Апелляционное определение № 22-728/2026 от 8 апреля 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 апреля 2026 года <адрес>

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – ФИО19,

судей ФИО18, Глуховой Е.М.,

при секретаре – ФИО9,

с участием:

прокурора – ФИО34,

осужденного - ФИО1,

защитника - адвоката ФИО20,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению с дополнениями к нему государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес><адрес> ФИО10 на приговор Киевского районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Украинской ССР, гражданин РФ, имеющий высшее образование, не женатый, имеющий троих детей, работающий ИП, имеющий инвалидность, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде 3 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком на 3 года.

На условно-осужденного возложено исполнение следующих обязанностей: в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, периодически являться на регистрацию в этот государственный орган в установленные им сроки.

Мера пресечения ФИО1 в виде запрета определенных действий отменена. Разрешена судьба вещественных доказательств.

Производство по гражданскому иску прекращено.

Отменено постановление Киевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о даче разрешения о наложении ареста и протокол СО по <адрес> ГСУ СК РФ по РК и <адрес> о наложении ареста от ДД.ММ.ГГГГ.

Заслушав доклад судьи по материалам уголовного дела и доводам апелляционного представления с дополнениями, возражениям адвокатов осужденного, выслушав мнение участников процесса,

установила:

ФИО1 приговором Киевского районного суда <адрес> Республики Крым признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении с дополнениями к нему государственный обвинитель - старший помощник прокурора <адрес> ФИО10 оспаривает приговор в отношении ФИО1 в части переквалификации его действий на ч. 3 ст. 264 УК РФ и исключения квалифицирующего признака, как «совершенное лицом, находящимся в состоянии алкогольного опьянения», а также в части назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ.

Считает, что приговор подлежит изменению, в связи с неправильным применением уголовного закона, а также в связи с несправедливостью приговора вследствие мягкости назначенного наказания.

Отмечает, что суд, исключая из преступных действий ФИО1 квалифицирующий признак, как «совершенное лицом, находящимся в состоянии алкогольного опьянения» в приговоре указал, что в результате ДТП ФИО1 причинены следующие телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма - ушиб головного мозга 1-2 ст, закрытая травма грудной клетки – множественные двусторонние переломы ребер: 3-8 справа, 3-5 слева, ушиб легких, тупая травма живота - ушиб передней брюшной стенки, сегментарный тромбоз верхней брыжеечной артерии, посттравматический некроз поперечно-ободочной кишки, гемоперитонеум, ссадины, кровоподтек правой верхней конечности, ушибленные раны правого и левого коленных суставов, закрытый перелом левой малоберцовой кости (проведены операции: ПХО ран правого и левого коленных суставов; Лапароскопия, лапаротомия, резекция толстой кишки, дренирование брюшной полости, колостома).

Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста Свидетель №4 пояснила, что на момент медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения, ей не было известно об объеме причиненных ему телесных повреждений, а если бы она знала это, то применять при освидетельствовании алкотеста не стала бы, а применила бы другой метод освидетельствования в виде забора биологических материалов, что было расценено судом, как определенные сомнения специалиста.

При этом, государственный обвинитель выражает несогласие с вышеуказанными выводами суда, а также с тем, что характер данных повреждений, в том числе органов дыхания и в грудной области, показания специалиста Свидетель №4, анализ материалов уголовного дела, дают основания согласиться с утверждениями ФИО1 о том, что из-за болевых ощущений он не мог в достаточной степени вдохнуть и выдохнуть воздух, как во время освидетельствования, так и во время медицинского освидетельствования, при этом доказательств обратного, сторона обвинения не представила, как не представила и причин, по которым у ФИО1 биологические материалы не отбирались, поскольку, по мнению апеллянта, судом не в полном мере проанализированы показания свидетеля Свидетель №4 и иные доказательства нахождения ФИО1 в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения.

Апеллянт обращает внимание на показания свидетеля Свидетель №4, данные в ходе предварительного расследования, подтвержденные в ходе судебного заседания, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ около 00 часов 35 минут ею начато освидетельствование ФИО1, который поступил для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. В ходе медицинского освидетельствования ФИО1 неоднократно симулировал выдох в прибор «Алкотест», в связи с чем, медицинское освидетельствование прекратилось, согласно приказу №н от ДД.ММ.ГГГГ «О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического)». Согласно п. 19 приказа №н медицинское освидетельствование и заполнение акта прекращаются в случае фальсификации выдоха и делается запись от медицинского освидетельствования отказался. При наличии у освидетельствуемого острых заболеваний, состояний, представляющих угрозу его жизни, или если в течение 30 минут после направления на химико-токсикологические исследования освидетельствуемый заявляет о невозможности сдачи мочи, производится отбор крови из поверхностной вены в объеме 15 мл в две пробирки (флакона) объемами 10 мл и 5 мл. В связи с тем, что медицинское освидетельствование было прекращено по причине фальсификации, то биосреды (моча, кровь) не брались. Также в ходе медицинского освидетельствования на ее вопрос ФИО1: «Алкоголь пили?» он сказал: «Было дело». Затем она спросила: «Что пили?», на что ФИО1 ответил «Вермут». На протяжении всего медицинского освидетельствования ФИО1 просил минералку и его мобильный телефон, чтобы позвонить кому-то из родственников. По его внешнему признаку имелись все основания полагать, что он находился в состоянии опьянения, потому что от него имелся запах алкоголя, речь смазанная, походка шатающаяся, внимание ослаблено, а также он проявлял демонстративные реакции с элементами симуляции. В связи с тем, что ФИО1 неоднократно высказывал жалобы на боли в области сердца, ею были вызваны врачи скорой медицинской помощи, до их приезда медсестрой КМО ФИО11 измерено давление ФИО1, установлено, что давление у ФИО1 130/90 мм.рт.ст., что дает основание полагать, что все хорошо, давление хорошее. ДД.ММ.ГГГГ в 01 час 10 минут медицинское освидетельствование было прекращено, а ФИО1 передан повторно бригаде скорой медицинской помощи для дальнейшего обследования, со слов которой ей стало известно, что ранее они его уже осматривали на месте ДТП, жалоб ФИО1 не предъявлял, от медицинской помощи отказался. Также свидетель Свидетель №4 добавила, что в ее практике имелись освидетельствуемые, которые осуществляли выдох при переломе или ушибе ребер продув в прибор «Алкотестер». Кроме того, свидетель на вопрос стороны защиты, мог ли ФИО1 при наличии обильных внутренних повреждений сделать выдох в прибор «Алкотест» пояснила, что для выдоха необходимо не большое количество воздуха и набирать полные легкие нет необходимости.

Кроме того, апеллянт обращает внимание на то, что в ходе судебного заседания были допрошены также свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №16, ФИО12, Свидетель №7, Свидетель №9, Свидетель №4, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №6, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №17, которые в ходе судебного заседания подтвердили свои показания, данные в ходе предварительного расследования, о том что при разговоре с ФИО1 после ДТП у последнего изо рта доносился сильный запах алкоголя, речь была не внятной.

По мнению стороны обвинения, оснований не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей, не имеется, поскольку в большей части они друг с другом не знакомы, ранее с ФИО1 знакомы не были, конфликтов с ним не было, в связи с чем оснований для оговора последнего у них не было.

Также, апеллянт отмечает, что показания вышеуказанных свидетелей полностью согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №4 о том, что изо рта ФИО1 доносился сильный запах алкоголя, хотя данные свидетели со свидетелем Свидетель №4 не знакомы, никогда не виделись, согласовать одинаковые показания не имели никакой возможности.

Таким образом, по мнению государственного обвинителя, в судебном заседании полностью подтвердилось нахождение ФИО1 в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения.

Приводя выводы суда, изложенные в приговоре о наличии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, а именно то, что в приговоре суд указал, что принимая во внимание совокупность смягчающих обстоятельств, других положительных данных о личности ФИО1, его состояние здоровья, то, что преступление совершено им по неосторожности, а также учитывая мнение потерпевшей, которая не настаивала на лишении свободы ФИО1, суд пришел к выводу, что его исправление возможно без реального отбывания основного наказания, и определил наказание с применением ст. 73 УК РФ – условно с испытательным сроком, в течение которого подсудимый должен своим поведением доказать исправление, апеллянт полагает, что судом не в полной мере проанализированы обстоятельства совершенного ФИО1 преступления.

Государственный обвинитель отмечает, что согласно материалам уголовного дела, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, управляя автомобилем марки «Volkswagen Touareg», двигаясь на нем со скоростью 111,8 км/ч в населенном пункте в <адрес>, допустил выезд на встречную полосу, где допустил касательное столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем марки «Daewoo» модели «Nexia» под управлением Свидетель №1, после чего, продолжив движение по встречной полосе движения, допустил столкновение с автомобилем марки «Skoda» модели «Octavia», под управлением ФИО13, в следствии чего водителю ФИО13 причинен тяжкий вред здоровью, от чего последний скончался.

Полагает, что, несмотря на то, что данное преступление совершено по неосторожности, именно вследствие грубого нарушения правил дорожного движения, выразившегося в превышении на 51 км/ч скорости движения в населенном пункте, ФИО1 допустил выезд на встречную полосу и столкновение с двумя машинами, вследствие чего один человек погиб.

Считает, что при таких обстоятельствах, судом неверно оценена общественная опасность совершенного ФИО1 преступления, в связи с чем, оснований для назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ, не имелось.

Обращает внимание, что мнение потерпевшей о том, что она не настаивала на лишении свободы ФИО1, не может учитываться судом, как решающее обстоятельство при принятии решения о применении ст. 73 УК РФ.

Кроме того, апеллянт отмечает, что в описательно-мотивировочной части приговора суд указал, что ФИО1 имеет семью, двоих несовершеннолетних детей, однако при перечислении смягчающих обстоятельств вины ФИО1 не указал наличие двоих несовершеннолетних детей, что также является основанием для изменения приговора в данной части.

По мнению апеллянта, допущенные судом первой инстанции нарушения уголовного закона являются существенными, повлиявшими на исход дела, и на назначенное наказание, в связи с чем, приговор подлежит изменению.

Просит изменить обжалуемый приговор:

- признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства вины ФИО1 - наличие двоих несовершеннолетних детей;

- переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 3 ст. 264 УК РФ на п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ, и квалифицировать, как «нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, совершенное лицом, находящимся в состоянии алкогольного опьянения»;

- назначить ФИО1 наказание по п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ в виде 5 лет 10 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя защитник осужденного ФИО1 – адвокат ФИО20 выражает несогласие с доводами государственного обвинителя, считает, что апелляционное представление не подлежит удовлетворению.

Указывает, что вся позиция прокурора сводится только к двум выводам: что, несмотря, на полученные повреждения здоровья также самим подсудимым ФИО1 в результате ДТП (которые установлены предварительным следствием, как тяжкие повреждения), последний якобы симулировал выдох на алкотестер) и второй вывод, что наказание не могло быть назначено судом с применением ст. 73 УК РФ.

Отмечает, что факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения при управлении транспортным средством, как указано в обвинении, не доказан.

По мнению адвоката ФИО20, суд первой инстанции обоснованно, правомерно установил все обстоятельства смягчающие наказание ФИО1, и пришел к выводу о назначении условного наказания с установлением испытательного срока.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, адвокат ФИО20 просила отменить обжалуемый приговор, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда, поскольку после дополнительного ознакомления с материалами дела были выявлены нарушения уголовно-процессуального законодательства, приведенные в возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя адвокатом ФИО21, которые она поддерживает в полном объеме.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя защитник осужденного ФИО1 – адвокат ФИО21 указывает, что в судебном заседании суда первой инстанции было заявлено ходатайство о допросе эксперта ФИО14, которое было удовлетворено судом, однако, из материалов дела следует, что данный эксперт не был допрошен, судом первой инстанции не вызывался, несмотря на удовлетворенное ходатайства о вызове эксперта, что, по мнению адвоката ФИО21, является нарушением уголовно-процессуального законодательства.

Ссылаясь на протокол осмотра места происшествия, схему места ДТП, протокол осмотра предметов, следственные эксперименты, постановление о назначении экспертизы, заключение автотехнической экспертизы №э, отмечает, что имеется ряд обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, которые возможно было выяснить в ходе допроса эксперта ФИО14, однако, защита была лишена возможности допроса данного эксперта в суде первой инстанции.

Просит отменить обжалуемый приговор, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления прокурора с дополнениями к нему, возражения стороны защиты, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора.

Согласно п. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалоб, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

В соответствии с п. 2 и п. 3 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

При рассмотрении настоящего уголовного дела судом первой инстанции указанные требования закона не были соблюдены в полной мере.

Так, органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ, а именно: в том, что он ДД.ММ.ГГГГ, не позднее 23 часов 50 минут, управляя автомобилем марки «Фольксваген Туарег» в состоянии опьянения, нарушив правила дорожного движения, допустил касательное столкновение с двигавшемся во встречном направлении автомобилем под управлением Свидетель №1, после чего, продолжив движение по встречной полосе, допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО13, в результате чего последний получил телесные повреждения, от которых скончался в лечебном учреждении ДД.ММ.ГГГГ.

Указанное обвинение было поддержано в суде государственным обвинителем.

Действия ФИО1 судом первой инстанции переквалифицированы на ч. 3 ст. 264 УК РФ, поскольку по уголовному делу не установлено, что ФИО1 управлял автомобилем в состоянии опьянения.

Обосновывая свое решение в указанной части, суд первой инстанции сослался на положения ч. 2 ст. 14 УК РФ и отсутствие в деле надлежащего медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

При этом, суд пришел к выводу о том, что характер повреждений, полученных ФИО1 в результате ДТП, в том числе органов дыхания и в грудной области, показания специалиста Свидетель №4, анализ материалов уголовного дела, дает основания согласиться с утверждениями ФИО1 о том, что из-за болевых ощущений он не мог в достаточной степени вдохнуть и выдохнуть воздух, как во время освидетельствования, так и во время медицинского освидетельствования.

В соответствии со ст. 85 УПК РФ доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Согласно ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими в целях установления обстоятельств, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Согласно ст. 88 УПК РФ, каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В то же время, судебная коллегия полагает, что суд формально подошел к оценке доказательств по уголовному делу, приведя в описательно-мотивировочной части приговора содержание показаний свидетелей стороны обвинения и не дал им никакой оценки с точки зрения установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, как по отдельности, так и в их совокупности, а равно путем сопоставления их с другими доказательствами, как того требует уголовно-процессуальный закон.

Так, из описательно-мотивировочной части приговора усматривается, что суд первой инстанции изложив показания допрошенных по делу лиц, как данных в ходе судебного следствия, так и в ходе предварительного расследования, в то же время устранился от анализа этих показаний, изложения фактов, которые те или иные показания подтверждают по отношению к инкриминируемому ФИО1 деянию.

Из содержания обжалуемого приговора также усматривается, что суд при вынесении приговора взял за основу только показания подсудимого ФИО1, отрицавшего наличие у него состояния алкогольного опьянения, и сославшись на п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» пришел к выводу, что по смыслу закона, в данном конкретном случае, наличие у ФИО1 состояния опьянения должно быть установлено путем его освидетельствования на состояние опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, о чем составляются соответствующие акты, протоколы, ввиду чего другие доказательства состояния опьянения, за исключением этих актов, протоколов, суд первой инстанции не учитывал.

Между тем, придя к таким выводам, судом первой инстанции не указано, на основании каких доказательств, сделан вывод о том, что из-за болевых ощущений ФИО1 не мог в достаточной степени выдохнуть воздух, как во время освидетельствования на месте, так и во время медицинского освидетельствования.

Как усматривается из содержания приговора, суд, перечисляя доказательства, и придя к выводам, указанным в приговоре, о переквалификации действий ФИО1 на ч. 3 ст. 264 УК РФ, не указал, по каким основаниям не принимает во внимание часть доказательств, приведенных стороной обвинения, не дал им оценки.

Между тем, установление фактических обстоятельств дела, а также конкретных действий лица, совершившего преступление, как и приведение в приговоре выводов, к которым суд пришел на основе исследованных доказательств, является существенным для правильного разрешения уголовного дела.

Изложив в приговоре выводы, при наличии противоречий не только фактическим обстоятельствам дела, но и предоставленным сторонами обвинения и защиты доказательствам, не дав этим противоречиям должной оценки, суд нарушил требования норм уголовно-процессуального закона, что повлияло на законность и обоснованность итогового решения по делу.

Так, суд первой инстанции, приведя показания свидетелей Свидетель №1, являющего участником ДТП, а также свидетелей Свидетель №2, Свидетель №16, ФИО12, Свидетель №7, Свидетель №9, Свидетель №4, сделал выводы об отсутствии доказательств нахождения ФИО1 в состоянии опьянения, не дав оценки наличию противоречий указанных показаний в части каких-либо признаков, определяемых свидетелями, о нахождении ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того судебная коллегия полагает, что доводы об отсутствии у ФИО1 возможности осуществления выдоха в алкотестер суду первой инстанции следовало оценивать в совокупности с приведенными выше доказательствами, а также показаниями свидетеля Свидетель №3 (врача <адрес>ной больницы) о том, что за медицинской помощью осужденный впервые обратился в 19-м часу ДД.ММ.ГГГГ, то есть через несколько дней с момента ДТП, а как следствие необходимо было устранить наличие противоречий и дать оценку, как доводам стороны защиты о том, что ФИО1 не мог дышать в результате полученных травм, так и доводам стороны обвинения о том, что ФИО1 был сфальсифицирован выдох в алкотестер.

При этом, в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, по результатам которой в заключении от ДД.ММ.ГГГГ №-к действия врача Свидетель №4 при проведении медицинского освидетельствования ФИО1 признаны соответствующими требованиям, предусмотренным п. 19 приказа Минздрава России от 18.13.2015 года №н. Также в заключении обращено внимание на карту вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № (вызванной в наркологический диспансер в кабинет освидетельствования по просьбе осужденного и зафиксировавшей у него рваную рану правой голени, запах алкоголя изо рта и шаткую походку), согласно которой у ФИО1 нет отдышки, снижения экскурсии грудной клетки и ослабления дыхания нет, нарушения перистальтики кишечника нет, нарушения сознания нет, тошноты и рвоты нет, что подтверждает фальсификацию им невозможности выдоха в измерительный прибор.

В обжалуемом приговоре вышеуказанное заключение экспертов не приведено, оценка данному доказательству судом первой инстанции также не дана.

Кроме того, в ходе судебного следствия по ходатайству защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО21 к материалам уголовного дела были приобщены заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ и заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 9, л.д.104-202), которые также не приведены в обжалуемом приговоре, оценка данным доказательствам судом первой инстанции не дана.

Также из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (т. 10, л.д. 43-47) следует, что по ходатайству стороны защиты в ходе судебного следствия были допрошены эксперты ФИО15, ФИО16, ФИО17

Показания указанных экспертов также не приведены в обжалуемом приговоре, оценка им не дана.

В ходе судебного следствия было удовлетворено ходатайство стороны защиты о вызове и допросе в судебном заседании эксперта ФИО14, которым была проведена автотехническая экспертиза, однако данный эксперт, при наличии удовлетворенного ходатайства, в судебное заседание не вызывался.

Таким образом, суд первой инстанции в нарушение действующего уголовно-процессуального закона не сопоставил все доказательства, а как следствие не дал оценку в этой части доводам сторон, нарушив при этом принцип состязательности.

При указанных обстоятельствах, решение суда первой инстанции о переквалификации содеянного ФИО1 на ч. 3 ст. 264 УК РФ было принято не только без надлежащей оценки совокупности доказательств, без устранения противоречий, установленных в ходе судебного разбирательства, но и при несоответствии фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Изложенное свидетельствует о формальном рассмотрении судом уголовного дела, ставит под сомнение справедливость судебного разбирательства.

Кроме того, такое решение суда вызывает сомнения своей законности и обоснованности, противоречит установленным в ходе судебного разбирательства фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку не подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, и основано на неправильном применении уголовного закона, вынесено с существенными нарушениями процессуального закона.

В силу п. 4 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

В силу требований ст. ст. 297, 305, 307 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона, в приговоре должны содержаться доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого. В описательно-мотивировочной части приговора суд должен дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Если какие-либо из исследованных доказательств суд признает не имеющими отношения к делу, то указание об этом должно содержаться в приговоре.

Несоблюдение требований, предусмотренных ст.ст. 297, 305, 307 УПК РФ, к постановлению приговора, является основанием для отмены приговора в полном объеме, с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции, но в ином составе, со стадии подготовки к судебному разбирательству, в соответствии с положениями ст.ст. 389.22, 389.24 УПК РФ, поскольку допущенные нарушения уголовно-процессуального закона неустранимы в суде апелляционной инстанции.

Допущенные судом первой инстанции нарушения требований уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на постановление законного и обоснованного судебного решения, и в связи с их неустранимостью в суде апелляционной инстанции приговор в отношении ФИО1 подлежит отмене с передачей уголовного дела в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

В ходе нового рассмотрения суду надлежит полно и всесторонне исследовать обстоятельства дела с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, с учетом доводов, указанных как стороной обвинения, так и стороной защиты, исходя из принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон, исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

Поскольку суд апелляционной инстанции, отменяя приговор с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, согласно положениям ст. 389.19 ч.4 УПК РФ не вправе предрешать вопросы о достоверности доказательств, о преимуществе одних доказательств перед другими, о виде и размере наказания, то доводы, указанные в представлениях прокурора, в том числе заслуживающие внимания доводы в части юридической оценки содеянного ФИО1 и о несправедливости назначенного наказания вследствие его чрезмерной мягкости, подлежат проверке и оценке судом при новом рассмотрении дела.

Принимая решение об отмене приговора, судебная коллегия, учитывая тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения, фактические обстоятельства дела, данные о его личности, полагает необходимым избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий сроком на 02 месяца 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

При этом судебная коллегия в качестве гарантии явки ФИО1 в суд, предупреждения воспрепятствования производству по уголовному делу, считает необходимым установить ему следующие запреты, предусмотренные ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, а именно запретить:

- выходить с 22-00 до 06-00 часов следующих суток за пределы жилого помещения по адресу: <адрес>;

- находиться в местах, где осуществляется продажа алкогольной продукции на розлив, а также посещать места проведения массовых мероприятий и участвовать в указанных мероприятиях;

- управлять автомобилем или иным транспортным средством.

Сведений о невозможности нахождения ФИО1 под запретом определенных действий по состоянию здоровья, не имеется, как и препятствий для исполнения данной меры пресечения.

Указанная мера пресечения будет соответствовать интересам правосудия по своевременному разбирательству уголовного дела и сможет обеспечить надлежащее поведение ФИО1, а также баланс частных и публичных интересов, и будет соответствовать интересам правосудия.

При этом, иная более мягкая мера пресечения не сможет обеспечить надлежащее поведение ФИО1 и не сможет в полной мере исключить риски, предусмотренные ст. 97 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.16, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Киевского районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, - отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному разбирательству.

Избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий сроком на 02 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Установить ФИО1 следующие запреты:

- выходить с 22-00 до 06-00 часов следующих суток за пределы жилого помещения по адресу: <адрес>;

- находиться в местах, где осуществляется продажа алкогольной продукции на розлив, а также посещать места проведения массовых мероприятий и участвовать в указанных мероприятиях;

- управлять автомобилем или иным транспортным средством.

Возложить контроль за нахождением ФИО1 в месте исполнения меры пресечения в виде запрета определенных действий и за соблюдением им наложенных судом запретов на филиал по <адрес><адрес> ФКУ УИИ УФСИН России по <адрес> и <адрес>.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения.

Председательствующий:

Судьи: