Апелляционное определение № 22-21/2026 22-780/2025 от 18 января 2026 г.

Судья первой инстанции ФИО2 дело № (№)

Судья-докладчик ФИО16


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 19 января 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Адыгея в составе:

председательствующего судьи ФИО17,

судей Панеш Х.Е., ФИО16,

при секретаре судебного заседания ФИО5,

с участием прокурора ФИО14,

осужденного ФИО1,

его защитника – адвоката ФИО7,

потерпевшего Потерпевший №1,

его представителя – адвоката ФИО13,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО7 и представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката ФИО13 на приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, со средним образованием, холостой, не имеющий детей, имеющий на иждивении отца инвалида, индивидуальный предприниматель, военнообязанный, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый

признан виновным и осужден по ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ, ему назначено наказание:

- по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в феврале 2024 года) в виде штрафа в размере 80 000 рублей;

- по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в марте 2024 года) в виде штрафа в размере 70 000 рублей;

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено ФИО1 наказание в виде штрафа в размере 100 000 рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 46 УК РФ постановлено рассрочить ФИО1 выплату штрафа в размере 100 000 рублей 00 копеек на 12 месяцев, установив размер ежемесячного платежа в размере 8 500 (восемь тысяч пятьсот) рублей, до полной выплаты всей суммы штрафа.

Штраф постановлено оплатить по следующим реквизитам:

УФК по <адрес> (МВД по Республики Адыгея), ИНН: <***>, КПП: 010501001, р/с 03№, л/с <***>, ЕКС: 40№; БИК управления: 042202104, Наименование банка: Волго-Вятское ГУ Банка России //УФК по <адрес>, ОКТМО: 79701000, КБК: 188 1 13 02991 01 6000 130 – процессуальные издержки, КБК 188 116 03121 01 9000 140. УИН: 18№.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего подлежит отмене.

Процессуальные издержки по уголовному делу отсутствуют.

Гражданский иск не заявлен.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Также судебная коллегия рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО7 на постановление Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ, которым постановлено:

- прекратить уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении Свидетель №3), на основании ст. 76 УК РФ, освободив его от уголовной ответственности, в связи с применением с потерпевшим.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи ФИО16, изложившего обстоятельства дела, содержание приговора суда, постановления о прекращении уголовного преследования, существо апелляционных жалоб адвокатов, заслушав объяснения осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ФИО6, просивших апелляционные жалобы адвоката ФИО6 удовлетворить, приговор суда и постановление о прекращении уголовного преследования отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор, мнение потерпевшего Потерпевший №1 и его представителя – адвоката ФИО13, просивших апелляционную жалобу адвоката ФИО13 удовлетворить, приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1, мнение прокурора ФИО14, полагавшего приговор суда подлежащим отмене с возвращением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества, путем обмана, в крупном размере, то есть преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 159 УК РФ (по преступлению в феврале 2024 года в отношении потерпевшего Потерпевший №1).

Он же, обвинялся в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества, путем обмана, совершенного с причинением значительного ущерба гражданину, то есть преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 159 УК РФ (в марте 2024 года в отношении потерпевшего Свидетель №3).

Суд первой инстанции постановлением от 08.10.2025г. прекратил уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении Свидетель №3), на основании ст. 76 УК РФ, освободив его от уголовной ответственности, в связи с применением с потерпевшим.

Согласно приговору от 08.10.2025г. суд первой инстанции по собственной инициативе переквалифицировал действия ФИО1 с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в части хищения 150 000 рублей) и по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в части хищения 130 000 рублей).

Установленные судом первой инстанции обстоятельства, подробно изложены в постановлении и приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемых преступлений не признал.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО7 в интересах ФИО1 указывает на допущенные судом значительные нарушения уголовно-процессуального закона при вынесении приговора. Также отмечает неправильное применение уголовного законодательства, наличие оснований для возвращения дела прокурору, указывает, что выводы, изложенные в приговоре, не согласуются с фактическими обстоятельствами уголовного дела, установленными судом первой инстанции.

В обоснование доводов жалобы отмечает, что обвинительное заключение было составлено, согласовано и утверждено лицами, не обладающими соответствующими полномочиями. Так, сторона защиты в протоколе ознакомления обвиняемого и его адвоката с материалами уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3, л.д. 163-168) указала, что совокупность всех обстоятельств вызывает у обвиняемого сомнения в объективности и беспристрастности стороны обвинения на этапе предварительного расследования. Данное заявление защиты нельзя рассматривать иначе как заявление об отводе следователя ФИО8, руководителя следственного органа ФИО9 и заместителя прокурора <адрес> ФИО10 Однако, в материалах дела отсутствуют какие-либо процессуальные решения, принятые по итогам заявленных отводов указанным должностным лицам.

Считает протокол допроса ФИО1 в качестве подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 197) недопустимым доказательством. Согласно указанному протоколу, допрос был начат ДД.ММ.ГГГГ в 16:00 и окончен ДД.ММ.ГГГГ в 17:20. Судом была истребована и исследована копия выписки из журнала посетителей СО ОМВД России по <адрес> за ДД.ММ.ГГГГ. Согласно данной выписке, адвокат ФИО11 действительно находился в следственном отделе, однако он пришел не к следователю ФИО12, а к следователю ФИО3. Его присутствие в следственном отделе зафиксировано в период с 15:30 до 17:00, то есть он покинул отделение еще до завершения допроса ФИО1, проводимого в качестве подозреваемого. Таким образом, протокол допроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, а также копия выписки из журнала посетителей, подтверждают, что защитник отсутствовал на всех этапах проведения допроса подозреваемого.

Кроме того, по мнению автора жалобы, основанием для признания вышеуказанного протокола допроса недопустимым доказательством является несоблюдение следователем положений ч. 1, ч. 3 ст. 50 УПК РФ, что повлекло нарушение права ФИО1 на защиту. ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого в первый день с момента начала осуществления органом следствия в отношении него деятельности по изобличению в совершении преступления, при этом ему не было предоставлено пять суток для реализации права пригласить защитника по соглашению.

Автор жалобы считает, что факты передачи потерпевшим денежных средств ФИО1 не подтверждаются совокупностью достоверных и допустимых доказательств. Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений на основании показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 и ФИО23, по мнению стороны защиты, носят предположительный характер. Ни один из свидетелей не пересчитывал денежные средства, и в их присутствии этого тоже не делали. Также отмечает, что в показаниях данных свидетелей имеются противоречия относительно того, кто находился на переднем пассажирском сидении автомобиля потерпевшего ДД.ММ.ГГГГ в момент якобы передачи денежных средств, что ставит под сомнение достоверность показаний одного из них.

Обращает внимание суда, что согласно показаниям вышеуказанных свидетелей, передача денежных средств состоялась в темное время суток, при этом расстояние от свидетелей до места передачи денежных средств составляло от нескольких до 3-4 метров. В свою очередь, по утверждению ФИО1, автомобиль потерпевшего находился на расстоянии около 20 метров от места их встречи. Свидетели не обладали реальной возможностью достоверно воспринимать обстоятельства, на которые они ссылаются, в частности факт передачи потерпевшим денежных средств ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в размере 130 000 рублей. Данные доводы стороны защиты не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства. Учитывая изложенные обстоятельства, сторона защиты считает, что показания Свидетель №2, ФИО23 и Свидетель №1 не могут быть признаны допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами для вывода о том, что Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ передал ФИО1 70 000 рублей, а ДД.ММ.ГГГГ - 130 000 рублей.

Согласно заявлению потерпевшего о предполагаемой передаче суммы в размере 80 000 рублей, он утверждал, что свидетелем данного события был Свидетель №5 Однако свидетель Свидетель №5 заявил, что не видел, чтобы Потерпевший №1 передавал деньги ФИО1 Кроме того, в ходе судебного разбирательства свидетели Свидетель №4 и Свидетель №5 не смогли уточнить ни дату предполагаемой передачи денежных средств, ни их точный размер. Сам ФИО1 заверяет, что никаких денег от Потерпевший №1 он не получал. Признательные показания, ранее данные ФИО1 в качестве подозреваемого, не подтверждаются никакими другими доказательствами и не могут рассматриваться как допустимые на основании указанных нарушений.

Сторона защиты считает, что также не могут быть признаны допустимыми доказательствами вины ФИО1 протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протокол выемки предметов от ДД.ММ.ГГГГ, протоколы осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Отраженная в данных доказательствах переписка, на которую ссылается обвинение, не содержит ни одного сообщения, прямо указывающего на факт передачи Потерпевший №1 каких-либо денежных средств ФИО1 Кроме того, подсудимый ФИО1 в ходе дачи показаний пояснил, что переписки, изложенной в вышеуказанных доказательствах, в действительности между ним и Потерпевший №1 никогда не было. О фальсификации этой переписки свидетельствует совокупность обстоятельств, содержание которых подробно излагает в жалобе.

На основании изложенного, адвокат просит приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить, вынести оправдательный апелляционный приговор в связи с отсутствием события инкриминируемого преступления.

В апелляционной жалобе на постановление от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования по ч. 2 ст. 159 (по преступлению в отношении Свидетель №3) адвокат ФИО7 в интересах осужденного ФИО1 указывает, что обвинительное заключение было составлено, согласовано и утверждено лицами, не обладающими соответствующими полномочиями. Считает, что судом не установлено, какие именно обязательства якобы возникли у ФИО1, каковы предмет и срок исполнения данного обязательства. Судом не было исследовано, а стороной обвинения не представлено доказательств, которые бы свидетельствовали о согласовании между ФИО1 и Свидетель №3 ассортимента необходимых последнему товаров. В судебном заседании был исследован протокол осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, из которого усматривается, что Свидетель №3 предоставленные ФИО1 камеры не опознал, так как он заказывал у ФИО1 камеры видеонаблюдения производства другой фирмы. Считает, что отсутствуют основания полагать, что у ФИО1 возникли какие-либо обязательства по поставке неких конкретных товаров, в том числе колесных гаек в количестве 20 штук, шильдиков проводов для камер видеонаблюдения и блока, а также рамки на магнитофон. При получении показаний, содержащихся в протоколе допроса подозреваемого, было нарушено право ФИО1 на защиту, приводит доводы аналогичные изложенным в апелляционной жалобе на приговор суда. Также отмечает, что согласно протоколу дополнительного допроса ФИО1 в качестве подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, он заявил ходатайство об истребовании видеозаписей с установленных в следственном отделе камер видеонаблюдения для подтверждения того обстоятельства, что допрос производился без адвоката. Постановлением следователя ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении ходатайства было отказано со ссылкой на ст. 38 УПК РФ, с указанием на то, что следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования и принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий. На запрос суда касаемо указанных видеозаписей поступил ответ о том, что видеозаписи не сохранились ввиду истечения срока их хранения. При таких обстоятельствах, возникшие сомнения в законности допроса от ДД.ММ.ГГГГ являются неустранимыми, а потому должны толковаться в пользу ФИО1

Кроме того, сторона защиты утверждает, что ФИО1 был допрошен по обстоятельствам, связанным с эпизодом обвинения по ч. 2 ст. 159 УК РФ еще до возбуждения уголовного дела по заявлению Свидетель №3, и в нарушение установленного п. 1 ч. 4 ст. 46 УПК РФ права подозреваемого знать в чем он подозревается.

Отмечает, что судом признаны недопустимыми доказательствами ответ АО «Т-Банк» от ДД.ММ.ГГГГ с приложениями и протокол осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, на сегодняшний день перевод Свидетель №3 ФИО1 каких-либо денежных средств объективно ничем иным, кроме признания самого ФИО1 не подтвержден. Все вышеперечисленное свидетельствует о недоказанности в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 К РФ, а также о том, что между ФИО1 и Свидетель №3 фактически сложились гражданско-правовые отношения, в связи с чем, ФИО1 по данному эпизоду преступления подлежит оправданию.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО13 в интересах потерпевшего Потерпевший №1 считает приговор суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а также в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов жалобы указывает, что судом неверно переквалифицированы действия ФИО1 с ч. 3 ст. 159 на ч. 2 ст. 159 УК РФ. В данном случае судом не учтен умысел осужденного, который был направлен на хищение денежных средств и его действия охватываются единым умыслом и должны быть квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ, поскольку преступная деятельность ФИО1 была пресечена самим потерпевшим, но не осужденным. Неверная квалификация преступления относится к категории существенных нарушений, способных повлечь изменение или отмену приговора, как указано в п. 2 ч. 1 ст. 289.18 УПК РФ.

Адвокат утверждает, что суд не учел тот факт, что ФИО1 не признал свою вину в предъявленном обвинении, не возместил причиненный ущерб и не принес извинений потерпевшему. По мнению защиты, эти обстоятельства отражают отношение осужденного к совершенному преступлению и свидетельствуют о необходимости применения более строгого наказания, чтобы достичь целей исправления виновного и восстановления социальной справедливости, предусмотренных статьей 43 УК РФ. Также отмечает, что потерпевший понес не только материальный ущерб (который до сих пор не возмещен), но и моральный вред, связанный со стрессом из-за утраты денежных средств, а также с потерей времени на участие в предварительном следствии и судебном процессе.

На основании изложенного, адвокат ФИО13 просила приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ изменить, квалифицировать действия ФИО1 по ч. 3 ст. 159 УК РФ и назначить более строгое наказание, связанное с лишением свободы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат ФИО7 просили приговор суда и постановление о прекращении уголовного преследования отменить, вынести в отношении обвиняемого оправдательный приговор.

Потерпевший Потерпевший №1 и его представитель – адвокат ФИО13 просили приговор изменить, квалифицировать действия ФИО1 по ч. 3 ст. 159 УК РФ, назначить более строгое наказание.

Прокурор ФИО14 в судебном заседании поддержал апелляционную жалобу потерпевшего в части квалификации действий осужденного, так как судом первой инстанции принято неверное решение о переквалификации на два самостоятельных преступления. С учетом этого, просил приговор отменить с возвращением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб защитников, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

По данному делу такие нарушения закона допущены.

Так, согласно предъявленному обвинению: «…ФИО1, в дневное время, ДД.ММ.ГГГГ, более точное время не установлено, находясь на станции технического обслуживания «У Лехи», расположенной по адресу: <адрес> «А, реализуя внезапно возникший преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, ввел в заблуждение Потерпевший №1, обратившегося с просьбой оказать содействие в благополучном исходе судебного заседания по рассмотрению административного материала о привлечении его к административной ответственности, при этом, не имея реальной возможности и уполномоченных прав на предопределение исхода судебного заседания, и не намереваясь исполнять взятое на себя обязательство, пообещал Потерпевший №1 решить вопрос о не привлечении его к административной ответственности.

Далее, ФИО1, реализуя свой единый преступный умысел, направленный на хищение денежных средств Потерпевший №1, около 20 часов 40 минут, ДД.ММ.ГГГГ, находясь на парковке, расположенной по адресу: <адрес>, якобы в счет оплаты за содействие в благополучном исходе судебного заседания и не привлечении к административной ответственности, получил от Потерпевший №1, будучи введённого в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1, денежные средства в размере 70 000 рублей.

После чего, ФИО1, продолжая реализацию своего единого преступного умысла, направленного на хищение денежных средств Потерпевший №1, около 18 часов 20 минут, ДД.ММ.ГГГГ, находясь на станции технического обслуживания «У Лехи», расположенной по адресу: <адрес> «А», якобы в счет оплаты за содействие в благополучном исходе судебного заседания и не привлечении к административной ответственности, получил от Потерпевший №1, будучи введённого в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1, денежные средства в размере 80 000 рублей.

Затем ФИО1 продолжая свои преступные действия, охваченные единым умыслом, около 20 часов 00 минут, ДД.ММ.ГГГГ, находясь возле автомобильного кармана, возле аптеки «Фармация», расположенной по адресу: <адрес>, якобы в счет оплаты за содействие в благополучном исходе судебного заседания и не привлечении к административной ответственности, получил от Потерпевший №1, введенного в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1, денежные средства в размере 130 000 рублей.

Таким образом, ФИО1 взятое на себя обязательство перед Потерпевший №1 не выполнил, и распорядился похищенными денежными средствами по своему усмотрению, тем самым причинил Потерпевший №1 имущественный вред в крупном размере на общую сумму 280 000 рублей…»

Указанные действия ФИО1 были квалифицированы как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в крупном размере, то есть, как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ.

В приговоре от 08.10.2025г. суд первой инстанции по собственной инициативе переквалифицировал действия ФИО1 с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в части хищения 150 000 рублей) и ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в части хищения 130 000 рублей).

С указанной позицией суда первой инстанции судебная коллегия не может согласиться в связи со следующим.

Так, переквалифицировав в приговоре от 08.10.2025г. действия ФИО1 с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ и ч. 2 ст. 159 УК РФ суд первой инстанции исходил из разрыва по времени между передачей Потерпевший №1 денежных средств ФИО1 в размере 70 000 рублей и 80 000 рублей, который составил 3 дня (10.02.2024г. и 13.02.2024г.), и передачей денежных средств в размере 130 000 рублей, состоявшейся 12.03.2024г. Помимо этого, суд исходил из передачи денежных средств в разных местах, придя к выводу, что врученные потерпевшим осужденному части денежных средств имели разное целевое назначение.

Согласно разъяснению п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях» продолжаемым является преступление, состоящее из двух или более тождественных противоправных деяний, охватываемых единым умыслом. При этом продолжаемое преступление может быть образовано как деяниями, каждое из которых в отдельности содержит все признаки состава преступления (в частности, при получении или даче взятки в несколько приемов; легализации имущества, добытого преступным путем, посредством нескольких финансовых операций или сделок с таким имуществом), так и деяниями, каждое или часть из которых не содержат всех признаков состава преступления, но в своей совокупности составляют одно преступление (например, при хищениях путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты с противоправным изъятием чужого имущества по частям, когда отдельные деяния с учетом стоимости похищенного имущества не являются уголовно наказуемыми).

О единстве умысла виновного в указанных случаях могут свидетельствовать, в частности, такие обстоятельства, как совершение тождественных деяний с незначительным разрывом во времени, аналогичным способом, в отношении одного и того же объекта преступного посягательства и (или) предмета преступления, направленность деяний на достижение общей цели.

Таким образом, при переквалификации действий с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ и ч. 2 ст. 159 УК РФ, суд первой инстанции не учел, что из показаний потерпевшего следует, что все случаи получения ФИО1 денежных средств касались одного вопроса – сохранения для Потерпевший №1 права управления транспортными средствами, денежные средства получены разными суммами от одного потерпевшего, разрыв во времени между передачей частей денежных средств во всех случаях (10.02.2024г., 13.02.2024г. и 12.03.2024г.) составлял менее месяца, а сами действия по получению осужденным денежных средств были прекращены в связи с тем, что именно потерпевший обратился в правоохранительные органы.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что подсудимый не признал предъявленное ему обвинение, вывод суда относительно отсутствия признаков продолжаемого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (в отношении потерпевшего Потерпевший №1), по мнению судебной коллегии, является преждевременным и не соответствует установленным при рассмотрении дела обстоятельствам.

Между тем, в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № обращается внимание суда на то, что точное установление признаков длящегося или продолжаемого преступления имеет важное значение для правильной квалификации содеянного, исчисления срока давности уголовного преследования, решения вопросов об освобождении от уголовной ответственности или о назначении справедливого наказания, а также для надлежащего применения других уголовно-правовых норм в отношении лица, совершившего такое преступление.

По мнению судебной коллегии, судом первой инстанции также допущено существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона, выразившееся в следующем.

Так, в силу ч. 1 ст. 246 УПК РФ участие в судебном разбирательстве обвинителя обязательно.

Согласно ч. 2 ст. 246 УПК РФ участие государственного обвинителя обязательно в судебном разбирательстве уголовных дел публичного и частно-публичного обвинения, а также при разбирательстве уголовного дела частного обвинения, если уголовное дело было возбуждено следователем либо дознавателем с согласия прокурора.

В соответствии с ч. 6 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании, излагает суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, высказывает суду предложения о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания.

Частью 1 ст. 252 УПК РФ предусмотрено, что прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника.

Указанные выше требования уголовно-процессуального закона в части участия в деле государственного обвинителя, судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого по ч. 3 ст. 159 УК РФ и ч. 2 ст. 159 УК РФ, были нарушены.

Так, из содержания протокола судебного заседания, подтвержденного аудиозаписью судебного заседания, участвующий в рассмотрении дела государственный обвинитель ФИО15 поддержал квалификацию действий подсудимого ФИО1 по ч. 3 ст. 159 УК РФ и ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Государственным обвинителем было предложено признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ и назначить ему наказание в виде трех лет лишения свободы, с применением ст. 53.1 УК РФ, с заменой назначенного наказания принудительными работами на срок три года.

Вместе с тем, признав правильной квалификацию действий осужденного также по ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении потерпевшего Свидетель №3) и возражая против прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 в части данного обвинения, государственный обвинитель не высказал суду предложение о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания, как по данному преступлению, так и по совокупности преступлений, с учетом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (в отношении потерпевшего Потерпевший №1).

Согласно разъяснению п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» приговор, определение или постановление суда отменяется и уголовное дело передается на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены судом апелляционной инстанции.

Из материалов дела усматривается, что государственный обвинитель ФИО15 в ходе судебных прений, фактически не изложил свое мнение по существу обвинения по ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении потерпевшего Свидетель №3) и позицию о назначении подсудимому наказания, как за совершение данного преступления, так и по совокупности предъявленного обвинения, что, по мнению судебной коллегии, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, затронувшим права как подсудимого, так и потерпевшего по делу.

Указанное существенное нарушение уголовно-процессуального закона повлияло на исход дела, что в силу п. 2 ст. 389.15 УПК РФ является основанием отмены приговора и постановления суда при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке.

Поскольку допущенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, вынесенные судом первой инстанции постановление от 08.10.2025г. о прекращении уголовного преследования и приговор от 08.10.2025г. в отношении ФИО1 подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции не может также высказать мнение относительно остальных доводов, изложенных в поданных сторонами апелляционных жалобах, так как рассмотрение уголовного дела надлежит начать со стадии судебного разбирательства судом первой инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь, статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

постановление Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ отменить.

Приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 2 ст. 159 УК РФ передать в Майкопскиий городской суд Республики Адыгея со стадии судебного разбирательства, в ином составе суда.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу с момента оглашения апелляционного определения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, в порядке, установленном положениями главы 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копий апелляционного определения и приговора, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись) ФИО17

Судьи (подпись) Х.Е. Панеш

(подпись) ФИО16

Копия верна:

Судья Верховного Суда

Республики Адыгея ФИО16

Подлинник судебного акта находится в уголовном деле №

в Майкопском городском суде Республики Адыгея.