Апелляционное постановление № 22-1871/2024 22-34/2025 от 27 января 2025 г. по делу № 1-49/2024

Судья Лахонин А.П. № 22-34/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 28 января 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Станкевич Т.Э.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем ФИО1, помощником судьи Гросу О.Ф.,

с участием прокурора Суховиева В.С.,

представителя потерпевшего С.

осужденного ФИО2,

его защитника - адвоката Аверенской С.А.,

допущенного наряду с адвокатом защитника Понимаш А.В.,

защитника осужденного ФИО3 - адвоката Громовой Н.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО2 на приговор Полесского районного суда Калининградской области от 01 ноября 2024 года, по которому

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в <адрес>;

осужден по ч. 2 ст. 258 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с охотой, сроком на 2 года 11 месяцев. На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре. Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с охотой, постановлено исполнять реально.

С ФИО3 и ФИО2 в доход бюджета муниципального образования «Полесский муниципальный округ» в счет возмещения вреда, причиненного охотничьим ресурсам взысканы солидарно 240 000 рублей.

На основании п. «г» ч.1 ст. 104.1 УК РФ принудительно безвозмездно изъяты и обращены в собственность государства принадлежащие ФИО2 автомобиль «Фольксваген TRANSPORTER» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, в комплекте с ключами и свидетельством о регистрации транспортного средства; охотничья нарезная четырёхзарядная винтовка «Ремингтон модели 770» калибра 308.WIN производства США с заводским номером <данные изъяты> с оптическим прицелом и фонарь с креплением.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Этим же приговором по ч.2 ст. 258 УК РФ осужден ФИО3, защитником которого и самим осужденным указанный приговор не обжалуется.

Доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления осужденного ФИО2, его защитников Аверенскую С.А., Понимаш А.В., поддержавших доводы жалобы; защитника осужденного ФИО3 адвоката Громову Н.Н. просившую, с учетом позиции ее подзащитного, не оспаривавшего приговор, об оставлении приговора без изменения; мнение прокурора Суховиева В.С., полагавшего, что приговор отмене и изменению не подлежит,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 и ФИО2 признаны виновными в том, что действуя группой лиц по предварительному сговору, с период времени с 00 часов 20 минут до 08 часов 00 минут 18 января 2024 года, с использованием автомобиля «Фольксваген TRANSPORTER» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, на территории охотничьего угодья «Залесье» пос. Залесье Полесского района Калининградской области, в нарушение Указа Губернатора Калининградской области от 05 сентября 2012 года № 186 в период, когда охота на все половозрастные группы копытных животных на территории охотничьих угодий Калининградской области запрещена, не имея путёвки и разрешения на добычу охотничьих ресурсов, осуществили поиск, выслеживание, добычу и первичную переработку дикого животного - лося, причинив в результате незаконной охоты ущерб, в размере 80 000 рублей, то есть в крупном размере.

Данные действия ФИО3 и ФИО2 квалифицированы судом по ч.2 ст. 258 УК РФ, как незаконная охота, совершенная с причинением крупного ущерба, с применением механического транспортного средства, группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 полагает, что факт совершения им преступления, в котором суд признал его виновным, не доказан. Указывает, что при постановлении приговора, судом были допущены существенные нарушения требований УПК РФ, а именно:

- судом оставлены без должной оценки доводы защиты о нарушениях, влекущих недопустимость ряда доказательств, таких как протокол осмотра места происшествия от 18 января 2024 года, а также, как производные от него, заключения экспертиз, проведенных путем исследования изъятых при осмотре места происшествия предметов (баллистической экспертизы № 12 от 08 февраля 2024 года, молекулярно-генетической экспертизы № 79 от 23 марта 2024 года); протокол обыска по месту жительства ФИО2 от 22 января 2024 года;

- в приговоре не нашло оценки несоответствие содержания предъявленного обвинении фактическим обстоятельствам дела;

- приговор полагает несправедливым в части назначенного ФИО2 наказания, считая его чрезмерно суровым;

- гражданский иск прокурора разрешен с нарушением УПК РФ, без привлечения ФИО2 к участию в деле в качестве гражданского ответчика, без разъяснения ему прав, предусмотренных ст. 54 УПК РФ. Указывает, что к участию в деле в качестве гражданского истца (материального истца) необоснованно не была привлечена администрация МО «Полесский муниципальный округ Калининградской области, в пользу которой взыскан ущерб;

- указывает, что ущерб, в результате незаконной охоты причиняется Российской Федерации и не может быть причинен профильному министерству регионального Правительства, в связи с чем полагает редакцию обвинения в этой части ошибочной, приводя доводы о том, что суд уклонился от оценки данного обстоятельства в приговоре, несмотря на возражения стороны защиты, не привел в приговоре указание на то, кому причинен ущерб, не возвратил по данным основаниям уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ;

- исключив в описательно-мотивировочной части приговора предъявленное органом дознания указание о совершении ФИО2 двух прицельных выстрелов в животное, от которых оно погибло, суд в части описания преступления, факт производства прицельных, а, следовательно, умышленно направленных против животного выстрелов не отразил;

- указывает на то, что диспозиция ст. 258 УК РФ является бланкетной. Однако, в обвинительном акте дознавателем, в обоснование выводов о совершении незаконной охоты, указано на нарушение ФИО2 требований п.1 ч.1 приложения 2 Указа Губернатора Калининградской области № 186 от 05 сентября 2012 года «Об определении видов разрешенной охоты и параметров осуществления охоты в охотничьих угодьях на территории Калининградской области за исключением особо охраняемых природных территорий федерального значения», ст. 40 ФЗ «О животном мире», ст.8. ч.3 ст. 14 и ч.2 ст. 29 ФЗ «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов», без раскрытия положений данных нормативных актов, что являлось основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Считает, что суд проигнорировал эти обстоятельства;

Кроме того, суд, описывая в приговоре деяние, признанное доказанным, сослался только на указанный выше Указ Губернатора Калининградской области № 186 от 05 сентября 2012 года, не приводя его конкретных норм; а ссылки на нарушения описанными в приговоре действиями положений федеральных законов, регламентирующих вопросы охоты, при описании деяния, признанного преступным, в приговоре не приведены, несмотря на их наличие в обвинительном акте, что свидетельствует о нарушении судом положений ст. 307 УПК РФ, главы 26 УК РФ и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного ФИО4 № 26 от 23 ноября 2010 года и Обзоре Верховного Суда РФ, утвержденного его Президиумом 24 июня 2022 года;

- указывает, что вывод о виновности ФИО2 основан исключительно на показаниях ФИО3, без оценки того обстоятельства, что последний испытывает к нему неприязненные отношения в течение длительного времени;

По приведенным мотивам просит оспариваемый приговор отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

В возражениях на апелляционную жалобу и.о. прокурора г. Полесска полагает, что приговор суда является законным, обоснованным и мотивированным. Указывает, что в основу приговора положены только относимые, допустимые и достоверные доказательства, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка. Доводы стороны защиты о признании доказательств недопустимыми рассмотрены судом в соответствии с требованиями УПК РФ, им дана правильная оценка. Полагает, что оснований для отмены и изменения приговора не имеется, просит апелляционную жалобу осужденного ФИО2 оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности вины ФИО2 в совершении 18 января 2024 года в период времени с 00 часов 20 минут до 08 часов 00 минут на территории охотничьего угодья «Залесье» п. Залесье Полесского района Калининградской области незаконной охоты, с причинением крупного ущерба, с применением механического транспортного средства, группой лиц по предварительному сговору с ФИО3, при изложенных в приговоре обстоятельствах, судом мотивирован и является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам дела, подтверждается достаточной совокупностью исследованных доказательств, изложенных в приговоре и получивших надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Доводы ФИО2, приведенные в суде первой инстанции о том, что инкриминированного преступления он не совершал, на предложение ФИО3 о незаконной охоте ответил отказом, а также об оговоре его ФИО3 были тщательно проверены судом и обоснованно отвергнуты, поскольку они полностью опровергаются совокупностью исследованных доказательств.

В частности, показаниями ФИО3, данными в ходе предварительного расследования, оглашенными в ходе судебного следствия и подтвержденные им, согласно которым 17.01.2024 в вечернее время ФИО2 предложил ему съездить на охоту. После около 00 часов 20 минут 18.01.2024 ФИО2 заехал за ним на своем автомобиле «Фольксваген TRANSPORTER» и совместно они проследовали в охотничье угодье «Залесье». При этом, они договорились о том, что ФИО3 будет при помощи тепловизора выслеживать животное, ФИО2 застрелит животное, после чего ФИО3 должен будет освежевать тушу, а мясо они разделят поровну. Действуя согласно указанной договоренности, следуя на указанном выше автомобиле, ФИО3 при помощи тепловизора увидел лося, после чего ФИО2 остановил автомобиль и руководствуясь указаниями ФИО3 о местонахождении животного, из винтовки с фонарем произвел два выстрела, застрелив животное. На месте ФИО3 разделал тушу, мясо они с ФИО2 поместили в приготовленные полиэтиленовые мешки, поделили между собой, погрузили в машину и уехали.

Приведенные выше показания осужденного ФИО3 подтверждаются совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств: протоколами осмотров мест происшествия, согласно которым 21.01.2024 в <данные изъяты> пос. Победино Славского района Калининградской области по месту жительства ФИО3 изъят кусок мяса (т.1 л.д. 22-28); 22.01.2024 года в <данные изъяты> пос. Победино Славского района Калининградской области, которая согласно рапорта УУП ОП по Полесскому МО МВД России «Гвардейский» Е. является местом жительства ФИО2, обнаружены и изъяты фонарь черного цвета с креплением, а во дворе дома обнаружен и изъят кусок мяса (т.1 л.д. 85, 88-95). Изъятый в ходе обыска жилища ФИО2 фонарь был опознан ФИО3, как фонарь, который ФИО2 прикрепил к своему оружию 18.01.2024 года (т.1 л.д. 240-244); заключением молекулярно-генетической экспертизы № 79 (02-2024) от 23 марта 2024 года, согласно которой часть шкуры животного, изъятой в ходе осмотра места происшествия 18.01.2024 года из лесного массива, а также обнаруженные по месту жительства ФИО3 и ФИО2 куски мяса, принадлежат одному и тому же самцу вида Лось (Alces alces) с достоверностью 99,9% (т.1 л.д. 200-203); протоколом обыска от 22.01.2024 года жилища, расположенного по адресу: Калининградская область Слаский район, пос. Победино, <данные изъяты> являющегося местом регистрации ФИО2 в ходе которого обнаружено и изъято охотничье ружье «Ремингтон модели 770» калибра 308.WIN с оптическим прицелом и патронами в количестве 8 штук (т.1 л.д. 75-82); заключением судебной баллистической экспертизы № 12 от 08.02.2024, согласно выводам которой изъятая у ФИО2 винтовка пригодна для стрельбы. Две гильзы, изъятые 18.01.2024 в лесном массиве с места происшествия являются стреляными гильзами от охотничьих патронов «Винчестер» калибра 308, которые применяются в охотничьей винтовке «Ремингтон модели 770». Представленные на экспертизу указанные выше гильзы стреляны в представленной винтовке «Ремингтон модели 770». При условии замены ударника, либо его изменения после выстрелов патронов, гильзы которых поступили на экспертизу. Вместе с тем, следы от патронного упора оставлены боевой личинкой затвора, установленного в представленной на экспертизу винтовке «Ремингтон модели 770» (т.1 л.д. 130-148); исследованной детализацией телефонных соединений, подтверждающей факт общения ФИО3 и ФИО2 17.01.2024, а также сведениями о том, что абонентский номер <данные изъяты>, находившийся в пользовании ФИО2 в период времени с 23 часов 26 минут 17.01.2024 года до 00 часов 53 минут 18.01.2024 года регистрировался в зоне действия базовых станций пос. Залесье и Ягодное Полесского района Калининградской области т.е. в зоне приближенной к месту преступления (т.1 л.д. 212-214, 219-223), а также иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Соглашаясь с оценкой, данной судом первой инстанции показаниям осужденного ФИО3, суд апелляционной инстанции исходит из того, что указанные показания, а также перечисленные выше судом доказательства, наряду с другими, подробно изложенными в приговоре, получены в установленном законом порядке, являются по своему характеру согласованными, логично дополняют друг друга, существенных противоречий по обстоятельствам, относящимся к предмету доказывания по делу, не содержат и, вопреки утверждениям автора жалобы, объективно подтверждают доказанность вины ФИО2 в инкриминируемом преступлении.

Вопреки доводам жалобы, обстоятельств, свидетельствующих об оговоре осужденным ФИО3 ФИО2 судом объективно не установлено, поскольку, изобличая ФИО2 в совершении преступления, ФИО3 указывал и на свои действия, являющиеся уголовно-наказуемыми. Ссылка ФИО2 на его оговор ФИО3 является голословной и фактическими данными не подтверждена.

Правильно судом первой инстанции дана и оценка показаниям ФИО2, позиция которого сводится к простому отрицанию, как избранному способу защиты от предъявленного обвинения.

Ссылка в приговоре на осуществление ФИО2 двух умышленных выстрелов, без указания на то, что они являлись прицельными, вопреки доводам жалобы, указывает на совершение осужденным ФИО2 преступления, субъективная сторона которого характеризуется умышленной формой вины в форме прямого умысла, о чем судом указано в описательно-мотивировочной части приговора. Об этом же свидетельствуют и установленные судом фактические обстоятельства совершения ФИО2 преступления, использовавшего для его совершения винтовку с оптическим прицелом.

Учитывая все вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что объективный и подробный анализ, а также основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, вопреки доводам жалобы, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства содеянного и прийти к обоснованному выводу о виновности ФИО2 и ФИО3, действия которых верно квалифицированы по ч. 2 ст. 258 УК РФ.

При этом суд обоснованно указал на то, что сговор на совершение преступления состоялся между осужденными до начала выполнения каждым из них объективной стороны преступления, их действия являлись согласованными и слаженными, соответствовали заранее распределенным между ними ролям, были направлены на достижение единого преступного результата.

Кроме того, судом правильно установлено, что поиск, выслеживание и транспортировку добытых охотничьих ресурсов осужденные осуществляли совместно, на принадлежащем ФИО2 автомобиле.

Квалифицирующий признак, характеризующийся причинением крупного ущерба, определен судом верно, в соответствии с примечанием к ст. 258 УК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для возвращения уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным ст. 237 УПК РФ. Поскольку приведенные в обвинительном акте ссылки на допущенные ФИО2 и ФИО3 нарушения требований как Указа Губернатора Калининградской области № 186 от 05 сентября 2012 года, так и Федеральных Законов «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов», «О животном мире» содержат не только указания на конкретные статьи и пункты, но и раскрывают их содержание, что в полной мере позволяло уяснить существо предъявленного ФИО2 обвинения, а суду принять решение на основании данного обвинительного акта.

В описательно-мотивировочной части приговора судом, при описании преступного деяния, совершенного ФИО3 и ФИО2, действительно, приведена ссылка лишь на Указ Губернатора Калининградской области № 186 от 05 сентября 2012 года. Однако, данное обстоятельство, вопреки доводам жалобы, не свидетельствует о несоответствии приговора требованиям ст. 307 УПК РФ, положениям главы 26 УК РФ и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 26 от 23 ноября 2010 года, поскольку в приговоре раскрыты положения приведенного выше Указа Губернатора Калининградской области о запрете в инкриминированный осужденным период охоты на все половозрастные группы копытных животных на территории охотничьих угодий Калининградской области. Указание в приговоре на осуществление ФИО3 и ФИО2 незаконной охоты, не имея путевки и разрешения на добычу охотничьих ресурсов, без ссылки на соответствующий нормативно-правовой акт, основанием для отмены и изменения приговора не является, поскольку при установленных выше обстоятельствах, связанных с осуществлением осужденными охоты в запрещенный период времени, на юридическую квалификацию их действий не влияет.

Как обоснованно указано судом, правовых оснований для признания недопустимыми протокола осмотра места происшествия от 18 января 2024 года, и как следствие, производных от него заключений баллистической и молекулярно-генетической экспертизы, а также протокола обыска по месту жительства ФИО2 от 22 января 2024 года, не имелось. Давая оценку нарушениям, допущенным при составлении указанных выше протоколов, связанных с описками, суд обоснованно исходил из того, что недопустимыми, в силу положений ст. 75 УПК РФ признаются те доказательства, которые получены в результате не формальных, а сущностных нарушений законодательства, повлекших за собой реальное нарушение принципов уголовного судопроизводства, причинившие реальный вред его участникам и правильно пришел к выводу о том, что обстоятельств, свидетельствующих о наличии таких нарушений, влияющих на допустимость оспариваемых доказательств, установлено не было.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами заключений баллистической и молекулярно-генетической экспертизы не имеется, поскольку они проведены на основании процессуальных решений, вынесенных надлежащим процессуальным субъектом. По содержанию соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, являются научно-обоснованными, содержат ссылки на методики, использованные экспертами и выводы, сделанные в пределах полномочий, предоставленных экспертам.

Вопреки доводам жалобы, гражданский иск рассмотрен судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального Закона. В частности, из содержания протокола судебного заседания, а также аудиозаписи судебного заседания, следует, что права гражданского ответчика, предусмотренные ст. 54 УПК РФ разъяснялись судом ФИО2 дважды: в судебном заседании 19 сентября 2024 года (т.3 л.д. 45) и в судебном заседании 01 ноября 2024 года после принятия судом процессуального решения о признании и привлечении подсудимых ФИО2 и ФИО3 в качестве гражданских ответчиков (т.3 л.д. 62).

Довод жалобы о нарушении судом требований Закона при разрешении гражданского иска, ввиду необходимости привлечения к участию в деле в качестве материального истца администрации МО «Полесский муниципальный округ Калининградской области», в пользу которой по гражданскому иску взыскан ущерб, основан на неверном толковании норм материального права. Поскольку в соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ, п.1 ст. 77 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством РФ.

При этом, в соответствии с п. 22 ст. 46 Бюджетного кодекса РФ, платежи по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, а также платежи, уплачиваемые при добровольном возмещении вреда, причиненного окружающей среде, во всяком случае подлежат зачислению в доход бюджета соответствующего муниципального образования по месту причинения вреда окружающей среде независимо от того, каким лицом было предъявлено требование.

Указанная позиция сформулирована в Обзоре судебной практики по вопросам применения законодательства об охране окружающей среды, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ 24 июня 2022 года, в котором также указано, что, предъявляя иски о возмещении вреда, органы, осуществляющие государственный экологический контроль (надзор), действуют не в собственном, а в публичном интересе, в связи с чем, их процессуальное положение определяется по правилам ст. 53 АПК РФ, ст. 46 ГПК РФ.

Изложенное свидетельствует о том, что, вопреки доводам жалобы, в рассматриваемом случае предъявленный прокурором гражданский иск не требовал принятия судом процессуального решения о замене взыскателя и привлечения в качестве материального истца соответствующего муниципального образования.

Кроме того, при изложенных обстоятельствах, вопреки доводам жалобы, отсутствие в приговоре указания на то, что в результате преступления крупный ущерб причинен государству, не повлияло на обоснованное привлечение к участию в уголовном судопроизводстве в качестве потерпевшего Министерства природных ресурсов и экологии Калининградской области и правильному разрешению гражданского иска.

Вопреки доводам жалобы, вид и размер наказания назначен ФИО2 с учетом всех обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, в соответствии с требованиями ст.ст. 6,60 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ, отвечают целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, соразмерны содеянному и надлежаще мотивированы.

Формального подхода к оценке обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, назначенного ФИО2, судом не допущено.

Так, в отношении ФИО2 суд учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание то, что он ранее не судим, имеет заболевания, положительно характеризуется по месту жительства и работы, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка <данные изъяты> года рождения.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, суд обоснованно не усмотрел, приведя к тому убедительные мотивы, с которыми суд апелляционной инстанции согласен.

Необходимость назначения осужденным дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с охотой, судом должным образом мотивирована.

Таким образом, вопреки доводам жалобы, оснований считать назначенное осужденному ФИО2 наказание незаконным и несправедливым в силу его чрезмерной суровости, не имеется.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу о том, что апелляционная жалоба осужденного ФИО2 по изложенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Полесского районного суда Калининградской области от 01 ноября 2024 года в отношении ФИО3 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденными - в тот же срок со дня вручения ему копий вступившего в законную силу приговора и апелляционного постановления.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: подпись. Копия верна.

Судья: Т.Э. Станкевич