передадут на зону. В ходе разговора ФИО11 сдавил ему шею так, что стало трудно дышать, а затем высказывал угрозы, что если не согласиться передать им деньги, то он его (Г.) ударит. Коваленко сказал, что придётся отдать им 70000 рублей, иначе машины он не увидит. Применение в отношении него насилия со стороны ФИО11, он воспринял как угрозу. В итоге он пообещал отдать деньги через 1 месяц, так как испугался подсудимых. Примерно через неделю ФИО11 вернул ему автомобиль « ( )». В начале июня 2017 года он решил обратиться с заявлением в полицию, где сообщил о том, что подсудимые вымогают у него 70000 рублей. В конце мая 2017 года к нему приезжал ФИО11, который пытался навязать ему, что нужно им отдать деньги до конца мая 2017 года. Последующие встречи с подсудимыми проходили в рамках оперативно-розыскного мероприятия, где разговоры уже записывались. 15 июня 2017 года он договорился о встрече с ФИО8, которая происходила возле ТЦ «Спутник», ФИО8 был с ФИО11 и ещё незнакомыми парнями. Состоялся разговор о том, что он должен отдать им деньги в сумме 70000 рублей, но он пояснил, что не смог найти требуемую сумму, и ФИО11 дал ему еще время 5 дней. Затем 21 июня 2017 года он встретился с ФИО8 возле ТЦ «Бомонд». В ходе встречи ФИО8 объяснял ему, что лучше им отдать деньги, иначе «будет хуже», что лучше с ним (ФИО8) договориться, потому что если приедут ФИО8 с ФИО11, то изобьют его. Он воспринял данные слова Канаева как угрозу. В ходе разговора ФИО8 предлагал ему несколько раз продать его автомобиль « ( )» и вернуть им деньги, сказал, что уже найден покупатель на автомобиль. Также сказал, что если он (Г.) не согласиться продать автомобиль, то сгорит в машине. Он согласился на требования ФИО8 и передал тому свой автомобиль. Позже к нему приезжали ФИО8 и ФИО8 и он передал им ПТС на свой автомобиль, подписал договор купли-продажи. Автомобиль ему был возращён сотрудниками полиции после задержания подсудимых. Транспортное средство он оценивает в 150 000 рублей.

Свидетель М. в судебном заседании пояснил, что 15 мая 2017 года присутствовал при встрече ФИО4, ФИО8, ФИО11 с Г. и Р., которая происходила в вечернее время в салоне автомобиля « ( )» у дома по ( ). С Р. и Г. разговор вёл ФИО8, как он понял из данного разговора, ФИО8 помог Р. занять денег, в связи с этим Г. был должен ФИО8. ФИО8, ФИО11 и он с потерпевшим не разговаривали, насилие никем не применялось. Затем ФИО8 сказал Г., что если он долго не выходил на связь, то своего автомобиля « ( )» Г. больше не увидит. На вопрос Г. к ФИО8 вернут ли ему его автомобиль, ФИО8 ответил отказом. Затем потерпевший и Р. ушли, более он с ними не встречался.

Свидетель Т. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 2 л.д. 239), показания которого оглашены и подтверждены свидетелем после оглашения в полном объёме, пояснил, что познакомился с Г. в ходе службы по контракту в воинской части г. Юрги. В июле 2017 года узнал со слов самого Г., что ФИО8, ФИО11 и парень по прозвищу «В.» вымогали у него 70000 рублей, а когда не получили денег, то забрали автомобиль.

Свидетель Р. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 2 л.д. 240-242), показания которого оглашены и подтверждены свидетелем после оглашения в полном объёме, пояснил, что И. с С. и Г., вместе проходили службу по контракту в воинской части г. Юрги. С ФИО8 он познакомился в ноябре 2016 года, когда на их знакомого Т. напали несовершеннолетние. Он и С. встречались тогда с ФИО8 возле кальянной « ( )» из-за конфликта, произошедшего у Т.. В ходе той встречи ФИО8 сказал, что нужно помогать им деньгами, имея в виду спортсменов. А в обмен на это он и С. смогут обращаться к ним за решением проблем. Он и С. обещали подумать, обменялись номерами телефонов с ФИО8, номер телефона ФИО8 - ( ). Не помнит когда и где познакомился с парнем по прозвищу «В.», но знает, что его зовут ФИО4. С ФИО11 познакомился в тот же день, что и с ФИО8, они были вместе. Спустя какое-то время ФИО8 увидел его вместе с Г., спросил не хочет ли Г. помогать им деньгами. Когда ФИО8 узнал, что Г. не собирается никому платить, то попросил организовать встречу с Г.. В ноябре-декабре 2016 года он приехал с Г. в кафе «Марсель» на встречу с ФИО8, где также находились ФИО11 и ФИО8. В ходе встречи ФИО8 сказал Г., что они «спортсмены», что они помогают решать разные проблемы и им нужно помогать деньгами по 5000 рублей ежемесячно. Г. согласился платить, но не по 5000 рублей, а по 3000 рублей. После этого он два или три раза передавал от ФИО13 по 3000 рублей. Несколько раз встречался с ФИО8 и тот интересовался о других военнослужащих, которые еще никому не платят. В феврале 2017 года Г. уехал в командировку и оставил свой автомобиль « ( )» во временное пользование С. Примерно в апреле 2017 года по телефону он узнал от Г., что его автомобиль « ( )» забрал ФИО8 за то, что Г. не платит деньги. В середине мая 2017 года, когда Г. вернулся из командировки, он по просьбе последнего присутствовал при встрече Г. с ФИО8, ФИО8 и ФИО11, а также парнем по прозвищу « ( )». В автомобиле ФИО8 сказал Г., что раз он не платил деньги, то у ФИО8 возникли финансовые трудности, из-за чего ему пришлось выкладывать свои деньги, чтобы делать «передачки» на зону. Г. пытался объяснить, что он не обязан им платить. В это время ФИО11 замахнулся рукой на Г., сказал, что сейчас ударит Г.. Сделал это с той целью, чтобы Г. признал свою вину. ФИО4 сказал, что машина Г. уже продана, а чтобы её вернуть, необходимо заплатить им 70000 рублей, 50000 рублей - подсудимым, а 20000 рублей - за ремонт автомобиля. ФИО8 поддержал требование о передачи им 70000 рублей, тогда автомобиль они вернут. Они с Г. поняли, что возражать бесполезно и Г. согласился передать им требуемую сумму денег после заработной платы. Спустя несколько дней он узнал от Г., что автомобиль ему вернули. Потом ФИО8 периодически звонил ему (Р.), спрашивал, где находится Г., когда тот отдаст деньги. Позже Г. говорил ему, что автомобиль у него забрали второй раз.

После оглашения показаний свидетель Р. дополнил, что ФИО11 при встрече 15 мая 2017 года при высказывании угроз в адрес Г. также обхватывал шею потерпевшего рукой.

Свидетель С. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (том № 2 л.д. 242-244), показания которого оглашены и подтверждены свидетелем после оглашения в полном объёме, пояснил, что в феврале 2017 года Г. уехал в командировку и оставил ему в пользование свой автомобиль « ( )». В один из дней конца апреля-начала мая 2017 года, около 19 часов, он находился дома по ( ), услышал звук сигнализации автомобиля, вышел на улицу, где возле автомобиля находились ФИО8 и ФИО11. Они приехали на автомобиле « ( )» тёмно-зелёного цвета, принадлежащем М.. У него в руке находились ключи от автомобиля и брелок от сигнализации, которые выхватил ФИО8 и сказал, что они забирают автомобиль Г., так как тот не платил им денег. Кроме того, ФИО8 сказал передать Г., чтобы тот не обращался в полицию, иначе автомобиль сгорит. После чего ФИО11 сел за руль автомобиля « ( )», а ФИО8 в « ( )», они уехали. Он позвонил Г. и рассказал о случившемся. После того как Г. вернулся из командировки, то сообщил ему, что ФИО8 требовал от него передать 70000 рублей. После 25 мая 2017 года он уехал в отпуск, где находился до 25 июня 2017 года, в это время ФИО8 звонил ему, требовал найти Г.. Ему известно, что ФИО8 и ФИО11 состоят в преступной группировке, занимаются вымогательством денег у военнослужащих по контракту под различными предлогами, называют себя «спортсменами», кто отказывается им платить, запугивают, угрожают избиением.

Свидетель В. в судебном заседании пояснил, что в июне 2017 года ФИО8 предложил ему купить автомобиль « ( )», который продавал знакомый ФИО8. Через несколько дней он осмотрел автомобиль, встреча состоялась возле ТЦ «Бомод». Не помнит, за какую цену ФИО8 продавал автомобиль, но он предложил другую сумму, сколько именно не помнит. Затем через неделю возле ТЦ «Спутник» он купил данный автомобиль « ( )» золотистого цвета у ФИО8, который был на встрече с продавцом. Ему передали готовый договор купли-продажи уже с подписью собственника. Денежные средства за автомобиль он отдал ФИО8.

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля В., были оглашены его показания на предварительном следствии (том № 2 л.д. 215-216), в которых свидетель пояснил, что в начале июня 2017 года встретился возле ТЦ «Спутник» с ФИО8, ФИО8 и ФИО11, они предложили ему купить у них автомобиль марки « ( )». Когда спустя неделю он осматривал данный автомобиль возле ТЦ «Бомонд», ФИО8 приехал на встречу за рулём данного автомобиля. ФИО8 сказал ему, что автомобиль они продают более чем за 100 000 рублей. 08 июля 2017 года он встретился с ФИО8, который был с незнакомым парням, и купил автомобиль « ( )» за 80000 рублей. Данный парень передал ему ПТС и договор купли-продажи автомобиля.

Оглашённые показания свидетель В. подтвердил частично, ссылаясь на то, что не помнит происходивших событий, не помнит кто передавал ему документы и чтобы ФИО8 приезжал на встречу за рулём автомобиля « ( )».

Письменными материалами дела.

Данными протокола осмотра документов от 06 июля 2017 года подтверждается осмотр результатов оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент», а именно: постановления о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 29 июня 2017 года; постановления о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 29 июня 2017 года; постановления № 1332с о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» от 13 июня 2017 года; заявление Г. от 13 июня 2017 года; акт № 1432с о результатах ОРМ «Оперативный эксперимент» от 21 июня 2017 года; справка-меморандум к диску № 1679с; справка-меморандум к диску № 1678с; справка- меморандум от 28 июня 2017 года (том № 2 л.д. 33-38).

Документы, подтверждающие результаты ОРМ «Оперативный эксперимент» с участием потерпевшего Г. (постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 29 июня 2017 года; постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 29 июня 2017 года; постановление № 1332с о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» от 13 июня 2017 года; заявление Г. от 13 июня 2017 года; акт № 1432с о результатах ОРМ «Оперативный эксперимент» от 21 июня 2017 года; справка-меморандум к диску № 1679с; справка-меморандум к диску № 1678с; справка- меморандум от 28 июня 2017 года; опрос Г.) признаны вещественными доказательствами и приобщены в качестве таковых в материалы уголовного дела (том № 2 л.д. 3-32, том № 2 л.д. 39).

Данными протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 08 июля 2017 года зафиксировано содержание разговора между ФИО8, ФИО11 и потерпевшим Г. от 15 июня 2017 года, содержащегося на диске DVD-R «уч. 1679с» файл «15.06.2017», в ходе которого ФИО11 выясняет у Г. по какой причине последний не отдал им 70000 рублей, что таким образом Г. проявил неуважение к подсудимому, что некий Саня пошёл на встречу Г., чтобы он остался с машиной. В ходе разговора Г. просит времени 1 неделю и подсудимый ФИО11 соглашается предоставить Г. ещё пять дней, и предлагает потерпевшему продать его автомобиль. ФИО8 выясняет, какие доходы имеет потерпевший, размер его отпускных (том № 2 л.д. 40-45).

Содержание DVD-R диска «уч. 1679с» файл «15.06.2017» проверено судом в ходе судебного следствия путём непосредственного прослушивания.

Данными протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 08 июля 2017 года зафиксировано содержание разговора между ФИО8 и потерпевшим Г. от 21 июня 2017 года, содержащегося на диске DVD-R «уч. 1678с» файл «21.06.2017», из которого следует содержание разговора: ФИО8 убеждает потерпевшего Г., что тот подставил подсудимого перед «пацанами», что сейчас приедут «В.» и Ж. с которыми Г. сам должен будет решать вопрос и слово данных лиц является решающим. В ходе разговора ФИО8 навязывает потерпевшему Г., что для того, чтобы рассчитаться с «пацанами», необходимо продать машину потерпевшего, на которую у подсудимых уже имеется покупатель. ФИО8 объясняет Г., что из 100000 рублей, которые можно выручить с продажи автомобиля потерпевшего, «пацаны» заберут себе 70000 рублей. После высказывания Г. сомнений по поводу продажи своего автомобиля на условиях озвученных ФИО8, подсудимый оказывает давление на потерпевшего в решении данного вопроса, убеждая того, что иным путём Г. деньги не найдёт. ФИО8 угрожает потерпевшему появлением «В.» и Ж., которые слушать Г. не станут, изобьют его и заберут у него автомобиль. ФИО8 убеждает потерпевшего согласиться на продажу машины, поскольку «В.» в любой случае заберёт деньги в сумме 70000 рублей, иначе Г. не сможет работать в г. Юрге, у него будут большие проблемы. Кроме того, ФИО8 объясняет Г., что передачей им 70000 рублей, тот не подставит С., который за него поручился. Также ФИО8 угрожает Г., что если он обратиться в полицию, то потерпевший сгорит в своей машине. Кроме того, в ходе разговора ФИО8 подтверждает то обстоятельство, что при встрече в автомобиле 15 мая 2017 года именно «В.» (ФИО8) выдвинул Г. требования о передачи подсудимым 70000 рублей и автомобиля потерпевшего, и только после просьбы Р. и Г., поддержал требования о передачи только денежных средств. В результате давления и угроз со стороны ФИО8 потерпевший Г. соглашается передать подсудимому свой автомобиль (том № 2 л.д. 40-45).

Также содержание DVD-R диска «уч. 1678с» файл «21.06.2017» проверено судом в ходе судебного следствия путём непосредственного прослушивания аудиофайла и просмотра видеозаписи, на которой изображён вышеизложенный разговор подсудимого ФИО8 и потерпевшего Г..

Данными протокола осмотра места происшествия от 11 июля 2017 года подтверждается изъятие на участке местности у ( ) автомобиля марки ( )» г/н ( ), свидетельства о регистрации ТС на имя Г., ПТС данного транспортного средства, договора купли-продажи от 10 июля 2017 года, заключенного между Г. и В., страхового полиса на имя Г., ключей от замка зажигания и брелока сигнализации (том № 2 л.д. 26-30).

Данными протокола осмотра предметов и документов от 11 июля 2017 года подтверждается осмотр ключей от замка зажигания и брелока сигнализации, свидетельства о регистрации ТС на имя Г., ПТС транспортного средства марки « ( )», договора купли-продажи от 10 июля 2017 года, заключенного между Г. и В., страхового полиса на имя Г. (том № 2 л.д. 31-32).

Данными протокола выемки от 11 июля 2017 года подтверждается изъятие у потерпевшего Г. мобильного телефона «Сони F3112» с сим-картой ( ) (том № 2 л.д. 199-200). В ходе осмотра мобильного телефона «Сони F3112», принадлежащего потерпевшему Г., установлен контакты с абонентами: ( ) «К» и ( ) «Ж.Д.» (том № 2 л.д. 201-202).

Данными протокола осмотра предметов от 26 июля 2017 года подтверждается осмотр мобильного телефона «IPhon А1586», изъятого в ходе обыска в жилище ФИО6, с сим-картой оператора «Мегафон» ( ), в котором установлены контакты: ( ) – Р. (Г.); ( ) – К. (ФИО5); ( ) – С. (ФИО4); 8 ( ) – К.. Обнаружено фотоснимки с изображениями ФИО5, ФИО4, фотоснимок автомобиля « ( )» с г/н ( ) (том № 3 л.д. 98-100).

Данными протокола осмотра документов от 08 ноября 2017 года подтверждается осмотр ответа из ПАО «Мегафон» от 24 октября 2017 года исх. № 02457/17, из которого следует, что подсудимый ФИО5 имеет абонентский номер ( ) подсудимый ФИО6 – ( ), потерпевший Г. – ( ). Абонентский номер, принадлежащий ФИО5 ( ) в период с 01 ноября 2016 года по 11 июля 2017 года имеет 125 соединений с абонентским номером Г., в том числе, и в дни выдвижения требований ФИО15 номер, принадлежащий ФИО6 – ( ), в период с 01 ноября 2016 года по 11 июля 2017 года имеет 13 соединений с абонентским номером Г., все они произведены 19, 20 и 21 мая 2017 года, то есть после выдвижения Г. требований (том № 4 л.д. 21-25).

Данными протокола осмотра документов от 01 декабря 2017 года подтверждается осмотр результатов оперативно-розыскной деятельности «Прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО5 и ФИО6 (том № 2 л.д. 180-184).

Из выводов заключения эксперта № 1-270 от 16 ноября 2017 года следует, что в тексте, зафиксированном на фонограмме файла «15.06.2017-(0990)», находящемся на диске DVD-R № 1679с, речь идёт о необходимости передачи денежных средств в размере 70000 рублей. Лица, обозначенные в установленном тексте фонограммы как М1 и М3, выполняют направляющую функцию и выражают требование лицу М2, выступающему в роли исполнителя, передать им денежные средства. Признаков вербальной агрессии в форме угрозы в тексте не имеется. В тексте, зафиксированном на фонограмме в файле «21.06.2017-2-(01246)», находящемся на диске DVD-R № 1678с, речь идёт о необходимости передачи денежных средств в размере 70000 рублей. Лицо, обозначенное в установленном тексте фонограммы как М1, выполняет посредническую функцию и выражает требование лицу М2, выступающему в роли исполнителя, передать третьим лицам, обозначенным в тексте как Ж.В. денежные средства. В репликах лица М1 при реализации побуждения к передаче денежных средств используются коммуникативные целеустановки – угрозы, направленной в адрес лица М2 и заключающейся в обещании совершить физическую расправу над лицом М2, лишить лицо М2 автомобиля, лишить лицо М2 возможности работать, создать неблагоприятные условия его существования (том № 4 л.д. 62-84).

Допрошенная по ходатайству защиты свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснила, что её сын Е. ФИО11 проживал один по ( ). В данной квартире у сына она хранила денежные средства в сумме 40000 рублей, принадлежащие ей. Именно данные денежные средства были изъяты в квартире по указанному адресу в ходе обыска.

Свидетель защиты М. в судебном заседании пояснил, что в конце 2017 года по просьбе ФИО8 ремонтировал автомобиль « ( )», ремонт которого оплачивал ФИО8.

Свидетель защиты В. в судебном заседании пояснил, что не помнит дату, но в его кальянной « ( )» находились ФИО8, ФИО8, ФИО11 и М., с которыми был незнакомый молодой человек неславянской внешности. Между указанными людьми конфликтов не было, все вели себя спокойно, как он понял, оформлялся договор купли-продажи автомобиля. Незнакомый молодой человек повреждений на видимых участках тела не имел.

Свидетель защиты Т. в судебном заседании пояснил, что является владельцем кафе, расположенном по ( ) Не помнит дату и время, примерно около 2-х лет назад, в его кафе случился конфликт между посетителями в количестве 10 человек, некоторые из которых были военнослужащими по контракту. В связи с этим конфликтом его заведению был причинён ущерб на сумму 20 тыс. рублей. Тогда в кафе приезжал подсудимый ФИО8, который попросил не обращаться в полицию и поручился за «контрактников», заверив, что ущерб ему будет возмещён. Однако до настоящего времени ему ущерб никто не возместил.

Письменные доказательства получены в соответствии с требованиями УПК РФ, ничем не опровергнуты, согласуются с показаниями свидетелей обвинения, потерпевших, поэтому суд признаёт их допустимыми и относимыми доказательствами вины подсудимых.

Заключения экспертиз полностью соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе ст. 204 УПК РФ, оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, выводы являются ясными и понятными, сомнений у суда не вызывают, полностью мотивированы, подтверждаются результатами, содержащимися в исследовательской части заключений. Эксперты об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения предупреждены. Поэтому суд находит заключения экспертиз обоснованными, оснований сомневаться в достоверности заключений экспертов у суда не имеется.

Все оперативно-розыскные мероприятия по делу проводились в соответствии с Федеральным законом РФ "Об оперативно-розыскной деятельности". Документы, отражающие проведение оперативно-розыскных мероприятий, составлены в соответствии с требованиями закона, и в связи с тем, что при использовании результатов оперативно-розыскных действий для формирования доказательств на стадии предварительного расследования нарушений уголовно-процессуального законодательства допущено не было, суд признаёт результаты, полученные в ходе их проведения, допустимыми доказательствами и принимает в качестве доказательств вины подсудимых.

Суд не может согласиться с доводами защитника Грищенко В.А. о том, что диски DVD-R «уч. 1679с от 23.06.2017» и «уч. 1678с 23.06.2017», а также протокол осмотра данных дисков от 08 июля 2017 года являются недопустимыми доказательствами, по следующим основаниям.

В соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", к оперативно-розыскным мероприятиям среди прочих относится «Оперативный эксперимент» (ст. 6 Федерального закона); основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются, в том числе ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершённого противоправного деяния (ст. 7 Федерального закона). При этом при проведении данного ОРМ могут быть использованы видео- и аудиозапись, кино- и фотосъемка, а также другие технические и иные средства.

Согласно ст. 11 данного Федерального закона, результаты оперативно-розыскной деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, представляться в орган дознания, следователю или в суд, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств. Представление результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд осуществляется на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Судом установлено, что аудиозаписи на дисках DVD-R с рукописными записями «уч. 1679с от 23.06.2017» и «уч. 1678с 23.06.2017» осуществлялись в результате проведённого ОРМ «Оперативный эксперимент» с потерпевшим Г.. Данное оперативно-розыскное мероприятие проводилось в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 6, ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Постановлением Врио заместителя начальника ГУ МВД России по Кемеровской области ФИО17 от 29 июня 2017 года результаты ОРД в виде аудионосителя – указанных дисков были направлены и переданы следователю.

В дальнейшем предоставленные результаты ОРМ следователем были осмотрены 08 июля 2017 года (том № 2 л.д. 40-45) и признаны вещественными доказательствами по уголовному делу (том № 2 л.д. 46).

Таким образом, порядок проведения ОРМ соответствует требованиям Закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Соблюдены требования закона и при преобразовании результатов ОРМ «Оперативный эксперимент» в доказательства.

Таким образом, указанные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и законодательства об ОРД, поэтому являются допустимыми доказательствами по делу, оснований для признания их недопустимыми у суда нет.

Показания потерпевших, свидетелей обвинения на предварительном следствии (поскольку получены в соответствии с требованиями закона, а противоречия в них обусловлены давностью произошедших событий), а также в суде в той части, в которой они согласуются с их же показаниями на предварительном следствии, согласуются между собой, с совокупностью письменных доказательств, исследованных судом, последовательны, логичны, ничем не опровергнуты. Все доказательства получены с соблюдением положений уголовно-процессуального закона, оснований для оговора подсудимых потерпевшими и свидетелями судом не установлено. В связи с чем, суд признаёт их достоверными, допустимыми и принимает как доказательства вины подсудимых.

Имеющиеся в показаниях на предварительном следствии потерпевших противоречия не являются существенными, поэтому не могут являться основаниями для признания их показаний недостоверными доказательствами, поскольку в ходе всего предварительного следствия потерпевшие всегда указывали на лиц, совершивших в отношении них преступления, подтвердили свои показания на очных ставках с подсудимыми и со свидетелями, объяснили наличие противоречий на первоначальных этапах предварительного расследования, уточнив их в последующем.

Показания потерпевших Н. и Б. в ходе предварительного следствия получены в соответствии с требованием закона, из содержания протоколов допросов и очных ставок с участием данных потерпевших следует, что до начала производства следственных действий им были разъяснены процессуальные права, они предупреждались об уголовной ответственности по ст., ст. 306, 307 УК РФ. Никаких замечаний по поводу ведения допросов и правильности отражения, изложенных в них показаний, в протоколах следственных действий, в том числе от подсудимого ФИО8 и его защитника, не содержится. Оснований для оговора подсудимого ФИО8 у Н. и Б. не имелось, поскольку они до обращения с заявлением в правоохранительные органы с подсудимым ФИО8 знакомы не были.

В связи с изложенным, суд признаёт показания потерпевших Н. и Б. в ходе предварительного расследования достоверными и допустимыми доказательствами, подтверждающими вину подсудимого ФИО8, место, время, способ, мотивы, последствия и другие обстоятельства совершения им преступлений.

Доводы подсудимых и защитников о том, что показаниям свидетелей обвинения и потерпевших в ходе предварительного расследованиям следует не доверять и относится к ним как к недостоверным доказательствам, основаны лишь на предположениях, ничем объективно не подтверждены, поскольку никто из допрошенных в суде потерпевших, свидетелей не подтвердил, что оговорил в ходе предварительного расследования подсудимых или давал показания не соответствующие действительности. Допрошенные в суде потерпевшие отрицали доводы подсудимых и их защитников о том, что потерпевшие давали показания в правоохранительных органах под давлением или в связи с оказанным на них психологическим давлением.

Оценивая представленные доказательства с точки их относимости и допустимости, а в своей совокупности с точки зрения их достаточности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО8 в совершении вымогательства имущества Н. под угрозой применения насилия, с применением насилия по следующим основаниям.

Так, в ходе судебного разбирательства подсудимый ФИО8 не отрицал, что узнав о том, что потерпевший Н. даёт денежные средства в займы под проценты военнослужащим, потребовал от потерпевшего передать ему (ФИО8) 50000 рублей под надуманным предлогом. В результате чего Н. передал ФИО8 мобильный телефон «Iphonе» стоимостью 64990 рублей и денежные средства в сумме 20000 рублей.

Данные обстоятельства также подтверждаются показаниями потерпевшего Н., свидетелей М., Р., Н., Л..

Однако, подсудимый ФИО8 отрицает применение к потерпевшему Н. насилия и высказывание угроз применения насилия, ссылаясь на то, что удар по лицу потерпевшего и угроза окунуть в сугроб были с его стороны в связи с отказом Н. вернуть свидетелю Л. водительское удостоверение.

Однако, данная версия подсудимого является надуманной и опровергается показаниями потерпевшего и свидетелей.

Так, из показаний свидетеля М. следует, что в ходе встречи ФИО8 и Н. подсудимый ударил потерпевшего и высказал угрозу окунуть Н. в сугроб. Свидетель Р. подтвердил, что знает со слов ФИО8, что последний потребовал от Н. передать ему денежные средства. Это же подтверждается показаниями свидетеля Л.. Из показаний самого потерпевшего Н. следует, что ФИО8 применил к нему насилие и высказывал угрозу применения насилия именно в связи с выдвижением требований о передаче подсудимому денежных средств в сумме 50000 рублей. На следующий день ФИО8 повторил ранее выдвинутые требования о передачи еще 20000 рублей. Опасаясь дальнейшего применения насилия со стороны ФИО8, потерпевший Н. вынуждено согласился на требования подсудимого, в итоге передал ФИО8 мобильный телефон в счёт требуемых денежных средств и деньги в сумме 20000 рублей.

Поскольку подсудимым ФИО8 выдвинуты требования потерпевшему о передаче чужого имущества, то умысел подсудимого был направлен на получение своей материальной выгоды.

В судебном заседании установлено, что требование о передаче подсудимому ФИО8 имущества сопровождалось с его стороны угрозой дальнейшего применения насилия в случае отказа от исполнения выдвинутых требований, и данная угроза была воспринята Н. реально.

Кроме того, требование передачи имущества, высказанное в адрес Н., являлось неправомерным.

У потерпевшего Н. имелись реальные основания опасаться осуществления высказанных подсудимым ФИО8 угроз, учитывая, что свои угрозы ФИО8 подтверждал действиями, нанес потерпевшему удар по лицу, кроме того, потерпевшему в дальнейшем стало известно о том, что ФИО8 занимается вымогательством денежных средств у военнослужащих, угрожает им, избивает.

Суд считает установленным, что неприязненных отношений у ФИО8 к потерпевшему не было, повода для применения насилия и угрозы применения насилия подсудимым к Н. в связи с неприязнью не имелось, поскольку ранее данные лица знакомы не были, никакого противоправного поведения потерпевший в ходе встречи с подсудимым не допускал, а действия ФИО8 были обусловлены совершением в отношении потерпевшего вымогательства денежных средств.

Таким образом, оснований для переквалификации действий подсудимого ФИО8 по эпизоду с потерпевшим Н. на менее тяжкий состав, оправдания его по предъявленному обвинению нет.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО5 по преступлению с потерпевшим Н. по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, совершённое с применением насилия.

Оценивая представленные доказательства с точки их относимости и допустимости, а в своей совокупности с точки зрения их достаточности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО8 в совершении вымогательства имущества Б. под угрозой уничтожения чужого имущества по следующим основаниям.

В судебном заседании подсудимый ФИО8 отрицал факт вымогательства у потерпевшего Б. денежных средств, ссылаясь на то, что требований по передаче имущества и угроз Б. не высказывал. Однако доводы подсудимого опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, в ходе судебного разбирательства из показаний свидетеля М. установлено, что при встрече ФИО8 с Б. речь шла о каком-то денежном долге потерпевшего перед подсудимым. Из показаний самого потерпевшего Б. следует, что в ходе случайной встречи потерпевшего с ФИО8 последний стал требовать от него (Б.) передать тому 10000 рублей для того, чтобы сделать «передачку» на зону, то есть под надуманным предлогом. При последующей встрече, которая состоялась по инициативе ФИО8, подсудимый повторил своё незаконное требование потерпевшему Б. о передаче денежных средств, однако, получив отказ от потерпевшего в выполнении незаконных требований, высказал Б. угрозу уничтожения его имущества, сообщив, что в противном случае сожжёт автомобиль, принадлежащий Б..

Таким образом, ФИО8, преследую потерпевшего Б., встречаясь с потерпевшим по своей инициативе неоднократно, высказывал незаконные требования передачи денежных средств, угрожая при этом уничтожением имущества потерпевшего.

Кроме того, потерпевший Б. указывает на то, что он реально опасался высказанных подсудимым ФИО8 угроз, предполагая, что ФИО8 может сжечь его автомобиль.

Показания свидетеля М. о том, что он не был очевидцем высказывания подсудимым ФИО8 в адрес потерпевшего Б. угроз, сами по себе не опровергают показания потерпевшего Б. об этом, поскольку из показаний свидетеля М. следует, что в ходе разговора указанных лиц он выходил на улицу из салона автомобиля на некоторое время. Отсутствие свидетеля М. в салоне автомобиля также подтверждает сам подсудимый ФИО8. Кроме того, из показаний свидетеля М. следует, что в последующем из разговора с потерпевшим Б. ему стало известно о незаконности действий подсудимого ФИО8 в отношении потерпевшего.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего Б. у суда не имеется, поскольку потерпевший последовательно и стабильно в ходе всего предварительного расследования сообщал о ФИО8, как о лице, требовавшем от потерпевшего незаконно, под надуманным предлогом, передать в свою пользу 10000 рублей. Свои показания о вымогательстве Б. полностью подтвердил на очной ставке со свидетелем М. и подсудимым ФИО8.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО5 по преступлению с потерпевшим Б. по факту вымогательства чужого имущества по ч. 1 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой уничтожения чужого имущества.

Кроме того, суд считает доказанной вину ФИО8 в открытом хищении имущества Б., с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, по следующим основаниям.

Так, в судебном заседании ФИО8 сначала утверждал, что в ходе разговора с Б., узнав, что последний продаёт свой автомобиль « ( )», предложил купить у потерпевшего данное транспортное средство, а затем, договорившись с Б. об условиях, заключили договор купли-продажи автомобиля « ( )». При этом ФИО8 подтвердил, что никаких денежных средств потерпевшему за автомобиль не передавал, пользовался транспортным средством в личных целях. В дальнейшем ФИО8 уточнил свои показания, указав, что решил забрать автомобиль у Б. с целью его последующей перепродажи по более высокой цене, то есть получения материальной выгоды, а затем решил не расплачиваться с Б. за автомобиль.

Однако, версию подсудимого ФИО8 суд считает надуманной, несостоятельной, поскольку она опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, в ходе судебного разбирательства не было добыто доказательств того, что потерпевший Б. продавал свой автомобиль « ( )» на момент встречи с подсудимым ФИО8. В ходе судебного заседания было установлено, что в феврале 2017 года ФИО8 встречался с потерпевшим в связи с выдвижением в адрес Б. незаконных требований по передаче денежных средств с угрозой уничтожения имущества, принадлежащего потерпевшему.

Кроме того, из показаний свидетеля М. установлено, что ФИО8 требовал у потерпевшего отдать ему свой автомобиль в счёт долга, угрожая, что заберёт его силой против воли Б.. Таким образом, ни о какой продажи автомобиля между подсудимым и потерпевшим разговора не было.

В ходе судебного заседания установлено, что денежные средства за автомобиль потерпевшему не передавались, никакого денежного долга Б. перед ФИО8 не имел.

Таким образом, подсудимый ФИО8 открыто, против воли потерпевшего похитил принадлежащий Б. автомобиль стоимостью 205000 рублей.

Кроме того, из показаний потерпевшего Б. следует, что в процессе требований ФИО8 передать ему ключи от автомобиля, подсудимый наносил Б. удары по лицу, таким образом, умыслом ФИО8 охватывалось завладение чужим имуществом с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья. Подсудимый осознавал, что его открытые действия по завладению имуществом потерпевшего очевидны и понятны для Б., что демонстративно игнорировалось ФИО8. Кроме того ФИО8 требовал от потерпевшего не обращаться в полицию, угрожая в противном случае худшими последствиями.

В дальнейшем ФИО8 распорядился похищенным у Б. имуществом по-своему усмотрению.

Следовательно, суд квалифицирует действия ФИО5 по преступлению в отношении потерпевшего Б. по факту открытого хищения чужого имущества по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ – грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья.

Оценивая представленные доказательства с точки их относимости и допустимости, а в своей совокупности с точки зрения их достаточности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО8 в совершении вымогательства имущества Ж. под угрозой применении насилия, с применением насилия.

Версия подсудимого ФИО8 о том, что он не требовал от потерпевшего Ж. 19 февраля 2017 года, около 22 часов, передать денежные средства в сумме 250000 рублей, а удары потерпевшему наносил, в связи с неприязненными отношениями, опровергается установленными в судебном заседании обстоятельствами.

Суд считает установленным, что встреча с потерпевшим Ж. состоялась под предлогом просмотра автомобиля потерпевшего « ( )», объявление о продаже которого разместил Ж. в сети «Интернет». При этом никто из присутствующих на встрече с потерпевшим лиц покупать автомобиль не собирался. Целью встречи с потерпевшим явился надуманный повод, а умысел подсудимых был направлен на совершение преступлений в отношении Ж..

Из показаний потерпевшего Ж. следует, что 19 февраля 2017 года, около 22 часов, в салоне « ( )», припаркованного у ( ), ФИО8 выдвинул ему незаконные требования передать 250000 рублей. При этом незаконные требования подсудимого в адрес потерпевшего по передаче денежных средств сопровождались применением насилия в отношении Ж., поскольку ФИО8 неоднократно наносил удары в область лица потерпевшего, а также сопровождались угрозами отвезти потерпевшего в лес и закопать в случае невыполнения требований. Данные обстоятельства также подтверждены свидетелем Г. в судебном заседании, которой стало известно об этом от самого потерпевшего.

При этом, вопреки доводам подсудимых и защиты никаких неприязненных отношений, в связи с которыми ФИО8 мог применить к потерпевшему насилие, между потерпевшим Ж. и подсудимым ФИО8 на тот момент не имелось. Указанные лица ранее знакомы не были, конфликтов между ними не возникало, предположения о том, что Ж. занимался сбытом наркотиков, являлись надуманными, ничем объективно не подтверждались, и не имели никакого отношения к ФИО8.

У потерпевшего Ж. имелись реальные основания опасаться осуществления высказанных подсудимым ФИО8 угроз, учитывая, что свои угрозы ФИО8 подтверждал действиями, неоднократно наносил потерпевшему удары по лицу, причиняя физическую боль и побои. Кроме того, свидетель Г. в суде подтвердила, что потерпевший Ж., реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, длительное время не хотел обращаться в полицию.

Также факт применения в отношении Ж. насилия подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии у потерпевшего телесных повреждений и показаниями свидетеля Г..

При этом, суд не доверяет показаниям свидетеля М. и подсудимого ФИО8 о том, что ФИО8 требований потерпевшему по передаче денежных средств и угроз не высказывал, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего об обратном. Своими показаниями свидетель М. и подсудимый ФИО8 желают помочь избежать уголовной ответственности за содеянное подсудимому ФИО8, с которым поддерживали дружеские отношения.

Таким образом, суд квалифицирует действия ФИО5 по преступлению в отношении потерпевшего Ж. по факту требования передачи чужого имущества по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершённое с применением насилия.

Кроме того, суд считает доказанной вину подсудимых ФИО5 и ФИО4 в открытом хищении имущества, принадлежащего потерпевшему Ж., группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Из показаний потерпевшего Ж. и свидетеля Г. установлено, что 19 февраля 2017 года, в период с 22 часов до 24 часов, ФИО8 и ФИО8, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, открыто похитили автомобиль « ( )» у потерпевшего Ж. Так, подсудимый ФИО8, находясь в салоне автомобиля, припаркованного у ( ), осознавая, что после применённого подсудимым ФИО8 насилия, потерпевший не окажет сопротивления, сообщил Ж. что они с ФИО8 забирают принадлежащее Ж. имущество – автомобиль марки « ( )» стоимостью 320000 рублей. Затем ФИО8 и ФИО8 привезли потерпевшего в кальянную « ( )» по ( ) где потерпевший, под угрозой уничтожения имущества его родителей со стороны ФИО8, против своей воли и желания, по требованию ФИО8 подписал договор купли-продажи на свой автомобиль, которым ФИО8 и ФИО8 открыто незаконно завладели, распорядившись похищенным имуществом в дальнейшем по-своему усмотрению.

При этом, суд признаёт недостоверными показания свидетеля защиты В. в судебном заседании о том, что находившийся с подсудимыми в помещении кальянной « ( )» мужчина при заключении договора купли-продажи автомобиля действовал добровольно, поскольку из показаний данного свидетеля следует, что потерпевший следов побоев на лице и теле при данных обстоятельствах не имел, тогда как в ходе судебного разбирательства из показаний свидетелей Г., М., подсудимого ФИО8, ФИО8, потерпевшего Ж., заключения судебно-медицинской экспертизы установлено, что последний был избит подсудимым ФИО8 вечером 19 февраля 2017 года, имел следы побоев, истекал кровью. Таким образом, показания свидетеля В. противоречат установленным в судебном заседании обстоятельствам, поэтому не могут быть признаны судом достоверными.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что денежные средства потерпевшему за его автомобиль « ( )» никем не передавались, следовательно, потерпевший не совершал сделки по продаже своего автомобиля в помещении кальянной « ( )». Также суд принимает во внимание, что свидетелем В. не были названы конкретные дата и время, в которые происходили описанные им события, а также не назвал имя и фамилии мужчины, с которым заключалась сделка по купле-продаже автомобиля в его заведении.

Версии подсудимого ФИО8, подсудимого ФИО8, свидетеля М., а также их показания в части обстоятельств получения автомобиля потерпевшего Ж. и о добровольном характере действий потерпевшего по передаче своего автомобиля ФИО8, суд признаёт явно надуманными, преследующими цель защиты от обвинения по следующим основаниям.

Оценивая показания указанных лиц, суд принимает во внимание, что показания подсудимого ФИО8, подсудимого ФИО8, свидетеля М. не согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, более того, существенно противоречат друг другу. В суде подсудимый ФИО8 утверждает, что после избиения потерпевшего Ж., после того, как тот признался в торговле наркотиками, он потребовал от потерпевшего в счёт расплаты за незаконную деятельность по сбыту наркотических средств передать свой автомобиль ему (ФИО8). При этом, свидетель М. в суде заявил, что после отказа потерпевшего Ж. признать факт торговли наркотическими средствами, ФИО8 потребовал передать ему автомобиль в счёт отказа Ж. признать факт незаконной деятельности, при этом избивал потерпевшего, а всё это происходило в салоне автомобиля. Подсудимый ФИО8 в подтверждение своей версии, изложенной в суде, пояснил, что после избиения Ж. подсудимым ФИО8, потерпевший и ФИО8, находясь на улице, о чём-то разговаривали, однако он не слышал их разговора, поскольку находился в салоне автомобиля. Только в помещении каляной « ( )» он узнал, что ФИО8 покупает у потерпевшего автомобиль, где речь между ФИО8 и Ж. шла о заключении договора купли-продажи. Однако, в ходе судебного заседания установлено, что автомобиль у потерпевшего никто из подсудимых не покупал, поскольку денежные средства за его покупку не передавались, а Ж. действовал не по своей воли.

Таким образом, имеющиеся в показаниях подсудимых ФИО8, ФИО8, свидетеля М. вышеописанные существенные противоречия свидетельствует о том, что указанные лица сообщили суду неправду, а их показания является недостоверными.

Также суд считает доказанным квалифицирующий признак «в крупной размере».

Во-первых, сам потерпевший Ж. оценивает похищенный у него автомобиль марки « ( )» в 320 000 рублей. Кроме того, в соответствии с выводами заключения эксперта № 264/04-1-25/17 стоимость автомобиля, принадлежащего потерпевшему, без учёта стоимости устранения дефектов эксплуатации, неисправностей, по состоянию на 19 февраля 2017 года составляла 356 125 рублей. Данному заключению эксперта оснований не доверять, у суда нет.

Во-вторых, при оценке доказательств о размере ущерба суд учитывает, что свидетелям З. и И. автомобиль, похищенный у потерпевшего, сначала для продажи был предложен по цене 310000 рублей, а в результате торга был продан за 290000 рублей, вырученная от продажи сумма была передана свидетелем М. подсудимому ФИО8. На восстановительный ремонт автомобиля З. потратила 50000 рублей. Данное обстоятельство было установлено в судебном заседании и не оспорено сторонами.

При этом, доводы подсудимых и защитников о том, что реальная стоимость автомобиля потерпевшего Ж. составляла менее 250000 рублей, ничем объективно не подтверждены.

Таким образом, с учётом требований закона о размере ущерба, являющийся крупным, который должен превышать 250000 рублей, суд считает доказанным наличие квалифицирующего признака «в крупном размере».

Кроме того, совместный и согласованный характер действий подсудимых ФИО8 и Коваленко свидетельствует об их предварительном сговоре на совершение открытого хищения имущества потерпевшего Ж., они действовали в соответствии с достигнутой договорённостью и распределением ролей, направленных на достижение общего преступного результата. Характер совершаемых каждым из подсудимых действий был понятен и очевиден для другого. Потерпевшим Ж. совершаемые каждым из подсудимых действий воспринимались как единое преступление, выполняемое по ранее достигнутой между ними договорённости. Подсудимый Коваленко сообщил Ж. что они с ФИО8 забирают принадлежащее потерпевшему имущество. ФИО8 поддержал высказанное подсудимым ФИО8 требование по хищению имущества. Вместе они привезли потерпевшего в другое место, где под угрозой уничтожить имущество, принадлежащее родителем потерпевшего, подсудимый ФИО8 потребовал от Ж. подписать договор купли-продажи на автомобиль. Таким образом, подсудимые совместно выполнили действия, направленные на открытое и незаконное завладение имуществом потерпевшего.

При совершении преступления в отношении Ж. подсудимые ФИО8 и ФИО8 осознавали и понимали, что их действия по завладению имуществом потерпевшего очевидны и понятны для последнего, следовательно, носят открытый характер. Состав преступления является оконченным, поскольку подсудимые распорядились похищенным имуществом по-своему усмотрению.

Вместе с этим, суд исключает из обвинения ФИО8 и ФИО8 по данному преступлению квалифицирующий признак «с применением насилия не опасного для жизни или здоровья», как излишне вменённый, поскольку в ходе судебного заседания установлено, что ФИО8 насилие к потерпевшему применялось, в связи с выдвижением Ж. требований о передаче денежных средств и подкрепляло высказанную угрозу о применении насилия в связи с вымогательством. Завладение имуществом потерпевшего при грабеже насильственными действиями в отношении потерпевшего уже не сопровождалось. Доказательств наличия совместного умысла ФИО8 и ФИО8 на применение насилия в отношении потерпевшего при открытом хищении имущества суде не представлено.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимых ФИО5 и ФИО4, каждого из них, по преступлению в отношении Ж. по факту открытого хищения имущества потерпевшего по п.,п. «а», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ – грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Оценивая представленные доказательства с точки их относимости и допустимости, а в своей совокупности с точки зрения их достаточности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимых ФИО8 и ФИО11 в совершении открытого хищения имущества, принадлежащего потерпевшему М., группой ли по предварительному сговору, доказана.

В судебном заседании подсудимый ФИО8 пояснил, что в связи с долгом М. перед ФИО8, который в свою очередь был должен денежные средства ему (ФИО8), он забрал автомобиль потерпевшего « ( )», закрыв, таким образом, долг потерпевшего перед подсудимым ФИО8.

Подсудимый ФИО11 в судебном заседании, отрицая умысел на совершение открытого хищения автомобиля М. и наличие предварительного сговора с ФИО8, пояснил, что в ходе разговора ФИО8 и М. в квартале дома, в котором расположено кафе «Шоко-пролине», подсудимый ФИО8 предложил потерпевшему купить у того его автомобиль « ( )», и на данное предложение М. согласился.

Таким образом, в указанных показаниях подсудимых ФИО8 и ФИО11 имеются существенные противоречия в части причин, по которым имущество потерпевшего М. оказалось в распоряжении подсудимых, в связи с чем, суд не доверяет показаниям подсудимых.

Вместе с этим, в судебном заседании из показаний потерпевшего М., свидетеля М., свидетеля С. установлено, что 27 апреля 2017 года подсудимые ФИО8 и ФИО11, действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, находясь во дворе ( ), открыто похитили принадлежащий М. автомобиль марки « ( )» стоимостью 220 000 рублей, в дальнейшем похищенным автомобилем распорядились по-своему усмотрению.

В судебном заседании из показаний потерпевшего М. и свидетеля М. установлено, что перед подсудимыми ФИО8, ФИО11 и ФИО8 потерпевший долговых обязательств не имел, доказательств обратного суду представлено не было. Следовательно, подсудимые с корыстной целью, противоправно, безвозмездно и открыто изъяли и обратили в свою пользу чужое имущество, причинив собственнику М. материальный ущерб.

Версия подсудимого ФИО11 о том, что подсудимый ФИО8 купил у потерпевшего М. автомобиль « ( )», в ходе судебного разбирательства никем не подтверждена, кроме того, в судебном заседании из совокупности исследованных доказательств установлено, что денежных средств за покупку автомобиля стоимостью 220000 рублей ни М., ни собственнику автомобиля В. не передавалось.

Кроме того, версия подсудимого ФИО8, изложенная в суде, о том, что автомобиль М. был изъят им у последнего в счёт денежного долга потерпевшего перед подсудимым ФИО8, опровергается показаниями как самого М. о причинах, по которым подсудимые открыто похитили его имущество, а также показаниями свидетеля С. о том, что по причине сотрудничества М. с правоохранительными органами, у того был открыто похищен автомобиль, что стало известно свидетелю от подсудимых ФИО8 и ФИО11.

Также, в судебном заседании было достоверно установлено, что автомобиль М. « ( )» по просьбе подсудимого Коваленко спустя 2 недели был продан свидетелем К. свидетелю Б. за 178000 рублей, следовательно, преступление ФИО11 и Коваленко совершено из корыстных побуждений.

Более того, никаких письменных доказательств наличия денежного долга ФИО8 перед подсудимым Коваленко суду представлено не было.

Открытое хищение имущества М. совершено подсудимыми ФИО8 и ФИО11 группой лиц по предварительному сговору, о чём свидетельствует совместный и согласованный характер их действий, направленный на достижение общего преступного результата – открытого хищения чужого имущества. Из показаний потерпевшего М. следует, что ФИО8 и ФИО11 при незаконных требованиях передать им автомобиль действовали вместе и согласовано. Подсудимый ФИО6 своим присутствием в непосредственной близости от подсудимого ФИО8 поддержал требования подсудимого ФИО8, осознавал и понимал характер совершаемых ФИО8 действий. Кроме того, действия, непосредственно направленные на изъятие имущества у потерпевшего, совершены подсудимыми ФИО8 и ФИО11 совместно. Таким образом, каждый из подсудимых выполнял отведённую ему роль, а действия каждого из соучастников дополняли друг друга.

В ходе осмотра детализации соединений абонентского номера, принадлежащего ФИО6 ( ) установлено, что он имеет 27 соединений с абонентским номером М., в том числе, 20 апреля 2017 года три соединения, 23 апреля 2017 года одно соединение, 27 апреля 2017 года – 11 соединений, из них 8 соединений 27 апреля 2017 года в период с 20 часов 45 минут до 20 часов 53 минут, то есть в период инкриминируемого подсудимому ФИО11 деяния в отношении потерпевшего и свидетельствует о непосредственном участии ФИО11 в совершении открытого хищения имущества группой лиц по предварительному сговору с подсудимым ФИО8, поскольку иных поводов у подсудимого ФИО11 разговаривать по телефону с потерпевшим М. не было, они не были близко знакомы, дружеских отношений не поддерживали.

Следовательно, суд квалифицирует действия подсудимых ФИО4 и ФИО6, каждого из них, по преступлению в отношении потерпевшего М. по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ – грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое группой лиц по предварительному сговору.

Оценивая представленные доказательства с точки их относимости и допустимости, а в своей совокупности с точки зрения их достаточности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимых ФИО8, ФИО11 и ФИО8 в совершении преступления в отношении потерпевшего Г. доказана.

В ходе судебного разбирательства подсудимые ФИО8, ФИО11 и ФИО8 вину в вымогательстве имущества Г. не признали, ссылаясь на то, что потерпевший имел денежный долг перед ФИО8, который не возвращал.

Однако, вина подсудимых полностью подтверждается совокупностью доказательств, вышеприведённых в приговоре.

Из показаний потерпевшего Г. в судебном заседании установлено, что 15 мая 2017 года, в салоне автомобиля, ФИО8 и ФИО8 потребовали от него передать им 70000 рублей. При этом, ФИО11 в это время применял к нему насилие, сдавив шею рукой, а также высказал угрозу применения насилия, сказав, что ударит. Затем 15 июня 2017 года ФИО8 и ФИО11 при встрече вновь потребовали от Г. передать им денежную сумму в размере 70000 рублей. 21 июня 2017 года при встрече с ФИО8 последний вновь выдвинул потерпевшему требования о передаче им (ФИО8, ФИО8, ФИО11) денежных средств в размере 70000 рублей, угрожая применением насилия со стороны ФИО8 и ФИО11, а также сообщил, что в случае отказа потерпевшего передать денежные средства, он, ФИО8 и ФИО11 заберут автомобиль Г. « ( )». Кроме того, ФИО8 высказал потерпевшему угрозу уничтожения его имущества и физической расправы, сообщив, что Г. сгорит вместе со своим автомобилем.

Показания Г. также подтверждаются показаниями свидетелей Т., Р., С., а также результатами ОРМ «Оперативный эксперимент» от 13 июня 2017 года, заключением лингвистической экспертизы № 1-270, в соответствии с выводами которой ФИО8 и ФИО11 в ходе разговора с Г. 15 июня 2017 года выражают требование потерпевшему передать им денежные средства. В ходе встречи ФИО8 с Г. 21 июня 2017 года, подсудимый выполняет посредническую функцию и выражает требование Г. передать третьим лицам – ФИО8 и ФИО11 денежные средства, угрожает потерпевшему физической расправой и уничтожением автомобиля.

Результатами ОРМ «Оперативный эксперимент» с участием потерпевшего Г., показаниями самого потерпевшего Г. подтверждается, что 15 июня 2017 года он встречался именно с подсудимыми ФИО8 и ФИО11, 21 июня 2017 года – с подсудимым ФИО8, таким образом, требования передачи денежных средств 15 июня 2017 года и 21 июня 2017 года исходили в адрес Г. именно от этих лиц и на аудиозаписях зафиксированы их голоса.

Факт применения подсудимым ФИО11 насилия в отношении потерпевшего, а также угрозы ФИО11 в адрес потерпевшего о применении насилия, несмотря на позицию подсудимых, их показания и показания свидетеля М. об отсутствии таковых 15 мая 2017 года, суд считает доказанным, поскольку об этом прямо указывают потерпевший Г. и свидетель Р..

Высказанные в адрес потерпевшего угрозы тот воспринял реально, поскольку они сопровождались действиями в виде применения к потерпевшему насилия, численным превосходством подсудимых при встрече, в связи с чем, Г. вынужденно согласился на требования подсудимых передать им денежные средства в сумме 70000 рублей.

При этом, суд признаёт показания подсудимых и свидетеля Макаревича об отсутствии насилия и угроз применения насилия к потерпевшему со стороны подсудимого ФИО11 недостоверными, свидетельствующими об избранным ими способе защиты и желании смягчить ответственность за содеянное.

Выдвижение подсудимым ФИО8 требований передачи денежных средств в сумме 70000 рублей в адрес потерпевшего Г. 15 мая 2017 года (в салоне автомобиля) подтверждается показаниями не только потерпевшего, но и показаниями свидетелей Р. и Т..

Кроме того, исследованной в судебном заседании аудиозаписью разговора подсудимого ФИО8 с потерпевшим Г. 21 июня 2017 года (результаты ОРМ «Оперативный эксперимент») подтверждается, что в ходе данной встречи ФИО8 подтверждает то обстоятельство, что при встрече в автомобиле 15 мая 2017 года именно ФИО8 («В.») выдвинул Г. требования о передачи подсудимым 70000 рублей и автомобиля потерпевшего, и только после просьбы Р. и Г., поддержал требования о передачи только 70000 рублей.

Таким образом, выдвижение подсудимым ФИО8 требований передачи денежных средств потерпевшему признавалось подсудимым ФИО8 в ходе встречи с Г. 21 июня 2017 года.

Версию подсудимых о наличии у потерпевшего Г. перед ФИО8 денежного долга в размере 50000 рублей, который образовался в результате причинённого потерпевшим свидетелю Т. ущерба в кафе последнего, суд считает несостоятельной и явно надуманной по следующим основаниям.

Так, из показаний свидетеля С. следует, что в апреле 2017 года, в то время, когда потерпевший Г. находился в командировке за пределами г. Юрги, автомобиль потерпевшего « ( )» у него (С.) забрали ФИО8 и ФИО11 по причине того, что Г. отказался им платить денежные средства. Также из показаний, допрошенных в суде, свидетелей С., Р., потерпевшего Г. установлено, что Г. с ноября 2016 года платил ФИО8 ежемесячно по 3000 рублей за «спокойную жизнь», а уехав в командировку, перестал этого делать, чем вызвал негодование ФИО8.

Таким образом, требования подсудимых о передаче им 70000 рублей являлись незаконными, поскольку были выдвинуты в связи с отказом Г. передавать ФИО8 ежемесячно по 3000 рублей за «спокойную жизнь», то есть по надуманному поводу.

О наличии у Г. денежного долга перед владельцем кафе Т. не пояснял ни потерпевший, ни свидетель Р., ни свидетель С., ни свидетель Т.. Не заявляли об этом и сами подсудимые, а также свидетель М. в ходе предварительного расследования.

Кроме того, допрошенный в судебном заседании свидетель защиты Т. не смог назвать ни даты, ни имен и фамилий лиц, учинивших в его кафе конфликт, которых, как следует из показаний свидетеля, было 10 человек, следовательно, показаниями данного свидетеля не подтверждается версия подсудимых о том, что именно потерпевший Г. должен был возместить ущерб свидетелю Т.

Показания свидетеля защиты М. о том, что тот занимался ремонтом автомобиля « ( )» по просьбе ФИО8, никак не свидетельствуют о добровольном характере действий потерпевшего Г. по передаче своего автомобиля подсудимым, и не опровергают доказательств обвинения о совершении подсудимыми вымогательства имущества Г..

Суд не может согласиться с доводами защиты о том, что встречи потерпевшего Г. с подсудимыми 15 июня 2017 года и 21 июня 2017 года проходили после обращения Г. в правоохранительные органы, то есть в рамках оперативно-розыскного мероприятия, и в связи с этим являлись провокацией со стороны сотрудников полиции. В судебном заседании установлено, что впервые незаконные требования о передачи денежных средств Г. были выдвинуты 15 мая 2017 года, то есть за месяц до проведения ОРМ «Оперативный эксперимент», а в последующем 15 июня 2017 года и 21 июня 2017 года они были поддержаны подсудимыми, то есть высказаны повторно в счёт ранее выдвинутых требований. Более того, из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что подсудимый ФИО8 неоднократно предпринимал меры к розыску потерпевшего Г., искал с потерпевшим встречи по своей инициативе, обвинял потерпевшего в том, что тот «прячется» от подсудимого, таким образом, принуждал Г. к общению с собой. Следовательно, никакой провокации в действиях сотрудников правоохранительных органов и потерпевшего Г. нет.

Не соглашается суд и с доводами защитника Ленинг М.А. о том, что из обвинения ФИО8 должны быть исключены эпизоды выдвижения требований потерпевшему Г. подсудимыми ФИО8 и ФИО11 15 июня 2017 года и 21 июня 2017 года, где подсудимый ФИО8 не присутствовал, поскольку первоначальные требования подсудимых потерпевшему были выдвинуты 15 мая 2017 года, а в ходе встреч 15 июня 2017 года и 21 июня 2017 года эти первоначальные требования были дополнительно поддержаны. Отсутствие в этот момент подсудимого ФИО8 не влияет на квалификацию действий подсудимых, поскольку все требования в адрес потерпевшего Г. объединены единым умыслом всех подсудимых и были направлены на завладение одним и тем же имуществом у одного потерпевшего.

Кроме того, из разговора ФИО8 с потерпевшим Г. следует, что повторные требования к потерпевшему о передаче 70000 рублей 21 июня 2017 года были высказаны в интересах получения материальной выгоды не только ФИО8, но и подсудимых ФИО8 и ФИО11, на что прямо указывает ФИО8 при разговоре с потерпевшим.

Суд считает доказанным, что вымогательство имущества у Г. совершено подсудимыми ФИО8, ФИО8 и ФИО11 группой лиц по предварительному сговору, о чём свидетельствует совместный и согласованный характер их действий, направленный на достижение общего преступного результата – получения материальной выгоды для себя. Из показаний потерпевшего следует, что подсудимые ФИО8, ФИО8 и ФИО11 при незаконных требованиях передать им денежные средства действовали вместе и согласовано. ФИО8 и ФИО8 – выдвигали требования, подсудимый ФИО11 – выдвигал требования, а также применял насилие и угрожал в применении насилия. Таким образом, каждый из подсудимых выполнял отведённую ему роль, а действия каждого из соучастников дополняли друг друга. Характер совершаемых каждым из подсудимых действий был очевиден и понятен, более того, поддерживался остальными.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимых ФИО5, ФИО4 и ФИО6, каждого из них, по преступлению в отношении потерпевшего Г. по п.,п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершённое группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия.

При назначении наказания подсудимым суд учитывает, в соответствии с требованиями ст.,ст. 6, 43 и ч. 3 ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности преступлений, данные об их личности, совокупность обстоятельств, смягчающих их наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и условия жизни их семей.

ФИО5 ( )

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО5, суд учитывает: частичное признание вины (по эпизодам с потерпевшими Н., по фактам открытого хищения имущества потерпевших Б., Ж.); а также по каждому из преступлений ( )

ФИО4 ( )

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО4, суд учитывает: частичное признание вины по эпизоду с потерпевшим М.; а ( )

ФИО6 ( )

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО6, суд учитывает: частичное признание вины и раскаяние в содеянном по эпизоду с потерпевшим Г.; ( )

Обстоятельств, отягчающих наказание в отношении подсудимых, судом не установлено.

При этом, суд не усматривает оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимых, - добровольное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления, поскольку таковое отсутствует. Так, имущество, принадлежащее потерпевшему Б., было обнаружено самим потерпевшим на стоянке около воинской части в г. Юрге, оно являлось арестованным военно-правоохранительными органами, и было передано Б. без участия подсудимого ФИО8. Автомобиль, похищенный у потерпевшего Ж., был изъят сотрудниками правоохранительных органов у свидетеля З., в возврате данного имущества подсудимые ФИО8 и ФИО8 никакого участия не принимали. Более того, автомобиль потерпевшему Ж. не возвращался, а признан вещественным доказательством по делу и помещён на стоянку следственного органа, ущерб потерпевшему до настоящего времени подсудимыми не возмещён. Владелец автомобиля свидетель З. имеет претензии на данное имущество. Кроме того, в результате действий сотрудников правоохранительных органов у свидетеля Б. был изъят автомобиль, похищенный у потерпевшего М.. Возврату этого имущества, его розыску и изъятию подсудимые ФИО8 и Долбня никаким образом не способствовали. Автомобиль потерпевшего Г. также был изъят у свидетеля В. вопреки воле и желанию подсудимых. Таким образом, имущественный вред, причинённый в результате преступлений, подсудимые в добровольном порядке не возмещали, никаким образом не способствовали его возмещению путём изъятия похищенного.

Учитывая вышеизложенное, обстоятельства содеянного и данные о личности подсудимых, суд считает, что достижение целей наказания возможно лишь в условиях изоляции подсудимых от общества, и наказание каждому из них должно быть назначено в виде лишения свободы на определённый срок.

При этом, суд приходит к выводу о невозможности применения к подсудимым положений ст. 73 УК РФ, поскольку это не будет, по мнению суда, отвечать принципу справедливости, т.е. не будет соответствовать характеру и степени общественной опасности преступлений, за которые они осуждаются, обстоятельствам их совершения. Также суд убеждён, что исправление подсудимых более мягкими видами наказания достигнуто не будет.

Вместе с этим, принимая во внимание совокупность обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых, суд считает возможным не назначать им дополнительное наказание, предусмотренное санкциями ч.,ч. 1 и 2 ст. 163, ч. 2 ст. 161 УК РФ.

В отношении подсудимых судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, позволяющих применить правила ст. 64 УК РФ при назначении каждому из них наказания.

Поскольку подсудимые ФИО5, ФИО4, ФИО6 осуждаются за преступления, совершенные ими в соучастии, то в соответствии с положениями ч.1 ст. 67 УК РФ, суд учитывает характер и степень фактического участия подсудимых в совершении преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений.

С учётом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, суд также не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Общий срок наказания каждому из подсудимых по преступлениям, за которые они осуждаются данным приговором, следует назначить по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения назначенных наказаний, поскольку ими совершены тяжкие преступления.

Преступления по настоящему приговору совершены подсудимым ФИО5 в период условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, назначенного приговором Юргинского городского суда Кемеровской области от 29 октября 2012 года, в связи с чем, в соответствии с положениями п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ, суд назначает ему наказание по правилам ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путём частичного присоединения к вновь назначенному наказанию (по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ) неотбытой части наказания по приговору Юргинского городского суда Кемеровской области от 29 октября 2012 года.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать наказание подсудимых ФИО4 и ФИО6 надлежит в исправительной колонии общего режима (совершили тяжкие преступления, ранее не отбывали лишение свободы).

Несмотря на то, что подсудимому ФИО5 отменяется условно-досрочное освобождение за совершение особо тяжкого преступления, отбывать наказание ФИО5 надлежит также в исправительной колонии общего режима в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку по приговору Юргинского городского суда от 29 октября 2012 года он осуждался будучи в несовершеннолетнем возрасте.

В соответствии с положениями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона № 186-ФЗ от 03 июля 2018 года) время содержания ФИО4, ФИО5 и ФИО6 под стражей до вступления настоящего приговора в законную силу подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта: один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ, гражданский иск, заявленный потерпевшим Н. о возмещении ущерба, причинённого преступлением (том № 4 л.д. 158-159), не оспаривается подсудимым ФИО5, признаётся судом обоснованным и подлежащим удовлетворению за счёт подсудимого ФИО5 в сумме 20000 рублей.

Арест, наложенный 09 ноября 2017 года постановлением Центрального районного суда г. Кемерово, на денежные средства в сумме 38650 рублей, изъятые в ходе обыска в жилище ФИО6, хранящиеся в ЦФО ГУ МВД России по Кемеровской области, необходимо снять, возвратив данные денежные средства законному владельцу ФИО6 (том № 3 л.д. 41-43).

Вещественные доказательства: мобильный телефон «IPhone 7» А 1778 IMEI ( ), коробку от мобильного телефона, кассовый чек ООО «Сатурн», товарный чек № А-00736260 – оставить у законного владельца Н.; CD-R диски с информаций о соединениях абонентских номеров, DVD-R диски с результатами ОРМ – хранить при уголовном деле; детализации соединений абонентских номеров – хранить в материалах уголовного дела; мобильный телефон «IPhonе» А 1586, IMEI ( ) с сим-картой оператора «Мегафон» - следует возвратить законному владельцу ФИО6; ключ замка зажигания от автомобиля « ( )», пульт управления сигнализацией с серийным номером ( ) автомобиль « ( )» тёмно-красного цвета идентификационный номер ( ), находящийся на специализированной стоянке ГУ МВД России по Кемеровской области по адресу: <...>, - следует возвратить законному владельцу З., поскольку её право никем не оспорено.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки по уголовному делу в сумме 40560 рублей, связанные с вознаграждением адвоката Пименовой Е.Ю. в ходе предварительного расследования (на основании постановления от 20 февраля 2018 года том № 6 л.д. 145), а также в сумме 28080 рублей, связанные с вознаграждением адвоката Пименовой Е.Ю. в ходе судебного разбирательства (на основании постановления от 04 октября 2018 года том № 9 л.д. 163), подлежат взысканию в порядке регресса с подсудимого ФИО4 в доход федерального бюджета, поскольку дело рассмотрено в общем порядке.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки по уголовному делу в сумме 21658 рублей, связанные с вознаграждением адвоката Буш Н.Б. в ходе предварительного расследования (на основании постановления от 20 февраля 2018 года том № 6 л.д. 146), подлежат взысканию в порядке регресса с подсудимого ФИО6 в доход федерального бюджета, поскольку дело рассмотрено в общем порядке.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки по уголовному делу в сумме 10193 рубля, связанные с вознаграждением адвоката Езапенко Е.А. в ходе предварительного расследования (на основании постановления от 20 февраля 2018 года том № 6 л.д. 144), подлежат взысканию в порядке регресса с подсудимого ФИО5 в доход федерального бюджета, поскольку дело рассмотрено в общем порядке.

При этом, суд не усматривает оснований для освобождения ФИО5, ФИО4 и ФИО6 от возмещения процессуальных издержек с учётом их материального положения, поскольку все они дееспособны и трудоспособны, а нахождение подсудимых в местах лишения свободы, наличие у ФИО8 и ФИО8 малолетнего ребёнка, само по себе, не может являться основанием для применения положений ч. 6 ст. 132 УПК РФ, и не свидетельствует о том, что они не способны возмещать процессуальные издержки в условиях изоляции от общества.

Руководствуясь ст.,ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО5 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163; ч. 1 ст. 163; п. «г» ч. 2 ст. 161; п. «в» ч. 2 ст. 163; п.п. «а», «д» ч. 2 ст. 161; п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ.

Назначить ФИО5 наказание:

по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у потерпевшего Н.) в виде 05 лет лишения свободы;

по ч. 1 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у потерпевшего Б.) в виде 03 лет лишения свободы;

по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (по факту открытого хищения имущества Б.) в виде 05 лет лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у потерпевшего Ж.) в виде 05 лет 04 месяцев лишения свободы;

по п.п. «а», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ (по факту открытого хищения имущества Ж.) в виде 05 лет 04 месяцев лишения свободы;

по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у потерпевшего Г.) в виде 05 лет 06 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных ФИО5 наказаний, окончательно назначить наказание в виде 08 лет 06 месяцев лишения свободы.

На основании п. «в» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путём частичного присоединения к вновь назначенному настоящим приговором наказанию неотбытой части наказания по приговору Юргинского городского суда Кемеровской области от 29 октября 2012 года, окончательно назначить ФИО5 наказание в виде 09 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «д» ч. 2 ст. 161; п. «а» ч. 2 ст. 161; п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ.

Назначить ФИО4 наказание:

по п.п. «а», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ (по факту открытого хищения имущества Ж.) в виде 05 лет 06 месяцев лишения свободы;

по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ (по факту открытого хищения имущества потерпевшего М.) в виде 05 лет лишения свободы;

по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у потерпевшего Г.) в виде 05 лет 09 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных ФИО4 наказаний, окончательно назначить наказание в виде 07 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО6 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 161; п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ.

Назначить ФИО6 наказание:

по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ (по факту открытого хищения имущества потерпевшего М.) в виде 04 лет лишения свободы;

по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у потерпевшего Г.) в виде 04 лет 06 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных ФИО6 наказаний, окончательно назначить наказание в виде 05 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО5, ФИО4, ФИО6, каждому из них, оставить прежней в виде заключения под стражу, сохраняя её до вступления приговора суда в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО5, ФИО4, ФИО6 исчислять с 08 ноября 2018 года.

В соответствии с положениями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона № 186-ФЗ от 03 июля 2018 года) время содержания ФИО5, ФИО4, ФИО6 (каждого из них) под стражей по данному уголовному делу с 11 июля 2017 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок назначенного лишения свободы из расчёта: один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск потерпевшего Н. удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 в пользу Н. в счёт возмещения ущерба, причинённого преступлением, 20000 (двадцать тысяч) рублей.

Снять арест, наложенный 09 ноября 2017 года постановлением Центрального районного суда г. Кемерово, на денежные средства в сумме 38650 рублей, изъятые в ходе обыска в жилище ФИО6, хранящиеся в ЦФО ГУ МВД России по ( ), возвратив данные денежные средства законному владельцу ФИО6

Вещественные доказательства: мобильный телефон «IPhone 7» А 1778 IMEI ( ) коробку от мобильного телефона, кассовый чек ООО «Сатурн», товарный чек № А-00736260 – оставить у законного владельца Н.; CD-R диски с информаций о соединениях абонентских номеров, DVD-R диски с результатами ОРМ – хранить при уголовном деле; детализации соединений абонентских номеров – хранить в материалах уголовного дела; мобильный телефон «IPhonе» А 1586, IMEI ( ) с сим-картой оператора «Мегафон» - возвратить законному владельцу ФИО6; ключ замка зажигания от автомобиля « ( )», пульт управления сигнализацией с серийным номером ( ), автомобиль « ( )» тёмно-красного цвета идентификационный номер ( ), находящийся на специализированной стоянке ГУ МВД России по Кемеровской области по адресу: <...>, - возвратить законного владельцу З.

Взыскать с ФИО5 в порядке регресса в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 10193 (десять тысяч сто девяносто три) рубля, связанные с вознаграждением защитника Езапенко Е.А. в ходе предварительного следствия.

Взыскать с ФИО4 в порядке регресса в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 68640 (шестьдесят восемь тысяч шестьсот сорок) рублей, связанные с вознаграждением защитника П. в ходе предварительного и судебного следствия.

Взыскать с ФИО6 в порядке регресса в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 21658 (двадцать одна тысяча шестьсот пятьдесят восемь) рублей, связанные с вознаграждением защитника Буш Н.Б. в ходе предварительного следствия.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Юргинский городской суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осуждёнными - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или представления осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, и назначении им адвоката.

Судья: Н.С. Воробьева

Судом апелляционной инстанции 27 марта 2019 года приговор оставлен в силе, апелляционные жалобы осужденных и их адвокатов – без удовлетворения.