Апелляционное постановление № 22-1733/2025 от 8 октября 2025 г. по делу № 1-81/2025

Дело №22-1733 Судья Жуков П.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

9 октября 2025 года г. Тула

Суд апелляционной инстанции Тульского областного суда в составе:

председательствующего Флегонтовой А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Куприяновой О.С.,

с участием

прокурора Соловьевой Е.Х.,

защитника – адвоката Бурхина А.И.,

потерпевшего ФИО2, в режиме видеоконференц-связи,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора, апелляционной жалобе адвоката Бурхина А.И. в интересах подсудимого ФИО1 на постановление Богородицкого межрайонного суда Тульской области от 20 августа 2025 года в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, ранее несудимого, обвиняемого по ч. 1 ст. 108 УК РФ,

которым уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом.

Продлен ФИО1 срок запрета определенных действий по месту фактического проживания по адресу: <адрес>, на 3 месяца, а всего до 6 месяцев то есть до 23 ноября 2025 года, с сохранением ранее установленных видов запретов.

Возложено осуществление контроля на Богородицкий межмуниципальный филиал ФКУ УИИ УФСИН России по <адрес>.

Заслушав доклад судьи Флегонтовой А.А., выслушав прокурора Соловьеву Е.Х., поддержавшей доводы апелляционного представления об отмене постановления суда, адвоката Бурхина А.И., поддержавшего доводы апелляционной жалобы и просившего отменить постановление суда, мнение потерпевшего ФИО2, полагавшего постановление суда не подлежащим отмене, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 органами предварительного расследования обвиняется в совершении убийства при превышении пределов необходимой обороны, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, в отношении ФИО2

Суд, рассматривая уголовное дело, возвратил уголовное дело прокурору ссылаясь, что в действиях подсудимого содержится более тяжкий состав преступления.

В апелляционном представлении прокурор выражает несогласие с постановлением суда. Заявляет, что судом не выяснялось, была ли реальная угроза посягательства, а вывод суда о наличии в действиях ФИО1 состава более тяжкого преступления основан лишь на показаниях самого ФИО1 от 4 марта 2025 года, данных им на стадии предварительного расследования. Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 опасался продолжения противоправных действий со стороны ФИО2, который высказал в его адрес угрозы немедленного применения насилия и применил такое насилие, нанес два удара обрезом в жизненно-важный орган – голову, причинив ФИО1, согласно заключению эксперта от 07 марта 2025 года № 30 ссадины на волосистой части в теменной области головы. Суд не выяснил, находился ли подсудимый в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного общественно опасным посягательством. По мнению суда, ФИО1 осознавал (как это следует из его показаний в качестве подозреваемого от 04 марта 2025 года), что посягательство ФИО2 в отношении него было пресечено, и в применении мер защиты явно отпала необходимость. Переход оружия или других предметов, используемых в качестве оружия при посягательстве, от посягающего лица к обороняющемуся лицу, не может свидетельствовать об окончании посягательства, если с учетом интенсивности нападения, числа посягавших лиц, их возраста, пола, физического развития и других обстоятельств сохранялась реальная угроза продолжения такого посягательства. Делает вывод о том, что обстоятельства, послужившие основанием для возвращения уголовного дела прокурору, основаны лишь на предположениях суда, а не на фактически установленных обстоятельствах дела. ФИО1 опасался продолжения в отношении него преступного посягательства ФИО2, поэтому имело место превышение пределов необходимой обороны. Заявляет, что суд не учел требования п.3 ст.14 УПК РФ. Преступление совершено в условиях неочевидности, иных свидетелей произошедшего по делу не установлено, показания ФИО1 в качестве обвиняемого согласуются с другими доказательствами по делу. Считает, что каких-либо неустранимых препятствий для рассмотрения дела по существу и принятия судом окончательного решения не имеется.

Просит постановление отменить в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

В апелляционной жалобе адвокат Бурхин А.И. в интересах ФИО1 выражает несогласие с постановлением. Полагает, что суд принял во внимание частичные сведения, отраженные в протоколе допроса подозреваемого ФИО1 от 04 марта 2025 года, указав, что при допросе обвиняемого ФИО1 23 апреля 2025 года он описал обстоятельства произошедшего аналогичным образом, как и при допросе подозреваемого, что не соответствует действительности. Приводя показания своего подзащитного, данные им в ходе допроса в качестве обвиняемого 23 апреля 2025 года, отмечает, что в судебном заседании ФИО1 не допрашивался, воспользовался правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ, в связи с чем, его показания были оглашены и ФИО1 подтвердил показания от 23 апреля 2025 года, указав, что угрозы со стороны ФИО2 воспринимал реально, опасался за свою жизнь, в связи с чем нанес удары ФИО2 По мнению стороны защиты, не имеется оснований для квалификации действий ФИО1 по более тяжкому преступлению. Отмечает, что протокол допроса подозреваемого от 04 марта 2025 года проанализирован судом частично, без учета всех показаний данных подозреваемым и обвиняемым, а также без совокупности с другими доказательствами, представленными в деле. Считает, что судом не приняты во внимание доказательства, указывающие на невиновность ФИО1, что являлось основанием для вынесения оправдательного приговора. Ссылаясь на заключение эксперта № 34 от 20 марта 2025 года, отмечает, что причина смерти ФИО2 не установлена, из-за выраженных гнилостных изменений, что опровергает вывод суда о том, что смерть ФИО2 наступила в результате действий ФИО1 Ссылается на заключение эксперта № 799 от 26 марта 2025 года согласно которому обрез охотничьего ружья изготовленный самодельным способом из двуствольного гладкоствольного ружья калибра 16 мм модели Б (М) пригоден для производства выстрелов; патрон 16-го калибра, изъятый из обреза при осмотре места происшествия, предназначен для использования в гладкоствольном охотничьем оружии 16-го калибра. Согласно заключению эксперта № 30 от 07 марта 2025 года у ФИО1 обнаружены на волосистой части головы 2 ссадины овальной формы, с размером 1,5 на 0,7 см и 1,0 на 0,6 см, которые образовались в результате ударов, нанесенных ФИО2П. рукоятью обреза в момент конфликта между ними. Полагает, что указанные заключения экспертов подтверждают обоснованное опасение за свою жизнь ФИО1, знавшего о наличии у ФИО2 обреза охотничьего ружья, из которого возможно совершать выстрелы и которым потерпевший нанес удары по голове ФИО1

Просит постановление отменить, дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность, справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

На основании ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленные судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора; выявление обстоятельств, указанных в части первой и п. 1 части первой -2 ст.237 УПК РФ; выявление данных, свидетельствующих о несоблюдении лицом условий и невыполнение им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.

Такие нарушения закона судом не допущены.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ определение суда, постановления судьи, прокурора, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лица по предъявленному обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на зашиту.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления, суд вправе возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 108 УК РФ, убийстве, совершенном при превышении пределов необходимой обороны.

Из предъявленного обвинения следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 во время распития спиртного с ФИО2П. по месту проживания последнего по адресу: <адрес>, произошла ссора на почве личных неприязненных отношений и у ФИО2 возникла неприязнь к ФИО1, направленная на причинение последнему телесных повреждений. С этой целью ФИО2 направил обрез в сторону ФИО1, высказал угрозу убийством, а затем нанес обрезом не менее двух ударов в жизненно-важный орган – голову ФИО1, причинив ему повреждения в виде ссадины на волосистой части теменной области головы. ФИО1, осозновая, что противоправные действия со стороны ФИО2 окончены и уже не создают опасности для его жизни, тем не менее, опасаясь возможных противоправных действий со стороны последнего, осозновая, что намеревается причинить ФИО2 вред, который не был необходим для пресечения его противоправных действий, осозновая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде смерти ФИО3, не желая, но сознательно допуская наступление таковых, так как его действия явно не соответствовали характеру и степени общественной опасности посягательства ФИО3, то есть превышая пределы необходимой обороны, умышленно, с целью причинения смерти последнему, пресек действия ФИО2, выхватил из рук последнего обрез, толкнул ФИО3 на кровать и, используя обрез в качестве оружия, держа его в правой руке умышленно нанес последнему обрезом не менее трех ударов в область жизненно-важных органов – голову.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы ФИО2 причинены повреждения: ушибленные раны в области лба справа, по верхней губе справа и в проекции нижней челюсти справа, обширный кровоподтек от правой височной области с переходом на правую скуловую область до нижней челюсти справа; кровоизлияние в мягкие ткани головы в лобной и височной областях справа, кровоизлияния в мягких тканях лица справа в проекции правой скуловой области; перелом свода черепа с переходом на основание, перелом правой скуловой кости на уровне лобного и височного островков, от которых ФИО2 скончался. Данные повреждения состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, имеют в совокупности медицинские критерии тяжкого вреда здоровью, как опасные для жизни.

По смыслу закона основанием для необходимой обороны является посягательство на самого обороняющегося или других лиц, причем оборона возможна не только в тех случаях, когда посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при непосредственной угрозе применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ).

Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться в демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы ( п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19 « О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»).

Из предъявленного обвинения видно, что действуя неправомерно потерпевший ФИО2, имеющийся у него обрез направил в сторону ФИО1, угрожая ему убийством, а затем, применяя насилие, нанес ФИО1 не менее двух ударов в голову обрезом, причинив ФИО1, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, телесные повреждения в виде ссадины на волосистой части в теменной области головы и как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности расцениваются, как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

Таким образом, следователь пришел к выводу, что ФИО2 совершил посягательство на подсудимого, сопровождая свои действия угрозой применения насилия и применением насилия.

В то же время, следователь не уточнил, каких противоправных действий опасался ФИО1 со стороны ФИО2, при этом не учел возраст потерпевшего ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а со слов подсудимого ФИО1, родившегося в ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 был еще и «слабеньким», никаких действий в отношении него не предпринимал.

Не отражено в предъявленном обвинении в чем заключалась реальность угрозы со стороны потерпевшего ФИО2, когда он угрожал убийством ФИО1, направив на него обрез.

Таким образом, исходя из изложенных обстоятельств, ФИО1 был ясен момент окончания посягательства со стороны потерпевшего и он даже ошибочно не мог полагать, что посягательство продолжается со стороны потерпевшего, так как завладев обрезом, толкнул ФИО2 на кровать, умышленно нанес ФИО2 обрезом не менее трех ударов в голову.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", право на необходимую оборону сохраняется до момента фактического окончания посягательства.

В данном случае следователь указал в обвинении, что посягательство со стороны ФИО2 в отношении ФИО1 было закончено.

Анализируя изложенное, из предъявленного обвинения не усматривается, что ФИО1 инкриминировано совершение действий, образующими состав уголовно наказуемого деяния - убийства при превышении пределов необходимой обороны, в связи с чем у суда имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, так как фактические обстоятельства, установленные судом, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации его действий, как более тяжкого преступления.

Данные обстоятельства препятствовали рассмотрению дела по существу и суд правильно возвратил уголовное дело прокурору, поскольку допущенные нарушения органами предварительного расследования не могли быть устранены в суде первой инстанции,

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 2 июля 2013 года N 16-П, суд вправе самостоятельно и независимо выбрать подлежащие применению нормы уголовного закона в случаях, когда в ходе судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления.

Таким образом, постановление суда первой инстанции является законным и обоснованным, не подлежащим отмене.

Принимая во внимание тяжесть и характер предъявленного ФИО1 обвинения, его поведение в период избрания в отношении него меры пресечения в виде запрета определенных действий, данные о его личности, суд апелляционной инстанции полагает необходимым избрать ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий на 2 месяца с установлением запретов: общение с участниками уголовного судопроизводства (свидетелями, потерпевшим, за исключением защитника – адвоката, контролирующего органа, сотрудников судов всех уровней); выходить за пределы жилого помещения по месту жительства по адресу: <адрес>, ежедневно в период с 22 часов до 7 часов, за исключением случаев возникновения чрезвычайной ситуации с уведомлением контролирующего органа; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением корреспонденции, направляемой и получаемой из судов, прокуратуры, следственных органов; использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «интернет», за исключением вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, общения с контролирующим органом.

Обязать ФИО1 самостоятельно являться по вызовам суда.

Осуществление контроля за соблюдением ФИО1 установленных в отношении запретов возложить на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных – Богородицкому межмуниципальному филиалу ФКУ УИИ УФСИН России пол Тульской области.

Учитывая, что уголовное дело возвращено судом первой инстанции для устранения препятствий рассмотрения дела судом, то суд апелляционной инстанции не вправе входить в обсуждение иных доводов, изложенных в апелляционной жалобе защитника и апелляционного представления, которые подлежат проверке органами предварительного расследования.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

постановление Богородицкого межрайонного суда Тульской области от 20 августа 2025 года в отношении ФИО1 о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Избрать ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий по месту фактического его проживания по адресу: <адрес> на 2 месяца, то есть до 9 декабря 2025 года установив запреты: общение с участниками уголовного судопроизводства (свидетелями, потерпевшим, за исключением защитника – адвоката, контролирующего органа, сотрудников судов всех уровней); выходить за пределы жилого помещения по месту жительства по адресу: <адрес>, ежедневно в период с 22 часов до 7 часов, за исключением случаев возникновения чрезвычайной ситуации с уведомлением контролирующего органа; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением корреспонденции, направляемой и получаемой из судов, прокуратуры, следственных органов; использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «интернет», за исключением вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, общения с контролирующим органом.

Обязать ФИО1 самостоятельно являться по вызовам суда.

Осуществление контроля за соблюдением ФИО1 установленных в отношении запретов возложить на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных – Богородицкому межмуниципальному филиалу ФКУ УИИ УФСИН России пол Тульской области.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий