Апелляционное постановление № 22-8678/2025 от 16 октября 2025 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №...

Дело №... Судья Б ОВ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 17.10.2025 г.

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Ц НГ,

при ведении протокола помощником судьи Ш ПО,

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга П ДН,

оправданного У ДА

защитника - адвоката П ДА

рассмотрела в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора <адрес> Санкт-Петербурга Д ТА на приговор Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, которым

У ДА, <дата> года рождения, уроженец <...>

<...>

по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

за У ДА признано право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Ц НГ, мнение прокурора П ДН полагавшего, что апелляционное представление подлежит удовлетворению, а приговор суда отмене, и данное уголовное дело подлежит направлению на новое судебное рассмотрение, мнения адвоката П ДА и оправданного У ДА, просивших приговор оставить без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия У ДА обвинялся в совершении нарушения правил безопасности при ведении иных работ, повлекшего по неосторожности смерть человека.

<дата> приговором <адрес> У ДА по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, оправдан, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В апелляционном представлении заместитель прокурора <адрес> Санкт-Петербурга Д ТА просит приговор Колпинского районного суда Санкт- Петербурга от <дата> в отношении У ДА отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства, в ином составе суда.

По мнению прокурора, приговор суда является незаконным и подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

В обоснование доводов представления, указывает, что при оправдании У ДА судом были проигнорированы полученные в ходе следствия доказательства в совокупности. Суд немотивированно исключил часть доказательств стороны обвинения и необоснованно принял явно недопустимые доказательства защиты, проигнорировал наличие совокупности доказательств вины У ДА, приняв тем самым сторону защиты, нарушив основополагающие принципы уголовного судопроизводства. Кроме того, приговор содержит явные противоречия, которые не устранены.

Обращает внимание, что указанные в обвинительном заключении нарушения требований охраны труда и правил безопасности при ведении иных работ, как каждое в отдельности, так и в их совокупности, допущенные мастером литейного участка (с вредностью) ООО «Свелен» У ДА, на которого возложены обязанности по их соблюдению, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, повлекшими по неосторожности У ДА смерть К АА

Оправдывая У ДА, суд указал, что выводы стороны обвинения, что У ДА за короткий промежуток времени, приблизительно 25 минут от начала приемки смены, не обладая при этом всей необходимой информацией о состоянии плавильной печи, не мог определить степень риска возможной аварии и повлиять на процесс, который фактически был запущен в смену мастера литейного участка М АЮ, вызывают сомнения. Данный вывод суда противоречит его же решению оправдать У ДА, ведь фактически суд подтверждает довод обвинения о том, что У ДА, несмотря на свою неготовность оценить сложившуюся ситуацию, дал указание плавильщику (с вредностью) литейного участка обособленного подразделения ООО «Свелен» К АА, продолжить работу по обслуживанию установки непрерывного литья методом вертикальной вытяжки из расплава модели SL 06-QZ («Эс Эл 06- Кью Зед») в том числе добавить уголь в печь, тем самым допустил нарушения требований охраны труда и правил безопасности при ведении иных работ, не обеспечил безопасность производства работ, т.е. допустил людей к работе, не убедившись в ее безопасности.

Полагает, что вывод суда о том, что показания свидетеля Я ЕВ в части того, что У ДА в ходе телефонного разговора сообщил ему о протечке печи, опровергаются, как показаниями У ДА и свидетелей К МС и Свидетель №3, так и протоколом осмотра видеозаписи от <дата>, где запечатлено, что в <дата> минут <дата>, в момент протечки печи под площадкой обслуживания печи и начала возгорания, У ДА, разговаривающий по телефону, на площадке обслуживания печи, а также в зоне объектива видеокамеры не находился. Данный вывод не соответствует материалам дела. Поскольку не сообщение свидетелями К МС и Свидетель №3 о телефонном разговоре У ДА с Я ЕВ, не свидетельствует, об отсутствии указанного разговора.

Вывод суда о том, что разговаривающий по телефону У ДА отсутствует в зоне объектива видеокамеры, также опровергается доказательствами, которые исследовались судом и указаны в приговоре, в том числе видеофайлом с названием <...>».

Оценивая довод обвинения о том, что К АА находился без средств индивидуально защиты, суд, вступая в противоречие со своим же выводом о том, что телефонного разговора У ДА с Я ЕВ не было, указывает, что У ДА не мог видеть К АА без каски, поскольку У ДА в этот период передвигался по площадке, осматривая печь и приборы, после чего стал звонить руководителю, покинув площадку. При этом, сам У ДА факт разговора не отрицал, только сообщал о его ином содержании, что, по мнению обвинения, является лишь защитной версией подсудимого.

Неполучение информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами У ДА и Я ЕВ для устранения данного противоречия в ходе судебного следствия явно указывает на его неполноту.

Указывает, что неполнота судебного следствия также подтверждается в неполучении судом сведений об ознакомлении У ДА с Технологической инструкцией (<...> «Изготовление медной катанки, низколегированной и бронзовой катанки на линиях непрерывного бескислородного литья катанки, моделей <...>), утвержденной генеральным директором ООО «Свелен» <дата>.

Полагает, что суд необоснованно не принял во внимание акты о несчастном случае на производстве от <дата> (форма Н-1), №...-ПР-240-556-О-14/НС от <дата> о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) (форма 4), указав, что они опровергаются показаниями свидетелей, а также заключением специалистов от <дата>. При этом, суд не указал, какие именно свидетели опровергают данные доказательства, а также как субъективное видение ситуации очевидцами произошедшего, которые не обладают специальными познаниями в области, отнесенной к компетенции специалистов, расследовавших несчастный случай, может опровергать выводы последних.

Обращает внимание, что заключение специалистов от <дата>, представленное стороной защиты, на которое суд ссылается и которое было принято им в качестве допустимого доказательства, таковым не является. Поскольку исходя из правового смысла положений о специалисте, имеющихся в действующем УПК РФ, специалист не проводит исследований, он уполномочен лишь высказать суждения по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами, в соответствии со ст.74 УПК РФ

Положения действующего уголовно-процессуального закона не допускают возможности подмены экспертного заключения суждениями специалиста в любом виде. Если из устных разъяснений или заключения специалиста следует, что нужно назначить дополнительную или повторную экспертизу, суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе обсуждает вопрос о назначении такой экспертизы.

Изложенное прямо следует как из Постановления Пленума ВС от 19 декабря 2017 г. № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», так и дополнительно разъяснялось Конституционным Судом в Определении № 6-0/2023 от 31.01.2023 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ш СА на нарушение его конституционных прав пунктом 31 части ьгорой статьи 74 и частью третьей статьи 80 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Указывает, что заключение специалиста явно подлежит признанию недопустимым доказательством, поскольку заключение заказывалось заинтересованными лицами - стороной защиты, и специалист не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

По мнению автора представления, допустимость заключения специалиста вызывает сомнение и в связи с наличием в нем сведений, противоречащих другим доказательствам, признанным судом допустимыми, и фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Так, из заключения специалиста следует, что взрыв печи с выбросом продуктов расплава произошел, когда У ДА по телефону ставил в известность П СС о приеме смены и о его дальнейших действиях.

Вместе с тем, показаниями свидетелей П СС, Я ЕВ и самого У ДА установлено, что последний звонил не П СС, а Я ЕВ Обращает внимание, что суд также в своих выводах указывает то на наличие телефонного разговора У ДА с Я ЕВ то на отсутствие такового, однако ни одним доказательством не установлено, что имел место разговор У ДА с П СС, о котором вопреки обстоятельствам дела указывают специалисты, что ставит под сомнение должную степень владения специалистами знаниями об обстоятельствах произошедшего.

Кроме того, о наличии разговора между У ДА и Я ЕВ суд сам указывает, пытаясь мотивировать свой вывод об отсутствии в действиях У ДА нарушений требований части 1 статьи 9 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21.07,1997г. №116-ФЗ, указывая, что подсудимый поставил непосредственного руководителя Я ЕВ в известность о наличии инцидента на опасном производственном объекте.

Указывает, что ссылка суда, на то что У ДА, в силу занимаемой им должности, не мог нарушить положения нормативно-правовых актов устанавливающих требования промышленной безопасности, а также правила ведения работ на опасном производственном объекте и порядок действий в случае аварии или инцидента на опасном производственном объекте, не состоятелен, поскольку У ДА был обучен, был проинструктирован, знал технологических процесс, прошел обучение по промышленной безопасности. Перегрев расплавленного металла в плавильной ванне печи, и как следствие перегрев плавильного канала, с последующим разрушением футеровки печи, является нарушением статьи 9 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21.07.1997г. №116-ФЗ и п. 9 Федеральных норм и правила в области промышленной безопасности «Правила безопасности процессов получения или применения металлов» (утв, приказом Ростехнадзора от 09.12.2020 № 512, зарегистрированы Минюстом России 30.12.2020 per. №61943). При этом, рабочий персонал, участвующий в технологическом процессе не заметил, что показания по силе тока на приборе в момент переключения мощности индуктора в первом плавильном канале выдают ошибку, что свидетельствовало о разрушении медеплавильного канала и не предприняли действия по уменьшению мощности на индукторе, что также является нарушением статьи 9 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21.07.1997г. №116-ФЗ и пунктов 11, 13 Федеральных норм и правила в области промышленной безопасности «Правила безопасности процессов получения или применения металлов» (утв. приказом Ростехнадзора от 09.12.2020 № 512. После этого расплавленный металл прожег водо-охлаждаемую рубашку, что привело к протечке воды. Как следствие, при взаимодействия жидкого металла с водой образовалось большое количество водяного пара под большим давлением, под воздействием этого избыточного давления произошло дополнительное разрушение футеровки и выброс металла из печи, что снова является нарушением статьи 9 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21.07.1997г. №116-ФЗ и п.15 Федеральных норм и правила в области промышленной безопасности «Правила безопасности процессов получения или применения металлов» (утв. приказом Ростехнадзора от 09.12.2020 № 512, зарегистрированы Минюстом России 30.12.2020 per. № 61943).

Заметить несоответствие показаний по силе тока на приборе перед тем, как допускать к работе людей, было прямой обязанностью У ДА и лежало в зоне его исключительной ответственности. Последствия в виде допуска пострадавшего К АА к ведению работ по обслуживанию печи модели SL 06-QZ («Эс Эл 06- Кью Зед») на стадии непосредственного производства которых произошел выброс металла из данной печи, вследствие которого пострадавшему К АА были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть на месте происшествия наступили в условиях осведомленности мастера литейного участка (с вредностью) ООО «Свелен» У ДА в период его непосредственного руководства. Ведение исследуемых работ в критическое время (время работы смены под руководством мастера литейного участка (с вредностью) ООО «Свелен» У ДА) осуществлялось при эксплуатации вышеприведенного производственного объекта в условиях инцидента, то есть в условиях отказа и повреждения технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, отклонения от установленного режима технологического процесса. При этом, У ДА не был обеспечен температурный режим в пределах ± 5 °С от номинальной температуры 1145 °С. установленной технологической документацией печи модели SL 06-QZ («Эс Эл 06- Кью Зед»). Ведение работ осуществлялось в условиях не производства каких-либо мероприятий направленных на обеспечение безопасности работников, в том числе пострадавшего К АА при эксплуатации печи модели SL 06-QZ («Эс Эл 06- Кью Зед») при неисправности печи и приспособлений сигнализации, обеспечивающих безопасную эксплуатацию данной печи.

Ведение исследуемых работ под руководством У ДА осуществлялась в условиях не производства каких-либо мероприятий, направленных на проверку технологических параметров, в том числе температуры металла, что с учетом локальной документации ООО «Свелен» указывает на необеспечение У ДА положений ч. 1. ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 N 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; п.2.6., 2.8, 2.9. Должностной инструкции мастера литейного участка утвержденной генеральным директором ООО «Свелен» С СВ <дата>; ст. 212 Трудового кодекса РФ; п. 2.1.3., п. 8.1.1.. п. 8.6.7. Технологической инструкции ТИ СКС 7-5-2018, утвержденной генеральным директором ООО «Свелен» Свидетель №2 <дата>; абз. 2. п. 9, п. 35, п. 40, п. 316, п. 317 Правил безопасности процессов получения или применения металлов утвержденных Приказом Ростехнадзора от 09.12.2020 N 512 (Зарегистрировано в Минюсте России 30.12.2020 N 61943).

Необеспечение (нарушение) указанных положений нормативно-правовой документации по мнению прокурора состоит в прямой причинно- следственной связи с наступившими последствиями поскольку их обеспечение исключает допуск пострадавшего К АА к ведению исследуемых работ.

Вывод суда о недостаточности нормативно-правовой базы ООО «Свелен» по ликвидации аварийных ситуаций не соответствует материалам дела, поскольку, с целью выявления потенциально возможных аварий и порядка действий в случае их возникновения в ООО «Свелен» разработан, утвержден и действует План мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте III класса опасности литейном участке меди (Утвержден 01.10.2017г.), который разработан с целью обеспечения готовности организации, эксплуатирующей опасный производственный объект, к действиям по локализации и ликвидации последствий аварий. План мероприятий разработан на основании Федерального закона № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от <дата> и Постановления Правительства РФ от <дата> №... «Об утверждении Положения о разработке планов мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на опасных производственных объектах». Указанные выводы, в том числе, содержатся в заключении экспертов №... от <дата>.

Также обращает внимание, что оправдывая У ДА суд указал, что несмотря на то, что производство указанной комплексной судебной экспертизы было поручено судом конкретным экспертам ООО «Главное Управление судебных экспертиз»: К ДД, М МА, К ИВ, М МА, в комплексном заключении экспертов №...-у/23 от <дата> отсутствуют документально подтвержденные сведения о квалификации и уровне профессиональной подготовки указанных экспертов, проводивших экспертизу, наличия у них специальных познаний, необходимых для ответа на поставленные перед экспертами вопросы.

Полагает, что усомнившись в правильности действий прошлого состава суда и допустимости полученных на их основании доказательств, суд мог и должен был устранить данные противоречия, инициировав проведение повторной экспертизы. Вместе с тем, суд указанные противоречия не устранил и вынес приговор по результатам неполно проведенного судебного следствия. Полагает, что данное заключение экспертов является допустимым поскольку в судебном заседании эксперты, проводившие экспертизу, были допрошены, их личности, в том числе наличие соответствующей квалификации, установлены судом. Кроме того, суд не был лишен возможности дополнительно истребовать документы, подтверждающие квалификацию экспертов.

Указывает, что суд не указал, почему считает, что У ДА не нарушил требований ст. 37 Конституции Российской Федерации; ст.ст. 76, 212 Трудового кодекса Российской Федерации; постановления Министерства труда и социального развития Российской Федерации и Министерства образования Российской Федерации №... от <дата>.

Оправдывая У ДА суд также указывает на то, что выводы следствия, изложенные в протоколе осмотра видеозаписи, о том, что У ДА видел, что К АА приступил к работе без защитной каски, является предположением, поскольку в этот период У ДА передвигался по площадке, осматривая печь и приборы, после чего стал звонить руководителю, покинув площадку. Более того, доказательств отсутствия защитной каски, которое явилось причиной получения К АА совокупности телесных повреждений, повлекших его смерть, по мнению суда не имеется. Указанный вывод суда также не основывается на материалах уголовного дела. Так, из оглашенных показаний самого У ДА следует, что при вступлении на смену он видел, что К АА полностью экипирован для производства работ. По какой причине К АА снял каску, когда находился у печи, он пояснить не может, такого указания он ему не давал. В судебном заседании оглашенные показания подсудимый У ДА подтвердил в полном объеме, раскаиваясь в том, что не уследил за наличием каски на К АА

Согласно показаниям Я ЕВ, в ходе расследования несчастного случая было установлено, что К АА находился на рабочем месте без защитной каски и защитного щитка, то есть У ДА не было надлежащим образом проконтролировано использование данным работником, находящимся непосредственно под его подчинением и контролем. Данные обстоятельства стали ему известны при расследовании, а также по видео, где было видно, что на К АА не было куртки и каски, которая осталась на пульте управления.

Протоколом осмотра места происшествия от <дата>, которым произведены осмотр и фиксация обстановки на месте происшествия. В ходе осмотра видеофайла с названием «CH05_2021NOV14065000 0.dv4» также установлено, что на видеозаписи отображена площадка обслуживания печи с двумя индукционными канальными печами. На видеозаписи запечатлено как плавильщиками К АА, К МС и Свидетель №3, под контролем мастера литейного участка У ДА, осуществляются работы по обслуживанию печи Qz, при этом плавильщик К АА находится ка площадке обслуживания печи без каски и защитного шлема, что явно видит мастер У ДА, поскольку подходит к приборной панели и смотрит на показатели печи, что происходит до его ухода с мобильным телефоном из обзора камеры.

Актом №... расследования причин инцидента от <дата> также установлено отсутствие каски на К АА

Полагает, что суд допускает противоречие при оценке необоснованного, по его мнению, вменения У ДА органами следствия и стороной обвинения нарушений норм постановления Министерства труда и Социального развития Российской Федерации и Министерства образования Российской Федерации №... от <дата>, а именно, что в обвинении не указано, какая норма приведенных правовых актов нарушена У ДА при выполнении им работ <дата>, кроме того, судом отмечено, что указанное постановление признано утратившим силу приказом Минтруда России от <дата> №...н, зарегистрированным в Минюсте России <дата> №..., при этом, суд приходит к выводу, что уголовное дело не подлежит возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку обязательным условием возвращения дела на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, является невозможность для суда постановления приговора или иного судебного решения на основе данного обвинительного заключения. По настоящему уголовному делу каких-либо препятствий для постановления приговора суда не имеется, соответственно и отсутствуют правовые основания для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Вместе с тем автор представления обращает внимание, что приказом Минтруда России от <дата> №...н, зарегистрированным в Минюсте России <дата> №..., действительно отменено постановление Министерства труда и социального развития Российской Федерации, Министерства образования Российской Федерации от <дата> №... «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», однако согласно данному приказу в силу он вступил только с <дата>, то есть вмененный приказ действовал на момент совершения преступления.

Обсудив доводы апелляционного представления, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене, а уголовное дело - направлению на новое судебное разбирательство по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с ч. 2 ст. 389.24 УПК РФ оправдательный приговор суда первой инстанции может быть отменен судом апелляционной инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей на незаконность и необоснованность оправдания подсудимого.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с уголовно-процессуальным законом суд при постановлении приговора должен дать объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим этим выводам. При этом оправдательный приговор может быть постановлен в том случае, когда по делу исследованы с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и тщательно проанализированы, как в отдельности, так и в совокупности все собранные доказательства, им дана надлежащая оценка, имеющиеся противоречия выяснены и оценены, однако, несмотря на это, исключается или не подтверждается совершение подсудимыми преступления.

Приговор Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении У ДА этим требованиям не отвечает.

Как усматривается из приговора, У ДА оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УК РФ за отсутствием в действиях У ДА состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ.

Вместе с тем, принимая решение об оправдании У ДА по ч. 2 ст. 216 УК РФ, суд первой инстанции не проверил все доказательства и не дал им оценку, вопреки требованиям ст. 305 УПК РФ. При этом суд не привел анализа показаний всех допрошенных по делу свидетелей, как этого требует закон, необоснованно отверг ряд доказательств, представленных стороной обвинения, и не учел ряд обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Суд пришел к выводу, о том, что У ДА за короткий промежуток времени приблизительно в 25 минут, не обладая всей необходимой информацией о состоянии плавильной печи, не мог определить степень риска возможной аварии и повлиять на процесс который был фактически запущен в смену мастера литейного участка М АЮ Вместе с тем судом не дана оценка обстоятельствам установленным в ходе рассмотрения уголовного дела, о том, что У ДА являясь мастером литейного участка (с вредностью) с <дата>, принял смену от М АЮ, который передал ему информацию по инциденту возникшему при работе печи модели <...> том числе по обрыву канала резервуара, отсутствии стационарной термопары, и нерабочем состоянии ручной термопары, и с учетом наличия у У ДА информации о включении печи на полною мощность, У ДА дал указание плавильщикам в том числе К АА продолжить работу по обслуживанию работы печи. С учетом изложенного, судом также не дана оценка показаниям свидетеля М АЮ, о том, что У ДА проверил показатели работы печи, и лишь после этого принял смену.

В приговоре суда в нарушение норм закона полностью отсутствует оценка видеозаписи являющейся приложением к акту №...-ПР-240-556-О-14/НС (т.3 л.д. 60) с учетом того, что указанные доказательства согласно протокола судебного заседания были исследованы в судебном заседании <дата> (т. 11 л.д. 138). Вместе с тем судом отвергнуты показания свидетеля Я ЕВ о том, что У ДА в ходе телефонного разговора сообщил ему о протечке печи, в то время как из указанной видеозаписи просмотренной судом апелляционной инстанции на стадии подготовки дела к слушанию, следует, что в 06 часов 55 минут 53 секунды У ДА находиться на площадке обслуживания печи, разговаривая по телефону, обнаруживает протечку металла и убегая покидает площадку.

Выводы суда о необоснованным вменение в вину У ДА нарушения п. 13 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности процессов получения или применения металлов» (утвержденные приказом Ростехнадзора от <дата> №..., зарегистрировано Минюстом России <дата>, регистрационный №...), не соответствуют нормам содержащимся в указанных правилах, поскольку п. 13 предусматривает не проектирование объектов в металлургии, а технические и организационные меры по обеспечению промышленной безопасности металлургических производств и средств направленных на предотвращение риска аварий и смягчения их последствий, в том числе проверку работоспособности систем и элементов.

Не обоснованными являются выводы, суда о том, что не подлежит вменению У ДА нарушение положений приказа Минтруда России от <дата> №...н, зарегистрированным в Минюсте России <дата> №..., в связи с его отменой постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации, Министерства образования Российской Федерации от <дата> №... «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», поскольку на момент инкриминируемого У ДА преступления указанный приказ юридическую силу не утратил.

Выводы суда о несостоятельности доводов стороны обвинения о том, что У ДА не осуществил достаточный контроль за допуском к работе работника без наличия спецодежды и других средств индивидуальной зашиты, сделан, без надлежащей оценки видеозаписи CH01_2021NOV14065000_0dv4, просмотренной судом апелляционной инстанции при подготовке судебного заседания, из которой следует, что с момента принятия У ДА смены и до момента взрыва потерпевший Кочетов находится на площадке обслуживания печи без средств индивидуальной защиты, периодически Кочетов находится рядом с У ДА в непосредственной близости от печи.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что признавая недопустимым доказательством выводы комплексного заключения экспертов №... от <дата>, суд первой инстанции сослался лишь на отсутствие документально подтвержденных сведений о квалификации и уровне профессиональной подготовки экспертов, проводивших экспертизу, наличие у них специальных познаний, необходимых для ответа на поставленные перед экспертами вопросы, вместе с тем, суд первой инстанции не ограничен нормами уголовно-процессуального закона в целях проверки доказательств на их допустимость по собственной инициативе истребовать сведения о квалификации и уровне профессиональной подготовки экспертов, проводивших экспертизу.

Таким образом суд первой инстанции в нарушение норм УПК РФ устранился от всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, проигнорировал и не дал должной оценки имеющимся доказательствам, что повлияло на вынесение законного о обоснованного решения.

Апелляционное представление прокурора о незаконности и необоснованности оправдания У ДА, по основанию неправильного применения судом уголовного закона, содержит ссылку и обоснование, указывающие на допущенное судом первой инстанции существенное нарушение уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств, а также на несоответствие выводов суда, фактическим обстоятельствам дела.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции полагает, что обжалуемый приговор подлежит отмене в связи с допущенным судом первой инстанции существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое повлияло или могло повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, неправильным применением уголовного закона, а также несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ.

При новом рассмотрении настоящего уголовного дела суду первой инстанции необходимо устранить допущенные нарушения, полно, всесторонне и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, проверить доводы, содержащиеся в апелляционном представлении, и в зависимости от полученных данных решить вопрос о виновности либо невиновности У ДА

При решении вопроса о мере пресечения в отношении У ДА, суд апелляционной инстанции, принимает во внимание характер и степень общественной опасности инкриминируемого ему преступления, данные о его личности, и считает необходимым оставить без изменения ранее избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, что необходимо в целях обеспечения надлежащей явки У ДА в судебные заседания суда первой инстанции и недопущения возможности У ДА скрыться от суда.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении У ДА - отменить, направить уголовное дело в тот же суд, на новое судебное разбирательство, со стадии судебного разбирательства, в ином составе суда.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении У ДА оставить без изменения.

Апелляционное представление - удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья: