Апелляционное определение № 33АП-559/2026 от 8 февраля 2026 г.

УИД 28RS0022-01-2025-000571-59

Дело № 33АП-559/2026 судья первой инстанции:

Докладчик Дружинин О.В. Воронина О.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 февраля 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе

председательствующего Фурсова В.А.,

судей Бережновой Н.Д., Дружинина О.В.,

при секретаре Молчановой Д.В.,

с участием прокурора Мирошниченко П.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Партизан» о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя ФИО1 - ФИО2 на решение Тамбовского районного суда Амурской области от 19 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Дружинина О.В., объяснения ФИО1 и ее представителя - ФИО2, генерального директора ООО «Торговый дом «Партизан» - ФИО3, заключение прокурора Мирошниченко П.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском к ООО «Торговый дом «Партизан» о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование указала, что состояла в трудовых отношениях с ответчиком в должности продавца на основании срочного трудового договора <номер> от <дата> (сроком действия с <дата> по <дата>) и дополнительного соглашения к нему <номер> от <дата> (сроком действия с <дата> по <дата>), местом работы являлся магазин <номер>, расположенный по адресу: <адрес>А.

<дата> трудовые отношения с ней были прекращены в связи с окончанием срока трудового договора.

Увольнение по данному основанию считает незаконным, поскольку заключение с нею дополнительного соглашения к трудовому договору на непродолжительный срок для выполнения работы по одной и той же должности свидетельствует о бессрочном характере трудовых отношений между сторонами.

Кроме того, в период с <дата> по <дата>, в том числе в момент увольнения, она являлась нетрудоспособной по причине получения <дата> производственной травмы на рабочем месте в виде перелома пяточной кости слева.

В результате полученной травмы и незаконного увольнения она испытала физические и нравственные страдания, ей причинен моральный вред.

На основании изложенного, с учетом уточненных исковых требований ФИО1 просила признать срочный трудовой договор <номер> от <дата> заключенным на неопределенный срок, восстановить ее на работе в ООО «Торговый дом «Партизан» в качестве продавца, взыскать с ООО «Торговый дом «Партизан» в ее пользу компенсацию морального вреда: в связи с незаконным увольнением - в размере <данные изъяты> рублей, в связи с причиненной производственной травмой - в размере <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании истец настаивал удовлетворении заявленных требований.

Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласился, ссылаясь на то, что истец знала о срочном характере трудового договора, была согласна на его заключение. Несчастный случай на рабочем месте произошел по вине работника, оснований для возмещения морального вреда и удовлетворения иска не имеется.

В своем заключении прокурор полагал исковые требования подлежащими удовлетворению.

Решением Тамбовского районного суда Амурской области от 19 ноября 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Трудовой договор от <дата><номер> между ФИО1 и ООО «Торговый дом «Партизан» признан заключенным на неопределенный срок. Признан незаконным и отменен приказ (распоряжение) генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Партизан» <номер> от <дата> о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 с должности продавца на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ с <дата>, ФИО1 восстановлена в ООО «Торговый дом «Партизан» в должности продавца с 12 марта 2025 г. Взыскана с ООО «Торговый дом «Партизан» в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в связи с незаконным увольнением в размере <данные изъяты> руб., компенсация морального вреда в связи с причиненной производственной травмой в размере <данные изъяты> руб. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда отказано. Взыскана с ООО «Торговый дом «Партизан» в доход бюджета Тамбовского муниципального округа Амурской области государственная пошлина в размере <данные изъяты> руб. Решение суда в части восстановления ФИО1 на работу в ООО «Торговый дом «Партизан» в должности продавца с 12 марта 2025 г. обращено к немедленному исполнению.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 – ФИО2 просит изменить решение в части размера компенсации морального вреда и приять новое решение в данной части, взыскав компенсацию морального вреда в заявленном размере. Считает, что при определении размера компенсации морального вреда судом не учтена тяжесть вреда здоровью, причиненного истцу, формальное проведение работодателем расследования по поводу получения истцом производственной травмы, нежелание ответчика изменить акт о нечастном случае на производстве, внесение заведомо ложных данных в документы, поведение ответчика и попытки избежать ответственности. Полагает, что факты, указанные в акте о несчастном случае от <дата>, не соответствуют действительности: неправильно указана тяжесть вреда здоровью: легкая вместо средней, она не спрыгивала с табурета, а упала с него. Не учтено, что она использовала табурет, поскольку стремянка была занята другим сотрудником. Отказ суда в приобщении аудиозаписи и стенограммы по заявлению истца, на которой зафиксирован разговор со старшим продавцом, где последняя просила изменить ее показания о факте получения травме на производстве, является необоснованным.

Представитель ответчика в отзыве на апелляционную жалобу просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции стороны поддержали доводы апелляционной жалобы и возражений.

Прокурор в письменных возражениях на апелляционную жалобу и в суде апелляционной инстанции полагал решение суда законным и обоснованным, не подлежащим отмене или изменению.

Проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 состояла с ответчиком ООО «Торговый дом «Партизан» в трудовых отношениях в должности продавца на основании срочного трудового договора <номер> от <дата> и дополнительного соглашения к нему <номер> от <дата>.

Трудовые отношения между сторонами прекращены <дата> по истечении срока трудового договора.

В период трудовых отношений <дата> истец получила травму на рабочем месте.

Как следует из акта <номер> от <дата>, составленного комиссией ООО «Торговый дом «Партизан», проводившей расследование несчастного случая на производстве, ФИО1 <дата>, придя к 9 часам на работу в магазин <номер> по адресу: <адрес> А, приступила к работе, начав с уборки стеллажей, воспользовавшись табуретом. Сделав свою работу, спрыгнула с него, вследствие чего повредила ногу. Второй продавец Ф.И.О.9 вызывала скорую помощь, которая увезла ФИО1 в медицинское учреждение. В акте указан характер полученных работником повреждений - растяжение связок левого голеностопного сустава; степень легкая. Причиной несчастного случая указано нарушение ФИО1 технологического процесса, в том числе использование оборудования, инструмента и материалов, не соответствующих технологии и виду выполняемых работ, нарушение ею п. 3.6. инструкции по охране труда.

Материалами дела подтверждается, не оспаривается ответчиком, что после получения травмы <дата> ФИО1 находилась на лечении с <дата> по <дата> в ГАУЗ АО «Тамбовская районная больница», с <дата> по <дата> в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница», с <дата> по <дата> в ГАУЗ АО «Тамбовская районная больница», была нетрудоспособна в период с <дата> по <дата>

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные ФИО1 требования о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, о восстановлении на работе, суд исходил из того, что выполнение ФИО1 в рамках трудового договора и дополнительного соглашения к нему одной и той же работы с одной и той же трудовой функцией свидетельствует об установлении работодателем бессрочных трудовых отношений с ФИО1. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что увольнение истца по окончанию срока действия трудового договора, причем в период нетрудоспособности работника, не может считаться законным.

Решение в данной части сторонами не оспаривается и предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Принимая решение о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением в размере 30000 рублей, суд исходил из того, что такой размер компенсации соответствует установленным обстоятельствам нарушения трудовых прав, объему и характеру причиненных работнику нравственных страданий, принципу разумности и справедливости.

Разрешая заявленные ФИО1 исковые требования о компенсации морального вреда в связи с полученной травмой, суд руководствовался положениями ст. ст. 21, 237 ТК РФ, ст. ст. 150, 151, 1064, 1101 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», требованиями разумности и справедливости и исходил из того, что причиной получения травмы явилась, в том числе, неосторожность самой ФИО1, нарушившей инструкцию по охране труда. С учетом данных обстоятельств, степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника, выразившейся в неудовлетворительной организации производства работ, отсутствии должного контроля за соблюдением работниками требований инструкций по охране труда, принципа разумности и справедливости, суд взыскал с ответчика в пользу истца указанную компенсацию в размере <данные изъяты> руб.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, соответствующими нормам права и обстоятельствам дела.

В соответствии с частью 5 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Согласно части 6 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации, запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

Частью 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указывающим, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

С учетом приведенных норм и разъяснений по их применению, установленных по делу обстоятельств незаконного увольнения истца по окончанию срока действия срочного трудового договора, фактически заключенного на неопределенный срок, к тому же в период временной нетрудоспособности работника, что безусловно причинило ему нравственные страдания, характера и степени нарушенного права истца, судебная коллегия считает определенный судом размер компенсации морального вреда за незаконное увольнение в размере <данные изъяты> рублей обоснованным, соответствующим принципу разумности и справедливости.

Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда за данное нарушение в большем размере судебная коллегия не усматривает.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 вышеприведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пунктам 27, 30 того же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 4 пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Пол мнению судебной коллегии, приведенные положения закона и разъяснения по их применению судом первой инстанции соблюдены.

Согласно абзацу шестому части второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник должен соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Пунктом 3.4 инструкции по охране труда для продавца продовольственных товаров, факт ознакомления с которой истцом не оспаривался и подтверждается материалами дела, предусмотрено, что для снятия продуктов с верхних полок необходимо использовать стремянки, которые должны быть в исправном состоянии и своевременно испытываться (т. 1 л.д. 167).

Судом установлено, подтверждается материалами дела, что получение ФИО1 травмы на рабочем месте произошло вследствие использования ею табурета при уборке верхних полок в магазине, при наличии в магазине специально для этого предусмотренной стремянки.

Доводы апелляционной жалобы о том, что стремянка в этот момент была использована другим продавцом, какими-либо допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены, из видеозаписи с места событий это не усматривается.

Очевидец происшедшего – продавец ФИО4 в своей докладной на имя руководителя от 3.02.2025 г. указала, что ФИО1, находясь на рабочем месте, решила помыть полки из-под товара и сама взяла деревянную табуретку, ее никто не просил и не заставлял, стоя на табурете, неудачно оступилась и упала, повредив ногу. Изложенные ФИО4 обстоятельства также подтверждаются видеозаписью.

Довод истца на то, что ей причинен вред здоровью средней тяжести со ссылкой на Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. N 522, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку тяжесть повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве определяется на основании иного нормативно-правового акта.

В соответствии с пунктом 1 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 160 (далее - Схема определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве) несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.

Квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются: характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения; последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности) (пункт 2 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве).

Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве.

Тяжелые несчастные случаи на производстве перечислены в пункте 3 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, к легким несчастным случаям на производстве относятся повреждения, не входящие в пункт 3.

Согласно акту о несчастном случае и медицинскому заключению ГАУЗ АО «Тамбовская районная больница» <номер> от <дата>, повреждение, полученное ФИО1 (растяжение связок левого голеностопного сустава), согласно Схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве относится к категории легкая.

Из материалов дела следует, что при дальнейшем обращении истца по поводу полученной травмы в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница», где она находилась на стационарном лечении с <дата> по <дата>, ей был установлен другой диагноз: Перелом пяточной кости закрытый. Закрытый оскольчатый внутрисуставной перелом тела пяточной кости слева со смещением. Проведена операция остеосинтез при переломе мелких костей конечности.

Данное повреждение не указано в пункте 3 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве (Тяжелые несчастные случаи на производстве).

Допустимых и относимых доказательств тому, что полученная ФИО1 травма относится к тяжелым несчастным случаям на производстве, стороной истца не представлено.

Согласно материалам дела в дальнейшем, вплоть до <дата>, ФИО1 находилась на амбулаторном лечении по поводу данной травмы в ГАУЗ АО «Тамбовская районная больница», проходила курс реабилитации в ГАУЗ АО «Ивановская районная больница», диагноз: Последствия травмы нижней конечности. Контрактура левого голеностопного сустава. Болевой и амиотрафический синдромы. Осложнение основного: Поражение подошвенного нерва. Посттравматическая невропатия подошвенного нерва слева, обусловленный полученной травмой. Легкий периферический монопарез стопы слева.

Из медицинских документов следует, что ФИО1 в течение нескольких месяцев передвигаясь с помощью костылей, испытывала боли в ноге.

В ходе лечения травмы ФИО1 <дата> обращалась к врачу неврологу ООО «Клиника Медлайн-Премьер» по поводу жалоб на головные боли, повышение артериального давления, приступов панических атак, нарушение сна, тревожности, ей поставлен диагноз: Травматическая невропатия подошвенного нерва слева, обусловленная травмой пяточной кости со смещением, легкий парез мышц левой стопы. Тревожно-депрессивной расстройство.

Приведенные обстоятельства подтверждают факт длительного лечения истца по поводу полученной травмы, несения ею как физических, так и нравственных страданий.

Между тем, принимая во внимание, что основной причиной получения ФИО1 травмы явилось нарушение ею прямых указаний инструкции по охране труда, судебная коллегия считает размер определенной судом компенсации морального вреда за причиненную травму в размере <данные изъяты> рублей отвечающим принципам разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны, баланса интересов сторон.

Доводы апелляционной жалобы о формальном проведении работодателем расследования по поводу получения истцом производственной травмы материалами дела не подтверждаются, иные доводы апелляционной жалобы на правильность вывода суда в части размера компенсации морального вреда не влияют и основанием для изменения решения суда в данной части также являться не могут.

Таким образом, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Тамбовского районного суда Амурской области от 19 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца ФИО1 - ФИО2 - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение в окончательной форме составлено 11.02.2026 г.