Приговор № 1-13/2024 от 9 июня 2024 г. по делу № 1-58/2023

Дело №1-13/2024

УИД: 91OS0000-01-2023-000493-71


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Симферополь « 10 » июня 2024 года

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Погребняка С.Н.,

при секретарях – Бодаевской Е.В., Сапрыкиной Ю.В.,

ФИО1, ФИО4, с участием:

государственных обвинителей – Евтушенко Д.Ф., Бигвава А.К.,

подсудимых – ФИО5, ФИО6,

защитников – адвоката Юнуса Р.М., адвоката Новикова С.В., адвоката Железняк О.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Республики Крым уголовное дело по обвинению:

ФИО6 <данные изъяты>, родившегося ДД.ММ.ГГГГ года в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, имеющего высшее образование, женатого, проходившего службу в должности старшины команды в Государственной пограничной службе Украины, на территории РФ не военнообязанного, зарегистрированного по адресу: <адрес> фактически проживавшего по адресу: <адрес>, не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.211, п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ.

ФИО5 <данные изъяты>, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, имеющего высшее образование, холостого, проходившего службу в должности командира корабля в Государственной пограничной службе Украины, на территории РФ не военнообязанного, зарегистрированного и проживавшего по адресу: <адрес> не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.211, п.п. «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 и ФИО6 совершили угон судна водного транспорта, группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, повлекший иные тяжкие последствия.

Кроме того, ФИО5 и ФИО6 совершили похищение человека, группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, в отношении двух и более лиц.

Преступления ФИО5 и ФИО6 совершены при следующих обстоятельствах.

ФИО5, являясь старшим мичманом Государственной пограничной службы Украины (ГПС Украины), в период с 24 марта 2018 года по 25 марта 2018 года, на территории Украины, действуя умышленно, по мотивам политической вражды по отношению к Российской Федерации по факту вхождения в ее состав Республики Крым и города Севастополя, вступил в сговор с капитаном 3 ранга ГПС Украины ФИО18, мичманом ГПС Украины ФИО2, старшим оперуполномоченным отдела контрразведывательной защиты экономики государства Управления Службы безопасности Украины в Херсонской области старшим лейтенантом ФИО19 и иными лицами, на совместный захват в акватории Азовского моря российского судна водного транспорта, плавающего под Государственным флагом Российской Федерации, и его последующему угону в территориальные воды Украины, а далее в Бердянский морской торговый порт, расположенный в <адрес> Украины.

Согласно заранее достигнутой договоренности, а также в соответствии с распределением ролей в составе группы лиц по предварительному сговору, ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные неустановленные лица возложили на себя обязанности по совместному: использованию и управлению для захвата и последующего угона российского судна водного транспорта имеющегося в их распоряжении корабля морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» (бортовой номер №), а также установленного на нем вооружения; использованию имеющегося в их распоряжении оружия в ходе захвата и угона российского судна водного транспорта, в том числе для пресечения сопротивления и не подчинения со стороны членов экипажа данного судна и оказания на последних психологического воздействия путем угроз применения (возможности производства выстрелов в людей) в отношении них насилия, опасного для жизни и здоровья; непосредственному установлению в акватории Азовского моря судна водного транспорта, эксплуатирующегося под Государственным флагом Российской Федерации, осуществлению к нему швартовки, проведению его незаконного захвата и досмотровых мероприятий; незаконному угону захваченного российского судна водного транспорта и его принудительному конвоированию от места захвата в Бердянский морской торговый порт, расположенный в <адрес> Украины. При этом, ФИО19, действуя совместно с ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иными неустановленными лицами, принял на себя обязательства обеспечить в ходе угона беспрепятственный проход российского судна водного транспорта, эксплуатирующегося под Государственным флагом Российской Федерации, в Бердянский морской торговый порт, а также принудительное длительное незаконное удержание данного судна в указанном морском торговом порту.

После чего, ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные неустановленные лица, в период с 24 марта 2018 г. по 25 марта 2018 г., действуя в соответствии с ранее достигнутой с ФИО19 договоренностью на совместный угон судна водного транспорта, обладая достоверной информацией о координатах нахождения в акватории Азовского моря судов, плавающих под Государственным флагом Российской Федерации, имея в своем распоряжении автоматическое и иное огнестрельное оружие, вышли в акваторию Азовского моря на корабле морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» (бортовой номер BG-59) с установленным на нем вооружением.

25 марта 2018 г. в период с 11 часов по 14 часов 30 минут ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные неустановленные лица, реализуя совместный с ФИО19 умысел, на используемом и управляемом ими в акватории Азовского моря вышеуказанном корабле совместно прибыли в точку с географическими координатами 460 13/ 01// северной широты и 360 15/ 09// восточной долготы, где обнаружили российское рыболовное судно «<данные изъяты>» (бортовой № №), имеющее рыночную стоимость 3 193 260,57 рубля, остаточной стоимостью 247540,67 рубля, зарегистрированное в Государственном судовом реестре РФ под № № от 25 ноября 2014 года, принадлежащее Производственному кооперативу «<данные изъяты>», зарегистрированному по адресу: <адрес>, и находящихся на нем капитана судна ФИО10 №11, членов экипажа ФИО10 №6, ФИО10 №5, ФИО10 №10, ФИО10 №7, ФИО10 №8, ФИО21, ФИО10 №4, ФИО10 №9, ФИО20, осуществлявших в указанном районе законный рыбный промысел.

Далее ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные неустановленные лица, находясь на корабле морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» вблизи судна «<данные изъяты>», посредством радиопередачи дали команду экипажу указанного российского судна приготовить его к досмотру, после чего, в то же время осуществили к нему швартовку.

Пришвартовавшись к судну «<данные изъяты>», ФИО5, действуя совместно с иными лицами из числа экипажа корабля «<данные изъяты>» по предварительной договоренности с ФИО18, ФИО6, ФИО19 и иными лицами, имея при себе автоматическое огнестрельное стрелковое оружие и ручное короткоствольное стрелковое оружие, направленное в сторону находившихся на захватываемом судне людей, в том числе установленное на корабле «<данные изъяты>», сошли на российское рыболовное судно «<данные изъяты>», где произвели его досмотр, изъяв судовые документы и документы, подтверждающие личности членов экипажа судна «<данные изъяты>», после чего, под угрозой применения в отношении последних вышеуказанного оружия, т.е. применения насилия, опасного для жизни и здоровья членов экипажа судна «<данные изъяты>», которые воспринимали данную угрозу как реальную, осуществили захват судна, противоправно завладев им и установив над ним полный контроль, позволяющий использовать данное судно по их усмотрению, подчинив волю капитана судна «<данные изъяты>» и членов его экипажа.

В свою очередь, ФИО6, действуя совместно с иными лицами из числа экипажа корабля «<данные изъяты>» по предварительной договоренности с ФИО18, ФИО3, ФИО19 и иными лицами, в то же время осуществлял с палубы указанного корабля «<данные изъяты>», наблюдение за российским судном «<данные изъяты>», а также контроль за передвижением членов экипажа данного судна, направив в их сторону автоматическое огнестрельное стрелковое оружие и специальное стрелковое автоматическое оружие неустановленного типа, установленное на корабле «<данные изъяты>», тем самым, угрожая его применением в отношении членов экипажа судна «Норд», т.е. применением насилия, опасного для жизни и здоровья последних, которые воспринимали данную угрозу как реальную.

Осуществив захват российского рыболовного судна «<данные изъяты>», ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные лица, в период с 14 часов 30 минут по 18 часов 00 минут 25 марта 2018 г, действуя совместно и согласованно с ФИО19 и иными лицами в составе группы лиц по предварительному сговору, произвели противоправное самовольное перемещение и принудительное конвоирование легитимно плавающего под Государственным флагом Российской Федерации в акватории Азовского моря захваченного российского рыболовного судна «<данные изъяты>», используя, тем самым, его по своему усмотрению, вынудив капитана судна ФИО10 №11 под угрозой применения имеющегося у них оружия и установленного на корабле «<данные изъяты>» вооружения в отношении членов экипажа судна «<данные изъяты>», т.е. применения насилия, опасного для жизни и здоровья последних, которые воспринимали данную угрозу как реальную, проследовать от места захвата судна водного транспорта к причалу № <адрес> морского торгового порта, расположенного в <адрес> Украины, где ФИО19, действуя совместно с ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иными лицами, обеспечил в ходе угона беспрепятственный проход российского рыболовного судна «<данные изъяты>» в Бердянский морской торговый порт, а также его дальнейшее длительное принудительное незаконное удержание в этом порту.

Тем самым, ФИО5, ФИО18, ФИО6, ФИО19 и иные лица, действуя во исполнение своего единого преступного умысла, незаконно, в нарушение ст. 3 Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву от 10 декабря 1982 года, Договора между Российской Федерацией и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива от 24 декабря 2003 года, Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Украины о сотрудничестве в области рыбного хозяйства от 24 сентября 1992 года, Соглашения между Комитетом Российской Федерации по рыболовству и Государственным комитетом Украины по рыбному хозяйству и рыбной промышленности по вопросам рыболовства в Азовском море от 14 сентября 1993 года, совершили угон российского судна водного транспорта, группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, повлекший иные тяжкие последствия, выразившиеся в дезорганизации работы Производственного кооператива «<данные изъяты>», обусловленной невозможностью эксплуатации им рыболовецкого судна «<данные изъяты>» по назначению в период с 25 марта 2018 года по настоящее время, получения прибыли от рыболовецкой деятельности с использованием указанного судна, а также выразившиеся в причинении Производственному кооперативу «<данные изъяты>» крупного материального ущерба, вызванного приведением в полную негодность судна, рыночной стоимостью 3 193 260,57 рубля, остаточной стоимостью 247 540,67 рубля, а также связанного с уничтожением перевозимого 25 марта 2018 г. на судне «<данные изъяты>» груза в виде рыбы (тюльки) общей массой 5 700 килограмм на общую стоимость 171 000 рублей.

Кроме того ФИО5, являясь старшим мичманом ГПС Украины, в период с 24 марта 2018 года по 25 марта 2018 года, находясь на территории Украины, умышленно, по мотивам политической вражды по отношению к Российской Федерации по факту вхождения в ее состав Республики Крым и города Севастополя, вступил в сговор с капитаном 3 ранга ГПС Украины ФИО18, мичманом ГПС Украины ФИО6, старшим оперуполномоченным отдела контрразведывательной защиты экономики государства Управления Службы безопасности Украины в Херсонской области старшим лейтенантом ФИО19 и иными лицами, направленный на совместное противоправное похищение в акватории Азовского моря членов экипажа российского судна водного транспорта, плавающего под Государственным флагом Российской Федерации, их принудительному перемещению в Бердянский морской торговый порт, расположенный в <адрес> Украины, и дальнейшему незаконному длительному принудительному удержанию в указанном порту против их воли.

Согласно заранее достигнутой договоренности, а также в соответствии с распределением ролей в составе группы лиц по предварительному сговору, ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные лица возложили на себя обязанности по совместному: использованию и управлению для похищения членов экипажа российского судна водного транспорта, плавающего под Государственным флагом Российской Федерации, имеющегося в их распоряжении корабля морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» (бортовой номер №), а также установленного на нем вооружения; использованию имеющегося в их распоряжении оружия в ходе захвата, перемещения и последующего удержания похищенных членов экипажа российского судна водного транспорта, в том числе для пресечения сопротивления и не подчинения со стороны указанных лиц и оказания на последних психологического воздействия путем угроз применения в отношении них насилия, опасного для жизни и здоровья; непосредственному установлению в акватории Азовского моря судна водного транспорта, эксплуатирующегося под Государственным флагом Российской Федерации, осуществлению к нему швартовки, проведению на нем досмотровых мероприятий, установлению и захвату всех членов экипажа и изъятию документов, подтверждающих их личность; незаконному перемещению членов экипажа угнанного ими российского судна водного транспорта от места захвата в Бердянский морской торговый порт, расположенный в <адрес> Украины. При этом, ФИО19, действуя совместно с ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иными лицами в соответствии с заранее достигнутой между ними договоренностью, принял на себя обязательства обеспечить длительное незаконное удержание в Бердянском морском торговом порту похищенных членов экипажа российского судна водного транспорта против их воли.

После чего, ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные лица действуя в рамках единого умысла с ФИО19, в период с 24 марта 2018 года по 25 марта 2018 года, в соответствии с ранее достигнутой с ФИО19 договоренностью на совместное похищение членов экипажа российского судна водного транспорта, обладая достоверной информацией о координатах нахождения в акватории Азовского моря судов, плавающих под Государственным флагом Российской Федерации, с находящимся на них экипажем, имея в своем распоряжении автоматическое и иное огнестрельное оружие, вышли в акваторию Азовского моря на корабле морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» (бортовой номер BG-59) с установленным на нем вооружением.

25 марта 2018 года в период с 11 часов 00 минут по 14 часов 30 минут ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные лица, реализуя совместный с ФИО19 умысел, на используемом и управляемом ими в акватории Азовского моря вышеуказанном корабле совместно прибыли в точку с географическими координатами 460 13/ 01// северной широты и 360 15/ 09// восточной долготы, где обнаружили российское рыболовное судно «<данные изъяты>» (бортовой № №), зарегистрированное в Государственном судовом реестре РФ под № № от 25 ноября 2014 года, и находящихся на нем капитана судна ФИО10 №11, членов экипажа ФИО10 №6, ФИО10 №5, ФИО10 №10, ФИО10 №7, ФИО10 №8, ФИО21, ФИО10 №4, ФИО10 №9, ФИО20, осуществлявших в указанном районе законный рыбный промысел.

Далее, ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные лица, находясь корабле морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» вблизи судна «<данные изъяты>», действуя согласно распределенным ролям совместно с ФИО19, посредством радиопередачи дали команду экипажу указанного российского судна приготовить его к досмотру, после чего, в то же время осуществили к нему швартовку.

Пришвартовавшись в то же время к судну «<данные изъяты>», ФИО5, совместно с иными лицами из числа экипажа корабля «<данные изъяты>» по предварительной договоренности с ФИО18, ФИО6, ФИО19 и иными лицами, имея при себе автоматическое огнестрельное стрелковое оружие и ручное короткоствольное стрелковое оружие, направленное в сторону похищаемых людей, в том числе установленное на корабле «<данные изъяты>», сошли на российское рыболовное судно «<данные изъяты>», где произвели его досмотр, в результате которого изъяли судовые документы и документы, подтверждающие личности членов экипажа судна «<данные изъяты>», после чего, под угрозой применения в отношении последних вышеуказанного оружия, то есть применения насилия, опасного для жизни и здоровья членов экипажа судна «<данные изъяты>», которые воспринимали данную угрозу как реальную, осуществили захват капитана судна ФИО10 №11, членов экипажа ФИО10 №6, ФИО10 №5, ФИО10 №10, ФИО10 №7, ФИО10 №8, ФИО21, ФИО10 №4, ФИО10 №9, ФИО20, запретив их свободное перемещение по судну, а также изолировав часть членов экипажа во внутренних помещениях судна, подчинив волю капитана судна «<данные изъяты>» и членов его экипажа.

В свою очередь, ФИО6, действуя совместно с иными лицами из числа экипажа корабля «<данные изъяты>» по предварительной договоренности с ФИО18, ФИО5, ФИО19 и иными лицами, в то же время осуществлял с палубы указанного корабля «<данные изъяты>», наблюдение за российским судном «<данные изъяты>», а также контроль за передвижением членов экипажа данного судна, направив в их сторону автоматическое огнестрельное стрелковое оружие и специальное стрелковое автоматическое оружие, установленное на корабле «<данные изъяты>», тем самым, угрожая его применением в отношении членов экипажа судна «<данные изъяты>», т.е. применением насилия, опасного для жизни и здоровья последних, которые воспринимали данную угрозу как реальную.

Осуществив захват российского рыболовного судна «<данные изъяты>», ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иные лица, в период с 14 часов 30 минут по 18 часов 25 марта 2018 года действуя совместно и согласованно с ФИО19 и иными лицами в составе группы лиц по предварительному сговору, произвели под угрозой применения имеющегося у них вышеуказанного оружия и установленного на корабле «<данные изъяты>» вооружения, то есть применения насилия, опасного для жизни и здоровья членов экипажа судна «Норд», которые воспринимали данную угрозу как реальную, незаконное принудительное перемещение на рыболовном судне «Норд» капитана российского судна ФИО10 №11 и членов экипажа ФИО10 №6, ФИО10 №5, ФИО10 №10, ФИО10 №7, ФИО10 №8, ФИО21, ФИО10 №4, ФИО10 №9, ФИО20 от места их незаконного захвата к причалу № <адрес> морского торгового порта, расположенного в <адрес> Украины, где ФИО19, действуя совместно с ФИО5, ФИО18, ФИО6 и иными лицами, обеспечил принудительное незаконное удержание в указанном порту ФИО10 №11 до 04 апреля 2018 г., а ФИО10 №6, ФИО10 №5, ФИО10 №10, ФИО10 №7, ФИО10 №8, ФИО21, ФИО10 №4, ФИО10 №9, ФИО20 до 06 апреля 2018 г.

Тем самым, ФИО5, ФИО18, ФИО6, ФИО19 и иные лица, действуя во исполнение своего единого преступного умысла, незаконно, в нарушение ст. 22 Конституции Российской Федерации, согласно которой право каждого человека на свободу и личную неприкосновенность относится к основным неотчуждаемым правам, ст. 3 Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 г., совершили похищение человека, группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, в отношении двух и более лиц.

В судебном заседании подсудимый ФИО5 виновным себя в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал, пояснил, что с 1995 года проходил службу в ГПС Украины. В марте 2018 года он имел звание старшего мичмана, временно исполнял обязанности командира катера морской охраны Украины. В его должностные обязанности входила охрана государственной границы Украины. В своей деятельности руководствовался Законами Украины «О Государственной Границе Украины», «Об обеспечении прав и свободы граждан в правовом режиме на временно оккупированной территории Украины», «О воинской обязанности военной службы» с целью выявления контрабанды, незаконного пересечения границы, пресечения появления нелегальных граждан, нарушение правил рыболовства. С этой целью производил осмотр судна.

Законодательством Украины, указом № регламентирован порядок действий досмотровой группы, порядок проведения осмотра. Он являлся командиром досмотровой группы, в его полномочия входила проверка документов, составление протокола по результатам осмотра, проверка судовых документов. В соответствии с приказом в экипировку досмотровой группы входят специальные средства, оружие пистолеты и автоматы. Указание членов экипажа Норд, что у досмотровой группы были подсумки с магазинами неверно. Решение о досмотре судна принимается командиром корабля, до досмотра проводится анализ судна, его местонахождение, другая информация.

25 марта 2018 года, он был командиром досмотровой группы корабля <данные изъяты>. Решение на осмотр судна <данные изъяты> было принято командиром корабля ФИО18, это решение для него являлось обязательным для исполнения. Судовая группа при выходе в море на обследование участка подчиняется командиру корабля. Перед началом осмотра, согласно №-го приказа, по использованию смотровых групп, командиром корабля проводится инструктаж досмотровой группы. Ставится задача по мерам техники безопасности, по порядку проведения осмотра, высадки, по порядку использования оружия, такой инструктаж был проведен.

Капитан корабля провел инструктаж, о том, что будем швартоваться к судну <данные изъяты>, будем проводить осмотр, по мере техники безопасности, на что следует обратить внимание. После швартовки к <данные изъяты>, осмотровая группа высадилась на судно, ее встретил капитан <данные изъяты>. Он представился и представил документы. В состав группы входило 3 человека. У него из оружия был пистолет ФИО7, а у 2-х других автоматы ФИО8. ФИО2 в составе группы не было. Капитану «<данные изъяты>» предварительно перед высадкой было объяснено, какие документы будут проверяться, а также цель осмотра. Он и капитан Норда проследовали в ходовую рубку, где провели проверку документов. Был составлен протокол, в котором было зафиксированы выявленные нарушения, а именно то, что документы не соответствовали международным морским правилам и законам Украины, что нарушило порядок пребывания судна в водах Украины. С указанными нарушениями он ознакомил капитана, который подписал протокол. Также был составлен протокол осмотра судна. Членами экипажа при проверке документов были предъявлены паспорта граждан РФ, которые он вернул старшему помощнику. Также было выявлено нарушение в части удостоверения личностей членов экипажа «Норда» поскольку их паспорта были выданы на временно оккупированной территории в Крыму.

На момент швартовки к <данные изъяты> на расстоянии 10-14 километров от них были видны 5-7 судов. По окончании осмотра он вернулся на судно <данные изъяты>, где ознакомил с результатами осмотра капитана 3-го ранга ФИО18. Далее занимался своими обязанностями на судне <данные изъяты>, поскольку согласно документам право на конвоирование, задержание, выдворение, право на постановку, входит в обязанности командира корабля.

Увидел, что судно Норд движется в сторону <адрес>, он выяснил у ФИО18, что судно следуют для разбирательства. На указанное решение он не мог повлиять, и с ним это решение не согласовывалось. После конвоирования <данные изъяты>, произошло его задержание.

Протоколы, результаты осмотра передаются в штаб нашей бригады, оперативному дежурному, согласовывается с оперативным дежурным данные мероприятия по данным судна. Если судно допустило нарушение и оно относилось к компетенции государственной пограничной службы решение по нему было бы принято на месте. Данное нарушение было не в компетенции государственной пограничной службы, нарушение было в компетенции суда Украины, поэтому данное судно было сопровождено в порт <адрес> для разбирательства. Члены досмотровой группы во время конвоирования судна находились на борту <данные изъяты>, он находился в рубке с капитаном. Показания свидетелей о том, что они видели происходящее в бинокль, не соответствуют действительности, поскольку на таком расстоянии нельзя ничего увидеть.

По прибытию в порт <адрес> он составил протокол задержания судна и в течение 1-2 часов ушел в порт <данные изъяты> для выполнения своих обязанностей. Показания потерпевшего ФИО10 №11 о изъятии досмотровой группой документов, а именно: судовых журналов, паспортов, системы АИС, не соответствуют действительности, поскольку нет протокола их изъятия.

Досмотровая группа, ни другие члены экипажа судна <данные изъяты> не применяли в отношении членов экипажа судна <данные изъяты> какого-либо насилия, это обстоятельство отображено в протоколе осмотра который подписал капитан.

Оружие на членов экипажа <данные изъяты> не направлялось и не использовалось. Решения по удержанию экипажа судна в порту <адрес> он не принимал, это не входило в его полномочия. ФИО6 по его функциональным обязанностям в момент досмотра судна <данные изъяты> должен был находиться в машинном отделении, контролировать работу вспомогательных и главных двигателей. При швартовке к <данные изъяты> ФИО6 также какого-либо участия не принимал.

На момент остановки <данные изъяты> судна <данные изъяты>, у <данные изъяты> была возможность связи с берегом, при конвоировании в порт <адрес> действий, по прекращению связи не предпринимали, телефоны не изымались.

С ФИО6 он знаком, поскольку они вместе служили в г.Керчи до 2014 года. Показал, что он является гражданином Украины, заявления о получении гражданства РФ не подавал, в 2014 году вместе с воинской частью выехал в Мариуполь. Считает, что Республика Крым согласно законодательства Украины является оккупированной территорией, поэтому выданные на ней паспорта РФ, являются недействительными.

В судебном заседании подсудимый ФИО6 виновным себя в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал, пояснил, что с 2008 года он проходит службу в ГПС Украины. В период с 2012 по 2022 год проходил службу на корабле морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>», занимал должность старшего техника в звании старшины. В его обязанности входило обслуживание электро-механических частей судна, обеспечение жизнедеятельности корабля. Корабль <данные изъяты> использовался для патрулирования акватории Азовского моря. Командиром корабля был ФИО18 Перед выходом в море, 25 марта 2018 года при заступлении на службу проводился инструктаж. При выходе из порта в Мариуполе ему не было известно куда направлялось судно и для какой цели. С ФИО18, ФИО5, а также с другими членами экипажа судна «<данные изъяты>» по поводу предстоящих мероприятий не общался. В период проведения досмотровых мероприятий на судне «<данные изъяты>», а также в период его конвоирования в порт <адрес> находился в машинном отделении. На борт судна «<данные изъяты>» не сходил, участия в досмотровых мероприятиях не принимал. Об указанных мероприятиях узнал в порту <адрес>. В порту <адрес> судно «<данные изъяты>» находилось от судна «<данные изъяты>» на расстоянии 400-500 метров. Выход в море 25 марта 2018 года имел для команды судна цель несение службы. В ходе несения службы в этот день выполнял приказы командира ФИО18. Приказы не оспаривал, несогласованности действий экипажа в этот день не было.

Вместе с тем, суд считает вину ФИО5 и ФИО6 доказанной совокупностью исследованных в судебном заседании следующих доказательств.

Показаниями потерпевшего ФИО10 №11, данными в судебном заседании 29 февраля 2024 года, согласно которым 24 марта 2018 года, он был капитаном рыболовного судна «<данные изъяты>» принадлежавшего ООО «<данные изъяты>».

24 марта 2018 года он с экипажем из 9 человек находился на промысле тюльки в Азовском море. Во время промысла во второй половине дня 25 марта 2018 года на 16 канале с ним на связь вышло судно «<данные изъяты>» пограничной службы Украины дав команду приостановить промысел и приготовить судно к досмотру, что он сделал. Корабль пограничной службы «<данные изъяты>» пришвартовался к их судну. Ранее судно «<данные изъяты>» производило досмотр их судна, однако в этот раз на борту <данные изъяты> находилось два пулемета, которые были направлены в сторону их судна и экипажа, ранее досмотр всегда проходили без оружия.

По прибытию на борт, сотрудники пограничной службы потребовали предоставить им документы, что он и сделал, предоставив паспорта членов экипажа, судовую роль, собрал весь экипаж на корме судна по их требованию. Осмотрев документы сотрудники пограничной службы уведомили его, что паспорта граждан Российской Федерации, выданные на территории Республики Крым, недействительны по причине того, что Республика Крым аннексирована. Далее он предъявлял судовые документы, разрешение на промысел, документы о праве собственности на судно, на плавание под флагом РФ, санитарные свидетельства, все, что требовалось по перечню в таких случаях. Осмотрев документы сотрудники пограничной службы также признали эти документы недействительными по причине того, что были выданы на территории Республики Крым. После этого, старший группы пограничной службы, удалился на судно «<данные изъяты>» чтобы связаться со своим руководством, когда вернулся уведомил его о том, что документы признаны недействительными, судно будет задержано вместе с экипажем, и отконвоировано в порт <адрес>.

Он попросил уведомить о данной ситуации собственника судна, на что получил отказ. После этого ему поступила команда от сотрудника ГПС, оставить около себя трех членов экипажа для возможности безопасного движения судна, всех остальных собрали в кубрике и приставили к ним вооруженного человека. С ним также рядом находились от 3 до пять вооруженных людей. Судно вместе с экипажем было отконвоировали в порт <адрес>.

По пути следования экипаж опрашивали, составляли административные документы по поводу задержания. По приходу в порт <адрес>, ему разрешили уведомить судовладельца, что он и сделал, сообщив все обстоятельства. Изначально всем вменялись административные правонарушения. Через время на борт судна прибыли сотрудники СБУ, таможни, рыбинспекция которые его опрашивали до 23 часов, после чего изъяв документы убыли запретив покидать экипажу борт судна. Около судна была выставлена вооруженная охрана. На следующие сутки продолжились аналогичные действия. Борт судна покидать запретили по причине нахождения их на территории порта. Все это продолжалось в течении 4-5 суток. В этот период, когда они находились на судне, у них начались проблемы с водой, с отходами, однако с ними на контакт никто из властей не выходил. Когда на борт прибыли их защитники, защитникам разрешили на борт доставлять продукты. Изначально на них были составлены административные материалы за незаконное пересечение границы, затем спустя пять дней сотрудники СБУ заставили инспектора аннулировать этот акт. После чего вменили браконьерский лов и незаконное пересечение границы с нанесением ущерба государству Украина. Через 2-3 дня его арестовали, предъявили обвинение, и конвоировали в <адрес>. Дальнейшая судьба экипажа ему была неизвестна. Экипаж оставался на судне 7 - 10 дней.

Пояснил, что Азовское море на тот момент являлось зоной совместного рыболовства по заключенному договору между Россией и Украиной, в этой зоне находились как российские суда, так и украинские, они вместе осуществляли вылов рыбы. В день указанных событий, в указанном квадрате находилось порядка пятнадцати кораблей, из них пять под российским флагом. На него оказывалось моральное давление, сотрудники пограничной службы были вооружены, в касках и бронежилетах.

В судебном заседании были оглашены показания потерпевшего ФИО10 №11 данные им в ходе предварительного следствия 15 февраля 2018 года, согласно которым он указывал, что 24 марта 2018 года около 7 часов он на судне СЧС «<данные изъяты>» на котором был капитаном, с командой в составе 10 человек вышел на промысел тюльки в Азовское море. На судне имелись все разрешительные документы. В море вышел в колоне с другими российским судами. 25 марта 2018 года около 14 часов в акватории Азовского моря к судну СЧС «<данные изъяты>» которое находилось в «тюлечном квадрате» на расстоянии более 15 миль до ближайшего берега Украины подошел корабль морской охраны специального назначения ГПС Украины «<данные изъяты>» для досмотра. На палубе корабля «<данные изъяты>» были установлены два пулемета, которые были направлены в сторону его судна и членов экипажа СЧС «<данные изъяты>». Сотрудники ГПС Украины также были вооружены автоматами ФИО8. После швартовки, с корабля «<данные изъяты>» на судно СЧС «Норд» спустилась досмотровая группа, вооруженная автоматами ФИО8, состоящая, примерно, из пяти человек. От старшего досмотровой группы он получил команду собрать весь экипаж судна на корме. После этого, члены досмотровой группы указали предоставить паспорта членов экипажа и судовую роль. В результате проверки паспортов граждан Российской Федерации и судовых документов члены досмотровой группы признали указанные документы недействительными, мотивируя, что они были выданы на территории Республики Крым. По результатам досмотра, старший группы уведомил его, что в связи с тем, что все предоставленные ими документы признаны ГПС Украины недействительными, вверенное ему судно СЧС «<данные изъяты>» задержано и будет отконвоировано в ближайший порт – морской торговый порт в <адрес>, что и было сделано. Всем членам экипажа было сообщено, что все они задержаны до выяснения обстоятельств. В просьбе сообщить о произошедшем собственнику было отказано. Конвоирование осуществлялось под контролем вооруженных людей, пять из которых находились на СЧС «<данные изъяты>». Экипаж судна СЧС «<данные изъяты>» во время конвоирования был заперт в носовом кубрике и находился под охраной вооруженного сотрудника ГПС Украины. После прибытия в морской торговый порт в <адрес> их встретили представители Службы безопасности Украины, рыбоохраны и полиции, которые по очереди отобрали пояснения у всех членов экипажа судна СЧС «<данные изъяты>». Возле судна была выставлена вооруженная охрана из числа сотрудников ГПС Украины. Во время незаконного удержания судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа, в порту <адрес> на судне было испорчено 5 700 килограмм выловленной тюльки (т.4 л.д.206-216).Данные показания потерпевший подтвердил полностью, расхождения в датах и некоторых обстоятельствах объяснил давностью указанных событий.

Показаниями потерпевшего ФИО10 №1, данными в ходе судебного заседания, согласно которым он является председателем производственного кооператива «<данные изъяты>», в собственности которого находится судно СЧС «<данные изъяты>», зарегистрированное в российском речном реестре. 24 марта 2018 года судно «<данные изъяты>» вышло в море в разрешенный квадрат, который был утвержден на совместной украинско-российской встрече. На судне было 10 человек экипажа, в том числе капитан ФИО10 №11 Судно зашло в разрешенный квадрат в составе колонны: СЧС «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» и производило промысел тюльки, находилось на северном участке квадрата. Разрешение на ведение промысла, выдано «Азово-Черноморским территориальным управлением». ДД.ММ.ГГГГ пограничная служба известила его о том, что судно задержано и буксируется в порт <адрес>. После этого ему удалось связаться с капитаном, примерно в среду 28 марта 2018 года данный разговор был записан. Из данного разговора потерпевшему стало известно, как происходило задержание, в каких условиях члены экипажа находятся. ФИО10 №11 ему сообщил, что после захвата сотрудники ГПС Украины потребовали следовать на судне за кораблем «<данные изъяты>» в морской торговой порт в <адрес>. При конвоировании в порт, судном СЧС «<данные изъяты>» управлял ФИО10 №11, что происходило под давлением вооруженных сотрудников ГПС Украины. Основную часть экипажа указанные сотрудники ГПС Украины изолировали в отдельной каюте, при этом автоматическая идентификационная система судна СЧС «<данные изъяты>» была отключена и изъята. Данная запись впоследствии была передана сотрудникам следственных органов. Кроме этого, от ФИО10 №11 он узнал, что сотрудники ГПС Украины были вооружены автоматами, а на корабле «<данные изъяты>» были установлены два пулемета, направленные на судно СЧС «<данные изъяты>». Через 7 месяцев экипаж вернулся в Россию, а капитан - через 9 месяцев. Примерно в феврале 2018 года данное судно «<данные изъяты>» выходило также в Азовское море, также досматривалось пограничной службой Украины, ранее никаких замечаний по документам на судно не было. Ему эти сведения известны, поскольку он является судовладельцем. Действия сотрудников ГПС Украины причинен ущерб 247 540,67 рублей стоимость судна, а также стоимость рыбы за 5700 кг – 170 тысяч рублей.

Показаниями потерпевшего ФИО10 №6 данными им в ходе судебного заседания, согласно которым он работал в должности второго помощника капитана, в промысловых районах. 25 марта 2018 года где-то около обеда, капитан сказал, что к ним подойдет пограничное судно Украины для осмотра судна. Они остановились, к ним подошло судно, на носу которого был пулемет и вооруженные люди, четверо из которых зашли на борт их судна. Капитан попросил всех членов экипажа собраться на корме для проверки. Через некоторое время проверяющие вышли на борт судна с их паспортами, судовой ролью, начали всех перечислять и сверять. Затем сказали паспорта членов экипажа недействительны, поэтому они арестованы. Указали, что разрешения на выход в море судна не было, поэтому они будут конвоированы в <адрес>. Во время конвоирования вооруженные люди находились на борту <данные изъяты>. В потру <адрес> их пришвартовали и выставили вооруженную охрану. Так они простояли 3-4 дня, питание заканчивалось. Затем к ним пришли адвокаты, принесли питание, воду. С судна никого не выпускали, когда кто-то хотел выйти с судна к нему применяли физическую силу. Впоследствии у них был суд в <адрес>, который назначил им штраф. После этого он и другие члены экипажа хотели выехать с территории Украины, однако на границе их задержали, указав, что они незаконно пересекли границу.

На борту «<данные изъяты>» было 10 человек экипажа, подсудимых он не помнит, корабль сотрудники которого проверяли документы был «<данные изъяты>», на нем было два пулемета. Для досмотра судна СЧС «<данные изъяты>» к ним поднялись 4-5 сотрудников, вооруженных автоматами, они были к касках, один сотрудник находился на корабле «<данные изъяты>» у пулемета. По прибытии в порт <адрес> экипаж судна охраняли вооруженные люди, покидать судно было запрещено. Считает, что был произведен захват судна, поскольку сотрудники были вооружены.

В судебном заседании были оглашены показания потерпевшего ФИО10 №6 данные им в ходе предварительного следствия 15 ноября 2018 года, согласно которым он указывал, что оружие было направлено на членов экипажа, и имелась угроза его применения (т.4 л.д.39-44)

Данные показания потерпевший ФИО9 поддержал и пояснил, что в связи с тем, что данные события были шесть лет назад на настоящий момент плохо помнит, на момент его допроса в 2018 году помнил лучше.

Показаниями потерпевшего ФИО10 №10 в суде, о том, что он состоял в должности старшего механика на судне СЧС «<данные изъяты>». 24 марта 2018 года в составе экипажа судна он вышел из <адрес> в Азовское море на промысел тюльки. Утром следующего дня после того, как поставили трал, рядом с ними появилось судно «Оникс», которое швартовалось к левому борту их судна. На палубу к ним забежали люди с автоматами, в балаклавах, в камуфляжной форме, без опознавательных знаков сказали им никуда не уходить, при этом автоматы на людей не направляли. Членов экипажа собрали на левом борту и ограничили в передвижении. На корме судна «<данные изъяты>» был расположен пулемет, который был направлен в сторону их судна и экипажа, по его просьбе сотрудник ствол пулемета отвернул в сторону.

Двое проверяющих лиц были в рулевой, двое наверху, и двое охраняли кубрик, сколько точно было лиц не помнит. Далее сотрудник с судна «<данные изъяты>» вышел с их паспортами РФ, которые он взял у капитана. Капитан ФИО10 №11 сказал членам экипажа, что ничего страшного не происходит, нужно будет проследовать в <адрес> для проверки и оформления документов, что они и сделали. В ходе следования в порт Бердянск, он и ФИО10 №7 были в рулевой, как механики, наверху был капитан, с ним было два сотрудника ГПС. Остальные члены экипажа были в кубрике, по указанию сотрудников ГПС. На момент следования в Бердянск на борту судна было 5 тонн тюльки которая впоследствии испортилась. После захвата судна наши люди по рации, просили отпустить членов экипажа, после рация была обесточена. В Бердянск прибыли примерно в обед. Когда судно пришвартовали к судну была приставлена вооруженная охрана. Ночью членов экипажа СЧС «<данные изъяты>» по одному водили на судно «<данные изъяты>» для допроса и составления протоколов. На судне СЧС «<данные изъяты>» в порту Бердянска он находился 6-7 дней. На берег членам экипажа «<данные изъяты>» выходить запрещали. Меры физического воздействия к нему не применялись, но была ситуация, когда к отцу ФИО10 №8 были применены меры физического воздействия и оскорбили когда он пытался выйти на берег. 2 или 3 апреля экипаж СЧС «<данные изъяты>», кроме капитана, привезли в <адрес> в суд, где суд назначил им штраф за нарушение режима пограничной зоны. Далее он и другие члены экипажа предпринимали попытки вернутся в Российскую Федерацию, но на границе Украинская сторона их не пропускала. Поэтому они уехали в <адрес> в Российское консульство. Ранее судно «Оникс» осенью 2017 года проводило проверку их судна в западной части Азовского моря, но на тот момент на «<данные изъяты>» не было пулеметов, сотрудники не были вооружены.

Показаниями потерпевшего ФИО21 в судебном заседании о том, что 25 марта 2018 года он был матросом на судне «<данные изъяты>» во время промысла тюльки в Азовском море. Примерно в 14 часов к ним пришвартовалось судно «<данные изъяты>» с которого на их борт зашли 6-7 человек с автоматами для проверки и позвали капитана. Затем экипаж судна «<данные изъяты>» кроме старпома и капитана собрали на корме и стали охранять. Далее им вынесли паспорта экипажа для проверки. После проверки проверяющие сказали, что эти документы незаконные, что члены экипажа незаконно вышли в море с временно оккупированной территории Украины. После чего весь экипаж согнали на корму. В это время парень в каске который стоял за пулемётом сказал, что если мы что-то скажем, то наш пароход перережут пополам. На верхней палубе «<данные изъяты>» был ещё один пулемёт ФИО8, за которым также находился человек. Хорошо запомнил ФИО5 <данные изъяты>. Оба подсудимых находились на судне «<данные изъяты>», на судне «<данные изъяты>» их не видел. Ранее в 2017 году к ним подходило судно «<данные изъяты>», но было оно без вооружения. Угроз в адрес членов экипажа лица производившие досмотр не высказывали. Передвижения по судну «<данные изъяты>» было возможно только в сопровождении. В момент конвоирования в <адрес> экипаж СЧС «<данные изъяты>» находился в кубрике, кроме капитана, старпома и старшего механика. Экипажу сообщили, что они будут следовать в <адрес> для выяснения обстоятельств. По пути следования корабль «<данные изъяты>» находился рядом. В <адрес> прибыли когда было темно. На судне <данные изъяты> проводили их допросы, выход на берег был запрещен, была вооруженная охрана. Через 3 дня тюлька на судне «<данные изъяты>» испортилась, были проблемы с провизией. В <адрес> в отношении членов экипажа, когда они пытались выйти на берег было применено физическое насилие. Скрутили его товарища с его отцом и кинули на пароход. Сказали всем вернуться на пароход, либо они имеют право применить оружие. Считает, что была угроза применения оружия в отношении членов экипажа, в случае неподчинения, наличие оружия оказывало на них психологическое воздействие. Считает, что действия пограничной службы Украины по удержанию экипажа и перемещению судна «<данные изъяты>» в <адрес> были согласованы между собой. В Россию он вернулся примерно через 1,5 месяца, когда точно не помнит.

В судебном заседании были оглашены показания потерпевшего ФИО21 данные им в ходе предварительного следствия 10 мая 2018 года, 22 сентября 2023 года и 15 ноября 2018 года, согласно которым потерпевший указывал, что ФИО5 осуществлял досмотр судна СЧС «<данные изъяты>», что ФИО6 направлял на него и других членов экипажа оружие, а также указал, что на судне СЧС «<данные изъяты>» находился с 24 марта 2018 года по 6 апреля 2018 года (т.2 л.д.163-167, т. 3 л.д.13-18, 213-215). Данные показания поддержал, указав, что на тот момент события помнил лучше.

Показаниями потерпевшего ФИО10 №8 в судебном заседании о том, 25 марта 2018 года он состоял в должности мастера добычи на судне «<данные изъяты>». Судно «<данные изъяты>» в этот день производило вылов тюльки в Азовском море. Когда он находились на палубе, по громкой связи командир объявил о подготовке принятия швартовки. Они приняли судно, думали, что эта проверка, которая проходит раз в месяц. После чего он занялся своими делами. Через время увидел, что на палубе «<данные изъяты>» находятся около 6 человек вооруженных автоматами, одетыми в камуфляжную форму, с лицами закрыты балаклавами. Весь экипаж «<данные изъяты>», кроме капитана и старпома был собран на корме, где находился около 2 часов. Все это время с экипажем «<данные изъяты>» было 2 вооруженных человека с «<данные изъяты>». Передвижение по судну было запрещено. На корме «<данные изъяты>» был пулемет, за которым стоял человек и направлял его в сторону судна «<данные изъяты>». Когда его попросили, он отвел ствол пулемета в сторону. Полагает, что была опасность применения оружия, поскольку с оружием были люди.

Через время капитан сообщил, что нужно проследовать в порт Бердянск для выяснения обстоятельства и проверки документов. По пути следования в <адрес>, их спустили в кубрик, возможности покинуть его не было, так как на входе стояло 2 вооруженных человека. На момент задержания их судна пограничной службой Украины на судне «<данные изъяты>», на СЧС «<данные изъяты>» было 5 тонн выловленной тюльки.

По прибытии в порт <адрес> и швартовки, приходили разные люди в форме, и составляли какие-то документы. В порту они пробыли около 10 дней, рыба за указанное время испортилась, так как на корабле не было света.

Судно охраняли постоянно около 6 вооруженных человек, это были люди не с «<данные изъяты>», они менялись каждые 12 часов. Судно Оникс находилось в порту на расстоянии 250 метров от них. Членов экипажа СЧС «<данные изъяты>» водили на «<данные изъяты>» для допроса. Свое судно они не покидали, поскольку их не пускали вооруженные люди, которые оказали на них физическое воздействие. В 2017 году их судно также проверяли сотрудники с судна «<данные изъяты>», но на тот момент это была инспекция. Подсудимых ФИО5 и ФИО6 видел на судне «<данные изъяты>». В Россию он вернулся 30 октября 2018 года.

В судебном заседании были исследованы показания потерпевшего ФИО10 №8 данные в ходе предварительного следствия 16 ноября 2018 года и 22 сентября 2023 года согласно которым ФИО10 №8 сообщил, что указанные им события 25 марта 2018 года происходили около 13 часов, что на борту судна «<данные изъяты>» находились вооруженные автоматами и пистолетами люди в камуфлированной форме, которые направляли в сторону экипажа Норда оружие. Считал, что они могут использовать его в отношении него и других членов экипажа. Досмотр судна <данные изъяты> также производился вооруженными людьми ( т.4 л.д.105-111, т.3 л.д.19-24). Указанные показания потерпевший ФИО10 №8, поддержал ссылаясь на то что 2018 году лучше помнил.

Показаниями потерпевшей ФИО20, данными ею в ходе судебного заседания, а также на предварительном следствии в качестве потерпевшей от 27 апреля 2018 года, согласно которым она работала поваром на судне СЧС «<данные изъяты>», об обстоятельствах событий произошедших 25 марта 2018 года дала аналогичные показания, что и потерпевший ФИО10 №11, ФИО10 №7 (т. 3 л.д. 183-187).

Показаниями потерпевшего ФИО10 №9, данными им в ходе судебного заседания, а также в ходе предварительного следствия в качестве потерпевшего от 13 декабря 2018 года, согласно которым он работал матросом-практикантом на судне СЧС «<данные изъяты>», об обстоятельствах событий, произошедших 25 марта 2018 года дал аналогичными показания, что и потерпевший ФИО10 №11, ФИО20 ФИО10 №7, (т. 4 л.д. 139-145).

Показаниями потерпевшего ФИО10 №5 данными им в ходе судебного заседания, а также в ходе предварительного следствия в качестве потерпевшего от 15.11.2018, согласно которым он работал на судне «<данные изъяты>» старшим помощником капитана, в остальном об обстоятельствах событий, произошедших 25 марта 2018 г. полностью аналогичными показаниям потерпевших ФИО10 №11, ФИО20 ФИО10 №7 (т. 4 л.д. 5-11).

Показаниями потерпевшего ФИО10 №7 исследованных судом в порядке п.2 ч.2 ст.281 УПК РФ, согласно которым на СЧС «<данные изъяты>», которое принадлежит производственному кооперативу «<данные изъяты> он работал вторым механиком с апреля 2015 года. В его обязанности входило обслуживание механизмов в машинном отделении и на палубе судна. Судно занимается рыболовным промыслом в Азовском и Черном море, для чего у собственника судна имеются все необходимые разрешительные документы. В состав экипажа входило от 10 до 12 человек. 24 марта 2018 года около 09 часов 00 минут сейнер «<данные изъяты>» вышел в составе колонны российских рыбопромысловых судов из порта Керчь в Азовское море для промысла тюльки. В числе вышедших в море судов были СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», PC «<данные изъяты>» и СЧС «<данные изъяты>».

24 марта 2018 года на судне «<данные изъяты>» находились граждане Российской Федерации капитан ФИО10 №11, старший помощник капитана ФИО10 №5, матрос ФИО10 №4 старший механик ФИО10 №10, второй помощник капитана ФИО10 №6, практикант ФИО10 №9, матрос ФИО10 №8, повар ФИО20, практикант ФИО21

25 марта 2018 года, примерно в 13 часов 00 минут судно «<данные изъяты>» находилось в зоне «тюлечного квадрата» - это 18 миль от ближайшей береговой линии Украины. В это время на 16 канале по рации он услышал сообщение от судна «<данные изъяты>», принадлежащего сотрудникам украинской пограничной службы о необходимости остановить промысел для проверки судна «<данные изъяты>». Далее по левому борту судна «<данные изъяты>» начало пришвартовываться судно «<данные изъяты>». Указанное судно он видел впервые. На борту судна «<данные изъяты>» находилось около 10 членов экипажа. Данное судно было под флагом Украины, при этом люди, находившиеся на его борту, были в военной форме и вооружены огнестрельным оружием, электрошокерами, дубинками и портативными камерами видеонаблюдения. Один из сотрудников ГПС Украины находился за пулемётом на корме, ствол пулемета был направлен на членов экипажа, находящихся на корме судна «<данные изъяты>». Также на баке находился еще один сотрудник, стоявший за пулеметом, ствол которого был направлен на верхний ходовой мостик. Пулеметы были расчехлены, в полной боевой готовности. Была реальная опасность, что сотрудники, находившиеся за пулеметами на украинском катере «<данные изъяты>» были готовы применить данные пулеметы.

Далее на судно «<данные изъяты>» зашли около 5 вооруженных автоматами «ФИО8» человек в военной форме пограничной службы Украины. Представляться никто из членов экипажа «<данные изъяты>» не стал, каких либо званий или погон на вооруженных пограничниках не было. Фамилии и имен зашедших на наше судно он не знает, так как ни кто из них ему не представлялся. Всех членов экипажа судна «<данные изъяты>», зашедшие угрожая огнестрельным оружием, согнали на корму. Свободы передвижения экипажа по судну «<данные изъяты>» не было. Капитан ФИО10 №11 встретил вооруженных пограничников Украины, после чего они вместе с капитаном и его старшим помощником прошли в кают компанию. Он и другие члены экипажа остались на корме. После непродолжительной беседы капитана ФИО10 №11 с сотрудниками ГПС Украины они вернулись к экипажу «<данные изъяты>» на корму, где начали проверять паспорта экипажа. При просмотре паспортов экипажа граждан Российской Федерации, выданных ФМС России по Республике Крым в городе Керчи, паспорта забрали сотрудники украинской пограничной службы, сообщив, что данные паспорта являются незаконно полученными, поскольку Республика Крым является временно оккупированной территорией, поэтому экипаж не имел права выходить из порта Керчь, так как по законам Украины все крымские порты являются закрытыми портами для выхода судов в море. С данного момента паспорта Российской Федерации, изъятые пограничниками Украины, возвращены экипажу не были.

Затем вооруженные люди увели капитана ФИО10 №11 и старшего помощника ФИО10 №5 в кают компанию для проверки судовых документов. После этого один из пограничников Украины объявил членам экипажа, что судно «<данные изъяты>» задержано и должно проследовать в порт <адрес> Украина. Капитана ФИО10 №11 и старшего помощника капитана ФИО10 №5 оставили под вооруженной охраной на ходовом мостике. Его и старшего механика ФИО10 №10 под охраной оставили в ходовой рубке. Свободного перемещения для выполнения своих служебных обязанностей по судну «<данные изъяты>» не было, любые передвижения производились под вооруженной охраной пограничников Украины. Считает, что не направить судно «<данные изъяты>» в порт Бердянска капитан не мог, он это сделал под угрозой применения огнестрельного оружия, выполнив указания пограничников. По ходу следования в порт Бердянска украинское пограничное судно «<данные изъяты>» с пулеметами, направленными в сторону СЧС «<данные изъяты>» следовало рядом.

По прибытию в порт <адрес> около 19 часов 00 минут 25 марта 2018 года к ним приставили вооруженную охрану в количестве не менее 4 человек. Судно «<данные изъяты>» пришвартовалось к другому причалу. В этот же день около 22 часов к членам экипажа <данные изъяты> приходили сотрудники спецслужб Украины и допрашивали их по одному. На допросах выясняли место жительство, номера используемых телефонов, получение гражданства Российской Федерации, имеются ли родственники в России, в том числе являются ли они военнослужащими. Пограничников интересовала информация по прошедшему в Республике Крым референдуму в 2014 году. Ходил ли он на выборы, как голосовал он, его родственники, соседи и знакомые. Всех членов экипажа допрашивали по вопросам сепаратизма, а также настойчиво и с применением психологического давления настаивали на признании членами экипажа СЧС «<данные изъяты>» Украинского гражданства. Члены экипажа на судне «<данные изъяты>» в порту <адрес>, без права выхода, несмотря на то, что экипаж официально не задерживали, находились с 25 марта по 06 апреля 2018 года.

В отношении всех членов экипажа были составлены протоколы об административных правонарушениях за незаконный переход границы Украины в неположенном месте, а на капитана ФИО10 №11 также за незаконный вылов украинской рыбы. Вся выловленная рыба (тюлька) в количестве 5,7 тонн по вине украинских силовиков испортилась на борту судна поскольку они опломбировали помещение с тюлькой и никого к ней не допускали, не обеспечив условия ее хранения.

На протяжении всего времени содержания, экипаж судна неоднократно осматривали и допрашивали, в основном в ночное время суток, так как адвокатам не разрешалось находиться на территории порта <адрес> в ночное время.

Отношение к экипажу было пренебрежительное, экипаж находился под постоянной вооруженной охраной. Процессуальных документов о задержании членов экипажа не выписывали. Экипаж судна 5 апреля 2018 года пытался покинуть борт СЧС «<данные изъяты>» из-за плохо состояния судна и опасности заражения инфекцией, однако сотрудники пограничной службы под угрозой применения огнестрельного оружия вернули экипаж на судно. Судно он покинул 6 апреля 2018 года в сопровождении сотрудников погранслужбы Украины для посещения суда в <адрес>. После суда он вместе с другими членами экипажа предпринимал неоднократные попытки возвращение в Российскую Федерацию, обращался в консульство Российской Федерации в <адрес>, поскольку сотрудники пограничной службы забрали у него и членов экипажа паспорта граждан Российской Федерации. До возвращения домой на территорию Российской Федерации находился в посольстве Российской Федерации в <адрес>. Домой вернулся по новым паспортам граждан Российской Федерации.

Показаниями потерпевшего ФИО10 №4 исследованными судом в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым с января 2018 года работал матросом на судне СЧС «<данные изъяты>». 24 марта 2018 года около 7 часов утра судно «<данные изъяты>» в составе других судов вышло в Азовское море для промысла тюльки. В состав экипажа включая его входило 10 человек.

25 марта 2018 года примерно в 14 часов судно «<данные изъяты>» находилось в 15 милях от береговой линии Украины. В это время капитан ФИО10 №11 сообщил им по рации что Украинские пограничники на судне «<данные изъяты>» будут проверять документы. После того как к их судну пришвартовалось судно «<данные изъяты>» под флагом Украины, он увидел людей в военной форме с огнестрельным оружием, один из которых стоял за пулеметом, который был направлен в их сторону.

После этого 5 человек в военной форме вооруженных автоматами зашли на судно «<данные изъяты>», членов экипажа собрали на корме, посмотрели их паспорта граждан РФ и сообщили им что их паспорта недействительны поскольку получены в Республике Крым, кроме того разрешение на выход в море для вылова рыбы также недействительно.

Далее ФИО10 №11 увели для проверки судовых документов, а по прошествии 2 часов их фактически арестовали и заперли под охраной. Капитана и старшего помощника капитана ФИО10 №5 оставили в рубке, старшего механика ФИО10 №10 в рулевой, повара ФИО20 в камбузе.

После этого от ФИО10 №11 потребовали направиться в порт <адрес> Украины, с целью задержания судна и экипажа, указанные требования он не мог не выполнить поскольку Украинские пограничники были вооружены и угрожали применением оружия. По ходу следования за ними шло судно «<данные изъяты>» с пулеметами направленными в их сторону. По прибытии в порт <адрес> их допрашивали сотрудники ФСБ, изучали их документы, с 25 марта 2018 года по 6 апреля 2018 года им запрещали покидать судно «<данные изъяты>».

Выловленная рыба в количестве 5,7 тонн пропала на борту судна «<данные изъяты>» поскольку помещение с тюлькой было опломбировано и к ней никого не допускали.

Судно «<данные изъяты>» он покинул 6 апреля 2018 года в сопровождении пограничников Украины. Он и члены экипажа судна 7, 8 и 19 апреля 2018 года пытались пересечь границу Украины по направлении в РФ, но с Украинской стороны постоянно были отказы. ФИО20 и ФИО21 удалось пересечь границу, остальные вернулись в посольство РФ в <адрес>, где находились до возвращения в РФ. (т.3 л.д.247-252).

Показаниями свидетеля Свидетель №4 исследованными судом в порядке п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ, о том, что он в период с 2 февраля по май 2018 года был капитаном рыболовного судна «<данные изъяты>». 24 марта 2018 года судно «<данные изъяты>» под его управлением в составе группы крымских рыболовных сейнеров вышло на осуществление промысла в Азовское море для вылова тюльки в зоне «тюлечного квадрата». В числе вышедших на промысел судов были СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», СЧС «<данные изъяты>», РС «<данные изъяты>» и СЧС «<данные изъяты>». 25 марта 2018 года около 14 часов его судно находилось более чем в 20 морских милях от ближайшей линии береговой отметки Украины. В ходе осуществления рыбной ловли рядом с его судном прошел военный корабль «<данные изъяты>» украинской пограничной службы и подошел к СЧС «<данные изъяты>» который осуществлял рыбную ловлю примерно в 150 метрах от его корабля. На корабле «<данные изъяты>» в момент подхода к СЧС «<данные изъяты>» стоял сотрудник пограничной службы Украины за пулеметом.

При приближении корабля ГПС Украины «<данные изъяты>» к судну СЧС «<данные изъяты>», по радиостанции УКВ (16 канал) прозвучало требование украинских пограничников к капитану СЧС «<данные изъяты>» выбрать сети и приготовиться к проверке и досмотру судна.

Далее «<данные изъяты>» пришвартовался к судну СЧС «<данные изъяты>» и на норд сошла досмотровая команда ГПС Украины, вооруженная автоматами ФИО8. Через некоторое время «<данные изъяты>» отшвартовался от СЧС «<данные изъяты>» и они вместе проследовали в направлении Бердянска ( Украина). Во время досмотра команда СЧС «<данные изъяты>» на связь не выходила. Впоследствии узнал, что им запретили общаться.

Около 20 часов 20 минут 25 марта 2018 года при перекличке судов по радиосвязи от сотрудников погранслужбы РФ поступила рекомендация следовать на базу в порт Керчь. В дальнейшем на связь вышел капитан СЧС «<данные изъяты>» ФИО10 №11 и сообщил, что судно СЧС «<данные изъяты>» отконвоировано в порт в <адрес>, во время конвоирования связь была запрещена. Сотрудниками пограничной службы Украины им было предъявлено обвинение в незаконном выходе из оккупированного порта, а команде отсутствие при себе паспортов граждан Украины. Указал, что судно СЧС «<данные изъяты>» и его судно находились в водах общего рыболовства Азовского моря и в точках координат предназначенных для промысла тюльки как украинской стороной так и российской. Ранее сотрудники украинской пограничной службы неоднократно проверяли документы российских судов при этом, никаких вопросов не возникало. Считает произошедшее, провокацией ( т.5 л.д.82-85).

Показаниями свидетеля Свидетель №1 в суде о том, что в марте 2018 года он был капитаном судна СЧС «<данные изъяты>». В момент, когда произошел захват судна СЧС «<данные изъяты>» 25 марта 2018 года, он находился в Азовском море на промысле тюльки. Видел как к судну СЧС «<данные изъяты>» которое находилось рядом с его судном на промысле тюльки подошел корабль ГПС Украины «<данные изъяты>». На корабле «<данные изъяты>», на корме находился пулемет, за которым был сотрудник. Пулемет был направлен на членов экипажа СЧС «<данные изъяты>», которые находились на корме судна. Затем была проверка СЧС «<данные изъяты>» пограничной службой Украины, после чего корабль ГПС Украины «<данные изъяты>» и СЧС «<данные изъяты> проследовали в <адрес>, это было в светлое время суток. Все происходило в координатах 46-12, 36-10. От судна «Норд» он в этот момент находился примерно от 200 до 1800 метров. Тюлечный квадрат находился от границы Украины на расстоянии более 12 миль. Все происходило в водах общего пользования России и Украины. Ранее их периодически проверяли Пограничная Служба России и Украины, никаких вопросов к ним не возникало до указанной ситуации.

После того как судно <данные изъяты> арестовали, через 5 часов, на связь вышел капитан ФИО10 №11 который сказал, что их арестовали, что им лучше уходить, поскольку документы у <данные изъяты> были в порядке, но их несмотря на это забрали, поэтому могут забрать и другие суда. ФИО10 №11 связался с ними в районе 20 часов, сказал, что они отконвоированы в порт <адрес>, что им предъявлено в качестве основания для конвоирования отсутствие украинских паспортов и отсутствие уведомлений Пограничной Службы Украины на выход в море, поскольку уведомления, полученные в Крыму, являются недействительными. О данной ситуации с судном «<данные изъяты>» он сообщил директору и сотруднику Пограничной Службы России, которые рекомендовали судам уйти в порт приписки.

В судебном заседании были исследованы показания свидетеля Свидетель №1 данные в ходе предварительного следствия 12 апреля 2018 года, согласно которым он указывал время досмотра судна 14 часов 30 минут 25 марта 2018 года и координаты нахождения судна. Что во время досмотра судна «<данные изъяты>» в его сторону было направлено оружие. Также видел в бинокль как всех членов экипажа судна «<данные изъяты>» увели в отдельное помещение, а капитана под дулом автомата заставили направиться в сторону <адрес> (т.5 л.д.1-4).

Данные показания он поддержал, указав, что на момент его допроса 12 апреля 2018 года лучше помнил обстоятельства. Однако указал, что не видел, чтобы на капитана направляли дуло автомата, в этой части ранее данные показания не поддержал.

Показаниями свидетеля Свидетель №5 в судебном заседании о том, что в марте 2018 года он занимал должность диспетчера <данные изъяты>. В его обязанности входило в том числе наблюдение за флотом. Во время его смены 25 марта 2018 году ему сообщили, что СЧС «<данные изъяты>» захватили вооруженные автоматами украинские пограничники, которые сопроводили судно в порт <адрес>. Об этом он сообщил своим судам о необходимости покинуть место промысла и уйти в Керчь, чтобы не повторилось произошедшее. В тот момент в море находились суда Российской Федерации «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». О захвате судна СЧС «<данные изъяты>» он сообщил начальнику погранзаставы. С СЧС «<данные изъяты>» была связь раз в два часа, судно сообщало свое местоположение до входа в <адрес>. С ФИО10 №11 он общался на следующий день после захвата судна. ФИО10 №11 сообщил ему, что вооруженные пограничники сказали, что судно СЧС «<данные изъяты>» является Украинским, оно работает нелегально в Азовском море, поэтому арестовано, что часть документов из судна изъято, что выход на причал в <адрес> экипажу запрещён.

Показаниями свидетеля Свидетель №3 о том, что 25 марта 2018 года он был капитаном судна СЧС «<данные изъяты>» осуществлявшим промысел в Азовском море. Он видел, как к судну СЧС «<данные изъяты>» подошел корабль на баке и корме которого были пулеметы, возле которых находились пулеметчики. После подхода указанного корабля к СЧС «<данные изъяты>» с последним не было связи. В этот момент в море кроме указанных кораблей было еще около 5 судов. От судна СЧС «<данные изъяты>» до его корабля было расстояние около 1 километра, а до береговой линии до <адрес> около 20 миль. Корабль пограничной службы «<данные изъяты>» это турецкая шхуна с пулеметами под украинским флагом. Перед подходом к «<данные изъяты>» «<данные изъяты>» по рации сообщил о необходимости подготовиться к досмотру. В этот период в течение 40 минут он собирал трал, после чего увидел как «<данные изъяты>» взяли на буксир и потянули в сторону <адрес>, что именно происходило на <данные изъяты>, ему неизвестно. После швартовки <данные изъяты>, капитан ФИО10 №11 на связь с ним не выходил, связи с <данные изъяты> не было. О произошедшем было сообщено директору и пограничникам, после чего ему была дана команда уходить на базу в Керчь, что он и сделал. Впоследствии ему стало известно, что <данные изъяты> был задержан так как у членов экипажа были российские паспорта и, что он не имел права провозить из Крыма груз по российским паспортам.

В судебном заседании были исследованы показания свидетеля Свидетель №3 данные в ходе предварительного следствия 12 июня 2018 года, согласно которым он указывал, что события 25 марта 2018 года были около 14 часов 30 минут, точные координаты нахождения судна 460130 01 северной широты и 360150 04 восточной долготы, расстояние от его судна до СЧС «<данные изъяты>» составляло около 400 метров, капитан СЧС «<данные изъяты>» ФИО10 №11 на связь в этот день вышел в 20 часов (т. 5 л.д. 60-63). Показания, данные в ходе предварительного следствия от 12 июня 2018 года свидетель Свидетель №3 подтвердил, указав, что ранее лучше помнил, при этом уточнил, что судно <данные изъяты> было от его судна на расстоянии 400 метров. На судне <данные изъяты> люди были в военной форме, на баке один стоял возле пулемета и на корме. Сход сотрудников с <данные изъяты> на <данные изъяты> он не видел, поскольку ушел на базу.

Кроме показаний потерпевших и свидетелей виновность ФИО5 и ФИО6 в инкриминируемых им деяниях подтверждается следующими доказательствами.

Справкой от 28 марта 2018 года ФГУП «<данные изъяты>», согласно которой судно СЧС «<данные изъяты>» под флагом России порт прописки – Керчь вышло из морского порта Керчь 24 марта 2018 года в 6 часов 56 минут в направлении Азовского моря (т.1 л.д.184).

Разрешением на добычу (вылов) биологических ресурсов ПО «<данные изъяты>» в Азовском море до 10 апреля 2018 года ( т. 6 л.д.50-51).

Свидетельством о праве плавания под государственным флагом Российской Федерации СЧС «<данные изъяты>» (т. 6 л.д.53).

Свидетельством о праве собственности на судно «<данные изъяты>» ПО «<данные изъяты>» и соответствием судна ТСК № ( т.6 л.д.54-55).

Копией устава ПО «<данные изъяты>» (т.1 л.д.148-149).

Справками о стоимости судна СЧС «<данные изъяты>», согласно которой на момент захвата судна его рыночная стоимость составляла 3193260,57 рублей, остаточная стоимость 247540,67 рублей, рыбы находившейся на судне 5700 килограмм 171000 рублей ( т.3 л.д.167, 177).

Договорами о пользовании водными ресурсами №, №, № от 26.12.2017 года, согласно которым ПО «<данные изъяты>» имел право добычи водных ресурсов в Азовском море ( т.6 л.д.58-69).

Справками МИД России от 20 и 30 мая 2018 года, согласно которым украинские компетентные органы не уведомляли консульских сотрудников России о задержании судна «<данные изъяты>» и членов его экипажа ( т.6 л.д.97-98).

Справками ОРМ согласно которым, захват судна осуществлялся сотрудниками Мариупольского отряда морской охраны Донецко-Луганского регионального управления ГПС Украины ФИО6 и ФИО5 ( т.5 л.д.246-250, 253-256, 263, 274-275, т.6 л.д.19-20).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 20 июня 2018 года, согласно которому потерпевшая ФИО20 опознала ФИО5 как лицо, которое 25 марта 2018 года участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» (т. 3 л.д. 199-202).

Протоколом осмотра вещественного доказательства оптического диска содержащего аудиозапись разговора ФИО10 №1 и ФИО10 №11, согласно которому ФИО10 №11 подробно рассказал об обстоятельствах угона судна и задержания членов экипажа судна «<данные изъяты>» ( т.5 л.д.166-179)

Протоколом осмотра от 23 августа 2023 года в торговом порту <адрес> судна «<данные изъяты>» бортовой номер №, согласно которому было зафиксировано техническое состояние судна, в ходе осмотра обнаружены судовые документы и копии паспортов ФИО10 №11 и ФИО10 №8 ( т.5 л.д.196-220).

Копиями документов о задержании 25 марта 2018 года судна «<данные изъяты>» и его осмотре ( т.5 л.д.168-179).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 20 июня 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО21 опознал ФИО5 как лицо, которое 25 марта 2018 года участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» (т. 3 л.д. 231-234).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 23 июля 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО21 опознал ФИО6 как лицо, которое вооруженное автоматом ФИО8 25 марта 2018 года участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>», охране судна и членов экипажа (т. 3 л.д. 239-242).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 14 ноября 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО10 №4 опознал ФИО6 как сотрудника ГПС Украины, который 25 марта 2018 года находился на корабле ГПС Украины «<данные изъяты>» и участвовал в вооруженном захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа (т. 3 л.д. 259-262).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 15 ноября 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО10 №5 опознал ФИО6 как лицо, которое 25 марта 2018 года находилось на корабле ГПС Украины «<данные изъяты>» и участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа. (т. 4 л.д. 14-17).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 16 ноября 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО10 №7 опознал ФИО6 как лицо, которое 25 марта 2018 года находилось на корабле ГПС Украины «<данные изъяты>» и участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа (т. 4 л.д. 93-96).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 16 ноября 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО10 №8 опознал ФИО6 как лицо, которое 25 марта 2018 года находилось на корабле ГПС Украины «<данные изъяты>», было вооружено и участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа (т. 4 л.д. 127-130).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 13 декабря 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО10 №9 опознал ФИО5 как лицо, которое 25 марта 2018 года находилось на корабле ГПС Украины «<данные изъяты>» и участвовало в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа (т. 4 л.д. 152-155).

Протоколом предъявления для опознания по фотографии от 16 ноября 2018 года, согласно которому потерпевший ФИО10 №11 опознал ФИО5 как заместителя командира корабля ГПС Украины «<данные изъяты>», который 25 марта 2018 года участвовал в захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа (т. 4 л.д. 239-242).

Оценивая исследованные выше доказательства в их комплексе, суд приходит к выводу, что они являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для установления виновности ФИО5 и ФИО6 в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «г», «ж» ч. 2 ст.126, ч. 3 ст. 211 УК РФ.

Все доказательства имеют данные о событии и обстоятельствах преступлений, все они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, истинность каждого проверена и бесспорно подтверждается взаимосогласующимися фактическими данными и письменными материалами дела.

Суд доверяет показаниям потерпевших и свидетелей, так как они получены в соответствии со ст. 86, 277, 278 УПК РФ, взаимно согласуются по времени, месту и обстоятельствам описываемых в них событиях, в связи с чем не вызывают сомнений. У сторон отсутствуют неприязненные отношения друг к другу, и у допрошенных лиц нет причин оговаривать подсудимых, так же как у суда не имеется оснований не доверять изложенной в их показаниях информации.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что потерпевшие оговорили подсудимых материалы дела не содержат, не предоставлено таковых и в судебном заседании.

Поэтому, в основу приговора суд считает необходимым положить показания потерпевших и свидетелей, а также письменные материалы дела исследованные в судебном заседании.

Доводы подсудимых и защиты о том, что подсудимые ФИО5 и ФИО6 по существу предъявленного им обвинения, подлежат оправданию суд считает несостоятельными поскольку их виновность с совершении преступлений при установленных судом обстоятельствах нашла свое подтверждение совокупностью исследованных судом доказательств.

Утверждение подсудимого ФИО6 о том, что он не принимал участия в досмотре судна «<данные изъяты>» его транспортировке в порт <адрес> не состоятельны поскольку опровергаются показаниями потерпевших ФИО21, ФИО10 №4, ФИО10 №5, ФИО10 №7,ФИО10 №8, которые опознали ФИО2 как лицо, которое 25 марта 2018 года участвовало в вооруженном захвате судна СЧС «<данные изъяты>» и членов его экипажа.

Вопреки доводам защиты о применении к ФИО6 и ФИО5 норм Женевской Конвенции от 12.08.1949 года «Об обращении с военнопленными» поскольку ФИО6 и ФИО5 являются действующими сотрудниками ГПС Украины и были задержаны 16 и 17 мая 2022 года соответственно при сдаче в плен, суд не находит оснований для применения норм указанной Конвенции поскольку ФИО6 и ФИО5 обвиняется в совершении уголовных преступлений совершенных ими в марте 2018 года, за совершение которых они были объявлены в международный розыск ФИО6 30 апреля 2019 года, а ФИО5 23 января 2019 года, еще до задержания их в мае 2022 года.

Доводы защиты, что ФИО6 и ФИО5, будучи действующими сотрудниками ГПС Украины выявив нарушение законодательства Украины, в том числе и закона Украины от 15 апреля 2014 года «Об обеспечении прав и свобод граждан и правовом режиме на временно оккупированной территории Украины» № судном СЧС «<данные изъяты>» находившимся во внутренних водах Украины и Российской Федерации задержали его выполняя приказ, поэтому действовали в рамках своих служебных полномочий, следовательно не могут подлежать уголовной ответственности не обоснованы, поскольку действия совершенные подсудимыми были совершены в отношении судна Российской Федерации которое имело право осуществлять промысел в Азовском море, имело необходимые разрешительные документы, кроме того их действия были совершены в отношении граждан Российской Федерации.

Вопреки доводам защиты, о том, что членами экипажа был нарушен порядок въезда на территорию Украины и выезда из нее о чем состоялось судебные решения о привлечены к административной ответственности по ст.204-2 КоАП Украины членов экипажа «<данные изъяты>», в связи с этим действия подсудимых выявивших указанное правонарушение не содержат признаков инкриминируемых им преступлений, суд считает не состоятельными поскольку, указанные судебные решения не освобождает подсудимых от ответственности за совершенные ими противоправные действия в отношении членов экипажа совершивших их похищение и совершивших угон судна СЧС «Норд».

Утверждение защиты о том, что ФИО5 ни с кем не вступал в сговор по мотивам политической вражды по отношению к Российской Федерации, несостоятельны, поскольку основаниям для задержания судна и членов экипажа СЧС «Норд» явилось не признание факта вхождения Республики Крым в состав Российской Федерации, в частности выход судна в море из Российского порта Керчь, а также документы членов экипажа выданные на территории Республики Крым о чем указал сам подсудимый ФИО5 Кроме того, согласованность действий подсудимого с членами экипажа «<данные изъяты>» при досмотре судна СЧС «<данные изъяты>» его транспортировке, а также по перемещению членов экипажа СЧС «<данные изъяты>» в порт Бердянск свидетельствуют о наличии предварительного сговора между подсудимыми и иными лицами на совершение преступления по указанному мотиву.

Оценив в совокупности все исследованные в судебном заседании доказательства, а также учитывая позицию государственного обвинителя, заслушав мнение стороны защиты об оценке содеянного подсудимыми, суд приходит к убеждению, что вина подсудимых ФИО5 и ФИО6 в содеянном доказана полностью и квалифицирует их действия по:

- п.п. «а», «в», «г», «ж» ч. 2 ст. 126 УК РФ, – похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, в отношении двух и более лиц;

- ч. 3 ст. 211 УК РФ, – угон судна водного транспорта, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, повлекший иные тяжкие последствия.

Квалифицируя действия подсудимых по п.п. «а», «в», «г», «ж» ч. 2 ст. 126 УК РФ, суд отмечает, по смыслу уголовного закона под похищением человека следует понимать его незаконные захват, перемещение и последующее удержание в целях совершения другого преступления либо по иным мотивам, которые для квалификации содеянного значения не имеют. Захват, перемещение и удержание человека могут быть совершены с применением угроз, насилия, с использованием беспомощного состояния потерпевшего. Похищение человека может быть совершено также и путем обмана потерпевшего или злоупотребления доверием в целях его перемещения и последующих захвата и удержания.

Похищение человека считается оконченным преступлением с момента захвата и начала его перемещения.

Поскольку в результате совместных и согласованных действий подсудимых ФИО5 и ФИО6 члены экипажа судна «<данные изъяты>» помимо их воли были перемещены в порт <адрес>, где в последствии удерживались. При этом при перемещении членов экипажа в отношении них применялись угрозы опасные для жизни и здоровья, угрозы применения оружия, которые экипаж судна воспринимал реально, суд считает, что подсудимые совершили оконченное похищение членов экипажа группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия опасного для жизни и здоровья, а также с применением оружия, в отношении двух и более лиц.

Квалифицируя действия подсудимых по ч. 3 ст. 211 УК РФ, суд исходит из того, что ФИО5, ФИО6 и иные лица противоправно самовольно переместили судно водного транспорта СЧС «<данные изъяты>» в порт <адрес>. При этом угон судна СЧС «<данные изъяты>» произошел в водах Азовского моря, где СЧС «<данные изъяты>» имело право осуществлять рыбный промысел.

Действия подсудимых, которые заранее договорились на совершение угона судна, а также их совместные и согласованные действия по приведению захваченного судна водного транспорта в движение и дальнейшее перемещение его в порт <адрес>, суд квалифицирует как совершенные группой лиц по предварительному сговору.

Поскольку во время совершения угона судна СЧС «<данные изъяты>» со стороны подсудимых и иных лиц, которые совершили угон судна была угроза применения огнестрельного оружия в отношении потерпевших, суд расценивает данные действия как насилие, которое не причинило фактического вреда здоровью потерпевших, но создавало реальную угрозу его применения, поэтому суд квалифицирует действия подсудимых как совершенные с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья с применением оружия.

Как установлено судом в результате действий подсудимых судно СЧС «<данные изъяты>» было приведено в полную негодность и уничтожена находившаяся на борту рыба стоимостью 171000 рублей, поэтому суд квалифицирует действия подсудимых как повлекшие иные тяжкие последствия.

Решая вопрос о назначении наказания суд, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, а также личность виновных, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей.

Совершенные подсудимыми преступления, предусмотренные ч.3 ст.211, п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ, отнесены законом к категории особо тяжких, характеризующихся повышенной общественной опасностью.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы от 04 сентября 2023 г. №, ФИО5 на период инкриминируемых ему деяний каким-либо психическим расстройством не страдал и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими; у него не выявлялось временного психического расстройства, и он мог осознавать фактическую и общественную опасность своих действий и руководить ими; по своему психическому состоянию он мог правильно воспринимать важные по делу обстоятельства и может давать показания о них; в настоящее время каким-либо психическим расстройством не страдает и может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими; в настоящее время он по своему психическому состоянию может понимать характер и значение уголовного производства, своего процессуального статуса, самостоятельно совершать действия направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей, в том числе и права на защиту, может участвовать в судебных заседаниях; в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 3 л.д. 120-121).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы от 04 сентября 2023 г. №, ФИО6 на период инкриминируемых ему деяний каким-либо психическим расстройством не страдал и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими; у него не выявлялось временного психического расстройства, и он мог осознавать фактическую и общественную опасность своих действий и руководить ими; по своему психическому состоянию он мог правильно воспринимать важные по делу обстоятельства и может давать показания о них; в настоящее время каким-либо психическим расстройством не страдает и может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими; в настоящее время он по своему психическому состоянию может понимать характер и значение уголовного производства, своего процессуального статуса, самостоятельно совершать действия направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей, в том числе и права на защиту, может участвовать в судебных заседаниях; в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 3 л.д. 102-103).

Таким образом, с учетом выводов судебно-психиатрических экспертиз ФИО5 и ФИО6. являются вменяемыми, и с учетом обстоятельств дела оснований для иного вывода у суда не имеется. В связи с этим ФИО5 и ФИО6 подлежат уголовной ответственности за содеянное.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает характер, тяжесть и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности подсудимых, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

ФИО5 и ФИО6 совершили два умышленных преступления, которые относятся к категории особо тяжких преступлений, имеющих повышенную общественную опасность.

ФИО5 ранее не судим, гражданин <данные изъяты>, имеет высшее образование, холостой, по месту содержания под стражей характеризуется посредственно, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, имеет родителей пенсионеров, мать инвалида первой группы, хроническое заболевание и травму ног.

ФИО6 ранее не судим, гражданин <данные изъяты>, имеет высшее образование, женат, по месту содержания под стражей характеризуется посредственно, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, имеет хроническое заболевание, родителей имеющих ряд заболеваний.

Обстоятельством отягчающим наказание ФИО5 и ФИО6 по всем эпизодам суд на основании п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает совершение преступления по мотивам политической вражды (по отношению к Российской Федерации и факту вхождения в ее состав Республики Крым и города Севастополя). Поскольку он нашел свое полное подтверждение показаниями свидетелей и самих подсудимых, которые не признали факт вхождения Республики Крым в состав Российской Федерации.

Обстоятельством смягчающим наказание подсудимого ФИО5 на основании ч.2 ст.61 УК РФ по всем эпизодам, суд признает наличие на иждивении родителей имеющих ряд хронических заболеваний, состояние здоровья подсудимого.

Обстоятельством смягчающим наказание подсудимого ФИО6 на основании ч.2 ст.61 УК РФ по всем эпизодам, суд признает наличие на иждивении своих родителей, родителей жены имеющих ряд хронических заболеваний, состояние здоровья ФИО6

С учетом тяжести и степени общественной опасности совершенных преступлений, имеющих общественную опасность, личностей подсудимых, в целях восстановления социальной справедливости, исправление ФИО5 и ФИО6 и предупреждения совершения ими новых преступлений, суд считает необходимым назначить ФИО5 и ФИО6 по каждому эпизоду наказание в виде реального лишения свободы, так как, более мягкое наказание по мнению суда не соответствовало бы задачам и принципам требований уголовного закона о справедливости наказания.

Окончательное наказание ФИО5 и ФИО6 суд считает необходимым назначить по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных ими преступлений путем частичного сложения наказаний, поскольку последние совершили особо тяжкие преступления.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не усматривает, поскольку иное наказание в данном случае не соответствовало бы задачам и принципам законности и справедливости уголовного наказания. Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и дающих основания для применения ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

С учетом тяжести совершенных преступлений и степени их общественной опасности, личностей подсудимых, суд не находит оснований для применения положений, предусмотренных и ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категорий преступлений, совершенных ФИО5 и ФИО6 на менее тяжкие.

Решая вопрос о назначении дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд исходит из положений ч.1 ст.4 Федерального Конституционного закона от 21 марта 2014 года №6ФКЗ « О Принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя» со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов граждане Украины и лица без гражданства, постоянно проживающие на этот день на территории Республики Крым или на территории города федерального значения Севастополя, признаются граждане Российской Федерации, за исключением лиц, которые в течение одного месяца после этого дня заявят о своем желании сохранить имеющееся у них и (или) их несовершеннолетних детей иное гражданство либо остаться лицами без гражданства.

Положений ст. 5 Федерального Конституционного Закона от 04.10.2022 года № 8-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Херсонской области и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта - Херсонской области», согласно которой гражданами Российской Федерации признаются граждане Украины и лица без гражданства, постоянно проживавшие на этот день на территории Херсонской области при условии принесения Присяги гражданина Российской Федерации.

Учитывая, что ФИО5 и ФИО6 сразу после перехода Республики Крым в состав Российской Федерации покинули территорию Республики Крым совместно с воинской частью в 2014 году являясь военнослужащими Республики Украина, на момент 2018 года состояли на государственной службе Украины, присягу гражданина Российской Федерации не принимали, с заявлениями о получении гражданства Российской Федерации не обращались, следовательно, они не являются гражданами Российской Федерации, кроме того, они не имеют постоянного места жительства на территории Российской Федерации, поэтому суд приходит к выводу о невозможности назначения им дополнительного наказания в виде ограничения свободы по ч.3 ст.211, п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ, исходя из положений ч. 6 ст. 53 УК РФ.

В силу п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание ФИО5 и ФИО6 в виде лишения свободы следует отбывать в исправительной колонии строгого режима, часть из которого исходя из положений ч.2 ст.58 УК РФ ( ред. ФЗ от 08.12.2003 г. №162-ФЗ) в тюрьме.

С учетом назначаемого судом наказания, возможности ФИО5 и ФИО6 скрыться и продолжить заниматься преступной деятельностью, избранная подсудимым мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора суда в законную силу изменению не подлежит.

Вопрос относительно остальных вещественных доказательствах по уголовному делу необходимо разрешить в соответствии со ст. ст. 81 - 82 УПК РФ.

С учетом всего изложенного, руководствуясь ст.ст.303, 307 - 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО5 <данные изъяты> признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.211, п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.3 ст.211 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 12 лет 6 месяцев,

- по п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО5 <данные изъяты> наказание в виде – 17 лет лишения свободы.

Местом отбытия ФИО5 наказания в виде лишения свободы определить первые три года в тюрьме, оставшуюся часть срока лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания осужденному ФИО5 в виде лишения свободы исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО5 под стражей с 26 июля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в тюрьме.

Меру пресечения ФИО5 <данные изъяты> до вступления приговора в силу оставить прежнюю – заключение под стражу.

ФИО6 <данные изъяты> признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.211, п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.3 ст.211 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 12 лет 6 месяцев,

- по п.п «а», «в», «г», «ж» ч.2 ст.126 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО6 <данные изъяты> наказание в виде – 17 лет лишения свободы.

Местом отбытия ФИО6 наказания в виде лишения свободы определить первые три года в тюрьме, оставшуюся часть срока лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания осужденному ФИО6 в виде лишения свободы исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО6 под стражей с 26 июля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в тюрьме.

Меру пресечения ФИО6 <данные изъяты> до вступления приговора в силу оставить прежнюю – заключение под стражу.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу: оптический диск DVD-R рег.№hKS708034334ААОТ содержащий аудиозапись разговоров ФИО10 №1 и ФИО10 №11 и оптический диск СD-R рег.RFD80М-79239 содержащий изображения документов составленных при задержании судна «<данные изъяты>» – хранить при уголовном деле. Рыболовецкое судно «<данные изъяты>» хранящееся на территории <адрес> морского торгового порта возвратить по принадлежности Производственному кооперативу « <данные изъяты>».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Третий Апелляционный суд общей юрисдикции через Верховный Суд Республики Крым в течение пятнадцати дней с момента его провозглашения, а осужденными, содержащимся под стражей, – в тот же срок с момента вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе в пятнадцатидневный срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий С.Н. Погребняк