Апелляционное определение № 33-2834/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Мухаметов А.К. УИД 16RS0051-01-2024-006837-87

Дело №2-5966/2025

№33-2834/2026

Учет №219


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

12 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Халитовой Г.М.,

судей Леденцовой Е.Н., Телешовой С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Гатауллиным Б.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Халитовой Г.М. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 ФИО2 на решение Советского районного суда города Казани от 13 октября 2025 года, которым постановлено:

иск индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 о расторжении договора, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Расторгнуть договор купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительных прав) от 9 января 2024 г., заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО1.

Расторгнуть договор купли-продажи движимого имущества от 9 января 2024 г., заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО1.

Взыскать с ФИО1 (ИНН ....) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН ....) денежные средства в размере 300 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 200 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 отказать.

Встречный иск ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании денежных средств оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения ответчика ФИО1, ее представителя ФИО2 в поддержу доводов апелляционной жалобы, возражения представителя истца ИП ФИО3 ФИО4 относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

индивидуальный предприниматель ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 о расторжении договора, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 9 января 2024 года между сторонами был заключен договор купли-продажи движимого имущества. В тот же день, 9 января 2024 года между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительные права).

Оба договора в совокупности были направлены на приобретение действующего бизнеса - маникюрного салона, расположенного по адресу: <адрес>

Согласно пункту 4 договора купли-продажи движимого имущества от 9 января 2024 года, стоимость товара (гель-лаки и оборудование) и сумма договора составляет 580 000 рублей и должна оплачиваться в следующем порядке: в момент заключения договора покупатель осуществляет предоплату в размере 280 000 рублей (пункт 5.1 договора), остальные 300 000 рублей покупатель оплачивает в течение двух календарных дней с момента выполнения требований пункта 1.2 договора.

Обязательства, предусмотренные договором, покупателем выполнены, денежные средства в размере 280 000 рублей переданы продавцу в установленные договором сроки, что подтверждается распиской.

Согласно пункту 1.2 договора продавец обязуется обеспечить (гарантирует заключение) перезаключение договора аренды (либо субаренды) между покупателем и правообладателем помещения, на котором расположено указанное движимое имущество (пункт 1.1. договора), с целью продолжения профильной деятельности покупателем услуг, оказываемых маникюрным салоном - «Эмануэль».

Указанное условие является существенным, поскольку влияет на стоимость настоящего договора и должно быть исполнено до даты окончательного расчета по настоящему договору (пункт 1.2 договора)

На дату заключения договора правообладателем помещения выступало ООО «Бахетле-1».

Однако после внесения покупателем предоплаты в размере 280 000 рублей, продавец условия пункта 1.2 не выполнил, перезаключение договора аренды (субаренды) с правообладателем не обеспечил.

Более того, покупателю от представителя правообладателя ООО «Бахетле-1» в лице ФИО5, действующей на основании доверенности, стало известно, что договор аренды (субаренды) помещения не может быть продлен более чем до 5 февраля 2024 года, пролонгация срока аренды (субаренды) не предусмотрена.

Данное обстоятельство обусловлено тем, что ООО «Бахетле-1» прекращает свою деятельность по адресу: <адрес>

При таких обстоятельствах продолжение ведения профильной деятельности маникюрного салона «Эмануэль», расположенного по адресу: <адрес> далее невозможно.

Таким образом, покупатель не только не исполнил свои обязательства, предусмотренные пунктом 1.2 договора, то есть не обеспечил перезаключение договора аренды (субаренды) с правообладателем, но и в силу сложившихся обстоятельств данное условие договора является невыполнимым.

Согласно договору купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительные права) от 9 января 2024 года, предметом договора выступили: инстаграм аккаунт «Emmanuel_kzn» (интернет-сайт https://www.instagram.com/emmanuel_kzn) (деятельность организации Instagram запрещена на территории Российской Федерации); абонентский номер телефона ....; список клиентов маникюрного салона «Эмануэль».

Пунктом 3.1 договора стоимость товара и сумма договора составляет 20 000 рублей и должна оплачивается до подписания настоящего договора (пункт 3.2 договора).

Обязательства, предусмотренные договором, выполнены покупателем, денежные средства в размере 20 000 рублей переданы ответчику надлежащим образом в установленные договором сроки.

Согласно пункту 2.1 договора, продавец обязан передать все права на доменное имя, исключительные имущественные права на интернет-сайт; перерегистрировать доменное имя с продавца на покупателя; передать все необходимые пароли доступа к администрированию интернет-сайта, электронных почтовых адресов и т.д.; не препятствовать использованию интернет-сайта после передачи прав на него покупателю.

Однако после внесения покупателем предоплаты в размере 20 000 рублей, продавец условия пункта 2.1 в полном объеме не выполнил: перерегистрацию доменного имени инстаграм аккаунта «Emmanuel kzn» с продавца на покупателя не произвел, права на доменное имя не передал, тем самым препятствует использованию интернет-сайта по назначению.

При заключении договоров (купли-продажи движимого имущества и комплекса имущественных прав) продавец был поставлен покупателем в известность о конкретной цели приобретения движимого имущества и комплекса имущественных прав, а именно для ведения бизнеса по оказанию услуг маникюрным салоном - «Эмануэль» по адресу: <адрес>, в комплексе с использованием инстаграм аккаунта «Emmanuel kzn».

19 января 2024 года истцом в адрес ответчика направлена письменная претензия с требованием о возврате денежных средств, уплаченных по договорам в размере 300 000 рублей, которая впоследствии оставлена без ответа.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец, с учетом уточнений, просил суд расторгнуть договор купли-продажи движимого имущества от 9 января 2024 года, расторгнуть договор купли-продажи комплекса имущественных прав от 9 января 2024 года, взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 300 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 200 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Заочным решением Советского районного суда города Казани от 28 мая 2024 года исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 о расторжении договора, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Определением Советского районного суда города Казани от 19 мая 2025 года заочное решение Советского районного суда города Казани от 28 мая 2024 года отменено, рассмотрение дела по существу возобновлено.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 обратилась в суд со встречным иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи.

Требования мотивированы тем, что согласно пункту 2 договора купли-продажи движимого имущества от 9 января 2024 года, ФИО1 передала указанное имуществу ФИО3

Согласно пункту 4 договора стоимость имущества определена сторонами в размере 580 000 рублей.

Порядок оплаты согласован следующий: сумма в размере 280 000 рублей передана до подписания договора; оставшаяся сумма в размере 300 000 рублей оплачивается истцом ответчику после исполнения пункта 1.2 договора, который предусматривает обязанность перезаключения договора аренды между истцом и правообладателем помещения.

Исходя из указанного порядка оплаты, предусматривается, что сумма в размере 280 000 рублей передана за принятое истцом имущество, согласно пункту 1 договора купли- продажи движимого имущества от 9 января 2024 года и никак не связана с выполнение или невыполнением пункта 1.2 договора купли-продажи движимого имущества от 9 января 2025 года.

В пункте 1.2 договора изложена обязанность ФИО1 по обеспечению перезаключения договора аренды между ИП ФИО3 и правообладателем помещения, на котором расположено передаваемое имущество, а именно по адресу: <адрес>

При этом, речь в договоре шла не о магазине «Бэхетле», а о торговом центре в целом, в котором находилась точка маникюра Emmanuel.

При этом ФИО3 не отрицает, что договор субаренды был перезаключен, однако ФИО3 не устроил срок аренды. Указано, что смена правообладателя помещения никак не мешает перезаключению договора субаренды с новым правообладателем и не мешает ведению профильной деятельности маникюрного салона.

Ответчик полагает, что свои обязанности в рамках договора купли-продажи движимого имущества от 9 января 2025 года исполнила в полном объеме. Однако ФИО3 свою обязанность по внесению оплаты, согласно графику, в размере 300 000 рублей не исполнила.

В силу вышеизложенного, ФИО1 просила суд взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 задолженность по договору купли-продажи движимого имущества от 9 января 2025 года в размере 300 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10 января 2024 года по 11 июня 2025 года в размере 79 256 рублей 66 копеек, расходы на оплату государственной пошлины в размере 11 981 рублей.

Представитель ИП ФИО3 ФИО4 в суд первой инстанции первоначальный иск поддержала, встречный иск не признала.

Ответчик ФИО1 и её представитель ФИО2 в судебном заседании первоначальный иск не признали, встречные исковые требования поддержали.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Бахетле-1» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайство об отложении разбирательства дела не представил.

Судом постановлено решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 З.А.ДБ. выражает несогласие с решением суда, ввиду незаконности и необоснованности, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении встречных исковых требований. Податель жалобы указывает на то, что договор купли-продажи имущественных прав исполнен надлежащим образом и его расторжение незаконно, поскольку логин и пароль от аккаунта, клиентские списки и номер телефона были переданы ответчику. Апеллянт полагает, что суд вышел за пределы полномочий, дополнив договор условием о «разумном долгосрочном сроке» аренды. Кроме того, ссылается на то, что принятое судом решение приводит к явному неосновательному обогащению истца в нарушение положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов жалобы.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО1, ее представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержали, представитель истца ИП ФИО3 ФИО4 относительно доводов апелляционной жалобы возражала.

В заседание судебной коллегии представитель ООО «Бахетле-1» не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Судебная коллегия признала возможным рассмотреть жалобу в отсутствие третьего лица в соответствии с требованиями части 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). К отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено правилами Гражданского кодекса об этих видах договоров.

Положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

Согласно пункту 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

На основании пункта 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

В силу пункта 2 данной статьи, если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным п. 4 этой статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий:

1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;

2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;

3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;

4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

Согласно пункту 5 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Из содержания приведенных норм права следует, что обязательным условием для расторжения договора по заявленному основанию является факт существенного нарушения его условий, влекущим для другой стороны такой ущерб, при котором она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что 9 января 2024 года между ИП ФИО1 и ИП ФИО3 был заключен договор купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительных прав), по условиям которого ИП ФИО1 передает комплекс имущественных и иных прав на следующее имущество: инстаграм аккаунт Emmanuel_kzn (интернет-сайт https://www.instagram.com/emmanuel_kzn, сеть «Инстаграм» запрещена на территории Российской Федерации); абонентский номер телефона ....; список клиентов маникюрного салона «Эмануэль».

Пунктом 3.1 договора стоимость товара и сумма договора составляет 20 000 рублей и должна оплачивается до подписания настоящего договора (пункт 3.2 договора).

Обязательства, предусмотренные договором, выполнены ИП ФИО3, денежные средства в размере 20 000 рублей переданы ответчику, что подтверждается распиской.

В соответствии с пунктом 2.1 договора, продавец обязан передать все права на доменное имя, исключительные имущественные права на интернет-сайт; перерегистрировать доменное имя с продавца на покупателя; передать все необходимые пароли доступа к администрированию интернет-сайта, электронных почтовых адресов и т.д.; не препятствовать использованию интернет-сайта после передачи прав на него покупателю.

Между тем, допустимых доказательств передачи или переоформления на имя истца доменного имени, номера телефона и предоставления доступа к спискам (таблицам) с клиентами, согласно пункту 1.1 договора купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительных прав) от 9 января 2024 г., ответчиком ФИО1 не представлено.

9 января 2024 года между ИП ФИО1 и ИП ФИО3 также заключен договор купли-продажи движимого имущества, по условиям которого ИП ФИО1 продает покупателю ИП ФИО3 гель-лаки и оборудование, находящиеся по адресу: <адрес>

Согласно пункту 1.2 договора, продавец обязуется обеспечить (гарантирует заключение) перезаключения договора аренды (либо субаренды) между покупателем и правообладателем помещения на котором расположено указанное движимое имущество (пункт 1.1 договора), с целью продолжения профильной деятельности покупателем услуг, оказываемых маникюрным салоном - «Эмануэль». Указанное условие является существенным, поскольку влияет на стоимость настоящего договора и должно быть исполнено до даты окончательного расчета по настоящему договору.

Согласно пункту 4 договора купли-продажи движимого имущества от 9 января 2024 года, стоимость товара и сумма договора составляет 580 000 рублей и должна оплачиваться в следующем порядке: в момент заключения договора покупатель осуществляет предоплату в размере 280 000 рублей (пункт 5.1 договора), остальные 300 000 рублей покупатель, оплачивает в течение двух календарных дней с момента выполнения требований пункта 1.2 договора.

Как установлено судом первой инстанции, обязательства, предусмотренные договором, покупателем выполнены, денежные средства в размере 280 000 рублей переданы продавцу ФИО1

9 января 2024 года ФИО1 в адрес ФИО3 направлено уведомление о том, что договор субаренды №Р-41 от 1 июня 2019 года на нежилую площадь размером 17 кв.м., расположенную на 1 этаже здания по адресу: <адрес> расторгнут по соглашению сторон с арендодателем, арендодатель договор аренды.

Материалы дела свидетельствуют о том, что 12 января 2024 года ФИО1 в адрес ФИО3 направлена претензия с требованием в срок до 26 января 2024 года погасить сумму задолженности за переданное имущество в размере 300 000 рублей.

19 января 2024 года ФИО3 в адрес ФИО1 направлена претензия о расторжении договоров и возвращении денежных средств.

19 января 2024 года ФИО1 прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

Обосновывая требования, ФИО3 ссылалась на то, что для приобретения действующего бизнеса - маникюрного салона, она заключила названные выше договоры, при этом продавец гарантировал заключение, перезаключение договора аренды (либо субаренды) между покупателем и правообладателем помещения на котором расположено указанное движимое имущество, с целью продолжения профильной деятельности покупателем услуг, оказываемых маникюрным салоном - «Эмануэль». Это условие было существенным и влияло на стоимость сделки. Между тем, продавец существенные условия договора не исполнил, договор аренды (субаренды) помещения предлагалось ФИО3 заключить лишь на 27 дней (до 5 февраля 2024 года), а пролонгация срока действия договора аренды не предусмотрена. В подтверждение указанных обстоятельств ФИО3 представлен проект договора субаренды №Р-84 от 9 января 2024 года с ООО «Бахетле-1», согласно пункту 6.2 которого срок субаренды устанавливается до 5 февраля 2024 года, автоматическая пролонгация срока субаренды не предусмотрена.

Поскольку срок действия договора субаренды был установлен до 5 февраля 2024 года, ФИО3 отказалась от заключения договора с ООО «Бахетле-1».

19 января 2024 года между ООО «Бахетле-1» и ИП ФИО1 заключено соглашение о расторжении договора субаренды №Р-41 от 1 июня 2019 г. и подписан акт сдачи-приемки (возврата).

При этом как следует из ответа ООО «Бахетле-1» срок прекращения субаренды с ИП ФИО1 определен на более длительный срок - до 11 марта 2024 года.

Разрешая спор и частично удовлетворяя первоначальный иск, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 424, 450, 451, 453, 454, 478, 480, 485 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что ФИО1 гарантировала заключение, перезаключение договора аренды (либо субаренды) с целью продолжения профильной деятельности покупателем услуг, оказываемых маникюрным салоном - «Эмануэль», но вместо долгосрочного договора аренды (субаренды), на который рассчитывал покупатель для осуществления деятельности по оказанию услуг маникюрным салоном «Эмануэль», ФИО3 был предложен договор субаренды, срок действия которого истекал через 27 дней без возможности пролонгации. Кроме того, доказательств передачи или переоформления на имя истца доменного имени, номера телефона и предоставления доступа к спискам (таблицам) с клиентами, согласно пункту 1.1 договора купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительных прав) от 9 января 2024 г., ответчиком ФИО1 представлено не было.

Учитывая, что покупатель в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договоров купли-продажи, в том числе на перезаключение на долгосрочной основе договора аренды (субаренды) для ведения деятельности маникюрного салона в помещении, находящемся по адресу: <адрес>, суд первой инстанции расторгнул договоры купли-продажи комплекса имущественных прав (исключительных прав) от 9 января 2024 года и купли-продажи движимого имущества от 9 января 2024 года, заключенные между сторонами, взыскал с ФИО1 в пользу ИП ФИО3 денежные средства в размере 300 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 200 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей.

Районный суд также не нашел правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 задолженности по договору купли-продажи движимого имущества, процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку в связи с существенным изменением обстоятельств, вышеуказанный договор, заключенный между сторонами, признан судом первой инстанции расторгнутым.

Указанные выводы суда первой инстанции являются правильными, основанными на установленных обстоятельствах, соответствуют закону.

Юридически значимые обстоятельства судом установлены правильно; обжалуемое судебное постановление вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права на основании представленных сторонами по делу доказательств, которым судом дана оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о том, что договор купли-продажи имущественных прав исполнен надлежащим образом, не влияют на правильность состоявшегося судебного постановления, поскольку доказательств передачи полного комплекса имущественных прав апеллянтом не представлено. Отсутствуют доказательства передачи прав на доменное имя, внесении в реестр соответствующих записей о новом администраторе.

Ссылка в апелляционной жалобе о том, что принятое судом решение приводит к явному неосновательному обогащению истца, не может являться основанием для отмены постановленного судом решения, в силу следующего.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств ее доводов о том, что истец неосновательно обогатилась за счет ответчика.

Утверждения в апелляционной жалобе о том, что суд первой инстанции, расторгнув договор, не вернул стороне все полученное по сделке, не могут служить основанием для отмены судебного решения, поскольку таких требований ФИО1 заявлено не было, в связи с чем принял решение по заявленным требованиям, исходя из предмета и основания иска (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом ФИО1 не лишена возможности обратиться в суд с самостоятельными исковыми требованиями для защиты своего нарушенного права.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают изложенные в решении выводы суда, а фактически воспроизводят обстоятельства, являвшиеся предметом судебного исследования и получившие в соответствии с требованиями ст. 194, 196, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правовую оценку в принятом по делу решении суда первой инстанции.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих отмену состоявшегося судебного решения.

Руководствуясь ст. 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Советского районного суда города Казани от 13 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 25 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи