Приговор № 1-12/2019 1-266/2018 266/2018 от 13 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019№ – 266/2018 Именем Российской Федерации 14 февраля 2019г. <адрес> Железнодорожный районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи ФИО54 с участием государственных обвинителей ФИО11, ФИО12, подсудимого ФИО5 и его защитника – адвоката ФИО13, подсудимого ФИО6 и его защитника – адвоката ФИО39, потерпевшего ФИО4 и его представителя – адвоката ФИО14, при секретарях ФИО15, ФИО16, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО17 ФИО55 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, <данные изъяты> обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, ФИО49 ФИО56 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, <данные изъяты> обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, ФИО18, являясь лицом, управляющим ФИО50, нарушил Правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах. Так, 03.11.2015г. примерно в 17.45 часов, ФИО18, управляя ФИО50 марки ФИО7 21911 ФИО1 регистрационный знак №, двигался по асфальтированной, мокрой проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в условиях осадков в виде дождя небольшой интенсивности, темного времени суток, искусственного освещения, без необходимой внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке. В пути движения, действуя небрежно, то есть не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть их наступление, в нарушение пункта 1.3 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым: «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки…», пункта 10.1 Правил, согласно требований которого: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости - 40 км/ч», водитель ФИО5, управляя ФИО50 марки ФИО1, следовал в указанном направлении с небезопасной скоростью около 43 км/ч, то есть превышающей установленное на данном участке ограничение скорости 40 км/ч, напротив <адрес>, при возникновении опасности для движения, которую представляла для него пешеход ФИО3, стоявшая на левом трамвайном рельсе попутного направления левой стороной тела к ФИО1, и, которую он (ФИО5) мог и должен был обнаружить на достаточном для остановки ФИО50 расстоянии, то есть располагая технической возможностью избежать наезда на пешехода, своевременных мер к снижению скорости, вплоть до остановки транспортного средства не принял и допустил наезд на пешехода ФИО3 После совершения дорожно-транспортного происшествия, в нарушение п.2.5 Правил, согласно требований которого: «При дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил…»; п.2.6 Правил, согласно требований которого: «Если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан: принять меры для оказания первой помощи пострадавшим…», водитель ФИО5 не выставил знак аварийной остановки и не принял мер для оказания помощи пострадавшей ФИО3 После чего ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17-48 часов, водитель ФИО49, управляя ФИО2 р/№, двигаясь по асфальтированной, мокрой проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в указанных выше дорожных и метеорологических условиях, в нарушение п.п. 8.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, напротив <адрес> допустил переезд левыми колесами своего ФИО50 через тело ФИО3, лежавшей на проезжей части с полученными при наезде ФИО1 телесными повреждениями. В результате данного дорожно-транспортного происшествия, пешеходу ФИО3 по неосторожности причинена смерть. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта ГБУЗ “СОБСМЭ” № МД от ДД.ММ.ГГГГ, на трупе ФИО3, помимо следов медицинских манипуляций, обнаружены следующие повреждения: А. Г-вы и шеи: - ссадины: в лобной области слева в 5 см. от средней линии в 150 см. от подошвенной поверхности стоп (далее – ппс) (одна); в правой скуловой области под наружным углом правого глаза в 147 см. от ппс (одна); в волосистой части головы в правой лобно-височной области в 149 см. от ппс (одна); у основания спинки носа в 146 см. от ппс (одна); - рана в лобной области справа, с распространением на волосистую часть правой брови, в 150 см. ппс (одна) с кровоизлиянием в мягких тканях головы с внутренней поверхности; - кровоподтёки: на верхнем веке правого глаза в 147 см. от ппс (один); - кровоизлияния в мягких тканях головы с внутренней поверхности: в теменной области слева с распространением в левую височную и лобную области (одно); в затылочной области слева в 3 см. от средней линии (одно); Б. Туловища: - неполный перелом IV правого ребра по среднеключичной линии; - полные переломы левых ребёр со II по VI по околопозвоночной линии с повреждением пристеночной плевры соответственно отломкам в левую плевральную полость (450 мл.); В. Таза и конечностей: - множественные переломы костей таза в 77 см. от ппс с обширными кровоизлияниями в окружающих мягких тканях и разрывами мягких тканей в области крестцово-подвздошных сочленений: -- разрыв правого крестцово-подвздошного сочленения; -- многооскольчатый перелом верхней ветви правой лобковой кости; -- перелом ветви правой седалищной кости в средней части; -- перелом верхней ветви левой лобковой кости; -- перелом ветви левой седалищной кости в средней части; -- многооскольчатый перелом крестца слева с разрывом левого крестцово-подвздошного сочленения с распространением линии перелома на крыло левой подвздошной кости; - кровоподтеки: на задней поверхности правого бедра в нижней трети в 50 см. от ппс (один); на наружно-передней поверхности области левого тазобедренного сустава в 74 см. от ппс (один); на задневнутренней поверхности правой голени в нижней и средней трети от уровня ппс с 21,5 см. до 35 см. (один); на передне-внутренней поверхности левого бедра в нижней трети в 53 см от ппс (один); на внутренней поверхности левого коленного сустава в 51 см. от ппс (один); - ссадины: на передненаружной поверхности правого коленного сустава, в 45 см. от ппс (одна, на фоне двух кровоподтеков); на наружной поверхности в области правого тазобедренного сустава, в 78 см. от ппс (не менее 10, на фоне двух кровоподтеков); - многооскольчатый перелом шейки левой плечевой кости; - кровоизлияние в мышцах правого бедра в верхней трети преимущественно по передней поверхности, в 70 см. от ппс; - отслоение кожи от подкожно-жировой клетчатки по передненаружной поверхности левого бедра в нижней трети, расположенного в 52 см. от ппс, на площади 13Х10 см; - полный перелом левой малоберцовой кости, расположенный в 22 см. от ппс. Все вышеуказанные повреждения образовались прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний в области повреждений, окраской кровоподтеков, поверхностью ссадин, состоянием ран. При этом, вышеуказанные повреждения образовались на очень коротком временном промежутке, одно за другим, либо одновременно в пределах трех часов до наступления смерти. Смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического). Согласно заключению эксперта №№ «Б», 06-8/51 от ДД.ММ.ГГГГ: кровоподтеки, ссадины и перелом на нижних конечностях трупа ФИО3, а также повреждения костей грудной клетки, левой плечевой кости и повреждения на голове ФИО3, образовались от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие, а повреждения в области таза и нижней трети левого бедра, сопровождавшегося отслоением кожи от подкожно-жировой клетчатки, образовались от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Множественные переломы ребер с повреждением пристеночной плевры и кровоизлиянием в левую плевральную полость, образовавшиеся от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие, в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены Приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, далее «Медицинские критерии…») были опасными для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО3 Множественные переломы костей таза, образовавшиеся от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2, в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев…», были опасными для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО3 С учетом непосредственной причины смерти (шок смешанного генеза), смерть ФИО3 последовала от совокупности повреждений, в том числе вышеуказанных переломов ребер и костей таза. Таким образом, смерть ФИО3 состоит в причинно-следственной связи, как с повреждениями, образовавшимися от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела на дорожное покрытие, так и с повреждениями, образовавшимися от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Согласно заключению эксперта №№ «Б» от ДД.ММ.ГГГГ: Следует уточнить, что согласно принятой в медицинской практике терминологии, основная причина смерти (основное повреждение) – это болезнь или телесное повреждение, которое повлекло за собой цепь событий, приведших к смертельному исходу. При этом, в случаях повреждений, несовместимых с жизнью, основная причина смерти является также и непосредственной. Непосредственная причина смерти – это несовместимые с жизнью морфофункциональные изменения, развившиеся вследствие основной патологии. Согласно «Заключению эксперта №МД от 31.12.2015г.», смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей (основная причина смерти), осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического), явившегося непосредственной причиной смерти. Ни повреждения, образовавшиеся от наезда ФИО1 на пешехода ФИО3 с последующим отбрасыванием ее тела на дорожное покрытие, ни повреждения, образовавшиеся вследствие переезда ее тела колесами ФИО2 - непосредственной причиной смерти не являются. При сопоставлении результатов анализа информации, содержащейся в видеозаписи ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО1, относящейся к условиям наезда на тело ФИО3 с судебно-медицинскими данными устанавливается возможность образования кровоподтеков, ссадины и перелома на нижних конечностях трупа ФИО3 в местах приложения травмирующих сил к левой боковой поверхности тела ФИО3 при ударном воздействии выступающими частями а/м ФИО1 в преимущественном направлении слева направо относительно ее вертикально расположенного тела. При этом повреждения грудной клетки, левой верхней конечности и головы у ФИО3 могли образоваться как при ударе о лобовое стекло ФИО1, так и при отбрасывании и падении тела ФИО3 на дорожное покрытие. Информация, содержащаяся в видеозаписи ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО2, относящаяся к условиям переезда через тело ФИО3, не противоречит тому, что в момент переезда передним левым колесом а/м ФИО2 тело ФИО3 могло находиться на передней поверхности на дорожном покрытии, то есть в той позе, в которой ФИО3 осталась после наезда на нее а/м ФИО1 с последующим ее вращением вдоль вертикальной (продольной) оси тела под днищем а/м ФИО2, что также соответствует судебно-медицинским данным о наличии повреждений на различных поверхностях тела ФИО3 Место переезда левым задним колесом двигавшегося ФИО2 через лежащее в горизонтальном положении на дорожном покрытии тело ФИО3 на уровне таза по его передней поверхности справа налево, с расположением нижних конечностей под днищем ФИО50 и образованием повреждений в области таза и нижней трети левого бедра в виде отслоения кожи от подкожно-жировой клетчатки. Согласно заключению эксперта-автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ: - если при возникновении опасности для водителя ФИО18, ФИО50 последнего находился от места наезда на расстоянии более чем 22м., то в этом случае водитель ФИО5 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО3 Согласно заключению эксперта - автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ: - средняя скорость движения ФИО50 LADA GRANTA на исследуемом отрезке пути определяется равной примерно 43 км/ч; - в данной дорожной ситуации водитель ФИО50 LADA GRANTA располагает технической возможностью избежать наезда на пешехода путём своевременного применения мер экстренного торможения; - в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО50 LADA GRANTA должен был руководствоваться требованием п. 10.1 ПДД РФ. Согласно заключению эксперта автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ: - водитель ФИО50 LADA GRANTA р/з У 992 УТ 163 ФИО18 располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения, с остановкой до места наезда, избежать наезда на пешехода ФИО3 при условии, что расстояние в момент «когда водитель мог и должен был четко видеть пешехода» составляло 25,5 м. Причиной вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия, является нарушение ФИО18 пунктов 1.3, 2.5, 2.6, 10.1 Правил дорожного движения РФ, введенных в действие с ДД.ММ.ГГГГ и действовавших на момент происшествия, нарушение им же требований дорожного знака 3.24 «Ограничение скорости 40 км/ч», а также нарушение ФИО49 пунктов 8.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, введенных в действие с ДД.ММ.ГГГГ и действовавших на момент происшествия. Нарушение ФИО18 вышеуказанных пунктов Правил находится в прямой причинно - следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО3 ФИО49, являясь лицом, управляющим ФИО50, нарушил Правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах. Так, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17-45 часов, водитель ФИО5, управляя ФИО50 марки ФИО7 21911 ФИО1 регистрационный знак №, и двигаясь по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, напротив <адрес>, нарушил п.п. 1.3, 10.1 Правил дорожного движения РФ, а также требования дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч», в результате чего допустил наезд на пешехода ФИО3, стоявшую на трамвайных путях попутного направления. После совершения дорожно-транспортного происшествия, в нарушение п.п.2.5, 2.6 Правил, водитель ФИО18 не выставил знак аварийной остановки и не принял мер для оказания первой помощи пострадавшей ФИО3 После этого, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17-48 часов, водитель ФИО49, управляя ФИО2 р/з № двигался по асфальтированной, мокрой проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в условиях темного времени суток, осадков в виде дождя небольшой интенсивности, искусственного освещения, без необходимой внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке. В пути движения, действуя небрежно, то есть не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть их наступление, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которому: «…При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», п. 8.1 Правил, согласно которому: «...При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», водитель ФИО49, управляя ФИО2 р/з №, двигаясь в указанном направлении, напротив <адрес>, не принял во внимание наличие впереди двух ФИО50 с включенной аварийной сигнализацией, не убедился в безопасности дальнейшего движения и отсутствии препятствий, двигаясь по трамвайным путям попутного направления между ФИО1, стоявшим слева на трамвайных путях встречного направления с включенной аварийной сигнализацией и ФИО50, двигающимися справа по проезжей части попутного направления, при возникновении опасности для движения, которую представляла для него пешеход ФИО3, лежавшая на трамвайных путях с полученными в результате наезда ФИО1 телесными повреждениями, и, которую он (ФИО49), мог и должен был обнаружить на достаточном для остановки ФИО50 расстоянии, то есть располагая технической возможностью избежать наезда на пешехода, не принял своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а предпринял небезопасный маневр смещения влево и увеличил скорость своего движения, в результате чего совершил переезд левыми колесами своего ФИО50 через тело ФИО3 После совершения дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО49 с места происшествия скрылся. В результате данного дорожно-транспортного происшествия, пешеходу ФИО3 по неосторожности причинена смерть. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта ГБУЗ “СОБСМЭ” № МД от ДД.ММ.ГГГГ, на трупе ФИО3, помимо следов медицинских манипуляций, обнаружены следующие повреждения: А. Г-вы и шеи: - ссадины: в лобной области слева в 5 см. от средней линии в 150 см. от подошвенной поверхности стоп (далее – ппс) (одна); в правой скуловой области под наружным углом правого глаза в 147 см. от ппс (одна); в волосистой части головы в правой лобно-височной области в 149 см. от ппс (одна); у основания спинки носа в 146 см. от ппс (одна); - рана в лобной области справа, с распространением на волосистую часть правой брови, в 150 см. ппс (одна) с кровоизлиянием в мягких тканях головы с внутренней поверхности; - кровоподтёки: на верхнем веке правого глаза в 147 см. от ппс (один); - кровоизлияния в мягких тканях головы с внутренней поверхности: в теменной области слева с распространением в левую височную и лобную области (одно); в затылочной области слева в 3 см. от средней линии (одно); Б. Туловища: - неполный перелом IV правого ребра по среднеключичной линии; - полные переломы левых ребёр со II по VI по околопозвоночной линии с повреждением пристеночной плевры соответственно отломкам в левую плевральную полость (450 мл.); В. Таза и конечностей: - множественные переломы костей таза в 77 см. от ппс с обширными кровоизлияниями в окружающих мягких тканях и разрывами мягких тканей в области крестцово-подвздошных сочленений: -- разрыв правого крестцово-подвздошного сочленения; -- многооскольчатый перелом верхней ветви правой лобковой кости; -- перелом ветви правой седалищной кости в средней части; -- перелом верхней ветви левой лобковой кости; -- перелом ветви левой седалищной кости в средней части; -- многооскольчатый перелом крестца слева с разрывом левого крестцово-подвздошного сочленения с распространением линии перелома на крыло левой подвздошной кости; - кровоподтеки: на задней поверхности правого бедра в нижней трети в 50 см. от ппс (один); на наружно-передней поверхности области левого тазобедренного сустава в 74 см. от ппс (один); на задневнутренней поверхности правой голени в нижней и средней трети от уровня ппс с 21,5 см. до 35 см. (один); на передне-внутренней поверхности левого бедра в нижней трети в 53 см от ппс (один); на внутренней поверхности левого коленного сустава в 51 см. от ппс (один); - ссадины: на передненаружной поверхности правого коленного сустава, в 45 см. от ппс (одна, на фоне двух кровоподтеков); на наружной поверхности в области правого тазобедренного сустава, в 78 см. от ппс (не менее 10, на фоне двух кровоподтеков); - многооскольчатый перелом шейки левой плечевой кости; - кровоизлияние в мышцах правого бедра в верхней трети преимущественно по передней поверхности, в 70 см. от ппс; - отслоение кожи от подкожно-жировой клетчатки по передненаружной поверхности левого бедра в нижней трети, расположенного в 52 см. от ппс, на площади 13Х10 см; - полный перелом левой малоберцовой кости, расположенный в 22 см. от ппс. Все вышеуказанные повреждения образовались прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний в области повреждений, окраской кровоподтеков, поверхностью ссадин, состоянием ран. При этом, вышеуказанные повреждения образовались на очень коротком временном промежутке, одно за другим, либо одновременно в пределах трех часов до наступления смерти. Смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического). Согласно заключению эксперта №№ «Б», 06-8/51 от ДД.ММ.ГГГГ: кровоподтеки, ссадины и перелом на нижних конечностях трупа ФИО3, а также повреждения костей грудной клетки, левой плечевой кости и повреждения на голове ФИО3, образовались от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие, а повреждения в области таза и нижней трети левого бедра, сопровождавшегося отслоением кожи от подкожно-жировой клетчатки, образовались от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Множественные переломы ребер с повреждением пристеночной плевры и кровоизлиянием в левую плевральную полость, образовавшиеся от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие, в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены Приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, далее «Медицинские критерии…») были опасными для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО3 Множественные переломы костей таза, образовавшиеся от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2, в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев…», были опасными для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО3 С учетом непосредственной причины смерти (шок смешанного генеза), смерть ФИО3 последовала от совокупности повреждений, в том числе вышеуказанных переломов ребер и костей таза. Таким образом, смерть ФИО3 состоит в причинно-следственной связи, как с повреждениями, образовавшимися от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела на дорожное покрытие, так и с повреждениями, образовавшимися от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Согласно заключению эксперта №№ «Б» от ДД.ММ.ГГГГ: Следует уточнить, что согласно принятой в медицинской практике терминологии, основная причина смерти (основное повреждение) – это болезнь или телесное повреждение, которое повлекло за собой цепь событий, приведших к смертельному исходу. При этом, в случаях повреждений, несовместимых с жизнью, основная причина смерти является также и непосредственной. Непосредственная причина смерти – это несовместимые с жизнью морфофункциональные изменения, развившиеся вследствие основной патологии. Согласно «Заключению эксперта №МД от 31.12.2015г.», смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей (основная причина смерти), осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического), явившегося непосредственной причиной смерти. Ни повреждения, образовавшиеся от наезда ФИО1 на пешехода ФИО3 с последующим отбрасыванием ее тела на дорожное покрытие, ни повреждения, образовавшиеся вследствие переезда ее тела колесами ФИО2 - непосредственной причиной смерти не являются. При сопоставлении результатов анализа информации, содержащейся в видеозаписи ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО1, относящейся к условиям наезда на тело ФИО3 с судебно-медицинскими данными устанавливается возможность образования кровоподтеков, ссадины и перелома на нижних конечностях трупа ФИО3 в местах приложения травмирующих сил к левой боковой поверхности тела ФИО3 при ударном воздействии выступающими частями а/м ФИО1 в преимущественном направлении слева направо относительно ее вертикально расположенного тела. При этом повреждения грудной клетки, левой верхней конечности и головы у ФИО3 могли образоваться как при ударе о лобовое стекло ФИО1, так и при отбрасывании и падении тела ФИО3 на дорожное покрытие. Информация, содержащаяся в видеозаписи ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО2, относящаяся к условиям переезда через тело ФИО3, не противоречит тому, что в момент переезда передним левым колесом а/м ФИО2 тело ФИО3 могло находиться на передней поверхности на дорожном покрытии, то есть в той позе, в которой ФИО3 осталась после наезда на нее а/м ФИО1 с последующим ее вращением вдоль вертикальной (продольной) оси тела под днищем а/м ФИО2, что также соответствует судебно-медицинским данным о наличии повреждений на различных поверхностях тела ФИО3 Место переезда левым задним колесом двигавшегося ФИО2 через лежащее в горизонтальном положении на дорожном покрытии тело ФИО3 на уровне таза по его передней поверхности справа налево, с расположением нижних конечностей под днищем ФИО50 и образованием повреждений в области таза и нижней трети левого бедра в виде отслоения кожи от подкожно-жировой клетчатки. Согласно заключению эксперта автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ: - в данной дорожной ситуации, при указанных исходных данных с расстояния 22,1 м., водитель ФИО2 в данной дорожной ситуации располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода ФИО3 применением экстренного торможения с остановкой на указанном расстоянии, двигаясь со скоростью 20 км/ч. В данной дорожной ситуации, при указанных исходных данных, водитель ФИО6 должен был руководствоваться требованиями п.10.1 ПДД РФ. Согласно заключению эксперта автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ: - в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО2 располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, путем своевременного применения мер экстренного торможения; - в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО2 должен руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ и п. 8.1 ПДД РФ. Причиной вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия является нарушение ФИО49 пунктов 8.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, введенных в действие с 01.07.1994 года и действовавших на момент происшествия, и нарушение ФИО18 пунктов 1.3, 2.5, 2.6, 10.1 Правил дорожного движения РФ, введенных в действие с ДД.ММ.ГГГГ и действовавших на момент происшествия, а также нарушение им требований дорожного знака 3.24 «Ограничение скорости 40 км/ч». Нарушение ФИО49 вышеуказанных пунктов Правил, находится в прямой причинно - следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО3 Подсудимый ФИО53 в судебном заседании свою вину в предъявленном ему обвинении признал частично, лишь факт совершения им ДТП (наезд на пешехода), но не согласен с тем, что по его вине наступила смерть пострадавшей. По существу дела пояснил, что 03.11.2015г. примерно в 17-20час. он управлял транспортным средством ФИО1 г/н №, двигался по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>. Первая и вторая полосы попутного направления были заняты транспортными средствами, трамвайные пути по обе стороны были свободные. Он выехал на трамвайные пути и продолжил движение. Справа транспортные средства двигались медленно. Приближаясь к регулируемому пешеходному переходу, расположенному рядом с остановкой «Дачная», увидел, что для него горит зеленый сигнал светофора, машины справа двигались медленно. Впереди на трамвайных путях машин не было, тогда он добавил скорость около 50 км/ч, при этом смотрел в зеркало заднего вида, ожидая появления места справа в потоке ТС, куда можно было бы вернуться обратно в правый ряд. При сложившейся ситуации из-за плохой погоды (темное время суток, были осадки в виде дождя, мокрый асфальт, фары встречных направлений, которые слепили), вовремя не заметил пешехода, которая стояла на трамвайных путях. Увидел пешехода примерно, с учетом уточнений, в 3-4 метрах от себя, успел только принять руль немного влево и затормозить. Дорогу впереди себя видел на достаточном расстоянии, чтобы своевременно обнаружить ямы или препятствия на дороге. Пешехода (женщину) не заметил, потому что отвлекся на правый ряд машин попутного направления. После наезда остановился, женщина пострадавшая была в сознании и с признаками жизни. Включил аварийную сигнализацию и подошел к пострадавшей, затем пошел за аварийным знаком и стал звонить в скорую помощь. Потом поставил знак и оставался возле пострадавшей до скорой помощи. Рядом, позади ФИО50, после ДТП остановился один из встречных ФИО50, водитель которого оставался до приезда скорой помощи. Момент, когда пострадавшую переехал другой ФИО50, он не видел, но предполагает, что это было тогда, когда он в своей машине искал аварийный знак, то есть примерно через 5-10 минут. В это же время он звонил в скорую помощь и в полицию. Уточнил, что когда от него сотрудники полиции отбирали объяснения, то он ответил, что не видел факта переезда потерпевшей другим ФИО50, узнал об этом спустя 2-3 дня. Когда пострадавшую грузили в машину скорой помощи, она была жива и находилась в сознании с признаками жизни. Также, он уточнил, что двигался 50 км/ч, хотя скорость должна была быть 40 км/ч. С результатами следственного эксперимента он согласен и их не оспаривает. В тот момент, когда увидел пешехода, он не отвлекся от управления транспортным средством, смотрел вперед. Когда произошло ДТП он пытался вызвать скорую помощь, но не смог, т.к. находился в шоковом состоянии, потом пострадавшую оградил. Когда приехала машина скорой помощи, помог пострадавшую донести до самой машины скорой помощи. С момента ДТП по настоящее время с потерпевшей стороной по поводу возмещения материального и морального вреда не общался, т.к. не было возможности. Просит извинение у потерпевшей стороны за свои действия. Гражданский иск потерпевшего признает, но с суммой не определился. В дальнейшем намерен возместить ущерб. Из показаний ФИО18, данных на предварительном следствии в качестве свидетеля 26.01.2017г. и оглашенных в связи с противоречиями в суде, видно, что они аналогичны его показаниям в суде, однако утверждал, что женщину он не заметил, потому что отвлекся на правый ряд машин попутного направления. (т.2 л.д. 1-3). Из показаний ФИО18, данных на предварительном следствии в качестве обвиняемого 19.07.2018г., 21.09.2018г. в присутствии защитника и оглашенных в связи с противоречиями в суде, видно, что он подтвердил показания от 26.01.2017г. в качестве свидетеля, но считает, что от его действий смерть потерпевшей наступить не могла. (т.4 л.д. 132-133, 221). В суде подсудимый ФИО53 свои показания, данные им на предварительном следствии, поддержал в полном объеме. Подсудимый ФИО49 в судебном заседании свою вину в предъявленном ему обвинении не признал. Из его показаний усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время, примерно в 18 часов, он управлял своим ФИО2 Т 697 ВЕ/163 и двигался один, без пассажиров по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>. Погода была пасмурной, моросил дождь, асфальт был мокрым, дорогу впереди было видно, но на асфальте видимости мешали блики. Источников света было достаточно (фонари уличного освещения были включены), поэтому дорогу впереди было видно на достаточном для безопасного движения расстоянии, однако из-за бликов на асфальте, видимость была снижена. На каком расстоянии можно было увидеть стоящего или лежачего пешехода, сказать не может. Когда проехал перекресток с <адрес>, скорость движения ФИО50 была около 40–50 км/ч, двигался сначала по левой полосе, затем перестроился на трамвайные пути попутного направления. Впереди, примерно за 10 метров заметил на трамвайных путях два легковых ФИО50 с включенной аварийной сигнализацией (думал, что это два столкнувшихся ФИО50), до этого их не видел, так как обзор был закрыт двигавшимися впереди также по трамвайным путям ФИО50. Двигавшиеся впереди ФИО50 проехали между стоявшими с аварийной сигнализацией ФИО50 и ФИО50, двигавшимися по левой полосе попутного направления, продолжил движение также. Интервал до впереди идущей автомашины был не более 2-х метров. Впереди идущая автомашина была легковой, иных примет не помнит, тогда он ускорил свое движение, когда проехал мимо ФИО1, после ускорения, когда интервал до нее увеличился примерно до 5 метров, также ускорил свое движение. Впереди идущая машина, когда опередила двигавшийся справа от него ФИО50, перестроилась вправо (интервал в это время до впереди идущей машины, был примерно 10 метров), а сам сместился влево, чтобы колеса ФИО50 не двигались по трамвайным рельсам (чтобы не было заноса). Проехал мимо первого ФИО50 с включенной сигнализацией, затем мимо второго ФИО50 с включенной сигнализацией. Когда проезжал мимо ФИО1, пространство между ним и потоком транспорта справа, был достаточным для беспрепятственного проезда, поэтому прибавил скорость, так как пешеходов или иных препятствий для движения впереди не было, и хотел успеть проехать пешеходный светофор на разрешающий сигнал. При этом, после того, как проехал мимо а/м ФИО1, немного сместился влево, чтобы сделать боковой интервал с ФИО50 справа от себя, безопасным. В момент, когда проезжал мимо ФИО1, то есть до того, как начал разгон, скорость движения была не более 20-30 км/ч. Когда проехал мимо ФИО1, ничего странного, необычного в движении своего ФИО50 не почувствовал, покачивания вверх или «подпрыгивания» ФИО50 не почувствовал, так как дороги в городе неровные, мог не придать значения «покачиванию» или «подпрыгиванию» своего ФИО50. Продолжив движение, уехал по делам, в этот вечер еще ездил по городу до позднего времени, после чего поставил машину возле дома, расположенного по адресу: <адрес>. Утром поехал с отцом в <адрес> на его машине, а свой а/м ФИО8 оставил возле дома. Днем позвонили на сотовый сотрудники ГИБДД, и пригласили в расположение 6-й роты по адресу: <адрес>, пересечение с <адрес> ДД.ММ.ГГГГ приехал в ГАИ, где его опросили, и показали видео, на котором его ФИО50 переезжает человека. В отношении него (ФИО6) составили протокол и в этот же день в мировом суде его привлекли к административной ответственности по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ (за оставления места ДТП), где назначили административный арест сроком на 7 суток. Он обжаловал постановление мирового судьи в вышестоящие судебные инстанции, но постановление мирового судьи оставили без изменения. Уточнил, что когда проезжал мимо ФИО1, то на дорожное покрытие впереди себя смотрел, но из-за погодных условиях, дорожное покрытие впереди видел частично, так как мешали блики на асфальте от фар встречных ФИО50. На асфальте ничего постороннего не видел. Считает, что в данной ситуации не нарушал ПДД РФ, к дорожному движению был внимателен, но не смотря на это, за свои действия приносит родственникам погибшей женщины извинения. О случившемся сожалеет, сочувствует родственникам погибшей женщины, На уточняющий вопрос пояснил, что при таких погодных условиях и при искусственном освещении он бы увидел впереди стоящего или движущегося пешехода, но лежащего человека не возможно было увидеть. Видел на трамвайных путях два легковых ФИО50 с включенной аварийной сигнализации. В 2017г. он участвовал в следственном эксперименте вместе со своим адвокатом. У него имеются намерения возместить потерпевшей стороне материальный и моральный вред, поскольку он управлял источником повышенной опасности. Им потерпевшему возмещен частично моральный вред в сумме 5000 руб. Гражданский иск признает, в сумме на усмотрение суда. Вина подсудимых ФИО18 и ФИО49 в совершении вышеуказанного преступления подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия. Показаниями потерпевшего ФИО4 в суде, из которых усматривается, что ранее с подсудимыми он не знаком, неприязни к ним не испытывает. Он является сыном ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которая погибла приблизительно ДД.ММ.ГГГГг., точную дату не помнит, в результате ДТП. На следующий день после случившегося, ему позвонил брат и сообщил о случившемся. Тогда он сразу же приехал из командировки домой и с братом организовали похороны матери. Обстоятельства ДТП он знает из интернета. Из просмотренного видеоролика видно, как сначала его мать сбил ФИО50 ФИО9, а потом переехал ФИО2. Место ДТП находится рядом с их местом жительством и видимо мать возвращалась домой из гостей. Мать являлась пенсионеркой, нигде не работала, хронических серьезных заболеваний не было, зрение и слух в норме, алкоголем не злоупотребляла. С момента данного ДТП до настоящего времени подсудимые никаких извинений не приносили, каких-либо компенсаций с их стороны не было на следствии не было, в суде от ФИО52 получил 5000 руб. в счет возмещения морального вреда. Гражданский иск поддержал и просил взыскать солидарно с ФИО6 и ФИО5 в его пользу расходы связанные с погребением в размере 63 910 руб., что подтверждено квитанциями и товарным чеком, компенсацию морального вреда в размере 500 000руб.. т.к. в связи с потерей близкого человека (матери) ему причинены нравственные страдания в виде психологического стресса, поскольку смерть матери является невосполнимой утратой, он проживал с матерью в одной квартире, с которой находился в очень близких хороших отношениях. Показаниями свидетеля ФИО19 в суде, из которых усматривается, что он работает в должности инспектора по розыску 6-й роты полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> с 2009 года по настоящее время. С подсудимыми познакомился при выполнении служебных обязанностей, по факту данного ДТП, неприязни к ним не испытывает. В начале ноября 2015г. в отдел ГИБДД поступила информация о ДТП на <адрес>, сначала как наезд транспортного средства ФИО1 на пешехода (женщину), потом был совершен еще переезд на данного пешехода ФИО2, который с места ДТП скрылся. Согласно видеозаписи, на которой был виден четко регистрационный знак ФИО2 и был виден факт переезда колесами данного ФИО50 через тело человека, все обстоятельства данного происшествия были установлены, а также был установлен собственник транспортного средства ФИО2 – ФИО49, проживающий по адресу: <адрес>. В тот же день инспектор ФИО20 выезжал на место происшествия и им (ФИО20) был собран административный материал по факту наезда ФИО1 на пешехода ФИО3 напротив <адрес> и по факту переезда ФИО2 пешехода ФИО3, лежавшей на трамвайных путях после наезда. Выехав по указанному адресу, дома ФИО49 не оказалось, возле дома последнего стоял ФИО2, который был поставлен на штраф-стоянку. На следующий день ФИО6 приехал в отдел 6-й роты ГИБДД. В ходе опроса ФИО6 пояснил, что в тот день и в том же месте он управлял ФИО50 марки ФИО2, номер которой был указан на видеозаписи. ФИО49 стал рассказывать, что в этот день ездил на своем ФИО50 по делам по <адрес>, указал маршруты своего движения, в том числе назвал <адрес>. ФИО49 также пояснил, что, проезжая по <адрес>, видел стоящий ФИО50 (марку он не помнит) с аварийной сигнализацией, и пешеходов рядом с данным ФИО50. Только после этого предъявил для обозрения ФИО49 видеозапись, на которой был зафиксирован факт переезда ФИО2 лежащего на трамвайных путях пешехода в районе остановки. После просмотра видеозаписи ФИО49 стало плохо, однако он (ФИО6) не отрицал факта принадлежности транспортного средства, а также не отрицал факт управления ФИО50 в момент переезда пешехода (03.11.2015г.). Затем в отношении ФИО49 был составлен протокол об административном правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ (за оставление места ДТП), который впоследствии мировым судом был рассмотрен и ФИО49 был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст.12.27 КоАП РФ. Показаниями свидетеля ФИО20 на предварительном следствии (т.2 л.д. 77-79 – оглашены в связи с его неявкой в суд по согласию сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ), из которых следует, что он работает в должности ИДПС 6-й роты полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес>. В его обязанности входит оформление ДТП с пострадавшими. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17.40 часов поступило сообщение о ДТП на <адрес>, напротив остановки общественного транспорта «Дачная», в <адрес>. Прибыв по указанному адресу, установили, что имеет место факт наезда ФИО1 под управлением водителя ФИО5 на пешехода ФИО3 (данные о пострадавшей узнал позже). ФИО1 находился на трамвайных путях, с включенной аварийной сигнализацией, пострадавшей женщины уже на месте ДТП не было, она была направлена в ГБ № им. Пирогова на скорой помощи. Был проведен осмотр места происшествия, сделаны замеры, фотоснимки, собраны сведения об участниках ДТП. О том, что имел место факт повторного переезда через тело пострадавшей женщины другим ФИО50, не знал, узнал об этом поздно вечером, уже после окончания осмотра. В своем служебном кабинете, после окончания осмотра места ДТП, была сделана копия с флешкарты видеорегистратора, который был установлен в а/м ФИО1, себе на компьютер. Флешкарту сразу вернул владельцу – представителю организации, которой принадлежит ФИО1. Копию данной видеозаписи записал на оптический диск. Оптический диск с видеозаписью впоследствии предоставил следователю. Так как сделал копию только одного видеофайла, на котором был зафиксирован момент наезда ФИО1 на пешехода ФИО3, других видеофайлов не имеет. Видимость на месте ДТП на момент осмотра была неограниченной, так как с обеих сторон проезжей части <адрес> светили двойные фонари уличного освещения, и над местом наезда как раз были расположены фонари с двух сторон, к тому же в районе места наезда располагалась остановка общественного транспорта. Дорогу было видно на всем ее протяжении, фары встречных, попутных машин не мешали видимости, так как уровень освещенности проезжей части был очень хорошим. Сам подъезжал на машине и отъезжал от места ДТП, и видимость была свободной. Шел мелкий моросящий дождь, который никак не влиял на видимость. Перед ФИО1 были зафиксированы два пятна крови, на момент осмотра еще не знал, что имел место еще и переезд пешехода. Место наезда указывал со слов водителя ФИО18 Кто-либо из очевидцев, установлен не был. Осмотр места ДТП был проведен с участием водителя ФИО18, понятых. С результатами осмотра они ознакомились, подтвердили их правильность. Показаниями свидетеля ФИО21 в суде и на предварительном следствии, оглашенных в связи противоречиями и подтвержденными им в суде (т.1 л.д. 255-257), из которых усматривается, что он работает начальником отделения по взаимодействию с правоохранительными органами УГИБДД ГУ МВД России по <адрес>. В обязанности входит организационно методическое обеспечение деятельности инспекторов по розыску территориальных подразделений ГИБДД <адрес>, в том числе ведущих административное расследование по материалам ДТП со скрывшимися транспортными средствами. ДД.ММ.ГГГГ вечером, примерно в 19.00 часов, по сотовому телефону заместитель начальника РОИО ГИБДД ГУ МВД России по <адрес> ФИО22 доложил по поводу ДТП со скрывшимся ФИО50, которое произошло на <адрес> в <адрес>, а также сообщил, что его знакомый стал очевидцем происшествия в указанном месте, и по сведениям данного знакомого транспортное средство, участвовавшее в наезде на женщину, с места ДТП скрылось. Сотрудники 6-роты ГИБДД сведениями о данном ДТП не располагали. Также ФИО64 сообщил, что в ФИО50 очевидца установлен видеорегистратор, попросил его (очевидца) передать видеозапись, сделанную в ФИО50 очевидца. Данную запись на следующий день утром через служебную сеть ФИО22 передал. В этот же день дал указание, чтобы инспектора по розыску установили скрывшееся транспортное средство, и собрали соответствующий материал. На следующий день, инспектора по розыску 6-й роты ГИБДД УМВД России по <адрес> задержали транспортное средство – ФИО2, который был зафиксирован на видеозаписи в момент наезда на женщину на <адрес> оставление места ДТП водитель данного ФИО50 был привлечен к административной ответственности. Показаниями свидетеля ФИО22 в суде и на предварительном следствии, оглашенных в связи противоречиями и подтвержденными им в суде (т.2 л.д. 107-108), из которых видно, что лично с подсудимыми и потерпевшим не знаком. Он работает заместителем начальника ЦАФАП ГИБДД ГУ МВД России по <адрес> с 2000г. по настоящее время. ДД.ММ.ГГГГ вечером, примерно в 19.00 часов, ему позвонил на сотовый телефон друг ФИО23, который сообщил, что являлся свидетелем переезда ФИО50 женщины на <адрес> в <адрес>. Игорь на следующее утро привез на работу видеоролик с камеры своего видеорегистратора, где был зафиксирован момент ДТП. Просмотрев данный ролик, обратился к своему коллеге ФИО65 и передал ему данный ролик через служебную сеть ГИБДД, чтобы он организовал расследование данного факта. Через несколько дней узнал от Максима, что водителя, совершившего наезд, задержали и привлекли к административной ответственности. Передать видеоролик для раскрытия данного ДТП, было его личной инициативой, так как является сотрудником полиции. Показаниями свидетеля ФИО23 в суде и на предварительном следствии, оглашенных в связи противоречиями и подтвержденными им в суде (т.2 л.д. 42-44, т.4 л.д. 31-32), из которых усматривается, что подсудимых и потерпевшего не знает, неприязни к ним не испытывает. Он был очевидцем ДТП, произошедшего 03.11.2015г. на <адрес>. 03.11.2015г. около 17-50 час. управлял своим ФИО50 Форд Фокус, двигаясь по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>, по второй полосе. Слева были трамвайные пути, движение было затрудненное, двигались медленно. В районе остановки общественного транспорта «Дачная» (<адрес>), и, не доезжая регулируемого пешеходного перехода, на трамвайных рельсах стояли два ФИО50 с включенной аварийной сигнализацией, подумал, что произошло какое-то ДТП. В зеркала заднего вида заметил два ФИО50, которые двигались по трамвайным путям в попутном направлении, объезжая пробку. Когда они доехали до места расположения ФИО50 с аварийной сигнализацией, стали пытаться вернуться в поток машин на проезжую часть вправо. Первый ФИО50 смог это сделать, а второй – ФИО2, не смог, и продолжил движение медленно, между ФИО50, стоявшими с аварийной сигнализацией на трамвайных путях, и потоком машин справа. В это время оказался позади него, и данный ФИО2 попал в кадр видеорегистратора. После того, как он, то есть а/м ФИО2, проехал мимо первого ФИО50, он снизил максимально скорость и продолжил движение с включенным сигналом правого поворота через небольшое пространство между потоком машин справа и вторым ФИО50 с аварийной сигнализацией (как потом узнал, это был ФИО1). В этот момент у ФИО50 ФИО23 скорость была примерно такой же, как и у а/м ФИО2, около 10 км/ч. Как водитель, может сказать, что проезжая через такое узкое пространство, приходится смотреть в зеркала заднего вида и по сторонам, чтобы не задеть ФИО50 слева и справа. После того, как а/м ФИО2 проехал мимо ФИО1, он принял влево, чтобы увеличить до безопасного правый боковой интервал, и резко ускорился. Однако, в следующий момент он (ФИО23), увидел, как а/м ФИО2 дважды приподнялся левой стороной, и из-под заднего левого колеса данного ФИО50 показалось тело женщины (то что это женщина, понял по одежде). Она была головой в сторону встречного потока машин, ногами к потоку, поперек трамвайных путей, точнее ее расположение описать не может. ФИО2 переехал эту женщину через область таза или поясницы, а ее ноги оказались под машиной. Женщину «провернуло» колесам, и она перевернулась вокруг своей оси, оказавшись лежать на животе (лежала она перед этим на спине или на животе, не видел). От ее головы заметил струю пара, вероятно, она выдохнула. Крови возле нее не заметил. После этого, ФИО50 НиссТеана продолжил движение вперед, не останавливаясь и не снижая скорости, проехав на желтый или красный сигнал пешеходного светофора, расположенного вблизи от места наезда на пешехода. Оценив всю ситуацию, был шокирован. Запись своего видеорегистратора в этот же вечер отвез своему знакомому в ГИБДД ФИО22 Как он ей распорядился, не знает, но на следующий день увидел запись в интернете. Данная видеозапись у него сохранилась, предоставил ее следователю на оптическом диске. На момент ДТП шел моросящий дождь, дорога была мокрой, время суток темное, но работали фонари уличного освещения, и света было достаточно. Дорогу было видно свободно на расстоянии не менее 30 -40 метров. На этом же расстоянии можно было различить как стоящего, так и лежащего пешехода. К тому же, пострадавшая женщина была одета в шубу светлого, бежевого цвета. Когда проезжал мимо лежавшей на трамвайных путях женщины, ее различал на дороге четко, ее шуба была испачкана в грязи, но были чистые участки на ее шубе, которые контрастировали с дорогой. Другие элементы одежды у нее были темного цвета, точно не помнит. На ногах у нее были штаны брючного типа, темного цвета, цвет обуви не помнит. Приостановился напротив пострадавшей, горел красный сигнал светофора, хотел подойти к ней, но вокруг пострадавшей стали собираться люди, и решил, что без помощи она не останется и продолжил движение. До момента появления пострадавшей женщины из-под колес ФИО2, эту женщину не видел, где она лежала и в какой позе, сказать затрудняется, обзор места, где она лежала, был закрыт ФИО2. Проехав вперед и не доезжая несколько метров до стоявшего в попутном направлении между трамвайными путями и частично на рельсах встречного направления движения ФИО1, ФИО2, двигавшийся первым, т.е. перед ФИО50 под управлением ФИО49, не останавливаясь, перестроился в левый ряд попутного направления движения перед ФИО50, который следовал перед а/м ФИО7 ФИО66, который в свою очередь двигался перед ним и продолжил движение вперед в общем потоке. Данный ФИО50 перестроился раньше, чем ФИО50 под управлением ФИО49 проехал мимо его ФИО50. Никакого другого транспорта перед ФИО50 под управлением ФИО49, т.е. по трамвайным путям попутного направления движения с того момент, как первый ФИО2 перестроился в левый ряд и до момента переезда лежащего на рельсах человека не было. Никаких других транспортных средств, которые могли хотя бы частично, кроме а/м ФИО1, о котором он указывал ранее, ограничивать ФИО52 обзорность на лежащего на дороге человека не было. На уточняющий вопрос пояснил, что расстояние от ФИО50 под управлением ФИО52 до ФИО1 составляла в момент, когда следовавший первым ФИО2 перестроился в левый ряд, на его взгляд было не менее 30 м., т.к. ФИО50 под управлением ФИО49 еще находился сзади его ФИО50, потому что он видел этот ФИО50 в боковое зеркало заднего вида, когда он приближался. На уточняющий вопрос в суде свидетель пояснил, что, несмотря на темное время суток, уличное освещение было хорошее, поэтому видимость была не ограниченной, приблизительно на 40 метров. Он как водитель пострадавшую женщину видел хорошо. Показаниями свидетеля ФИО24 в суде и на предварительном следствии, оглашенных в связи противоречиями и подтвержденными им в суде (т.2 л.д. 48-50), из которых усматривается, что он работает в ПАО Банк Зенит вместе с ФИО25 С подсудимыми и потерпевшим не знаком, неприязни к ним не испытывает. 03.11.2015г. примерно в 17-45 час. с Русланом возвращались с работы, он подвозил его домой. В указанное время проезжали по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, по второй полосе. Находился на переднем пассажирском сиденье, за движением не следил, смотрел направо. Движение в данном направлении было плотным, и когда приближались к остановке общественного транспорта «Пензенская», посмотрев налево, увидел, что на трамвайных путях лежит человек, а перед ним стоит легковой ФИО50 марки ФИО1. С Русланом решили остановиться, заехали на трамвайные пути сразу за ФИО1, и Руслан включил аварийную сигнализацию. Подошел к лежавшему человеку (женщине). Она лежала на животе, на голове у нее сверху был капюшон, она издавала хрипящие звуки. Из одежды пострадавшей помнит куртку светлого цвета, но в грязи, брюки были темного цвета, сапоги были не кожаными и не из искусственной кожи, а из какого-то войлочного или схожего с ним материала, точно сказать не может. Рядом с ней был пакет белого цвета, от пострадавшей исходил резкий запах алкоголя, предположил, что это запах либо от самой пострадавшей, либо от разбившейся бутылки. Водитель ФИО1 – парень на вид 25 лет, был очень взволнован, не мог нажать кнопки на своем телефоне от волнения. Тогда Руслан сам набрал номер скорой помощи и сразу дозвонился. Звонил в скорую помощь Руслан примерно через 2 минуты после ДТП. Когда Руслан звонил, они с ним стояли возле задней части их ФИО50, на трамвайных путях. За пострадавшей в этот момент не следили, и о том, что ее переехал еще один ФИО50, не видели. Где находился водитель ФИО1, не помнит. Просмотрев видеозапись переезда пострадавшей ФИО2, которая есть в свободном доступе в интернете, может сказать, что на записи запечатлен момент, когда он (ФИО24), стоит с Русланом возле его ФИО50, это было примерно через 3 минуты после того, как произошел наезд на пешехода ФИО1. Руслан на записи как раз звонит в скорую помощь, держа руку с телефоном у головы. Пробыли на месте аварии еще около 3-4 минут, и перед тем, как уехать, напомнили водителю, что ему следует остаться на месте происшествия, ничего не менять, дождаться скорой помощи и полиции. Также, после того, как Руслан позвонил в скорую помощь, к пострадавшей стали подходить люди, и они с Русланом подошли к ней еще раз. Была ли пострадавшая в другом положении и месте, чем когда ее увидел в первый раз, сказать затрудняется, сам был во взволнованном состоянии, и мог не обратить на это внимания, но может сказать, что лица ее не видел. На момент ДТП погода была пасмурной, шел моросящий дождь, асфальт был мокрым, уличное освещение работало, какая была видимость, сказать затрудняется, но было все хорошо видно, на каком расстоянии было все видно, сказать не может. Показаниями свидетеля ФИО25 в суде и на предварительном следствии, оглашенных в связи противоречиями и подтвержденными им в суде (т.2 л.д. 45-47), из которых усматривается, что он дал показания по обстоятельствам ДТП аналогичные показаниям свидетеля ФИО24 в суде и на предварительном следствии. Однако дополняются тем, что двигались медленно по второй полосе в плотном потоке машин, со скоростью не более 20-30 км/ч. Шел мелкий дождь, время суток было темное, но дорога освещалась фонарями. Видимость была нечеткой, так как асфальт был мокрым, и от него отражались фонари и свет фар ФИО50, но предметы на дороге различались достаточно хорошо, на расстоянии не менее 50 метров. Когда приближались к трамвайной остановке «Пензенская», примерно в 30-35 метрах от своего ФИО50, заметил пешехода, который неподвижно стоял на трамвайных путях. В какую сторону пешеход был повернут, не заметил, так как в следующую секунду произошел наезд на данного пешехода проезжавшим во встречном направлении по трамвайным путям ФИО1. Пешеход отлетел от ФИО50 и упал на трамвайные пути лицом вниз, и остался так лежать, неподвижно. Сказал о наезде на пешехода своему начальнику, и решили остановиться. Заехал на трамвайные пути, остановившись за ФИО1, включил аварийную сигнализацию. С начальником (ФИО24) вышли из машины, и подошли к пострадавшей. Она была одета в шубу бежевого цвета, шуба была испачкана в грязи, темные штаны, на голове у нее был капюшон, поэтому лица не видели. Рядом с ней лежал пакет белого цвета, что было в пакете, не смотрели. Пострадавшую не трогали, не переворачивали. Он позвонил скорую помощь, так как водитель ФИО1 был сильно взволнован, растерян, у него тряслись руки, но был трезвым. Просмотрев видеозапись переезда пострадавшей ФИО2, которая есть в свободном доступе в интернете, может сказать, что на записи запечатлен момент, когда он (ФИО25) стоит с ФИО24 возле ФИО50, это было примерно через 2-3 минуты после наезда ФИО1. Побыли возле пострадавшей, поговорили с водителем, и уехали, возле пострадавшей оставались стоять люди, то есть всего пробыли на месте ДТП около 5-7 минут. Когда уезжали, на месте ДТП еще скорой помощи и полиции не было. Как произошел второй наезд на пострадавшую, не видел, но судя по тому, что в этот момент возле пострадавшей не было людей, а сам звонил в скорую помощь, второй наезд произошел примерно через 2-3 минуты после наезда на пострадавшую ФИО1. Место, где лежала пострадавшая, было освещено фонарями уличного освещения, фарами ФИО50, пострадавшую было хорошо видно. О том, что ей может угрожать опасность от ФИО50, не предполагал, так как женщину было хорошо видно, и она лежала перед ФИО1, у которого была включена аварийная сигнализация. Головой пострадавшая лежала в сторону проезжей части его (ФИО25), направления, ногами в сторону проезжей части встречного направления, поперек трамвайных путей. Поменялось ли положение пострадавшей, когда подошли к ней во второй раз, то есть после звонка в скорую помощь, сказать затрудняется, не обратил на это внимания, но лица ее не видел как в первый, так и во второй раз, то есть она лежала лицом вниз, накрытая капюшоном. Показаниями свидетеля ФИО26 в суде и на предварительном следствии, оглашенных в связи противоречиями и подтвержденными им в суде (т.2 л.д. 35-37), из которых усматривается, что подсудимых и потерпевшего не знает, неприязни к ним не испытывает. По факту ДТП, произошедшего 03.11.2015г. на <адрес> пояснил, что в тот день он двигался на своем транспортном средстве ФИО7 ФИО66 г/н № по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> по второй полосе в плотном потоке транспорта. Слева, трамвайные пути были свободными. Обстоятельства того вечера не помнит, но просмотрев видеозапись, представленной следователем, и которая находится в свободном доступе в интернете вспомнил, что, двигаясь на указанном участке автодороге, с трамвайных путей в его ряд пытался перестроиться ФИО2, хотя движение было очень плотное. На трамвайных путях лежащей женщины пешехода не видел и не видел факта переезда ее ФИО2. На предварительном следствии уточнил, что заполнил только, как ФИО2 пытался «втиснуться» впереди его (ФИО26), в ряд, больше ничего. Водителя ФИО2 не видел. В тот день шел дождик, время суток было темное, видимость была сниженной, но так как работали фонари уличного освещения, и много света исходило от ФИО50, дорогу было видно хорошо. На его взгляд, пешехода на трамвайных путях можно было увидеть примерно за 50 метров. В суде же свидетель пояснил, что когда проводили следственный эксперимент, то пробок не было, также не было ни дождя, ни снега, то пешехода можно было увидеть, а по факту ДТП – нет. Однако как были расположены транспортные средства на момент ДТП, наверное пешехода можно было увидеть. Он на следствии примерно визуально представил на каком расстоянии можно увидеть пешехода – приблизительно 50 м., поэтому четко так следователю и ответил. Свидетель ФИО26 неуверенность в пояснении видимости потерпевшей, лежащей на трамвайных путях, объяснил тем, что в настоящее время «хуже помню». У суда нет оснований сомневаться в показаниях указанного свидетеля ни на следствии ни в суде. Противоречия, имеющиеся в его показаниях, не значительные, характерны для индивидуального восприятия события ДТП и проводимого следственного эксперимента. Кроме того, на момент рассмотрения дела в суде, прошло много времени, забывчивость и не уверенность вызваны человеческим фактором. О том, что транспортное средство ФИО7 ФИО66 г/н № принадлежит ФИО26 подтверждается карточкой учета ТС (т.1 л.д.46). Показаниями свидетеля ФИО27 в суде, из которых следует, что он работал директором ООО «ПСК-Поволжье», ФИО5 работал в этой же организации водителем-экспедитором. 03.11.2015г. примерно около 18.00час. ему позвонил ФИО18 и сообщил, что сбил женщину на <адрес>, он сразу же приехал на место ДТП. Когда приехал на место ДТП, пострадавшей уже не было, на ее месте лежала коробка. ФИО18 помогал сотрудникам ГИБДД делать замеры, ФИО1 стоял на аварийной сигнализации на трамвайных путях, был ли включен двигатель, он не помнит. В момент произошедшего на улице были сумерки и мелкий дождь, асфальт был мокрым, от которого исходило отражение; было темное время суток, поэтому работало уличное освещение, но из-за мокрого асфальта видимость была низкой, примерно на 15-20 метров; было затруднено движение. ФИО1 принадлежал ООО «ПСК-Поволжье», которое предоставила сотруднику ФИО5 во временное владение и пользование, спустя год после следствия ФИО50 был продан. Показаниями свидетеля ФИО37 на предварительном следствии (т.2 л.д. 179-181 – оглашены в связи с его неявкой в суд по согласию сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ), из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился по своим делам в районе остановки «Дачная» на <адрес> сотрудники ГИБДД и попросили принять участие в следственном эксперименте в качестве понятого. Согласился и его, а также еще одну женщину понятую, подвели к следователю, который был еще с группой людей на остановке общественного транспорта. Следователь стал объяснять всем о том, что сейчас будет проведен следственный эксперимент на предмет установления обзорности и видимости пешехода. Также были разъяснены порядок эксперимента и права с обязанностями. Узнал, что в группе людей был водитель, совершивший наезд на пешехода, его адвокат, а также еще свидетели, сотрудники ГИБДД. Погода в момент проведения эксперимента была пасмурной, осадков не было, но асфальт был мокрым. Время было около 22 часов, работало освещение дороги, причем освещение было хорошим. В месте, где проводился эксперимент, были расположены фонари уличного освещения с двух сторон проезжей части. Света было столько, что видимость практически не ограничивалась, на 100 метров было видно точно. Спрашивал ли следователь перед началом эксперимента у участников, соответствует ли уровень освещенности моменту ДТП, и что на это они отвечали, не помнит. В ходе эксперимента был на трамвайных путях расположен муляж человека, перед которым был расположен ФИО1, как понял согласно материалам дела (передней частью в направлении <адрес>). Потом со стороны <адрес> по трамвайным путям попутного направления в сторону <адрес> был пущен ФИО2, и на некотором расстоянии от ФИО1 остановлен. После этого ему и еще второй понятой было предложено посмотреть с водительского места ФИО2, попадает ли в поле зрения с водительского места лежащий перед ФИО1 пешеход. Пешеход попадал в поле зрения полностью, то есть все части тела, и ФИО1 обзор пешехода не ограничивался. Видимость была также хорошей, то есть четко различались очертания муляжа человека. Даже при худшей видимости, тело человека можно было бы различить. Давалась возможность посмотреть на муляж тела человека с водительского места при разном расположении встречных ФИО50, который двигались как по встречной полосе, так и по встречным трамвайным путям. Попутно и справа от ФИО2 был расположен ФИО1 ФИО66. Эти действия были проведены также еще с более близкого расстояния. Во всех случаях, муляж было отчетливо видно. Следователем были сделаны все замеры по ходу эксперимента. По окончании эксперимента, текст протокола был зачитан вслух следователем, все участники ознакомились с ним и расписались в протоколе и схеме. Текст протокола соответствовал действиям при эксперименте. Показаниями свидетеля ФИО47 в суде, из которых усматривается, что она дала показания по обстоятельствам проведения следственного эксперимента 03.04.2017г. аналогичные показаниям свидетеля ФИО37 на предварительном следствии. При этом также утверждала, что она также садилась на водительское место ФИО2, чтобы посмотреть виден ли муляж тела человека. Муляж тела человека был виден хорошо и четко во всех направлениях, обзорность и видимость не ограничивалась. Также было хорошо видно ФИО1. На месте следственного эксперимента следователь проводил замеры, которые вместе с пояснениями участвующих лиц фиксировал в процессуальном документе, который следователем вслух был прочитан, все участвующие лица в нем собственноручно расписались, каких-либо замечаний ни от кого не поступало. После данного следственного эксперимента она в интернете нашла видеозапись переезда ФИО2 через пешехода, качество видеозаписи было разборчивое. Погодные условия и сама дорога не отличалась от условий проведения следственного эксперимента, были примерно такие же. При таких погодных условиях водитель ФИО50 Нисан ФИО10 мог увидеть пострадавшую женщину. Кроме того, данный ФИО50 дважды подпрыгнул, после чего поехал дальше, хотя в таком случае любой нормальный водитель остановился бы. Все, что зафиксировано в протоколе следственного эксперимента, соответствует действительности. Вина подсудимых ФИО5 и ФИО6 подтверждается и материалами уголовного дела, а именно: - рапортом об обнаружении признаков преступления от 11.11.2015г., зарегистрированного за №, из которого следует, что согласно поступившему административному материалу ГИБДД УМВД России по <адрес>, 03.11.2015г. примерно в 17.50 час. водитель ФИО5, управляя транспортным средством ФИО1 г/н №, двигался по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в пути движения, напротив <адрес>-а по <адрес>, допустил наезд на пешехода ФИО3 В результате данного ДТП пешеходу ФИО3 по неосторожности причинена смерть (т.1 л.д.3), - справкой о дорожно-транспортном происшествии от 03.11.2015г., из которой следует, что 03.11.2015г. в 17.50час. водитель ФИО18, управляя транспортным средством ФИО1 г/н №, двигался по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в пути движения, напротив <адрес>-а по <адрес>, допустил наезд на пешехода ФИО3, которая переходила проезжую часть справа налево по ходу движения ФИО50 в неустановленном месте в непосредственной близости от регулируемого пешеходного перехода. В результате ДТП ФИО3а. получила телесные повреждения, с которыми была госпитализирована в ГБУЗ СГКБ № им. Пирогова с диагнозом: сочетанная травма. В ней также зафиксированы погодные условия (шел дождь), мокрый асфальт, видимость впереди более 100м., искусственное освещение пути, на транспортном средстве ФИО18 горели фары, ширина проезжей части дороги – 17,3м., скорость ТС перед происшествием – 50 км/ч. (т.1 л.д. 10), - справкой о ДТП от 03.11.2015г. в 17-50час. по указанному выше адресу зафиксирован наезд на пешехода, а также повреждения на транспортном средстве ФИО1 г/н № - на переднем г/н, бампере, капоте и лобовом стекле (т.1 л.д. 24), - копией свидетельства о регистрации ТС, из которого следует, что транспортное средство марки ФИО1 темно-вишневого цвета г/н № принадлежит ООО «ПСК-Поволжье», копией водительского удостоверения на имя ФИО18, срок которых истекает 29.10.2021г. (т.1 л.д. 37, т.2 л.д. 236-237), копией договора аренды транспортного средства без экипажа №4 от 01.07.2015г., заключенного между ФИО18 и ООО «ПСК-Поволжье», согласно которого вышеуказанное транспортное средство передано во временное владение и пользование ФИО5 (т.1 л.д. 41), - протоколом осмотра места происшествия от 03.11.2015г. со схемой и фототаблицей к нему, из которого следует, что 03.11.2015г. в 19-20час. должностным лицом - ИДПС роты № полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> ФИО20 с участием ФИО18 и понятых проводился осмотр проезжей части <адрес> напротив <адрес> в <адрес>, в котором зафиксировано, что дорожное покрытие – асфальт мокрый и горизонтальное, состояние погоды – осадки в виде дождя, темное время суток, движение двухстороннее, ширина проезжей части 17,3 м, справа (относительно направления движения ФИО1 г/н №), бордюрный камень, тротуар, слева бордюрный камень, тротуар, строения городского типа. Зона действия дорожных знаков: 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч». Следов транспортных средств нет. Расположение места наезда: в 8,2 м. от правого края проезжей части <адрес> на трамвайных путях, и в 11,9 м. от угла <адрес>. Условие видимости в направлении движения: неограниченная видимость. На проезжей части обнаружены два пятна бурого цвета, похожего на кровь. Первое в 8 м. от правого края проезжей части <адрес> и 15,8 м. от угла <адрес>, размер пятна – 0,1х0,2 м. Второе пятно – в 8,4 м. от правого края проезжей части <адрес> и в 18,2 м. от угла <адрес> по л. Пензенской, размер пятна - 0,2м. в длину. (т.1 л.д. 11-19), Протокол осмотра места происшествия и схема места ДТП подписана должностными лицами, понятыми, в том числе и подсудимым ФИО18 - актом выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги (улицы) от 03.11.2015г., согласно которого недостатки не выявлены (т.1 л.д. 25), - рапортом от 03.11.2015г., зарегистрированного в ОП № УМВД России по <адрес> КУСП за №, из которого следует, что 03.11.2015г. в 18-18час. поступило сообщение из ГБ№ им. Пирогова о том, что в 18-06час. скорой помощи доставлена ФИО3 с диагнозом «сочетанная травма». Травму получила в результате ДТП на <адрес> (т.1 л.д. 26), - рапортом сотрудника ИДПС роты № полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от 03.11.2015г. о данном ДТП (т.1 л.д. 27-28), - актом медицинского освидетельствования № от 03.11.2015г., из которого усматривается, что у ФИО18 состояние опьянения не установлено, (т.1 л.д. 29), - копией протокола об административном правонарушении от 05.11.2015г. № <адрес>, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 18-00час. на <адрес>А <адрес> водитель ФИО49, управляя ФИО2 Теан г/н №, в нарушение п. 2.5 ПДД РФ оставил место дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся. Копией постановления мирового судьи судебного участка № Железнодорожного судебного района <адрес>, и.о. мирового судьи судебного участка № Железнодорожного судебного района <адрес> от 05.11.2015г., согласно которого ФИО49 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренное ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного ареста сроком на 7 суток. (т.1 л.д. 31, 32). Копией решения Железнодорожного районного суда <адрес> от 08.12.2015г., согласно которого вышеуказанное постановление мирового судьи оставлено без изменения, а жалоба ФИО49 без удовлетворения (т.2 л.д. 200, 223). Копией постановления заместителя председателя Самарского областного суда от 22.01.2016г. постановление мирового судьи от 05.11.2015г. и решение Железнодорожного районного суда <адрес> от 08.12.2015г. в отношении ФИО49 оставлены без изменения, а жалоба последнего – без удовлетворения. (т.2 л.д. 224-225). Копией постановления Верховного Суда РФ от 13.04.2016г., все указанные выше судебные акты оставлены без изменения, а жалобы ФИО49 и адвоката ФИО39 – без удовлетворения (т.2 л.д. 226-228). - карточкой учета ТС, копией свидетельства о регистрации ТС, из которых следует, что ФИО2 г/н № черного цвета принадлежит ФИО49 (т.1 л.д. 34, 35, 42, 45), - копией справки о смерти № от 06.11.2015г., из которой следует, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р. умерла 03.11.2015г. Причина смерти указана – переломы ребер, костей таза и нижних конечностей. (т.1 л.д.36), копией свидетельства о смерти ФИО3, из которого видно, что она умерла 03.11.2015г. (т.1 л.д. 50, т.2 л.д. 240), - электронной картой вызова ГБУЗ ССМП от 03.11.2015г., согласно которому вызов от ФИО67 с номера телефона <***> о ДТП на <адрес> на светофоре поступил в 17.47час. (т.1 л.д. 59), - копией протокола осмотра предметов (документов) от 21.01.2016г. с фототаблицей к нему, из которого следует, что должностным лицом – следователем СО по ДТП ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО43 с участием эксперта и ФИО6 был осмотрен ФИО2 г/н №. В ходе осмотра были исследованы днище ФИО50, где обрывки ткани, следы биологического происхождения не обнаружены. Расстояние от нижней кромки переднего бампера до дорожного покрытия составило 23 см. (т.1 л.д. 70-77), †††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††??заключением эксперта - автотехника ФБУ СЛСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на м - заключением эксперта - автотехника ФБУ СЛСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на момент исследования ФИО50 LADA GRANTA имеет следующие основные повреждения, характерные для наезда на пешехода. Капот в правой передней части имеет деформацию в виде вмятины. Повреждения капота в правой передней части расположено на расстоянии 80-90 см. от уровня дорожного полотна. Передний бампер справа в верхней и нижней части имеет деформацию в виде трещины. Повреждения переднего бампера справа в верхней части расположены на расстоянии около 60 см. от уровня дорожного полотна. Повреждения переднего бампера справа в нижней части расположены на расстоянии около 30 см. от уровня дорожного полота. Ветровое стекло ФИО50 LADA GRANTA имеет повреждение в нижней части по линии повреждений капота и переднего бампера. Повреждение ветрового стекла в нижней части расположено на расстоянии около 1 м. от уровня дорожного полотна. Передний номерной знак ФИО50 LADA GRANTA имеет деформацию в виде загиба правой части. Повреждение переднего номерного знака расположено на расстоянии около 45 см. от уровня дорожного полотна. Направление, характер, и расположение следов внешнего деформирующего воздействия на ФИО50 LADA GRANTA свидетельствует о том, что все повреждения были образованы в результате воздействия на кузов ФИО50 динамической нагрузки, направленной спереди назад, которая обусловлена взаимодействием ФИО50 и объекта вертикальной формы с непостоянным центром масс и соответственно вышеуказанные повреждения ФИО50 LADA GRANTA могли быть образованы от удара тела пешехода, при наезде. (т.1 л.д. 80-88), Эксперт ФИО28 в суде, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, поддержал свое заключение в полном объеме, изложив свои выводы подробно, а также подробно и мотивированно ответил на все поставленные участниками процесса вопросы, уточнив, что направление, характер, и расположение следов внешнего деформирующего воздействия на ФИО50 LADA GRANTA свидетельствует о том, что все повреждения были образованы в результате воздействия на кузов ФИО50 динамической нагрузки, направленной спереди назад, которая обусловлена взаимодействием ФИО50 и объекта вертикальной формы с непостоянным центром масс и соответственно вышеуказанные повреждения ФИО50 LADA GRANTA могли быть образованы от удара тела пешехода, при наезде. - постановлением о производстве выемки от 31.01.2016г., согласно которого произведена выемка в помещение служебного кабинета ГСУ ГУ МВД России по <адрес> видеозаписи ДТП у ФИО23 с целью изъятия оптического диска (т.1 л.д. 91); протоколом выемки от 31.01.2016г. с фототаблицей к нему, согласно которого ФИО23 добровольно выдал оптический диск с видеозаписью ДТП от 03.11.2015г. с участием ФИО2. (т.1 л.д. 92-94), - протоколом осмотра предметов (документов) от 03.02.2016г. с фототаблицей к нему, из которого усматривается, что был просмотрен оптический диск с видеозаписью ДТП 03.11.2015г. с участием ФИО2, изъятая у ФИО23 31.01.2016г. Видеозапись сделана из салона ФИО50, находящегося в движении, в нижней левой части экрана имеется изображение даты и времени записи, начало записи согласно данному таймеру - 20ДД.ММ.ГГГГ.г. в 00:11:26, что свидетельствует о неправильной настройке даты и времени видеорегистратора. На видеозаписи ФИО50 движется по <адрес> в <адрес>, слышен шум проезжающего транспорта. Изображение низкого качества, отсутствует яркость и контрастность. ФИО50 с видеорегистратором перемещается по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, затем проезжает перекресток с <адрес>, и далее двигается в направлении <адрес>, выехав на трамвайные рельсы попутного направления. Движение по <адрес> по проезжей части медленное, однако ФИО50 с видеорегистратором двигается свободно. По ходу движения, справа и слева от проезжей части видны работающие фонари уличного освещения, на транспортных средствах включены фары. Дорожное покрытие впереди ФИО50 с видеорегистратором, после того, как он выезжает на трамвайные пути, просматривается впереди свободно, помех для обзора, а также ограничение видимости отсутствует, за исключением бликов на мокром дорожном покрытии от света фар двигающихся во встречном направлении ФИО50. На записи видно, что ФИО50 с видеорегистратором набирает скорость, и двигается значительно быстрее, чем поток попутных ФИО50 справа. В момент, когда на таймере видеорегистратора отобразилось время – 00:11:45, впереди, на уровне левого рельса трамвайного пути попутного направления, становится виден силуэт человека, стоящего неподвижно. В следующую секунду становятся видны более четкие очертания человека, его одежда – светлая куртка и черные штаны. В 00:11:47 до пешехода остается незначительное расстояние, равное примерно длине одного корпуса легкового ФИО50, и становится видно, что человек стоит левой стороной тела к ФИО50 с видеорегистратором. В следующий момент происходит наезд на пешехода и одновременное смещение ФИО50 с видеорегистратором влево и торможение. Пешеход ударяется о переднюю правую часть ФИО50, правую часть ветрового стекла, и отбрасывается вперед на трамвайные пути. Видно, что пешеход остается лежать неподвижно на животе лицом вниз, сверху голова закрыта капюшоном. Тело расположено перпендикулярно трамвайным путям, при этом голова расположена между трамвайными путями, ноги на трамвайном пути попутного ФИО50 направления. Куртка пешехода испачкана грязью, капюшон чистый. Из ФИО50 с видеорегистратором вышел водитель – мужчина на вид 20-25 лет, подошел к пострадавшей, однако трогать ее не стал и отошел в сторону, взял телефон. Далее, на видеозаписи видно, что пострадавшая продолжает лежать неподвижно на трамвайных путях, к ней подошли и сразу отошли двое мужчин, более ничего не происходит. В ходе просмотра видеозаписи, кроме голоса водителя, слышен детский голос, то есть в ФИО50 помимо водителя находился ребенок. Видеозапись заканчивается в 00:14:28, следовательно, длительность записи 2 мин. 43 сек. С момента наезда до окончания записи истекло 2 мин. 20 сек., за это время водитель возле пострадавшей отсутствовал, знак аварийной остановки не выставил. Изображение кадров, на которых виден силуэт пешехода, начиная с 00:11:45 и далее, кадры с моментом наезда и обстановкой после наезда, зафиксированы нажатием клавиши «Prt Sc» и с использованием стандартной программы «Paint» («скриншоты»). После просмотра оптический диск с данной видеозаписью обратно упакован, опечатан, постановлением от 23.01. 2017г. признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, который хранится при уголовном деле. (т.1 л.д. 95- 104, 236). - постановлением о производстве выемки от 10.02.2016г., согласно которого произведена выемка в помещение служебного кабинета 6-й роты полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> диск с видеозаписью ДТП у ФИО20 (т.1 л.д. 106); протоколом выемки от 10.02.2016г. с фототаблицей к нему, согласно которого ФИО20 добровольно выдал оптический диск с видеозаписью ДТП от 03.11.2015г. наезда на пешехода ФИО1. (т.1 л.д. 107-108), - протоколом осмотра предметов (документов) от 11.02.2016г. с фототаблицей к нему, из которого усматривается, что был просмотрен оптический диск с видеозаписью ДТП 03.11.2015г. с участием ФИО1, изъятый у ФИО20 10.02.2016г. На видеозаписи видно, что ФИО50 движется по ул.пензенской в <адрес>….. В 00:11:47 до пешехода остается незначительное расстояние, равное примерно длине одного корпуса легкового ФИО50, и становится видно, что человек стоит левой стороной тела к ФИО50 с видеорегистратором. В следующий момент происходит наезд на пешехода и одновременное смещение ФИО50 с видеорегистратором влево и торможение. Пешеход ударяется о переднюю правую часть ФИО50, правую часть ветрового стекла, и отбрасывается вперед на трамвайные пути. После чего пешеход остается лежать неподвижно на животе лицом вниз, сверху голова закрыта капюшоном. Тело расположено перпендикулярно трамвайным путям, при этом голова расположена между трамвайными путями, ноги на трамвайном пути попутного ФИО50 направления. Куртка пешехода испачкана грязью, капюшон чистый. Из ФИО50 с видеорегистратором вышел водитель – мужчина на вид 20-25 лет, подошел к пострадавшей, однако трогать ее не стал и отошел в сторону, взял телефон. Пострадавшая продолжает лежать неподвижно на трамвайных путях, к ней подошли и сразу отошли двое мужчин, более ничего не происходит. После просмотра оптический диск с данной видеозаписью обратно упакован, опечатан, постановлением от 23.01.2017г. признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, который хранится при уголовном деле. (т.1 л.д. 117- 126, 237). - актом судебно-медицинского исследования № от 06.11.2015г. трупа ФИО3, из которого следует, что смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического). Ко времени наступления смерти ФИО29 находилась в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается наличием этанола в крови при судебно-химическом исследовании в количестве 0,79%, что соответствует легкому опьянению. При исследовании была изучена медицинская карта стационарного больного № ФИО3, из которой видно, что последняя поступило в СГКБ № ДД.ММ.ГГГГ в 18:06 в приемное отделение бригадой скорой помощи с диагнозом ЗЧМТ, ушибленная рана лобной области, перелом плеча слева, тупая травма живота. Поднята экстренно в операционную, операция проходила ДД.ММ.ГГГГ с 18:45час. до 19:00час. В 20:00 час. констатирована смерть. Труп ФИО3 отправлен в СОБСМЭ с диагнозом: тяжелая сочетанная травма, закрытый оскольчатый ротационно и вертикально нестабильный перелом лонных и седалищных костей с обеих сторон со смещением отломков, закрытый перелом крестца справа и слева со смещением отломков, повреждение мочевого пузыря, закрытый перелом хирургической шейки левого плеча со смещением отломков, множественные переломы ребер, ушиб легких и сердца, забрюшинная гематома, острая массивная кровопотеря, ЗЧМТ, СГМ, рвано-ушибленная рана головы, ушибленная ссадина области подвздошной кости справа, травматический шок 3 ст., алкогольное опьянение, острая сердечно-сосудистая недостаточность, эмболия. А также осмотрен сам труп ФИО3 (т.1 л.д. 127-140) - заключением эксперта ГБУЗ “СОБСМЭ” № МД от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. установлены следующие повреждения: А. Г-вы и шеи - ссадины: в лобной области слева в 5 см. от средней линии в 150 см. от подошвенной поверхности стоп (далее – псс) (одна); в правой скуловой области под наружным углом правого глаза в 147 см. от псс (одна); в волосистой части головы в правой лобно-височной области в 149 см. от псс (одна); у основания спинки носа в 146 см. от псс (одна); - рана в лобной области справа, с распространением на волосистую часть правой брови, в 150 см. от псс (одна) с кровоизлиянием в мягких тканях головы с внутренней поверхности; - кровоподтёки: на верхнем веке правого глаза в 147 см. от псс (один); - кровоизлияния в мягких тканях головы с внутренней поверхности: в теменной области слева с распространением в левую височную и лобную области (одно); в затылочной области слева в 3 см. от средней линии (одно); Б. Туловища - неполный перелом IV правого ребра по среднеключичной линии; - полные переломы левых ребер со II по VI по околопозвоночной линии с повреждением пристеночной плевры соответственно отломкам с кровоизлиянием в левую плевральную полость (450 мл.); В. Таза и конечностей. - множественные переломы костей таза в 77 см. от псс с обширными кровоизлияниями в окружающих мягких тканях и разрывами мягких тканей в области крестцово-подвздошных сочленений: - разрыв правого крестцово-подвздошного сочленения; - многооскольчатый перелом верхней правой лобковой кости; - перелом ветви правой седалищной кости в средней части; - перелом верхней ветви левой лобковой кости; - перелом ветви левой седалищной кости в средней части; - многооскольчатый перелом крестца слева с разрывом левого кростцово-подвздошного сочленения с распространением линии перелома на крыло левой подвздошной кости; - кровоподтеки: на задней поверхности правого бедра в нижней трети в 50 см. от псс (один); на наружно-передней поверхности области левого тазобедренного сустава в 74 см. от псс (один); на задневнутренней поверхности правой голени в нижней и средней трети от уровня псс с 21,5см. до 35 см. (один); на переднее-внутренней поверхности левого бедрак в нижней трети в 53 см. от псс (один); на внутренней поверхности левого коленного сустава в 51 см. от псс (один); - ссадины: на передненаружной поверхности правого коленного сустава, в 45 см. от псс (одна, на фоне двух кровоподтеков); на наружной поверхности в области правого тазобедренного сустава, в 78 см. от псс (не менее 10, на фоне двух кровоподтеков); - многооскольчатый перелом шейки левой плечевой кости; - кровоизлияние в мышцах правого бедра в верхней трети преимущественно по передней поверхности, в 70 см. от псс; - отслоение кожи от подкожно-жировой клетчатки по передненаружной поверхности левого бедра в нижней трети, расположенного в 52 см. от псс, на площади 13Х10 см.; - полный перелом левой малоберцовой кости, расположенной в 22 см. от псс. Все вышеуказанные повреждения образовались прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний в области повреждений, окраской кровоподтеков, поверхностью ссадин, состоянием ран. При этом вышеуказанные повреждения образовались на очень коротком временном промежутке, одно за другим, либо одновременно в пределах трех часов до наступления смерти. Все кровоподтеки, кровоизлияния в мягких тканях головы с внутренней поверхности, кровоизлияния в мышцах правого бедра – локальные повреждения, образовались в местах приложения травмирующих сил от ударных, либо ударно-давящих, либо давящих контактных взаимодействий соответствующих зон тела и травмирующей поверхности тупого предмета (предметов), что подтверждается самим наличием и характером данных повреждений. Ссадины на фоне кровоподтеков - локальные повреждения, образовались в местах приложения травмирующих сил от скользящих взаимодействий соответствующих зон тела и ограниченной соразмерно ссадинам поверхности тупого предмета (предметов), действовавшего под углом к травмируемой поверхности либо параллельно ей, что подтверждается самим наличием и характером данных повреждений. Рана – локальное повреждение, образовалось в месте приложения травмирующей силы от ударного либо ударно-давящего контактного взаимодействия соответствующей самим наличием и характером ран (края неровные, концы закруглены, в дне соединительно-тканные перемычки у концов). Неполный перелом IV правого ребра по среднеключичной линии; полные переломы левых ребер со II по VI по околопозвоночной линии с повреждением пристеночной плевры соответственно отломкам с кровоизлиянияем в левую плевральную полость, образовались на отдалении от места приложения травмирующей силы от ударного, либо ударно-давящего или давящего взаимодействия (взаимодействий) травмируемой поверхности и травмирующей поверхности твердого тупого предмета (предметов). Это подтверждается локализацией, взаиморасположением поврежденных ребер, признаками сжатия костной ткани на наружной поверхности и признаками растяжения на внутренней поверхности. Многооскольчатый перелом шейки левой плечевой кости образовался на отдалении от места приложения травмирующей силы от ударного, либо ударно-давящего или давящего взаимодействия (взаимодействий) левой верхней конечности и травмирующей поверхности твердого тупого предмета. Полный перелом левой малоберцовой кости образовался в месте приложения травмирующей силы от ударного либо ударно-давящего контактного взаимодействия соответствующей зоны конечности и травмирующей поверхности тупого твердого предмета, что подтверждается характером перелома (края на задненаружной поверхности мелкозубчатые с участками выкрашивания, на передневнутренней поверхности относительно ровные, сопоставимые). Множественные переломы костей таза с обширными кровоизлияниями в окружающих мягких тканях и разрывами мягких тканей в области крестцово-подвздошных сочленений (разрыв правого крестцово-подвздошного сочленения; многооскольчатый перелом верхней ветви правой лобковой кости; перелом ветви правой седалищной кости в средней части; многооскольчатый перелом крестца слева с разрывом левого крестцово-подвздошного сочленения с распространением линии перелома на крыло левой подвздошной кости) образовались от ударного либо ударно-давящего контактного взаимодействия (взаимодействий) области таза и травмирующей поверхности тупого твердого предмета (предметов), как вместе приложения травмирующей силы, так и на отдалении ее действия, что подтверждается множественностью повреждений и их характером. Отслоение кожи от подкожно-жировой клетчатки по передненаружной поверхности левого бедра в нижней трети образовалось от преимущественного сдавливающего воздействия между двумя тупыми твердыми предметами, находившимися относительно друг друга в движении. Смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического), что подтверждается самим наличием и характером множественных повреждений, а также данными: объем излившейся крови более 450 мл.; гемоциркуляторные нарушения в виде неравномерного кровенаполнения одних органов и малокровия других, в виде явления повышенной сосудистой проницаемости, сосудистого лейкоцитоза; нарушение реологических свойств крови (отмешивание форменных элементов, гиалиновые микротромбы, стазы); выращенный отек головного мозга; в сердце – гипертонус, спазм артериол, межмышечный отек, отек стромы, белковая дистрофия кардиомиоцитов с явлениями миоцитолизиса, кариолизиса, очаговая фрагментация мышечных волокон; в легких гипертонус, спазм бронхов, десквамация бронхоэпителия, макрофаги в небольшом количестве в отдельных альвеолах, участки дисателектазов, ателектазов и острой альвеолярной эмфиземы; в почках – белковая зернистая дистрофия эпителия извитых канальцев с некробиозами, некрозами отдельных клеток, групп клеток с явлениями десквамации нефроцитов. Множественные переломы костей таза в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ «медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ ДД.ММ.ГГГГ №н являлись опасными для жизни и имеют признаки тяжкого вреда здоровью и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО3 обнаружен этанол в количестве 0,79%o. Указанное количество этанола в крови у живых лиц со средней степенью чувствительности к данному веществу соответствует легкому опьянению. (т.1 л.д. 142-154) Эксперт ФИО30 в суде, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, свое исследование и заключение поддержал в полном объеме, подробно изложил свои выводы, подробно и мотивированно ответил на все поставленные участниками процесса вопросы. При этом дополнил, что проводил экспертизу единолично. Он пришел к выводу, что смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического). Шок – это ответная реакция организма на внешние раздражители. В данном случае он пришел к выводу смешанного шока (травматического и геморрагического), т.к. в процессе наступления смерти не только сама травма привела к развитию шока, но и кровопотеря. Кровопотеря была более 450мл. Множественные переломы костей таза в соответствии с Приказом МЗ и СР РФ №н являлись опасными для жизни и имеют признаки тяжкого вреда здоровью и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Однако ни повреждения, образовавшиеся от наезда на пешехода с последующим отбрасыванием ее тела на дорожное покрытие, ни повреждения, образовавшиеся вследствие переезда ее тела колесами ФИО50 – непосредственной причиной смерти не являются. Уточнил, что смерть последовала от комплекса телесных повреждений, которые привели непосредственно к смешанному шоку, разграничить невозможно. Однако имеется прямая причинно-следственная связь между полученными повреждениями, развившимся осложнением, т.е. шоком, и наступлением смерти. На вопрос: «комиссионные экспертизы разграничили телесные повреждения, а именно: при наезде были установлены множественные переломы ребер, а при переезде – обширные кровоизлияния, разрыв таза. Все ли телесные повреждения влекут за собой кровоизлияние? Эксперт пояснил, что любое повреждение сопровождается кровоизлиянием, только его объем зависит от повреждений. В зависимости от объема кровоизлияние влияет на развитие шока. - заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № «Б» № от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что согласно заключению эксперта № МД от ДД.ММ.ГГГГ на трупе ФИО3 помимо медицинских манипуляций установлены следующие повреждения: А. Г-вы и шеи - ссадины: в лобной области слева в 5 см. от средней линии в 150 см. от подошвенной поверхности стоп (далее – псс) (одна); в правой скуловой области под наружным углом правого глаза в 147 см. от псс (одна); в волосистой части головы в правой лобно-височной области в 149 см. от псс (одна); у основания спинки носа в 146 см. от псс (одна); - рана в лобной области справа, с распространением на волосистую часть правой брови, в 150 см. от псс (одна) с кровоизлиянием в мягких тканях головы с внутренней поверхности; - кровоподтёки: на верхнем веке правого глаза в 147 см. от псс (один); - кровоизлияния в мягких тканях головы с внутренней поверхности: в теменной области слева с распространением в левую височную и лобную области (одно); в затылочной области слева в 3 см. от средней линии (одно); Б. Туловища - неполный перелом IV правого ребра по среднеключичной линии; - полные переломы левых ребер со II по VI по околопозвоночной линии с повреждением пристеночной плевры соответственно отломкам с кровоизлиянием в левую плевральную полость (450 мл.); В. Таза и конечностей. - множественные переломы костей таза в 77 см. от псс с обширными кровоизлияниями в окружающих мягких тканях и разрывами мягких тканей в области крестцово-подвздошных сочленений: - разрыв правого крестцово-подвздошного сочленения; - многооскольчатый перелом верхней правой лобковой кости; - перелом ветви правой седалищной кости в средней части; - перелом верхней ветви левой лобковой кости; - перелом ветви левой седалищной кости в средней части; - многооскольчатый перелом крестца слева с разрывом левого кростцово-подвздошного сочленения с распространением линии перелома на крыло левой подвздошной кости; - кровоподтеки: на задней поверхности правого бедра в нижней трети в 50 см. от псс (один); на наружно-передней поверхности области левого тазобедренного сустава в 74 см. от псс (один); на задневнутренней поверхности правой голени в нижней и средней трети от уровня псс с 21,5см. до 35 см. (один); на переднее-внутренней поверхности левого бедрак в нижней трети в 53 см. от псс (один); на внутренней поверхности левого коленного сустава в 51 см. от псс (один); - ссадины: на передненаружной поверхности правого коленного сустава, в 45 см. от псс (одна, на фоне двух кровоподтеков); на наружной поверхности в области правого тазобедренного сустава, в 78 см. от псс (не менее 10, на фоне двух кровоподтеков); - многооскольчатый перелом шейки левой плечевой кости; - кровоизлияние в мышцах правого бедра в верхней трети преимущественно по передней поверхности, в 70 см. от псс; - отслоение кожи от подкожно-жировой клетчатки по передненаружной поверхности левого бедра в нижней трети, расположенного в 52 см. от псс, на площади 13Х10 см.; - полный перелом левой малоберцовой кости, расположенной в 22 см. от псс. Согласно этой же экспертизы смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического). Поскольку в распоряжение комиссии экспертов не представлено каких-либо дополнительных объектов исследования, позволяющих уточнить наличие и характер повреждений у ФИО3 и причину ее смерти, каких-либо противоречий между выводами заключения эксперта №МД и имеющимися судебно-медицинскими данными не усматривается, вопросы относительно наличия, характера, локализации, механизма образования, прижизненности и давности образования повреждений, причины смерти ФИО3 в рамках настоящего экспертного исследования не разрешались. Однако, на основании результатов исследования условий ДТП на представленных дисках, связанных с наездом ФИО1 на пешехода ФИО3, и с последующим переездом ее тела колесами ФИО2 следует полагать, что повреждения: кровоподтеки, ссадины и перелом на нижних конечностях трупа ФИО3, а также повреждения костей грудной клетки, левой плечевой кости и повреждения на голове ФИО3, образовались от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие, а повреждения в области таза и нижней трети левого бедра, сопровождавшегося отслоением кожи от подкожно-жировой клетчатки, образовались от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. На это указывает соответствие механизмов дорожно-транспортного происшествия морфологическим особенностям (форма, размеры, объем) повреждений, обнаруженным на трупе ФИО3, и их локализация. С учетом разграничения повреждений комиссия экспертов констатирует следующее. Множественные переломы ребер с повреждением пристеночной плевры и кровоизлиянием в левую плевральную полость, образовавшиеся от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие, в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены Приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, далее «Медицинские критерии…») были опасными для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО3 Множественные переломы костей таза, образовавшиеся от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2, в соответствии с пп. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев…», были опасными для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО3 С учетом непосредственной причины смерти, указанной в п.1 Выводов (шок смешанного генеза), смерть ФИО3 последовала от совокупности повреждений, в том числе вышеуказанных переломов ребер и костей таза. Таким образом, смерть ФИО3 состоит в причинно-следственной связи, как с повреждениями, образовавшимися от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела на дорожное покрытие, так и с повреждениями, образовавшимися от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. (т.1 л.д. 160-181), - заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ “СОБСМЭ” № «Б» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому «следует уточнить, что согласно принятой в медицинской практике терминологии, основная причина смерти (основное повреждение) – это болезнь или телесное повреждение, которое повлекло за собой цепь событий, приведших к смертельному исходу. При этом, в случаях повреждений, несовместимых с жизнью, основная причина смерти является также и непосредственной. Непосредственная причина смерти – это несовместимые с жизнью морфофункциональные изменения, развившиеся вследствие основной патологии. Согласно «Заключению эксперта №МД от 31.12.2015г.», смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей (основная причина смерти), осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического), явившегося непосредственной причиной смерти. Ни повреждения, образовавшиеся от наезда ФИО1 на пешехода ФИО3 с последующим отбрасыванием ее тела на дорожное покрытие, ни повреждения, образовавшиеся вследствие переезда ее тела колесами ФИО2 - непосредственной причиной смерти не являются. При сопоставлении результатов анализа информации, содержащейся в видеозаписи ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО1, относящейся к условиям наезда на тело ФИО3 с судебно-медицинскими данными устанавливается возможность образования кровоподтеков, ссадины и перелома на нижних конечностях трупа ФИО3 в местах приложения травмирующих сил к левой боковой поверхности тела ФИО3 при ударном воздействии выступающими частями а/м ФИО1 в преимущественном направлении слева направо относительно ее вертикально расположенного тела. При этом повреждения грудной клетки, левой верхней конечности и головы у ФИО3 могли образоваться как при ударе о лобовое стекло ФИО1, так и при отбрасывании и падении тела ФИО3 на дорожное покрытие. Информация, содержащаяся в видеозаписи ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО2, относящаяся к условиям переезда через тело ФИО3, не противоречит тому, что в момент переезда передним левым колесом а/м ФИО2 тело ФИО3 могло находиться на передней поверхности на дорожном покрытии, то есть в той позе, в которой ФИО3 осталась после наезда на нее а/м ФИО1 с последующим ее вращением вдоль вертикальной (продольной) оси тела под днищем а/м ФИО2, что также соответствует судебно-медицинским данным о наличии повреждений на различных поверхностях тела ФИО3 Место переезда левым задним колесом двигавшегося ФИО2 через лежащее в горизонтальном положении на дорожном покрытии тело ФИО3 на уровне таза по его передней поверхности справа налево, с расположением нижних конечностей под днищем ФИО50 и образованием повреждений в области таза и нижней трети левого бедра в виде отслоения кожи от подкожно-жировой клетчатки.» (т.4 л.д. 179-200), Эксперты ФИО31 и ФИО32, будучи предупрежденные об уголовной ответственности, в суде свои заключения № «Б» № от ДД.ММ.ГГГГ и № «Б» от ДД.ММ.ГГГГ, которые проводили комиссией экспертов, поддержали в полном объеме, подробно разъяснили свои выводы, подробно и мотивированно ответили на все поставленные участниками процесса вопросы. При этом, эксперт ФИО32 в судебном заседании пояснил, что телесные повреждения, установленные на трупе от наезда на пешехода и от переезда пешехода согласно Приказу Минздравсоцразвития РФ №н являлись опасными для жизни, следовательно, относятся к тяжкому вреду причиненного здоровью ФИО3 Смерть ФИО3 наступила от совокупности таких повреждений от развившихся осложнений и нельзя установить конкретно от какого ФИО50. С такими повреждениями ФИО3 бригадой скорой помощи была доставлена в больницу с признаками жизни, после чего спустя около 3 часов после ДТП умерла. Эксперт ФИО31 в суде и на предварительном следствии, чьи показания были оглашены (т.4 л.д.64-66), пояснила, что имело место переезд пешехода левыми колесами двигавшегося ФИО2 через лежащее именно на спине на дорожном покрытии тело человека на уровне таза. Она пришла к выводу на основании локализации, взаиморасположения, объема повреждений имевшихся у ФИО3 в области таза и нижней трети левого бедра в виде отслоения кожи от подкожно-жировой клетчатки, а также видеозаписи на участке которой с определением времени 10:41:06 ФИО50 г/н № левыми передним колесами наезжает на тело человека, расположенного с горизонтальном положении лежа на дорожном покрытии в области таза и нижних конечностей. Во время наезда верхняя часть туловища и голова человека поднимаются вверх у двигающемуся ФИО50 под углом 60-70 градусов к дорожному покрытию и затем падает вниз на дорожное покрытие. Согласно видеозаписи, в момент подъема тела ФИО3 под углом 60-70 градусов к дорожному покрытию происходил переезд тело располагалось на спине. Тело ФИО3 в момент и после переезда левым передним колесом ФИО2 могло иметь вращение и оказаться перевернутым с живота на спину, т.к. имеется движение левого переднего колеса, после переезда которым тело начинает контактировать с выступающими частями днища ФИО50, в результате которых происходит тесный контакт их с телом человека, задавая ему вращательные движение. Ею были установлены разграничения повреждений, а именно: повреждения костей грудной клетки, левой плечевой кости и повреждения на голове ФИО3 образовались от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела ФИО3 на дорожное покрытие; а повреждения в области таза и нижней трети левого бедра, сопровождавшегося отслоением кожи от подкожно-жировой клетчатки, образовались от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Все повреждения были опасными для жизни, следовательно, имеют квалифицирующий признак тяжкого вреда причиненного здоровью ФИО3 Смерть ФИО3 последовали от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей (основная причина смерти), осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического), явившегося непосредственной причиной смерти. Однако данные повреждения непосредственной причиной смерти не являются. Уточнила, что с учетом характера и объема повреждений в данном случае процентное соотношение правильности ее выводов, сказать не может. Суд не допросил эксперта ФИО33 в связи с его увольнением из ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» в 2018г.. С учетом допрошенных экспертов ФИО34 и ФИО32, которые подтвердили заключения комиссионных судебно-медицинских экспертиз и дали ответы на все интересующие вопросы, суд не посчитал необходимым вызвать для допроса ФИО33 - заключением эксперта-автотехника ФБУ «СЛСЭ» № от 28.10.2016г., из которого следует, что в связи с тем, что на схеме ДТП нет сведений о наличии на месте ДТП следов торможения, бокового скольжения или заноса ФИО1, то определить скорость его движения не представляется возможным. Определить скорость движения ФИО50 по деформации полученной ФИО50 в момент ДТП не представляется возможным в связи с отсутствием научно разработанной и рекомендованной методики. В связи с тем, что не указано на каком метре торможения произошел наезд ФИО1 на пешехода, то определить удаление ФИО1 от места наезда с момента возникновения опасности для водителя ФИО51 с.Ф. и ответить на вопрос о технической возможности у водителя избежать ДТП в категоричной форме не представляется возможным. Если при возникновении опасности для водителя ФИО5, ФИО50 последнего находился от места наезда на расстоянии более чем 22м., то в этом случае водитель ФИО5 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО3, с применением экстренного торможения с остановкой ФИО1 до места наезда, двигаясь со скоростью 40 км/ч предельно допустимой на данном участке дороги, и располагал такой возможностью если при возникновении опасности для водителя ФИО5 ФИО50 последнего находился от места наезда на расстоянии более чем 22м. В данной дорожной ситуации водитель ФИО5 должен был руководствоваться требованием п.10.1 ПДД. (т.1 л.д. 211-217). Эксперт ФИО28 в суде, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, поддержал свое заключение в полном объеме, изложив свои выводы подробно, а также подробно и мотивированно ответил на все поставленные участниками процесса вопросы, при этом дополнил, что исходные данные предоставил следователь вместе с материалами уголовного дела и видеозаписью, он самостоятельно их собирать не может. По-прежнему утверждает, что ФИО5 располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода. - протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, с приложенной схемой и фототаблицей к нему, в соответствии с которым осмотр проводился на проезжей части <адрес> от <адрес> до остановки общественного транспорта «Дачная», расположенной напротив <адрес>. В ходе осмотра от перекрестка с <адрес> и до опоры со светофором и дорожным знаком «Пешеходный переход- 5.19.1», было зафиксировано расположение электроопор и расстояние между ними. Первой, после указанного перекрестка, была зафиксирована электроопора с дорожным знаком 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч». От данной электроопоры (далее, электроопора №), было измерено расстояние до следующей электроопоры с дорожным знаком 1.22 «Пешеходный переход» (далее, электроопора №), данное расстояние составило – 41 м. От электроопоры № измерено расстояние до следующей электроопоры без дорожных знаков (далее, электроопора №), данное расстояние составило – 40 м. От электроопоры № измерено расстояние до следующей электроопоры с дорожным знаком 5.17 «Место остановки трамвая» (далее, электроопора №), данное расстояние составило 45,5м. От электроопоры № измерено расстояние до опоры со светофором, дорожным знаком 5.19.1, знаком 6.16 «Стоп-линия» и знаком 8.15 «Слепые пешеходы» (далее, опора №), данное расстояние составило 9,7 м. От опоры № было измерено расстояние до угла <адрес>, которое составило 28,2м. После чего, ФИО18 было предложено указать место наезда на пешехода, относительно угла <адрес> место ФИО18 указал в 6,5м. от угла <адрес>, данное место расположено напротив выезда с дворовой территории на противоположной стороне от <адрес> и напротив лестницы, ведущей от тротуара на остановку общественного транспорта «Дачная». (т.1 л.д.221-227), Данный осмотр проводился должностным лицом с участием ФИО18, схема которой последним подписана, каких-либо замечаний не поступило. - протоколом дополнительного осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому объектом осмотра является оптический диск CD-R с видеозаписью ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием, а/м ФИО1, изъятый у ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ. При просмотре исследуемой видеограммы установлено, что видеограмма выполнена в ночное время суток, содержит цветные видеоизображения, первоначально полученные автомобильным видеорегистратором. На изображении в нижней левой части экрана имеется временно-числовой маркер даты и времени записи, начало записи согласно данному таймеру - 2013/02/24 00:11:26, что свидетельствует о неправильной настройке даты и времени видеорегистратора. На видеозаписи ФИО50 движется по <адрес> в <адрес>, слышен шум проезжающего транспорта. Изображение низкого качества, недостаточна яркость, низкие контрастность и резкость. ФИО50 с видеорегистратором перемещается по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, затем проезжает перекресток с <адрес>, и затем двигается в направлении <адрес>, выехав на трамвайные рельсы попутного направления. Движение по <адрес> по проезжей части медленное, однако ФИО50, оснащенный видеорегистратором, двигается свободно по трамвайным путям попутного направления. По ходу движения, справа и слева от проезжей части видны работающие фонари уличного освещения, на транспортных средствах включены фары. Дорожное покрытие трамвайного пути попутного направления впереди ФИО50 с видеорегистратором, после того, как он выезжает на трамвайные пути, просматривается впереди свободно, помех для обзора, а также ограничение видимости отсутствует. Левее от трамвайного пути попутного направления на видео отображаются блики на мокром дорожном покрытии от света фар двигающихся во встречном направлении ФИО50. На записи видно, что ФИО50 с видеорегистратором набирает скорость, и двигается значительно быстрее, чем поток попутных ФИО50 справа. В момент, когда на таймере отобразилось время 00:11:41, ФИО50 с видеорегистратором проезжает мимо световой опоры с дорожным знаком 1.22 «Пешеходный переход» (далее, опора №). С помощью специализированного программного обеспечения «Вокорд.Видеоцифра» специалистом ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> ФИО35 с этого момента осуществлен покадровый просмотр видео, и кадр № остановлен. На данном кадре световая опора № зафиксирована в крайнем правом верхнем углу изображения. Затем просмотр возобновлен. В момент, когда на таймере отобразилось время 00:11.45, ФИО50 с видеорегистратором проезжает мимо световой опоры, следующей после световой опоры с дорожным знаком 1.22 «Пешеходный переход» (световая опора №). С помощью специализированного программного обеспечения «Вокорд.Видеоцифра» специалистом ФИО35 с этого момента осуществлен покадровый просмотр видео, и кадр № остановлен. На данном кадре световая опора № зафиксирована в крайнем правом верхнем углу изображения, аналогично кадру №. Затем, с указанного кадра № на видео просматривается пространство между трамвайными рельсами попутного направления, при этом какое-либо движение через данное пространство не происходит, а впереди от ФИО50 с видеорегистратором, на уровне левого рельса трамвайного пути попутного направления, становится виден силуэт человека, стоящего неподвижно. В следующую секунду становятся видны более четкие очертания человека, его одежда – светлая куртка и черные штаны. В 00:11:47 до пешехода остается незначительное расстояние и становится видно, что человек стоит левой стороной тела к ФИО50 оснащенным видеорегистратором. В следующий момент происходит наезд на пешехода и одновременное смещение ФИО50 с видеорегистратором влево и торможение. Пешеход ударяется о переднюю правую часть ФИО50, правую часть ветрового стекла, и отбрасывается вперед на трамвайные пути. Видно, что пешеход остается лежать неподвижно на животе лицом вниз, сверху голова закрыта капюшоном. Из ФИО50 с видеорегистратором вышел водитель, подошел к пострадавшей, достал телефон. Пострадавшая продолжает лежать неподвижно на трамвайных путях, к ней подошли и сразу отошли двое мужчин, более ничего не происходит. Видеозапись заканчивается в 00:14:28, следовательно, длительность записи 3 мин 2.00 с. (т.1 л.д. 229-235), Дополнительный досмотр видеозаписи проводился должностным лицом - ст. следователем ССО по ДТП н.п. ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО43 с участием специалиста по производству видеотехнических экспертиз ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> ФИО35 - заключением эксперта-автотехника № от 01.02.2017г., согласно которому время с момента проезда ФИО1 опоры № (кадр №), до следующей опоры № (кадр №), составляет 03,33сек. (т.2 л.д. 4-7), Эксперт ФИО35, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, свое заключение поддержал в полном объеме, дополнив, что просмотр видеозаписи проводился следователем с его участием в качестве специалиста, данные фиксировались в протоколе осмотра. После чего следователем была назначена видео-техническая экспертиза. Он дал заключения в рамках поставленных следователем вопросов на основании исходных данных, которые были зафиксированы в протоколе осмотра с его участием. - заключением эксперта - автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому средняя скорость движения ФИО50 LADA GRANTA на исследуемом отрезке пути определяется равной примерно 43 км/ч. В данной дорожной ситуации водитель ФИО50 LADA GRANTA располагает технической возможностью избежать наезда на пешехода путём своевременного применения мер экстренного торможения. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО50 LADA GRANTA должен был руководствоваться требованием п. 10.1 ПДД РФ. (т.2 л.д. 8-10), Эксперт ФИО36, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, в суде в полном объеме поддержал свое заключение, подробно и мотивированно изложив свои выводы. - протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, схемой и фототаблицей к нему, согласно которому следственный эксперимент проводился на участке дороги, напротив <адрес> в <адрес>, с целью установления обзорности и видимости на пешехода в положении «лежа», при этом воспроизводились обстоятельства переезда ФИО3, ФИО2 под управлением водителя ФИО49, которое произошло ДД.ММ.ГГГГ на данном участке дороги <адрес>. В ходе эксперимента на трамвайных путях был расположен ФИО1 в месте, как он располагался на момент осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ. Расстояние от правого заднего колеса до правого края проезжей части <адрес> (далее, относительно направления движения от <адрес> к <адрес>), составило 7,6 м., от переднего правого колеса до правого края проезжей части – 7,9м., расстояние от ближнего угла <адрес> до задней оси а/м ФИО1 – 8,1м. На трамвайных путях перед передней частью а/м ФИО1 расположены предметы одежды, имитирующие человека в положении «лежа», на животе: куртка светлая с черными вставками, джинсы синие, ботинки черные, капюшон бежевого цвета. Муляж расположен поперек трамвайных путей так, что голова находится в 8 м. от правого края проезжей части <адрес> и в 7,7 м. от задней оси а/м ФИО1. Длина муляжа соответствует длине тела человека в 166 см. По трамвайным путям попутного направления направлен с минимальной скоростью а/м ФИО2 так, что правые колеса двигались вплотную к правому крайнему рельсу (на небольшом расстоянии). Справа от а/м ФИО2 по второй полосе двигался а/м ФИО7 ФИО66. На расстоянии 14,4 м. от передней оси а/м ФИО2 до задней оси ФИО1, а/м ФИО2 остановился, справа от него остановился а/м ФИО7 ФИО66. Водитель а/м ФИО2 вышел, за руль сел понятой ФИО37, и пояснил, что муляж тела видит свободно, блики на асфальте и фары встречных машин ему не мешают. ФИО2 и ФИО1 остановились ближе к а/м ФИО1, при этом расстояние от передней оси а/м ФИО2 до задней оси а/м ФИО1 составило 1,5м. Понятые поочередно сели в а/м ФИО2 и подтвердили, что тело (муляж) видно свободно, источников света достаточно. ФИО6 также пояснил, что видит муляж тела свободно. Таким образом, в ходе следственного эксперимента установлено, что муляж человека в положение лежа на трамвайных путях проезжей части <адрес>, напротив <адрес>А виден с водительского места а/м ФИО2 на расстоянии не менее чем за 22,1 м. до места переезда. При этом следственный эксперимент проводился в условиях пасмурной погоды, в темное время суток при искусственном освещении, мокрый асфальт. (т.2 л.д. 66-72). Данный следственный эксперимент проводился должностным лицом - ст. следователем ССО по ДТП н.п. ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО43 в присутствии понятых – ФИО37 и ФИО38, с участием сотрудников ИДПС и статистов, самого ФИО6 и его адвоката ФИО39, свидетелей – ФИО26, ФИО25 с целью установления обзорности и видимости пешехода «лежа». По окончанию следственного эксперимента был составлен протокол, с которым все участвующие лица ознакомились и поставили свои подписи, в том числе сам ФИО6 и его адвокат ФИО39 Кроме адвоката ФИО39, у других участников следственного эксперимента каких-либо замечаний и дополнений не было. Адвокат ФИО39 внес замечание: отсутствовал дождь, освещение было спустя 2 года, впереди на трамвайным путях не было попутных транспортных средств, муляж тела был положен по пятну крови по мнению следователя, но фактически его положение неизвестно. - заключением эксперта - автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в данной дорожной ситуации, при указанных исходных данных с расстояния 22,1 м., водитель ФИО2 в данной дорожной ситуации располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода ФИО3 применением экстренного торможения с остановкой на указанном расстоянии, двигаясь со скоростью 20 км/ч. В данной дорожной ситуации, при указанных исходных данных, водитель ФИО49 должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ. (т.2 л.д. 112-118). Скорость движения данного ТС – 20 км/ч установлена со слов самого ФИО49, а 22,1м. – взято из протокола следственного эксперимента от 03.04.2017г., когда водитель ФИО2 мог увидеть лежащего на дороге пешехода. Эксперт ФИО28 в суде, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, поддержал свое заключение в полном объеме, изложив свои выводы подробно, а также подробно и мотивированно ответил на все поставленные участниками процесса вопросы, при этом дополнил, что исходные данные предоставил следователь вместе с материалами уголовного дела и видеозаписью, он самостоятельно их собирать не может. По-прежнему утверждает, что ФИО49 располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода. - протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ.2018г. с фототаблицей к нему, согласно которому была установлена видимость на стоящего на трамвайных рельсах пешехода с места водителя ФИО1, которая составила 25,5 м. (т.4 л.д. 7-15), Данный следственный эксперимент проводился должностным лицом – ст. следователем ССО по ДТП ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО44 в присутствии двух понятых с участием ФИО5 в условиях пасмурной погоды в темное время суток при искусственном освещении. С протоколом все участвующие лица, в том числе и ФИО5 ознакомлены и поставили свои подписи, каких-либо замечаний, дополнений от указанных лиц не поступали. - протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому ст.следователем ССО по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО44 с участием специалиста ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> просмотрена видеозапись ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО2, изъятая у гр. ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ. Данная видеозапись сделана из салона ФИО50, находящегося в движении, в верхней левой части экрана имеется изображение даты и времени записи, начало записи согласно данному таймеру - 20ДД.ММ.ГГГГ.г. в 10:39:17, что свидетельствует о неправильной настройке даты и времени видеорегистратора. На видеозаписи ФИО50 движется по <адрес> в <адрес>. ФИО50 с видеорегистратором перемещается по <адрес> в сторону <адрес>, затем проезжает перекресток с <адрес>, и затем двигается в направлении <адрес> по второй полосе проезжей части. Движение по <адрес> медленное, впереди и справа от ФИО50 с видеорегистратором медленно движется попутный транспорт. Слева, по трамвайным путям движения попутных ТС нет. Время записи 01 мин.19 сек. – в кадре видно, как ФИО50 следуют в два ряда и по трамвайным путям проезжает со скоростью выше, чем скорость потока транспорта ФИО50 марки «ФИО2», регистрационный знак данного ФИО50 не различается на записи. Затем у данного ФИО50 загораются стоп-сигналы, и он пропадает из обзора видеорегистратора, т.к. следовавший перед ФИО50 из которого ведется видеозапись, ФИО1 ФИО66 останавливается. По ходу движения, после перекрестка с <адрес>, справа виден дорожный знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч». Когда ФИО50 с видеорегистратором приближается к остановке общественного транспорта, время записи 01 мин. 37 сек. в кадре появляется ФИО2 г/н №, который двигается по трамвайным рельсам попутно слева. У данного ФИО50 горят стоп-сигналы. ФИО2 опережает ФИО50, из которого ведется видеозапись, после чего ФИО1 ФИО66, следующий впереди, также ускоряется и замедляет скорость, находясь напротив ФИО2. У ФИО2 загорается указатель правого поворота, и водитель данного ФИО50 пытается перестроиться вправо, т.е. в левый ряд, по которому двигается ФИО1 ФИО66 и ФИО50, из которого ведется видеозапись (время записи 01 мин. 42 сек.). В этот момент в кадре видны два человека находящиеся в районе середины проезжей части и легковой ФИО50, стоящий на трамвайных путях встречного направления движения с включенной аварийной сигнализацией. ФИО2 проезжает мимо этих людей немного смещаясь вправо и продолжает движение вперед таким образом, что переднее правое колесо данного ФИО50 находится на правом рельсе попутного направления движения. Время записи 01 мин. 45 сек. (кадр №) - в кадре видно, что задние колеса ФИО2 расположены напротив угла парковочной площадки рядом с дорожным знаком 5.16 «место остановки автобуса и (или) троллейбуса». Расположение ФИО2 относительно угла парковочной площадки определяется по уровню линий передней панели ФИО50, из которого ведется видеозапись. ФИО2, снизив ещё скорость, проезжает между ФИО1, находящимся на трамвайных рельсах встречного направления, передней частью в сторону <адрес>, и между ФИО50 марки ФИО7 ФИО66, двигающимся медленно во втором ряду проезжей части <адрес>, с минимальным боковым интервалом. Время записи 01 мин. 47 сек. (кадр 3190) - в этот момент правые колеса ФИО2 двигаются уже по правому рельсу попутного направления движения и ФИО2 двигается прямолинейно, проезжая мимо ФИО1. Проехав прямолинейно мимо ФИО1, ФИО2 ускоряется и смещается влево, на трамвайные пути, где транспортные средства отсутствуют. Время записи 01 мин. 49 сек. (кадр №) - в кадре видно, как левая передняя часть ФИО2 резко приподнимается вверх, после чего в обзор попадает тело человека, которое переезжает ФИО2 задним левым колесом, при этом задняя левая часть ФИО2 также приподнимается. Туловище человека в момент переезда задним левым колесом, поднимается вверх, а ноги находятся под ФИО2, то есть наезд происходит через область таза и поясницы. Также на записи видно, что тело человека под колесами несколько раз проворачивается вокруг своей оси в направлении движения ФИО50, и оказывается на спине, руки раскинуты по сторонам, ноги слегка согнуты в коленях и повернуты вправо (относительно тела). На видеозаписи с момента времени 01 мин 45 сек. до момента наезда 01 мин. 50 сек. видно, что в момент приближения ФИО2 к ФИО1 и в момент проезда мимо ФИО1, трамвайные пути попутного направления для ФИО2 свободные, другие транспортные средства, каким либо образом ограничивающие обзор водителю ФИО2 отсутствуют, так как в просвете между ФИО2 и ФИО1 ФИО66, следующим по левому ряду попутного направления движения видны фары встречных ФИО50. Также, в указанный момент в кадре появляются двое мужчин, которые стоят на трамвайных путях возле задней части ФИО1, один из них держит левую руку возле головы. После этого ФИО2 продолжает движение по трамвайным рельсам без торможения, проезжая на желтый запрещающий сигнал пешеходного светофора. ФИО50 с видеорегистратором останавливается на несколько секунд перед пешеходным светофором, после чего продолжает движение. Запись заканчивается на отметке времени – 10:41:43. (т.4 л.д. 16-20), - протоколом осмотра места происшествия от 04.05.2018г. с фототаблицей и схемой к нему, согласно которого осмотрено место ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на проезжей части <адрес> напротив <адрес>-а с помощью рулетки было замерено расстояние от угла парковочной площадки по направлению к <адрес> до угла <адрес>-а по <адрес>, которое составило 0,6м. (т.4 л.д. 21-25) - протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому был просмотрена видеозапись ДТП от ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО1, изъятый у ФИО20 (далее по тексту Видеозапись №), и видеозапись ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием а/м ФИО2, изъятая у гр. Олефира (далее по тексту Видеозапись №). В ходе осмотра диски вставляются в дисководы персонального компьютера и воспроизводится с помощью специализированного программного обеспечения КMPlayer «MPC-HC». При одновременном просмотре данных видеозаписей на экране персонального компьютера были сопоставлены данные проезда встречного транспорта и работы светофора, расположенного около места ДТП, в ходе чего было установлено: на видеозаписи № время записи 02 мин. 34 сек. в кадре виден светофор, на котором горит зеленый сигнал, а также автобус Хундай Каунти, следующий во встречном направлении; на видеозаписи № время записи 00.41 виден светофор на котором моргает зеленый сигнал, а также автобус марку Хундай Каунти, следовавший во встречном направлении и остановившийся на остановке общественного транспорта. На видеозаписи № время записи 02 мин. 51 сек. виден грузовой ФИО50 ГАЗ белого цвета с рефрежиратором с отличительным признаком спойлер на крыше; на видеозаписи № время записи 00 мин. 49 сек. виден этот же ФИО50 ГАЗ белого цвета с рефрежератором. Данный ФИО50, не останавливаясь проехал мимо ФИО50 из которого велась видеозапись. Также был сопоставлен режим работы светофора, в частности загорания красного сигнала. Так на видеозаписи № красный сигнал на светофоре загорелся, когда время записи было 02 мин. 58 сек., на видеозаписи № красный сигнал светофора загорелся когда время записи было 00 мин. 45 сек. Общее время видеозаписи № составляет 03 мин. 02 сек., общее время видеозаписи № составляет 02 мин. 27 сек. При просмотре видеозаписи № до её окончания пешеход, лежащий на проезжей части, находится в одном и том же месте без движения. При дальнейшем просмотре видеозаписи № установлено, что при времени записи 01 мин.20 сек. в кадре слева появляется ФИО2 черного цвета, который следует по трамвайным путям попутного направления движения. Проехав вперед данный ФИО50 пропадает из обзора видеорегистратора (время записи 01 мин. 23 сек.). Когда время записи 01 мин. 37 сек. в кадре слева появляется ФИО2 черного цвета р/з Т 697 ВЕ 163, который также двигается по трамвайным рельсам попутного направления движения, т.е. через 12 секунд после проезда первого ФИО2. При дальнейшем просмотре видеозаписи установлено, что когда время записи было 01 мин. 50 сек.- в кадре видно, как левая передняя часть ФИО2 резко приподнимается вверх, после чего в обзор попадает тело человека, которое переезжает ФИО2 задним левым колесом, при этом задняя левая часть ФИО2 также приподнимается. Таким образом, в ходе просмотра двух видеозаписей и сопоставлений данных было установлено, что с момента, как была окончена видеозапись № и до момента переезда тела ФИО3 левыми колесами ФИО2 под управлением ФИО49 прошло 01 мин. 01 сек. Также установлено, что никаких иных транспортных средств, которые двигались непосредственно перед ФИО2 р/з Т 697 ВЕ 163 по трамвайным рельсам не было и обзорность водителю ФИО49 ничего не ограничивало. (т.4 л.д. 39-42), - протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которого была установлена видимость на тело пешехода (использовался манекен), лежащее на трамвайных рельсах с места водителя ФИО2, который был установлен на расстоянии остановочного пути 7,7 м. (при скорости движения ФИО50 20 км/ч.) от передней части данного ФИО50 до места нахождения тела пешехода. В ходе данного следственного эксперимента установлено, что манекен отчетливо видно в полный рост и можно определить, что это человек. Также по просьбе адвоката ФИО39, представляющего интересы ФИО40 ФИО2 был перемещен на расстояние 14 м. от места нахождения манекена и смещен влево, таким образом, что расстояние от правых переднего и заднего колес данного ФИО50 до правого края проезжей части составило 5,9 м. и 6,0 м. соответственно. С места водителя ФИО2 на указанном удалении было отчетливо видно тело и ноги манекена. На вопрос следователя о том, можно ли определить с указанного расстояния, что на дороге лежит человек, понятые ответили утвердительно. (т.4 л.д. 43-54). Данный следственный эксперимент проводился должностным лицом – ст. следователем ССО по ДТП ГСУ ГУ МВД России по <адрес> в присутствии двух понятых с участием адвоката ФИО39, сотрудников ИДПС, по окончанию которого был составлен протокол, с которым участвующие лица ознакомились, поставили свои подписи. Кроме ФИО39, от остальных участников следственного эксперимента каких-либо замечаний, дополнений не поступило. Замечания и дополнения адвоката ФИО39 следователем на месте были рассмотрены и учтены. После окончания следственного эксперимента от адвоката ФИО39 больше замечаний не поступало. - заключением эксперта - автотехника № от 18.06.2018г., согласно которой при заданных исходных данных водитель ФИО1 г/н № ФИО5 располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения с остановкой до места наезда, избежать наезда на пешехода ФИО3 при условии, что расстояние в момент когда водитель мог и должен был четко видеть пешехода составляло 25,5м. Данный водитель должен был руководствоваться требованиями п.10.1 ПДД РФ, пешеход ФИО3 – требованиями п.4.6 ПДД. (т.4 л.д. 82-86), Эксперт ФИО41, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, в суде поддержал свое заключение в полном объеме. При этом дополнил, что он ответы давал в рамках поставленных вопросов следователем по предоставленным последним исходным данным, также изучались материалы уголовного дела и просматривались видеозаписи. Момент возникновения опасности он определить не может, это входит в компетенцию суда и следствия при оценке доказательств. Он только использовал заданный коэффициент момента опасности. Считает, что водитель ФИО1 мог видеть появление пешехода на значительном расстоянии не только на проезжей части, но и на трамвайных путях. - заключением комплексной видео-автотехнической судебной экспертизы №Э от 30.05.2018г., согласно которой время с момента нахождения оси задних колес ФИО2 на уровне угла парковочной площадки до места переезда составляет 04,56 сек.; время движения ФИО2 р/з Т 697 ВЕ 163 с момента, когда правые колеса ФИО2 двигаются уже по правому рельсу попутного направления движения до места переезда, составляет 02,55 сек. (т.4 л.д. 101-104), Эксперт ФИО35, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, свое заключение поддержал в полном объеме, дополнив, что просмотр видеозаписи проводился следователем с его участием в качестве специалиста, данные фиксировались в протоколе осмотра. После чего следователем была назначена видео-техническая экспертиза. Он дал заключение в рамках поставленных следователем вопросов на основании исходных данных, которые были зафиксированы в протоколе осмотра с его участием. - заключением эксперта - автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому: - расстояние, которое проехал ФИО2 р/з Т 697 ВЕ 163 2012 г. выпуска (относительно оси передних колес) с момента нахождения оси задних колес ФИО50 напротив угла парковочной площадки до места переезда, составляет примерно 12,4м.; - средняя скорость движения ФИО2, с которой он двигался на участке проезжей части с момента нахождения оси задних колес ФИО50 напротив угла парковочной площадки до места переезда пешехода, составляет примерно 12 км/ч. - в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных условиях водитель ФИО2 располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, путем своевременного применения мер экстренного торможения (как со скоростью 20 км/ч., так и со скоростью 12 км/ч.); - в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных условиях водитель ФИО1 должен руководствоваться требованиями ч.2 ст.10.1 ПДД РФ, а водитель ФИО2 должен руководствоваться требованиями п. 10.1 ч.2 ПДД РФ и п. 8.1 ПДД РФ. Пешеход до момента наезда на нее ФИО1 должна руководствоваться требованиями Раздела № ПДД РФ. (т.4 л.д. 110-115) Эксперт ФИО42, будучи предупрежденный об уголовной ответственности, в суде поддержал свое заключение в полном объеме, подробно изложив свои выводы, подробно и мотивированно ответил на все поставленные участниками процесса вопросы. По-прежнему утверждает, что исходные данные были взяты из предыдущих до него экспертиз в соответствии с методическими рекомендациями. При определении времени реакции водителя ФИО2 на опасность им учитывалась дорожная обстановка, а именно то, что на дороге находились транспортные средства с включенной аварийной сигнализацией, поэтому от водителя требовалось большей внимательности на дороге. При неограниченной видимости и обзорности водитель ФИО2 должен был видеть находящегося на проезжей части пешехода. При просмотре видеозаписи отчетливо видно, что данный ФИО50 совершает маневр смещения. Также эксперт ФИО42 поддержал свое заключение № от 09.11.2017г., из которого следует, что на поставленные вопросы суда ответить не смог, поскольку в момент возникновения опасности для ФИО1 г/н № временной промежуток 1-1,5с. может не отражать обстоятельства произошедшего ДТП, т.к. в условиях неограниченной видимости водитель данного ФИО50 должен был обнаружить пешехода гораздо раньше. Это следует из того, что при скорости 43 км/ч за 1,5с. ФИО1 преодолевает расстояние примерно 18м, что не соответствует видимости на данном участке движения не ограниченна. Момент возникновения опасности для водителя ФИО2 задан некорректно, ввиду того, что в соответствии с протоколом следственного эксперимента от 03.04.2017г. водитель данного ФИО50 мог обнаружить лежащего на проезжей части человека, находясь на расстоянии 14,4 м. до задней оси ФИО1 и на расстоянии 22,1 м. до лежащего пешехода, что не соответствует расстоянию в 10м. Данные о расстоянии от ФИО1 до места наезда на лежащего пешехода в момент возникновения опасности для движения водителя данного ТС, взятые со слов участников ДТП, являются субъективными и исследование по ним может привести к ошибочным выводам. (т.3 л.д. 180-183) При просмотре в ходе судебного следствия видеозаписи, приобщенной к материалам уголовного дела по факту данного ДТП, также установлены вышеуказанные обстоятельства, зафиксированные в протоколах осмотра СD-диска с видеозаписью, изъятых у ФИО23 и ФИО20 Факт ДТП, зафиксированный видеозаписями, подсудимыми в суде не оспаривался и был ими подтвержден, имелись только разногласия между сторонами защиты и обвинения по поводу видимости и обзорности происшествия. Вина подсудимых также подтверждается показаниями следователей ССО по ДТП ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО43 и ФИО44, допрошенных в качестве свидетелей. Так, из показаний свидетеля ФИО43 в суде следует, что 03.04.2017г. им проводился следственный эксперимент с участием ФИО49 и его адвоката Фролова, а также с участием ФИО67, ФИО68, потерпевшего ФИО45 с целью установления возможности водителя ФИО2 избежать наезда на лежащего на трамвайных путях пешехода. В ходе следственного эксперимента транспортные средства на проезжей части были расположены на основании исследованных материалов уголовного дела, изучения схемы ДТП с расположением транспортных средств и просмотра видеозаписи ДТП, при этом учитывались погодные условия. В соответствии с первоначальной схемой осмотра места ДТП был расположен ФИО1. ФИО2 был расположен согласно осмотру видеозаписи, изъятой у свидетеля ДТП ФИО23 и показаний самого свидетеля ФИО23 Тело человека (муляж) было расположено согласно протоколу осмотра места происшествия и видеозаписи, изъятой у ФИО5 Расположение было таким образом, что ФИО1 находился на трамвайных путях встречного для него направления под небольшим углом влево, в непосредственной близи от регулируемого пешеходного перехода и остановки общественного транспорта, у данного ФИО50 был включен сигнал аварийной остановки. Муляж тела человека располагался перед ФИО1 на трамвайных путях: частично попутного направления и частично между трамвайными путями. Относительно трамвайных путей тело лежало перпендикулярно головой влево, ноги находились на трамвайных путях попутного направления, тело между путями. До переезда ФИО2 тело лежало лицом вниз, т.е. на животе, голова была накрыта капюшоном, на голове имелись раны, полученные в ходе наезда на пешехода ФИО1. Рост муляжа тела человека соответствовал росту пострадавшей, что было отмечено в протоколе. Замечаний от участников следственного эксперимента относительно расположения муляжа тела человека не поступало. При следственном эксперименте ФИО2 двигался по трамвайным путям попутного направления, максимально снижает скорость в связи с нахождением впереди препятствия слева (стоит ФИО1 с включенной аварийной сигнализацией), справа по проезжей части движется поток транспортных средств. Затем ФИО2 выполняет маневр, проезжая вплотную между ФИО1 и потоком транспортных средств. После чего смещается влево так, что левыми колесами оказывается примерно на уровне рельса трамвайных путей. Во всех положениях транспортного средства муляж тела человека в лежачем положении на проезжей части был отчетливо виден с водительского места. С учетом имеющихся доказательств переезд через тело пешехода произошел левыми колесами, поочередно, сначала передним колесом, затем задним колесом. Пешеход находился в двух положениях на проезжей части, т.к. согласно схеме места ДТП зафиксировано 2 пятна крови, следовательно, первое положение было после наезда ФИО1, второе - после переезда ФИО2. Согласно следовой обстановке третьего положения пешехода на проезжей части не было, установлена временна разница между наездом и переездом, поэтому третье положение муляжа тела человека на следственном эксперимента не проверялось. По окончанию следственного эксперимента замечания были только у адвоката ФИО39 относительно осадков. Свидетель ФИО67 также пояснил, что на момент ДТП были незначительные осадки, а на момент эксперимента отсутствовал моросящий дождь. Но не смотря на это, погодные условия (пасмурная погода), мокрый асфальт, искусственное освещение, в принципе были соблюдены, все соответствовало обстановке ДТП, отсутствовал только моросящий дождь. Доводы ФИО6 и его адвоката о том, что погодные условия на момент проведения следственного эксперимента не соответствовали погодным условиям ДТП, он посчитал необоснованными. Результат следственного эксперимента и все производимые замеры были зафиксированы в протоколе, с которым участвующие лица были ознакомлены и где поставили свои подписи. Все участники следственного эксперимента, в том числе ФИО49, поочередно садились на место водителя ФИО2, и подтверждали, что на заданных расстояний (от ФИО2 до муляжа тела человека – 22,1 м и за 9,2 м) с водительского места ФИО2 четко и свободно был виден муляж тела человека. В ходе следственного эксперимента от адвоката Фролова также поступали замечания по поводу дополнения обстановки ДТП встречными транспортными средствами, они им были учтены. Сотрудники ГИБДД пускали разные транспортные средства в разных расположениях по встречному направлению, чтобы максимально приблизить условия следственного эксперимента к условиям ДТП. При наличии встречного транспорта муляж тела человека было также свободно видно с водительского места ФИО2. На основании исходных данных, которые получены в результате следственного эксперимента, и показаний свидетелей, которые участвовали при следственном эксперименте в качестве понятых, а также с целью выяснения обстоятельств ДТП, на предмет оценки действий водителей, а также имелась ли у последних техническая возможность избежать наезда и переезда пешехода при применении мер к снижению скорости, им были назначены дополнительные автотехнические экспертизы. На основании заключений комплексных судебно-медицинских экспертиз, согласно которых проведено разграничение телесных повреждений полученных от наезда ФИО1 и от переезда ФИО2, полученные повреждения как от одного так и от другого транспортного средства находятся в причинно-следственной связи с наступлением смерти пострадавшей. Поэтому действия обоих обвиняемых в двойном ДТП квалифицировал, именно по ч.3 ст.264 УК РФ. Из показаний свидетеля ФИО44 в суде видно, что по настоящему уголовному делу проводил два следственных эксперимента: первый - в апреле 2017г. с участием ФИО5, его защитника и свидетелей, фамилию которых не помнит; второй - в летний период времени 2018г. с участием адвоката ФИО49, Ермакова, инспектора ДПС ФИО66, самого ФИО49 не было, хотя был уведомлен надлежащим образом. Первый эксперимент проводился с целью определения видимости на проезжей части стоящего пешехода с водительского места ФИО1. Установлен муляж тела человека похожего на пострадавшую ДТП. После чего ФИО1 вместе с двумя понятыми отъехал на значительное расстояние так, чтобы пешехода не было видно. Затем ФИО50 начал двигаться вперед по направлению к установленному муляжу тела человека. Понятым, водителю изначально было разъяснено, что как только станет видно пешехода, ФИО50 необходимо остановить. Когда пешехода стало заметно, ФИО50 был остановлен и произведены замеры, которые зафиксированы в протоколе. Пешехода было видно отчетливо. Затем на водительское сидение был приглашен ФИО5, который так же подтвердил, что пешехода на проезжей части отчетливо видно. Погодные условия при эксперименте соответствовали тем, что были на момент ДТП. От участвующих лиц в следственном эксперименте каких- либо замечаний, дополнений не поступало. По окончанию был оформлен протокол, с которым участвующие лица ознакомлены и где поставили свои подписи. На основании полученных исходных данным им была назначена автотехническая экспертиза. Целью проведения второго следственного эксперимента было определить возможность ФИО49 увидеть лежащее на проезжей части тело пешехода. Данный эксперимент проводился в летний период времени, но погодные условия следственного эксперимента соответствовали погодным условиям на момент ДТП. Поскольку эксперимент проводился в летний период времени и при отсутствии дождя, т.к. по прогнозам он не ожидался, для созданий погодных условий на момент ДТП были вызваны поливальные машины, которые неоднократно заливали проезжую часть. ФИО1 и ФИО2 были установлены на проезжей части согласно схеме места происшествия. ФИО2, предоставленный для проведения следственного эксперимента, соответствовал ФИО50 ФИО49 Манекен человека рост и одежда соответствовали пострадавшей. Манекен был уложен ногами в направлении правого края проезжей части, голова располагалась между трамвайными путями в месте, где было зафиксировано пятно бурого цвета согласно протоколу места ДТП и видеозаписи после наезда ФИО5 на пострадавшую. ФИО2 был установлен на проезжей части, на расстоянии остановочного пути с учетом скорости 20 км/ч. Данная величина получена на основании заключения эксперта- автотехника, таким же образом он двигался и согласно видеозаписи с видеорегистратора, изъятой у свидетеля ДТП Олефира. В этот момент правое колесо располагалось на трамвайных путях, так же лобовое стекло ФИО2 теата было залито брызгами воды, как от моросящего дождя. Понятые поочередно садились на водительское место ФИО2 и каждый из них видел тело человека (манекен), причем в полный рост. Затем по просьбе адвоката ФИО39 ФИО2 был отодвинут назад на то расстояние, которое он указал, и смещен немного влево. При этом, также понятые говорили, что была видна часть тела человека – ноги, не было видно только головы, также можно было определить лежащего человека на проезжей части, хотя расположения транспортных средств не соответствовала видеозаписи. Это было внесено в протокол. При следственном эксперименте сам же адвокат Фролов садился на водительское место. Исходные данные для назначения автотехнической экспертизы брались с материалов уголовного дела, со следственных экспериментов, видеозаписи ДТП и из пояснений самих подсудимых. Между следственными экспериментами, которые проводил следователь Ермаков до возвращения дела прокурору и его, существенных противоречий нет. Для проведения повторной автотехнической экспертизы необходимо было установить обстоятельства ДТП, т.к. имеющиеся в деле экспертизы, проводимые на основании постановления следователя Ермакова и на основании постановления суда, имеют противоречия. Для их устранение ему необходимо было назначить повторную автотехническую экспертизу. Судом также исследовалось заключение эксперта № от 23.01.2018г., из которого следует, что при заданных исходных данных водитель ФИО1 г/н № не располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения с остановкой до места наезда, избежать наезда на пешехода ФИО3 при условии, что в указанный судом момент возникновения опасности для движения, момент «когда водитель мог и должен был видеть пешехода, с момента возникновения опасности до столкновения прошло 1-1,5 секунды». При заданных исходных данных и при условии, что в указанный судом момент возникновения опасности для движения: «когда водитель мог и должен был видеть лежащего на дороге пешехода – за 10 метров до места переезда», водитель ФИО2 г/н №,двигаясь со скоростью 20 км/ч, мог не располагать технической возможностью путем применения экстренного торможения с остановкой до места наезда, избежать наезда на пешехода ФИО3 и водитель ФИО2 г/н №, двигаясь со скоростью 23…30 км/ч не располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения с остановкой до места наезда, избежать наезда на пешехода ФИО3 (т.3 л.д. 198-206). Данное заключение в суде подтвердили эксперты ФИО46 и ФИО41, будучи предупрежденными об уголовной ответственности. При этом дополнили, что использовали исходные данные, имеющиеся в постановленных судом вопросах, изучив материалы уголовного дела (протоколы осмотра места происшествия и следственного эксперимента) и просмотрев видеозаписи ДТП, а также в исследовании использовали методические рекомендации. Суд не может принять во внимание заключение данной экспертизы, так как выводы были сделаны с использованием некоторых данных, которые не нашли свое подтверждение в судебном заседании. Заключение данной экспертизы опровергается заключениями автотехнических экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ и комплексной видео-автотехнической экспертизы от 30.05.22018 года, которые использовали неопровержимые данные, подтвержденные показаниями свидетелей обвинения, экспертами, видеозаписью и материалами дела. Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что вина подсудимых ФИО18 и ФИО49 нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия. Так, ФИО18, являясь лицом, управляющим ФИО50, нарушил Правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, то есть им совершено преступление, предусмотренное ч.3 ст.264 УК РФ. Органами предварительного следствия его действия квалифицированы правильно. Судом с достаточной полнотой установлено, что ФИО5, управляя технически исправным ФИО1 21911 ФИО1 регистрационный знак <***>,, двигаясь по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в условиях осадков, небольшой интенсивности, темного времени суток, при искусственном освещении, проявляя невнимательность и пренебрежение к требованиям ПДД, не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть их наступление, нарушил пункт 1.3 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым: «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки…», пункт 10.1 Правил, согласно требований которого: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, следовал в указанном направлении с небезопасной скоростью около 43 км/ч, то есть превышающей установленное на данном участке ограничение скорости 40 км/ч, при возникновении опасности для движения, которую представляла для него пешеход ФИО3, располагая технической возможностью избежать наезда на пешехода, своевременных мер к снижению скорости, вплоть до остановки транспортного средства не принял и допустил наезд на пешехода ФИО3, после чего в нарушение п.2.5 и п.2.6 Правил водитель ФИО5 не выставил знак аварийной остановки и не принял мер для оказания помощи пострадавшей ФИО3, что привело к наезду на последнюю ФИО2 р/з № под управлением водителя ФИО49. В результате данного дорожно-транспортного происшествия, пешеходу ФИО3 по неосторожности была причинена смерть. Состав данного преступления предусматривает наличие в действиях водителя нарушения ПДД РФ, причинной связи между нарушением ПДД РФ и последствий в виде наезда на пешехода, и его смертью. Материалы уголовного дела и показания свидетелей обвинения свидетельствуют о нарушении водителем ФИО18 пункта 10.1 ПДД РФ, в соответствии с которым водитель должен вести ТС с учетом дорожных условий, и при возникновении опасности для движения должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки. Согласно требований того же пункта ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояния транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Так, осмотром места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, схемой к нему, фототаблицей, зафиксированы место наезда на пешехода, расположение ФИО50 после наезда, направление движения пешехода, элементы проезжей части, два пятна крови, также зафиксирована неограниченная видимость. Дополнительным осмотром места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ уточнены расстояния между электроопорами, расположенными перед местом наезда на пешехода, справа, по ходу движения ФИО1, а также уточнено расположение места наезда на пешехода ФИО3 относительно угла <адрес> этом, расстояние от электроопоры №, следующей после электроопоры с дорожным знаком 1.22 «Пешеходный переход», до места наезда на пешехода, согласно данному протоколу осмотра, составляет 33,5м.. Осмотром автомобильной дороги каких либо недостатков на том участке дороги не выявлено. Протокол осмотра места происшествия также указывает на то, что на данном участке дороги действует дорожный знак 3.24 «ограничение скорости – 40 км/ч.» Согласно же автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО18 пренебрежительно отнесся к установленным дорожным знакам, двигался на своем ФИО50 не с безопасной скоростью, превышающей максимально установленную, чем нарушил п.1.3 ПДД Осмотром оптического диска с видеозаписью наезда на пешехода ФИО3 ФИО1 на следствии /протоколы от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ/ и в суде, установлено, что по мере приближения ФИО1 к месту наезда, препятствий для обзорности у водителя ФИО5 не было, работало уличное освещение дороги, трамвайные пути впереди были свободными, пешеход находился на трамвайных путях неподвижно, левой стороной тела к приближающемуся ФИО50, одет был в куртку светлого цвета, после того, как ФИО1 проезжал мимо световой опоры №, следующей после электроопоры с дорожным знаком 1.22 «Пешеходный переход», то есть за 33,5м. до места наезда ( подтверждено протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ), просматривается пространство между трамвайными рельсами попутного направления, и какое-либо движение на данном пространстве отсутствует, а на уровне левого рельса попутного направления становится виден силуэт человека, стоящего неподвижно. То есть, как минимум за 33,5м. до места наезда, водитель ФИО18 мог и должен был обнаружить пешехода на трамвайных путях впереди себя. Исходя из этого, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии был обнаружить, он должен был принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, что им сделано не было. Следственным экспериментом от ДД.ММ.ГГГГ установлена видимость до стоящего на трамвайных рельсах пешехода с места водителя ФИО1, которая составляла 25,5 м., т.е. менее, чем 33,5 м.. Следственный эксперимент от ДД.ММ.ГГГГ, который был проведен в аналогичных погодных условиях на момент ДТП, подтвердил, что видимость дороги неограниченная. Существенных противоречий между следственными экспериментами судом не установлено. Свидетели ФИО47, ФИО37, участвовавшие в следственном эксперименте в качестве понятых, подтвердили тот факт, что видимость на участке дороги <адрес> при мокром асфальте, неограниченная, за счет наличия фонарей уличного освещения. Свидетель ФИО20 подтвердил, что видимость на участке дороги <адрес>, где имело место ДТП, была неограниченной, дорогу из салона ФИО50 было видно свободно. Свидетели ФИО25, ФИО24 поясняли, что увидели пешехода, стоящего неподвижно на трамвайных путях, примерно за 35 метров от своего ФИО50, а общая видимость дороги была не менее 50 метров. Свидетель ФИО26 пояснил, что видимость на момент ДТП дорогу было видно хорошо, и что пешехода можно было увидеть на расстоянии около 50 метров. Свидетель ФИО23 говорил, что дорогу было видно хорошо, и пешехода можно было увидеть на расстоянии не менее 30-40 метров. Таким образом, можно сделать вывод о том, что водитель ФИО5, при необходимой внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке, мог и должен был обнаружить пешехода не менее чем за 33,5 м. Однако, как он пояснил при допросе его в качестве свидетеля и подтвердил это в суде, при движении он отвлекся на транспорт, двигавшийся справа. Момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он в соответствии с п.10.1 ПДД должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД и должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Эксперты автотехники /экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ/ однозначно пришли к выводу, что водитель ФИО18 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода в данной ситуации, при соблюдении им требований п. 10.1 ПДД РФ. Следовательно, нарушение ФИО5 п. 10.1 ПДД РФ, находится в прямой причинно-следственной связи с фактом наезда на пешехода ФИО3, то есть является непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия. У водителя имелась техническая возможность избежать ДТП, однако этого не произошло, поэтому и между действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. О чем свидетельствует заключение эксперта ГБУЗ “СОБСМЭ” № «Б» № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть ФИО3 состоит в причинно-следственной связи, как с повреждениями, образовавшимися от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела на дорожное покрытие, так и с повреждениями, образовавшимися от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Кроме того, протокол осмотра места ДТП, видеозапись и показания свидетелей обвинения подтверждают факт нарушения ФИО51 п.2.5 и п.2.6 Правил, так как он не выставил знак аварийной остановки и не принял мер для оказания помощи пострадавшей ФИО3, что привело к наезду на последнюю ФИО2 р/з Т 697 ВЕ/163 под управлением водителя ФИО49., что также свидетельствует о небрежности со стороны водителя. ФИО49, являясь лицом, управляющим ФИО50, нарушил Правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, то есть им совершено преступление, предусмотренное ч.3 ст.264 УК РФ. Органами предварительного следствия его действия квалифицированы правильно. Судом с достаточной полнотой установлено, что ФИО6, управляя технически исправным ФИО2 р/з Т 697 ВЕ/163, двигался по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, в условиях осадков, небольшой интенсивности, темного времени суток, при искусственном освещении, проявляя невнимательность и пренебрежение к требованиям ПДД, не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть их наступление, нарушил п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которому: «…При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», а также п. 8.1 Правил, согласно которому: «...При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», следуя в указанном направлении, не принял во внимание наличие впереди двух ФИО50 с включенной аварийной сигнализацией, не убедился в безопасности дальнейшего движения и отсутствии препятствий, двигаясь по трамвайным путям попутного направления между ФИО1, стоявшим слева на трамвайных путях встречного направления с включенной аварийной сигнализацией и ФИО50, двигающимися справа по проезжей части попутного направления, при возникновении опасности для движения, которую представляла для него пешеход ФИО3, лежавшая на трамвайных путях с полученными в результате наезда ФИО1 телесными повреждениями, и, которую он (ФИО49), мог и должен был обнаружить на достаточном для остановки ФИО50 расстоянии, то есть располагая технической возможностью избежать наезда на пешехода, не принял своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а предпринял небезопасный маневр смещения влево и увеличил скорость своего движения, в результате чего совершил переезд левыми колесами своего ФИО50 через тело ФИО3 После совершения дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО49 с места происшествия скрылся. В результате данного дорожно-транспортного происшествия, пешеходу ФИО3 по неосторожности была причинена смерть. Факт нарушения водителем ФИО6 пункта 10.1 ПДД РФ, который предусматривает, что водитель должен вести ТС с учетом дорожных условий, и при возникновении опасности для движения должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки, и пункта 8.1 ПДД РФ, который требует от водителя соблюдать безопасность при совершении им маневра, нашел свое подтверждение и сомнений у суда не вызывает. Так, осмотром места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, схемой к нему, фототаблицей, зафиксирована обстановка на месте непосредственно после ДТП, в том числе два пятна крови (одно из пятин крови указывает на место расположения пострадавшей в момент переезда ее колесами а/м ФИО2, то есть после наезда на пострадавшую а/м ФИО1, а второе пятно указывает на место расположения пострадавшей после переезда ее колесами а/м ФИО2, то есть после того, как пострадавшая была сдвинута колесами а/м ФИО2 (согласно заключению эксперта ГБУЗ “СОБСМЭ” № МД от ДД.ММ.ГГГГ, на голове пострадавшей имелись раны, ссадины, кровоизлияния в мягких тканях), также зафиксирована неограниченная видимость. Осмотром автомобильной дороги на этом участке также каких либо недостатков не выявлено. Просмотр оптического диска с видеозаписью наезда на пешехода ФИО3 ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ на следствии и в суде показал, что по мере приближения ФИО2 к месту наезда, препятствий для обзорности у водителя ФИО6 не было, скорость его движения была минимальной, о факте ДТП его предупреждала включенная аварийная сигнализация на ФИО50, стоявших на трамвайных путях, работало уличное освещение дорог. На данной видеозаписи запечатлен и сам момент переезда лежащего пешехода левыми колесами а/м ФИО2, который перед пешеходом применил маневр влево, как раз в сторону пострадавшей. При просмотре на следствии были также установлены номера кадров для определения времени движения ФИО2 под управлением ФИО49 и установления впоследствии скорости движения данного ФИО50 и технической возможности водителя ФИО49 избежать переезда ФИО3 Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии был обнаружить, он должен был принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а при выполнении маневра не должен был создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, в том числе и пешеходам, что им сделано не было. Неограниченная видимость подтверждается показаниями свидетеля ФИО20, который пояснил, что видимость на участке дороги <адрес>, где имело место ДТП, была неограниченной, дорогу из салона ФИО50 было видно свободно; показаниями свидетелей ФИО25, ФИО24, которые пояснили, что увидели пешехода, стоящего неподвижно на трамвайных путях, примерно за 35 метров от своего ФИО50, а общая видимость дороги была не менее 50 метров; показаниями свидетеля ФИО26, который пояснил, что видимость на момент ДТП дорогу было видно хорошо, и что пешехода можно было увидеть на расстоянии около 50 метров; показаниями свидетеля ФИО23, который пояснил, что дорогу было видно хорошо, и пешехода можно было увидеть на расстоянии не менее 30-40 метров, ФИО2 двигался перед наездом медленно, со скоростью около 10 км/ч. Проведенный в аналогичных условиях следственный эксперимент от ДД.ММ.ГГГГ, также подтвердил, что видимость дороги была неограниченной, обзорность на пешехода из салона ФИО2, была в полной мере, и как минимум за 22,1 м. водитель ФИО6 мог и должен был обнаружить лежащего пешехода, при должной внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке. Следственным экспериментом от ДД.ММ.ГГГГ была установлена видимость на тело пешехода (использовался манекен), лежащее на трамвайных рельсах с места водителя ФИО2, который был установлен на расстоянии остановочного пути 7,7 м. (при скорости движения ФИО50 20 км/ч.), манекен был отчетливо виден в полный рост и можно определить, что это человек. Со слов следователя ФИО44, при учтенных замечаниях и исходных данных, предоставленных адвокатом Фроловым, было видно, что на трамвайных путях лежит человек. Свидетели ФИО47, ФИО37, участвовавшие в следственном эксперименте в качестве понятых, подтвердили тот факт, что видимость на участке дороги <адрес> при мокром асфальте, неограниченная, за счет наличия фонарей уличного освещения, обзорность на пешехода была свободной. Таким образом, водитель ФИО6, при необходимой внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке, мог и должен был своевременно обнаружить пешехода ФИО3, находящуюся на проезжей части. Кроме того, водитель ФИО6 двигался мимо места ДТП, создавая помехи другим транспортным средствам, с минимальным боковым интервалом, пытаясь перестроиться вправо, тем самым проявляя небрежность, так как не мог быть уверен в безопасности своего движения, совершаемых маневров, и не принял элементарных мер предосторожности, проезжая мимо места ДТП. Мало того, ФИО6, переехав тело пострадавшей, предпочел скрыться, оставив место происшествия. Проведенные по делу автотехнические экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, подтвердили тот факт, что в данной дорожной ситуации, при указанных исходных данных с расстояния 22,1м., водитель ФИО2 располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, путем своевременного применения мер экстренного торможения (как со скоростью 20 км/ч., так и со скоростью 12 км/ч., с которой он фактически двигался на том участке дороги); в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО2 должен руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ и п. 8.1 ПДД РФ. При назначении автотехнических экспертиз учитывались данные о скорости движения ФИО2 под управлением ФИО49 с его слов, т.е. 20 км/ч., а также со слов свидетеля ФИО48 – около 10 км/ч., экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ конкретно определила среднюю скорость движения указанного ФИО50 – 12 км/ч. Данный вывод был сделан, исходя из представленных эксперту данных, в том числе и результатов просмотра оптического диска. Поэтому данное заключение эксперта сомнений у суда не вызывает и ещё раз подтверждает то обстоятельство, что средняя скорость ФИО2 на участке, когда пешехода ФИО3 было отчетливо видно и ФИО49 ничего уже не ограничивало обзор до места нахождения ФИО3, при должной внимательности и своевременном соблюдении ФИО49 Правил дорожного движения, позволяла избежать наезда на пешехода ФИО3 Следовательно, нарушение ФИО49 п. 10.1, п.8.1 ПДД РФ, находится в причинной связи с фактом наезда на пешехода ФИО3, то есть является непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия. А заключение эксперта ГБУЗ “СОБСМЭ” № «Б» № от ДД.ММ.ГГГГ, прямо указывает на то, что смерть ФИО3 состоит в причинно-следственной связи, как с повреждениями, образовавшимися от наезда ФИО1 с последующим отбрасыванием тела на дорожное покрытие, так и с повреждениями, образовавшимися от переезда тела ФИО3 колесами ФИО2. Обстоятельства данного ДТП и причастность подсудимых ФИО49 и ФИО5 к совершению указанных преступлений подтверждается показаниями потерпевшего ФИО4 (сына пострадавшей в ДТП) и свидетелей обвинения, которые являлись как непосредственными очевидцами ДТП, так и теми, которые наблюдали последствия (окончание) данного ДТП, в том числе должностные лица – сотрудники ГИБДД, которые находились при исполнении своих служебных обязанностей, следователи, в производстве которых находилось настоящее уголовное дело. Оценивая их показания, суд приходит к выводу о том, что данных, свидетельствующих о неприязненных, конфликтных отношениях либо иных обстоятельствах, которые могли бы стать причиной для оговора подсудимых, или какой-либо заинтересованности в исходе дела, не установлено, указанные лица могли адекватно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, в связи с чем не имеется оснований не доверять сообщенным ими сведениям. Их показания логичны, последовательны, не противоречат другим доказательствам по делу, дополняют друг друга, согласуются между собой, а незначительные неточности суд расценивает как человеческий фактор и индивидуальное восприятие происходящего. Поэтому суд признает их показания достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами. Оценив иные вышеприведенные доказательства, кроме заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, которой дана оценка выше, с точки зрения их допустимости и относимости, суд приходит к выводу о том, что экспертизы, процессуальные и следственные действия проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, их результаты, отраженные в соответствующих заключениях и протоколах, подтверждены подписями всех участвовавших лиц; ответы экспертов, имеющих соответствующий опыт и стаж экспертной работы, на поставленные вопросы являются конкретными, изложенными в ясной и понятной форме, научно обоснованными, непротиворечивыми и аргументированными. При этом у суда не имеется оснований сомневаться в их достоверности, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ, являются относимыми к делу и допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, взаимодополняют друг друга, соотносятся и согласуются между собой по месту, времени и способу совершения изложенных в приговоре преступлений, в том числе и с показаниями вышеперечисленных свидетелей обвинения и потерпевшего. Сами подсудимые также не отрицают фактические обстоятельства дела, воссоздавая целостную объективную картину исследуемых событий. Подсудимый ФИО18 не оспаривает нарушения им Правил дорожного движения; подсудимый ФИО49 на оспаривает факт переезда женщины, лежащей на трамвайных путях после ДТП. Вышеперечисленные доказательства также подтверждают тот факт, что пострадавшая ФИО3 находилась в легком алкогольном опьянении и переходила дорогу в не положенном месте. Приобщенные к делу видеозаписи также не вызывают у суда сомнений, так как изъяты были должностными лицами в соответствии с требованиями закона, впоследствии были осмотрены и использованы для производства экспертиз. Зафиксированные в них обстоятельства подсудимыми не оспариваются. Суд не находит оснований не доверять заключениям видеотехнической и автотехнической судебных экспертиз, т.к. они проводились экспертами, имеющими соответствующее образование, стаж экспертной работы в определенной области. Экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ, были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем имеются подписи экспертов. Свои выводы они подтвердили и в суде, будучи предупрежденными об уголовной ответственности, подробно дали разъяснения по исследованию и по своим выводам. Выводы экспертов мотивированы, обоснованы и непротиворечивы, дополняют друг друга, основаны на представленных первоначальных материалах ДТП, материалах настоящего уголовного дела с дисками видеозаписями ДТП, ими использовалась специальная литература, ПДД и приложения к ним, в том числе и экспертная практика. Нарушений при назначении и производстве экспертиз судом не установлено, в них отсутствует какие либо неясности, поэтому у суда сомнений не вызывает. Поэтому суд однозначно считает, что указанные выше заключения экспертиз являются достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами. В связи с изложенным суд не находит оснований для исключения из числа доказательств экспертиз за № от ДД.ММ.ГГГГ и №Э от ДД.ММ.ГГГГ, о чем просила сторона защиты. Что касается заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, то ей дана оценка выше. Проведение комплексной повторной либо дополнительной автотехнической, видео-автотехнической экспертизы, о чем просила сторона защиты, суд посчитал нецелесообразным и расценил как затягивание рассмотрения дела по существу. В тех случаях, когда нарушения ПДД были допущены двумя или более участниками дорожного движения, содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по ст.264 УК РФ, если их действия по управлению транспортного средства находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в ст.264 УК РФ. В данном случае причинная связь между действиями подсудимых и наступившими последствиями не вызывает сомнений. Суд критически относится к показаниям подсудимого ФИО18 в той части, что смерть потерпевшей наступила не от его действий. Расценивает их как форму защиты и желание уйти от заслуженного наказания. Его показания в этой части не имеют логического объяснения и правового обоснования. Опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств, в частности заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которым, повреждения, причиненные действиями ФИО18, находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Суд считает, что действия и ФИО18 и ФИО49 правильно квалифицированы по ч.3 ст.264 УК РФ, так как квалифицирующий признак «повлекшее по неосторожности смерть человека» нашел свое подтверждение. С достаточной полнотой установлено, что и после наезда ФИО50 под управлением ФИО18 и наезда ФИО50 под управлением ФИО49, ФИО3 находилась с признаками жизни, что подтверждают свидетели обвинения – очевидцы произошедшего, и водитель ФИО18, а также подтверждается картой вызова скорой помощи. По скорой помощи пострадавшая была доставлена в больницу, умерла в больнице спустя около 3 часов после произошедшего, что подтверждается официальными документами, не верить которым у суда нет оснований. Из истории болезни стационарного больного усматривается, что ею были получены серьезные повреждения как от наезда ФИО50 под управлением ФИО5, так и от наезда ФИО50 под управлением ФИО49. Все три судебно-медицинские экспертизы пришли к выводу о том, что смерть ФИО3 последовала от сочетанной механической травмы грудной клетки, таза, конечностей, осложнившейся развитием шока смешанного генеза (травматического и геморрагического). Вторая и третья экспертиза имели статус дополнительных, т.е. им в распоряжение были предоставлены дополнительные объекты исследования, позволяющие уточнить наличие и характер повреждений у ФИО3 и причину ее смерти, и между их выводами суд не усматривает каких либо противоречий. Допрошенные в суде эксперты, работающие по данному делу, подтвердили свои заключения. После того, как были разграничены повреждения, причиненные ФИО50 под управлением ФИО18 и ФИО50 под управлением ФИО49, эксперты пришли к выводу, что и те и другие повреждения повлекли тяжкий вред здоровью и вызвали развитие шока смешанного генеза (травматического и геморрагического), отчего и наступила смерть потерпевшей. Выводы экспертов о том, что полученные повреждения не являются причиной смерти потерпевшей, также нельзя ставить под сомнение. И это не образует противоречий с другими экспертизами, так как смерть наступила не от самих этих повреждений, а в следствии осложнений после них. Таким образом, не смотря на то, что причиненные повреждения не являются непосредственной причиной смерти, однако находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Уголовная ответственность по ч.3 ст.264 УК РФ наступает если нарушение ПДД повлекли смерть потерпевшей, что нашло свое подтверждение и в заключениях экспертов. Позиция подсудимого ФИО49, выражающаяся в отрицании вины, расценивается судом как попытка избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. Доводы его и его защитника опровергаются собранными по делу доказательствами, признанными судом допустимыми, достоверными и достаточными, оценка которым судом дана выше. В суде также проверена и опровергнута версия о возможном переезде ФИО3 ещё и иным транспортным средством в промежутке времени между наездом на неё ФИО1 под управлением ФИО5 и переездом её ФИО2 под управлением ФИО49 Так, согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы, признанной судом допустимым и достоверным доказательством, а также показаниям эксперта ФИО34, каких-либо повреждений на трупе ФИО3, которые могли бы образоваться от переезда колесами иного транспортного средства (средств) кроме двух ФИО50 (ФИО1 – наезд на пешехода ФИО3, ФИО2 – переезд колесами) не установлено. Показаниями эксперта также подтверждается, что месторасположение пострадавшей ФИО3 после её отброса на дорожное полотно в результате наезда ФИО1 под управлением ФИО18 определено верно, т.к., согласно показаний эксперта ФИО34 учитывая наличие на трупе ФИО3 повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением, пятно, похоже на кровь, обнаруженное на проезжей части, могло быть кровью, принадлежащей ФИО3 и могло образоваться в результате натекания крови из раны, имевшейся в лобной области ФИО3, когда она располагалась в горизонтальном положении на дорожном покрытии. Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы имел место переезд пешехода левыми колесами двигавшегося ФИО2 через лежащее на спине на дорожном покрытии тело человека. Версия стороны защиты опровергается также показаниями эксперта ФИО34, согласно которым ФИО3 располагалась на спине переезда через её тело задним левым колесом ФИО2., т.е. именно в этот момент тело располагалось на спине. Тело ФИО3 в момент и после переезда левым передним колесом ФИО2 могло иметь вращение и оказаться перевернутым с живота на спину, т.к. имеется движение левого переднего колеса, после переезда которым тело начинает контактировать с выступающими частями днища ФИО50, в результате которых происходит тесный контакт их с телом человека, задавая ему вращательное движение. Это обстоятельство подтверждается и видеозаписью, при просмотре которой отчетливо видно вращательное движение тела ФИО3 после переезда её передним левым колесом ФИО2 под управлением ФИО49 К его показаниям, в части того, что он не видел пешехода из-за отсутствия видимости и обзорности на него, и в его действиях отсутствовали нарушения ПДД, следует отнестись также критически, так как собранные доказательства, признанные судом допустимыми и достоверными, указывают на наличие достаточной видимости и обзорности, позволяющей обнаружить в пути своего движения лежащего на проезжей части пешехода, а также подтверждают тот факт, что ФИО49 в нарушение ПДД не принял во внимание находившиеся впереди ФИО50 с включенными аварийными сигнализациями, совершил маневр, не убедившись в его безопасности, после чего скрылся с места происшествия. Доводы подсудимого ФИО49 и его защиты о том, что указанные в заключениях экспертов телесные повреждения не являются причиной смерти, опровергаются вышеперечисленными доказательствами, оценка которым была дана ранее. Неустранимые существенные противоречия в исследованных судом доказательствах, сомнения в виновности ФИО49 и ФИО18, судом по делу не установлены. Оснований для оправдания их либо переквалификации их действий на менее тяжкий состав преступления (ч.1 ст.264 УК РФ) суд не усматривает. Таким образом, доказательства, собранные по уголовному делу получены законным путем в соответствии с требованиями УПК РФ, являются допустимыми, относимыми и достаточными для вывода о виновности подсудимых ФИО18 и ФИО49 в совершении вышеуказанных преступлений. Перечисленные доказательства прямо указывают на то, что данные преступления совершенны данными лицами, при обстоятельствах указанных в установочной части приговора. При назначении подсудимым ФИО18 и ФИО49 наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного каждым, совершенное каждым из них преступление относится к категории средней тяжести, а также суд учитывает фактические обстоятельства дела и личность подсудимых, которые ранее не судимы и не привлекались к уголовной ответственности, являются гражданами РФ, имеют постоянное место регистрации и место жительства на территории <адрес>, имеют постоянное место работы, по которым характеризуются положительно. Вышеуказанные характеризующие данные на подсудимых в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ судом учитываются в качестве смягчающего обстоятельства при назначении им наказания. Подсудимый ФИО49 ранее <данные изъяты> Подсудимый ФИО18 <данные изъяты><данные изъяты> Поскольку данное заключение получено в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуется с другими доказательствами по делу и не вызывает сомнений у суда в отношении инкриминируемого деяния, суд признает подсудимого ФИО18 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности, оснований в применении принудительных мер медицинского характера, освобождения его от уголовной ответственности либо от наказания суд не находит. Помимо этого, согласно ч.2 ст. 61 УК РФ смягчающими обстоятельствами у обоих подсудимых суд признает – привлечение впервые к уголовной ответственности за преступление средней тяжести по неосторожности. В качестве смягчающего наказание ФИО18 обстоятельства суд учитывает противоправность потерпевшей, выразившейся в нарушении ею Правил дорожного движения, что явилось поводом совершения преступления по неосторожности – п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ. В соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ суд также признает у подсудимого ФИО5 смягчающими обстоятельствами по делу - оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после ДТП, а именно помог донести пострадавшую до машины скорой помощи, и иные его действия, направленные на заглаживание причиненного вреда, выразившиеся в принесении за свои противоправные действия публичного извинения потерпевшему (близкому родственнику пострадавшей в результате ДТП). Согласно ч.2 ст.61 УК РФ к смягчающим обстоятельствам суд также относит частичное признание вины, раскаяние в содеянном, намерение возместить причиненный ущерб потерпевшему, а также <данные изъяты> Суд не находит оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п.»к» ч.1 ст.61 УК РФ попытку подсудимого ФИО17 вызвать для потерпевшей скорую помощь, о чем просит сторона защиты, поскольку обязанность принять меры для оказания первой помощи в ДТП пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию прямо возложена на водителя, участвующего в ДТП, пунктом 2.6 Правил дорожного движения, кроме того, указанная обязанность водителем ФИО17 выполнена не была, что нашло свое подтверждение в судебном заседании. В соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ суд также признает у подсудимого ФИО49 смягчающими обстоятельствами по делу - частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, и иные его действия, направленные на заглаживание причиненного вреда, а именно принесение за противоправные действия публичного извинения и сожаления в произошедшем случае. Согласно ч.2 ст.61 УК РФ к смягчающим обстоятельствам суд также относит намерение возместить причиненный ущерб потерпевшему, как владелец источника повышенной опасности; <данные изъяты> В соответствии со ст.63 УК РФ обстоятельств, отягчающих наказание подсудимым, судом не установлены. Других сведений, которые могли бы учитываться при назначении наказания, суду не представлено. Исходя из вышеизложенного, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, влияния назначенного наказания на исправление подсудимых, данных о их личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также, учитывая то, что подсудимые совершили неосторожное преступление против безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, и с учетом закрепленных в уголовном законодательстве РФ принципов гуманизма и справедливости и задач исправления подсудимых и предупреждения совершения ими новых преступлений, суд считает необходимым назначить ФИО18 и ФИО49 наказание в виде лишения свободы с лишением права управлять транспортными средствами в пределах санкции вышеуказанной статьи. Вместе с тем, суд приходит к выводу о возможности исправления подсудимых без реального отбывания наказания с применением ст.73 УК РФ - условно, возложив на них исполнение обязанностей с учетом их возраста, трудоспособности и состояния здоровья. При этом необходимо учесть требования ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку установлено смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, наряду с которым имеются ряд других смягчающих обстоятельств, указанных выше и отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства. Вместе с тем, суд не считает указанные выше смягчающие наказание обстоятельства исключительными и не усматривает других, которые могли бы быть признаны исключительными, то есть существенно снижающими общественную опасность совершенного преступления или личности самих подсудимых, дающими основания для особого снисхождения к ним и применения положений ст. 64 УК РФ, назначения им более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление. С учетом фактических обстоятельств совершенного каждым подсудимым преступления, а именно: грубого нарушения каждым из них Правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности смерть пострадавшей, в результате ДТП, и степени их общественной опасности, суд не находит оснований для изменения в порядке ч.6 ст.15 УК РФ категории совершенного каждым подсудимым преступления на менее тяжкое. При этом, оснований для прекращения уголовного дела по ст.25 и ст.25.1 УПК РФ суд не усматривает. Потерпевшим ФИО4 к ФИО18 и ФИО49 заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в сумме 500 000руб., о возмещении расходов на погребение в размере 63 910 руб. и расходов представителя, понесенных в суде первой инстанции, в сумме 30 000 руб. Разрешая вопрос о гражданском иске потерпевшего в части компенсации морального вреда, причиненного преступлением, суд исходит из положений ст. 1064 ГК РФ о том, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Порядок определения размера компенсации морального вреда регламентирован ст. 1101 ГК РФ, согласно которой данный размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. По смыслу закона при определении размера компенсации морального вреда суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При этом под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага жизнь, здоровье. Согласно п.2 ст.1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Судом установлен факт причинения ФИО4 морального вреда в виде нравственных страданий вследствие гибели близкого человека – матери. Гибель матери является для него невосполнимой утратой. Нравственные переживания и страдания обусловлены утратой близкого и родного человека. Смерть близкого, родного человека – матери является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванной такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение. Руководствуясь статьями 151, 1100, 1101, 1083 ГК РФ и определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства причинения морального вреда, конкретные обстоятельства совершения преступления по неосторожности, степень нравственных страданий, причиненных потерпевшему ФИО4 в связи с потерей близкого человека – матери, с которой он совместно проживал и вел общее хозяйство, а также учитываются индивидуальные особенности потерпевшего, в том числе принято во внимание, что в связи с гибелью матери он испытывал эмоциональный стресс. Также суд учитывает и другие конкретные обстоятельства, а именно: степень вины подсудимых в совершении преступления по неосторожности, их материальное и семейное положение, частичное признание гражданского иска в части компенсации морального вреда подсудимыми, а также факт наличия грубой неосторожности в указанном ДТП самой пострадавшей, нарушавшей Правила дорожного движения, и исходя из требований разумности и справедливости, суд считает заявленный размер компенсации морального вреда завышенным, подлежащим уменьшению. Поэтому подлежит взысканию в пользу потерпевшего компенсация морального вреда, причиненного преступлением, по 200 000 рублей с каждого подсудимого. При этом, необходимо учесть, что в ходе судебного следствия подсудимым ФИО49 добровольно частично возмещена потерпевшему компенсация морального вреда в сумме 5 000 руб., поэтому с него в пользу потерпевшего подлежит возмещению компенсация морального вреда в размере 195 000 руб. Согласно ч.1 ст.131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства. В соответствии с п.9 ч.2 ст.131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся иные расходы, понесенные в ходе производства по уголовному делу и предусмотренные УПК РФ. Согласно ч.3 ст.42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст.131 УПК РФ. Судом установлено, что расходы, связанные с участием адвоката ФИО14 в суде, относится к процессуальным издержкам, и подлежат взысканию с виновных лиц. Как видно из представленных квитанций №№ АА 000056, АА 000054 и соглашения об оказании юридической помощи № от 28.09.2018г. потерпевшим ФИО4 оплачены юридические услуги представителю - адвокату ФИО14 по данному уголовному делу в сумме 30 000руб. При этом судом учитывается проделанная работа адвокатом по данному уголовному делу (участие в судебных заседаниях, ознакомление с материалами уголовного дела, консультация, подготовка дополнительного искового заявления), стоимость схожих услуг в регионе, с учетом сложности дела и принципами разумности и справедливости, то суд считает заявленную сумму расходов на оплату услуг адвоката по данному делу разумной, ее размер снижению не подлежит, и полагает необходимым взыскать с подсудимых ФИО18 и ФИО49 в пользу потерпевшего ФИО4 - по 15 000 рублей с каждого. В соответствии с п.1 ст.1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванные смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Согласно ст.931 ГК РФ, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требования о возмещении вреда в пределах страховой суммы. Учитывая, что имеет место страховой случай, а гражданская ответственность подсудимых ФИО18 и ФИО49 на момент ДТП была застрахована в соответствии с ФЗ № от 25.04.2002г. «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», то гражданский иск потерпевшего в части возмещения расходов на погребение в размере 63 910 руб. подлежит передаче для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку для его разрешения в этой части необходимо привлекать к участию страховые компании, сохранив за потерпевшим в этой части право обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства. На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 307- 310 УПК РФ, суд П Р И Г О В О Р И Л: ФИО17 ФИО57 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев. На основании ст.73 УК РФ назначенное ФИО5 наказание считать условным с испытательным сроком на 2 года, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать свое исправление, обязав его являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, 1 раз в месяц в назначенный день и обязать не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа, а также возместить причиненный преступлением моральный вред потерпевшему в полном объеме в течении одного года с момента вступления приговора в законную силу. ФИО49 ФИО58 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев. На основании ст.73 УК РФ назначенное ФИО49 наказание считать условным с испытательным сроком на 2 года, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать свое исправление, обязав его являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, 1 раз в месяц в назначенный день и обязать не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа, а также возместить причиненный преступлением моральный вред потерпевшему в полном объеме в течении одного года с момента вступления приговора в законную силу. Меру пресечения ФИО18 и ФИО49 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить после вступления приговора в законную силу. Вещественные доказательства по уголовному делу – оптический диск с видеозаписью наезда на пешехода ФИО1, изъятый у ФИО20, оптический диск с видеозаписью наезда на пешехода ФИО2, изъятый у ФИО23, находящиеся при материалах уголовного дела, - хранить в материалах уголовного дела на протяжении всего срока хранения. Гражданский иск ФИО4 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО17 ФИО59 в пользу ФИО69 ФИО60 процессуальные издержки в виде расходов на представителя в суде первой инстанции в размере 15 000 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200 000 руб., а всего взыскать 215 000 (двести пятнадцать тысяч) рублей 00 копеек. Взыскать с ФИО49 ФИО61 в пользу ФИО69 ФИО62 процессуальные издержки в виде расходов на представителя в суде первой инстанции в размере 15 000 рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 195 000 руб., а всего взыскать 210 000 (двести десять тысяч) рублей 00 копеек. Признать за потерпевшим (гражданским истцом) ФИО4 право на удовлетворение его гражданского иска в части взыскание расходов на погребение и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска в этой части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. В остальной части гражданского иска - отказать. Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд <адрес> в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными в тот же срок со дня вручения копии приговора. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции и об обеспечении защитой в суде апелляционной инстанции. Председательствующий подпись ФИО63 Копия верна: Судья Суд:Железнодорожный районный суд г. Самары (Самарская область) (подробнее)Судьи дела:Кривоносова Л.М. (судья) (подробнее)Последние документы по делу:Приговор от 2 августа 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 14 мая 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 10 апреля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 18 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 13 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 13 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 5 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 5 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 4 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Постановление от 3 февраля 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 30 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 23 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Постановление от 22 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 21 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 17 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Постановление от 15 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 14 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 10 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 10 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Приговор от 9 января 2019 г. по делу № 1-12/2019 Судебная практика по:По ДТП (невыполнение требований при ДТП)Судебная практика по применению нормы ст. 12.27. КОАП РФ Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда Судебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ Ответственность за причинение вреда, залив квартиры Судебная практика по применению нормы ст. 1064 ГК РФ Нарушение правил дорожного движения Судебная практика по применению норм ст. 264, 264.1 УК РФ |
