Решение № 2-3638/2017 2-460/2018 от 20 мая 2018 г. по делу № 2-3638/2017

Дело № 2-460\18 21 мая 2018 года


Решение

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи – Васильевой М.Ю.

При секретаре – Шарпило К.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба,

Установил:

ФИО1 обратился в Куйбышевский районный суд Санкт – Петербурга с иском, заявленным к ФИО2 о взыскании убытков, указывая, что он является собственником квартиры <адрес> с 1999 года, однако, фактически с июля 2002 по апрель 2012 года в указанной квартире проживали его сын картузов О.В. с супругой ФИО2 и совместной дочерью К.П.О.. Ответчица ФИО2 в мае 2012 года вынесла из квартиры все имущество, в том числе мебель и иные вещи, принадлежащие собственнику, стоимость которой 9 167 605 рублей, которые просит взыскать с ответчицы, а также стоимость восстановительного ремонта квартиры в размере 1 229 350 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, явилась его представитель –ФИО3, поддержала исковые требования, просила иск удовлетворить.

Ответчица и ее представитель Гуськова Т.Н. в судебное заседание явились, возражали против иска, просили в иске отказать.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен о слушании дела надлежащим образом, ранее принимал участие в рассмотрении дела, поддержал требования иска.

Кроме того, от имени и в интересах ФИО4 участие в деле принимала представитель конкурсного управляющего ФИО5 в связи с признанием ФИО4 банкротом, которая возражала против требований иска, просила в иске отказать.

Суд, выслушав стороны, показания допрошенных свидетелей, проверив материалы дела, полагает исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

Судом установлено, что ФИО1 является собственником квартиры <адрес> с 1999 года (л.д. 5-7).

В обоснование заявленных требований истец указал, что фактически с июля 2002 по апрель 2012 года в указанной квартире проживали его сын картузов О.В. с супругой ФИО2 и совместной дочерью К.П.О.. Ответчица ФИО2 в мае 2012 года вынесла из квартиры все имущество, в том числе мебель и иные вещи, принадлежащие собственнику, стоимость которых 9 167 605 рублей: стол обеденный раздвижной на двух тумбах с инкрустацией, ручной работы, производства Румыния стоимостью 620 400 рублей с учетом износа; комплект стульев ручной работы к обеденному столу, производства Румыния стоимостью 352 440 рублей с учетом износа; прилавок трехсекционный, украшен фигурной резьбой, инкрустацией, производство румыния, стоимостью 958 320 рублей; зеркало к прилавку стоимостью 420 420 рублей; стол журнальный, массив, ручной работы с инкрустацией, стоимостью 96 600 рублей; стол письменный ручной работы, двухтумбовый с семью выдвижными ящиками, стоимостью 127 400 рублей; стол рабочий ручной работы, массив, спинки украшены резьбой, производства Италия, стоимостью 121 800 рублей; шкаф книжный ручной работы, семисекционный с остеклением, Италия, стоимостью 849 800 рублей; шкаф платяной ручной работы, шестисекционный, стоимостью 690900 рублей; зеркало для прихожей ручной работы, Румыния, стоимостью 56 700 рублей; зеркало для спальни ручной работы, Италия, стоимостью 122 760 рублей; тумба для стола письменного ручной работы, Италия, стоимостью 56 000 рублей; бар глобус большой на резной подставке из четырех фигурных ножек, Италия, 37 500 рублей; диван кожаный массивный для гостиной комнаты, светло-желтый, Италия, стоимостью 588 000 рублей; кресло кожаное как комплект к дивану, Италия, стоимостью 439 600 рублей; кресло кожаное рабочее темно-зеленого цвета, спинки украшены резьбой ручной работы, Италия, стоимостью 94 500рублей; диван кожаный для кабинета темно-зеленого цвета, Италия, стоимостью 287 000 рублей; гарнитур для ванной комнаты, Италия, стоимостью 105 000 рублей; телевизор Samsung UN46C9000 3D, стоимостью 168750рублей; телевизор Sony KDL-48R553C стоимостью 21 075 рублей; комплект столовых сервизов фарфоровый на 60 предметов, Чехословакия, 190 000 рублей; посуда для кабинета 30 предметов, производство Кубачи, стоимостью 164 000 рублей; шторы для окон, сделанные на заказ, стоимостью 976 000рублей; банкетка ручной работы, Румыния, стоимостью 75 240 рублей; кухонный гарнитур, Румыния, стоимостью 488 400 рублей; подставка для цветов, Италия, стоимостью 33 600 рублей; одежда из натуральной кожи и меха стоимостью 825 000 рублей; фонтан в виде вазы с элементами греческих скульптур и подсветкой, Германия, стоимостью 44800 рублей; консоли ручной работы, украшены резьбой, Италия, стоимостью 117 600 рублей (л.д.11-18 Том 1). Стоимость указанного имущества произведена с учетом износа специалистом в области оценки ООО «НИИСЭ». Кроме того, внутренняя отделка квартиры была повреждена, стоимость восстановительного ремонта квартиры составляет 1 229 350 рублей, что также оценено экспертом ООО «НИИСЭ» (л.д. 23-61 том 1).

Ответчица, опровергая доводы искового заявления, заявила о пропуске истцом срока исковой давности, установленной положениями ст. 196 ГК РФ, считая, что исчисление срока исковой давности необходимо производить с мая 2012 года, т.е. с того момента, когда ответчица, якобы, вынесла спорное имущество. Кроме того, по существу заявленных требований указала, что о том, что квартиру <адрес> ответчица и ее будущий супруг ФИО4 выбирали совместно, ФИО4 оплачивал приобретение квартиры, вместе с ответчицей делал в ней ремонт неоднократно, приобретал мебель и предметы интерьера, а о том, что собственник квартиры отец ФИО4 – ФИО6 ответчица узнала в 2005 году. Относительно пропажи из квартиры перечисленного истцом имущества ответчица пояснила, что мебели ручной работы в квартире никогда не было, был обеденный нераздвижной стол, стулья в количестве 6 штук, прилавок и зеркало к нему, что было приобретено в период брака, после сентября 2002 года приблизительно за 280 000 рублей, отсутствие которых сама ответчица обнаружила в марте-апреле 2013 года, решив, что эту мебель вывез супруг, с которым у нее уже супружеских отношений не было, впоследствии С1 подтвердила вывоз вещей ФИО4; стол журнальный был приобретен супругами К-выми –ответчицей и третьим лицом в 2001-2002 году, столик и бар-глобус в ходе ссоры были сломаны, а впоследствии, в конце ноября 2012 года указанная мебель исчезла из квартиры, как считает ответчица, вывезена третьим лицом ФИО4; шкаф платяной в спальне был приобретен вместе с кроватью, двумя тумбочками и зеркалом в конце 1999 – начале 2000 года, в 2002 году в загородный дом ФИО1 перевезли кровать с тумбочками, остался шкаф и зеркало, которое поставили в прихожую и оно там стоит по настоящее время. Шестисекционного шкафа в квартире не было; светло-желтые диван и два кресла приобретались супругами до рождения ребенка, в 2012 году их вывез ФИО4; кресло и диван кожаные темно-зеленого цвета приобретались в 2009 году за 132 434 рублей, два телевизора оставались в квартире, тумбы для стола не было равно как и гарнитура для ванной, посуды для кабинета. Сервиза на 60 предметов также в квартире не было, часть посуды супругами приобреталась, часть была подарена. В отношении банкетки, подставки для цветов, одежды из натуральной кожи и меха общей стоимостью 1 650 000 рублей ответчица не смогла дать объяснения по причине невозможности идентификации предметом. Кухонный гарнитур приобретен в 2002 году, сделан на заказ российским производителем, остался в квартире. Импортного ковра в квартире не было, шторы на окна заказывала сама истица, шили по ее эскизам.

Ответчица утверждает, что она из квартиры перечисленное истцом имущество не выносила, вывезла только часть детской мебели, в отношении которой требования не заявлены.

В качестве доказательств приобретения ряда из заявленного истцом имущества предоставила подтверждающие документы: в отношении приобретения кресла и дивана из кожи на сумму 259 868 рублей – спецификация к договору, заключенного с ФИО4 (л.д. 196); паспорт заказа на пошив штор на окна (л.д. 204-213), заказчик ФИО2; документы на приобретение мебели на сумму 264 360 рублей (л.д. 216-221), на приобретение матраса (л.д. 222).

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по ходатайству ответчицы в качестве свидетеля С1 показала суду, что познакомилась с ответчицей и ее супругой в связи с тем, что приобрели жилое помещение, расположенное под квартирой К-вых, в которой была неисправна система водоснабжения, в результате чего в квартиру свидетеля происходили залития, по поводу которого она с супругом приходили в квартиру К-вых, с которым они вели переговоры в помещении кабинета, располагались на стульях с красной обивкой, которые она, свидетель, запомнила. Свидетель подтвердила, что видела как ФИО4 вывозила эти стулья из квартиры на Загородном пр. У парадной была еще составлена какая-то мебель, какая именно, свидетель не запомнила. Также свидетель подтвердила объяснения ответчицы о том, что была свидетелем того дня, когда ФИО2 сообщила ей, свидетелю, что съезжает из квартиры, а также видела те вещи, которые она вывозила: пакеты детской одежды, полки светлые, один или два детских стула, книги, то есть, подтвердила вывоз только детских вещей и мебели из квартиры ответчицей.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ, предметом доказывания по гражданскому делу являются обстоятельства, обосновывающие требования и возражения сторон, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений суд сам определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела. Согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценив собранные по делу доказательства в совокупности в соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что со стороны истца не предоставлено суду достаточных, допустимых доказательств того, что перечисленное им имущество приобреталось самим истцом, хотя бы он и являлся собственником квартиры, в которой это имущество, с его слов, находилось, хранилось в квартире, принадлежало ему, было вывезено ответчицей, а, кроме того, его количество и наименования совпадали с представленным истцом перечнем. При этом, позиция истца строится только на его устных объяснениях относительно наличия такого объеме имущества в квартире, равно как и описание имущества с указанием страны производителя и стоимости, за которое имущество было приобретено, в связи с чем заключение специалиста об оценке стоимости имущества также нельзя признать обоснованным и допустимым доказательством по делу, поскольку никаких документов относительно приобретения и стоимости заявленного имущества истец специалисту не предоставлял для осмотра и оценки и объективных доказательств состояния имущества, перечисленного истцом, даже если предположить о его наличии в квартире в период проживания ответчицы и третьего лица в ней, не имеется.

При таких обстоятельствах суд считает, что истцом не предоставлено доказательств как наличия перечисленного истцом имущества, по поводу которого возник спор о взыскании убытков, так и принадлежности его истцу с учетом предоставленных ответчицей доказательств приобретения предметов мебели, штор, а также вывоза его ответчицей.

Кроме того, истцом заявлено о взыскании ущерба в виде стоимости восстановительного ремонта квартиры 47 дома 26 по Загородному пр. в Санкт – Петербурге в размере 1 229 350 рублей в связи с повреждением стен, пола, дверей, сантехнических приборов, предметов освещения и т.д. в соответствии с заключением (л.д. 25-60).

В силу положений ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации нормы об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица, если иное не установлено Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений.

Пунктом 1 ст. 1064 Гражданского кодекса предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из данной правовой нормы следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Таким образом, наличие действительного вреда и его размер; противоправность действий (бездействия) причинителя вреда; причинная связь между действиями или бездействием причинителя вреда и наступившим вредом подлежит доказыванию истцом.

В материалы дела истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт, как уже было отмечено выше, присвоения принадлежащего истцу имущества, а также причинения истцу убытков действиями ответчицы по разрушению внутренней отделки квартиры, что привело к наступлению ущерба у истца и обогащению ответчиков и являлось бы основанием для применения положений ст. 1105 ГК РФ.

Судом не установлено оснований для признания ответчицы лицом, причинившими вред истцу, а также наличие всей совокупности условий для привлечения её к ответственности в соответствии с правилами, установленным параграфом 1 главы 59 ГК РФ.

Истицей подано заявление о применении к заявленным требованиям срока исковой давности со ссылкой на то обстоятельство, что с мая 2012 года истец знал или должен был знать о том, что ответчица вывезла принадлежащее истцу имущество, т.е. с того момента, когда ответчица, якобы, вынесла спорное имущество. Исковое заявление направлено в суд 11.07.2017 года, т.е. за пределами трехлетнего срока исковой давности, предусмотренного ст. 196 ГК РФ.

Статья 196 ГК РФ устанавливает общий срок исковой давности в три года. В соответствии со ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Суд, соглашаясь с заявлением ответчицы о применении срока исковой давности, считает, что истец как собственник квартиры 47 в доме 26 по Загородному пр. в Санкт – Петербурге, в силу положений ст. 210 ГК РФ, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Истец, являясь отцом ФИО4, общаясь с его семьей, не мог не знать о прекращении брачных отношений сына и невестки, в связи с чем, равно как если бы и не знал об их личных взаимоотношениях, должен был следить за содержанием принадлежащего ему имущества –как квартиры в целом, так и находящегося в квартире имущества.

Истцом не предоставлено доказательств того, что о нарушении своего права действиями ответчицы он узнал только 15.07.2015 года когда пришел в квартиру и обнаружил смененные замки. Не предоставлено доказательств того, что ранее истец не приходил и (или) не мог прийти в квартиру для осмотра принадлежащего ему имущества. То обстоятельство, что в 2015 году он обратился в полицию с заявлением о проведении проверки не свидетельствует о возможности ранее проверить сохранность принадлежащего ему имущества.

Обращение в суд с настоящим иском имело место 11.07.2017 года, то есть, спустя более 4-х лет после освобождения квартиры ответчицей и ее дочерью, внучкой истца по делу.

Таким образом, по мнению суда, истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском без уважительных на то причин, заявление о восстановлении пропущенного срока не подавалось.

Ответчицей заявлено о взыскании судебных расходов на оплату услуг адвоката Гуськовой Т.Н., в случае отказа в требованиях иска, в размере 30 000 рублей в соответствии с соглашением с адвокатом. Указанные расходы ответчицы являются реально понесенными, вынужденными, связаны с предъявлением необоснованного иска, ответчиком по которому она является, разумными и не завышенными, а потому подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы в сумме 30 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца в Санкт-Петербургский городской суд.

Судья -