Решение № 2-196/2020 2-196/2020(2-3528/2019;)~М-2709/2019 2-3528/2019 М-2709/2019 от 29 сентября 2020 г. по делу № 2-196/2020

Дело № 2-196/2020

24RS0017-01-2019-003275-73


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 сентября 2020 года Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи – Турановой Н.В.,

с участие помощника прокурора Железнодорожного района г. Красноярска – Кнор А.И.,

при секретаре – Моисеенко В.Г.,

с участием:

представителя истца – ФИО7 (действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ);

представителя ответчика – ФИО8 (действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ);

представителя третьего лица ФИО9 – ФИО10 (действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ);

представителя третьего лица ООО «Красстрой-сервис» - ФИО11 (действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО12 в интересах ФИО13 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лифтремонт» об установлении акта трудовых отношений, признание несчастного случая связанного с производством, взыскание заработной платы, компенсации морального вреда,

У с т а н о в и л :

ФИО12 в интересах своего недееспособного сына ФИО13 обратилась в суд с иском к ООО «Лифтремонт», в котором просила установить факт трудовых отношений между ООО «Лифтремонт» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обязать ответчика внести сведения о трудоустройстве ФИО13 в трудовую книжку, взыскать в пользу истца невыплаченную заработную плату в размере 30 000 рублей, признать несчастный случай, произошедший с ФИО13 03.11.2018 года, несчастным случаем на производстве, повлекший за собой полную утрату трудоспособности ФИО13, взыскать в счет компенсации морального вреда 2 000 000 рублей (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.д.169-170).

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 был принят на работу в ООО «Лифтремонт» на должность монтажника по монтажу лифтового оборудования, выполнением работ руководил ФИО9 ФИО13 ежедневно выходил на работу, рабочий день длился с 08-00 до 18-00 часов, заработную плату получал два раза в месяц наличными, размер которой составлял 30 000 рублей. Заработную плату ему выдавал ФИО9, ФИО13 также были выданы инструменты, спецодежда с логотипом «Лифремонт», он переодевался в бытовке со всеми рабочими ООО «Лифтремонт». ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай – ФИО13 упал в шахту лифта, получил множественные тяжелые повреждения, полученные повреждения явились основанием для признания его недееспособным. Ответчик, допустив ФИО13, к работе, не оформил надлежащим образом трудовые отношения, не внес запись в трудовую книжку. Также ФИО13 не была выплачена заработная плата за месяц перед несчастным случаем. Не выполнение работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда привело к несчастному случаю, в связи с чем просит взыскать с ответчика ООО «Лифтремонт» в счет компенсации морального вреда 2 000 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО7 (действующая на основании доверенности) требования подержала в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, в уточненном исковом заявлении. Законный представитель недееспособного ФИО13 – ФИО12 ранее в судебном заседании поддержала в полном объеме заявленные требования.

Представитель ответчика ФИО8 (по доверенности) с иском не согласна по основаниям, указанным в своих письменных возражениях, представленных суду, пояснила, что ФИО13 никогда не работал в ООО «Лифтремонт», приказ о его принятии на работу не издавался, к работе его не допускали, спецодежду не выдавали. Каким образом он оказался в подъезде строящегося <адрес>, пояснить не может. Возможно, он самостоятельно зашел на объект. Более того, указывает, что в момент падения в приямок шахты лифта ФИО13 находился в состоянии алкогольного опьянения. По факту его падения была проведена проверка, по результатам которой составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено, что несчастный случай, имевший место ДД.ММ.ГГГГ с ФИО13 не является несчастным случаем на производстве и не связан с производством работ, выполняемых сотрудниками организации. Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, где в качестве лиц, допущенных к работе на объекте, указан ФИО13 ООО «Лифтремонт» не издавался. Указывает на то, что истцом пропущен установленный законом срок для защиты нарушенного права. Просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Представитель третьего лица ФИО9 – ФИО10 (по доверенности) возражала против удовлетворения иска, суду пояснила, что ФИО13 работал по гражданско-правовому договору, заключенному с ФИО9, выполнял работу, не связанную с монтажом лифтов – подготовительные работы для передачи лифтового оборудования, очистка помещения, погрузка-выгрузка. ФИО9 дал ФИО13 одежду, которую он получал для себя на складе, в дальнейшем при инвентаризации, выявилась недостача одежды и с ФИО9 была удержана денежная сумма – стоимость спецодежды. Работал ФИО13 с ФИО9 непродолжительное время, в дальнейшем договор был расторгнут.

Представитель третьего лица ООО «Красстрой-сервис» - ФИО11 (по доверенности) суду пояснил, что ООО «Красстрой-сервис» являлся заказчиком строящегося <адрес> микрорайоне «ФИО1». С ООО «Лифтремонт» был заключен договор на поставку лифтового оборудования и на выполнение работ по пуско-наладке лифтового оборудования. Им был предоставлен приказ ООО «Лифтремонт» от ДД.ММ.ГГГГ о назначении ответственных лиц и создании рабочей бригады по данному объекту, пострадавший ФИО13 был указан в качестве лица, ответственного за монтаж лифтового оборудования.

Представители третьих лиц ГУ Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ООО «Красводстрой», третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом.

Суд, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, выслушав заключение помощника прокурора <адрес> Кнор А.И., полагавшей исковые требования удовлетворить, приходит к выводу об удовлетворении требований.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ ООО «Красводстрой», в лице директора ООО «КРАССТРОЙ-СЕРВИС» ФИО2, (Заказчик) и ООО «Лифтремонт», в лице директора ФИО3, (Подрядчик) заключили договор № № на выполнение работ по монтажу и пуско-наладке лифтового оборудования на объекте – «Многоэтажные жилые дома со встроенными нежилыми помещениями объектами соцкультбыта и закрытой автомобильной парковкой в жилом массиве <адрес>», расположенный по адресу: <адрес>т.3 л.д. 137 - 144).

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Лифтремонт», в лице директора ФИО3, и работником ФИО9 заключен трудовой договор, согласно которому Работник принят на работу на должность начальника монтажного участка с испытательным сроком на три месяца (т. 2 л.д.83).

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ работник ФИО9 принят на работу в ООО «Лифтремонт» с ДД.ММ.ГГГГ на неопределенный срок на должность начальника монтажного участка (т.2 л.д. 84-86).

Приказом ООО «Лифтремонт» назначена комиссия для расследования несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на объекте строительства – жилой массив «Пашенный» по строительному адресу: <адрес> (т.1 л.д.200).

ДД.ММ.ГГГГ директором ООО «Лифтремонт» утвержден акт № о несчастном случае. Из указанного акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов до 12-30 часов, сотрудники ООО «Лифтремонт» выполняли электромонтажные работы на объекте, каким образом оказался на объекте ФИО13 не известно. Какие обстоятельства послужили причиной, в результате которой ФИО13 оказался в приямке шахты лифта, - членам комиссии не удалось определить и установить. Вид происшествия квалифицирован как несчастный случай, не являющийся производственным и не связанный с производством работ выполняемых сотрудниками организации ООО «Лифтремонт» (т.1 л.д. 204).

По данному факту возбуждено уголовное дело, предварительным следствием установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 12-50 часов произошло падение гр.ФИО13 в приямок шахты лифта (глубиной 1,7 м), расположенного в лифтовой первого подъезда строящегося <адрес>, последний получил телесные повреждения в виде открытой проникающей черепно-мозговой травмы, ушиба головного мозга тяжелой степени, острой субдуральной гематомы слева, многооскольчатых переломов свода черепа с переходом на основание черепа, рвано-ушибленной раны на правой стопе.

Постановление от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по факту нарушения правил безопасности при ведении строительных и иных работ, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО13 прекращено за отсутствием события преступления, предусмотренного ч.1 ст. 216 УК РФ, то есть по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ (т.4 л.д.1-74).

Решением Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признан недееспособным (т.1 л.д.16-17).

Распоряжением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 назначена опекуном над ФИО13 (т.1 л.д. 15).

Оценивая имеющиеся по делу доказательства, суд принимает во внимание следующее.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении.

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором.

При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (пункт 18 постановления Пленума от 29 мая 2018 года N 15).

Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Оценивая имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к безусловному выводу, между ФИО13 и ООО «Лифтремонт» сложились трудовые отношения.

Так, из совокупности представленных суду доказательств следует, что ФИО13 был фактически допущен к работе, с ведома и по поручению начальника монтажного участка ООО «Лифтремонт» ФИО9 выполнял работу по монтажу лифтов в строящемся доме на объекте «ФИО1», в полномочия которого входит организация работ электромехаников, выдача бригадам (звеньям) задания на выполнения технического обслуживания, распределение работ в бригадах.

Как пояснили в судебном заседании свидетели ФИО4, ФИО5, ФИО6, не доверять показаниям которых у суда оснований не имеется, они некоторое время работали вместе с ФИО13, работу нашли по объявлению в бегущей строке, где был указан телефон ФИО9, он их принимал на работу в ООО «Лифтремонт», но при этом, пояснял, что принимает их на испытательный срок, в связи с чем, заключает гражданско-правовой договор, в дальнейшем обещал оформить все надлежащим образом, однако, они так и не были оформлены, задание им выдавал ФИО9, работали они на объектах ООО «Литремонт», рабочий день начинался в 08-00 заканчивался 17-00 часов. В настоящее время они не работают в ООО «Лифтремонт», когда общались с ФИО13, он им говорил, что ФИО9 обещал его официально трудоустроить.

Указанные пояснения опровергают доводы представителя третьего лица ФИО9 – ФИО10 о заключении с ФИО13 срочного трудового договора.

Из должностной инструкции ФИО9 (т.2 л.д.102) следует, что он вправе давать предложение по приему новых рабочих, в связи с чем, при наличии таких полномочий он мог допустить, и допускал работников к работе в ООО «Лифтремонт».

Также, из пояснения ФИО12 следует, что после несчастного случае, она забирала одежду сына из бытовки-вагончика с логотипом ООО «Лифтремонт».

Кроме того, в момент падения ФИО13 находился в одежде с логотипом ООО «Лифтремонт».

Как следует, из копии приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, которая была предоставлена представителем ООО Красстрой-Сервис», ФИО13 был указан в качестве работника ООО «Лифтремонт» (т. 4 л.д.172).

Довод представителя ответчика о том, что такой приказ не издавался, кроме того, суду не был представлен подлинник приказа, в связи с чем невозможно проверить подлинность данного приказа, суд находит несостоятельным.

Таким образом, фактический допуск работника к работе, неоформление работодателем, фактически допустившим работника к работе, трудового договора, является злоупотреблением со стороны работодателя правом на заключение трудового договора, в связи с чем, суд считает необходимым установить факт трудовых отношений ФИО13 и ООО «Лифтремонт», обязать ООО «Лифтремонт» внести сведения в трудовую книжку о работе ФИО13 в качестве монтажника лифтового оборудования с ДД.ММ.ГГГГ, то есть, с даты фактического допуска его к работе и заключения с ним срочного трудового договора и обязать ответчика внести сведения в трудовую книжку о его работе в качестве монтажника лифтового оборудования с ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, несчастный случай, произошедший с ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ, является несчастным случаем на производстве.

Также суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за ДД.ММ.ГГГГ года в размере 30 000 рублей.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом, другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характер последствий этого нарушения.

В соответствии со ст.1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (п.2. Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Статья 1068 ГК Ф предусматривает, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, при этом работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Статья 219 ТК РФ предусматривает, что каждый работник имеет право на: рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда; обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя.

Суд приходит к безусловному выводу о том, что в данном рассматриваемом случае, причинение вреда здоровью ФИО13 наступило вследствие несчастного случая на производстве, поскольку работник исполнял свои трудовые обязанности, работа выполнялись по заданию работодателя, который, в силу ст. 212 Трудового кодекса РФ, обязан был обеспечить безопасные условия труда.

Несчастный случай на производстве произошел в результате нарушения работодателем требований, предъявляемых к безопасности работ и охране труда, ненадлежащим обеспечением контроля за организацией и проведением работ.

В связи с чем, работник ФИО13, в лице своего опекуна – ФИО12, вправе ставить вопрос о взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда принимает во внимание, что работодатель ненадлежащим образом исполнил свою обязанность по обеспечению безопасных условий труда, в результате чего работнику причинен тяжкий вред здоровью, повлекший полную утрату трудоспособности. При этом суд, также учитывает степень вины самого потерпевшего, который находился в состоянии алкогольного опьянения, и полагает возможным взыскать в счет компенсации морального 800 000 рублей.

Все доводы представителя оттветчика, третьего лица ФИО9 сводятся по существу к отрицанию наличия трудовых отношений с целью избежать ответственности за неоформление работника на работу, заключения с ним трудового договора, и возмещения вреда здоровью.

Ссылка представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности основана на неправильном толковании закона.

Согласно ст. 395 ТК РФ при признании органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, денежных требований работника обоснованными они удовлетворяются в полном размере.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал в своих постановлениях, что статья 395 Трудового кодекса Российской Федерации носит гарантийный характер и в системной связи с частью первой статьи 392 данного Кодекса предусматривает возможность удовлетворения денежных требований работника в полном размере при условии признания этих требований правомерными органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор (от 26.05.2016 N 950-О, от 26.05.2016 N 953-О, от 25.05.2017, N 1108-О).

Из данного Определения следует, что положение части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной связи со статьей 395 данного Кодекса не препятствует удовлетворению требований работника в полном размере при условии признания этих требований правомерными органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Кроме того, согласно ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч.1 ст. 88 ГПК РФ).

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание, что при подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, суд приходит к выводу о необходимости взыскать с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственную пошлину в доход местного бюджета, исходя из размера удовлетворенных требований имущественного и неимущественного характера в размере 1 400 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р е ш и л :

Исковые требования ФИО12 в интересах ФИО13 удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между ООО «Лифтремонт» и ФИО13.

Обязать ООО «Лифтремонт» внести сведения в трудовую книжку о работе ФИО13 в качестве монтажника лифтового оборудования с ДД.ММ.ГГГГ.

Признать несчастный случай, произошедший с ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ, несчастным случаем на производстве.

Взыскать с ООО «Лифтремонт» в пользу ФИО13 заработную плату в размере 30 000 рублей.

Взыскать с ООО «Лифтремонт» в пользу ФИО13 в счет компенсации морального вреда 800 000 рублей.

Взыскать с ООО «Лифтремонт» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 400 рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Железнодорожный районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда с 07.10.2020 года.

Председательствующий Н.В. Туранова

мотивированный текст решения изготовлен 12.10.2020 года.