Апелляционное постановление № 22К-376/2017 от 25 января 2017 г. по делу № 22К-376/2017

Судья: Григорьевская И.В. Дело № 22к-376/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 января 2017 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Рубанова С.Г.,

при секретаре Сеттаровой У.А.,

с участием прокурора Колтырина А.А.,

защитника – адвоката Чугунова П.В., представившего удостоверение № 1046, ордер № 1 от 09 января 2017 года и № 2 от 26 января 2017 года,

подозреваемой ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника – адвоката Чугунова П.В. на постановление Керченского городского суда Республики Крым от 27 декабря 2016 года, которым в отношении

ФИО1 <данные изъяты>, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданке Российской Федерации, разведенной, имеющей на иждивении малолетнего ребенка, работающей <данные изъяты><адрес>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей по адресу: <адрес>, ул. <адрес>, подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде домашнего ареста с применением ограничений – запрет выхода за пределы жилого помещения (<адрес>, ул. <адрес>) в ночное время, а именно с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут следующего дня, - сроком на 02 месяца 00 суток, то есть до 23 февраля 2017 года, включительно.

Заслушав доклад судьи, выступления защитника – адвоката Чугунова П.В. и подозреваемой ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Колтырина А.А., полагавшего постановление оставить без изменения, суд

установил:

постановлением Керченского городского суда Республики Крым от 27 декабря 2016 года отказано в удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа – начальника отделения по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции № 2 УМВД Российской Федерации по г. Керчи ФИО2 об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1

Этим же постановлением суда удовлетворено ходатайство руководителя того же следственного органа ФИО2 в отношении ФИО1, подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 02 месяца 00 суток, то есть до 23 февраля 2017 года, включительно, с применением ограничений в виде запрета выхода за пределы жилого помещения (<адрес>, ул. <адрес>) в вечернее, ночное время, а именно с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут следующего дня.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Чугунов П.В., считает постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить и вынести новое решение о снятии всех ограничений.

В обоснование указывает, что обвинение ФИО1 не предъявлялось. Доказательства, подтверждающие ее виновность, отсутствуют. Оснований для задержания органами предварительного следствия ФИО1 рядке ч. 2 ст. 91 УПК РФ не имелось. Установленный судом ФИО1 срок домашнего ареста до 23 февраля 2017 года превышает срок следствия, который, с учетом его продления, истекает 23 января 2017 года. О продлении срока следствия сторона защиты не уведомлялась. Обращает внимание, что порядок обжалования постановления суда ФИО1 не разъяснялся. Данные о личности ФИО1 судом не установлены. Просит учесть, что ФИО1 разведена и одна воспитывает четырехлетнего сына, имеет высшее образование, владеет русским языком. По месту работы у ФИО1 круглосуточный график работы и возложенные на нее ограничения существенно ухудшают ее материальное положение.

Проверив представленный материал, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый:

1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда;

2) может продолжать заниматься преступной деятельностью;

3) может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу (часть 1).

Мера пресечения может избираться также для обеспечения исполнения приговора или возможной выдачи лица в порядке, предусмотренном статьей 466 настоящего Кодекса (часть 2).

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии с ч. ч. 1 и 3 ст. 107 УПК РФ, домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в полной либо частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля. С учетом состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого местом его содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение (часть 1).

Домашний арест в качестве меры пресечения применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого по решению суда в порядке, установленном статьей 108 настоящего Кодекса, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей (часть 3).

В соответствии с ч. ч. 3, 6 и 7.1 ст. 108 УПК РФ при необходимости избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора возбуждают перед судом соответствующее ходатайство. В постановлении о возбуждении ходатайства излагаются мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в заключении подозреваемого или обвиняемого под стражу и невозможно избрание иной меры пресечения. К постановлению прилагаются материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства. Если ходатайство возбуждается в отношении подозреваемого, задержанного в порядке, установленном статьями 91 и 92 настоящего Кодекса, то постановление и указанные материалы должны быть представлены судье не позднее чем за 8 часов до истечения срока задержания (часть 3).

В начале заседания судья объявляет, какое ходатайство подлежит рассмотрению, разъясняет явившимся в судебное заседание лицам их права и обязанности. Затем прокурор либо по его поручению лицо, возбудившее ходатайство, обосновывает его, после чего заслушиваются другие явившиеся в судебное заседание лица (часть 6).

При отказе в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу судья по собственной инициативе вправе при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, и с учетом обстоятельств, указанных в статье 99 настоящего Кодекса, избрать в отношении подозреваемого или обвиняемого меру пресечения в виде залога или домашнего ареста (часть 7.1).

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» при разрешении вопросов, связанных с применением законодательства о мерах пресечения, судам исходя из презумпции невиновности следует соблюдать баланс между публичными интересами, связанными с применением мер процессуального принуждения, и важностью права на свободу личности.

Избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.).

Проверка обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению. При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судья обязан проверить, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именно этого лица, и дать этим сведениям оценку в своем решении.

Оставление судьей без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона (части 4 статьи 7 УПК РФ), влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (пункт 2).

В постановлении о рассмотрении ходатайства в порядке статьи 108 УПК РФ суду следует дать оценку обоснованности подозрения в совершении лицом преступления, а также наличию оснований и соблюдению порядка задержания подозреваемого (статьи 91 и 92 УПК РФ); наличию предусмотренных статьей 100 УПК РФ оснований для избрания меры пресечения до предъявления обвинения и соблюдению порядка ее применения; законности и обоснованности уведомления лица о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном статьей 223.1 УПК РФ; соблюдению порядка привлечения лица в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированного главой 23 УПК РФ (пункт 29).

Данные требования закона выполнены не в полной мере, что привело к несоответствию изложенных в постановлении выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Так, из материалов дела усматривается, что постановлением следователя от 10 февраля 2016 года возбуждено уголовное дело по факту совершения неустановленными лицами преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, а именно разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с угрозой применения насилия, опасного для жизни, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с проникновением в помещение, в крупном размере.

23 декабря 2016 года по подозрению в совершении данного преступления задержана ФИО1, категорически отрицавшая на допросе в качестве подозреваемой от 23 декабря 2016 года свою причастность к указанному преступлению.

24 декабря 2016 года в суд поступило постановление руководителя следственного органа ФИО2 о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу ФИО1, которое мотивировано тем, что ФИО1 «подозревается в совершении преступления, которое относится к категории особо тяжких, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до двенадцати лет, то, оставаясь на свободе, она может продолжить заниматься преступной деятельностью, может совершить более тяжкое преступление или скроется от следствия и суда».

При этом в ходатайстве руководителя следственного органа не приводится каких-либо доводов в обоснование подозрения ФИО1, как и доводов, свидетельствующих о том, что подозреваемая намерена продолжить заниматься преступной деятельностью, совершить более тяжкое преступление, скрыться от следствия и суда.

В тот же день, 24 декабря 2016 года в судебном заседании руководитель следственного органа ФИО2 поддержала, не обосновывая, свое ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемой ФИО1, и просила суд продлить срок задержания ФИО1 на 72 часа для предоставления суду дополнительных доказательств причастности ФИО1 к преступлению.

Постановлением от 24 декабря 2016 года суд продлил срок задержания ФИО1 на 72 час, то есть до 11 часов 00 минут 27 декабря 2016 года, для «предоставления дополнительных доказательств обоснованности или необоснованности избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под сражу», поскольку «предоставленные материалы не содержат достаточных сведений, необходимых для принятия судом решения об избрании либо отказе в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу».

27 декабря 2016 года руководитель следственного органа ФИО2 в судебном заседании заявила, что не поддерживает свое ходатайство об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и представила суду новый материал, являющийся фактически копией ранее представленного материала, с новым постановлением о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении подозреваемой ФИО1, которое ФИО2 поддержала в судебном заседании, не обосновывая этого.

Прокурор поддержал ходатайство руководителя следственного органа ФИО2 об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, также не обосновав соей позиции.

Данное ходатайство руководителя следственного органа мотивировано тем, что ФИО1 «подозревается в совершении преступления, которое относится к категории особо тяжких, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до двенадцати лет, то, оставаясь на свободе, она может продолжить заниматься преступной деятельностью, может совершить более тяжкое преступление, однако имеет постоянное место проживания, стойкие социальные связи, данных о том, что ФИО1 может скрыться от следствия и суда, нет, ранее к уголовной ответственности не привлекалась».

При этом в указанном ходатайстве руководителя следственного органа не приводится каких-либо доводов в обоснование подозрения ФИО1, как и доводов, свидетельствующих о том, что подозреваемая намерена продолжить заниматься преступной деятельностью, совершить более тяжкое преступление.

Не содержится анализа результатов проверки и оценки таких данных, указывающих на обоснованность подозрения ФИО1 в причастности к преступлению, о ее намерении продолжить заниматься преступной деятельностью, совершить более тяжкое преступление, и в обжалуемом постановлении суда, отказавшем в ходатайстве органа следствия в избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и удовлетворившем ходатайство того же органа следствия об избрании в отношении ФИО1 меры пересечения в виде домашнего ареста.

30 декабря 2016 года постановлением руководителя следственного органа ФИО2 мера пресечения в отношении ФИО1 в виде домашнего ареста изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении, поскольку «необходимость в избрании меры пресечения в виде домашнего ареста отпала и возникла необходимость изменить меру пресечения ФИО1 на более мягкую, а именно подписку о невыезде и надлежащем поведении».

01 января 2017 года постановлением руководителя следственного органа ФИО2 мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, поскольку ФИО1 является по вызовам в органы следствия и не препятствует производству по делу.

Как установлено материалами дела, ФИО1 зарегистрирована и проживает на территории Республики Крым. Имеет малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Ранее ФИО1 ни в чем предосудительном замечена не была. По месту проживания характеризуется положительно. Официально трудоустроена.

Данных о том, что ФИО1 занимается преступной деятельностью и совершила более тяжкое преступление, в материалах дела не содержится.

Не представлено таких данных и суду апелляционной инстанции.

Таким образом, доводы, изложенные в ходатайстве, в связи с которыми имеется необходимость избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста, носят предположительный характер и не подтверждены материалами дела.

Не нашли своего отражения эти обстоятельства и в постановлении суда. Напротив, придя к выводу о том, что имеются основания для применения в отношении ФИО1 такой меры пресечения как домашний арест, суд сослался при этом на то, что ФИО1 имеет постоянное место жительства в г. Керчи, стойкие социальные связи, причастна к совершению особо тяжкого преступления, то есть, фактически суд не установил предусмотренных ст. ст. 97, 99 УПК РФ обстоятельств, необходимых для избрания меры пресечения.

При этом суд, как указано выше, не дал оценки обоснованности подозрения ФИО1 в совершении преступления.

Таким образом, удовлетворяя ходатайство руководителя следственного органа, суд обосновал свой вывод исключительно характером и тяжестью преступления, в совершении которого подозревается ФИО1,

Между тем, в соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2005 г. № 372-О, применение мер пресечения признается отвечающим указанным в статье 55 Конституции Российской Федерации целям, если оно направлено на воспрепятствование тому, чтобы обвиняемый или подозреваемый мог скрыться от следствия и суда, помешать производству по уголовному делу или продолжить преступную деятельность. Уполномоченные органы, прежде всего суд, могут принимать относящиеся к их ведению решения, касающиеся избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, ее отмены или изменения, а также продления срока содержания под стражей, только с учетом того, подтверждаются или нет достаточными данными названные в уголовно-процессуальном законе основания применения этой меры пресечения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит, что обжалуемое постановление не может быть признано законным и обоснованным, и на основании п. 1 ст. 389.15 УПК РФ подлежит отмене с вынесением в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ нового решения об отказе в удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа - начальника СО ОП № 2 УМВД России по г. Керчи ФИО2 об избрании в отношении подозреваемой ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

При этом, не основано на законе и решение суда в части отказа в удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1

Суд апелляционной инстанции считает, что поскольку руководитель следственного органа не поддержал данное ходатайство в судебном заседании, и с этим согласился прокурор, то судебное производство по этому ходатайству подлежит прекращению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.19, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Керченского городского суда Республики Крым от 27 декабря 2016 года об избрании в отношении подозреваемой ФИО1 <данные изъяты> меры пресечения в виде домашнего ареста с применением ограничений – запрет выхода за пределы жилого помещения (<адрес>, ул. <адрес>) в вечернее, ночное время, а именно с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут следующего дня, - сроком на 02 месяца 00 суток, то есть до 23 февраля 2017 года, включительно – отменить.

Вынести новое решение.

Прекратить производство по ходатайству руководителя следственного органа - начальника СО ОП № 2 УМВД России по г. Керчи ФИО2 об избрании в отношении подозреваемой ФИО1 <данные изъяты> меры пресечения в виде заключения под стражу.

Отказать в удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа - начальника СО ОП № 2 УМВД России по г. Керчи ФИО2 об избрании в отношении подозреваемой ФИО1 <данные изъяты> меры пресечения в виде домашнего ареста.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья С.Г. Рубанов