Определение № 33-215/2026 33-3366/2025 от 26 января 2026 г.

Гражданское дело № 2-235/2025

УИД 89RS0006-01-2025-000303-89

Судья Ракутина Ж.К.

Апелл.дело № 33-215/2026

СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

АПЕЛЛЯЦИННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 27 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Шошиной А.Н.,

судей коллегии Кайгородовой И.В., Савельевой Е.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Парышевой П.К.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Муравленковского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 7 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа Савельевой Е.Н., судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что 27 декабря 2024 г. в 18 часов 25 минут в районе дома <адрес>, произошло ДТП с участием транспортного средства марки Freightliner CL, гос. рег. номер №, под управлением водителя ФИО3, и транспортного средства марки Hyundai Creta, гос. рег. знак №, под управлением водителя ФИО2

В результате ДТП транспортное средство марки Hyundai Creta, гос. рег. знак №, получило механические повреждения.

По данному факту составлен протокол об административном правонарушении, согласно которому ФИО3 привлечен к административной ответственности по ст. 12.15 ч. 1 КоАП РФ.

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СК «Югория», ФИО2 являлся лицом, допущенным к управлению транспортным средством Hyundai Creta, гос. рег. знак №.

Гражданская ответственность ФИО3 застрахована в АО «СОГАЗ».

ФИО1 обратилась в СК «Югория» по вопросу прямого возмещения ущерба. Признав случай страховым, СК «Югория» выплатило сумму страхового возмещения в размере 359600 руб.

Однако на основании счета на оплату полная стоимость ущерба от ДТП согласно проведенной калькуляции ООО «Восток Моторс Ноябрьск» по проведению ремонтных работ с учетом стоимости необходимых материалов составляет 1104997 руб. Следовательно, разница в размере фактически причиненного ущерба с суммой выплаченного страхового возмещения подлежит взысканию с виновника ДТП, что составляет в размере 745397 руб.

Поскольку ответчик отказался добровольно выплатить сумму причиненного ущерба, с учетом уточненных исковых требований (т. 2 л.д. 82), истец ФИО1 просила взыскать с ФИО3 сумму материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 626733 руб., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 45000 руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 19908 руб. и почтовые расходы; истец ФИО2 просил взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.

Решением Муравленковского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 7 октября 2025 г. исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворены частично.

С ФИО3 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 626733 руб., компенсация морального вреда в размере 20000 руб., убытки в размере 1015 руб. 30 коп., судебные расходы в размере 64908 руб.

С ФИО3 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 20000 руб.

С решением не согласен ответчик ФИО3 в лице его представителя ФИО4 В апелляционной жалобе заявитель указывает, что не согласен с решением суда, просит его изменить. В обоснование доводов ссылается на то, что истец ФИО1 действуя недобросовестно, не обратилась в страховую компанию для взыскания полной стоимости восстановительного ремонта, что является злоупотреблением правом. Полагает, что разницу между суммой выплаченного страхового возмещения и подлежащей выплате с учетом износа, что составляет 31200 руб., истец вправе требовать со страховой компании, а не с ответчика. Следовательно, с виновника дорожно-транспортного происшествия подлежит к взысканию сумма в размере 249100 руб., исходя из расчета (639900 руб. – 359600 руб. (выплаченная сумма страхового возмещения) - 31200 руб. (разница по результатам проведенной судебной экспертизы), а не взысканная сумма в размере 626733 руб. Кроме того, ответчик не согласен с выводами суда о причинении вреда здоровью истцам, поскольку в материалах об административном правонарушении указано, что пострадавших нет. В данном случае истцами не представлено доказательств в подтверждение тому, что имеющиеся травмы и вред здоровью находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Истцы фактически обратились за медицинской помощью спустя 16 дней после дорожного происшествия. Факт обращения истцов за медицинской помощью зафиксирован с их слов о наступлении вреда здоровью. Таким образом, медицинские документы не могут подтверждать причинно-следственную связь того, что вред здоровью причинен в результате дорожно-транспортного происшествия.

Из возражений истцов ФИО1, ФИО2 на апелляционную жалобу ФИО3 следует, что они просят оставить решение суда без изменения, поскольку обстоятельства по делу судом установлены верно и в полном объеме, полагают, что доводы ответчика сводятся к несогласию с решением суда.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, в связи с чем, судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа находит возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что неявка участвующих в деле лиц не является препятствием к апелляционному рассмотрению дела, судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

На основании абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1); недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 2); несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (п. 3); нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (п.4).

Такие нарушения судом первой инстанции при рассмотрении дела были допущены.

Из материалов дела следует, что 27 декабря 2024 г. в 18 часов 25 минут в районе дома <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием транспортного средства марки Freightliner CL, гос. рег. номер №, под управлением водителя ФИО3, и транспортного средства марки Hyundai Creta, гос. рег. знак №, под управлением водителя ФИО2

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца получил механические повреждения, что следует из акта осмотра транспортного средства (т. 1 л.д.14-15). По факту ДТП составлен протокол об административном правонарушении, согласно которому ФИО3 привлечен к административной ответственности по ст. 12.15 ч. 1 КоАП РФ в виде штрафа в размере 1500 руб. за то, что не выдержал безопасную дистанцию до впереди остановившегося транспортного средства, в связи с чем, допустил столкновение с транспортным средством Hyundai Creta, гос. рег. знак, после чего транспортное средство откинуло на транспортное средство Киа Рио гос. номер № (т.1 л.д.10).

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СК «Югория», ФИО2 являлся лицом, допущенным к управлению транспортным средством (т.1, л.д.21).

Гражданская ответственность ФИО3 была застрахована в АО «СОГАЗ».

В январе 2025 г. ФИО1 обратилась в страховую компанию АО ГСК «Югория» с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков.

Между сторонами (АО ГСК «Югория» и ФИО1) достигнуто соглашение о выплате страхового возмещения в денежной сумме, что составило 359600 руб.

19 февраля 2025 г. на счет ФИО1 поступила сумму страхового возмещения в размере 359600 руб.

Истцы обратились в ООО «Восток Моторс Ноябрьск», где сумма восстановительного ремонта по рыночным ценам определена в размере 1104997 руб., что следует из счета на оплату от 7 марта 2025 г. №ВН00000410.

Разницу в размере выплаченного страхового возмещения и подлежащего взысканию материального ущерба истцы просили взыскать с ФИО3, то есть с непосредственного причинителя вреда.

Судом по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено Оценочной компании «Акцент».

Из экспертного заключения Оценочной компании «Акцент» от 5 сентября 2025 г. № 48-25, выполненного индивидуальным предпринимателем ФИО5, следует, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки Hyundai Creta, гос. рег. знак №, с учетом повреждений, полученных в результате ДТП от 27 декабря 2024 г., по состоянию на дату проведения экспертизы (2 сентября 2025 г.) составляет: без учета износа – 986333 руб.; с учетом износа – 704063 руб. (т.1 л.д.155-250, т.2 л.д.1-51).

При этом стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки Hyundai Creta, гос. рег. знак №, с учетом повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 27 декабря 2024, по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия, составляет: без учета износа 639900 руб., с учетом износа 390800 руб. (т. 1 л.д. 227)

Из материалов дела также следует, что 13 января 2025 г. истцы ФИО2 и ФИО1 обратились за медицинской помощью.

Истец ФИО2 обратился в кабинет неотложной помощи поликлиники города Муравленко с жалобами на боль в области правого плечевого сустава, которая появилась после ДТП от 27 декабря 2024 г., в связи с данным обращением ему был открыт лист нетрудоспособности с 13 января 2025 г. по 25 февраля 2025 г.

Истец ФИО1 обратилась в ГБУЗ ЯНАО «Муравленковская ГБ» с жалобами на боль в шейном отделе позвоночника, с ограничением поворотов и наклонов головы, головную боль, головокружение, боль в правом коленном суставе, в связи с данным обращением ей открыт лист нетрудоспособности, согласно которому она в период с 27 января 2025 г. по 7 февраля 2025 г. находилась на плановом лечении в условиях неврологического стационара. В последующем находилась на листке нетрудоспособности и проходила лечение по амбулаторному типу до 26 февраля 2025 г.

Разрешая исковые требования, руководствуясь положениями ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», ст.ст. 15, 1064, 1072, 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», суд первой инстанции исходил из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, и пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных истцом ФИО1 требований к ФИО3, взыскав разницу между выплаченным страховым возмещением и реальным ущербом в размере 626733 руб., из расчета: 986333 руб. (стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа) – 359600 руб. (выплаченное страховое возмещение), поскольку размер причиненного ущерба имуществу истца превышает размер выплаченного страхового возмещения ущерба страховщиком. Также суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения требований истцов ФИО1 и ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью, определив сумму такой компенсации в размере 20000 руб. в пользу каждого из истцов, подлежащую взысканию с ответчика ФИО3

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных истцами требований о взыскании с ответчика в пользу истца ФИО1 убытков в виде разницы между выплаченным страховым возмещением и реальным ущербом и о взыскании компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов в определенном судом размере.

Однако судебная коллегия не может согласиться с определенным судом первой инстанции размером ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1, в силу следующего.

Так, разрешая заявленные требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании ущерба, суд первой инстанции исходил из того, что выплаченное АО «ГСК «Югория» истцу ФИО1 страховое возмещение в размере 359600 руб. находится в допустимом пределе погрешности в 10 процентов относительно стоимости восстановительного ремонта, определенного экспертом в экспертном заключении Оценочной компании «Акцент» от 5 сентября 2025 г. № 48-25 по Единой методике, и составляющего 390800 руб. (т.1 л.д.227), в связи с чем, определил сумму ущерба, подлежащую возмещению за счет ответчика без учета установленной экспертным заключением стоимости восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа в размере 390800 руб., исключив из размера ущерба только выплаченное истцу страховое возмещение в размере 359600 руб.

Судебная коллегия не соглашается с указанными выводами суда и находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы ответчика о необоснованности взыскания с него суммы ущерба без вычета полной суммы, определённой экспертом по Единой методике и которая входит в лимит ответственности страховщика, а именно разница между стоимостью восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа 390800 руб. (лимит ответственности страховщика) и выплаченной страховой компанией суммы страхового возмещения в размере 359600 руб.

При этом, доводы апелляционной жалобы о несогласии с определением размера ущерба в виде расходов на восстановительный ремонт на день проведения экспертизы, а не момент дорожно-транспортного происшествия не могут быть приняты во внимание и подлежат отклонению, поскольку основаны на неправильном толковании закона, в силу следующего.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

Пунктом 1 ст. 1064 того же Кодекса установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным подп. 2 и 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, при решении вопроса об имущественной ответственности владельцев автомобилей, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, следует исходить из общих оснований ответственности за причиненный вред, установленных пунктом 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу подп. «б» статьи 7 Закона об ОСАГО гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Статьёй 12 Закона об ОСАГО также предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным федеральным законом (абзац второй пункта 23).

В соответствии со статьей 1 Закона об ОСАГО под договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств понимается договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 настоящей статьи) в соответствии с п. 15.2 настоящей статьи или в соответствии с п.15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Положением Банка России от 4 марта 2021 г. №755-П установлена единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства.

Согласно п. 7.2 названного Положения оно применяется при определении размера расходов на восстановительный ремонт транспортных средств в связи с дорожно-транспортными происшествиями, имевшими место после 20 сентября 2021 г.

Согласно п. 1.1 Положения оно содержит единые требования к определению размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В силу п. 1.2 Положения его требования являются обязательными для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр транспортного средства, определяют размер расходов на восстановительный ремонт транспортного средства и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Законом об ОСАГО, экспертами-техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств в соответствии с п. 1 ст. 12.1 Закона об ОСАГО, судебными экспертами при проведении судебной экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страхового возмещения потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В соответствии с толкованием Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П по делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО6 и других, требование потерпевшего к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Страховая выплата осуществляется страховщиком на основании договора обязательного страхования и в соответствии с его условиями. Потерпевший при недостаточности страховой выплаты вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб.

Таким образом, поскольку размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства определяется на основании Единой методики лишь в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и только в пределах, установленных Законом об ОСАГО, а произведенные на ее основании подсчеты размера вреда в целях осуществления страховой выплаты не всегда адекватно отражают размер причиненного потерпевшему фактического ущерба и поэтому не могут служить единственным средством для его определения, суд обязан в полной мере учитывать все юридически значимые обстоятельства, позволяющие установить и подтвердить понесенный потерпевшим ущерб.

Иное приводило бы к нарушению гарантированных статьями 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации прав потерпевших, имуществу которых был причинен вред при использовании иными лицами транспортных средств как источников повышенной опасности.

Лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

Согласно разъяснениям, которые даны в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются. Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда (п. 63).

В пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» даны разъяснения о том, что с требованием о возмещении ущерба в части, превышающей размер надлежащего страхового возмещения, потерпевший вправе обратиться к причинителю вреда; если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения.

В силу ст.ст. 931, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред либо страховщиком его гражданской ответственности в силу обязательности такого страхования.

В соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, при возмещении убытков в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. №6-П, в силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

При этом, поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и подлежащих замене, – неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, определяя сумму ущерба, подлежащую взысканию с ответчика, суд первой инстанции обоснованно руководствовался заключением эксперта от 5 сентября 2025 г. № 48-25, на основании которого стоимость восстановительного ремонта автомобиля Hyundai Creta, гос. рег. знак № на дату проведения оценки составила без учета износа 986333 руб.

Оснований для определения размера ущерба, исходя из определенной экспертом суммы в размере 639900 руб., вопреки доводам жалобы, у судебной коллегии не имеется, так как данная сумма рассчитана экспертом по Единой методике, которая при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с причинителя вреда, не отражает реальный ущерб и в силу закона к правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

При этом, согласно положений ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Если иное не предусмотрено законом, иными правовым актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а сели требование добровольно удовлетворено не было, -в день предъявления иска. Исходя из обстоятельстве, суд может удовлетворить требование о возмещение убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Как разъяснено в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Единой методики не применяются.

В то же время разница между надлежащей суммой страхового возмещения и действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации, подлежит взысканию с причинителя вреда, каковым в данном случае является ответчик ФИО3

Согласно заключению судебной экспертизы размер расходов на восстановительный ремонт транспортного средства Hyundai Creta, гос. рег. знак №, поврежденный в результате ДТП 27 декабря 2024г., посчитанный по среднерыночным ценам на дату проведения экспертизы, составляет 986333 руб.

Таким образом, с ФИО3 подлежит взысканию возмещение убытков в размере 595533 руб. в виде разницы между стоимостью ремонта по рыночным ценам и стоимостью восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа в размере 390800 руб. (лимит ответственности страховщика), расчёт следующий: 986333 руб. - 390800 руб. = 595533 руб.

На основании изложенного, решение суда первой инстанции в части взысканной суммы материального ущерба подлежит изменению и как следствие с учетом уменьшения определённого судом первой инстанции размера ущерба, решение в части взысканных судебных расходов также подлежит изменению.

В соответствии с требованиями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, которые предусмотрены статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату почтовых и представительских услуг (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в п. 10 постановления от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», заявляющее о взыскании судебных издержек лицо должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемом в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

На основании статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 г. № 454-О разъяснено, что обязанность суда взыскивать расходы в разумных пределах направлена против необоснованного завышения оплаты услуг представителей.

По смыслу положений статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11); расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах; при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (пункт 12); разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги; при определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13); при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (пункт 20).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 г. №382-О-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Таким образом, основным критерием определения размера оплаты труда представителя является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

Из приведенных положений процессуального закона следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Критерии оценки разумности расходов на оплату услуг представителя определены в разъяснениях названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Следовательно, суду в целях реализации одной из основных задач гражданского судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, а также обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон при решении вопроса о возмещении стороной судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать, что если сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, то суд не вправе уменьшать их произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, если признает, что заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Истцом ФИО1 было заявлено (с учетом уточнений) исковое требование имущественного характера на сумму 626733 руб., указанные исковые требования истца удовлетворены на 95% (595533 руб./ 626733 руб.*100), следовательно, истцу ФИО1 за счет ответчика подлежит в возмещение расходов по оплате услуг представителя сумма в размере 42750 руб. (45000 руб.* 95%), почтовые расходы в размере 964 руб. 54 коп. (1015 руб. 30 коп. х 95%), расходы по оплате государственной пошлины в размере 16658 руб.(19908 руб. * 95%).

При подаче иска в суд истцом оплачена государственная пошлина в размере 19908 руб., о чем представлена квитанция.

При этом размер заявленных истцом имущественных требований составил с учетом уточнения исковых требований 626733 руб. При такой цене иска размер государственной пошлины составил 17535 руб.

При таких обстоятельствах, излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2373 руб. (19908 руб. - 17535 руб.) подлежит возврату из бюджета в пользу ФИО1 в силу подп. 1 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, с отказом в остальной части требования о возмещении судебных расходов.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцами требований о компенсации морального вреда в связи с причинении вреда здоровью, в связи с недоказанностью истцами причинения им вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, судебной коллегией отклоняются.

Разрешая требования в части взыскания в пользу истцов денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что в результате указанного выше дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика ФИО3, истцам ФИО1 и ФИО2 были причинены физические и нравственные страдания, что является основанием для присуждения в их пользу компенсации морального вреда, размер которой с учетом требований разумности и справедливости определен в размере 20000 руб. в пользу каждого из истцов.

Данный вывод суда первой инстанции является правильным по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из смысла приведенных норм следует, что взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягательства на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением причинителя вреда.

Также согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 26, 27, 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Размер возмещения вреда также может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда (гражданина). При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Из представленных истцами медицинских документов следует, что 13 января 2025 г. истец ФИО2 обратился в кабинет неотложной помощи поликлиники города Муравленко с жалобами на боль в области правого плечевого сустава, которая появилась после ДТП от 27 декабря 2024г., в связи с данным обращением ему был открыт лист нетрудоспособности с 13 января 2025 г. по 25 февраля 2025 г.

Истец ФИО1 также 13 января 2025 г. обратилась в ГБУЗ ЯНАО «Муравленковская ГБ» с жалобами на боль в шейном отделе позвоночника, с ограничением поворотов и наклонов головы, головную боль, головокружение, боль в правом коленном суставе, в связи с данным обращением ей открыт лист нетрудоспособности, согласно которому она в период с 27 января 2025 г. по 7 февраля 2025 г. находилась на плановом лечении в условиях неврологического стационара. В последующем находилась на листке нетрудоспособности и проходила лечение по амбулаторному типу до 26 февраля 2025 г.

Принимая во внимание изложенное, а также установленные судом обстоятельства нахождения истца ФИО2 на листке нетрудоспособности более одного месяца, и нахождения истца ФИО1 на лечении в условиях неврологического стационара в течение 10 дней, а впоследствии на амбулаторном лечении и более 19 дней, отсутствие возможности вести привычный образ жизни, наличие физической боли, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности причинения вреда здоровью ФИО2 и ФИО1 виновными действиями ФИО3

Вопреки доводам жалобы, из материалов административного правонарушения следует, что ФИО3 в нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения РФ привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. В протоколе об административном правонарушении указано, что ФИО3, управляя транспортным средством, не выдержал безопасную дистанцию до впереди остановившегося транспортного средства, допустил столкновение с транспортным средством Hyundai Creta, гос. рег. знак №, в котором находились ФИО2 и ФИО1

В данном случае, оценивая характер столкновения транспортных средств, учитывая, что одним из транспортных средств являлся грузовой автомобиль под управлением ФИО3, который с очевидностью превышал массу легкового автомобиля Hyundai Creta, гос. рег. знак №, остановившегося на красный сигнал светофора, судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО2 и ФИО1, находясь в легковом автомобиле, ударились о внутренние его выступающие части. Удар о выступающие части автомобиля не причинил истцам повреждения здоровью в виде травм, которые оцениваются согласно Приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" (действовавшего на момент ДТП), по степени вреда здоровью, как легкие, средней степени и тяжкие, в связи с чем, в протоколе об административных правонарушении зафиксировано, что пострадавших нет.

Однако отсутствие травм у ФИО2 и ФИО1, причинивших вред здоровью по степени их тяжести, не указывает на наличие оснований ставить под сомнение факт причинения потерпевших повреждений в результате ДТП, проявившихся спустя незначительный период времени, тем более, что зафиксированные в медицинских документах боли у ФИО2 (боль в области правого плечевого сустава) и ФИО1 (боль в шейном отделе позвоночника, с ограничением поворотов и наклонов головы, головная боль, головокружение, боль в правом коленном суставе) соответствует характеру полученных травм в ДТП, произошедшем 27 декабря 2024 г.

Таким образом, факты причинения вреда здоровью ФИО2 и ФИО1, наличие вины в этом ФИО3 и причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде причинения вреда истцам в результате ДТП, подтверждаются представленными доказательствами, а именно медицинскими документами, в связи с чем, безусловно, имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда.

Приведенная в решении суда первой инстанции в части разрешения требований о взыскании компенсации морального вреда оценка собранных по делу доказательств в их совокупности полностью соответствует правилу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и подлежащим применению к правоотношениям сторон нормам материального права. Оснований для иной оценки собранных по делу доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. Решение суда в указанной части является законным и обоснованным, отмене либо изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Муравленковского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 7 октября 2025 г. изменить в части взысканных сумм материального ущерба, судебных расходов, изложив абзац второй резолютивной части решения в следующей редакции:

Взыскать с ФИО3 (СНИЛС №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 595533 руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 42750 руб., почтовые расходы в размере 964 руб. 54 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 16658 руб.

Вернуть ФИО1 из бюджета излишне уплаченную по чеку от 27 марта 2025 г. государственную пошлину при подаче иска в суд в размере 2373 руб.

В остальной части решение Муравленковского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев с даты принятия мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 февраля 2026 г.

Председательствующий

Судьи