Решение № 2-114/2017 2-114/2017(2-4904/2016;)~М-3273/2016 2-4904/2016 М-3273/2016 от 12 сентября 2017 г. по делу № 2-114/2017

Дело № 2-114/2017 «13» сентября 2017 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кондратьевой Н.М.,

при секретаре Балагуровой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, нотариусу ФИО3 о признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недействительным договора дарения, признании права собственности,

у с т а н о в и л :

ФИО1 первоначально обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону после смерти умершего ФИО5, выданное ФИО6 нотариусом ФИО3 на 18/42 долей на <адрес> в Санкт-Петербурге, признании недействительной государственной регистрации права собственности 1/42 долей на <адрес> в Санкт-Петербурге на имя ФИО6, произведенную на основании свидетельства о праве на наследство, выданного нотариусом ФИО3, признании недействительной государственной регистрации права собственности 18/42 долей на <адрес> в Санкт-Петербурга на имя ФИО4, произведенную на основании договора дарения между ФИО6 и ФИО4, удостоверенного 18.02.2008 нотариусом ФИО3, признании за ФИО1 права собственности на 13/42 долей в праве общей долевой собственности на <адрес> в Санкт-Петербурге, признании за ФИО4 права собственности на 5/42 долей в праве общей долевой собственности на <адрес> в Санкт-Петербурге.

В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то обстоятельство, что 19.12.2002 ФИО5 составил завещание в пользу истца на 18/42 доли в коммунальной <адрес> в Санкт-Петербурге, после его смерти истец в течение предусмотренных законом шести месяцев истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства.

В апреле 2016 года нотариус ФИО3, в производстве которой находилось наследственное дело после смерти ФИО5, отказалась выдать истцу свидетельство о праве на наследство по завещанию, указав на то, что в 2005 году ФИО6 - супруга умершего ФИО5 обратилась к ней с заявлением о вступлении в права наследства как единственной наследницы по закону, скрыв сведения о наследнике по завещанию, несмотря на то, что наследственное дело в отношении истца было открыто, нотариус не проверила наследственное дело, не выявила начисление завещания, и выдала ФИО6 свидетельство праве на наследство, нарушив права истца как наследника по завещанию.

18.02.2008 нотариус ФИО3 удостоверила договор дарения, заключенный между ФИО6 и ФИО4 по которому ФИО4 принял в дар 18/42 долей в праве на <адрес> в Санкт-Петербурге.

В январе 2016 года ФИО6 умерла, поскольку на момент смерти ее супруга ФИО5 ФИО6 являлась нетрудоспособной, часть доли от наследующего истцом по завещанию имущества является обязательной долей, собственником которой, как указывает истец, является сын умершей ФИО6 – ответчик ФИО7

Определением суда от 27.10.2016 г. производство по делу было приостановлено до определения правопреемников умершего 04.07.2016 г. ФИО4

Определением от 17.04.2017 г. производство по делу возобновлено, 17.05.2017 г. произведена замена выбывшей стороны ответчика ФИО4 его правопреемниками ФИО12, ФИО11

Истец ФИО1, с учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ требований, просил признать недействительным свидетельство о праве на наследство 18/42 долей в квартире, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, выданное ФИО6 нотариусом ФИО3, признать недействительным договор дарения 18/42 долей в квартире, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, заключенный между ФИО6 и ФИО4, удостоверенный 18.02.2008 г. нотариусом ФИО3, признать за истцом право собственности на 18/42 долей в праве общей долевой собственности на <адрес> в Санкт-Петербурге. В обоснование требований о признании договора дарения недействительным истец ссылался на положения ст. 168 ГК РФ, указывая, что поскольку он является наследником по завещанию, своевременно обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако его права и законные интересы нарушены, он вправе истребовать из чужого незаконного владения 18/42 долей в квартире, расположенной по указанному выше адресу.

Представитель истца в судебном заседании заявленные уточненные исковые требования поддержал по основаниям, в нем изложенным.

Представитель ФИО11 и ответчик ФИО12 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, представили письменный отзыв, в котором указали на пропуск истцом срока исковой давности по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права собственности ФИО4 на объект недвижимости, который согласно разъяснениям, изложенным в п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП; при этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права. Также указали на то, что истец знал и не мог не знать, начиная с 12.05.2011 г., что его недвижимым имуществом владеют и пользуются третьи лица, однако никаких действий, направленных на устранение своего нарушенного права не предпринимал.

Представитель У. Р. по Санкт-Петербургу, нотариус нотариального округа Санкт-Петербург ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежаще. Суд, руководствуясь ч. 3,4 ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав пояснения представителей истца, председателя ответчика, ответчика, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, полагает исковое заявление ФИО1 не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 1, 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Из материалов дела следует, что 19.12.2002 г. ФИО5 подписал завещание, удостоверенное нотариусом ФИО8, которым принадлежащую ему долю квартиры, находящейся в Санкт-Петербурге, <адрес>, завещал ФИО1 Указанное завещание согласно отметке на нем не отменено и не изменено (л.д. 42).

17.11.2003 г. ФИО1 обратился к нотариусу Санкт-Петербурга ФИО3 с заявлением о принятии наследства после умершего 20.05.2003 г. ФИО5, просил выдать свидетельство о праве на наследство по завещанию (л.д. 40), нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО3 17.11.2003 г. заведено наследственное дело № 175/2003 после умершего ФИО5 (л.д. 39).

16.05.2005 г. нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург заведено наследственное дело № 99/2005 после смерти ФИО5 по заявлению его супруги ФИО6, обратившейся с заявлением о принятии наследства 16.06.2005 г., 04.05.2006 г. нотариусом ФИО3 на имя ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в свидетельстве указано на то, что наследственное имущество состоит из 18/42 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся в Санкт-Петербурге, <адрес> (л.д. 67, 80).

18.02.2008 г. между ФИО6 и ФИО4 заключен договор дарения, в соответствии с которым ФИО6 подарила ФИО4 принадлежащие ей 18/2 долей в праве общей долевой собственности на <адрес> в Санкт-Петербурге, указанный договор зарегистрирован в У. федеральной регистрационной службы по Санкт-Петербургу и Ленинградской области 11.03.2008 г. (л.д. 1836-137).

Право собственности ФИО4 на 18/42 долей в праве общей долевой собственности на <адрес> в Санкт-Петербурге было зарегистрировано 11.03.2008 г. (л.д. 138).

Из материалов наследственного дела № 175/2003, заведенного после смерти ФИО5, умершего 20.05.2003 г., следует, что 12.05.2011 г. истец ФИО1 обратился к нотариусу ФИО3 с заявлением, в котором указал, что он является наследником по завещанию <адрес> ФИО5, для предоставления нотариусу в наследственное дело выписки из ЕГРП и справки о содержании правоустанавливающих документов на завещанный объект недвижимости, ФИО1 обратился в УФРС, получив выписку из ЕГРП, ФИО9 узнал о том, что правообладателем всего недвижимого имущества, завещанного ФИО1, является ФИО4, сведения о том, на каком основании произошла смена правообладателя, истцу не известно. С целью устранения препятствий в получении достоверной информации для дальнейшего исполнения воли завещателя, ФИО1 просил истребовать из регистрирующего органа информацию о содержании правоустанавливающих документов и выписки, содержащие сведения о переходе прав на объект недвижимости, указанный в завещании ФИО5 (л.д. 55).

Также в материалах наследственного дела имеется выписка из ЕГРП от 22.02.2011 г. № 30/0006/2011-450, выданная ФИО1, в которой правообладателем 18/42 долей в праве на <адрес> в Санкт-Петербурге указан ФИО10 (л.д. 48).

В силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику в полном объеме со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Как разъяснено в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента.

Таким образом, закон связывает момент возникновения у наследника права собственности на наследственное имущество с моментом открытия наследства в случае, если наследство было принято в порядке и способами, установленными законом.

ФИО1 в силу статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации считается собственником 18/42 долей в <адрес> в Санкт-Петербурге с момента открытия наследства, то есть дня смерти ФИО5, умершего 20.05.2003 г., при этом истцу, получившему 22.02.2011 г. выписку из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним, в которой в качестве правообладателя 18/42 долей в праве указан ФИО4, обратившемуся 12.05.2011 г. к нотариусу ФИО3 с указанным выше заявлением- ходатайством (л.д. 55), стало известно о нарушении его прав с 22.02.2011 г.

На основании вышеизложенного, принимая во внимание дату обращения ФИО1 в суд с иском об оспаривании договора дарения долей квартиры от 18.02.2008 г., послужившего основанием для регистрации права собственности ФИО4 на спорную долю, т.е. с иском об оспаривании зарегистрированного права собственности – 06.06.2016 г., суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

Доводы представителя истца о том, что срок исковой давности не применим, поскольку нотариусом ФИО3 было заведено наследственное дело по заявлению ФИО1 и наследник имеет право без ограничения срока обращаться за получением свидетельства о праве на наследство, основаны на неверном толковании действующего законодательства и квалификации правоотношений, поскольку по данному делу заявлены требования об оспаривании зарегистрированного права собственности, но не требования об устранении нарушений прав собственника, каковым истец в отношении спорного имущества не является, не связанных с лишением его владения имуществом, при этом течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Поскольку пропуск установленного законом срока обращения в суд, т.е. срока, в пределах которого суд общей юрисдикции обязан предоставить защиту лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске, в этом случае судебная защита прав гражданина независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК Российской Федерации,

р е ш и л :

ФИО1 в удовлетворении требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 31 октября 2017 года.

Судья: