Апелляционное постановление № 22-5060/2024 от 9 октября 2024 г. по делу № 1-170/2024

Судья Васюхневич Т.В. Дело № 22-5060/2024


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 9 октября 2024 года

Новосибирский областной суд в составе председательствующего судьи Титовой Т.В.

при секретаре Янушко Е.Д.

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела прокуратуры Новосибирской области Бабенко К.В.,

осужденной ФИО1,

защитника – адвоката Милоенко А.Ю.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Кузина А.А. в защиту осужденной ФИО1 на приговор Бердского городского суда Новосибирской области от 15 июля 2024 года, которым

ФИО1 (данные изъяты) Ю,В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, несудимая,

- осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением следующих ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования – <адрес> без разрешения специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, и возложением обязанности – один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением осужденного к наказанию в виде ограничения свободы, в дни, установленные указанным органом.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Срок основного наказания исчислен с момента постановки ДЮВ на учет в контролирующем органе. Срок дополнительного наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Взыскано с ФИО1 в пользу ОВД возмещение материального ущерба в размере <данные изъяты>, компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Доложив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав осужденную ФИО1 и ее защитника – адвоката Милоенко А.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы, государственного обвинителя Бабенко К.В., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, полагавшего приговор суда изменить, апелляционную жалобу адвоката оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

по приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, ОВД

Преступление совершено ею 20 июля 2022 года на территории <адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании осужденная ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Кузин А.А. в защиту осужденной ФИО1 просит приговор отменить как незаконный, необоснованный и несправедливый, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

По доводам жалобы адвоката приговор подлежит отмене в связи с существенным нарушением судом уголовно-процессуального закона, в том числе принципа презумпции невиновности, несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью назначенного наказания.

Полагает, судом не дана полная оценка показаниям осужденной, потерпевшего и свидетелей, материалам уголовного дела, вина осужденной в совершении инкриминируемого преступления не доказана, а выводы суда о ее виновности противоречат показаниям осужденной, потерпевшего, свидетелей, письменным доказательствам, в том числе видеозаписи обстоятельств дорожно-транспортного происшествия.

Обращает внимание, что в нарушение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ суд не установил, какие пункты Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ) нарушены ФИО1, и какие нарушения находятся в причинной связи с последствиями, предусмотренными ст. 264 УК РФ.

Указывает, что в судебном заседании установлено, что ФИО1 не превышала установленную в населенном пункте скорость движения, двигалась по своей полосе движения и, убедившись в безопасности своего маневра, стала поворачивать на перекрестке налево, причиной же действий осужденной, связанных с осуществлением левого поворота, явилось грубое нарушение водителем ОВД ПДД РФ, а именно эксплуатация транспортного средства без штатных технических световых приборов, превышение скорости движения его транспортного средства, расположение транспортного средства на полосе, предназначенной только для поворота налево.

Полагает, именно указанные нарушения ПДД РФ, допущенные водителем ОВД, а также нарушение им п. 10.1 ПДД РФ, обязывающего водителя при наличии опасности для движения в виде автомобиля под управлением осужденной принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, явились причиной, повлекшей возникновение дорожно-транспортной ситуации, последующего за этим столкновения транспортных средств, и находятся в прямой причинной связи с наступившими вредными последствиями.

Указывает, что действия осужденной, вопреки выводу суда, не противоречили требованиям п. 10.1 ПДД РФ.

Обращает внимание на отказ следователя и суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты о назначении по уголовному делу судебной автотехнической экспертизы.

Полагает, доводы стороны защиты о наличии в действиях водителя ОВД превышения скорости движения более чем в два раза, об управлении им автомобилем с отсутствием штатных световых приборов, нарушении им правил расположения транспортного средства на проезжей части и наличии у него технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем под управлением ФИО1 при соблюдении установленного скоростного режима, не опровергнуты, указанные противоречия не устранены и подлежат толкованию в пользу осужденной.

Выражает несогласие с выводом суда о несоответствии действий водителя ФИО1 требованиям пп. 1.3, 1.5, 8.1, 10.1 и 13.2 ПДД РФ.

Обращает внимание, что согласно схеме ДТП ОВД перед столкновением двигался по правой полосе движения, предусматривающей движение только направо, чем ввел ФИО1 в заблуждение, в связи с чем опасность для движения ОВД возникла в тот момент, когда автомобиль осужденной пересек осевую линию дорожной разметки, и именно с этого момента ОВД был обязан предпринять незамедлительные меры к предотвращению столкновения.

Полагает, отказывая в назначении по делу судебной комплексной видео-автотехнической экспертизы, суд тем самым проигнорировал факт превышения скорости ОВД, обстоятельства, предшествующие ДТП, действия водителей и наличие нарушений ПДД РФ потерпевшим.

Указывает на отсутствие в действиях осужденной нарушений ПДД РФ, повлекших за собой дорожно-транспортное происшествие и, как следствие, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в связи с чем, полагает, что в действиях осужденной отсутствует состав инкриминируемого преступления.

Ссылаясь на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, указывает, что заявленный потерпевшим иск о возмещении ущерба, причиненного преступлением, и компенсации морального вреда подлежал оставлению без рассмотрения с правом обращения потерпевшего с иском в порядке гражданского судопроизводства.

Указывает, что в обоснование иска о возмещении ущерба, связанного с лечением последствий дорожно-транспортного происшествия, потерпевшим предоставлены чеки, тогда как из показаний потерпевшего в судебном заседании следует, что оплату за лечение производил его дед, а при обращении в АНО «<данные изъяты>», АО МЦ «<данные изъяты>» оплату производили ДТА и СНА, в связи с чем адвокат полагает, что потерпевший затрат по оплате лечения не понес.

Полагает, расчет ущерба потерпевшим не представлен.

Обращает внимание на представление потерпевшим доказательств получения им платного лечения на сумму <данные изъяты> рублей, при этом доказательств невозможности оказания ему медицинских услуг бесплатно, в том числе в рамках договора ОМС, не представлено. Кроме того, указывает, что потерпевший проходил лечение, в том числе, от гипертонии, что не является следствием аварии.

Указывает на необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении по делу судебной экспертизы для решения вопроса о нуждаемости потерпевшего в оказанном платном лечении и невозможности получения лечения в рамках договора ОМС.

Полагает, суд проигнорировал те обстоятельства, что размер компенсации морального вреда потерпевшим не конкретизирован, не указано, какие физические и нравственные страдания потерпевший перенес, а также не учел, что потерпевший управлял неисправным автомобилем, не имея права управления транспортным средством, грубо нарушая ПДД РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката заместитель прокурора <адрес> Хорев М.С., полагая приговор суда законным и обоснованным, а в части назначенного наказания справедливым, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

К выводу о совершении ФИО1 инкриминируемого ей преступления суд пришел в результате исследования предоставленных сторонами допустимых доказательств и их всесторонней оценки.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом правильно, а вывод суда о доказанности вины осужденной соответствует фактическим обстоятельствам дела и мотивирован.

Доводы о невиновности ФИО1 в совершенном преступлении являлись предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как опровергающиеся совокупностью доказательств.

Оснований для переоценки выводов суда, к чему фактически сводятся изложенные в апелляционной жалобе доводы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам жалобы виновность осужденной ФИО1 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, полностью установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка.

Так, из показаний потерпевшего ОВД следует, что 20 июля 2022 года в вечернее время он с разрешения КДС решил прокатиться на автомобиле «<данные изъяты>» регистрационный знак <данные изъяты>, сел за управление автомобилем, на переднее пассажирское сидение сел СЮМ, на заднее пассажирское сидение за водительским местом сел КЕС, а за передним пассажирским сидением – ЕМА Вождению он нигде не обучался, учился вождению и изучал ПДД РФ самостоятельно. На указанном автомобиле он двигался по проезжей части <адрес> в направлении от <адрес> к <адрес> в <адрес> с включенным ближним светом фар. Было темное время суток, включено уличное освещение, погода – без осадков, проезжая часть – сухая. Проезжая часть <адрес> имела два направления движения. В его направлении проезжая часть <адрес> до перекрестка с <адрес> имела две полосы для движения, с правой полосы на перекрестке <адрес> и <адрес> можно было поворачивать только направо, движение прямо было запрещено. По левой полосе движения можно было двигаться в прямом направлении. В своем направлении он двигался в левой полосе со скоростью около 60 км/ч. Впереди него имелся регулируемый перекресток проезжих частей <адрес> и <адрес>, но светофоры работали в режиме желтого мигающего сигнала. Он двигался по главной дороге, так как хорошо видел установленный по ходу его движения дорожный знак, обозначающий главную дорогу. Дорожная разметка, разделяющая направления движения и определяющая полосы движения, ему хорошо просматривалась. В это время он видел, что во встречном направлении двигался автомобиль, был включен передний свет фар. В тот момент, когда он уже находился на указанном перекрестке, внезапно для него указанный автомобиль начал поворачивать налево относительно своего направления движения и выезжать на его полосу движения. С данного момента обстоятельства ДТП он уже не помнит. Помнит только события, когда он уже находился в больнице. От медицинского работника ему стало известно, что он попал в дорожно-транспортное происшествие. Ему причинена черепно-мозговая травма, по поводу которой он до настоящего времени проходит лечение.

Свидетель СЮМ показал, что в июле 2022 года в вечернее время находился на переднем пассажирском сидении автомобиля под управлением ОВД, на заднем пассажирском сидении которого за водительским местом находился КЕС, а за передним пассажирским сидением – ЕМА, они двигались по проезжей части <адрес> в направлении от <адрес> к <адрес> в <адрес> с включенным светом фар со скоростью около 60 км/ч. Проезжая часть <адрес> имела два направления движения, по две полосы в каждом направлении. Было темное время суток, погода – без осадков, проезжая часть – сухая. Проезжая часть <адрес> освещалась уличным электроосвещением. Впереди них по ходу движения имелся регулируемый перекресток проезжих частей <адрес> и <адрес>, но светофоры работали в режиме желтого мигающего сигнала. На указанном перекрестке при движении в прямом направлении необходимо было двигаться в крайней левой полосе, так как с правой полосы было разрешено движение только направо. Так как на перекрестке им необходимо было двигаться в прямом направлении, они двигались в левой полосе. При подъезде к указанном перекрестку он увидел, что во встречном направлении двигался автомобиль, он видел только передний свет фар. Данный автомобиль выехал на перекресток и стал без остановки поворачивать налево относительно своего направления движения, то есть передней частью выехал на их полосу движения, создав им опасность. Все произошло очень быстро, он только сумел сгруппироваться, так как понял, что столкновения не избежать. Столкновение произошло передней левой частью их автомобиля и передней частью указанного автомобиля. После столкновения он, ЕМА и КЕС находились в сознании. Находясь на месте ДТП, он увидел, что столкновение произошло с автомобилем «<данные изъяты>». Он не видел, кто был водителем данного автомобиля, но говорили, что автомобилем управляла девушка. Столкновение произошло на полосе движения, по которой двигался их автомобиль, все осколки и технические жидкости разлились на их полосе движения. По приезду автомобиля скорой помощи ОВД, КЕС, ЕМА увезли в больницу.

Свидетель ЕМА подтвердила показания потерпевшего ОВД и свидетеля СЮМ, показала, что 19 июля 2022 года в вечернее время находилась в качестве пассажира в автомобиле «<данные изъяты>» регистрационный знак <данные изъяты> под управлением ОВД, когда при движении в левой полосе проезжей части <адрес> в направлении от <адрес> к <адрес> в <адрес> при подъезде к перекрестку проезжих частей <адрес> и <адрес> она увидела двигающийся во встречном направлении автомобиль с включенным светом фар, который в тот момент, когда они проезжали указанный перекресток, стал резко поворачивать перед ними налево относительно своего направления движения и выехал на их полосу движения. Далее произошло столкновение их автомобиля с указанным автомобилем. После столкновения она сознание не теряла, их автомобиль отбросило на бордюрный камень. Из автомобиля ей помог выйти кто-то из очевидцев. Когда она вышла из автомобиля, то увидела, что столкновение произошло с автомобилем «<данные изъяты>», автомобиль имел повреждения передней части. На их автомобиле так же была повреждена передняя часть, в большей степени левая сторона. За управлением автомобиля «<данные изъяты>» находилась девушка. Столкновение автомобилей произошло на их полосе движения. Когда она вышла из автомобиля, обратила внимание, что было уже 20 июля 2022 года 00 часов 19 минут.

Свидетель КДС показал, что имеет в собственности автомобиль «<данные изъяты>» регистрационный знак <данные изъяты> который 19 июля 2022 года в вечернее время передал ОВД по его просьбе с целью прокатиться, так как знал, что тот умеет водить автомобиль. ОВД совместно с пассажирами СЮМ, КЕС и ЕМА поехал по проезжей части <адрес> в направлении от <адрес> к <адрес> несколько минут, после того как ОВД отъехал, он услышал в стороне перекрестка <адрес> и <адрес> сильный звук, похожий на столкновение автомобилей. Он вышел из-за здания и увидел, что на перекрестке <адрес> и <адрес> произошло столкновение его автомобиля под управлением ОВД и другого автомобиля. Он сразу пошел на место ДТП, где увидел, что столкновение произошло с автомобилем «<данные изъяты>». ОВД, КЕС, СЮМ, ЕМА находились в автомобиле на своих же местах в сознании. Рядом с автомобилем «<данные изъяты>» находилась молодая девушка. На его автомобиле была повреждена передняя часть, в большей степени левая, на автомобиле «<данные изъяты>» также была повреждена передняя часть автомобиля. По повреждениям автомобилей ему стало понятно, что ОВД двигался на автомобиле прямолинейно, а девушка на автомобиле «<данные изъяты>» двигалась во встречном направлении, на перекрестке <адрес> и <адрес> начала поворачивать налево относительно своего направления движения и не пропустила автомобиль под управлением ОВД Осыпь осколков, пятна технических жидкостей в большей степени находились на полосе движения, по которой двигался ОВД, то есть в месте столкновения. На следующий день в разговоре СЮМ рассказал ему, что они, действительно, двигались на автомобиле в прямом направлении, светофор на перекрестке работал в режиме желтого мигающего сигнала. Когда они выехали на перекресток, внезапно на перекресток выехал автомобиль, который двигался во встречном направлении, и стал поворачивать налево, не уступив им дорогу.

Не доверять выше приведенным и изложенным в приговоре показаниям потерпевшего и свидетелей у суда оснований не имелось с учетом их последовательности и объективной подтвержденности письменными доказательствами, а именно:

- протоколом № осмотра места совершения административного правонарушения от 20 июля 2022 года со схемой и фототаблицей к нему, которыми установлено, что автомобиль «<данные изъяты>» регистрационный знак № двигался по проезжей части <адрес> в направлении движения от <адрес> к <адрес> с выполнением маневра левого поворота на перекрестке <адрес> и <адрес> для дальнейшего движения по <адрес> к <адрес>ёва в <адрес>, автомобиль «<данные изъяты>» регистрационный знак № двигался прямо по проезжей части <адрес> в направлении движения от <адрес> к <адрес>, столкновение автомобилей произошло на полосе, предназначенной для движения автомобиля «<данные изъяты>», в 4 метрах от правого края проезжей части <адрес> относительно движения транспортных средств от <адрес> к <адрес> и в 3,5 метрах от правого края проезжей части <адрес> по ходу движения транспортных средств по <адрес> в направлении движения от <адрес>ёва к <адрес> около здания № по <адрес> в <адрес>, в ходе осмотра зафиксированы повреждения левой передней части кузова автомобиля «<данные изъяты>» и левой передней части кузова автомобиля «<данные изъяты>», установлены потерпевшие, в том числе, ОВД с диагнозом: ЗЧМТ, СГИ, открытая рана лобной области, закрытый перелом со смещением левого бедра (т. 1 л.д. 5-8, 9, 10-12);

- протоколами осмотра предметов от 6 февраля 2024 года и от 26 февраля 2024 года – оптических дисков с видеофайлами, при просмотре которых установлено, что видеозапись снята на камеру, установленную на стационарном объекте, обзор камеры направлен на нерегулируемый перекресток, который имеет Т-образную форму, и оборудован светофорными объектами, которые находятся в режиме желтого мигающего сигнала. Из содержания видеозаписи следует, что легковой автомобиль двигается слева направо относительно обзора камеры, выезжает на указанный перекресток и выполняет маневр левого поворота относительно своего направления движения. На данном автомобиле включен передний свет фар. В момент осуществления маневра поворота налево происходит столкновение с легковым автомобилем, который двигается по перекрестку справа налево относительно обзора камеры. На автомобиле включен передний свет фар. Данный автомобиль в момент столкновения на перекрестке двигается прямолинейно. После столкновения автомобили разворачивает, и они останавливаются на проезжей части (т. 1 л.д. 182-183, 184-189, 214-216, 217-222);

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № от 27 февраля 2023 года, согласно выводам которого у ОВД имелись следующие телесные повреждения: <данные изъяты>;

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № от 27 февраля 2023 года, <данные изъяты>;

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № от 30 мая 2023 года, согласно которому у ЕМА имелось телесное повреждение – <данные изъяты>

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № от 17 апреля 2024 года, в соответствии с выводами которого у СЮМ имелись следующие телесные повреждения: <данные изъяты>

- протоколом осмотра предметов от 4 апреля 2024 года – автомобиля «<данные изъяты> регистрационный знак №, в ходе осмотра которого установлено деформирование кузова автомобиля в большей степени с левой передней части (т. 1 л.д. 243-246, 247-250);

- справкой директора МБУ «<данные изъяты>» № от 11 апреля 2024 года, в соответствии с которой 20 июля 2022 года в период времени с 0 часов до 3 часов светофорный объект, расположенный на пересечении улиц <адрес> (в районе здания 138) и <адрес><адрес> находился в исправном состоянии, работал по графику с 0 часов до 6 часов в режиме желтого мигания (т. 2 л.д. 7).

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, в том числе с точки зрения их достаточности, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности изложенных в приговоре в качестве доказательств виновности осужденной показаний потерпевшего и свидетелей СЮМ, ЕМА, КДС, которые логичны и последовательны, не имеют существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО1 инкриминируемого ей деяния и доказанность ее вины, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе судебного заседания не установлено наличие у свидетелей и потерпевшего каких-либо оснований для оговора осужденной. Как установлено судом, потерпевший и свидетели до события преступления с осужденной не были знакомы и, соответственно, в неприязненных отношениях с ней не состоят.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, содержащей его собственный анализ исследованных доказательств, отличный от выводов к которым пришел суд, суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу положений ч. 1 ст. 17 УПК РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Ставить под сомнение объективность оценки показаний выше перечисленных лиц и письменных доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденной, требующих истолкования в ее пользу, судом апелляционной инстанции не установлено, как и не установлено данных, свидетельствующих об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, относящихся к инкриминируемому ФИО1 преступлению.

Из материалов уголовного дела следует, что органом предварительного следствия в ходе предварительного расследования по настоящему уголовному делу нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе при проведении допросов участников уголовного судопроизводства, проведении осмотров, назначении и производстве экспертиз, иных следственных и процессуальных действий, влекущих отмену приговора, не допущено.

Все доказательства, приведенные в приговоре, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, исследованы судом первой инстанции, их допустимость сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Оснований сомневаться в выводах экспертов у суда первой инстанции не имелось, и суд апелляционной инстанции таких оснований не находит, поскольку экспертизы проведены в соответствии с требованиями ст.ст. 195-199 УПК РФ, выполнены экспертами, обладающими специальными знаниями и назначенными в порядке, предусмотренном УПК РФ, экспертам разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Заключения экспертиз соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, оформлены надлежащим образом, научно обоснованы.

Доводы адвоката о нарушении потерпевшим ОВД Правил дорожного движения РФ не опровергают правильность выводов суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, поскольку само событие дорожно-транспортного происшествия и наступление последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ОВД состоят в прямой причинно-следственной связи с нарушением водителем ФИО1 требований пунктов 8.1, 10.1, 13.12 Правил дорожного движения РФ, неукоснительное соблюдение которых осужденной позволило бы избежать столкновения с автомобилем под управлением ОВД Как верно указал суд, отсутствие у потерпевшего ОВД права управления транспортными средствами, равно как и доводы об управлении им автомобилем без штатных технических световых приборов не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, поскольку именно ФИО1 совершала поворот налево, но в нарушение п. 13.12 ПДД РФ не убедилась в безопасности маневра, тогда как ОВД двигался прямолинейно, пользуясь преимуществом в движении. Вопреки доводам адвоката приговор суда не содержит вывода о несоответствии действий осужденной требованиям пунктов 1.3, 1.5 ПДД РФ, поскольку указание на их нарушение исключено судом из предъявленного ФИО1 обвинения.

Суд рассмотрел уголовное дело с соблюдением требований ч. 1 ст. 252 УПК РФ в отношении обвиняемой ФИО1 и лишь по предъявленному ей обвинению.

Вывод суда о наличии прямой причинно-следственной связи между неосторожными действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ОВД сомнений в своей правильности и обоснованности у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Вопреки доводам адвоката суд, руководствуясь разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, указал в приговоре, нарушение каких конкретно пунктов Правил дорожного движения РФ повлекло наступление последствий в виде неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и в чем конкретно выразилось это нарушение.

На основании совокупности исследованных доказательств суд первой инстанции надлежащим образом проверил и обоснованно оценил как способ защиты и отверг как недостоверные показания осужденной о ее невиновности в инкриминируемом преступлении, соблюдении ею Правил дорожного движения РФ и отсутствии в ее действиях состава преступления.

Доводы адвоката о том, что ФИО1 не превышала установленную в населенном пункте скорость движения, до столкновения двигалась по своей полосе движения, не свидетельствуют о невиновности осужденной в совершении инкриминируемого преступления.

Утверждения о том, что ОВД превысил разрешенную скорость, двигался по полосе, предназначенной только для поворота налево, надуманны, опровергаются всей совокупностью исследованных доказательств, в том числе показаниями потерпевшего, свидетелей – очевидцев и непосредственных участников дорожно-транспортного происшествия, а также видеозаписью с места совершения дорожно-транспортного происшествия.

Судом проверены все доводы и версии стороны защиты о невиновности ФИО1, однако приведенные доказательства опровергают указанные доводы.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в том числе событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления) по делу установлены достаточно полно и объективно, в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ.

Отказ следователя в удовлетворении ходатайства обвиняемой и ее защитника о проведении автотехнической судебной экспертизы не свидетельствует о неполноте предварительного следствия.

В соответствии с ч. 2 ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Оценка доказательств, а также разрешение вопроса о достаточности или недостаточности доказательств на предварительном следствии отнесены к компетенции следователя (ст.ст. 17, 87, ч. 1 ст. 88 УПК РФ). Согласно ч. 1 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. Следователь вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа (п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ).

Как видно из уголовного дела, ФИО1 имела возможность как на предварительном следствии, так и в судебном заседании оспаривать действия следователя, а также заявлять ходатайства. Нарушений процессуальных прав осужденной судом апелляционной инстанции не установлено.

Выводы суда о виновности ФИО1, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Как видно из приговора, суд не ограничился перечислением доказательств, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Несогласие осужденной и ее защитника с оценкой суда, данной доказательствам, на правильность вывода суда о виновности ФИО1 в содеянном и на квалификацию ее действий не влияет.

Утверждение адвоката об отсутствии доказательств виновности осужденной не основано на материалах уголовного дела и признается судом апелляционной инстанции несостоятельным.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принципы состязательности сторон, презумпции невиновности судом соблюдены, права осужденной, в том числе право на защиту, не нарушены. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами. Согласно протоколу судебного заседания все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены судом, в том числе разрешены они и в приговоре в части оценки доказательств с точки зрения их допустимости. Необоснованных отказов осужденной и ее защитнику в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, по делу не допущено. Разрешая заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе о назначении экспертиз, суд надлежаще мотивировал принятые решения, в связи с чем доводы о необоснованном отказе суда в удовлетворении заявленных ходатайств суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

На основании совокупности исследованных доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что ФИО1, управляя автомобилем, нарушила требования пунктов 8.1, 10.1, 13.12 Правил дорожного движения РФ, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ОВД

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив доказательства в их совокупности, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Суд апелляционной инстанции считает, что квалификация действий осужденной ФИО1 соответствует фактическим обстоятельствам дела, и оснований для сомнений в виновности осужденной, постановления в отношении нее оправдательного приговора или прекращения уголовного дела и уголовного преследования по реабилитирующим основаниям не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, сведений о ее личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи, а потому является справедливым, соразмерным содеянному.

Вывод о виде и размере наказания мотивирован судом совокупностью конкретных обстоятельств дела, данных о личности ФИО1, смягчающих обстоятельств.

Как видно из протокола судебного заседания, суд исследовал все данные о личности осужденной, признал смягчающими наказание обстоятельствами и в полной мере учел в качестве таковых противоправное поведение потерпевшего, молодой возраст осужденной и совершению ею преступления небольшой тяжести впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Размер наказания назначен осужденной в пределах санкции ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденной и совокупность смягчающих обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО1 основного наказания в виде ограничения свободы.

Суд привел мотивы принятого решения о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, верно сославшись в резолютивной части приговора на положения ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что суд в полной мере учел все данные о личности осужденной, выполнив требования закона об индивидуализации наказания.

Оснований для смягчения назначенного ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции не усматривает, полагая назначенное наказание справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденной.

Вопреки доводам жалобы решение суда о размере компенсации морального вреда, взысканного в пользу потерпевшего ОВД, является мотивированным и соответствует требованиям ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, при этом суд исходил из принципа разумности и справедливости, а также принял во внимание обстоятельства совершенного преступления и степень физических и нравственных страданий потерпевшего, вызванных причиненными ему тяжкими телесными повреждениями.

Решение суда по гражданскому иску в части взыскания с осужденной в пользу потерпевшего возмещения материального вреда, причиненного преступлением, основано на представленных суду доказательствах.

Руководствуясь требованиями ст.ст. 1064, 1085 ГК РФ, суд пришел к правильному выводу об удовлетворении исковых требований потерпевшего в части взыскания понесенных расходов, непосредственно связанных с совершенным в отношении него ФИО1 преступлением. Вопреки доводам адвоката потерпевший приобщил к исковому заявлению в обоснование суммы, заявленной к взысканию с осужденной, платежные документы, подтверждающие факт несения расходов на его лечение.

В связи с недоказанностью причинно-следственной связи между совершенным осужденной преступлением и понесенными потерпевшим расходами, обусловленными наличием у него иных заболеваний, напрямую не связанных с полученной 20 июля 2022 года в результате дорожно-транспортного происшествия травмой, суд пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований потерпевшей в указанной части.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, частично соглашаясь с доводами апелляционной жалобы, находит необходимым уменьшить размер возмещения материального ущерба, взысканного с ФИО1 в пользу ОВД, до <данные изъяты> копеек, поскольку, по убеждению суда апелляционной инстанции, проведенные ОВД 6 марта 2024 года рентгенография легких, эхокардиография и электрокардиографические исследования стоимостью <данные изъяты> рублей (т. 2 л.д. 194) не состоят в причинно-следственной связи с совершенным осужденной преступлением, напрямую не связаны с полученной 20 июля 2022 года в результате дорожно-транспортного происшествия травмой.

Доводы адвоката о необоснованном взыскании с осужденной расходов, понесенных потерпевшим в связи с прохождением лечения в платных клиниках, без представления доказательств невозможности получения такого лечения по полису обязательного медицинского страхования, являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку ущемляют права потерпевшего на выбор места и способа его лечения. Оснований не согласиться с таким выводом суда суд апелляционной инстанции не находит.

Кроме того, как справедливо отметил суд, факт оплаты лечения потерпевшего другим лицом (одним из его родственников) не освобождает осужденную от обязанности по возмещению вреда, причиненного в результате преступления, в пользу потерпевшего, который в установленном законом порядке признан гражданским истцом.

Вопреки доводам адвоката предусмотренных законом оснований для оставления гражданского иска потерпевшего без рассмотрения у суда первой инстанции не имелось.

Кроме того, в соответствии со ст. 78 УК РФ срок давности за преступления небольшой тяжести, к которым уголовным законом отнесено преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, истекает через два года со дня совершения преступления. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

Преступление совершено 20 июля 2022 года, и последним днем срока давности является 19 июля 2024 года.

При таких обстоятельствах срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, установленный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, истек, оснований для приостановления течения сроков давности уголовного преследования, предусмотренных ч. 3 ст. 78 УК РФ, по делу не установлено, и ФИО1 подлежит освобождению от наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

С учетом установленных ч. 1 ст. 38924 УПК РФ ограничений в связи с отсутствием указанного в этой статье процессуального повода оснований для внесения в приговор иных изменений из материалов уголовного дела судом апелляционной инстанции не установлено.

По изложенным основаниям апелляционная жалоба адвоката Кузина А.А. в защиту осужденной ФИО1 подлежит удовлетворению частично.

На основании изложенного, руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 38920, ст. 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Бердского городского суда Новосибирской области от 15 июля 2024 года в отношении ФИО1 (<данные изъяты>) Ю. В. изменить.

Уменьшить размер возмещения материального ущерба, взысканного с ФИО1 в пользу ОВД, до <данные изъяты>

Освободить ФИО1 от назначенного по ч. 1 ст. 264 УК РФ наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – за истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционную жалобу адвоката Кузина А.А. в защиту осужденной ФИО1 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в указанный кассационный суд.

Председательствующий Т.В. Титова