Приговор № 1-170/2018 от 11 октября 2018 г. по делу № 1-170/2018

Дело № 1- 170/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

12 октября 2018 года г. Вязники

Вязниковский городской суд Владимирской области в составе: председательствующего Быстрова С.В.,

при секретаре судебного заседания Хилковой Ю.Д.,

с участием государственного обвинителей старших помощников Вязниковского межрайонного прокурора Веренинова Д.В. и ФИО4,

подсудимой ФИО5,

его защитника – адвоката Шевченко Т.М.,

потерпевшей Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Вязники Владимирской области материалы уголовного дела в отношении

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. уроженки <адрес> гражданки Российской Федерации, зарегистрированной по адресу: <адрес>, фактически проживающей по адресу: <адрес> со средним специальным образованием, в браке не состоящей, имеющей малолетних детей ДД.ММ.ГГГГ рождения и ДД.ММ.ГГГГ рождения, работающей <данные изъяты> не военнообязанной, ранее не судимой, в рамках настоящего уголовного дела задержанной в соответствии со ст.ст. 91, 92 УПК РФ 10 мая 2018 г., после продления срока задержания 14 мая 2018 г. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО5 виновна в умышленном причинении смерти ФИО1 при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 21 часа 30 минут до 22 часов 15 минут ФИО5 совместно с сожителем ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения находились по месту жительства - в <адрес>

В указанном месте и в указанный период времени ФИО1 из чувства ревности высказал ФИО5 претензии по поводу того, что она уединилась в указанном доме со знакомым ФИО6 №3 В виду этого между ФИО1 и ФИО5 возникла словесная ссора, в ходе которой ФИО1 высказал в адрес ФИО5 оскорбления и, схватив ее своей рукой за волосы, нанес ФИО5 1 удар кулаком по спине, причинив тем самым последней, физическую боль.

В виду указанного аморального и противоправного поведения ФИО1 у ФИО5 в вышеуказанные время и месте возникла личная неприязнь к ФИО1 и преступный умысел, направленный на причинение ему смерти.

Реализуя задуманное, 8 мая 2018 г. в период времени с 21 часа 30 минут, но не позднее 22 часов 15 минут ФИО5, пребывая в состоянии алкогольного опьянения, продолжая находиться в комнате <адрес> держа в своей руке в момент возникновения конфликта нож, действуя умышленно, по мотиву личной неприязни, с целью причинения смерти ФИО1, нанесла ему один удар клинком данного ножа в жизненно-важную часть тела - в переднюю поверхность грудной клетки.

Своими преступными умышленными действиями ФИО5 причинила ФИО1 проникающее слепое колото-резанное ранение передней поверхности грудной клетки с повреждениями грудины, сердечной сорочки, правового желудочка сердца.

Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия от острой массивной кровопотери, развившейся в результате проникающего слепого колото-резанного ранения передней поверхности грудной клетки с повреждениями грудины, сердечной сорочки, правового желудочка сердца.

Данное телесное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и имеет прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти потерпевшего.

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО5 вину в предъявленном ей обвинении признала частично, не оспаривая, что он при изложенных в описательной части настоящего приговора обстоятельствах причинила смерть ФИО1, заявила, что вопреки предъявленному ей обвинению, она удар погибшему не наносила, а лишь, держа в руке нож, пыталась оттолкнуть последнего от себя, в результате лезвие ножа вонзилось ему в область груди.

Так, ФИО5 показала, что 8 мая 2018 г. во дворе дома по месту жительства в <адрес> она вместе с погибшим сожителем ФИО1, который ранее подвергал ее избиению, а также знакомыми ФИО6 №4 и ФИО6 №3 в присутствии малолетних детей ФИО6 №6, <данные изъяты> года рождения, и ФИО3, <данные изъяты> года рождения распивала спиртное.

После распития спиртного, около 20 часов 30 минут ФИО6 №4 высказала намерение вернуться домой в <адрес>, и ФИО1 вызвался ее проводить. Когда последние ушли, она вместе с детьми и ФИО6 №3 вернулась вовнутрь дома, и ставила готовить детям ужин.

Около 21 часа 30 минут указанного дня вернувшийся ФИО1 разбил окно кухни и стал пытаться через оконный проем проникнуть в жилую часть дома, высказал претензии по поводу того, что входная дверь заперта, а подсудимая и ФИО6 №3 вступили в интимную близость. Она проследовала к входной двери, и убедившись, что та не заперта, сообщила об этом ФИО1 и продолжила готовить ужин для детей. Вошедший через дверь ФИО1 повел себя агрессивно, продолжил обвинять ее в измене, не обращая внимание на ее и ФИО6 №3 пояснения об отсутствие причин для ревности. Тогда ФИО6 №3 потребовал у погибшего успокоиться, на что ФИО1 оскорбил ФИО6 №3, в результате чего между ними произошла ссора, переросшая в драку, в ходе которой ФИО6 №3 подверг ФИО1 избиению Она в конфликт не вмешивалась, продолжала готовить еду, используя кухонный нож. В это время ФИО1 подошел к ней сзади, и, выражаясь в ее адрес нецензурной бранью, одной рукой взял ее за волосы, а кулаком другой руки ударил ее по спине. Желая отстранить ФИО1 от себя, она оттолкнула ФИО1, при этом находящийся у нее в правой руке нож воткнулся в его грудь. В результате такого ранения ФИО1 заявил о своем намерении по этому поводу разобраться. Испугавшись, она выбежала на улицу, ФИО1 погнался за ней, но по пути упал и более не вставал. Вернувшись к раненному сожителю, она обнаружила, что тот не подавал внешних признаков жизни.

О случившемся она сообщила соседям ФИО7, попросила их вызвать сотрудников полиции и медицинских работников.

Аналогичные показания обвиняемая ФИО5 дала 21 мая 2018 г. в рамках проверки показаний на месте, а также во время следственного эксперимента, проведенного 15 августа 2018 г. (т. 1 л.д. 231-237, т. 2 л.д. 4-10)

Потерпевшая Потерпевший №1, мать погибшего, показала, что об обстоятельствах смерти ФИО1 она узнала от родственников.

Своего сына она охарактеризовала как спокойного и неконфликтного человека. За время совместного проживания с подсудимой ФИО1 хоть и злоупотреблял спиртным, но случаи применения им насилия к ФИО5 ей не известны.

ФИО6 ФИО6 №3, допрошенный в судебном заседании, показал, что 8 мая 2018 г. он вместе с подсудимой, ее сожителем ФИО1 и ее подругой ФИО6 №4, предварительно купив продукты питания и спиртное, направились домой к ФИО5, проживающей в <адрес>, и в огороде с 17 часов распивали спиртное.

Около 20 часов 30 минут ФИО6 №4 заявила о своем желании уйти домой, и ФИО1 вызвался ее проводить, поскольку та проживала в ином населенном пункте. После их ухода он, ФИО5 и ее малолетние дети проследовали вовнутрь дома, где стали общаться на отвлеченные темы.

Спустя час неожиданно разбилось окно на кухне, и вернувшийся ФИО1 вошел в кухню, где стал оскорблять свою сожительницу, обвиняя ее в измене, а их объяснения об отсутствии причин для таких подозрений, он не слушал. В этой связи между ФИО5 и ФИО1 произошла словесная ссора, в ходе которой погибший руками толкнул подсудимую. Он (ФИО6 №3) заступился за ФИО5, при этом он (ФИО6 №3) и ФИО1 в течение 4-7 минут наносили друг другу несколько ударов кулаками. После того, как их разняла ФИО5, он (ФИО6 №3) проследовал в соседнюю комнату, стал успокаивать находящихся там детей подсудимой. В этот момент он услышал донесшийся из кухни, где были ФИО5 и ФИО1, крик. Когда он выглянул в кухню, мимо него пробежал ФИО1 в сторону улицы, а ФИО5 продолжала находиться около печи. Спустя непродолжительное время ФИО5 вышла на улицу, а когда вернулась, заявила, что зарезала сожителя.

Не смотря на то, что из входной двери комнаты место происшествия просматривалось, момента нанесения на кухне ФИО5 удара ножом погибшему он не видел, поскольку был отвлечен детьми.

ФИО6 ФИО6 №4, проживающая в <адрес>, в судебном заседании показала, что 8 мая 2018 г. она находилась в гостях у ФИО5 в д. Коршуниха, где в огороде совместно с подсудимой, ее сожителем ФИО1, а также ФИО6 №3 отдыхала с употреблением спиртного. В процессе употребления алкогольных напитков она на некоторое время уснула, предварительно проследовав вовнутрь дома. Вечером, когда начинало темнеть, она изъявила желание вернуться к себе домой и попросила ФИО1 проводить ее, что тот и сделал. Свидетелем последующих событий, связанных с конфликтов подсудимой со своим сожителем она не является.

Семилетний свидетель ФИО6 №6, дочь подсудимой, допрошенная в судебном заседании, подтвердив правильность протоколов ее допроса от 10 мая 2018 г. и от 29 августа 2018 г. (т. 1 л.д. 91-93, 97-102), показала, что за время совместного проживания подсудимая и погибший часто в состоянии опьянения конфликтовали друг с другом.

В день смерти отца, 8 мая 2018 г., ФИО5, ФИО1 и гости (ФИО6 №3 и ФИО6 №4) отдыхали в огороде своего дома с распитием спиртного. Затем ФИО1, после ссоры с ФИО5, вместе с ФИО6 №4 ушли, а оставшиеся зашли вовнутрь дома, при этом подсудимая заперла входную дверь.

Спустя время ФИО1 вернулся, и когда подсудимая впустила его в дом, между ней и погибшим возник конфликт, обусловленный тем, что погибший обвинял ФИО5 в измене, при этом последняя не отрицала, что намерена прекратить с ним совместное проживание. Во время их ссоры, после того, как ФИО1 ударил ФИО5 кулаком по спине, за ФИО5 заступился находящийся в гостях мужчина (ФИО6 №3), который подверг ФИО1 избиению, и хотел уйти, но ФИО1, держа дверь, препятствовал его уходу. За этими действиями, которые происходили на кухне, она (ФИО6 №6) наблюдала из комнаты.

Затем ФИО5 взяла нож со стола и ударила им ФИО1 в область груди и выбежала на улицу. ФИО1 погнался за ней. Спустя некоторое время ФИО5 вернулась. Позже она узнала, что ФИО1 скончался.

Перед исследованием указанных выше протоколов допроса (т. 1 л.д. 91-93, 97-102), свидетель ФИО6 №6 заявила, что ножевое ранение погибшему причинил ФИО6 №3, но в процессе судебного заседания уточнила, что такие заявления ложные, обусловлены намерением помочь матери.

Согласно исследованным в судебном заседании протоколам допроса свидетелей от 9 мая 2018 г. и от 10 августа 2018 г., ФИО6 №2 и ФИО6 №1 и ФИО6 №10, будучи допрошенными на стадии предварительного следствия, показали, что 8 мая 2018 г. они находилась в гостях в <адрес>, расположенном рядом с домом, где проживает подсудимая.

В указанный день, около 20 часов, они слышали как ФИО5 ругается с ФИО1, а спустя время, уже около 22 часов 10 минут к ним пришла ФИО5, которая заявила, что ножом ударила ФИО1, просила вызвать работников полиции и медиков. Проследовав к дому подсудимой, они обнаружили лежащим на земле мертвого ФИО1 (т. 1 л.д. 69-71, 66-68, 109-111)

Согласно исследованному протоколу допроса от 15 августа 2018г., свидетель ФИО6 №5, проживающий по соседству с подсудимой, будучи допрошенным на стадии предварительного следствия показал, что ФИО5 в общении со своим сожителем, с которым часто возникали скандалы, инициированные ей самой, и который не был склонен к агрессии, держалась уверенно, не боялась его. Был случай, когда ФИО1 интересовался у него о том, не знает ли по поводу распространившихся слухов об изменах подсудимой с ФИО6 №3 (т. 1 л.д. 114-118)

В соответствии с протоколом допроса свидетеля от 15 августа 2018 г., допрошенная следователем ФИО6 №11, показала, что она имеет дачу, расположенную рядом с домом подсудимой. Последняя с сожителем ФИО1 постоянно употребляла спиртное. Между ними происходили скандалы, которые зачастую инициировала сама ФИО5 Ранее был случай полицейского разбирательства по поводу обращения подсудимой с заявлением о применении к ней насилия со стороны ФИО1 Она (ФИО6 №11) в качестве понятой была участником этой проверки, которой установлено, что ФИО1 подверг ФИО5 избиению, поскольку та угрожала ему ножом (т. 1 л.д. 121-124)

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 №5, троюродный брат подсудимой, показал, что взаимоотношения между ФИО5 и ее своим погибшим сожителем ФИО1 были обычные, на фоне бытовых ссор, они мирились. Хотя ФИО1 не отличался склонностью к насилию, однако несколько лет назад в его присутствии последний ударил ФИО5

Примерно за месяц до смерти ФИО1 интересовался у свидетеля об его информированности о наличии распространившихся слухов о том, что ФИО5 изменяла ему с ФИО6 №3

ФИО6 ФИО6 №9 в судебном заседании показала, что у нее есть знакомые ФИО5 и ФИО1, с которыми работала вместе. Она не знает о наличии между ними неприязни, однако несколько лет назад был единичный случай, когда подсудимая пришла на работу с телесными повреждениями, сказала, что ее избил ФИО1, который не отрицал факт применения насилия к сожительницы, обещал, что такого не повторится. И действительно более на теле ФИО5 она кровоподтеков не видела. ФИО5 она охарактеризовала как ответственного работника, ФИО1, с отличие от подсудимой, к работе относился неответственно, что выражалось в его прогулах на фоне пристрастия в спиртному.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля оперуполномоченный ОУР ОМВД России по Вязниковскому району ФИО6 №8, показал, что участвовал в проведении доследственного разбирательства по факту обнаружения трупа ФИО1

Прибыв 8 мая 2018 г. в составе оперативно-следственной группы на место происшествия, ФИО5 не отрицала, что она причинила телесное повреждение погибшему, позже, уже в здании полиции, подсудимая изъявила добровольное желание обратиться с явкой с повинной, что и было сделано в условиях отсутствия оказания на нее какого-либо давления

Вина ФИО5 в умышленном причинении смерти ФИО1 нашла свое подтверждение иными исследованными судом письменными материалами уголовного дела.

В соответствии с сообщением № 4821 ФИО6 №1 8 мая 2018 г. в 22 часа 20 минут по телефону обратился в дежурную часть ОМВД России по Вязниковскому району и сообщил о том, ФИО5 ударила ножом ФИО1, у последнего отсутствует пульс (т. 1 л.д. 39)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 9 мая 2018 г. при осмотре <адрес> зафиксирована обстановка. При осмотре кухни на тумбе кухонного гарнитура обнаружен нож, на полу найдены похожие на кровь следы в виде капель красно-бурого цвета ведущие от кухни к холодному коридору, с которых сделаны смывы на марлевые тампоны. Обнаруженные объекты изъяты. Около осматриваемого дома обнаружен труп ФИО1 с колото-резаным ранением в области грудной клетки. С места происшествия также изъята одежда, в которой находилась участвующая в осмотре ФИО5 – майка, джинсовые брюки и жакет (т. 1 л.д. 15-26)

Как следует из заключения эксперта № 233 от 5 июня 2018 г., при исследовании трупа ФИО1, обнаружены следующие телесные повреждения: проникающее слепое колото-резанное ранение передней поверхности грудной клетки с повреждениями грудины, сердечной сорочки, правого желудочка сердца; ушибленная рана правой брови; ссадины на лобной области слева, задней поверхности грудной клетки слева; кровоподтек на лобной области слева с переходом на параорбитальную клетчатку левого глаза; кровоизлияние на верхней губе со стороны слизистой; резанная рана 3 пальца правой кисти.

Смерть ФИО1 наступила от острой массивной кровопотери, развившейся в результате проникающего слепого колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждениями грудины, сердечной сорочки, правого желудочка сердца, что подтверждается наличием указанных повреждений, наличием большого количества крови в левой плевральной полости (1700,0 мл.), наличием крови в полости сердечной сорочки (80,0мл), малокровием внутренних органов и тканей, наличием полосчатых кровоизлияний под эндокардом левого желудочка сердца (пятна ФИО8), ишемией коркового слоя почек, признаками быстро наступившей смерти, выявленными при исследовании трупа, гистологическом исследовании кусочков его внутренних органов.

Это телесное повреждение по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью и имеет прямую причинно - следственную связь с наступлением смерти потерпевшего.

Повреждение имеет признаки прижизненного происхождения, на что указывают наличие кровоизлияний в подлежащих мягких тканях в зоне раны на коже, в тканях по ходу раневого канала, признаки кровотечения, кровопотери, данные гистологического исследования.

Учитывая форму и морфологические особенности краев и концов раны на коже передней поверхности грудной клетки слева, установленные при исследовании трупа и дополнительном медико-криминалистическом исследовании, наличие раневого канала в мягких тканях и внутренних органах, отходящего от раны, размеры раны, длину раневого канала и его направление, есть основание сделать вывод о том, что проникающее слепое колото-резанное ранение передней поверхности грудной клетки с повреждениями грудины, сердечной сорочки, правого желудочка сердца причинено одним ударом плоского колюще-режущего орудия - ножом, в направлении спереди назад, справа налево и снизу вверх по отношению к продольной оси тела потерпевшего, клинок которого имел одностороннюю заточку клинка, обушок прямоугольной формы, толщиной около 1-2 мм, с шириной клинка ножа на уровне части, погрузившейся в тело в пределах не менее 26-28 мм, длиной клинка не менее 9 см.

С полученным проникающим слепым колото-резанным ранением передней поверхности грудной клетки слева с повреждениями грудины, сердечной сорочки, правого желудочка сердца ФИО1 мог жить некоторое время и совершать активные действия.

Принимая во внимание наличие ранения правого желудочка сердца, после причинения проникающего слепого колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки ФИО1 мог жить непродолжительное время исчисляемое десятком минут.

Ушибленная рана правой брови; ссадины на лобной области слева, задней поверхности грудной клетки слева; кровоподтек на лобной области слева с переходом на параорбитальную клетчатку левого глаза; кровоизлияние на верхней губе со стороны слизистой; резанная рана 3 пальца правой кисти причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего не имеют.

В процессе причинения повреждения взаимное расположение потерпевшего и нападавшего могло быть любым, при котором локализация повреждения доступна травмирующему воздействию.

При судебно-химическом исследовании в крови из трупа ФИО1, обнаружен этиловый спирт в концентрации -2,7%о (г/л), в моче-3,1%о (г/л), такая концентрация этилового спирта при жизни могла соответствовать алкогольному опьянению сильной степени.

Исходя из степени выраженности ранних трупных явлений, установленных при исследовании трупа, учитывая обстоятельства дела, смерть ФИО1, наступила в пределах около 34-40 часов до момента фиксации трупных явлений в морге (экспертиза начата 10 мая 2018 г. в 10 часов) (т. 1 л.д. 153-165)

В соответствии с протоколом выемки от 14 мая 2018 г., следователем у судебно-медицинского эксперта изъята футболка, в которой труп ФИО1 был доставлен в морг, а также образец его крови (т. 1 л.д. 168-169)

Согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования от 9 мая 2018 г. у ФИО5, находящейся в статусе свидетеля, получен образец буккального эпителия (т. 1 л.д. 140)

Как следует из заключения эксперта № 172/81 от 30 мая 2018 г., генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из биологических следов на клинке ножа, двух тампонах – смывах (изъятых в ходе осмотра места происшествия), майке и джинсовых брюках ФИО5, а также образца крови ФИО1., одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от ФИО1, расчетная (условная) вероятность, что данные следы действительно произошли от ФИО1 не менее 99,9 % (т. 1 л.д. 175-185)

В соответствии с заключением эксперта № 119 МК от 22 мая 2018 г., кожная рана на передней поверхности грудной клетки трупа ФИО1 причинена острым орудием колюще-режущего типа - ножом, имеющим односторонне-острую заточку клинка. Ширина клинка ножа на уровне части, погрузившейся в тело, могла быть в пределах не менее 26-28 мм. Длина клинка ножа, с учетом глубины раневого канала на трупе была около 9 см. Обух клинка имел прямоугольную форму, с умеренно выраженными одинаковыми ребрами, толщину в 1,5-2 мм. Ранение ФИО1 могло быть причинено клинком фабричного кухонного ножа, предоставленного на экспертизу (изъятого с места происшествия) (т. 1 л.д. 190-191)

Согласно заключению эксперта № 158 от 22 июля 2018 г., на футболке, изъятой при осмотре места происшествия <адрес> имеется одно колото-резанное повреждение, которое могло быть образовано клинком ножа, изъятого при осмотре места происшествия (т. 1 л.д. 207-209)

Допрошенный в судебном заседании эксперт ЭКГ ОМВД России по Вязниковскому району ФИО2, проводивший трассологическую судебную экспертизу, по результатам которой им составлено вышеуказанное заключение № 158 от 22 июля 2018 г., показал, что в выводах своего заключения он ошибочно указал исследованную им футболку как изъятую в ходе осмотра места происшествия <адрес>. На самом деле данная футболка была изъята в ходе выемки у судебно-медицинского эксперта.

Согласно заключению эксперта № 114 от 11 мая 2018 г., при осмотре судебно-медицинским экспертом у ФИО5, обнаружена ссадина на задней поверхности правой половины грудной клетки. Данное телесное повреждение не причинило вреда здоровью, возникло от скользящего воздействия твердого тупого предмета, вполне возможно, в срок и при обстоятельствах, изложенных в постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы (8 мая 2018 г. около 22 часов в результате удара по спине, предположительно рукой) (т. 1 л.д. 147-148)

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 17 августа 2018 г., следователем осмотрены изъятые в ходе предварительного следствия предметы: кухонный нож; футболка ФИО1; джинсовые брюки и майка ФИО5; 2 марлевых тампона со смывами вещества красно-бурого цвета. Осмотренные предметы постановлением следователя от 17 августа 2018 г. признаны вещественными доказательствами. (т. 1 л.д. 211-213, 214-215)

Согласно заключению комиссии экспертов № 759 «а» от 3 июля 2018 г. у ФИО5 признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживается. На момент правонарушения она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент времени относящийся к правонарушению она не обнаруживала признаков какого-либо временного психического расстройства, а находилась в состоянии простого алкогольного опьянения.

В настоящее время ФИО5 также способна осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать по ним показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. (т. 1 л.д. 199-202)

Исследовав приведенные выше доказательства, суд пришел к выводу о том, что все они получены в соответствии с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законом. Их допустимость сомнений у суда не вызывает, они в целом согласуются между собой и дополняют друг друга, все они проверены судом на соответствие требованиям ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Подсудимая ФИО5 как в ходе предварительного следствия, так и на стадии судебного рассмотрения уголовного дела не отрицала, что при изложенных в описательной части настоящего приговора обстоятельствах она причинила смерть ФИО1

Ее показания нашли подтверждение как показаниями очевидца ФИО6 №6, так и показаниями свидетелей ФИО6 №3, ФИО6 №2, ФИО6 №1 и ФИО6 №10, которым сразу после случившегося ФИО5 рассказала, что она ранила погибшего.

Сторона защиты оспаривала законность следственного допроса свидетеля ФИО6 №6, полагала невозможным его проведение в присутствии бабушки допрашиваемой - Потерпевший №1, поскольку та была признана потерпевшей.

Вместе с тем, по мнению суда, участие Потерпевший №1 в допросе своей внучки не противоречит требованиям ст. 191 УПК РФ, которая предусматривает возможность участия в следственном действии законного представителя, поскольку данной нормой не раскрыто понятие законного представителя несовершеннолетнего свидетеля, в этой связи следователь вправе самостоятельно принимать решение о том, кто именно в той или иной ситуации является законным представителем несовершеннолетнего свидетеля.

Суд обращает внимание, что п. 12 ст. 5 УПК РФ, на что сослался защитник, раскрывает понятие законного представителя лишь обвиняемого, подозреваемого и потерпевшего, но не свидетеля, а ст. 280 УПК РФ, которой руководствовался защитник в прениях сторон, регламентирует порядок допроса свидетеля на стадии судебного судопроизводства.

Действительно, на что обратил внимание защитник в прениях сторон, Потерпевший №1 к моменту производства уже была признана потерпевшей, вместе с тем доводы защитника о том, что Потерпевший №1 склоняла свидетеля в даче тех или иных показаний не основаны на материалах дела, а являются лишь предположениями защитника.

В таких условиях исследованные в судебном заседании протоколы допроса ФИО6 №6 не противоречат требованиям уголовно-процессуального закона, а значит, являются допустимыми доказательствами.

Суд отмечает, что показания подсудимой согласуются с вещно-следовой картиной, зафиксированной протоколом осмотра места происшествия, в соответствии с которым внутри <адрес> найдены следы крови и нож, а во дворе дома – труп ФИО1 с колото-резаным ранением груди.

В соответствии с приведенными выше заключениями экспертов на одежде подсудимой, а также на ноже, обозначенным ФИО5 как орудие причинения смерти погибшему с вероятностью не менее 99,9% обнаружена кровь ФИО1, кожная рана потерпевшего, а также повреждение на его футболке могли быть причинены указанным выше ножом.

Сведений о том, что ФИО1 погиб в результате действий иных лиц и при иных обстоятельствах суду не представлено и это сторонами не спаривалось.

Действительно в судебном заседании малолетний свидетель ФИО6 №6 показала, что ранение ФИО1 причинил ФИО6 №3. Вместе с тем, в том же судебном заседании она заявила о ложности таких показаний, объяснив причину своего поведения желанием помочь своей матери.

Криминальный характер смерти ФИО6 №6 установлен результатами проведенной судебно-медицинской экспертизы его трупа.

При таких обстоятельствах суд считает доказанным, что именно ФИО5, ранив ножом ФИО1 в грудную клетку, причинила ему смерть.

Решая вопрос о направленности умысла подсудимой при причинении телесных повреждений погибшему, суд полагает необходимым руководствоваться следующим.

Действительно сторона защиты оспаривала выводы органов предварительного следствия о том, что ФИО5 при указанных выше обстоятельствах действовала в отсутствии умысла на лишение ФИО1 жизни, в частности, обернувшись из-за нанесенного ей ФИО1 удара по спине, держа в руках нож, она ранила погибшего по неосторожности.

Такую позицию стороны защиты суд считает не подтвержденной исследованными доказательствами и расценивает как способ уменьшить степень ответственности ФИО5

Так, сторонами не оспаривалось, и суд считает это доказанным, что ранению ФИО6 №6 предшествовало его аморальное поведение, выразившиеся в беспричинном разбитии стела в окне, инициированной им ссоре, а также противоправное его поведение, обусловленное нанесением подсудимой удара по спине, когда та готовила ужин для детей.

С учетом такого поведения ФИО1, у ФИО5 имелись основания испытывать к нему неприязнь.

О направленности умысла ФИО5 именно на причинение ФИО1 смерти свидетельствуют локализация телесных повреждений (в передней области грудной клетки слева), использование предмета с опасными свойствами (ножа), и, главное, - сила нанесенного удара, достаточная, как следует из заключения судебно-медицинского эксперта, для проникающего колото-резанного ранения со значительной глубиной раневого канала – не менее 9 см.

Кроме того, положение, в котором находилась ФИО5, - а именно отталкивание ФИО1 от себя для нанесения сильного удара, неудобно, что свидетельствует о ложности ее показаний.

Действительно непосредственно перед нанесением ножевого ранения со стороны ФИО5 ФИО1 подверг ее избиению, нанеся удар кулаком в область спины, что зафиксировано результатами судебно-медицинской экспертизы, согласно которой у ФИО5 обнаружена ссадина на задней поверхности правой половины грудной клетки.

Вместе с тем, даже в условиях такого насилия со стороны ФИО1, которое не было интенсивным, о чем свидетельствует незначительная тяжесть причиненного им подсудимой телесного повреждения, по мнению суда, ФИО5 не действовала в рамках необходимой обороны или при превышении ее пределов.

Так, в данной сложившейся обстановке ФИО5 находилась в доме не одна, а с ФИО6 №3, который, судя по его предшествующему поведению, связанному с попыткой пресечь аморальные действия погибшего с применением к ФИО1 физического насилия, был готов и способен защитить подсудимую.

Кроме того, несильный удар, в результате которого вреда здоровью причинено не было, по спине подсудимой ФИО1 нанес невооруженной рукой, вместе с тем, в этот момент ФИО5 в руках держала нож и имела возможность им защититься.

О том, что ФИО5 не опасалась активного нападения со стороны погибшего свидетельствует и тот факт, что, не смотря на его агрессивное поведение, она не опасалась повернуться к нему спиной, а также незадолго до этого не побоялась вмешаться и разнять дерущихся ФИО1 и ФИО6 №3, о чем сообщил последний во время судебного допроса.

В таких условиях суд считает доказанным, что ФИО5 при изложенных в описательной части приговора обстоятельствах ввиду предшествующего аморального и противоправного поведения ФИО1, испытывая к нему неприязнь, умышленно, с целью лишения его жизни нанесла имевшимся клинком ножа удар в область его грудной клетки, причинив ему смерть.

С учетом приведенного выше заключения комиссии экспертов № 759 «а» от 3 июля 2018 г., суд признает ФИО5 по отношению к инкриминируемому ей деянию вменяемой.

Действия ФИО5 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении размера и вида наказания, суд учитывает требования ст. ст. 6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимой, обстоятельства, смягчающие ее наказание, влияние наказания на ее исправление.

Так, в силу ст. 15 УК РФ совершенное ФИО5 преступление отнесено к категории особо тяжких.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает: добровольное обращение подсудимой с явкой с повинной, о чем показал свидетель ФИО6 №8; наличие у подсудимой малолетних детей; противоправность и аморальность поведения потерпевшего ФИО1, явившегося поводом для преступления, выразившегося в беспричинном разбитии оконного стекла в доме, инициировании ссоры и причинении физического насилия к ФИО5; оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в том, что сразу после преступления подсудимая обратилась к ФИО7 и просила их вызвать работников скорой медицинской помощи для ФИО1

Суд не признает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание изложенное в обвинительном заключении совершение подсудимой преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку, как установлено судом, причиной совершения ФИО5 преступления явилось не столько нахождение ее в состоянии опьянении, что сторона защиты не оспаривает, сколько поведение потерпевшего.

Суд принимает во внимание сведения о личности подсудимой ФИО5, которая впервые привлекается к уголовной ответственности, на учете у нарколога и психиатра не состоит, до совершения преступления к административной ответственности не привлекалась, ведет трудовой образ жизни, воспитывает детей, по месту жительства и работы имеет положительные отзывы.

В таких условиях, принимая во внимание необходимость влияния назначаемого наказания на исправление подсудимой, руководствуясь принципом справедливости и судейским убеждением, с учетом данных о ее личности, характере и тяжести совершенного ей преступления, суд полагает, что целям наказания, указанным в ст. 43 УК РФ, будет отвечать назначение ФИО5 безальтернативного наказания – лишения свободы на определенный срок.

При этом исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ей преступления, предусмотренных ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Учитывая повышенную общественную опасность совершенного ФИО5 преступления, обусловленного умышленным посягательством на жизнь человека, в результате которого наступили необратимые последствия в виде смерти потерпевшего, по мнению суда, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, ст. 53.1 УК РФ, а также для изменения категории тяжести этого преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ на менее тяжкую, суд не находит.

При определении размера наказания суд руководствуется требованиями ч. 2 ст. 68 УК РФ.

В силу п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО5, как совершившая особо тяжкое преступление, для исполнения наказания подлежит направлению в исправительную колонию общего режима.

В силу ч. 2 ст. 97 УПК РФ для обеспечения приговора до вступления его в законную силу надлежит ФИО5 избранную ей меру пресечения в виде домашнего ареста надлежит изменить на заключение под стражей, и взять ее под стражу в зале суда.

Постановлением Вязниковского городского суда Владимирской области от 14 мая 2018 г. в срок домашнего ареста ФИО5 зачтен срок ее задержания с 10 по 13 мая 2018 г. включительно.

При принятии решения о производстве зачета в срок лишения свободы времени нахождения ФИО5 под домашним арестом, в силу ст. 10 УК РФ суд полагает невозможным руководствоваться положениями ч. 3.4 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона № 186-ФЗ от 3 июля 2018 г.), в соответствии с которой время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы, поскольку эта норма уголовного закона начала действовать лишь с 14 июля 2018 г., то есть после совершения ФИО5 преступления, и она явно ухудшает положение подсудимой, поскольку до указанной даты одному дню заключения под стражей или лишения свободы соответствовал один день домашнего ареста.

В соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания ФИО5 под стражей подлежит зачету время ее домашнего ареста, то есть с 10 мая 2018 г. по день вынесения настоящего приговора.

Принимая во внимание необходимость такого зачета, учитывая требования ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона № 186-ФЗ от 3 июля 2018 г.), согласно которой время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 72 УК РФ в той же редакции, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, что явно улучшает положение подсудимой. В силу ст. 10 УК РФ данная норма подлежит применению к всему периоду задержания ФИО5, нахождения ее под домашним арестом и заключения ее под стражу до вступления настоящего приговора в законную силу.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет в соответствии со ст. 81 УПК РФ:

- 2 марлевых тампона со смывами вещества красно-бурого цвета, принадлежащие ФИО5 майку, джинсовые брюки, как не представляющие материальной ценности и невостребованные сторонами, а также нож, как орудие преступления, надлежит уничтожить.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 297, 299, 302-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО5 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу избранную ФИО5 меру пресечения в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу, взяв ее под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО5 исчислять с 12 октября 2018 г.

В срок содержания ФИО5 под стражей зачесть время ее задержания и нахождения ее под домашним арестом, то есть с 10 мая 2018 г. по 11 октября 2018 г. включительно.

В срок лишения свободы ФИО5 зачесть время содержания ее под стражей период с 10 мая 2018 г. до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: - нож, 2 марлевых тампона со смывами вещества красно-бурого цвета, майку и джинсовые брюки ФИО5, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Вязниковский городской суд Владимирской области в течение 10 суток с момента его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенными другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий судья (подпись) С.В. Быстров

Апелляционным определение Владимирского областного суда от 11.декабря 2018 года приговор Вязниковского городского суда Владимирской области от 12 октября 2018 года в отношении ФИО5 изменен:

- исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение положений Ч. 2 СТ. 68 УК РФ при назначении наказания признано смягчающим наказание обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступления;

- смягчено назначенное ФИО5 по ч. 1 ст. 105 УК РФ наказание до 6 лет лишения свободы; исключено из резолютивной части приговора указание на применение положений ч. 3.3 ст. 72 УК РФ при произведении зачета времени зачета времени содержания ФИО5 под стражей в срок лишения свободы.

В остальном приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба адвоката Шевченко Т.М. - без удовлетворения.